Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: i№fo@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А33-22248/2020

27 марта 2023 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 марта 2023 года.

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Загвоздина В.Д.,

судей: Кореневой Т.И., Шелёминой М.М.,

при участии в судебном заседании представителей общества с ограниченной ответственностью «ЕвроСибЭнерго-Гидрогенерация» - ФИО1 (доверенность от 08.07.2022, диплом о высшем юридическом образовании, справка о заключении брака), ФИО2 (доверенность от 26.05.2022, диплом о высшем юридическом образовании),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ЕвроСибЭнерго-Гидрогенерация» на решение Арбитражного суда Красноярского края от 29 апреля 2022 года по делу                                         № А33-22248/2020, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда                        от 8 декабря 2022 года по тому же делу,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ЕвроСибЭнерго-Гидрогенерация» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее - ООО «ЕСЭ-Гидрогенерация», общество) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с требованием к Енисейскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (далее – служба, Ростехнадзор) об оспаривании предписания от 17.04.2020                        № 16/020-ГТС (далее также - предписание) об устранении нарушений, указанных в пунктах 1 - 4, 9 - 12, 14, 15, 17, 18 и 22 (с учетом заявления от 23.10.2020 № 20-0373 об изменении предмета требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 22 июля 2021 года, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 14 сентября 2021 года, признаны недействительными пункты 3, 4, 9, 10, 22 предписания. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 20 декабря 2021 года решение суда первой инстанции от 22 июля 2021 года и постановление апелляционного суда от 14 сентября 2021 года отменены в части признания недействительными пунктов 9, 10 предписания. В отмененной части дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Красноярского края. В остальной части обжалуемые судебные акты оставлены без изменения, кассационная жалоба общества - без удовлетворения.

По итогам нового рассмотрения решением Арбитражного суда Красноярского края от 29 апреля 2022 года признан недействительным пункт 10 предписания. В удовлетворении требований о признании недействительным пункта 9 предписания отказано. Кроме того, с Ростехнадзора в пользу общества взысканы судебные расходы на оплату государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы в сумме 1 500 рублей.

Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 8 декабря 2023 года решение суда первой инстанции отменено в части взыскания с Ростехнадзора государственной пошлины в сумме 1 500 рублей, в оставшейся части суд апелляционной инстанции согласился с выводами нижестоящего суда.

Не согласившись с решением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции в части отказа в удовлетворении требования о признании недействительным пункта 9 предписания от 17.04.2020 № 16/020-ГТС, общество обратилось в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты в указанной части отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель кассационной жалобы полагает, что рекомендации, изложенные в многофакторном исследовании гидротехнических сооружений (ГТС) Иркутской гидроэлектростанции (ГЭС), проведенном в 2007 году, не являются обязательными для исполнения эксплуатирующей организацией.

Рекомендация по установке аварийно-ремонтных затворов (далее также – АРЗ) с индивидуальным приводом для отключения напорного тракта для турбинных напорных водоводов ГЭС не подлежали включению в указанный выше отчет многофакторного исследования, поскольку в составе ГТС Иркутской ГЭС отсутствуют открытые участки напорных водоводов применительно к пункту 7.11.3 ГОСТ Р 55260.1.1-2013 «Национальный стандарт Российской Федерации. Гидроэлектростанции. Часть 1-1. Сооружения ГЭС гидротехничекие. Требования безопасности» (далее - ГОСТ Р       55260.1.1-2013). На данное обстоятельство указано в письмах ООО «Спецгеосервис» от 20.04.2022 № 43-2022, от 05.08.2022 № 119-2022.

Как указано в кассационной жалобе, в силу пункта 410 Методических рекомендаций по проведению проверок гидроэлектростанций, утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 02.09.2009 № 772 (далее  - Методические рекомендации № 772), в ходе проверки устанавливается только наличие многофакторного исследования ГТС с оценкой их прочности, устойчивости и эксплуатационной надежности, но не выполнение  рекомендаций, изложенных в нем.

