АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

МОСКОВСКОГО ОКРУГА  

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-308982/2018

28 апреля 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 апреля 2023 года 

Полный текст постановления изготовлен 28 апреля 2023 года  

Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего – судьи Филиной Е.Ю. судей Аталиковой З.А., Лазаревой И.В., при участии в заседании: от истца: 

от ПАО «ФИО32 банк»: ФИО1, доверенность от 05.07.2022 № 780;  ФИО2, доверенность от 05.07.2022 № 849; ФИО3, доверенность от  05.07.2022 № 849;  

от ответчиков: от ФИО32 Капитал Б.В. (PROMSVYAZ CAPITAL B.V.): не явился; от ФИО4: Падалица А.В., доверенность от 19.05.2022; 

от ФИО5: ФИО6, доверенность от 08.02.2022;  ФИО7, доверенность от 10.01.2023 № 01/2023 (от лица финансового  управляющего ФИО5 ФИО8);  

от ФИО9: ФИО10, ФИО11, доверенность от  18.03.2022;  

от ФИО12: ФИО13, доверенность от  07.10.2022;  

от ФИО14: не явился; от ФИО15: ФИО16, доверенность от 09.12.2021; 

от ФИО17: ФИО18, доверенность от  31.01.2019;  

от ФИО19: не явился; 

от ФИО31: ФИО20, доверенность от  24.05.2022;  

от ФИО21: лично, паспорт; 

от ФИО22: Разумный А.С., доверенность от 29.03.2021;  от ФИО23: ФИО24, доверенность от 11.02.2021;  

от третьих лиц: 

от Центрального Банка РФ: ФИО25, доверенность от 10.11.2020 № ДВР  20-03/480;  

от Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»: ФИО26, доверенность от 29.09.2022 № 1159;  

от Страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах»: ФИО27, доверенность от 03.02.2023 № 1000846-51/23;  

от ФИО28: не явился; 

от ФИО29: ФИО30, доверенность от  22.06.2022;  

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы финансового  управляющего ФИО5 – ФИО8, ПАО «ФИО32 банк»,  

Центрального Банка Российской Федерации, ФИО4,  ФИО5  

на решение Арбитражного суда города Москвы от 03.08.2022 и постановление  Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2022  

по делу по иску ПАО «ФИО32 банк» 

к ответчикам: ФИО32 Капитал Б.В. (PROMSVYAZ CAPITAL B.V.), ФИО4, ФИО5, ФИО9, ФИО12, ФИО14,  ФИО15, ФИО17,  ФИО19, ФИО31, ФИО21, ФИО22, ФИО23  

третьи лица: Центральный Банк РФ, Государственная корпорация «Агентство по  страхованию вкладов», Страховое публичное акционерное общество  «Ингосстрах», ФИО28, ФИО29  

о взыскании убытков, 

УСТАНОВИЛ:

ПАО «ФИО32 банк» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд  города Москвы с исковым заявлением к ФИО32 Капитал Б.В. (PROMSVYAZ  CAPITAL B.V.), ФИО4, ФИО5, ФИО9, ФИО12, ФИО14, ФИО15,  ФИО17, ФИО19, ФИО31, ФИО21, ФИО22, ФИО23 (далее – ответчики) с  требованием взыскать с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (протокольные  определения суда от 15.11.2019, 05.02.2021, 26.05.2021, 18.08.2021, 06.10.2021,  02.02.2022) солидарно убытки в размере 243 221 236 727 руб. 84 коп. со  

следующих лиц: с ФИО5 в пределах 243 221 236 727  руб. 84 коп.; с ФИО4 в пределах 243 221 236 727 руб. 84  коп.; с ФИО32 Капитал Б.В. (PROMSVYAZ CAPITAL B.V.) в пределах 243  221 236 727 руб. 84 коп.; с ФИО12 в пределах 117 745  295 623 руб.; с ФИО15 в пределах 117 745 295 623 руб.;  с ФИО9 в пределах 117 745 295 623 руб.; с ФИО14 в пределах 117 745 295 623 руб.; с ФИО17 в пределах 117 745 295 623 руб.; с ФИО23  в пределах 137 240 086 003 руб. 56 коп.; с ФИО31 в пределах 97 597 481 635 руб. 93 коп.; с ФИО22 в пределах 96 263 150 684 руб. 93 коп.; с ФИО21 в пределах 89 931 390 684 руб. 93 коп.; с ФИО19 в  пределах 167 960 589 898 руб. 33 коп.  

 К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных  требований относительно предмета спора, привлечены Центральный Банк РФ,  Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов», Страховое  публичное акционерное общество «Ингосстрах», ФИО28,  ФИО29.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 03.08.2022 исковые  требования удовлетворены частично, в пользу Публичного акционерного  общества «ФИО32 банк» взысканы убытки в размере 91 220 328 265  (девяносто один миллиард двести двадцать миллионов триста двадцать восемь  тысяч двести шестьдесят пять) рублей 40 (сорок) копеек солидарно со  следующих лиц: с ФИО4 в размере 91 220 328 265  (девяносто один миллиард двести двадцать миллионов триста двадцать восемь  тысяч двести шестьдесят пять) рублей 40 (сорок) копеек; с ФИО5 в размере 89 692 088 265 (восемьдесят девять миллиардов шестьсот  девяносто два миллиона восемьдесят восемь тысяч двести шестьдесят пять)  рублей 40 (сорок) копеек; с ФИО32 Капитал Б.В. (PROMSVYAZ CAPITAL  B.V.) в размере 23 125 385 731 (двадцать три миллиарда сто двадцать пять  

миллионов триста восемьдесят пять тысяч семьсот тридцать один) рубль 70  (семьдесят) копеек. В удовлетворении исковых требований в остальной части  отказано.  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  01.11.2022 решение Арбитражного суда города Москвы от 03.08.2022 оставлено  без изменения, а апелляционные жалобы ФИО4,  ФИО5, финансового управляющего ФИО5 -  ФИО8, ФИО17, Публичного акционерного  общества «ФИО32 банк», ФИО32 Капитал Б.В., Центрального Банка  Российской Федерации - без удовлетворения.  

