ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А21-8405/2020

24 февраля 2025 года

г. Санкт-Петербург

/11

Резолютивная часть постановления объявлена   10 февраля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  24 февраля 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Слоневской А.Ю.,

судей Сотова И.В., Тойвонена И.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем АласовымЭ.Б.о.,

при участии:

от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 09.10.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным для суда первой инстанции,

заявления конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Новая линия», Управления Федеральной налоговой службы по Калининградской области 

к ФИО3, ФИО1

о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Новая линия»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Калининградской области от 21.08.2020 общество с ограниченной ответственностью «Новая линия» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, Калининградская область, Калининград, пр.Советский, д.81, к.4, помещ/офис 8/15; далее - Общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении Общества введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №86 от 22.05.2021.

Определением суда от 21.09.2021 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определением суда от 24.01.2022 конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением от 30.01.2023 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Определением суда от 02.05.2023 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определением суда от 15.08.2023 производство по делу о банкротстве прекращено.

Управление Федеральной налоговой службы по Калининградской области (далее – уполномоченный орган) обратилось в суд с ходатайством от 29.01.2024 о привлечении в качестве соответчика ФИО1, о присоединении к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности.

Определением суда от 12.03.2024 ФИО1 привлечен к участию в обособленном споре в качестве соответчика.

Определением суда от 23.08.2024 заявления удовлетворены, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3, ФИО1 к субсидиарной ответственности по неисполненным Обществом обязательствам в размере 467 666 150,81 руб., с ФИО3, ФИО1 солидарно взысканы в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в пользу уполномоченного органа 467 666 150,81 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО1 обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определениеи принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на необоснованность заявлений о привлечении ФИО1 и    ФИО3 к субсидиарной ответственности, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства совершения Обществом налогового правонарушения. По мнению ответчика, судом неверно определен процессуальный статус ФИО1, поскольку он не является учредителем Общества.

В соответствии с пунктами 1, 2, 3 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если адресат отказался от получения копии судебного акта и этот отказ зафиксирован организацией почтовой связи или арбитражным судом;несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд; копия судебного акта не вручена в связи с отсутствием адресата по указанному адресу, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд с указанием источника данной информации. 

ФИО1 привлечен к участию в деле в качестве соответчика определением суда первой инстанции от 12.03.2024, судебное разбирательство назначено на 14.05.2024. определением от 14.05.2024 предварительное судебное разбирательство отложено на 25.06.2024. Определением от 25.06.2024 предварительное судебное разбирательство отложено на 13.08.2024. 

В материалах дела имеются сведения об отслеживании почтового отправления 23603597624430, направленного ФИО1 10.08.2024, то есть за три дня до судебного разбирательства, и полученного им 13.08.2024 после вынесения обжалуемого судебного акта. 

Иных сведений об извещении ФИО1 о начавшееся судебном процессе о привлечении к субсидиарной ответственности в материалах настоящего обособленного спора нет. 

Таким образом, ФИО1 ненадлежащим образом извещен о времени и месте судебного разбирательства, что явилось основанием для перехода определением апелляционного суда от 11.12.2024 к рассмотрению спора по правилам, предусмотренным в арбитражном суде первой инстанции.

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2025 судебное заседание отложено для представления ФИО1 и уполномоченным органом копии приговора суда с эпизодами деятельности ФИО1 в Обществе.

Финансовым управляющим имуществом ФИО1 – ФИО6 представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором указывает, что представленная уполномоченным органом копия приговора суда не имеет отметки о вступлении судебного акта в законную силу, в связи с чем указанный документ не может являться основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности.

ФИО1 представил отзыв на заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, в котором просит в удовлетворении заявления отказать.

Лица, участвующие в споре, уведомлены судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в связи с чем заявления рассматриваются в отсутствие неявившихся лиц согласно статье 156 АПК РФ.