Заявитель кассационной жалобы также ссылается на пункт 7.2.2 ГОСТ Р                       55260.4.1-2013 «Национальный стандарт Российской Федерации. Гидроэлектростанции. Часть 4.1. Технологическая часть гидроэлектростанций и гидроаккумулирующих электростанций. Общие технические требования» (далее - ГОСТ Р 55260.4.1-2013) и в связи с этим полагает, золотник аварийного закрытия в случае чрезвычайной ситуации предотвратит дальнейшую аварийную ситуацию; установка АРЗ с индивидуальным приводом для Иркутской ГЭС не требуется ввиду отсутствия соответствующего технического и нормативного обоснований.

Судами не учтено, что в Руководстве по эксплуатации Турбины гидравлической гидрогенератора, а также в Инструкции по эксплуатации гидротурбинного оборудования и механической части гидроагрегатов Иркутской ГЭС нет указания о необходимости  установки быстродействующих АРЗ; отказ от использования быстропадающих затворов был согласован АО «Институт Гидропроект» и заводом-изготовителем гидротурбин НПО «Турбоатом» в Техническом решении от 11.04.1995 с учетом условий использования затворов водоприемников гидротурбин со стороны верхнего бьефа в качестве дополнительной ступени противоаварийной защиты агрегатов.

Судами при рассмотрении спора не учтены декларация безопасности ГТС Иркутской ГЭС 2021 года и акт преддекларационного обследования, подготовленный в 2020 году. Кроме того, гидромеханическое оборудование (в том числе АРЗ) не являются гидротехническими сооружениями.

Для постановки выводов об исполнимости оспариваемого пункта предписания судам надлежало провести исследование дополнительных доказательств, в том числе провести экспертизу на предмет фактической исполнимости предписания и технической возможности установки на Иркутской ГЭС быстропадающих затворов с учетом условий технической эксплуатации данного сооружения, а также сроков подготовки и исполнения проектных решений.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 121-123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Служба представила возражения на кассационную жалобу общества, в которых просила принятые по делу судебные акты, в части, обжалуемой обществом, оставить без изменения, как законные и обоснованные.

В заседании суда округа представители ООО «ЕСЭ-Гидрогенерация» поддержали доводы кассационной жалобы.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив соответствие выводов судов о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судами норм материального права и соблюдения норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях на нее, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, уполномоченным лицом компетентного с соблюдением требований Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» в период с 05.02.2020 по 17.04.2020 в отношении общества проведены мероприятия по осуществлению федерального государственного контроля (надзора) в области безопасности гидротехнических сооружений.

Результаты проверки зафиксированы в акте от 17.04.2020 № 16/020/50/2020.

По итогам проведенной проверки обществу выдано предписание от 17.04.2020               № 16/020-ГТС, пунктом 9 которого которым установлено следующее нарушение: по результатам многофакторного исследования состояния ГТС Иркутской ГЭС, проведенного в 2007 году, не приняты меры к обеспечению технически исправного состояния гидротехнических сооружений и их безопасности - турбинные водозаборы не укомплектованы индивидуальными быстродействующими приводами, чем нарушены статьи 8, 9 Федерального закона от 21.07.1997 № 117-ФЗ «О безопасности гидротехнических сооружений» (далее – Закон № 117-ФЗ), пункты 3.1.1 3.1.1 Правил технической эксплуатации электрических станций и сетей Российской Федерации, утвержденных приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 19.06.2003 № 229 (далее – Правила № 229), пункты 5.1.12, 7.2.2 ГОСТ Р 55260.4.1-2013, статьи 1, 4, 6 Федерального закона от 27.12.2002 № 184-ФЗ «О техническом регулировании». Данное нарушение предложено устранить в срок до 01.01.2021.