Не согласившись с принятыми судами первой и апелляционной инстанции  судебными актами, ПАО «ФИО32 банк», ФИО5,  финансовый управляющий ФИО5 – ФИО8, ФИО4, Центральный Банк Российской Федерации, обратились в  Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами.  

ПАО «ФИО32 банк» в обоснование доводов кассационной жалобы  указал на нарушение судами норм материального и процессуального права,  считает, что выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам дела  и имеющимся в деле доказательствам, просил решение суда первой инстанции и  постановление суда апелляционной инстанции отменить в части отказа во  взыскании убытков с ФИО15, ФИО17, ФИО12, ФИО14, ФИО9, ФИО22, ФИО21, ФИО31,  ФИО19, ФИО4, ФИО5, ФИО32 Капитал Б.В. и  взыскании судебных расходов в пользу ФИО15, и принять по делу  новый судебный, в котором взыскать в пользу ПАО «ФИО32 банк» убытки в  размере 217 945 610 996,14 руб. солидарно со следующих лиц: с ФИО5 в пределах 151 378 908 462,44 руб.; с ФИО4 в пределах 149 850 668 462,44 руб.; с ФИО32 Капитал Б.В.  (PROMSVYAZ CAPITAL B.V.) в пределах 217 945 610 996,14 руб.; с  ФИО12 в пределах 117 745 295 623 руб.; с ФИО15  

Владимира Юрьевича в пределах 117 745 295 623 руб.; с ФИО9 в пределах 117 745 295 623 руб.; с ФИО14 в  пределах 117 745 295 623 руб.; с ФИО17 в пределах  117 745 295 623 руб.; с ФИО23 в пределах 137 240 086  003 руб. 56 коп.; с ФИО31 в пределах 97 597 481  635 руб. 93 коп.; с ФИО22 в пределах 96 263 150 684  руб. 93 коп.; с ФИО21 в пределах 89 931 390 684 руб. 93  коп.; с ФИО19 в пределах 167 960 589 898 руб. 33 коп., взыскать в  пользу ПАО «ФИО32 банк» с ФИО32 Капитал Б.В. (PROMSVYAZ  CAPITAL B.V.), ФИО4, ФИО5, ФИО9, ФИО12, ФИО14, ФИО15,  ФИО17, ФИО19, ФИО31, ФИО21, ФИО22, ФИО23 государственную  пошлину в размере 137 739,53 руб.  

Истец полагает, что при рассмотрении спора суды неправильно применили  положения статьи 200 Гражданского кодекса РФ, статьи 183.11 Федерального  закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –  Закона о банкротстве) с учетом разъяснений, изложенных в пункте 10  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами,  входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62)  применительно к вопросу о порядке исчисления сроков исковой давности по  требованию к ФИО5, ФИО21 при отказе во взыскании убытков  от выдачи кредита компании Oberholt trading limited (Оберхольт); неправильно  применили подпункт 2 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пункт 3  статьи 53.1 Гражданского кодекса РФ, что выразилось в установлении судами  отсутствия у ФИО19, ФИО31, ФИО22, ФИО21,  ФИО23 статуса контролирующего Банк лица; не применили положения  

пункта 1, пункта 2 статьи 61.11. Закона о банкротстве, а также неправильно  применили разъяснения пункта 8 Постановления № 62, частично отказывая во  взыскании убытков с ФИО32 Капитал Б.В. по эпизоду № 4. Кроме того, как  считает истец, суды допустили неправильное применение пункта 5 статьи 189.23  Закона о банкротстве, не применили пункт 3 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7, отказывая во  взыскании убытков, определяемых по правилам пункта 5 статьи 189.23 Закона о  банкротстве; установили невозможность применения расчета, приведенного в  абзаце 2 пункта 5 статьи 189.23 Закона о банкротстве, не применив положения  статьи 15 Гражданского кодекса РФ.  

 В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель истца  поддержал доводы кассационной жалобы. Письменные пояснения к  кассационной жалобе приобщены судом округа к материалам дела с учетом  пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной  инстанции». Представитель истца поддержал доводы кассационной жалобы  Центрального Банка Российской Федерации, возражал против удовлетворения  кассационных жалоб финансового управляющего ФИО5 – ФИО8,  ФИО4, ФИО5. Отзывы истца  на кассационные жалобы финансового управляющего ФИО5 – ФИО8, ФИО4, ФИО5  приобщены судебной коллегией к материалам дела.  

ФИО5 в обоснование доводов кассационной  жалобы указал на существенные нарушения судами норм материального и  процессуального права при принятии судебных актов, не согласен с судебными  актами судов первой и апелляционной инстанции в части удовлетворения  требований ПАО «ФИО32 банк», просил отменить решение Арбитражного  суда города Москвы от 03.08.2022, постановление Девятого арбитражного  апелляционного суда от 01.11.2022 в части удовлетворения требований ПАО  

«ФИО32 банк», в отмененной части принять новый судебный акт об отказе в  удовлетворении исковых требований в полном объеме, либо отменить решение  Арбитражного суда города Москвы от 03.08.2022, постановление Девятого  арбитражного апелляционного суда от 01.11.2022 полностью в части  требований, предъявленных к ФИО5, принять новый судебный акт об  оставлении исковых требований ПАО «ФИО32 банк» к ФИО5 без  рассмотрения. По мнению ответчика, суды пришли к ошибочному выводу о  наличии состава убытков. Привлекая ФИО5 к ответственности, по  мнению заявителя, суды нижестоящих инстанций существенно нарушили  положения статей 15, 53.1 Гражданского кодекса РФ.  

Ответчик ФИО5 считает, что у ПАО  «ФИО32 банк» отсутствует самостоятельный правовой интерес, подлежащий  судебной защите, что являлось для судов самостоятельным основанием для  отказа в удовлетворении требований. По мнению заявителя, суды не применили  положения статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса РФ, подлежащие  применению, поскольку истец за время рассмотрения дела не представил  возражений относительно указанного довода. Истец, по мнению ответчика, ни  опроверг довод ответчика об отсутствии у истца права на иск.  