Апелляционный суд приобщил к материалам дела представленную уполномоченным органом копию приговора Гурьевского районного суда Калининградской области от 18.03.2022 по уголовному делу № 1-3/2022.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывает на то, что ФИО3, как контролирующим должника лицом, не исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему документации Общества. Конкурсный управляющий также сослался на определение Арбитражного суда Калининградской области от 23.11.2021 об удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего об истребовании от бывшего руководителя документов должника, которое до настоящего времени не исполнено.

В обоснование заявления о привлечении ФИО1 в качестве соответчика уполномоченный орган указывает на то, что им установлено фактическое руководство Обществом ФИО1, который в период с 01.10.2017 по 05.06.2018, имея право использования торгового знака «NewLine» № 219735, выданного Федеральной службой по интеллектуальной собственности в Москве 28.09.2017 за регистрационным номером РД0232796 на имя Общества, обеспечивал производство, хранение, перевозку в целях сбыта и продажу немаркированных табачных изделий, подлежащих обязательной маркировке акцизными марками в течение длительного периода времени в особо крупном размере. Указанные обстоятельства подтверждаются приговором Гурьевского районного суда Калининградской области от 18.03.2022 по делу № 1-3/2022, оставленным без изменения определением Калининградского областного суда от 03.11.2022 и определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 18.07.2023. Таким образом, уполномоченный орган указывает на причастность ФИО1 в фактическом управлении деятельностью Обществом при формальном оформлении руководства Обществом на ФИО3

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

В силу статьи 61.10 Закона о банкротстве контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий

В силу абзаца второго пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие вкапитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

В соответствии с абзацами первым и вторым пункта 6 Постановления №53 руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Судом установлено, что ФИО3 являлся руководителем Общества с 13.12.2017 по 23.04.2021.

ФИО3, как контролирующее должника лицо, согласно статьям 61.10, 61.11 Закона о банкротстве по правилам пункта 2 статьи 126 этого же Закона обязан передать конкурсному управляющему документацию бухгалтерского учета и иную документацию должника.

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указывает на то, что контролирующим должника лицом не выполнена обязанность по подаче заявления о банкротстве должника в арбитражный суд при наличии признаков неплатежеспособности, что является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве, также ответчик подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за непередачу документации должника, что затрудняет и создает препятствия конкурсному управляющему в формировании конкурсной массы и осуществление иных функций управляющего.

В связи с непередачей документации должника бывшим руководителем ФИО3 в ходе конкурсного производства, конкурсный управляющий Обществом ФИО4 обратился в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением об истребовании от генерального директора Общества             ФИО3 документов. 

Определением от 23.11.2021 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего об обязании передать конкурсному управляющему документы, касающиеся деятельности Общества. Вместе с тем, обязанность по передаче документации, материальных ценностей Общества, установленная статьей 126 Закона о банкротстве, контролирующими должника лицами не исполнена. 

Указанные действия ФИО3 привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, выразившиеся в невозможности включения в конкурсную массу Общества активов на сумму 106 727 000 руб. (по данным упрощенного бухгалтерского баланса должника за 2019 год) при размере неисполненных обязательств перед уполномоченным органом в размере                529 452 592,25 руб. Сумма задолженности Общества по обязательным платежам и денежным обязательствам перед Российской Федерацией, включенная в реестр требований кредиторов определениями Арбитражного суда Калининградской области от 23.04.2021, от 09.03.2022, от 28.03.2022, от 29.03.2022, от 12.04.2022 составляет 529 452 592,25 руб., в том числе: 396 151,38 руб. задолженности включены во вторую очередь; 416 893.992 руб. в третью очередь, 112 162 448 руб. учитывается в реестре отдельно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011          № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться соответствующими документами, ответственность за надлежащее оформление которых несет руководитель Общества. 

