ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-948/18

25 декабря 2018 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена  18 декабря 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 декабря 2018 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Немчиновой М.А.,

судей: Пивоваровой Л.В., Семушкиной В.Н.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании:

от истца Общества с ограниченной ответственностью «Аквабарьер»: ФИО2, ФИО3 представитель по доверенности от 10 июля 2017 года, ФИО4 представитель по доверенности от 21 августа 2018 года,

от ответчика Общества с ограниченной ответственностью «Гидро-Гарант» – ФИО5 представитель по доверенности от 24 сентября 2018 года,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Гидро-Гарант» на решение Арбитражного суда Московской области от 26 апреля 2018 года по делу № А41-948/18, по иску Общества с ограниченной ответственностью «Аквабарьер» к Обществу с ограниченной ответственностью «Гидро-Гарант» о защите исключительных прав на товарный знак,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Аквабарьер» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Московской области с иском (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) к Обществу с ограниченной ответственностью «Гидро-Гарант» (далее – ответчик), в котором просило:

– запретить обществу «Гидро-Гарант» незаконное использование обозначения «Аквастоп», сходного до степени смешения с товарным знаком «Аквастоп» по свидетельству Российской Федерации № 451846, для индивидуализации товаров 17 и 19-го классов Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ), в отношении которых товарный знак зарегистрирован, а равно для индивидуализации однородных товаров, каким бы то ни было образом, в том числе, посредством размещения в сети Интернет, в доменном имени, при продвижении товаров и (или) услуг, в рекламе, а также иным образом вводить в гражданский оборот на территории Российской Федерации;

– обязать ООО «Гидро-Гарант» за свой счет опубликовать на сайте http://www.гидроконтур.рф/ решение суда о допущенном нарушении исключительного права общества «АКВАБАРЬЕР» на товарный знак «Аквастоп» по свидетельству Российской Федерации № 451846 в течение 3 (трех) рабочих дней с даты вступления в силу решения суда с указанием на неправомерное использование обществом «Гидро-Гарант» обозначения «Аквастоп» и с указанием на общество «Аквабарьер» как правообладателя товарного знака «Аквастоп» по свидетельству Российской Федерации № 451846 продолжительностью публикации не менее 9 (девяти) месяцев;

– взыскать с ООО «Гидро-Гарант» в пользу ООО «Аквабарьер» денежную компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак «Аквастоп» по свидетельству Российской Федерации № 451846 в размере 500 000 (пятьсот тысяч) руб.

Решением Арбитражного суда Московской области от 26 апреля 2018 года ООО «Гидро-Гарант» запрещено незаконное использование обозначения «Аквастоп», сходного до степени смешения с товарным знаком «Аквастоп» по свидетельству Российской Федерации № 451846, посредством размещения в сети интернет на сайте www.гидроконтур.рф в рекламе, при продвижении товаров, для индивидуализации товаров 17 и 19-го классов МКТУ, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, а равно для индивидуализации однородных товаров и (или) услуг; взыскать с ООО «Гидро-Гарант» в пользу ООО «Аквабарьер» денежную компенсация за нарушение исключительного права на товарный знак «Аквастоп» по свидетельству Российской Федерации № 451846 в сумме 200 000 руб. и расходы по госпошлине в сумме 13 000 руб.; в остальной части иска отказано (л.д. 48-54 т. 9).

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 05 июля 2018 года решение Арбитражного суда Московской области от 26 апреля 2018 года по делу № А41-948/18 отменено, в иске ООО «Аквабарьер» отказано.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 19 ноября 2018 года по делу № А41-948/18 постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 05 июля 2018 года по делу № А41-948/2018 отменено, дело направлено в Десятый арбитражный апелляционный суд на новое рассмотрение.

В судебном заседании арбитражного апелляционного суда представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме, просил решение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель истца возражал против доводов апелляционной жалобы в полном объеме, просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, апелляционный суд не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции ввиду следующего.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований ООО «Аквабарьер» сослалось на то, что является правообладателем словесного товарного знака «АКВАСТОП» по свидетельству Российской Федерации № 451846 (дата приоритета – 18 октября 2010 года, дата регистрации – 20 января 2012 года, дата окончания срока действия регистрации – 18 июня 2020 года) в отношении товаров «металлические покрытия для деформационных швов в полах, стенах и перекрытиях»               6-го класса, «резиновые гидроизоляционные шпонки для деформационных и рабочих швов строительных и гидротехнических конструкций» 17-го класса и «пластиковые гидроизоляционные шпонки для деформационных и рабочих швов строительных и гидротехнических конструкций» 19-го класса МКТУ..