В нарушение статьи 10, части 1 статьи 162 Арбитражного процессуального  кодекса РФ суды, по мнению ответчика ФИО5,  уклонились от исследования обстоятельств, имеющих значение для настоящего  дела и не исследовали обстоятельства совершения сделок по кредитованию АО  «Галс», компаний Anarford Holding Limited, Figebor Consulting Limited, Wipasena  Holding Limited, а также сделок 14.12.2017, а ограничились лишь ссылкой на  судебные акты о признании сделок недействительными. Поскольку ссылка на  судебные акты об оспаривании сделок является, по мнению заявителя,  необоснованной и незаконной и иные обстоятельства привлечения ФИО5 к ответственности по указанным сделкам суды не установили, то в  удовлетворении требований истца должно быть отказано.  

Суды в рамках настоящего дела, по мнению ответчика ФИО5, проигнорировали установленные в рамках дела № А40-48786/2018  обстоятельства, имеющие значение для настоящего дела, и в нарушение  положений статьи 69 Арбитражного апелляционного суда РФ установили иные  факты, противоречащие преюдициальным судебным актам, что привело к  принятию неправильных судебных актов.  

Кроме того, по мнению ФИО5, суды нарушили  императивные требования ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку  требования к ФИО5 подлежали оставлению без рассмотрения в связи с  его банкротством.  

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель  ответчика ФИО5 поддержал доводы кассационной  жалобы, поддержал доводы кассационных жалоб финансового управляющего  ФИО8, ФИО4, возражал против удовлетворения  кассационных жалоб ПАО «ФИО32 банк» и Центрального Банка Российской  Федерации.  

Финансовый управляющий ФИО5 - ФИО8, не согласившись с  принятыми по делу судебными актами, также обратился с кассационной  жалобой, указав на нарушение судами норм материального и процессуального  права, считает, что выводы судов не соответствуют фактическим  обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. В обоснование  доводов кассационной жалобы указал, что судами первой и апелляционной  инстанции необоснованно привлечен к гражданско-правовой ответственности в  виде взыскания убытков ФИО5 Суды, по мнению финансового  управляющего, пришли к ошибочному и не соответствующему обстоятельствам  дела выводу об одобрении спорных сделок ФИО5  

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель  финансового управляющего ФИО5 - ФИО8 поддержал доводы  кассационной жалобы и доводы кассационных жалоб ФИО4, ФИО5, возражал против удовлетворения  

кассационных жалоб ПАО «ФИО32 банк» и Центрального Банка Российской  Федерации.  

Ответчик ФИО4 в обоснование доводов  кассационной жалобы считает, что выводы судов не соответствуют фактическим  обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, выводы судов в  обжалуемых судебных актах противоречат нормам материального и  процессуального права. В обоснование доводов кассационной жалобы ссылался  на то, что стоимость имущества банка на момент совершения сделок и после их  совершения была положительной, что исключает ответственность акционеров, в  отношении сделок с аффилироваными лицами, признанных судом убыточными,  отсутствуют доказательства согласования их ФИО4, истцом не  доказан состав убытков.  

Представитель ФИО4 в судебном заседании  поддержал доводы кассационной жалобы, просил отменить решение суда первой  инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в части взыскания с  ФИО4 в пользу истца убытков в размере 91 220 328 265 руб. 40 коп.,  судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 77 260 руб. 47  коп., передать дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.  Доводы кассационных жалоб финансового управляющего ФИО5 -  ФИО8, ФИО5 поддержал, возражал против  удовлетворения кассационных жалоб ПАО «ФИО32 банк» и Центрального  Банка Российской Федерации.  

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, Центральный  Банк Российской Федерации обратился в Арбитражный суд Московского округа  с кассационной жалобой, в которой просил отменить обжалуемые судебные акты  в части отказа в удовлетворении требований о взыскании убытков в размере  88 263 150 684,93 руб., определяемых по правилам абзаца 2 пункта 5 статьи  189.23 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)», принять судебный акт о взыскании в пользу истца солидарно с  ответчиков 88 263 150 684,93 руб.  

По мнению Центрального Банка Российской Федерации суды  неправомерно отклонили ссылку на абзац 2 пункта 5 статьи 189.23 Федерального  закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с  невозможностью придания ей обратной силы и не учли, что данная норма  является процессуальной, поскольку определяет порядок взыскания убытков и  подлежит применению на момент совершения соответствующего  процессуального действия. Вывод суда о материально-правовом характере  данной нормы, по мнению ЦБ РФ, противоречит позиции Верховного Суда  Российской Федерации. Также ЦБ РФ указал, что суд первой инстанции  допустил нарушение процессуальных норм, отказав в проведении закрытого  судебного заседания.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального  закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного  заседания была опубликована на официальном интернет-сайте: http://kad.arbitr.ru.  

Ответчики ФИО32 Капитал Б.В. (PROMSVYAZ CAPITAL B.V.), ФИО14, ФИО19 своих представителей в суд  кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является  препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.  

Представитель ФИО9 в судебном заседании суда  кассационной инстанции поддержал судебные акты, возражал против  удовлетворения кассационных жалоб ПАО «ФИО32 банк» и Центрального  Банка Российской Федерации, поддержал кассационные жалобы ответчиков  финансового управляющего ФИО5 - ФИО8, ФИО5, ФИО4. Отзыв приобщен судебной  коллегией к материалам дела.  

Представитель ФИО12 в судебном заседании  суда кассационной инстанции поддержал судебные акты, возражал против  удовлетворения кассационных жалоб ПАО «ФИО32 банк» и Центрального  

Банка Российской Федерации, поддержал кассационные жалобы ответчиков  финансового управляющего ФИО5 - ФИО8, ФИО5, ФИО4. Отзыв приобщен судебной  коллегией к материалам дела.  

Представитель ФИО15 в судебном заседании суда  кассационной инстанции поддержал судебные акты, возражал против  удовлетворения кассационных жалоб ПАО «ФИО32 банк» и Центрального  Банка Российской Федерации, поддержал кассационные жалобы ответчиков  финансового управляющего ФИО5 - ФИО8, ФИО5, ФИО4. Отзыв приобщен судебной  коллегией к материалам дела.  