В период осуществления ФИО3 полномочий руководителя должника им осуществлены неправомерные действия, причинившие вред имущественным интересам должника, выразившиеся: в непередаче первичной документации и документов бухгалтерской отчетности, что привело к невозможности установления признаков преднамеренного банкротства, проведения анализа всех совершенных в предбанкротный период сделок и их оспаривания, выявления дебиторской задолженности и принятия мер по ее взысканию, установлению состава имущества и его истребования, проведения инвентаризации и реализации;  в период осуществления ФИО3 полномочий руководителя должника совершенно значительное количестве вредоносных сделок, в результате которых выведены из оборота денежные средства в размере 73 919 362,02 руб., причинившие вред имущественным интересам должника; на протяжении периода осуществления полномочий руководителя должника ФИО3 намерено не истребовалась дебиторская задолженность в размере 52 412 674 руб. Указанные действия в совокупности явились причиной несостоятельности (банкротства) должника. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 6 Постановления № 53, руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Фактический характер руководства Обществом ФИО1 установлен приговором Гурьевского районного суда Калининградской области от 18.03.2022 по делу № 1-3/2022, оставленным без изменения определением Калининградского областного суда от 03.11.2022 и определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 18.07.2023.

Данный факт установлен вступившим в законную силу приговором Гурьевского районного суда Калининградской области от 18.03.2022 по уголовному делу № 1-3/2022 в отношении ФИО1, признанного виновным в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «Б» части 2 статьи 199, части 1 статьи 199.2, пункта «Б» части 6 статьи 171.1 УК РФ, а также протоколами допросов свидетелей, подозреваемого, проведенных в рамках уголовного дела                        №  12107270001000023 в отношении ФИО1, полученных уполномоченным органом 07.11.2023 в рамках межведомственного взаимодействия со Следственным управлением Следственного комитета Российской Федерации по Калининградской области № 202-000023-23. 

Согласно части 4 статьи 69 АПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Апелляционный суд отклоняет возражения ответчика ФИО1 относительно доказанности его фактического управления Обществом, поскольку изложенные в приговоре суда выводы относительно причастности ФИО1 к фактическому руководству финансово-хозяйственной деятельности Общества не опровергнуты. Апелляционный суд принимает во внимание, что ответчиком ФИО1 не доказана ошибочность выводов суда, сделанных в  определении Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 18.07.2023 по делу № 77-1611/2022, вынесенном по  результатам рассмотрения кассационной жалобы осужденного ФИО1 на приговор Гурьевского районного суда Калининградской области от 18.03.2022, согласно которому изъятые в различных местах в июне-июле 2018 года сигареты «New Line» произведены в период с декабря 2017 года – июня 2018 года в Обществе, фактическим владельцем которого являлся ФИО1, хранились и перевозились с целью сбыта. 

Таким образом, ФИО3 и ФИО1 являются контролирующими должника лицами, в связи с чем могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (абзац девятый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 16 Постановления №53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце первом пункта 22 Постановления № 53, в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 действующей редакции Закона о банкротстве (пункт 4 статьи 10 прежней редакции Закона), по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав). Данная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.06.2021 № 307-ЭС21-29.

Согласно подпунктам 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), а также документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской Федерации.

Определением суда от 23.11.2021 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего об истребовании от бывшего руководителя Общества          ФИО3 документов и материальных ценностей согласно перечню.

До настоящего времени документация о финансово-хозяйственной деятельности Общества ни ФИО3, ни ФИО1 не передана, что не опровергнуто ответчиками. 

Указанные обстоятельства привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, которое привело к невозможности включения в конкурсную массу Общества активов на сумму 106 727 000 руб. (по данным упрощенного бухгалтерского баланса должника за 2019 год) при размере неисполненных обязательств перед уполномоченным органом в размере 529 452 592,25 руб.

