Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-4752/2023

25 октября 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 18 октября 2023 года. 

Полный текст постановления изготовлен 25 октября 2023 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Гричановской Е.В.

судей  Воробьевой Ю.А, Самар Л.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, в судебном заседании принимали участие: от ФИО2: ФИО3, по доверенности от 27.01.2023; конкурсный управляющий ФИО4, лично; от конкурсного управляющего ФИО4: ФИО5, по доверенности от 04.10.2023, рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 03.08.2023 по делу № А73-15765/2012 (вх. №№ 1684, 50834) по заявлениям конкурсного управляющего ФИО4 к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании убытков в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества          «Амур-Порт» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

установил:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 14.02.2013 по заявлению открытого акционерного общества «Николаевский-на-Амуре морской порт» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Амур-Порт».

Определением от 07.04.2015 в отношении должника введена процедура наблюдения. Определением от 30.12.2015 утверждено мировое соглашение от 28.08.2015, производство по делу прекращено. 

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 17.02.2016 по заявлению ООО «Хорс-Шипинг» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве)                                ОАО «Амур-Порт». Решением от 23.09.2016 (резолютивная часть от 21.09.2016)                 ОАО «Амур-Порт» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4.

13.06.2017 конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника - ФИО2 по обязательствам должника на сумму 249 806 815,34 руб.

В обоснование требований конкурсный управляющий указал на не исполнение бывшим руководителем должника ФИО2 определения суда от 03.03.2017 о передаче документации общества, что существенно затруднило формирование конкурсной массы, привело к невозможности установления реальной стоимости активов должника в 2013, 2014 годах, отложенных налоговых активов на сумму 11 378 тыс.руб., запасов на 66 219 тыс.руб., дебиторской задолженности (29 255 тыс.руб.), объёма основных средств на сумму 458 тыс.руб.; на совершение  ответчиком признанных судами недействительных сделок с целью причинения вреда кредиторам должника (определениям суда от 15.12.2016 (вх.2494), от 30.01.2017, от 06.07.2017, от 23.01.2018, от 28.03.2018, от 29.03.2018, от 24.09.2018, от 20.03.2019); на отчуждение  после заключения мирового соглашения 25.12.2015 всего ликвидного имущества, что привело к невозможности ведения хозяйственной деятельности общества в дальнейшем. Кроме того, указал,  что ФИО2 в отсутствие экономического и правового обоснования выведены средства должника в сумме 20 431 502,34 руб. в пользу аффилированных с ним лиц и на личные нужды. 

ООО «Феникс-Трейд» поддержало требования к ФИО2, указывая на неправомерные действия руководителя, направленные на экономически нецелесообразную реализацию имущества должника после заключения мирового соглашения, а также необоснованный вывод денежных средств со счетов должника. 

ФИО2 возражал против требований  к нему, указывая на недоказанность нарушения прав кредиторов и препятствий ведения процедуры не передачей бухгалтерской отчетности. Полагает, что отчуждение имущества должника не повлекло для общества убытков, поскольку отчуждено на рыночных условиях, остаточное имущество, включающее объекты недвижимости и флот, позволяло продолжать деятельность. Возражал против доводов о необоснованном расходовании денежных средств. Считает, что к банкротству ОАО «Амур-Порт» привели противоправные действия третьих лиц, совершенных до назначения ФИО2 на должность руководителя общества. 

Определением от 11.08.2017 (резолютивная часть от 08.08.2017) производство по  спору о привлечении к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. Определением от 28.03.2022 производство по настоящему спору возобновлено.

07.04.2022 конкурсный управляющий ФИО4 обратилась с заявлением о взыскании убытков с ФИО2 в размере 5 409 945,27 руб. В обоснование указано на необоснованное перечисление ФИО2 денежных средств третьим аффилированным лицам (сделки признаны недействительными определениями от 23.01.2018, от 29.03.2018, от 28.03.2018). Определением от 14.04.2022 заявление принято к производству. 

В порядке ст.49 АПК РФ конкурсный управляющий уточнил требования, просил взыскать с ФИО2 10 859 755,23 руб. убытков. Согласно уточнению, сумма требований увеличена на сумму реституционных прав кредиторов к должнику                         (5 449 836,93 руб.). Уточнение требований принято судом.

ФИО2, возражая по требованиям, заявил о пропуске исковой давности. 

Определением от 06.07.2023 в порядке ст. 130 АПК РФ заявления о привлечении к субсидиарной ответственности и о взыскании убытков объединены, назначены к совместному рассмотрению. 

В материалы дела ФИО2 представлены копии данных из базы 1С. В ходе судебного разбирательства допрошен свидетель ФИО2 - ФИО6, ответственная за восстановление бухгалтерского учёта должника. Свидетель показал, что база 1С не использовалась с 2016 года до августа 2022 года, когда была записана на     флеш-носитель.

Конкурсный управляющий возражала против приобщения представленных ФИО2 доказательств к материалам дела, указала, что сведения электронной базы 1С ранее не передавались конкурсному управляющему. Кроме того установлено внесение изменений в электронную базу в период с 2016 – 2022 гг.; заявила ходатайство о назначении судебной экспертизы для установления действительного содержания представленной базы 1С. ФИО2 по ходатайству возражал. 

Определением суда от 02.05.2023 (резолютивная часть от 24.04.2023) назначена судебная компьютерно-техническая экспертиза базы данных программы                                   «1С Бухгалтерия», проведение которой поручено эксперту Автономной некоммерческой организации «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» ФИО7, производство по обособленному спору приостановлено. Определением от 09.06.2023 производство по обособленному спору возобновлено.