При осуществлении коммерческо-хозяйственной деятельности истцу стало известно, что ответчик на сайте www.гидроконтур.рф предлагает к продаже гидроизоляционные товары под обозначением «Аквастоп», сходным до степени смешения с названным товарным знаком истца, без разрешения последнего в отношении товаров, однородных товарам, для которых зарегистрирован товарный знак истца, что подтверждается нотариальным протоколом осмотра от 24 марта 2017 года.

Также истцом представлены в материалы дела акты осмотра доказательств в сети «Интернет» от 31 марта 2017 года и от 13 декабря 2017 года, а именно, сайта www.гидроконтур.рф, содержащие аналогичную информацию на даты их составления.

При этом, истец указал, что не заключал с ответчиком соглашений об использовании словесного обозначения «Аквастоп».

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном названным Кодексом.

На основании статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) товарный знак является результатом интеллектуальной деятельности и приравненным к нему средством индивидуализации, которым предоставлена правовая охрана.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Гражданским кодексом Российской Федерации не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность.

Согласно статье 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Характерной особенностью правового режима использования товарного знака является почти полное отсутствие ограничений исключительного права правообладателя, при этом единственным таким ограничением является указание об исчерпании исключительного права (статья 1487 ГК РФ), в соответствии с которым не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

В пункте 43.2 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 5/29 от 26 марта 2009 года «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения.

Таким образом, основанием для взыскания с ответчика заявленной компенсации является установление факта нарушения им исключительных прав истца.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

В соответствии с пунктом 3 Методических рекомендации по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31 декабря 2009 года № 197 Административный регламент содержит определения понятий тождественного обозначения и обозначения, сходного до степени смешения, при экспертизе заявленных обозначений. Обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах.

Следовательно, сравниваемые обозначения признаются тождественными, если они полностью совпадают, т.е. являются одинаковыми. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Оценка сходства обозначений производится на основе общего впечатления, формируемого, в том числе с учетом неохраняемых элементов.

При этом, формирование общего впечатления может происходить под воздействием любых особенностей обозначений, в том числе доминирующих словесных или графических элементов, их композиционного и цветографического решения и др. Исходя из разновидности обозначения (словесное, изобразительное, звуковое и т.д.) и/или способа его использования, общее впечатление может быть зрительным и/или слуховым.

Как следует из материалов дела, ООО «Аквабарьер» является производителем гидроизоляционных товаров и правообладателем используемого для индивидуализации названной продукции товарного знака «Аквастоп» по свидетельству Российской Федерации № 451846 с приоритетом от 18 июня 2010 года, зарегистрированного в отношении товаров 17 и 19-го классов МКТУ.

Нотариальным протоколом осмотра доказательств от 24 марта 2017 года подтверждается, что на сайте www.гидроконтур.рф содержится информация о предложении к продаже и реализации ответчиком гидроизоляционных шпонок «АКВАСТОП», профиля «АКВАСТОП» тип ПНР, профиля набухающего «АКВАСТОП» тип ПНБ, а также о производстве ответчиком гидроизоляционных шпонок «АКВАСТОП».

Данный сайт используется ответчиком, что им также не оспаривается.

ООО «Аквабарьер» представлены в материалы дела акты осмотра доказательств в сети «Интернет» от 31 марта 2017 года и от 13 декабря 2017 года, а именно, сайта www.гидроконтур.рф, содержащие аналогичную информацию на даты их составления. Таким образом, из представленных доказательств усматривается, что общество «ГИДРО-ГАРАНТ» с марта 2017 года использовало на сайте www.гидроконтур.рф словесное обозначение «АКВАСТОП» в предложении к продаже гидроизоляционных товаров: гидроизоляционных шпонок, профиля тип ПНР, профиля набухающего тип ПНБ.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2007 года № 122, вопрос о степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Как указано в пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23 сентября 2015 года, при выявлении сходства до степени смешения обозначений учитывается общее впечатление, которое они производят в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В соответствии с пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития России от 20 июля 2015 года № 482 (далее - Правила) обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В пункте 42 Правил отмечено, что словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в данном пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пункту 45 Правил при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю. При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки. Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

Пунктом 3.1 Методических рекомендаций по определению однородности товаров и услуг при экспертизе заявок на государственную регистрацию товарных знаков и знаков обслуживания, утвержденных приказом Роспатента № 198 от 31 декабря 2009 года (далее - Методические рекомендации) предусмотрено, что вывод об однородности товаров делается по результатам анализа по перечисленным признакам в их совокупности в том случае, если товары по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения.

Признаки однородности товаров подразделяются на основные и вспомогательные.