Сумма задолженности Общества по обязательным платежам и денежным обязательствам перед Российской Федерацией, включенная в реестр требований кредиторов определениями Арбитражного суда Калининградской области от 23.04.2021, от 09.03.2022, от 28.03.2022, от 29.03.2022, от 12.04.2022 составляет 529 452 592,25 руб., в том числе 396 151,38 руб. задолженности включено во вторую очередь, 416 893 992 руб. - в третью очередь, 112 162 448 руб. - учтены в реестре отдельно.

Судом установлено, что в соответствии с данными последней перед возбуждение дела о банкротстве упрощенной бухгалтерской отчетности, представленной Обществом в налоговый орган за 2019 год, сумма активов Общества составляет 106 727 000 руб., в том числе: запасы – 94 945 000 руб., денежные средства и денежные эквиваленты – 26 000 руб., финансовые и другие оборотные активы – 11 756 000 руб. В связи с не передачей конкурсному управляющему документов должника, не взыскана дебиторская задолженность в размере 11 756 000 руб. Непередача контролирующими должника лицами материальных ценностей в виде запасов на сумму 94 945 000 руб. также не позволяет конкурсному управляющему принять меры по формированию конкурсной массы должника.

Отсутствие у конкурсного управляющего первичной документации по хозяйственной деятельности должника влечет невозможность формирования конкурсной массы должника. Конкурсному управляющему в отсутствие документации должника не выявить имущество организации и идентифицировать его. Отсутствие первичных документов, подтверждающих наличие активов, исключает их реализацию в рамках дела о несостоятельности и получение выручки в соответствующей сумме. У конкурсного управляющего отсутствует возможность выявления всех совершенных в период подозрительности сделок и их условий, соответственно невозможно их оспаривание с целью пополнения конкурсной массы. Таким образом, предполагается, что отсутствие названных документов существенно затруднило проведение процедур банкротства в отношении Общества.

Апелляционный суд пришел к выводу о том, что ФИО3, как номинальным руководителем, и ФИО1, как фактическим руководителем Общества, который принимал решения в отношении должника, не исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему документов и материальных ценностей, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы  Общества на сумму 106 727 000,00 руб. (по данным упрощенного бухгалтерского баланса Общества за 2019 год) при размере неисполненных обязательств перед уполномоченным органом в размере 529 452 592,25 руб.

Кроме того, в обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности заявители указывают на совершение ответчиками сделок, в результате которых выведены из оборота денежные средства в размере 73 919 362,02 руб., причинившие вред имущественным интересам должника, а также намерено не истребовалась дебиторская задолженность в размере 52 412 674 руб.

По мнению уполномоченногооргана, недобросовестная бизнес-модель, сопряженная с выводом денежных средств со счетов Общества, реализация товара (работ, услуг) собственного производства без встречного исполнения, а также не обращение с требованием о взыскании долга за поставленный товар в своей совокупности явилось объективной причиной банкротства Общества в связи со следующим. 

Уполномоченным органом проведен анализ движения денежных средств Общества по расчетным счетам в период с 2018 по 2020 годы, в результате которого установлено, что Обществом осуществлялся вывод (списание) денежных средств в адрес ФИО1, а также подконтрольных ему лиц на сумму 73 919 362,02 руб., за счет которых возможно было урегулировать задолженность перед налоговым органом, в том числе: в 2018 году перечисления составили 7 550 087,46 руб., в 2019 году - 66 369 274,56 руб.

Уполномоченным органом выявлено, что в 2018 - 2019 года в адрес         ФИО1 Общество вывело денежные средства в размере 2 743 490,19 руб. с назначением платежа «Возврат заемных средств по договору процентного займа      № 26/1от 26.10.2017», «За ИП ФИО7, по письму». Между тем, Управлением установлено, что согласно сведениям, полученным из органов записи актов гражданского состояния ФИО7 является родным сыном ФИО1, что не опровергнуто в ходе рассмотрения спора. 