Определением от 03.08.2023 суд признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Амур-Порт», приостановил производство по обособленному спору до окончания расчётов с кредиторами.

Не согласившись с судебным актом, ФИО2 обратился в Шестой арбитражный апелляционный суд с жалобой, дополненной в ходе апелляционного производства, в которой просит судебный акт отменить, в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказать в полном объеме. В обоснование жалобы приводит доводы о том, что в нарушении положений п.4 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134), конкурсным управляющим не представлено доказательств статуса ФИО2 как контролирующего ОАО «Амур-Порт» лица в преддверии банкротства. Согласно решению от 19.12.2013 генеральным директором ОАО «Амур-Порт», начиная с 27.02.2012 являлся ФИО8 (согласно протоколу от 27.02.2012 № 01/2012), ФИО2 избран на должность генерального директора юридического лица с 07.08.2015 (протокол от 06.08.2015), являлся генеральным директором по 23.09.2016, сменив ФИО9 Задолженность перед кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов, в размере 155 960 411,56 руб., возникла в результате недобросовестных действий ФИО8, подтвержденных судебными актами. В отношении совершенных и одобренных сделок заявитель пояснил, что должник с 2005 года находился в нестабильном финансовом положении, в 2012 году ФИО8 заключен ряд сделок по продаже имущества должника. Решением от 19.12.2013 по делу №А73-13771/2012 сделки по отчуждению основных фондов, заключенные ФИО8 от лица ОАО «Амур-Порт», признаны недействительными, на должника возложена обязанность по возврату денежных средств в сумме 86 млн. руб., указанную задолженность общество не смогло погасить. Указанные действия ФИО8 явились причиной банкротства ОАО «Амур-Порт» (определение от 07.04.2015) и не связаны с действиями ФИО2 Реализованное ФИО2 же после заключения мирового соглашения (определением от 30.12.2015 утверждено, определением от 01.04.2016 расторгнуто) по делу о банкротстве № А73-15765/2012 имущество должника (судна          БСТ-8, МТ-1067, Портовый-8) после открытия конкурсного производства в отношении ОАО «Амур-Порт» были переданы представителям конкурсного управляющего, что подтверждается актами приема-передачи имущества №10, №11, №12 от 13.10.2016, в порядке применения реституции. Сделки должника, совершенные ФИО2, признаны недействительными по специальным основаниям Закона о банкротстве, без применения ст.10 ГК РФ. Кроме того указывает, что конкурсным управляющим не представлено доказательств, что не предоставление документов бухгалтерского учета и отчетности, в частности, содержащих сведения о запасах общества на сумму 66 219 тыс. руб. по состоянию на 2015 год, привело к невозможности формированию конкурсной массы должника. Доводы конкурсного управляющего о том, что по указанию ФИО2 в период с 15.09.2016 по 22.09.2016 со счета должника были списаны все денежные средства в сумме 4 174 027,67 руб. являются необоснованными, поскольку в указанный управляющим период, денежные средства направлялись на удовлетворение текущих платежей, и.о. генерального директора должника на момент осуществления выплат являлся ФИО10; доказательства того, что выплаты осуществлялись по указанию ФИО2, в материалах дела отсутствуют. Вывод суда о недостоверности сведений, переданной в ходе судебного разбирательства ФИО2 базы 1С, основан исключительно на результатах судебной компьютерно-технической экспертизы; указывая на внесение изменений с 16.06.2016 по 03.07.2016, 21.11.2018, с 22.07.2022 по 27.07.2022, 02.08.2022 неустановленным лицом, эксперт не установил, какие именно изменения вносились в электронную базу. Вывод суда о причинении убытков в размере 5 409 945,27 руб. действиями ФИО2 в результате перечисления им денежных средств в указанном размере ООО «Советникь-ДВ», Атэко: Консалтинговая группа ООО и ФИО6, не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Определениями от 23.01.2018, 29.03.2018, 28.03.2018 сделки по перечислению денежных средств в пользу указанных лиц признаны недействительными на основании ст.61.3 Закона о банкротстве, как совершенные с предпочтительным удовлетворением требований одних кредиторов перед другими. По итогам рассмотрения заявленных требований судом не установлено злоупотреблений правом со стороны участников спорных сделок, в применении ст. 10 ГК РФ к правоотношениям отказано. Став руководителем ОАО «Амур-Порт», ФИО2 уже получил финансово убыточное предприятие в результате длительных тяжб с участием должника, а также недобросовестных действий предыдущих руководителей. Так с 2012 года были затоплены суда: баржи МП-1078, МП-1073, МТ-3015, судно плавмастерская ПМ-402, буксиры-толкачи РТ-685 и «Капитан Бори Бехли». Баржа МБ-2507 потеряна (украдена или затоплена) и не возвращена. Баржи МБ-2506, МБ-2511, МБ-2517, МБ-2518 удерживались и создавались условия при которых невозможен был их возврат к месту отстоя в г. Комсомольске-на-Амуре; возвратить их удалось лишь в 2016 году, затратив более 5 млн.руб., суда были повреждены и совершенно разукомплектованы. Такими же возвращены и все остальные суда и портальные краны. При этом, не вернув имущество должника, покупатели стали кредиторами. 