По результатам нового рассмотрения дела с учетом указаний, изложенных в постановлении суда кассационной инстанции, суды первой и апелляционной пришли к выводу о доказанности спорного нарушения, поскольку общество обязано выполнять мероприятия указанные в многофакторном исследовании, как обеспечивающие безопасность ГТС.

Суд округа не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Суды двух инстанций применительно к статье 3 Закона № 117-ФЗ правильно исходили из того, что в ходе государственного контроля (надзора) в области безопасности гидротехнических сооружений может быть проверено гидромеханическое оборудование ГЭС, поскольку данное оборудование предназначено для использования водных ресурсов и является частью ГТС.

В силу статьи 19 Закона № 117-ФЗ нарушением законодательства о безопасности гидротехнических сооружений, в том числе, является нарушение обязательных требований при эксплуатации ГТС.

Согласно СП 58.13330.2019 «Свод правил. Гидротехнические сооружения. Основные положения. СНиП 33-01-2003»: безопасность гидротехнических сооружений - это свойство ГТС, позволяющее обеспечивать защиту жизни, здоровья и законных интересов людей, окружающей среды и хозяйственных объектов; критерии ГТС - это предельные значения количественных и качественных показателей состояния ГТС и условий его эксплуатации, соответствующие допустимой вероятности аварии гидротехнического сооружения и утвержденные в установленном порядке федеральными органами исполнительной власти, осуществляющими государственный надзор за безопасностью гидротехнических сооружений; надежность - это свойство объекта сохранять во времени способность выполнять требуемые функции в заданных режимах и условиях применения, технического обслуживания, хранения и транспортирования; обеспечение безопасности гидротехнического сооружения - разработка и осуществление мер по предупреждению аварий ГТС.

Согласно пункту 3.46 ГОСТ Р 55260.1.1-2013 неудовлетворительным уровнем безопасности ГТС признается его эксплуатация в условиях снижения механической или фильтрационной прочности, превышения значений критериев безопасности для работоспособного состояния при недостижении их предельно допустимых значений (характеристик), других отклонений от проектного состояния, способных при их развитии привести к возникновению аварии.

Согласно пункту 5.1.1 ГОСТ Р 55260.1.9-2013 «Национальный стандарт Российской Федерации. Гидроэлектростанции. Часть 1 - 9. Сооружения ГЭС гидротехнические. Требования безопасности при эксплуатации» безопасность ГТС в процессе эксплуатации должна обеспечиваться посредством технического обслуживания, периодических осмотров и контрольных проверок, мониторинга технического состояния сооружений, их оснований, строительных конструкций и механического оборудования, а также проведением текущих и капитальных ремонтов.

ГТС Иркутской ГЭС находятся в эксплуатации более 25 лет.

Согласно пункту 3.1.1 Правил № 229, при эксплуатации ГТС должны быть обеспечены надежность и безопасность их работы, а также бесперебойная и экономичная работа технологического оборудования электростанций при соблюдении положения по охране окружающей среды. Все напорные ГТС, находящиеся в эксплуатации более 25 лет, независимо от их состояния должны периодически подвергаться многофакторному исследованию с оценкой их прочности, устойчивости и эксплуатационной надежности с привлечением специализированных организаций. По результатам исследований должны быть приняты меры к обеспечению технически исправного состояния ГТС и их безопасности.

Аналогичная обязанность о периодичном проведении многофакторных исследований ГТС, находящихся в многолетней эксплуатации, предусмотрена ГОСТ Р                   57793-2017 «Национальный стандарт Российской Федерации. Единая энергетическая система и изолированно работающие энергосистемы. Гидравлические и гидроаккумулирующие электростанции. Гидротехнические сооружения. Мониторинг и оценка технического состояния в процессе эксплуатации. Основные положения».

Целью многофакторного обследования (комплексного анализа) ГТС является оценка фактического технического состояния ГТС, основного оборудования ГТС, определение остаточного ресурса их элементов, а также установление дефицитов безопасности для  оценки возможности продолжения эксплуатации ГТС сверх назначенного (или 25-летнего) срока эксплуатации. Результаты многофакторного обследования являются основанием для подготовки ГТС к продлению срока эксплуатации.