Более того, согласно выписке по расчетным счетам Общества ФИО7 предоставил должнику в 2017 году процентный займ в размере 410 000 руб. согласно договору процентного займа № 26/1от 26.10.2017. При этом, согласно справке о доходах по форме 2-НДФЛ, представленной налоговым агентом                 (ООО «Даль-БалтикСтрой», ИНН 

<

***>) ФИО7 получил в исследуемый период 2017 года доход в размере 275 884,61 руб., что явно недостаточно для предоставления займа. ФИО7 в исследуемый период реализация принадлежащих ему на праве собственности объектов движимого и недвижимого имущества не производилась. 

ФИО7 имеет статус индивидуального предпринимателя с 06.06.2017, основной вид деятельности индивидуального предпринимателя – аренда и управление собственным и арендованным недвижимым имуществом. Согласно налоговым декларациям по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2018, 2019, 2020 годы сумма доходов составила 0 рублей, налоговая база – 0 рублей, сумма единого налога, подлежащая уплате – 0 рублей (иные декларации налогоплательщиком в налоговый орган не представлялись).

Приведенные налоговым органом обстоятельства не опровергнуты ответчиками надлежащими доказательствами.

Уполномоченным органом выявлено, что в 2018 - 2019 годы в адрес            ООО «ДальБалтикСтрой» должник вывел денежные средства в размере                               6 054 683,06 руб. с назначением платежа «За ООО "ДБС" в счет погашения задолженности по дог.займа №16-02/2016 от 16.02.2016», «За ООО "Даль-Балтикстрой", по письму, за материалы и прочее». Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц с 16.01.2008 генеральным директором ООО «Даль-БалтикСтрой» являлся ФИО1, учредителем с долей участия в уставном капитале Общества 100 % с 04.06.2014 – ФИО1 ФИО8 органом проанализировано банковское досье Общества, представленное в налоговый орган ПАО АКБ «Связь-Банк», АО «Россельхозбанк». В представленных банками документах (анкеты клиента, заявления) указаны контактный телефон клиента и электронная почта Общества, которыми пользовалась ООО «Даль-БалтикСтрой». Указанный факт свидетельствует о подконтрольности организаций одному лицу, что также не отрицается ответчиками. 

Аналогичные обстоятельства, связанные с идентичностью IP-адресов, свидетельствующие о подконтрольности организаций одному лицу, установлены уполномоченным органом в отношении других контрагентов Общества – ООО «Боронд», ООО «Садко», на счета которых должник переводил (выводил) денежные средства. 

Уполномоченным органом установлено, что в 2019 году в адрес подконтрольного ФИО1 лицу, номинальному руководителю и учредителю Общества - ФИО3 с расчетного счета Общества перечислены  денежные средства в размере 47 550 500 руб. с назначением платежа «Возврат заемных средств по договорам процентного займа» по следующим договорам займа: по договору процентного займа №25/10 от 25.10.2018; по договору процентного займа №29/10-2018 от 29.10.2018; по договору процентного займа №16/01-2019 от 16.01.2019; по договору процентного займа №15/01-2019 от 15.01.2019; по договору процентного займа №18/02-2019 от 18.02.2019; - По договору процентного займа (10%) №22/03-2019 от 22.03.2019; по договору процентного займа №09/04-2019 от 09.04.2019; по договору процентного займа №29/04-2019 от 29.04.2019; - По договору процентного займа №29/05-2019 от 29.05.2019; по договору процентного займа №13/06-2019 от 13.06.2019; по договору процентного займа №24/06-2019 от 24.06.2019; по договору процентного займа №11/09-2019 от 11.09.2019. 

