﻿/

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-925/2016

24 сентября 2019 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2019 года. 

Полный текст постановления изготовлен 24 сентября 2019 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Николиной О.А.

судей: Барской А.Л., Кореневой Т.И., 

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу участника общества с ограниченной ответственностью «ПродТрейд» Рудакова Алексея Сергеевича на определение Арбитражного суда Иркутской области от 25 декабря 2018 года по делу № А19-925/2016, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 28 мая 2019 по тому же делу, (суд первой инстанции - Ханафина А.Ф., суд апелляционной инстанции: Монакова О.В., Даровских К.Н., Мацибора А.Е.), 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ПродТрейд» (далее - ООО «ПродТрейд», должник) конкурсный управляющий должника Келене Татьяна Владимировна (далее - конкурсный управляющий) обратилась к обществу с ограниченной ответственностью «Межгалактический экспресс» (далее - ООО «Межгалактический экспресс») с учетом принятых уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о признании недействительным договора уступки прав требований от 01.12.2014, заключенного между ООО «ПродТрейд» и ООО «РитейлПлюс» (правопреемник - ООО «Межгалактический экспресс») и о применении последствий недействительности в виде восстановления прав требований к обществу с ограниченной ответственностью «КондорТрейд» (далее - ООО «КондорТрейд») в размере 32 495 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 25 декабря 2018 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 28 мая 2019 года заявление удовлетворено.

Не согласившись с состоявшимися по спору судебными актами, Рудаков Алексей Сергеевич - единственный участник ООО «ПродТрейд» (далее - Рудаков А.С.) обратился в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления о признании недействительными сделки и применении последствий их недействительности.

В кассационной жалобе Рудаков А.С. оспаривает выводы судебных инстанций, послужившие основанием для удовлетворения заявления о признании сделки недействительной. Полагает, что неисполнение цессионарием обязанности по уплате стоимости уступленных прав требований к должнику не свидетельствует о безвозмездности оспариваемого договора уступки прав требований. По мнению заявителя кассационной жалобы, судами нарушены положения статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку не учтены обстоятельства, установленные определением Арбитражного суда Иркутской области от 14 сентября 2017 года по делу №А19-11332/2016, которым требования ООО «Континент» (последующего приобретателя уступленных ООО «ПродТрейд» прав требований) включены в реестр требований кредиторов ООО «КондорТрейд». 

Конкурсный управляющий в отзыве на кассационную жалобу выражает несогласие с содержащимися в ней доводами. Полагает, что выводы судов являются верными, основанными на надлежащей оценке доказательств и правильном применении норм права. Довод заявителя о возмездности оспариваемого договора противоречит фактическим обстоятельствам и доказательствам. Определение Арбитражного суда Иркутской области от 14 сентября 2018 года не имеет преюдициального значения, поскольку принято при ином составе лиц, участвующих в деле.

Определение о назначении судебного заседания для рассмотрения кассационной жалобы выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем лица, участвующие в деле, извещены о заседании суда округа посредством его размещения на общедоступном сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

В судебном заседании на основании частей 1, 2 статьи 163 и части 1 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв с 10.09.2019 до 15 часов 15 минут 17.09.2019, о чем сделано публичное извещение, размещенное на сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

В судебное заседание представители участников спора не явились.

Законность судебных актов проверена в порядке главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, 01.12.2014 между ООО «ПродТрейд» (цедент) и ООО «РитейлПлюс» (цессионарий) заключен договор уступки прав требований, по условиям которого ООО «ПродТрейд» уступило, а ООО «РитейлПлюс» приняло в полном объеме права и обязанности по договорам займа от 15.11.2013 и от 12.08.2013, заключенным между ООО «ПродТрейд» (займодавец) и ООО «КондорТрейд» (заемщик). 

Сумма основного долга заемщика с учетом частичного возврата заемных средств по состоянию на 18.11.2013 составила 32 660 000 рублей. 

По условиям заключенного договора уступки прав требований цессионарий уплачивает цеденту 32 710 000 рублей в течение 6 месяцев со дня подписания договора цессии. 

Обязательство по оплате стоимости уступленных прав требований ООО «РитейлПлюс» не исполнено.

Конкурсный управляющий должника, ссылаясь на отсутствие какого-либо встречного предоставления по договору уступки прав требований со стороны цессионария обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Удовлетворяя заявленные требования, Арбитражный суд Иркутской области приняв во внимание отсутствие доказательств оплаты цессионарием должнику денежных средств за уступленные права требования по договору цессии и доказательств передачи цедентом цессионарию документов, подтверждающих уступаемые права требования, а также пояснения бывшего руководителя должника о не подписании от имени должника оспариваемой сделки, пришел к выводу о наличии признаков мнимости оспариваемой сделки.

