Дело № А39-2854/2016

г. Владимир

13 июня 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05.06.2018.

Полный текст постановления изготовлен 13.06.2018.                                      

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Протасова Ю.В., 

судей Кириловой Е.А., Рубис Е.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО3 

на определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 02.03.2018 

по делу № А39-2854/2016, 

принятое судьей Кальдеркиной Л.В., 

по заявлению финансового управляющего ФИО4 о признании договора дарения от 27.01.2016, заключенного между ФИО2 и ФИО3, недействительным,

при участии:

от ФИО2 – ФИО2 лично, на основании паспорта гражданина Российской Федерации, ФИО5 по доверенности от 04.06.2018.

 

Изучив материалы дела, Первый арбитражный апелляционный суд установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданки ФИО2  (далее – должник) в Арбитражный суд Республики Мордовия  обратился финансовый управляющий должника ФИО4 (далее – финансовый управляющий) с заявлением о признании договора от 27.01.2016 дарения нежилого помещения общей площадью 116,2 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...>, заключенного между ФИО2 и ФИО3, недействительным.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены ФИО6,    ФИО7, ФИО8, ФИО9.

Определением от 02.03.2018 Арбитражный суд Республики Мордовия   удовлетворил требования финансового управляющего, признав  договор дарения от 27.01.2016, заключенный между ФИО2 и ФИО3 недействительной сделкой. Кроме того, применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника 4 200 000 рублей.

При принятии судебного акта арбитражный суд первой инстанции руководствовался статьями 32, 60, 61.8, 61.9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве), статьями 110, 176, 184-185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 и            ФИО3 обратились в Первый арбитражный апелляционной суд с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение суда первой инстанции полностью по основаниям, изложенным в жалобе и принять по делу новый судебный акт.

Заявители апелляционных жалоб считают, что обжалуемое определение суда первой инстанции было вынесено без учета всех обстоятельств дела и представленных доказательств.  

ФИО3 в своей апелляционной жалобе указал, что судом неверно разрешен вопрос относительно пропуска финансовым управляющим срока исковой давности. Считает, что действия для получения необходимой информации финансовый управляющий своевременно и в полном объеме не выполнил. Доказательств того, что ФИО2 препятствовала в предоставлении финансовому управляющему всех необходимых сведений, отсутствуют. В заявлении о признании гражданки ФИО2 банкротом спорная сделка была описана, необходимые документы, в том числе сам договор дарения от 27.01.2016 года в материалах дела имелись.

ФИО2 полагает, что суд первой инстанции  вышел за рамки доводов, представленных финансовым управляющим, т.к. в самом заявлении о признании сделки недействительной, а также в процессе рассмотрения обособленного спора, финансовым управляющим указывалось на наличие на момент заключения сделки задолженности только перед одним кредитором - ФИО10 в размере 400 000 рублей. Только в отношении имеющегося на момент заключения сделки долга перед ФИО10 ответчик предоставлял свои доводы и возражения, которые также не были приняты в учет судом первой инстанции. Кроме того указала, что несмотря на то, что ФИО3 является заинтересованным лицом при заключении сделки, знать о наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества он не мог в силу объективных причин, в связи с чем, опровергается вывод о его недобросовестности при заключении сделки.

ФИО2 в судебном заседании поддержала доводы апелляционных жалоб.

Финансовый управляющий ФИО4 в отзывах на апелляционные жалобы просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения, указывая на законность и обоснованность принятого арбитражным судом первой инстанции определения.

В соответствии со статьей 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание 05.06.2018 проведено с использованием системы видеоконференцсвязи.

 Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку полномочных представителей в судебное заседание не обеспечили, апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие участвующих в деле лиц.

   Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

   Суд апелляционной инстанции с учетом положений части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257-262, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 10.06.2016 Арбитражным судом Республики Мордовия  возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника - гражданки ФИО2

Решением Арбитражного  суда Республики Мордовия  от 08.07.2016  по делу №А39-2854/2016 гражданка ФИО11 (прежние фамилии - ФИО12, ФИО3) Людмила Федоровна признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества должника-гражданина финансовым управляющим утвержден ФИО13

Определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 08.12.2016 ФИО13 освобожден с 08.12.2016 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника на основании его личного заявления.

Определением от 22.12.2016 финансовым управляющим должника -гражданки ФИО2 утвержден ФИО4

27.01.2016 между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) заключен договор дарения, в соответствии с условиями которого даритель передал одаряемому безвозмездно нежилое помещение общей площадью 116,2 кв.м, этаж 1, по адресу: Республика Мордовия, г. Саранск, ул. Севастопольская, дом 40, помещение № 2.