К основным признакам относятся: род (вид) товаров; назначение товаров; вид материала, из которого изготовлены товары. Остальные признаки относятся к вспомогательным.

Основные признаки однородности товаров могут учитываться как каждый в отдельности, так и в совокупности один с другим и со вспомогательными признаками. При этом основные признаки могут переходить в разряд вспомогательных.

В пункте 3.6 Методических рекомендаций обращено внимание на то, что степень однородности товаров тесно связана со степенью сходства обозначений, предназначенных для их маркировки. Чем сильнее сходство, тем выше опасность смешения и, следовательно, шире диапазон товаров, которые могут рассматриваться как однородные.

В ситуации, когда заявленное обозначение и противопоставленный товарный знак (обозначение) являются тождественными или незначительно отличаются друг от друга, т.е. почти тождественны, однородными могут быть признаны товары и связанные с этими товарами услуги.

Суд, проведя сравнительный анализ товарного знака истца «АКВАСТОП» и обозначения «Аквастоп», используемого ответчиком, по изложенным правилам пришел к выводу о сходстве данных обозначений до степени смешения ввиду того, что они состоят из совпадающих букв, звуков, одинакового количества слогов за счет полного вхождения одного обозначения в другое, что обуславливает их фонетическое сходство, а также идентичности заложенной идеи, свидетельствующей о семантическом сходстве.

При этом незначительные графические отличия сравниваемых обозначений (исполнение их разными шрифтами) не влияет на формирование какого-либо иного общего впечатления, которое они производят в целом на среднего потребителя соответствующих товаров.

Сравнение перечней товаров с целью определения их однородности показало, что товары 17 («резиновые гидроизоляционные шпонки для деформационных и рабочих швов строительных и гидротехнических конструкций»), 19-го («пластиковые гидроизоляционные шпонки для деформационных и рабочих швов строительных и гидротехнических конструкций») классов МКТУ, для которых зарегистрирован товарный знак истца, и товары («гидроизоляционные шпонки, профиль тип ПНР, профиль набухающий тип ПНБ»), которые предлагаются к продаже ответчиком, однородны, поскольку имеют одно функциональное назначение (используются преимущественно в сфере строительства для герметизации швов в строительных конструкциях), изготовлены из одного материала (бетонит, каучук, резина), имеют схожие свойства (гибкость, водонепроницаемость), один круг потребителей, являются взаимодополняемыми и взаимозаменяемыми, в связи с чем указанные товары могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения.

Сходство сравниваемых обозначений до степени смешения и однородность указанных товаров ответчиком не оспариваются.

Однако, доказательств правомерности использования обозначения «АКВАСТОП», сходного до степени смешения с товарный знаком истца, в отношении товаров, однородных товарам 17 и 19-го классов МКТУ, ответчиком в материалы дела не представлены.

Таким образом, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ответчик нарушил исключительные права истца на товарный знак «АКВАСТОП» по свидетельству Российской Федерации № 451846 в отношении товаров 17 и 19-го классов МКТУ, для которых он зарегистрирован, путем предложения к продаже однородных товаров под обозначением, сходным до степени смешения с названным товарным знаком, в сети «Интернет» на сайте www.гидроконтур.рф.

Доказательств прекращения такого нарушения ответчиком в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об удовлетворении требования ООО «Аквабарьер» о запрете ООО «Гидро-гарант» незаконного использования обозначения «АКВАСТОП», сходного до степени смешения с товарным знаком «АКВАСТОП» по свидетельству Российской Федерации № 451846, посредством размещения в сети Интернет на сайте www.гидроконтур.рф в рекламе, при продвижении товаров, для индивидуализации товаров 17 и 19-го классов МКТУ, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, а равно для индивидуализации однородных товаров и (или) услуг.

С учетом доказанности нарушения ответчиком исключительного права истца на спорный товарный знак удовлетворению подлежит и требование о взыскании компенсации.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В пункте 43.2 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26 марта 2009 года № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 5/29) разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

Согласно пункту 43.3 названного постановления, рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ в совокупности и взаимосвязи все приведенные сторонами доводы и представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу о том, что требования истца о выплате компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак обоснованы.

Принимая во внимание характер правонарушения (использование обозначения в предложении к продаже товаров на сайте в сети «Интернет» в общем доступе), период нарушения (с марта 2017 года), возможный ущерб истца, исходя из принципов разумности и справедливости, необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд считает, что компенсация подлежит взысканию в размере 200 000 руб. В остальной части взыскания компенсации следует отказать.