Представитель ФИО17 в судебном заседании  суда кассационной инстанции поддержал судебные акты, возражал против  удовлетворения кассационных жалоб ПАО «ФИО32 банк» и Центрального  Банка Российской Федерации, поддержал кассационные жалобы ответчиков  финансового управляющего ФИО5 - ФИО8, ФИО5, ФИО4. Отзыв приобщен судебной  коллегией к материалам дела.  

Представитель ФИО31 в судебном  заседании суда кассационной инстанции поддержал судебные акты, возражал  против удовлетворения кассационных жалоб ПАО «ФИО32 банк» и  Центрального Банка Российской Федерации, поддержал кассационные жалобы  ответчиков финансового управляющего ФИО5 - ФИО8, ФИО5, ФИО4. Отзыв приобщен  судебной коллегией к материалам дела.  

ФИО21 в судебном заседании суда кассационной  инстанции поддержал судебные акты, возражал против удовлетворения  кассационных жалоб ПАО «ФИО32 банк» и Центрального Банка Российской  Федерации, поддержал кассационные жалобы ответчиков финансового  управляющего ФИО5 - ФИО8, ФИО5,  

ФИО4. Отзыв приобщен судебной коллегией к  материалам дела.  

Представитель ФИО22 в судебном заседании суда  кассационной инстанции поддержал судебные акты, возражал против  удовлетворения кассационных жалоб ПАО «ФИО32 банк» и Центрального  Банка Российской Федерации, поддержал кассационные жалобы ответчиков  финансового управляющего ФИО5 - ФИО8, ФИО5, ФИО4. Отзыв приобщен судебной  коллегией к материалам дела.  

Представитель ФИО23 в судебном заседании суда  кассационной инстанции поддержал судебные акты, возражал против  удовлетворения кассационных жалоб ПАО «ФИО32 банк» и Центрального  Банка Российской Федерации, поддержал кассационные жалобы ответчиков  финансового управляющего ФИО5 - ФИО8, ФИО5, ФИО4. Отзыв приобщен судебной  коллегией к материалам дела.  

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований  относительно предмета спора, Государственной корпорации «Агентство по  страхованию вкладов» поддержал кассационные жалобы ПАО «ФИО32 банк»  и Центрального Банка Российской Федерации, возражал против удовлетворения  кассационных жалоб ответчиков финансового управляющего ФИО5 -  ФИО8, ФИО5, ФИО4.  

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований  относительно предмета спора, Страховое публичное акционерное общество  «Ингосстрах», возражал против удовлетворения кассационных жалоб ПАО  «ФИО32 банк» и Центрального Банка Российской Федерации. Отзыв  приобщен судебной коллегией к материалам дела.  

Представитель ФИО29 оставил рассмотрение кассационных  жалоб на усмотрение судебной коллегии суда кассационной инстанции.  

Обсудив заявленные доводы, выслушав присутствующих в судебном  заседании представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей  284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  законность принятых по делу судебных актов судами первой и апелляционной  инстанции, суд кассационной инстанции пришел к выводу, что судебные акты  судов первой и апелляционной инстанции подлежат оставлению без изменения,  а кассационные жалобы – без удовлетворения по следующим основаниям.  

Исковые требования ПАО «ФИО32 банк» заявлены со ссылкой на  положения статей 15, 53, 53.1, 1080, 1081 Гражданского кодекса Российской  Федерации, статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об  акционерных обществах» (далее - Закон «Об акционерных обществах»), статей  61.10, 189.23 ФЗ «О несостоятельности банкротстве» (далее - Закон о  банкротстве) и мотивированы заключением сделок, причинивших значительный  ущерб Банку и совершенных ответчиками вопреки экономическим интересам  Банка, с целью вывода активов Банка на аффилированные/заинтересованные  лица по отношению к ФИО5, ФИО4, что, по мнению истца, явилось причиной применения в  отношении Банка мер по предупреждению банкротства.  

Рассмотрение спора судами осуществлялось по эпизодам, которые указаны  истцом в исковом заявлении и отражены в структуре судебных актов: эпизод № 1  - сделки по приобретению облигаций, эпизод № 2 - сделки с компаниями,  связанными с контролирующими лицами, эпизод № 3 - кредитные сделки, эпизод   № 4 - сделки по приобретению неликвидных ценных бумаг от 14.12.2017; эпизод   № 5 - убытки, определяемые по правилам абзаца 2 пункта 5 статьи 189.23 Закона  о несостоятельности (банкротстве).  

При исследовании обстоятельств, относящихся к эпизоду № 1 искового  заявления, поименованному истцом как сделки по приобретению облигаций,  суды пришли к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.  

Позиция истца по данному эпизоду основана на том, что после получения  акта проверки Банка России, указывающего на проблемы в Банке, топ- 

менеджеры Банка решили отсрочить введение временной администрации и  ввести в заблуждение Банк России через сложно структурированную сделку по  покупке субординированных облигаций аффилированных эмитентов PSB- Finance, SCI-Finance в период с августа по декабрь 2017 года,  продемонстрировав тем самым Банку России активные действия по работе с  капиталом Банка. Указанные сделки покупки субординированных облигаций в  общей сумме 48,9 млрд руб. были частично одобрены Правлением (на сумму 37,7  млрд руб.) и частично были совершены без одобрения Правления (на сумму  более 11,2 млрд. руб.). При этом к 15.12.2017 (дате введения санации в Банке),  как указал истец, все субординированные облигации, подлежащие списанию в  силу закона, были проданы Банку, денежные средства были получены  мажоритарным акционером ФИО32 Капитал Б.В. и связанными с  ответчиками А-выми компаниями.  

Истец указал, что Банк выкупил «старые» облигации на общую сумму 700  млн долларов США. Объем выпуска «новых» облигаций составил 500 млн.  долларов США. Разница составляет более 200 млн долларов США (11,2 млрд  руб.) - это и есть сделки с облигациями PSB Finance 7 серии, которые не были  одобрены Правлением Банка. При этом, как считает истец, суды не учли  указанные сделки при принятии судебных актов, что в итоге привело, по мнению  истца, к неправильному выводу по эпизоду № 1 о наличии экономического  интереса в приобретении облигаций, одобренных правлением.  