В письменном отзыве конкурсный управляющий ОАО «Амур-Порт» по доводам жалобы возражает, указывая на их необоснованность и законность судебного акта. Полагает, что правовая позиция ФИО2, приводимая им также в суде первой инстанции, сводится к финансовой нестабильности должника с 2005 года. Вместе с тем, довод о том, что банкротство юридического лица, введенное в 2012 году, наступило в связи с совершением незаконных сделок ФИО8 - не обоснован. После заключения мирового соглашения определением Арбитражного суда Хабаровского края от 22.06.2011 по делу №А73-92/2005 произведена комплексная продажа большей части основных средств должника, конечным бенефициаром и приобретателем имущества выступал ФИО11 Данные сделки обеспечили поступление денежных средств на сумму                86 000 000 руб. должнику, которые были направлены на погашение требований кредиторов, включая требования ООО «Спектр». Однако, конечными бенефициарами от полученных ООО «Спектр» денежных средств в итоге выступили ООО «Сакура»,               ООО «Эдип», ООО «Атэко», ООО «Советникъ-ДВ», ИП ФИО2, ФИО12, ФИО13, ФИО14 Из отчетов конкурсных управляющих по делу о банкротстве                                 ОАО «Амур-Порт» (№ А73-92/2005), документов по распоряжению счетом должника, доверенностей на имя ФИО2, сведений о нанимателях привлеченных специалистов, следует, что вся процедура банкротства с 2005 по 2012 год находилась под полным контролем ФИО2 Оспоренные сделки в период руководства юридическим лицом ФИО8 совершались под контролем ФИО2, который совместно с аффилированными с ним лицами стали выгодоприобретателями по сделкам. Кроме того, в материалы дела представлены доказательства, что с 2009 года корпоративный контроль за деятельностью ОАО «Амур-Порт» сохранялся за ФИО2 Иные доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию апеллянта с оценкой суда представленных в дело доказательств и верно установленных по делу обстоятельств. 

Определением от 11.09.2023 апелляционная жалоба принята к производству. Определением от 27.09.2023 судебное разбирательство отложено на 18.10.2023.

Определением от 17.10.2023 на основании ч.3 ст.18 АПК РФ произведена замена в составе суда. 

В судебном заседании представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержал, просил судебный акт отменить. 

Конкурсный управляющий ФИО4 и ее представитель по доводам апелляционной жалобы возражали, просили судебный акт оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, в силу ч. 3 ст. 156, ст. 266 АПК РФ жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Исследовав материалы дела в их совокупности в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального права, обсудив доводы жалобы, отзывов, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, арбитражный апелляционный суд установил следующее. 

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу ч. 1 ст. 223 АПК РФ и п. 1 ст.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»,  далее - Закон о банкротстве, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу п. 3 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон                      № 266-ФЗ) заявления, поданные с 01.07.2017, о привлечении к субсидиарной ответственности должника и иных лиц в деле о банкротстве, предусмотренной ранее              ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», рассматриваются по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона). 

В силу п.1 ст.4 ГК РФ основания для привлечения к субсидиарной ответственности определяются на основании закона, действовавшего в момент совершения противоправного действия (бездействия) привлекаемого к ответственности лица. В то время как процессуальные правила применяются судом в той редакции закона, которая действует на момент рассмотрения дела арбитражным судом.

Следовательно, поскольку обстоятельства, в связи с которыми конкурсным управляющим заявлены требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, а заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило в суд после вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, то настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции без учета Федерального закона № 266-ФЗ), и процессуальных норм, применительно к заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности, поданного после 01.07.2017, предусмотренных Федеральным законом № 266-ФЗ.

Принимая во внимание, что действия контролирующего должника лица, в связи с которыми заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности, совершены в 2016 году, аналогичная формулировка статьи (редакция Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) содержалась и в период совершения перечисления денежных средств в 2013-2014 гг, применению подлежат соответствующие нормы материального права, действовавшие в тот период.

В соответствии с п. 1 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции ФЗ № 134), в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника-унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Согласно п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Как ранее, так и в настоящее время к такой ответственности подлежало привлечению лицо, осуществляющее фактический контроль над должником (независимо от юридического оформления отношений) и использовавшее властные полномочия во вред кредиторам, то есть своими действиями приведшее его к банкротству.

Как установлено судом и следует из материалов дела, согласно списку аффилированных лиц ОАО «Амур-Порт», по состоянию на 30.06.2012, генеральным директором общества являлся ФИО2, он же являлся членом совета директоров и акционером должника с долей участия в уставном капитале 50,9159 %. Также членами совета директоров ОАО «Амур – Порт» являлись ФИО10, ФИО14, ФИО13 

На дату возбуждения дела о банкротстве (14.02.2013) ФИО2 имеет право распоряжаться 50,2086% голосующих акций общества. Исходя из сведений годовых отчетов, опубликованных в сети Интернет на сайте Центр раскрытия корпоративной информации (www.e-disclosure.ru), ФИО2 являлся членом Совета директоров акционерного общества с 25.05.2011 года. 

Согласно анализу годовых отчетов о результатах деятельности ОАО «Амур-Порт», в период с 25.05.2011 в состав совета директоров (аффилированных лиц) одновременно входили ФИО10, ФИО14, ФИО2, с 28.06.2012 ФИО15 (супруга ФИО2) 

В период с 01.01.2012 по 27.02.2012 обязанности единоличного исполнительного органа – генерального директора исполнял ФИО2. 27.02.2012 его полномочия приостановлены. На должность временного единоличного исполнительного органа до даты проведения годового общего собрания акционеров (протокол № 01/2012 от 27.02.2012) назначен ФИО8, который исполнял функции временного единоличного исполнительного органа общества с 28.02.2012 по 28.06.2012. ФИО8 в течение отчетного года акциями общества не владел. 

Согласно протоколу №01/2012 от 27.02.2012, по вопросу о назначении на должность временного единоличного исполнительного органа ОАО «Амур-Порт» ФИО8 члены совета директоров, в том числе ФИО10 и ФИО2, голосовали «за». ФИО10 избран ввиду нахождения ФИО2 под домашним арестом. На годовом общем собрании акционеров                  ОАО «Амур-Порт» 28.06.2012 на должность генерального директора ОАО «Амур-Порт» избран ФИО2 (протокол б/н от 28.06.2012). 