Как правильно установлено судами, из многофакторного исследования состояния ГТС Иркутской ГЭС, проведенного в 2007 году, следует, что затворы верхнего бьефа являются ремонтными и функцию аварийных (быстропадающих) выполнять не могут, в связи с чем, турбинный водозабор необходимо укомплектовать аварийно-ремонтными затворами верхнего бьефа с индивидуальными быстродействующими приводами.

На основании изложенного и с учетом приведенного выше правового регулирования, общество обязано выполнять рекомендации вышеуказанного многофакторного исследования, в том числе о необходимости доукомплектовать турбинный водозабор шестью комплектами аварийно-ремонтных затворов верхнего бьефа и индивидуальными быстродействующими приводами, как направленные на обеспечение безопасности эксплуатации ГТС.

Выводы многофакторного исследования, организованного в 2007 году в установленном порядке эксплуатирующей организацией с привлечением специализированной организации, не подлежат опровержению в настоящем деле путем проведения экспертиз, поскольку это означало бы обход установленных законодательством правил эксплуатации ГТС. В связи с этим при рассмотрении настоящего дела также не может быть признана обоснованной ссылка ООО «ЕСЭ-Гидрогенерация» на пункт 7.2.2 ГОСТ Р 55260.4.1-2013.

Более того, и в представленном суду первой инстанции в электронном виде 15.04.2022 техническом отчете ООО «Спецгеосервис» 2020 года «Проведение многофакторных исследований напорных ГТС Иркутской ГЭС» (страницы 120, 122) указано, что в состав гидромеханического оборудования Иркутской ГЭС входят аварийно-ремонтные затворы турбинных водоводов, большая часть затворов в настоящее время эксплуатируется более 60-ти лет. По существу все аварийно-ремонтные затворы (в том числе 5 старой конструкции 1956 года и 3 новой конструкции 2011 года) являются ремонтными и функцию аварийных (быстропадающих) выполнять не могут, поскольку не имеют индивидуальных быстродействующих приводов.

Довод кассационной жалобы о том, что согласно пункту 410 Методических рекомендаций № 772 в ходе проверки ГЭС устанавливается только наличие многофакторного исследования ГТС, а не выполнение указанных в нем рекомендаций, судом округа отклоняется на основании пунктов 154, 430 указанного нормативного акта, согласно которым в ходе проверки рассматриваются, в частности, вопросы: наличия возможности аварийного закрытия АРЗ гидроагрегатов начальником смены станции; выполнения мероприятий по результатам проведенных исследований оценки безопасности ГТС и гидроузла в целом, осуществленных с привлечением специализированных организаций.

Более того, согласно пункту 9 приложения № 3 к приказу Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 02.09.2009 № 772 вопросом, требующим особого контроля при проведении проверок, является наличие схемы управления аварийными затворами турбинных водоводов ГЭС, обеспечивающей их гарантированное закрытие при возникновении нештатных ситуаций.

Ссылку заявителя кассационной жалобы на то, что в силу пункта 7.11.3 ГОСТ Р 55260.1.1-2013 аварийно-ремонтные затворы с индивидуальным приводом для отключения напорного тракта в случае разрыва трубопровода необходимы только для турбинных напорных водоводов ГЭС, открытых по всей длине или на отдельных участках суд, тогда как в настоящем случае весь трубопровод находится в теле плотины, суд округа отклоняет в силу следующего.

Согласно пункту 7.8.10 ГОСТ Р 55260.1.1-2013 перед основными плоскими поверхностными затворами, а также перед основными затворами эксплуатационных и строительных глубинных водосбросов, водоспусков и водовыпусков следует предусматривать аварийно-ремонтные затворы.