Между тем, согласно справкам о доходах по форме 2-НДФЛ ФИО3 получил в исследуемый период с 2017 по 2019 годы следующие доходы: за 2017 справка по форме 2-НДФЛ в налоговый орган налоговым агентом не представлялась, за 2018 года справка по форме 2-НДФЛ в налоговый орган налоговым агентом не представлялась, доход за 2019 год составил 144 000 руб., в том числе: 144 000 руб. от Общества. Более того, в исследуемый период ФИО3 реализованы два транспортных средства: марка МАЗДА 626 LX 2000 г.в. VIN 1YVGF22C5Y5168161 - 02.04.2019, средняя рыночная стоимость 150 000 руб.; марка ФОРД ТАУРУС 1999 г.в. VIN 1FAFP53U6XA217273- 18.03.2017, средняя рыночная стоимость 235 000 руб. Таким образом, доходы ФИО3 за 2017 по 2019 годы, подтвержденные справкой о доходах по форме 2-НДФЛ в размере 144 000 руб., а также денежные средства, полученные от реализации находящихся в собственности двух транспортных средств, в общем размере           385 000 руб. не позволили бы выдать займы Обществу по вышеперечисленным договорам. ФИО8 органом установлено, что ФИО3 с 10.10.2017 зарегистрирован по адресу объекта недвижимости, принадлежащего на праве собственности ФИО1. При этом, ФИО1 являлся собственником данного жилого помещения до сентября 2021 года. Указанные факты подтверждают подконтрольность ФИО3 ФИО1

Приемлемые пояснения относительно совершенных Обществом платежей в адрес подконтрольных ФИО1 лиц ответчиками суду не приведены, соответствующие обстоятельства платежей не опровергнуты. 

Апелляционным судом установлено, что Общество осуществляло деятельность как по основному виду деятельности (производство табачных изделий), так и по иным заявленным видам деятельности (строительные работы, разработка строительных проектов и т.д.). Согласно данным упрощенной бухгалтерской отчетности Общества, представленной в налоговый орган в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи (ТКС) с применением усиленной квалифицированной электронной подписи ФИО3: за 2019 год сумма активов составляла 106 727 000 руб., в том числе: - Запасы – 94 945 000 руб.;  денежные средства и денежные эквиваленты – 26 000 руб.; финансовые и другие оборотные активы – 11 756 000 руб., за 2020 год сумма активов составила 106 029 000 руб. При этом, согласно налоговым декларациям Общества по налогу на прибыль организаций доходы от реализации составили:  за 2017 год – 3 760 5950 руб.;  за 2018 год – 2 199 322 руб.; за 2019 год – 151 656 264 руб.; за 2020 год – 0 руб. Таким образом, основную часть прибыли Общество получило в 2019 году от реализации товаров (работ, услуг) собственного производства.

Проанализировав представленные в налоговый орган декларации Общества по акцизам на табачные изделия налоговым органом установлено, что произведенные (значительная часть) Обществом сигареты в 2019- 2020 году реализовывались только на экспорт.

Общество в период 2019-2020 (в 2018 году экспорт товара не осуществлялся) согласно представленным декларациям экспортировано 98 067 тыс. сигарет. Общая фактурная стоимость товара составляет 709 600 евро или в рублевом эквиваленте 52 412 674 руб., в том числе в 2019 году 37 990 873 руб., в 2020 году 14 421 801 руб. Установленный факт реализации товаров в 2020 году на сумму 14 421 801 руб. свидетельствует об искажении бухгалтерской и налоговой отч?тности, согласно которой выручка организации составила 0 руб. Между тем, из анализа расчетных счетов Общества следует, что в период 2018-2021 годы денежные средства от покупателей сигарет на счета Общества не поступали.

Апелляционный суд поддерживает вывод уполномоченного органа о том, что ФИО1 создана недобросовестная бизнес-модель по выводу денежных средств с расчетных счетов Общества, реализацией товаров (работ, услуг) собственного производства без встречного исполнения, а также не обращение контролирующих должника лиц с требованием о взыскании долга за поставленный товар при наличии значительной задолженности по уплате обязательных платежей является следствием недобросовестного и не разумного поведения указанных контролирующих должника лиц, что, в свою очередь, явилось основанием до доведения Общества до банкротства. 