10.02.2016 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Мордовия произведена государственная регистрация права собственности, номер регистрации 1313/00113/001/030/2016-1739/2.

15.04.2016 ФИО3 (продавец) на основании договора купли-продажи недвижимости продал указанное нежилое помещение ФИО6 (покупатель) (государственная регистрация права собственности 26.04.2016).

29.04.2016 ФИО6 (продавец) на основании договора купли -продажи нежилого помещения продал спорное нежилое помещение ФИО7 (покупатель) (государственная регистрация права собственности 13.05.2016).

20.05.2016 ФИО7 (продавец) на основании договора купли-продажи доли нежилого помещения продал ФИО8 (покупатель) У доли принадлежащего ему на праве собственности нежилого помещения общей площадью 116,2 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...> (государственная регистрация права общей долевой собственности 01.06.2016).

11.01.2017 между ФИО7 и ФИО8 было заключено соглашение о перераспределении долей и разделе объекта, согласно условиям которого сторонами была произведена перепланировка спорного помещения, в результате которой площадь помещения увеличена на 11,2 кв.м (до 127,4 кв.м) за счет утепления лоджий (балконов) и включения их в площадь помещения, в ходе перепланировки нежилое помещение разделено на две части. Стороны определили, что ФИО7 принадлежит 606/1000 долей в праве, ФИО8 - 394/1000 долей (государственная регистрация соглашения 18.01.2017).

11.01.2017 ФИО7 продал помещение № 2а площадью 77,2 кв.м по адресу 

<

...>, пом. 2а ФИО9 (покупатель) (государственная регистрация права собственности от 19.01.2017).

Из материалов дела установлено, что дело о банкротстве должника - гражданки ФИО2 возбуждено Арбитражным судом Республики Мордовия 10.06.2016.

Оспариваемый договор дарения заключен 27.01.2016, т.е. за 4,5 месяца до принятия заявления о признании должника банкротом.

Полагая, что данная сделка является подозрительной, совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку является безвозмездной, совершенной с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий            ФИО4 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением об оспаривании названной сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Также финансовый управляющий считает, что названные обстоятельства свидетельствуют о наличии факта злоупотребления правом сторон оспариваемой сделки, делает вывод о наличии оснований для признания сделки недействительной на основании статьи 10 ГК РФ.

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены определения арбитражного суда первой инстанции.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы  несостоятельности (банкротства).

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В абзаце 6 пункта 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что сделки, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога) могут оспариваться на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника

 

в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пунктах 5, 6, 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а)      сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б)      в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в)      другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а)      на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б)      имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Как следует из материалов настоящего дела, 12.05.2016 гражданка ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Республики Мордовия с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом). 

Заявление мотивировано наличием обстоятельств, свидетельствующих о том, что у ФИО2 отсутствует возможность исполнить денежные обязательства в размере 21 929 634руб. 23коп. перед следующими кредиторами: кредитный потребительский кооператив «Доверие» в размере 582 264руб. по договору займа № 63 от 05.05.2015; кредитный потребительский кооператив «Доверие» в размере 232800руб. по договору займа № 67 от 06.05.2015; кредитный потребительский кооператив «Доверие» в размере 581160 руб. по договору займа № 100 от 01.06.2015; кредитный потребительский кооператив «Доверие» в размере 344564руб. по договору займа № 240 от 28.12.2015; ПАО АККСБ «КС Банк» г. Саранск в размере 2000000руб. по кредитному договору № 

<

***> от 27.06.2013; ПАО АККСБ «КС Банк» г. Саранск в размере 3000000руб. по кредитному договору № 

<

***> от 06.06.2013; ПАО «Ханты-Мансийский банк Открытие» в размере 1167750руб.  по кредитному договору № 

<

***> от 18.08.2013; ПАО «Сбербанк России» в размере 420000руб. по кредитному договору № 

<

***> от 29.12.2014; ПАО «Сбербанк России» в размере 150000руб. по договору кредитной карты № 0393-Р-3275843490 от 04.09.2014; ВТБ 24 (ПАО) в размере 1102000руб. по согласию (кредитному договору) №625/0018-0448962 от 03.11.2015; ВТБ 24 (ПАО) в размере 470000руб. по кредитному контракту №4648420003316379 от 21.03.2016; ВТБ 24 (ПАО) в размере 230 000руб. по кредитному контракту №4272290695017723 от 20.09.2013; ПАО «БАНК УРАЛСИБ» в размере 620000руб. по кредитному договору № 0141-№83/00314 от 06.10.2014; ПАО «БАНК УРАЛСИБ» в размере 100000руб. по кредитному договору № 

<

***>; ПАО КБ «Восточный» в размере 33000руб. по заявлению (кредитному договору) №14/9277/00000/400260 от 14.04.2014; АО «Банк Русский Стандарт» в размере 430350руб. по кредитному договору № 

<

***> от 13.12.2013; АО «Банк Русский Стандарт» в размере 150000руб. по кредитному договору № 

<

***> от 18.12.2014; ФИО14 в размере 3700000руб. по договору займа от 01.07.2014; ФИО15 в размере 2280000руб. по договору займа от 01.02.2014; ФИО16 в размере 3000000руб. по договору займа от 01.03.2014.

Определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 10.06.2016 возбуждено № А39-2854/2016 о несостоятельности (банкротстве) гражданки ФИО2

Решением от 05.07.2016 гражданка ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества должника.

Согласно отчету финансового управляющего ФИО4 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования кредиторов в общей сумме 23468339руб. 27коп., в том числе: основной долг - 23366603руб. 46коп., финансовые санкции - 101735руб. 81коп. (из них в сумме 14785879руб. 77коп., как обеспеченные залогом имущества должника). Кроме того, за реестром требований кредиторов учтены требования кредиторов в общей сумме 3443928руб. 14коп. При этом из анализа требований кредиторов должника судом установлено, что по состоянию на 26.01.2016 (дату совершения оспариваемой сделки) ФИО2 прекратила исполнение имевшихся обязательств перед следующими кредиторами ФИО10 в сумме 500000руб. (дата образования долга -24.06.2015, из них 100000руб. были оплачены должником в апреле 2016 года), определение о включении в реестр требований кредиторов от 06.12.2016, и ФИО17 в сумме 1120000руб., в том числе: основной долг - 700000руб., проценты за пользование займом -420000руб. (дата образования долга - 19.10.2014), определение о включении в реестр требований кредиторов от 20.12.2016.

Доказательства того, что прекращение исполнения должником денежных обязательств не связано с отсутствием у него денежных средств, не представлены.

Повторно рассмотрев доводы об отсутствии признаков недостаточности имущества на момент совершения сделки, апелляционный суд признает их несостоятельными в виду следующего.

Так, ФИО2 указывает, что на дату заключения оспариваемого договора дарения ей на праве собственности принадлежали 8 объектов недвижимого имущества, а также автомобиль. Кроме того, на момент совершения сделки ФИО2 состояла в законном браке с              ФИО18, у супругов имелось совместно нажитое имущество: жилой дом, переданные ФИО19 по договору займа денежные средства в размере 10000000руб., что подтверждается, по мнению ответчика, определением Верховного Суда Республики Мордовия от 06 декабря 2016 года по делу № 33-2851/2016.

При этом согласно представленным в материалы обособленного спора сведениям магазин, площадью 225 кв.м, расположенный по адресу: 

<

...>; земельный участок, площадью 490 кв.м, кадастровый номер 13:23:1102208:365, расположенный по адресу: 

<

...>; земельный участок, кадастровый номер 13:23:1101101:63, 48 кв.м., расположенный по адресу: РМ, 

<

...>; здание торгового павильона №29, общей площадью 33,4 кв.м, по адресу: ул. Косарева, территория северо-восточного рынка; встроенное нежилое помещение в жилом доме №2 площадью 50,4 кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>, помещение №2, являлись предметом залога и были реализованы финансовым управляющим в ходе процедуры реализации имущества должника - гражданки ФИО2 Транспортное средство - автомобиль Mercedes Benz GLK 220 CDI4 был реализован должником на основании договора от 27.03.2016, нежилое помещение площадью 38 кв.м по адресу: 

<

...> - по договору купли-продажи от 25.03.2016, бокс гаража, расположенный по адресу: РМ, г. Саранск, Октябрьский район, ул. Борина, в районе ОАО «Сартекс» - по договору от 18.04.2016, бокс гаража, расположенный по адресу: 

<

...> ПК г/о Саранск, «Лада-1» - по договору от 18.04.2016, жилой дом, площадью 264,8 кв.м., расположенный по адресу: РМ, 

<

...> - по договору от 14.03.2016. В судебном заседании должник пояснила, что денежные средства, полученные от реализации имущества, направлялись на погашение обязательств перед кредиторами.

Суд первой инстанции, рассмотрев доводы должника о том, что на момент заключения оспариваемой сделки у супругов Л-вых имелось совместно нажитое имущество, стоимость которого превышает размер денежных обязательств, справедливо отклонил их на основании нижеследующего.