Суд первой инстанции правомерно отклонил довод ответчика о том, что использование им обозначения «АКВАСТОП» носило справочный характер, а словесное упоминание чужого товарного знака не является использованием этого знака, поскольку из использованных ответчиком на указанном сайте формулировок очевидно следует, что ответчик осуществлял предложение к продаже конкретных товаров, маркированных обозначением «АКВАСТОП».

С учетом этого описание характеристик этих товаров не свидетельствует об исключительно справочном характере использования обозначения «АКВАСТОП».

Не обоснован и довод ответчика о злоупотреблении истцом правом при регистрации спорного товарного знака.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункте 62 постановления № 5/29 лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, не может быть отказано в его защите (даже в случае, если в суд представляются доказательства неправомерности регистрации товарного знака) до признания предоставления правовой охраны такому товарному знаку недействительной в порядке, предусмотренном статьей 1512 ГК РФ, или прекращения правовой охраны товарного знака в порядке, установленном статьей 1514 Кодекса.

Вместе с тем, суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по государственной регистрации соответствующего товарного знака могут быть квалифицированы как злоупотребление правом (абзац третий пункта 62 постановления № 5/29).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с положениями параграфа 2 статьи 10.bis Конвенции по охране промышленной собственности (заключена в Париже 20 марта 1883 года) и пункта 1 статьи 10 ГК РФ суд может квалифицировать нечестность поведения лица при приобретении исключительного права на товарный знак с учетом субъективных критериев такого поведения, поскольку суд оценивает все обстоятельства конкретного дела в их совокупности и взаимной связи.

Одним из обстоятельств, которые могут свидетельствовать о недобросовестном поведении лица, зарегистрировавшего товарный знак, может быть то, что это лицо знало или должно было знать о том, что третьи лица (третье лицо) на момент подачи заявки на регистрацию обозначения в качестве товарного знака законно использовали соответствующее обозначение для индивидуализации производимых ими товаров или оказываемых услуг без регистрации в качестве товарного знака, а также то, что такое обозначение приобрело известность среди потребителей.

Вместе с тем, то, что лицо знало или должно было знать об использовании третьими лицами тождественного или сходного до степени смешения обозначения до даты приоритета товарного знака самого по себе недостаточно для вывода о том, что лицо, приобретая исключительное право на товарный знак, действовало недобросовестно. Должно быть также установлено, что лицо, приобретая исключительное право на товарный знак, имело намерение воспользоваться чужой репутацией и узнаваемостью такого обозначения.

В рекомендациях, содержащихся в Справке по вопросам недобросовестного поведения, в том числе конкуренции, по приобретению и использованию средств индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, утв. Постановлением Президиума Суда по интеллектуальным правам от 21 марта 2014 года № СП-21/2, указано, что одним из обстоятельств, которые могут свидетельствовать о недобросовестном поведении лица, зарегистрировавшего товарный знак, может быть то, что это лицо знало или должно было знать о том, что третьи лица (третье лицо) на момент подачи заявки на регистрацию обозначения в качестве товарного знака законно использовали соответствующее обозначение для индивидуализации производимых ими товаров или оказываемых услуг без регистрации в качестве товарного знака, а также то, что такое обозначение приобрело известность среди потребителей.

Одним из обстоятельств, которые могут свидетельствовать о недобросовестном поведении лица, зарегистрировавшего товарный знак, может быть то, что это лицо знало или должно было знать о том, что третьи лица (третье лицо) на момент подачи заявки на регистрацию обозначения в качестве товарного знака законно использовали соответствующее обозначение для индивидуализации производимых ими товаров или оказываемых услуг без регистрации в качестве товарного знака, а также то, что такое обозначение приобрело известность среди потребителей.

Вместе с тем того, что лицо знало или должно было знать об использовании третьими лицами тождественного или сходного до степени смешения обозначения до даты приоритета товарного знака самого по себе недостаточно для вывода о том, что лицо, приобретая исключительное право на товарный знак, действовало недобросовестно. Должно быть также установлено, что лицо, приобретая исключительное право на товарный знак, имело намерение воспользоваться чужой репутацией и узнаваемостью такого обозначения (пункт 4 Справки).

Критерием квалификации действий лица, зарегистрировавшего обозначение в качестве товарного знака, как злоупотребления правом или недобросовестной конкуренции может служить предшествовавшее использование спорного обозначения.

Согласно пункту 5 Справки не могут быть признаны недобросовестными действия правообладателя по регистрации товарного знака, если спорное обозначение приобрело широкую известность благодаря хозяйственной деятельности и инвестициям такого правообладателя, имевшими место до регистрации товарного знака.