В рамках рассмотрения указанного эпизода судами установлено, что  30.06.2017 Советом директоров Банка (протокол № 06-17/СД от 30.06.2017)  

 принято решение по привлечению от компании «PSB Finance S.A.»  бессрочного субординированного займа в период до 31.12.2017 в размере до 600  млн долл. США (либо эквивалент в другой валюте) в рамках программы выпуска  облигаций компании «PSB Finance S.A.».  

28.07.2017 между Банком и компанией «PSB Finance S.A.» заключен  договор субординированного займа (далее - договор № 1), согласно условиям  которого названная компания предоставил Банку заем в размере 500 000 000  

долл. США (п. 2.1 договора), привлеченных за счет выпуска и размещения  бессрочных субординированных еврооблигаций 8,75 PSB Finance S.A. Perpetual  USD XS1647482436 (серия 12).  

11.08.2017 правлением Банка было принято решение о выкупе облигаций  PSB Finance S.A. и SCI Finance (XS1042215480, XS1086084123, XS1114082206,  XS0877058031, XS0877056928, XS0876850636, далее совместно - облигации) на  сумму не более 500 млн долларов США. Данное обстоятельство подтверждается  предоставленной в материалы дела копией протокола заседания Правления №  44-17/П от 11.08.2017.  

Отклоняя доводы ответчиков ФИО5, ФИО12, ФИО15, ФИО14, ФИО17 относительно того, что данные лица не  принимали участия в данном в собрании, суды установили, что в Банке было  принято необходимое одобрение о выкупе субординированных еврооблигаций,  указанные ответчики знали о вопросах повестки дня и не высказывали  возражений против вынесенных вопросов на повестку дня. Само по себе  предоставление в материалы дела нескольких экземпляров данного документа не  может свидетельствовать о том, что в Банке не было принято необходимого  одобрения о выкупе субординированных еврооблигаций. Как установлено  судами все редакции соответствующего корпоративного одобрения, по сути,  являются тождественными, что прямо следует из их содержания (одни и те же  вопросы повестки дня, одни и те же решения, принятые по результатам  проведения собрания). При рассмотрении дела судами не установлено  фактических обстоятельств, свидетельствующих о том, что в Банке в указанную  дату проводилось какое-либо иное собрание Правления Банка, по результатам  проведения которого был бы оформлен протокол с тождественными  реквизитами спорному протоколу.  

В рамках рассмотрения дела ввиду наличия необходимых процессуальных  оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 88 АПК РФ, судом был допрошен  свидетель ФИО33, как лицо, участвующее в составлении документа,  исследуемого судом как письменного доказательства.  

Пояснения свидетеля ФИО33 признаны судами достоверным  доказательством, поскольку в рамках рассмотрения дела данные пояснения не  были опровергнуты какими-либо иными доказательствами. Кроме того о  достоверности показаний свидетеля, как установлено судами, свидетельствует  полученное по результатам проведения судебной экспертизы заключение  эксперта.  

Определением суда от 13.03.2020 в целях проверки достоверности  предоставленной в материалы дела истцом электронной переписки,  удостоверенной протоколом осмотра доказательств, составленного нотариусом,  судом было удовлетворено ходатайство ответчика ФИО15 о назначении  судебной экспертизы. По результатам проведения судебной экспертизы в  материалы дела было предоставлено заключение эксперта № 1605-Э от  16.07.2020 (ООО «ТРАСТ», эксперт ФИО34) в соответствии с которым,  экспертом даны следующие ответы на поставленные перед ним вопросы: время  и дата в технических заголовках электронного почтового сообщения с адреса:  bolgov@psbank.ru на электронный адрес получателя: VMamakin@psbank.ru от  10.08.2017 соответствуют времени и дате указанных под заголовком письма  «Заочное голосование Правления ПСБ (11 авг)». Время и дата в технических  заголовках электронного почтового сообщения с адреса: VMamakin@psbank.ru  на электронный адрес получателя bolgov@psbank.ru соответствуют времени и  дате указанным под заголовком письма «Re: Заочное голосование Правления  ПСБ (11 авг)». Согласно информации, полученной из технических заголовков  письма, файла архива «a_bolgov.nsf», а также из системных журналов  операционной системы, дата и время архивирования электронного почтового  сообщения с адреса: bolgov@psbank.ru на электронный адрес получателя  VMamakin@psbank.ru от 10.08.2017 15:00:57 -25.09.2017 13:21:44. Пользователь,  осуществлявший работу в системе в указанное время - «Bolgov» (SID S-l-5-21- 722589659-2481311296-3089305462-26603). Извлечение из архива соответствует  дате выгрузки 23.03.2020 и произведено пользователем «Dmitry Bolgov».  Согласно информации, полученной из технических заголовков письма, файла  

архива «a bolgov.nsf», а также из системных журналов операционной системы,  дата и время архивирования электронного почтового сообщения с адреса  VMamakin@psbank.ru на электронный адрес получателя: bolgov@psbank.ru от  11.08.2017 18:04 - 28.11.2017 10:46:14. Пользователь осуществлявший работу в  системе в указанное время - «Bolgov» (SID S-l-5-21- 722589659-2481311296- 3089305462-26603). Извлечение из архива соответствует дате выгрузки  23.03.2020 и произведено пользователем Dmitry Bolgov».  

При оценке данных доказательств суды пришли к выводу, что 11.08.2017  имело место проведения заседания Правления Банка в заочном форме, по  результатам проведения которого членами Правления (ФИО5, ФИО15, ФИО9, ФИО14, ФИО17), в числе прочего, было принято  единогласное решение по выкупу субординированных еврооблигаций Банка.  

Предоставленное ответчиком ФИО15 лингвистическое  заключение профессора кафедры фундаментальной и прикладной лингвистики и  текстоведения УрФУ, доктора филологических наук ФИО35 от  14.11.2019, как указано судами, не опровергает установленные судом  фактические обстоятельства, свидетельствующие о том, что получение от члена  Правления ответного письма на отправленный в его адрес протокол заседания  Правления фактически свидетельствовала о голосовании такого члена за  предложенные вопросы повестки дня.  