Решением совета директоров 16.07.2012 приостановлены полномочия генерального директора ФИО2 и назначен на должность временного единоличного исполнительного органа ФИО9 на срок до даты проведения внеочередного общего собрания акционеров (протокол № 03/12 от 16.07.2012). ФИО9 исполнял функции временного единоличного исполнительного органа общества с 17.07.2012 по 11.10.2012. ФИО9 акциями общества не владел.

Решением внеочередного общего собрания акционеров ОАО «Амур-Порт» 11.10.2012 на должность генерального директора ОАО «Амур-Порт» избран ФИО2 (протокол от 11.10.2012). 

В течение 2013 года функции единоличного исполнительного органа                         ОАО «Амур-Порт» исполнял генеральный директор ФИО2.

 Протоколом заседания совета директоров №04/2014 от 26.06.2014 приостановлены полномочия единоличного исполнительного органа ОАО «АмурПорт» - генерального директора ФИО2, образован временный единоличный исполнительный орган ОАО «Амур-Порт», на должность временного единоличного исполнительного органа ОАО «Амур-Порт» назначен ФИО9. На должность генерального директора ОАО «Амур-Порт» ФИО9 избран на внеочередном годовом общем собрании акционеров ОАО «Амур-Порт» 05.08.2014 (протокол  от 05.08.2014 г.). 

В течение 2015 г. функции единоличного исполнительного органа общества исполнял ФИО9 ФИО2 избран на должность генерального директора решением общего собрания акционеров от 06.08.2015. 

Согласно пунктам 1, 4, 5 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Из представленных в дело доказательств следует, что у ФИО2 отсутствовали намерения оставить управление ОАО «Амур-Порт». В силу изложенного, корпоративный контроль до даты введения конкурсного производства в деле                        № А73-15765/2012 (23.09.2016) всегда сохранялся за ФИО2 

Статус контролирующего должника лица ФИО2 не опровергнут. Следовательно, требования о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника предъявлены к надлежащему ответчику. 

В обоснование заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указал не передачу контролирующим лицом документации должника, что привело к невозможности установления активов должника и проверке реальных показателей финансово-хозяйственной деятельности                                 ОАО «Амур-Порт».

Решением от 23.09.2016 на руководителя ОАО «Амур-Порт» возложена обязанность в течение трех дней передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности конкурсному управляющему ФИО4 Указанные документы и сведения конкурсному управляющему не переданы. 

Также определением от 03.03.2017 у ФИО2 были истребованы следующие документы должника: по учету товарно-материальных ценностей, в том числе приходные ордера, карточки складского учета, требования за период 2010- 2016 гг., по учету затрат на производство и финансовых результатов за период 2010-2016 гг., по учету займов и кредитов, полученных и выданных за период 2010-2016 гг., по проведению инвентаризации активов и обязательств за период 2010-2016 гг., регистры бухгалтерского учета, в том числе оборотно-сальдовые ведомости, журналы-ордера, главная книга за период 2010-2016 гг.; программа С1 бухгалтерия должника 

Требования суда ФИО2 не исполнены. Работником должника представителю конкурсного управляющего передана отчетность по персонифицированному учету в ПФ за 2013 год от 24.01.2014 в количестве 128 листов, что подтверждается копией акта приема-передачи от 07.11.2016. Иных доказательств передачи истребуемых документов материалы дела не содержат.

В ходе исполнительного производства ФИО2 указывал, что документы забрала и не подписала акты ФИО4, забрали ее помощники, документы остались лежать в кабинетах речвокзала, документы и программа были установлены на компьютере у бухгалтера ФИО16 и ФИО4 их не забрала и у ФИО2 программы нет и пр. 

В ходе рассмотрения спора о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, привлекаемым лицом представлены незаверенные копии документов из программы 1С. Лицензионных документов и самого программного комплекса с носителем (ПК) или указанием на место его нахождение – не представлено. 

Конкурсным управляющим заявлено о фальсификации представленной документации. В ходе проверки подлинности представленных финансово-экономических документов, в том числе, экспертным путем, установлено вмешательство в работу системы базы 1 С в 2022 году, в связи с чем, суд правомерно признал представленные доказательства недостоверными. 

Кроме того, при изучении программы 1С по ведению учета ОАО «Амур-Порт» обнаружено следующее: остаток по банковским счетам, указанные в программе, имеет отрицательное значение, указанные в программе сведения противоречат представленной в материалы дела выписке с банковских счетов должника: займы, полученные от                      ИП ФИО15, ФИО17, ООО «УСК» (ИНН 

<

***>) на расчетных счетах (50 (касса),51 (расчет.счет) не отражены, на фактическое поступление денежных средств не указано; в журнале введения операций вручную обнаружены проводки: Дт60.01 (Расчеты с поставщиками и подрядчиками) ИП ФИО18 Кт70 (Расчеты с персоналом по оплате труда) ФИО18 от 29.05.2014 и 23.06.2014. Данная проводка некорректна. Дт70 (Расчеты с персоналом по оплате труда) ФИО19, Кт70 (Расчеты с персоналом по оплате труда) ФИО20, содержание операции: получение заработной платы по доверенности. Заработная плата выдается через кассу (сч.50) либо через р/счет (сч.51). Данная проводка некорректна. Дт91.02 «Прочие расходы» услуги банка, Кт62.01 «Расчеты с покупателями» Троицкий речной порт договор купли продажи портального крана 1-05, услуги банка списываются с расчетного счета организации или оплачиваются через кассу банка наличными денежными средствами; регистры учета контрагентов и физических лиц (сотрудников) сформированы некорректно; также имеются недостоверные сведения о реализации имущества (состав переданного (реализованного) имущества в адрес ФИО21, ООО «Поставщик-ДВ» отличается от списка имущества, указанного в решении арбитражного суда по признанию сделок недействительными).