Указанные выше действия (сделки) в размере 126 332 036,02 руб. совершены в период 2018-2020 годов, при этом, задолженность по обязательным платежам, включенная в реестр требований кредиторов Общества образовалась в период с 2019 по 2020 года в размере 529 452 592,25 руб. В случае перечисления данных денежных средств на расчетные счета Общества оно  могло бы частично погасить задолженность по обязательным платежам. Вместе с тем, в результате создания контролирующими должника лицами недобросовестной бизнес-модели, основанной на оформлении вымышленных фактов хозяйственной деятельности, с перечислением на счета подконтрольных ФИО1 организаций и физических лиц денежных средств, Общество оказалось неспособно исполнить требования кредиторов, в том числе уполномоченного органа. 

Существовавшая система управления должником со стороны ФИО1 направлена на извлечение исключительно собственной выгоды в ущерб Обществу. 

Ввиду отсутствия у должника имущества, достаточного для погашения требований кредиторов, для уполномоченного органа, как кредитора в деле о несостоятельности (банкротстве) должника наступили негативные последствия, а именно, невозможность погашения требований кредиторов в полном объеме за счет имущества должника.

Таким образом, апелляционным судом установлены обстоятельства, необходимые для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за непредставление документов должника. 

Доводы ФИО1 о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства фактического руководства им Обществом, а также доказательства совершения Обществом налогового правонарушения апелляционным судом отклоняются, поскольку указанные обстоятельства подтверждаются представленным в материалы дела приговором Гурьевского районного суда Калининградской области от 18.03.2022 по делу № 1-3/2022, оставленным без изменения определением Калининградского областного суда от 03.11.2022 и определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 18.07.2023.

В соответствии со статьей 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

По состоянию на дату направления заявления совокупный размер задолженности Общества составляет 530 892 863,05 руб., в том числе 529 452 592,25 руб. включено в реестр требований кредиторов Общества, в том числе по обязательным платежам; 8 615,74 руб. - текущие платежи; 1 431 655,06 руб. требования, учтенные по пункту 4 статьи 142 Закона о банкротстве) (ООО «Специализированный застройщик «Абсолют Строй»). Таким образом, размер субсидиарной ответственности в силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве составляет 530 892 863,05 руб.

В свою очередь, в постановлении от 30.10.2023 № 50-П Конституционный суд РФ признал пункт 11 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» не противоречащим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования он не предполагает взыскания с контролирующих должника лиц суммы штрафов за налоговые правонарушения, наложенных на организацию-налогоплательщика.

Таким образом, размер ответственности контролирующих должника лиц составляет 467 666 150,81 руб. (530 892 863,05 - 61 786 441,44).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 45 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, в резолютивной части определения о привлечении к субсидиарной ответственности (об определении размера субсидиарной ответственности) указывается общая сумма, подлежащая взысканию с контролирующего должника лица, привлеченного к ответственности, в том числе в пользу каждого из кредиторов, выбравших способ, предусмотренный подпунктом 3 пункта; 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве, и в пользу должника - в оставшейся части. Таким образом, ФИО3, ФИО1 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника в размере 467 666 150,81 руб.

Встречный иск ФИО1, поступивший в суд апелляционной инстанции после судебного заседания и оглашения резолютивной части постановления 10.02.2024, возвращается заявителю без рассмотрения, поскольку рассмотрение обособленного спора по существу окончено. 

Руководствуясь статьей 110, частью 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда Калининградской области от 23.08.2024 по делу № А21-8405/2020/11 отменить.

Признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3, ФИО1 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Новая Линия» в размере 467 666 150 руб. 81 коп. 

Взыскать солидарно с ФИО3, ФИО1 в пользу Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Калининградской области в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Новая Линия» 467 666 150 руб. 81 коп.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

А.Ю. Слоневская

Судьи

И.В. Сотов

И.Ю. Тойвонен