Предоставленные в материалы дела доказательства, как установлено  судами, свидетельствуют о том, что аналогично было проведено и заочное  голосование заседания Правления 09.08.2017. В качестве косвенного  доказательства, свидетельствующего о том, что спорное собрание было  проведено и по вопросам повестки дня были принято единогласное решение об  одобрении спорной сделки, принято письмо от 29.08.2017 исх. № :67449,  подписанное председателем Правления ФИО5 и заместителем  председателя Правления – руководителем блока «Финансы» ФИО15,  адресованное АО «ПрайсвотерхаусКуперс Аудит». В соответствии с п. 4.2  данного письма от Банка в адрес Аудитора были направлены все протоколы  

заседаний органов управления за период с 1 января 2017 г по дату  предоставления данного письма – Собраний акционеров, Совета директоров и  Правления, в том числе, протокол заседания Правления от 11.08.2017 № 44-17/П.  О факте принятия в Банке спорного решения заседания Правления  свидетельствует и предоставленное в материалы дела заключение АО  «ПрайсвотерхаусКуперс Аудит» об обзорной проверке промежуточной  консолидированной сокращенной финансовой информации по состоянию на  30.09.2017. Из данного заключения следует, что в структуре обязательств Банка  по строке субординированные займы произошли существенные изменения в  связи с выкупом Банком облигаций на общую сумму в размере более 28 млрд.  руб. Указанное заключение утверждено к выпуску и собственноручно подписано  от имени Правления 27 .11.2017 ФИО5  

Изменения в бухгалтерском балансе Банка также отражены в письме-представлении руководства ПАО «ФИО32 банк» от 27.11.2017 за исх. №  87873. Данное письмо подписано председателем Правления Банка ФИО5  

Предоставленная пояснительная информация к промежуточной  бухгалтерской (финансовой) отчетности за девять месяцев, закончившихся  30.07.2017, подписанная ФИО5, также, согласно выводам судов,  свидетельствует об осведомленности указанного ответчика о совершении  спорных сделок, поскольку в данном документе содержится информация об  уменьшении размера капитала.  

Признавая несостоятельным процессуальную позицию ответчиков, к  которым предъявлены требования в рамках рассмотрения настоящего эпизода  искового заявления, относительно того, что они не принимали участие в  соответствующем заседании Правления и не голосовали по вопросу об  одобрении сделки, в результате исполнения которой, по мнению истца, Банку  был причинен соответствующий убыток, суды исходили из того, что  информация о выкупе банком соответствующих субординированных займов  являлась общедоступной и публично обсуждалась в средствах массовой  

информации (https://www.vedomosti.ru/finance/articles/2017/10/04/736607- promsvyazbank).  

Возражения ответчиков относительно того, что в материалы дела не  предоставлено допустимого доказательства, которое могло бы  свидетельствовать о факте принятия в Банке решение Правления о выкупе  соответствующих облигаций прямо опровергается ранее установленными  фактическими обстоятельствами, тогда как сама по себе процедура оформления  заседаний Правления была обусловлена исключительно установленным  председателем Правления ФИО5 порядком, когда оригиналы таких  протоколов подписывались, в том числе, и по истечении определенного  промежутка времени.  

Между тем, несмотря на установленные обстоятельства принятия  Правлением Банка единогласного решения о выкупе соответствующих  облигаций, суды пришли к выводу о том, что поведение ответчиков не  отклонялось от модели добросовестного и разумного, в связи с чем не  установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что в результате  совершения Банком сделок по выкупу облигаций PSB Finance S.A. и SCI Finance  (XS1042215480, XS1086084123, XS1114082206, XS0877058031, XS0877056928,  XS0876850636) Банку были причинены убытки в заявленном размере.  

Судами установлено, что до принятия решения Правлением Банка об  ободрении выкупа спорных облигаций 02.08.2017 по итогам размещения  субординированных еврооблигаций серии 12 Банк обращался с ходатайством в  Банк России с просьбой дать согласие на включение субординированного займа  в размере 500 млн. долларов США в состав добавочного капитала банка. В  последующем, 25.08.2017 года Банк России письмом № 42-3-10/26739 дал такое  согласие.  

Так же установлено, что только после получения указанного согласия от  Банка России Банком был осуществлен выкуп субординированных облигаций в  следующие сроки: 30 августа – 29 ноября 2017 г. выкуп банком  субординированных еврооблигаций PSB Finance S.A. XS1042215480 (серия 8), 28  

августа – 6 декабря 2017 г. выкуп банком субординированных еврооблигаций  PSB Finance S.A. XS1086084123 (серия 9), 28 августа – 8 сентября 2017 г. выкуп  банком субординированных еврооблигаций PSB Finance S.A. XS1114082206  (серия 10), 30 августа 2017 года выкуп банком субординированных  еврооблигаций SCI Finance B.V. XS0877058031 (Фунт стерлингов), 30 августа  2017 года выкуп банком субординированных еврооблигаций SCI Finance B.V.  XS0876850636 (Доллар США), 29 августа 2017 года выкуп банком  субординированных еврооблигаций SCI Finance B.V. XS0877056928 (Евро).  

Суды согласились с мнением ответчиков, что Банку было выгодно  увеличить добавочный капитал (как более надежный источник активов),  принимаемый в расчет основного капитала, с одновременным понижением  дополнительного капитала (как менее надежный источник активов), который  имелся в избытке.  

Привлечение Банком бессрочного субординированного займа от  нерезидента PSB Finance S.A. в размере 500 млн. долларов США в июле 2017  года и августовское согласие Центрального Банка РФ позволили увеличить  добавочный капитал к 1 сентября 2017 года на 29 272,7 млн. рублей (по курсу на  01.09.2017). Увеличение добавочного капитала банка с одновременным  уменьшением дополнительного капитала (в меньших объемах) имело  положительное влияние на его капитальную базу.  