В свою очередь, содержание изменений в базе данных 1С: Предприятие за предшествующие периоды 2016 года указывает как раз на то, что пользователями производились операции по учётам МПЗ (материально-производственные запасы), которые относятся к категории запасов согласно Положениям о бухгалтерском учёте действовавшим в указанный период (ПБУ 5/01). 

Таким образом, представленные документы и программа не могли являться доказательством того, что в бухгалтерскую отчетность по состоянию на 31.12.2015 внесены сведения об имуществе, оприходованном на счете 41К, о котором говорил ответчик. 

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 о не исследовании судом вопроса о характере вмешательства в работу электронной базы программы 1С также подлежат отклонению, в том числе с учетом позиции самого ФИО2, и показаний свидетеля ФИО6 о не пользовании базой с 2016 года, а также непредставлением сведений ранее, в том числе, в порядке исполнения судебного акта.

В ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции конкурсный управляющий неоднократно указывал в пояснениях какие именно сведения об имуществе должника не были получены в связи с не передачей бухгалтерской и иной документации (отложенные налоговые активы на сумму 11 378 тыс.руб., запасы на сумму 66 219 тыс.руб., основные средства на сумму 458 тыс.руб.), что сделало невозможным формирование конкурсной массы за счет указанных активов. 

Так, по итогам 2015 года в опубликованной и переданной в ФНС России и в Росстат отчётности указано, что общий объём активов организации (баланс) составляет 122 854 тыс.руб., включая внеоборотные активы в размере 27 282 тыс.руб., включающие основные средства 15 903 тыс.руб. и отложенные налоговые активы – 11 379 тыс.руб., запасы; оборотные активы составляют 95 572 тыс.руб., из которых запасы – 66 219 тыс.руб., дебиторская задолженность – 29 255 тыс.руб. 

Также при рассмотрении вопроса об утверждении соглашения указывалось на значительность объёма имущества должника, в том числе, с приложением заключений экспертов, включая ООО «АТЭКО», согласно которым стоимость имущества должника составляла 420 175 606 руб., что послужило одним из оснований экономической обоснованности заключения мирового соглашения. 

Вместе с тем, в ходе конкурсного производства, исходя из отчётов конкурсного управляющего и сведений об инвентаризации имущества, не установлено нахождение отложенных налоговых активов на 11 378 тыс.руб., запасов на 66 219 тыс.руб., дебиторской задолженности на 29 255 тыс.руб., а также имеется расхождение в объёме основных средств на сумму 458 тыс.руб. 

Согласно разъяснениям, данным в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, причинно-следственная связь между действиями (бездействием) контролировавших общество лиц и несостоятельностью последнего предполагается в случае непередачи, сокрытия, утраты или искажения документации руководителем должника, а также другими лицами, у которых документация фактически находится. Управляющий должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документов повлияло на проведение процедур банкротства, а привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации. 

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника. Упомянутая презумпция наличия причинно-следственной связи не может быть применена, если необходимая документация (информация) передана арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. 

С учетом изложенного, выводы суда о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за непредставление документации должника, повлекшее невозможность формирования конкурсной массы, являются правомерными. 

Доводы об ответственности и.о. генерального директора ФИО10 за не передачу документации общества подлежат отклонению с учетом установленного статуса ФИО2 как контролирующего должника лица. Кроме того, как правомерно указал конкурсный управляющий, судебное заседание по рассмотрению вопроса о признании должника банкротом проводилось 15.09.2016, ФИО2 на нем присутствовал.

21.09.2016 (в день принятия судебного акта о признании ОАО «Амур-Порт» несостоятельным (банкротом)) в судебном заседании от должника присутствовал ФИО10, назначенный на должность и.о. генерального директора приказом ФИО2 от 15.09.2016. 

Указанные действия ФИО2 не могут быть квалифицированы в качестве исключающих ответственность руководителя в отсутствие доказательств передачи документации юридического лица в установленной форме и порядке, предусмотренном законом. 

В обоснование требований о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий также указал на совершение руководителем (лично) или с его одобрения убыточных сделок, направленных на причинение вреда имущественным правам независимых кредиторов. 

В соответствии с разъяснениями, приведенными в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», установленная пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве (абз. 3 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции закона № 134-ФЗ) презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. 

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

Субсидиарная ответственность участника наступает в случае, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Именно контролирующее должника лицо должно представить доказательства, свидетельствующие о том, что невозможность удовлетворения требований кредиторов обусловлена объективным отсутствием у должника имущества.

Согласно п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.). 

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения. 

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица. 

При определении интересов юридического лица следует учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (п. 1 ст. 50 ГК РФ). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу. 

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля (п. 5 Постановления № 62). 

В материалы дела конкурсным управляющим представлены выписки по счетам должника: №40702810614020000153 в ФПАО «Дальневосточный Банк» за период с 28.07.2011 по 01.01.2014, № 40702810970000009900 в ПАО «Сбербанк России» за период с 01.01.2014 по 22.06.2016; №40702810601000003838 в АО «Солид Банк» за период с 20.12.2009 по 09.11.2016, на основании которых установлено совершение подозрительных банковских операций, не подтвержденных первичной бухгалтерской документации, направленных на вывод денежных средств в пользу третьих лиц.