Также при рассмотрении судом вопроса о том, является ли регистрация обозначения в качестве товарного знака актом недобросовестной конкуренции, в качестве критерия недобросовестности поведения может быть принято последующее (после регистрации) поведение правообладателя (пункт 6 Справки).

Согласно Протоколу № 1 заседания Научно-консультативного Совета при Суде по интеллектуальным правам от 27 декабря 2013 года ст. 10.bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности в качестве основания для признания актом недобросовестной конкуренции регистрации товарного знака выступает нечестность (а не незаконность) поведения лица в промышленных и торговых делах. Для квалификации регистрации товарного знака как акта недобросовестной конкуренции исходя из статьи 10 bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности оценке подлежит ее честность.

Следовательно, учитывается и цель такой регистрации. С этой точки зрения при рассмотрении вопроса о добросовестности регистрации товарного знака исследованию подлежат как обстоятельства, связанные с самой регистрацией, так и последующее поведение лица, на основании которого может быть выяснена и определена цель такой регистрации.

Аналогичная позиция изложена и в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 30 ноября 2017 года по делу № А32-24863/2016, решении Суда по интеллектуальным правам от 12 декабря 2017 года по делу № СИП-497/2017.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ООО «Аквабарьер» более 15 лет является производителем гидроизоляционных материалов, зарекомендовавшим себя и свою продукцию «АКВАСТОП» на рынке и поставляет исключительно производимую им продукцию. Продукция «АКВАСТОП», производимая истцом является известной на территории России и за ее пределами в результате вложений самого правообладателя благодаря его хозяйственной деятельности и инвестициям. Об этом в материалы настоящего дела ООО «Аквабарьер» представлены доказательства, которым судом первой инстанции дана надлежащая оценка.

Товарный знак «АКВАСТОП» получил известность благодаря финансовым и временным инвестициям правообладателя этого товарного знака и научно-техническому потенциалу его работников.

Именно ООО «Аквабарьер», как производственное предприятие, задолго до даты приоритета товарного знака «АКВАСТОП» стало использовать обозначение «АКВАСТОП» в качестве средства индивидуализации гидроизоляционных материалов. И после регистрации товарного знака ООО «Аквабарьер» продолжило использовать своей товарный знак для целей индивидуализации производимой им продукции.

При этом ООО «Аквабарьер» зарегистрировано в качестве юридического лица 01 апреля 2002 года, основным видом экономической деятельности является «22.21. производство пластмассовых плит, полос, труб и профилей».

Также ООО «Аквабарьер» – это производственное предприятие, основным видом хозяйственной деятельности которого является производство гидроизоляционных материалов, в частности гидроизоляционные шпонки, профили для деформационных швов, набухающие профили типов ПНР и ПНБ.

Истец указал, что само обозначение «АКВАСТОП» в качестве оригинального торгового наименования впервые было введено им в гражданский оборот в 2003 году. По настоящее время истец производит и отгружает производимую им продукцию с маркировкой «АКВАСТОП» на всей территории России и за ее пределами. Образец готовой оригинальной продукции «АКВАСТОП» представлен в материалы настоящего дела (л.д. 22-23 т. 9).

Кроме того, активное использование обозначения «АКВАСТОП» истцом в  гражданском обороте подтверждается выдержками из различных журналов, в частности: реклама «ООО «Аквабарьер» 9 лет на передовой рынка стройматериалов система продуктов АКВАСТОП (гидроизоляционные шпонки; деформационные швы; декоративные деформационные швы; декоративные профили для швов; гидропрофильные (набухающие) профили; инъекционные системы)» из Научно-технического и производственного журнала (март 2010 года); статья «Специальные стройматериалы» из еженедельника «Снабженец» № 12 (707) (март-апрель 2010 года) содержащая, в том числе, сведения о том, что ООО «Аквабарьер» «разработано и освоено производство гидроизоляционных шпонок «АКВАСТОП», применяемых для герметизации деформационных швов больших перемещений железобетонных конструкций подземных и заглубленных сооружений».

К тому же, истец представил товарные накладные за 2003 - 2010 годы (до даты приоритета спорного товарного знака), из которых усматривается, что именно истец задолго до даты приоритета спорного товарного знака (с 2003 года) осуществлял поставки шпонок «АКВАСТОП», деформационных швов «АКВАСТОП», системы «АКВАСТОП» инжекто, профильного уплотнения «АКВАСТОП», шлангов инъекционных «АКВАСТОП» множеству различных юридических лиц, в том числе, иностранным компаниям.

Данные документы в своей совокупности и взаимной связи подтверждают, что именно истцом разработано и освоено производство гидроизоляционных шпонок, вводимых им в гражданский оборот под обозначением «АКВАСТОП» с 2003 года.