Учитывая совокупность установленных обстоятельств, суды пришли к  выводу, что сам по себе выкуп «старых» субординированных облигаций и  приобретение «новых» субординированных облигаций не привел к  возникновению у Банка убытка. Напротив, имеющаяся у членов Правления  информация на момент принятия решения об одобрении данной сделки  свидетельствовала об экономической целесообразности от совершения данной  сделки. При этом последующее приобретение Банком субординированных  облигаций 12 серии уже 14.12.2017 не является основанием для взыскания  убытков в рамках рассмотрения настоящего эпизода искового заявления,  поскольку, как обоснованно указано судами, иное будет прямо противоречить  

правовой позиции, сформированной в пункте 2 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах  возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»,  согласно которого, невыгодность сделки определяется на момент ее совершения;  если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине  нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за  соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально  заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.  

При рассмотрении дела не установлено обстоятельств того, что по  состоянию на август 2017 г., ответчики, которым предъявлены убытки в рамках  рассмотрения настоящего эпизода, располагали информацией об обратном  выкупе Банком в декабре 2017 г. уже новых облигаций 12 серии у акционера  Банка.  

Само по себе принятие в Банке решения о выкупе спорных облигаций  полностью соответствовало его финансовому состоянию, что, как установлено  судами, подтверждается письмом Департамента надзора за системно значимыми  кредитными организациями Банка России ФИО36 от 03.08.2017 № 42-410/24917ДСП, из которого следует, что за период с 01.06.2017 по 01.07.2017  улучшилось значение обобщающего результата по группе показателей оценки  доходности (РГД) с 3 баллов до 2 баллов, в результате чего Банк России пришел  к выводу об отнесении ПАО «ФИО32 банк» ко 2-ой классификационной  группе (подгруппа 2.1).  

В соответствии с указанием Банка России от 03.04.2017 № 4336-У «Об  оценке экономического положения банков» к группе 2 относятся банки, не  имеющие текущих трудностей, но в деятельности которых выявлены недостатки,  которые в случае их не устранения могут привести к возникновению трудностей  в ближайшие 12 месяцев (пункт 2.2 Указаний № 4336-У).  

Учитывая изложенное суды обосновано отклонили доводы истца со  ссылкой на осведомленность ответчиков о тяжелом финансовом положении  Банка в связи с направлением в Банк акта проверки 16.05.2017.  

 Напротив, как установлено судами, предписание Банка России о выявлении  фактов недостоверности показателей отчетности выдано 11.12.2017, т.е. спустя  почти 7 месяцев после того, как акт проверки поступил в банк. Само по себе  направление 16.05.2017 в банк акта проверки нельзя рассматривать как  негативный фон, свидетельствующий о явных проблемах в его финансовом  положении, поскольку является обычной практикой надзорного органа.  

В пользу вывода о стабильном финансовом положении Банка  свидетельствует, по мнению судов, и предоставленное в материалы дела письмо  Банка России от 20.09.2017 № 03-42/7671ДСП, адресованное в адрес Аппарата  Правительства РФ, согласно которому Банк России выразил согласие на  включение банка в перечень уполномоченных банков по сопровождению  контрактов государственного оборонного заказа, со ссылкой на то, что в период  с 01.04.2017 по 01.09.2017 к банку не применялись меры воздействия,  предусмотренные ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке  России)» за нарушение обязательных нормативов, а также в отношении банка не  принимались меры по предупреждению банкротства в соответствии с ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)».  

Не соглашаясь с позицией истца относительно правовой оценки  обстоятельств, исследуемых в данном эпизоде искового заявления, суды  отметили, что при рассмотрении дела не было установлено обстоятельств,  свидетельствующих о том, что Банк России отменил ранее принятое им решение  в отношении займа, привлеченного выпуском облигаций 12 серий, о включении  субординированного займа в состав источников добавочного капитала. Данное  обстоятельство дополнительно свидетельствует о том, что Банком не было  допущено нарушений предоставленных Банку России заверений.  

Кроме того, как установлено судами, при выдаче предписания о  доформировании резервов в преддверии введения Временной администрации  Банк России также не предъявлял требований об исключении из добавочного  капитала субординированного займа, привлеченного за счет выпуска бумаг 12  серии.  

Суды согласились с мнением ответчиков, что экономический интерес от  выкупа «старых» субординированных облигаций заключался в том, что в замене  более дорогих в обслуживании облигаций со ставками купона 9,50–10,50% на  облигации со ставкой купона 8,75%; в увеличении норматива достаточности  основного капитала банка, который находился на минимально допустимых  значениях к началу августа 2017. Данные цели согласно доводам и были  обозначены в соответствующей презентации, направленной членам Правления  при организации спорного собрания, на котором, в последующем и было  принято решение о выкупе облигаций.  

Таким образом, судами при рассмотрении требований по данному эпизоду  не установлено фактических обстоятельств, свидетельствующих о том, что при  одобрении выкупа спорных облигаций, ответчики преследовали иные цели, не  соответствующие интересам Банка. Само по себе досрочное погашение  субординированных займов, ранее привлеченных по высоким ставкам, с целью  заменить их на более дешевый в обслуживании инструмент является обычной  практикой для банков. В подобной ситуации досрочный выкуп облигаций  (выпуски 7, 8, 9, 10) являлся для Банка операцией, не выходящей за рамки его  обычной деятельности, а сам факт выкупа осуществлялся в условиях  информационной открытости, что установлено судами.  

Доводы со ссылкой на судебные акты по делам А40-11948/2018, А4012811/2018, А40-14824/2018, не могли повлиять на выводы судов, поскольку, как  установлено судами, в рамках рассмотрения данных дел выводы судов о  признании соответствующих сделок были основаны на том обстоятельстве, что  сделки были совершены после введения Банком России ограничений на  операции по приобретению ценных бумаг и в отсутствие какого-либо  равноценного встречного предоставления. В рамках же исследования эпизода   № 1 искового заявления было установлено, что сделки совершались в отсутствие  каких-либо ограничений, установленных Банком России, имели встречное  предоставление и конкретную экономическую цель, а также были выгодными  для Банка.  

Предоставленное судам заключение специалистов Финансового  университета при Правительстве РФ № 000-0219-20/12-16 относительно  рыночной стоимости выкупаемых облигаций, признаны ненадлежащим  доказательством, поскольку в рамках рассмотрения настоящего дела, в предмет  доказывания не входит установление обстоятельств, для установления которых  требовались специальные познания, как это предусмотрено ст. 82 АПК РФ.  