Из материалов дела №А73-92/2005 следует, что в состав кредитных обязательств ОАО «Амур-Порт» входили требования ООО «Спектр» (ИНН 

<

***>) в размере              46 832 197,15 руб., обеспеченные имуществом должника, а также требования кредиторов не обеспеченных залогом имущества на сумму 62 941 057,71 руб. основного долга,                  64 132 243,08 руб. - штрафных санкций.

Требования кредитора ООО «Спектр» возникли в результате произведенного процессуального правопреемства в деле о банкротстве кредиторов ООО «Контакт»,             ООО «Бизнес-Трейд», ООО «Паритет», ООО «Праксис М». При этом стоимость чистых активов самого общества состояла лишь из дебиторской задолженности ОАО «Амур-Порт». ООО «Спектр» являлся мажоритарным кредитором в деле о банкротстве                   ОАО «Амур-Порт» (40.92 %), что позволило утвердить мировое соглашение на собрании кредиторов. 

После прекращения производства по делу № А73-92/2005 платежами от 13.10.2011, 26.06.2012 требования кредитора удовлетворены в размере 41 051 633,82 руб. 

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2017 №06АП-3368/2017 установлено, что данные средства были в дни поступления перераспределены между ООО «Сакура», ООО «Эдип», ООО «Атэко»,                                ООО «СоветникъДВ», ИП ФИО2, ФИО12, ФИО13, ФИО14

Установлено также, что учредителями ООО «Спектр» в спорный период являлись ФИО18 (с 23.03.2010), ФИО2 (с 21.06.2011) и ФИО9 (30.01.2014-в период рассмотрения дела А16-975/2012), единоличным исполнительным органом с 22.04.2011- ФИО10 

В силу изложенного, в период исполнения мирового соглашения ФИО2 являлся как руководителем должника, так и лицом, находящимся в прямой заинтересованности к ООО «Сакура», ООО «Эдип», ООО «Атэко», ООО «СоветникъДВ», ФИО12, ФИО13, ФИО14, с которыми совершались сделки, применительно к ст. 19 Закона о банкротстве и с учётом правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475. 

Последовательность совершенных платежей указывает на транзитный характер расходования денежных средств в группе аффилированных лиц, перераспределение в пользу конечного бенефициара ФИО2 

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 19.12.2013 по делу №А73-13771/2012 сделки по отчуждению основных фондов ОАО «Амур-Порт» аффилированным лицам признаны недействительными, на ответчиков была возложена обязанность по возврату имущества, а на ОАО «Амур-Порт» по возврату перечисленных в уплату договоров денежных средств. 

После заключения мирового соглашения определением Арбитражного суда Хабаровского края от 22.06.2011 (резолютивная часть объявлена 16.06.2011) в рамках дела №А73-92/2005 произведена комплексная продажа большей части основных средств должника 14.06.2012, конечным бенефициаром и приобретателем имущества которых выступал ФИО11  

Данные сделки обеспечили поступление денежных средств на сумму 86 000 000 руб. должнику, которые были направлены на погашение требований кредиторов, включая требования ООО «Спектр». Однако, конечными бенефициарами от полученных                    ООО «Спектр» денежных средств в итоге выступили ООО «Сакура», ООО «Эдип»,              ООО «Атэко», ООО «Советникъ-ДВ», ИП ФИО2, ФИО12, ФИО13, ФИО14, что следует из судебных актов по делам №№ А73-13771/2012 и              06АП-3368/2017. 

При этом, судебными актами установлена аффилированность группы лиц, в которую входили, в том числе ОАО «Амур-Порт», ООО «Спектр», ООО «Советникъ-ДВ» (определение Арбитражного суда Хабаровского края от 23.01.2018, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2020, решение по делу                    №А16-1824/2016, определение Арбитражного суда Хабаровского края от 29.03.2018, определением Арбитражного суда Хабаровского края от 28.03.2018).

На основании изложенного, доводы ФИО2 о неполучении материальной выгоды от реализации имущества должника, произведенного ФИО8, правомерно отклонены судом первой инстанции. 

Согласно реестру требований кредиторов ОАО «Амур-Порт», сумма основной задолженности составила 88 206 701,41 руб., при этом основными кредиторами являются покупатели основных средств должника, чьи требования возникли на основании решения Арбитражного суда Хабаровского края от 19.12.2013 по делу №А73-13771/2012, в результате признания сделок недействительными. 

Определением от 30.12.2015 по делу утверждено мировое соглашение, ввиду предоставления должником доказательств достаточного объёма активов для погашения кредиторской задолженности. Данные обстоятельства подтверждались отчетами об определении рыночной стоимости имущества ОАО «Амур-Порт» (дата оценки 23.06.2014), №216/14-1 (14-10), выполненной АТЭКО: консалтинговая группа обществом с ограниченной ответственностью (дебаркадеры, пассажирские судно – «ОМ-4», пассажирское судно на подводных крыльях «Метеор» «Восход» сухогрузные бункерные баржы, буксирытолкачи, бункеровочная нефтестанция, сухогрузные палубные баржи, плавучий кран «Павкран-2»), а также отчетами об определении рыночной стоимости недвижимого имущества ОАО «Амур-Порт» по состоянию на 01.05. 2015, выполненными ИП ФИО22 021/15/5-2, №021/15-5-1, № 021/15/4 (нежилые здания, здание речного вокзала грузовая площадка, железная дорога, высоковольтная линия электропередач, контейнера, вышки антенные, автоэстакада). В соответствии с данными представленных отчётов об определении рыночной стоимости флота и недвижимого имущества должника стоимость имущества ОАО «Амур-Порт» составляла 420 175 606 руб. 