Доказательств иного, в частности, законного использования какими-либо третьими лицами на момент подачи заявки на регистрацию обозначения в качестве товарного знака соответствующего обозначения для индивидуализации производимых ими товаров или оказываемых услуг без регистрации в качестве товарного знака, а также того, что такое обозначение приобрело известность среди потребителей, и известности этих обстоятельств истцу (на что ссылается ответчик), в материалах дела не имеется.

При этом технологический регламент ТР 186-07 также не может свидетельствовать о злоупотреблении истцом правом, поскольку разработан с участием истца на установку, а не производство, гидроизоляционных шпонок АКВАСТОП, то есть на установку уже готового изделия; предназначен для строительных организаций, выполняющих бетонные работы при строительстве подземных и заглубленных сооружений; определяет общий порядок и условия выполнения работ по установке и эксплуатации гидроизоляционных шпонок «АКВАСТОП» различных видов.

Также возражая против доводов ответчика в соответствии с абзацем 2 части 2 статьи 268 АПК РФ (документы, представленные для обоснования возражений относительно апелляционной жалобы в соответствии со статьей 262 настоящего Кодекса, принимаются и рассматриваются арбитражным судом апелляционной инстанции по существу) заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела письма от ООО «Обнинскгазполимер» от 18 июня 2018 года и письмо от АО «НИИ Мосстрой» от 09 апреля 2018 года, в которых данные организации подтверждают факт принадлежности прав на Технологический регламент ТР 186-07 и Технические условия ТУ 5775-002-46603100-03 истцу, а также приказ № АБ00000001 от 01 февраля 2005 года о приеме на работу в ООО «Аквабарьер» ФИО6 и приказ № АБ00000006 от 02 апреля 2007 года о приеме на работу ФИО7

Так, согласно письму ООО «Обнинскгазполимер» от 18 июня 2018 года, ТУ 5775-002-46603100-03 предназначены для выпуска продукции для ООО «Аквабарьер». ООО «Обнинскгазполимер», как владелец ТУ 5775-002-46603100-03, не передавало права на их использование третьим лицам, следовательно ТУ5775-002-46603100-03 созданы исключительно для ООО «Аквабарьер».

АО «НИИМосстрой», будучи правопреемником ГУП «НИИ Мосстрой» - одним из разработчиков Технологического регламента ТР 186-07 в своем письме прямо указывает на то, что технологический регламент на установку гидроизоляционных шпонок «АКВАСТОП» при устройстве и восстановлении гидроизоляции деформационных и технологических швов бетонирования в железобетонных конструкциях подземных и заглубленных сооружений ТР 186-07 был разработан силами и средствами ООО «Аквабарьер» совместно с ФИО8, руководителем лаборатории подземных сооружений ГУП «НИИМосстрой». Технологический регламент разработан с целью стандартизации процессов по установке гидроизоляционных шпонок под товарным знаком «АКВАСТОП». Производителем гидроизоляционных шпонок под товарным знаком «АКВАСТОП» является ООО «Аквабарьер».

Таким образом, вышеуказанный Технологический регламент ТР 186-07 разработан в 2008 году до даты приоритета товарного знака «АКВАСТОП» в соответствии с требованиями ТУ 5775-00246603100-03 с изменениями 1, 2 и определяет общий порядок и условия выполнения работ по установке и эксплуатации гидроизоляционных шпонок «АКВАСТОП» различных видов, то есть Технологический регламент ТР 186-07 содержит ссылку на Технические условия, предназначенные для выпуска продукции истца, что еще раз подтверждает его взаимосвязь с ООО «Аквабарьер» и его продукцией «АКВАСТОП».

При этом, разработанный ООО «Аквабарьер» Технологический регламент ТР 186-07 прошел регистрацию на уровне Правительства Москвы и был согласован с ведущим проектными и эксплуатирующими организациями: ГУП «Гормост» (ИНН 

<

***>); ГУП «Мосинжпроект» (ИНН 

<

***>); ГУП «Мосводоканалниипроект» (ИНН 

<

***>); ОАО «Метрогипротранс» (ИНН 

<

***>); ОАО «Росжелдорпроект» филиал «Мосжелдорпроект» (ИНН 

<

***>); ОАО «Гипротрансмост» (ИНН7717003880); ОАО «Союздорпроект» (ИНН 

<

***>).

Таким образом, ООО «Аквабарьер» приняло активное участие в разработке официального технического документа - Технологического регламента ТР 186-07, в котором используется обозначение «АКВАСТОП» в качестве названия производимой истцом гидроизоляционной продукции. Технологический регламент ТР 186-07 ссылается на ТУ 5775-00246603100-03 от 2003 года, в разработке которых истец также принимало активное участие, которое является подтверждением того обстоятельства, что именно благодаря хозяйственной деятельности и инвестициям предприятия истца имевшими место до регистрации товарного знака «АКВАСТОП», слово «АКВАСТОП» стало входить в оборот для целей индивидуализации выпускаемых истцом гидроизоляционных материалов.