Четвертый арбитражный апелляционный суд признал правильными обстоятельства, установленные судом первой инстанции, и по результатам повторного рассмотрения обособленного спора постановлением от 28 мая 2019 года оставил без изменения определение суда первой инстанции от 25 декабря 2018 года.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с положениями главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона (статья 382 Гражданского кодекса Российской Федерации). Право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, если иное не предусмотрено законом или договором (статья 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются Гражданским кодексом Российской Федерации и договором между ними, на основании которого производится уступка (пункт 1 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное (пункт 2 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

В силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. При этом к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила. Признаком притворности сделки является несовпадение волеизъявления сторон с их действительной волей у обеих сторон, а также намерение фактически исполнить прикрываемую сделку.

В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. Притворная сделка относится к сделкам, совершенным с пороком воли, характеризующимся несовпадением волеизъявления и подлинной воли сторон. Для признания сделки притворной необходимо установить, какую цель преследовали обе стороны при ее заключении и на что была направлена действительная воля каждой из сторон.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», в силу пункта 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное. Отсутствие в таком договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации. Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (статья 572 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом указанного правового регулирования следует, что для признания условия об оплате стоимости уступленных прав по договору фиктивным необходимо установление того, что стороны оспариваемого договора преследовали соответствующую цель, то есть заведомо рассматривали условие о размере стоимости предоставления контрагента должника как фиктивное, заранее осознавая, что оно не будет исполнено в полном объеме, в том числе по мотиву неплатежеспособности цессионария; либо цедент имел намерение одарить цессионария.

В рассматриваемом случае, оспариваемый договор уступки прав требований содержит условия о цене передаваемого права (32 710 000 рублей) и обязанность цессионария произвести оплату этой цены цеденту.

С учетом указанного, оспариваемый договор уступки прав требований содержит условия, позволяющие квалифицировать его как возмездный.

Неисполнение цессионарием обязательств по оплате стоимости уступленных прав само по себе не свидетельствуют о фиктивности условия об оплате стоимости уступленных прав и намерении сторон произвести безвозмездную передачу (в дар) цедентом дебиторской задолженности цессионарию, то есть о намерении сторон прикрыть сделку дарения.

Судами не установлены обстоятельства того, что стороны при заключении оспариваемого договора заранее осознавали, что ООО «РитейлПлюс» (правопреемником ООО «Межгалактический экспресс», цессионарием) не будет исполнено в полном объеме обязательство по оплате стоимости уступленных должником прав требований к ООО «КондорТрейд», в том числе по мотиву неплатёжеспособности цессионария.

Суд округа признает ошибочным вывод судов первой и апелляционной инстанций о мнимости договора уступки прав требований от 01.12.2014, основанный лишь на обстоятельствах отсутствия доказательств оплаты цессионарием стоимости уступленных прав.

Судами также не учтено, что в последующем цессионарий произвел отчуждение приобретенных у должника прав требований ООО «Континент» по договору уступки прав требований от 01.07.2015.

Следовательно, оспариваемая сделка создала соответствующие правовые последствия для ее сторон - права требования к ООО «КондорТрейд» по договорам займа первоначально от должника перешли к ООО «РитейлПлюс», затем к ООО «Континент», что опровергает выводы судов о мнимости  оспариваемой сделки. 

Не оформление сторонами договора уступки прав требований акта приема передачи документов, подтверждающих уступленные права требования от цедента к цессионарию, а также не направление уведомления заемщику о состоявшейся уступке, не свидетельствуют о наличии у сторон цели заключить сделку лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. 

Пояснения бывшего директора ООО «РитейлПлюс» Березиной А.С. о не подписании договора уступки прав требований от 01.12.2014, не опровергают факт заключения этого договора должником, поскольку не являются допустимыми доказательствами, подтверждающими указанные в пояснении обстоятельства.

Кроме того, конкурсным управляющим в качестве основания для признания недействительным договора уступки указывался пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса (пункт 4 Постановления № 63, пункт 10 Постановления № 32).

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Между тем в настоящем случае оспариваемая сделка не проверена судами первой и апелляционной инстанций на предмет наличия оснований для признания ее недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; вопрос о том выходит ли спорная сделка за рамки понятия подозрительной сделки, не исследовался.

Поскольку доказательства исследованы судами неполно, выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, сделаны без установления всех обстоятельств, необходимых для правильного разрешения обособленного спора, обжалуемые определение суда и постановление апелляционного суда подлежат отмене, а обособленный спор - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении обособленного спора судам следует учесть изложенное, устранить отмеченные недостатки, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, исходя из предмета и оснований заявленных требований, учесть все доводы и возражения лиц, участвующих в деле, оценить представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, после чего принять законный и обоснованный судебный акт в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные отношения, распределить расходы на уплату государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 274, 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 25 декабря 2018 года по делу № А19-925/2016, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 28 мая 2019 по тому же делу отменить, дело отправить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий 

Судьи

О.А. Николина 

А.Л. Барская 

Т.И. Коренева