Согласно материалам дела указанный должником в качестве совместно нажитого имущества жилой дом был передан ФИО19 по договору дарения от 27.01.2016 ФИО20; денежные средства в размере 10000000руб. 17.02.2016 были переданы ФИО19 по договору займа ФИО21, в последующем 01.03.2016 ФИО19 уступил право требования долга с ФИО21 ФИО14 на основании договору уступки права требования долга № 1. 14 апреля 2016 года Арбитражным судом РМ возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника -гражданина ФИО19. Решением Арбитражного суда Республики Мордовия от 08.06.2016 по делу №А39-2092/2016 гражданин ФИО19 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества должника-гражданина. В ходе рассмотрения обособленного спора в рамках дела № А39-2092/2016 о банкротстве должника гражданина ФИО19 по заявлению финансового управляющего должника ФИО22 к ответчикам гражданину ФИО20, ФИО19 о признании недействительной сделки должника - договора дарения от 27.01.2016 арбитражным судом установлено, что по состоянию на дату заключения оспариваемого договора (27.01.2016) гражданин ФИО19 имел признаки неплатежеспособности, продажа включенного в конкурсную массу имущества должника заведомо не позволит в полном объеме погасить требования кредиторов, что свидетельствует о недостаточности имущества должника (определение от 14.11.2017 по делу                                       № А39-2092/2016).

Таким образом, представленные ответчиками доказательства не подтверждают факт наличия у должника имущества, стоимость которого превышает размер денежных обязательств.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Таким образом, судом установлено, что на дату совершения сделки гражданка ФИО2 отвечала признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В части 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Таким образом, характерным признаком этого договора является безвозмездность, которая исходя из смысла указанной нормы означает, что даритель не получает никакого встречного предоставления со стороны одаряемого.

Безвозмездным признается договор, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления.

Как верно отметил суд первой инстанции, спорная сделка носила односторонний характер, так как должник никакого встречного исполнения по ней не получил, следовательно, совершение сделки не имело для должника экономической выгоды. Дарение имущества совершено в неблагоприятных финансовых условиях, в которых находился должника.

Из материалов обособленного спора также следует, что гражданка ФИО2 была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя в период с 18.03.1997 по 15.04.2016. Передача спорного объекта недвижимости по договору аренды от 22.11.2013 ООО «Аркона» (сроком с 22.11.2013 по 31.12.2015) свидетельствует об использовании помещения в качестве средств по получению доходов от предпринимательской деятельности должника.

В материалы дела не представлены доказательства того, что в результате совершения спорной сделки улучшилось финансовое состояние должника. Действия сторон сделки не были направлены на восстановление платежеспособности ФИО2

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Судом установлено, что спорная сделка совершена между должником и заинтересованным по отношению к нему лицом, а именно сыном, что подтверждается имеющимися в материалах дела документами и не оспаривается участвующими в деле лицами.

По отношению к должнику аффилированность ФИО3 позволяет резюмировать его осведомленность о цели совершения должником оспариваемой сделки, и перенести на него обязанность доказывания обратного. 

Исходя из аффилированности сторон сделки, ФИО3 как сын должника должен был знать о наличии кредиторов у матери -                 ФИО2 

Доказательств, опровергающих данные обстоятельства, в материалы дела не представлено.

В силу пункта 6 

Постановление

 № 63 вышеуказанными обстоятельства подтверждается, что оспариваемые сделки были совершены с целью причинить вред имущественным правам кредиторов                   ФИО2

Пунктом 5 Постановления № 63 предусмотрено, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, при совершении оспариваемых сделок произошло уменьшение размера имущества должника, что подтверждает причинение вреда имущественным правам кредиторов.

В результате заключения оспариваемой сделки произошло уменьшение размера имущества должника, которое приводит к невозможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что в материалы дела представлены доказательства наличия совокупности обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, а именно: совершение сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Таким образом, учитывая, что спорная сделка совершена в трех лет до принятия судом заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), целью совершения сделки являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов, вред имущественным правам кредиторов причинен, суд пришел к правомерному выводу о том, что финансовый управляющий доказал совокупность условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимых для признания спорной сделки недействительной.

В материалы дела не представлено каких-либо доказательств экономической целесообразности заключения сделки по безвозмездному отчуждению должником спорного имущества своему сыну, в результате совершения которой должник лишился своего ликвидного актива, не получив взамен никакого встречного удовлетворения, при том, что возмездное отчуждение спорного имущества привело был к получению должником денежных средств, за счет которых можно было был произвести гашение требований кредиторов.

В рассматриваемом случае совершение должником действий по передаче имущества в дар своему сыну направлено на минимизацию потерь ФИО2 в случае предъявления к ней соответствующих требований кредиторов.