При таких обстоятельствах, с учетом того, что истцом разработано и освоено производство гидроизоляционных шпонок «АКВАСТОП», данный технологический регламент не может служить доказательством злоупотребления правом истцом по заявленному ответчиком основанию.

Также истцом в материалы дела представлены товарные накладные, подтверждающие осуществление им деятельности по активному введению в гражданский оборот гидроизоляционных товаров «АКВАСТОП» и после даты приоритета спорного товарного знака с 2010 года по 2017 год включительно, что свидетельствует о добросовестном последующем поведении истца.

Кроме того, ответчик представил в материалы настоящего дела договор поставки № 1972-01/11 от 11 января 2011 года. заключенный между ООО «Аквабарьер» и ООО «Гидро-Гарант» и накладные к нему, по условиям которого ответчик в 2011 году закупал продукцию «АКВАСТОП» у истца (л.д. 70-118 т. 6).

Таким образом, довод ответчика о злоупотреблении истцом правом не нашел своего подтверждения в материалах дела, поскольку истец зарегистрировал в качестве товарного знака обозначение, которое до даты приоритета этого товарного знака использовалось именно истцом.

Довод ответчика об общеупотребимости обозначения «АКВАСТОП» также не подтвержден материалами дела, направлен на оспаривание предоставления правовой охраны товарному знаку истца и не подлежит рассмотрению в рамках дела о защите исключительного права на товарный знак.

Наличие у ответчика иного товарного знака также не исключает использование ответчиком обозначения «АКВАСТОП» и не свидетельствует об отсутствии в его действиях нарушения исключительного права истца на спорный товарный знак.

Вместе с тем, суд полагает не подлежащими удовлетворению требования истца о запрете использования обозначения «АКВАСТОП» в доменном имени, поскольку доказательств нарушения ответчиком исключительного права истца таким способом в материалах дела не имеется, а также требования о запрете незаконного использования этого обозначения каким бы то ни было образом, а также о запрете иным образом вводить в гражданский оборот на территории Российской Федерации товары 17 и 19-го классов МКТУ, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, а равно для индивидуализации однородных товаров в связи со следующим.

Требование правообладателя о пресечении действий, нарушающих право, в силу закона (пункт 1 статьи 1252 ГК РФ) может быть предъявлено только к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним.

По смыслу пункта 1 статьи 1252 ГК РФ такое требование, направленное на пресечение действий, нарушающих право, может быть удовлетворено только в том случае, если противоправное поведение конкретного лица еще не завершено. Иными словами, данный способ защиты права предусмотрен для длящегося или незавершенного правонарушения.

При этом длящееся правонарушение характеризуется непрерывным осуществлением противоправного деяния, начинается с момента совершения правонарушения и кончается вследствие действия самого нарушителя, направленного к прекращению правонарушения, или наступления событий, препятствующих совершению правонарушения.

Меры, предусмотренные статьей 1252 ГК РФ (в том числе требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу нарушения), являются мерами защиты нарушенного интеллектуального права и применяются в связи с конкретным правонарушением.

Абстрактный запрет установлен непосредственно законом.

Пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ определено, что исключительное право использования товарного знака принадлежит лишь правообладателю. В силу пункта 3 этой статьи никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Абстрактные требования об общем запрете конкретному лицу на будущее в любое время использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации в силу закона не подлежат удовлетворению.

Также суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что не подлежит удовлетворению требование истца об обязании общество ООО «Гидро-Гарант» за свой счет опубликовать на сайте .гидроконтур.рф решение суда о допущенном нарушении исключительного права ООО «Аквабарьер» на товарный знак «АКВАСТОП» по свидетельству Российской Федерации № 451846 в течение 3 (трех) рабочих дней с даты вступления в силу решения суда с указанием на неправомерное использование ответчиком обозначения «АКВАСТОП» и с указанием на общество «АКВАБАРЬЕР» как правообладателя товарного знака «АКВАСТОП» по свидетельству Российской Федерации № 451846 продолжительностью публикации не менее 9 (девяти) месяцев;

Согласно подпункту 5 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном названным Кодексом, требования о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

ГК РФ не устанавливает каких-либо критериев опубликования судебного акта на сайте в сети «Интернет».