В период действия мирового соглашения произведено отчуждение следующих активов должника. Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 20.03.2019 признаны недействительными договоры от 07.07.2016 купли-продажи очистительной станции «ОС2» и от 07.07.2016 купли-продажи несамоходного судна «Плавкран-2», заключенные с ООО «ФлагМан»; договор от 29.02.2016 купли-продажи № РТ-704, заключенный с ФИО23; договор от 29.02.2016 купли-продажи № ПМ-402, заключенный с ФИО24; договоры от 03.02.2016 № МП-1062 купли-продажи несамоходного судна «МП-1062», идентификационный номер А-01-0896, 1983 года постройки, от 03.02.2016 № БСТ-8 купли-продажи буксировочной нефтестанции «БСТ-8», идентификационный номер А-01-0742, 1965 года постройки, от 18.02.2016               № МП-1067 купли-продажи несамоходного судна «МП-1067», идентификационный номер А-01-0897, 1981 года постройки, от 26.02.2016 купли-продажи землесоса «Портовый-8», идентификационный номер А-01-0714, 1980 года постройки, заключенные между с              ООО «Виста»; договоры от 26.02.2016 купли-продажи буксира-толкача «РТ-690» и от 26.02.2016 купли-продажи буксира-толкача «Капитан Борис Бехли», заключенные с              ООО «Виста». 

Определением от 21.05.2020 установлены обстоятельства отчуждения в пользу ООО «ХРТП» по договорам от 12.07.2016 купли-продажи имущества, общая стоимость которого составила 47 200 000 руб. 

Вместе с тем, от реализации возвращенного в конкурсную массу имущества в неудовлетворительном техническом состоянии получено 29 550 000 руб.

В свою очередь конкурсным управляющим установлено, что денежные средства от реализации имущества, полученные по сделкам, распределялись между заинтересованными лицами, не направляясь в счёт исполнения обязательств по мировому соглашению.

Таким образом, суд правомерно пришел к выводу, что после вынесения судебных актов о признании сделок по реализации группе ФИО11 основных фондов должника недействительными (№А73-13771/2012), негативные последствия дефолта должника и прекращения его деятельности были фактически перенесены с ООО «Спектр» (кредиторами которого выступала группа ФИО2, выкупившая требования независимых кредиторов и заявившая о процессуальном правопреемстве) на группу ФИО11 После возбуждения дела № А73-15765/2012 и введения процедуры наблюдения, основными кредиторами в которой выступили лица, относящиеся к группе ФИО11, в результате применения реституции по недействительным сделкам, ФИО2 приняты меры к заключению мирового соглашения. 

Конкурсным управляющим также заявлено о взыскании убытков с ФИО2 

В обоснование заявленных требований, конкурсный управляющий представил в материалы дела сведения о возбуждении исполнительных производств и их прекращении за невозможностью взыскания как применения последствий недействительности сделок. 

В отношении последствий недействительности сделок с ООО «СоветникЪ-ДВ» представлены сведения о прекращении процедуры банкротства, возбужденной по заявлению ООО «Спектр», что также указывает на невозможность взыскания.

В связи с данными обстоятельствами, конкурсным управляющим приняты меры к пополнению конкурсной массы посредством реализации дебиторской задолженности для покрытия расходов на проведение процедуры банкротства, что является ординарным способом пополнения конкурсной массы как наиболее скорого действия, альтернативного взысканию дебиторской задолженности. 

Обстоятельства утверждения комитетом кредиторов решения (протокол № 15 от 08.05.2020) исследовались при вынесении определения Арбитражного суда Хабаровского края от 13.08.2020, которым утверждено положение о продаже дебиторской задолженности единым лотом №12 по начальной цене 22 288 519,03 руб. в редакции Положения конкурсного управляющего, то есть в размере большем, чем предложено кредитором (6 000 000 руб.). 

По результатам проведённых торгов произведена реализация дебиторской задолженности, оказавшейся невостребованной, с ФИО25 заключен договор уступки прав требования №281 от 07.04.2021 на общую сумму дебиторской задолженности, принадлежащей должнику - 21 950 787,79 руб., включая задолженность ООО «СоветникЪ-ДВ», ООО «АТЭКО», ФИО6, с уплатой стоимости переданных прав 160 784,03 руб. Доля спорной дебиторской задолженности по отношению к общему размеру дебиторской задолженности составляла:                                 ООО «СоветникЪ-ДВ» - 19,06%, ООО «АТЭКО» - 5,08%, ФИО26 – 0,68%. 

Таким образом, пополнение конкурсной массы при продаже всей дебиторской задолженности в отношении спорной задолженности по сравнению с общей суммой пополнения составляло: ООО «СоветникЪ-ДВ» - 30 625,88 руб., ООО «АТЭКО» -               8 167,10 руб., ФИО26 – 1 098,71 руб. 

Так как механизм оспаривания сделок применительно к положениям ст.ст. 61.1, 61.2, 61.3, 61.6 Закона о банкротстве предполагает своей целью восстановление прав независимых кредиторов, в том числе, предотвращая негативные последствия от недобросовестного поведения лиц, получающих выгоду от поведения руководителя – возврат взысканного в конкурсную массу влечёт восстановление прав кредиторов. Однако, в случае препятствования взысканию, невозможности возврата в конкурсную массу полученного, возникают убытки от произведённых сделок, которые могут быть взысканы в порядке статей 15, 53, 1064 ГК РФ. 