Кроме того, финансовый управляющий указывает на наличие оснований для признания сделки недействительной в силу статьи 10 ГК РФ, поскольку при ее совершении допущено злоупотребление правом.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления от 23.12.2010 № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

Таким образом, из содержания приведенных норм и разъяснений, изложенных в пунктах 5 - 7 постановления от 23.12.2010 № 63, следует, что такие обстоятельства как противоправность цели совершения сделки и осведомленность контрагента об этой цели охватываются составом подозрительной сделки и не требуют самостоятельной квалификации по статье 10 ГК РФ.

Таким образом, оснований для применения в настоящем споре положений статьи 10 ГК РФ не усматривается.

ФИО3 было заявлено ходатайство о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности, поскольку ФИО2 признана несостоятельной (банкротом) решением от 05.07.2016, финансовым управляющим должника утвержден ФИО13 также 05.07.2016, а заявление о признании сделки недействительной подано финансовым управляющим ФИО4 07.07.2017, то есть за пределами срока исковой давности.

В силу статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

На основании пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве установлено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных этим Федеральным законом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных   с   применением   главы   III.1   Федерального   закона   «О   несостоятельности

(банкротстве)», заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Как следует из материалов дела, ФИО2 признана несостоятельной (банкротом) решением Арбитражного суда Республики Мордовия 05.07.2016 (дата объявления резолютивной части судебного акта). Полный текст судебного акта изготовлен 08.07.2016.

В судебном заседании ФИО2 сообщила о передаче всей документации финансовому управляющему ФИО13 после оглашения резолютивной части решения, пояснив при этом, что акт приема-передачи документов не составлялся.

Между тем, финансовым управляющим ФИО4 в материалы дела представлена копия запроса финансового управляющего ФИО13 от 07.07.2016, полученного ФИО2 согласно отметке на запросе 08.07.2016, о необходимости в течение 15 дней с момента получения запроса предоставить информацию, необходимую для осуществления полномочий финансового управляющего, в том числе: сведения о составе принадлежащего должнику имущества и месте нахождения этого имущества; сведения о составе обязательств, сведения о кредиторах, иные сведения, имеющие отношения к делу о банкротстве.

Таким образом, из материалов дела следует, что у финансового управляющего должника до 08.07.2017 отсутствовала документация должника.

Доказательства передачи в более ранний период (до 08.07.2017) оспариваемого договора самим должником или иными лицами, участвующими в деле, ответчиком не представлено, как и не представлено с учетом конкретных обстоятельств дела доказательств наличия достоверной осведомленности о совершенной сделке, ее условиях в срок до 08.07.2016, позволяющих финансовому управляющему проанализировать условия сделки, сформировать правовую позицию относительно заключенной сделки и при установлении соответствующих правовых оснований, обратиться в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

При указанных обстоятельствах, принимая во внимание отсутствие у финансового управляющего в силу объективных причин первичных документов по оспариваемой сделке, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что финансовый управляющий должен был узнать об основаниях оспаривания сделки не ранее 08.07.2016.

Таким образом, годичный срок на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 Закона о банкротстве, применительно к рассматриваемой ситуации, подлежит исчислению с 08.07.2016.

Представителем ответчика доказательства возможности обращения в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки в более ранний период не представлено.

С заявлением о признании сделки недействительной конкурсный управляющий должником обратился 07.07.2017, что подтверждается входящим штемпелем арбитражного суда, то есть в пределах установленного срока на обращение в арбитражный суд.

Следовательно, как обоснованно отметил суд первой инстанции, основания для отказа в удовлетворении заявления по причине пропуска срока давности, отсутствуют.

  В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Повторно исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции правомерно удовлетворил требования финансового управляющего, признав  договор дарения от 27.01.2016, заключенный между ФИО2 и ФИО3 недействительной сделкой. 

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Статья 61.6 Закона о банкротстве также предусматривает последствия признания сделки недействительной, в частности, пунктом 1 данной настоящей статьи установлено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. 

Судом первой инстанции обоснованно применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника 4 200 000 рублей.

             Арбитражный суд Республики Мордовия  привел стороны в положение, существовавшее до совершения спорной недействительной сделки.

Несогласие заявителей с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем отсутствуют основания для отмены судебного акта.

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а в апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта. В связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся в них выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. Апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 02.03.2018 по делу № А39-2854/2016 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго?Вятского округа в месячный срок со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 ? 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий судья

Ю.В. Протасов

Судьи

Е.А. Кирилова

Е.А. Рубис