При этом водопропускным сооружением является гидротехническое сооружение, предназначенное для пропуска воды в заданном направлении, а водосбросом - водопропускное сооружение, предназначенное для сброса воды из верхнего бьефа для предотвращения его переполнения (пункты 3.10, 3.11 ГОСТ Р 55260.1.1-2013).

Пропуск расчетного расхода воды для основного расчетного случая должен обеспечиваться при нормальном подпорном уровне через все эксплуатационные водопропускные сооружения гидроузла. Пропуск поверочного расчетного расхода должен осуществляться при форсированном подпорном уровне всеми водопропускными сооружениями гидроузла, включая эксплуатационные водосбросы, турбины гидроэлектростанций, водозаборные сооружения оросительных систем и систем водоснабжения. судоходные шлюзы, рыбопропускные сооружения и резервные водосбросы (пункты 7.8.2, 7.8.3 ГОСТ Р 55260.1.1-2013).

Приведенные нормы позволяют прийти к выводу, что законодательство предусматривает установку АРЗ не только в случае, предусмотренном пунктом 7.11.3 ГОСТ Р 55260.1.1-2013, но также и перед основными затворами эксплуатационных водосбросов и водоспусков вне зависимости от факта нахождения трубопроводов в теле плотины.

Кроме того, установка АРЗ для прекращения подачи воды в турбинные водоводы электростанций вне зависимости от условий, предусмотренных пунктом 7.11.3 ГОСТ Р 55260.1.1-2013, установлена пунктом 96 Методических указаний по технологическому проектированию гидроэлектростанций и гидроаккумулирующих электростанций, утвержденных приказом  Министерства энергетики Российской Федерации от 16.08.2019 № 857. Ранее аналогичное требование было предусмотрено пунктами 2.2.13 и 2.2.21 Рекомендаций по проектированию технологической части гидроэлектростанций и гидроаккумулирующих электростанций, утвержденных приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 30.06.2003 № 285.

Ссылки общества на Руководство по эксплуатации Турбины гидравлической гидрогенератора, Инструкцию по эксплуатации гидротурбинного оборудования и механической части гидроагрегатов Иркутской ГЭС, Техническое решение от 11.04.1995 отклоняются, как не влияющие на правильность выводов судов о необходимости исполнения рекомендаций многофакторного исследования при эксплуатации ГТС.

По этой же причине не могут быть признаны обосновывающими незаконность пункта 9 предписания доводы о согласовании в 2021 году без возражений декларации безопасности ГТС Иркутской ГЭС и отсутствии спорного нарушения в акте преддекларационного обследования.

Ссылки общества на неисполнимость предписания с учетом сроков подготовки и исполнения проектных решений в настоящем случае не могут быть признаны обоснованными, поскольку ООО «ЕСЭ-Гидрогенерация» с 2007 года не исполняет соответствующие рекомендации многофакторного исследования. Более того, заявитель кассационной жалобы вправе направить в службу мотивированное обращение о продлении  срока исполнения предписания в случае возникновения такой объективной необходимости.

Таким образом, доводы кассационной жалобы по существу не опровергают выводы судов о законности предписания в соответствующей части.

Исследование и оценка доказательств осуществлена судами по правилам статей 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выводы судов соответствуют содержанию имеющихся в деле доказательств и сделаны при правильном применении норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену принятых по делу судебных актов, в том числе указанных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Принимая во внимание, что решение Арбитражного суда Красноярского края                      от 29 апреля 2022 года было частично отменено судом апелляционной инстанции, по результатам рассмотрения кассационной жалобы на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оставлению без изменения постановление от 8 декабря 2022 года.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за кассационное рассмотрение дела подлежат отнесению на ООО «ЕСЭ-Гидрогенерация»,  как на лицо, не в пользу которого принят настоящий судебный акт.

Руководствуясь статьями  274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 8 декабря 2022 года по делу № А33-22248/2020 Арбитражного суда Красноярского края оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи

 

В.Д. Загвоздин

Т.И. Коренева

М.М. Шелёмина