С учетом правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суд Российской Федерации от 29.03.2021                     №305-ЭС16-20847(11), а также исследования фактических обстоятельств исполнения судебных актов, исходя из общего размера перечислений признанных недействительными и не возвращённых в конкурсную массу, за вычетом полученных от реализации дебиторской задолженности, суд первой инстанции пришел к выводу о наличие убытков на стороне должника в размере 5 409 945,27 руб., причиненных ему недобросовестным поведением руководителя ФИО2 

Вместе с тем, установив, что убытки, причиненные действиями руководителя при предъявлении к нему требований о привлечении к субсидиарной ответственности, входят в общий объём ответственности лица, такие требования носят зачётный характер и подлежат оценки в совокупности с общим объёмом ответственности. 

Анализируя довод конкурсного управляющего о расходовании денежных средств, арбитражный суд на основании представленных в дело доказательств установил, что со счетов должника происходили систематические перечисления денежных средств ФИО10 (член совета директоров) по договорам оказания услуг, подотчётных средств, на покрытие командировочных расходов; в пользу ЗАО «Дальинвест» (ИНН 

<

***>), руководителем которого являлся ФИО27 (ИНН 

<

***>), также являвшийся членом совета директоров ОАО «Амур-Порт», с назначением платежа «за консультационные услуги»; ФИО15 (супруга руководителя, член совета директоров), ФИО18 (учредитель ООО «Спектр» до 21.06.2011), ФИО14 (член совета директоров), ООО «Аверс» (ИНН 

<

***>, учредитель ФИО15, руководитель ФИО10), ФИО28 (член ревизионной комиссии), ФИО29 (член ревизионной комиссии), ФИО30, денежных средств на систематической основе за оказание услуг (технических, консультативных, юридических); передача в подотчёт ФИО9 денежных средств; производилась оплата бензина у ООО «Дальнефтьторг» (ИНН 

<

***>) и ООО «Нефтепром», оплата ремонта автомобиля в ООО «Лемарк-Центр», за услуги автомойки ООО «Трио», в период 2011-2012 года, когда у должника отсутствовали на балансе транспортные средства (установлено в решении Арбитражного суда Хабаровского края от 19.04.2011 по делу             № А73-6698/2010). 

Перечисления денежных средств имели систематический характер в период с 2011 по 2016 гг., не имели какого-либо экономического обоснования, учитывая, что перечисления производились аффилированным к должнику лицам в период, когда деятельность должника сводилась к сдаче в аренду имущества, на что указывал и сам ответчик. 

Перечисления по договорам услуг, выдача денежных средств в подотчёт хоть и носили в краткосрочном периоде незначительный характер, но обеспечивали перераспределение излишков в пользу заинтересованных лиц. Договоры и документы, подтверждающие факт оказания услуг, их действительную необходимость конкурсному управляющему не переданы. 

С учетом установленных в обособленном споре обстоятельств, суд правомерно пришел к выводам, что хозяйственная деятельность ОАО «Амур-Порт» под руководством ФИО2 была направлена исключительно на перераспределение выгоды от реализации имущественной массы должника со снятием с группы ФИО2 рисков дефолта ОАО «Амур-Порт» через ООО «Спектр», создавалась видимость намерения исполнения планов по выходу из кризиса и погашения обязательств перед кредиторами по мировым соглашениям; извлекалась выгода от текущей деятельности должника заинтересованной группой лиц, при наличии значительного объёма накопленных обязательств. В результате согласованных действий фактически была утрачена какая-либо возможность продолжения хозяйственной деятельности должника, поскольку весь имеющийся объём основных средств были утрачены и переданы по заниженной цене. 

Таким образом, основания привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности применительно по правилам ст. 10 Закона о банкротстве являются доказанными.  Поскольку в настоящее время не окончены мероприятия по формированию конкурсной массы, имеется дебиторская задолженность и денежные средства, которые могут впоследствии изменить размер ответственности, производство по обособленному судом приостановлено. 

Доводы апеллянта о неплатежеспособности ОАО «Амур-Порт» из-за недобросовестных действий третьих лиц - Пак Е.Х., ФИО31, Корчака И.М., изучены судом, подлежат отклонению. Действия третьих лиц не имели значительного влияния на ход управления ФИО2 должником, напротив, в период деятельности Пака Е.Х. было инициировано расторжение большинства убыточных сделок, взыскана задолженности с арендаторов, часть которой была с пропущенными сроками исковой давности. Именно из-за виновных действий ФИО2 задолженность по делу № А73-92/2005 перешла в банкротное дело № А73-15765/2012.

Так, в реестр требований кредиторов включены требования ООО «Спектр» в сумме основного долга 9 450 000,00 руб., ООО «Моста-III» с суммой основного долга                     525 818,78 руб., МУП «Горводоканал» 51 898,34 руб., ФНС России с требования в части пени более 50 млн.руб., которые также устанавливались в деле о банкротстве                      ОАО «Амур-Порт» № А73- 92/2005. По распоряжению ФИО2 требования в части пени и штрафов удовлетворены перед ООО «Амур-транзит» (директор и учредитель ФИО2) и ООО «Спектр» (аффилированное лицо). 

Доводы ФИО2 о совершении ФИО32 сделок, причинивших значительный ущерб должнику, приведший в последующем к неплатежеспособности должника с учетом указанных обстоятельств сохранения за ФИО2 корпоративного контроля над должником, суд оценивает критически. 

В целом доводы апелляционной жалобы выводов суда не опровергают и не могут являться основанием для отмены законно принятого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч.4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено. 

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в пп.12 п. 1 ст. 333.21 НК РФ, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 03.08.2023 по делу                     № А73-15765/2012 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Е.В. Гричановская

Судьи

Ю.А. Воробьева

Л.В. Самар