Требование о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя представляет собой меру защиты нарушенных интеллектуальных прав. Применение такого способа защиты, в первую очередь, должно быть направлено на восстановление этих нарушенных прав. При избрании такого способа защиты истец должен обосновать причины своего выбора, а также мотивировать выбор соответствующих источников, в которых, по мнению истца, следует опубликовать принятые судом акты.

Доводы ответчика о том, что истцу надлежало обратиться в органы, уполномоченные составлять протоколы об административных правонарушениях, подлежат отклонению ввиду следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 3 Федерального закона № 135-ФЗ от 26 июля 2006 года «О защите конкуренции» действие закона о защите конкуренции распространяется на отношения, которые связаны с защитой конкуренции.

Согласно пункту 1 Положения о Федеральной антимонопольной службе, утв. постановлением Правительства РФ от 30 июня 2004 года № 331, Федеральная антимонопольная служба (далее - ФАС РФ) является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по принятию нормативных правовых актов и контролю за соблюдением антимонопольного законодательства, законодательства в сфере деятельности субъектов естественных монополий, в сфере государственного регулирования цен (тарифов) на товары (услуги), рекламы, контролю за осуществлением иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства, контролю (надзору) в сфере государственного оборонного заказа, в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд и в сфере закупок товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц, а также по согласованию применения закрытых способов определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей).

Пунктом 5.13 Положения установлено, что ФАС РФ осуществляет в пределах своих полномочий производство по делам об административных правонарушениях.

Таким образом, в компетенцию ФАС РФ и ее территориальных органов входит рассмотрение дел об административной ответственности в сфере антимонопольного законодательства.

Однако истцом не заявлялись какие-либо требования, основанные на нормах антимонопольного законодательства.

Так, предметом исковых требований является нарушение ответчиком исключительного права истца на товарный знак «АКВАСТОП» по свидетельству РФ № 451846, то есть спор относится к сфере интеллектуальных прав и нормативной базой для подачи иска о защите исключительных прав является часть 4 ГК РФ.

Таким образом, по настоящему спору отсутствуют основания для установления обстоятельств обращения истца в органы, уполномоченные привлекать к административной ответственности в сфере антимонопольного законодательства.

Ходатайство ответчика о привлечении в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Роспатент), подлежит отклонению ввиду следующего.

Глава 5 АПК РФ регулирует институт правоотношений, связанных с лицами участвующими в деле, и иными участниками арбитражного процесса.

В силу частью 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Из содержания данной нормы следует, что привлечение к участию в деле третьих лиц является правом, а не обязанностью суда.

Третье лицо без самостоятельных требований - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем, какое является предметом разбирательства в арбитражном суде.

Основанием для вступления (привлечения) в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязанностью основного спорного правоотношения между стороной и третьим лицом.

Целью участия третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, является предотвращение неблагоприятных для него последствий.

Из анализа указанных положений закона следует, что третье лицо вступает в процесс с целью защиты своих нарушенных либо оспоренных прав и законных интересов. Наличие у такого лица права связано с тем, что оно является предполагаемым субъектом спорного материального правоотношения, его интересы направлены на предмет уже существующего спора.

Следовательно, в обоснование заявленного ходатайства необходимо представить доказательства того, что судебный акт, которым заканчивается рассмотрение настоящего дела, может повлиять на права и законные интересы третьего лица по отношению к одной из сторон.

Между тем, из обжалуемого судебного акта не следует, что решение суда влияет на права и обязанности Федеральной службы по интеллектуальной собственности по отношению к одной из сторон спора, следовательно, отсутствуют основания для привлечения его к участию в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Представленное ответчиком в качестве обоснования своих возражение заключение комиссии специалистов по результатам патентоведческого исследования, подготовленное ООО Центр по проведению судебных экспертиз и исследований "Судебный эксперт" от 19 ноября 2018 года, не может быть принято во внимание, поскольку получено после вынесения оспариваемого судебного акта.

Доводы апелляционной жалобы проверены апелляционным судом и отклонены, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам дела, основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства и не могут повлиять на законность и обоснованность принятого решения суда первой инстанции.

Судом первой инстанции дана надлежащая оценка всем имеющимся в деле доказательствам, оснований для отмены или изменения судебного акта не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная жалоба заявителя удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 26 апреля 2018 года по делу № А41-948/18 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня его изготовления в полном объеме через суд первой инстанции.

Председательствующий

М.А. Немчинова

Судьи

Л.В. Пивоварова

 В.Н. Семушкина