Признавая данное заключение недостоверным доказательством, суды  указали, что при составлении данного документа специалисты исходили из того,  что Банком России было принято решение о санации Банка в декабре 2017 г.  

Суды первой и апелляционной инстанции обоснованно учли, что  специалисты Финансового университета при подготовке заключения  руководствовались обстоятельствами, которых на момент совершения  рассматриваемых сделок не существовало, в связи с чем, доводы истца о том,  что суды необоснованно не признали заключение специалистов Финансового  университета надлежащим доказательством, неправомерны.  

Как установлено судами на момент выкупа спорных облигаций финансовое  состояние Банка было финансово устойчивым и риски списания  субординированных облигаций были минимальными.  

В рамках рассмотрения настоящего эпизода искового заявления судами  также установлены обстоятельства, связанные с приобретением Банком  облигаций АО «ФИО32 капитал».  

Суды установили, что сделки по покупке облигаций АО  «ФИО32 капитал» Банком не отличались от условий сделок по приобретению  данных облигаций иными лицами на бирже. В период с 13.11.2017 п 23.11.2017  Банком заключены сделки на торгах, организованных ПАО «Московская Биржа  ММВБ-РТС» по приобретению облигаций. Вопреки позиции истца, судом при  рассмотрении дела не установлено фактических обстоятельств,  свидетельствующих о том, что на момент заключения данных сделок стоимость  приобретенных ценных бумаг была значительно ниже той стоимости, за которую  они были приобретены Банком.  

Напротив, из предоставленных в материалы дела доказательств  установлено, что у облигаций был высокий купонный доход и рейтинг  надежности.  

Последующее банкротство АО «ФИО32 капитал» и неисполнение им  своих обязательств по выпущенным облигациям не имеет для настоящего дела  правового значения, поскольку на момент приобретения Банком облигаций АО  «ФИО32 капитал» было платежеспособным, выплачивало накопленный  купонный доход и имело высокий рейтинг надежности, подтвержденный  различными рейтинговыми агентствами, что правильно установлено судами.  

Кроме того АО «ФИО32 капитал» признано несостоятельным  (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника и в  отношении него открыто конкурсное производство только решением  Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-102911/2018-74-150 «Б» от  13.08.2018 (резолютивная часть решения объявлена 09.08.2018), в связи с чем,  как обоснованно указано судами, установленные фактические обстоятельства  исключают возможность возложения на ответчиков заявленных убытков.  

Доводы истца, заявленные в кассационной жалобе по данному эпизоду, по  существу сводятся к переоценке установленных судами обстоятельств.  

Суды при исследовании доказательств по приобретению  субординированных облигаций пришли к обоснованному выводу, что сделки по  выкупу «старых» облигаций не выходили за рамки обычной деятельности и были  направлены на получение экономической выгоды, а также на улучшение состава  капитала Банка. По сделкам, связанным с приобретением облигаций АО  «ФИО32 капитал», суды пришли к выводу, что указанные облигации  покупались Банком по рыночной стоимости в условиях платежеспособности  эмитента (АО «ФИО32 капитал»), в связи с чем не причинили ущерб Банку.  

Доводы о том, что судебные акты не содержат выводов об отказе в  удовлетворении требований по облигациям PSB Finance S.A. 7 серии,  противоречат тексту судебных актов. Суд первой инстанции в решении указал,  что в подобной ситуации, суд соглашается с мнением ответчиков, что досрочный  

выкуп облигаций (выпуски 7, 8, 9, 10) являлся для Банка операцией, не  выходящей за рамки его обычной деятельности, а сам факт выкупа  осуществлялся в условиях информационной открытости, о чем было  установлено ранее.  

Таким образом, суд первой инстанции дал оценку требованиям ПАО  «ФИО32 банк», касающимся выкупа облигаций PSB Finance S.A. 7 серии на  сумму 11 222 367 183,98 руб., и пришел к выводу по итогам оценки  доказательств, что указанные сделки не причинили банку ущерб.  

Суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы, пришел к выводу, что  требования истца требования на сумму 11 222 367 183,98 руб. по выкупу  субординированных облигаций PSB Finance S.A. 7 серии судом первой  инстанции рассмотрены и обоснованной отклонены, в связи с чем основания для  перехода к рассмотрению дела по правилам первой инстанции по данному  доводу истца отсутствуют.  

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанции дали оценку  требованиям истца в части выкупа облигаций PSB Finance S.A. 7 серии на сумму  11 222 367 183,98 руб., и пришли к обоснованному выводу по итогам оценки  совокупности доказательств.  

Доводы истца о неустойчивом финансовом положении Банка в  рассматриваемый период были исследованы судами и признаны  необоснованными. Сделки, как установлено судами, были экономически  обоснованными, убыток не причинили, в связи с чем суды правомерно отказали  во взыскании убытков по эпизоду № 1.  

В обоснование доводов по эпизоду № 2 истец указал, что за три месяца до  введения санации деньгами Банка, направленными в облигации компании  ответчиков ФИО5 и ФИО5 ООО «ПСН-ПМ» была досрочно  погашена задолженность застройщиков, входивших в подконтрольную группу  компаний ФИО32 недвижимость (ПСН) и сняты ликвидные залоги.  

По мнению истца, судами в судебных актах сделано два противоположных  вывода о стоимости облигаций ООО «ПСН ПМ».  

Судами при рассмотрении дела установлено, что 14.11.2017 г. между  Банком и офшорной компанией Emeraldsun Holdings Limited (Кипр) заключен  кредитный договор об открытии кредитной линии № 

<

***>. Указанный  кредитный договор № 

<

***> со стороны Банка подписан ФИО31 (директором по проектному финансированию), действовавшим на  основании доверенности № 688 от 02.03.2017.20  

Также судами установлено, что за период с 14.11.2017 по 17.11.2017 Банком  на основании заявлений заемщика были предоставлены кредитные средства в  общем размере 450 260 000 руб., что подтверждается выпиской со счета  Emeraldsun Holdings Limited № 40807810509000001725.  

В последующем, 11.10.2019 в адрес заемщика направлено требование №  3410-ДСКС о погашении просроченной задолженности по процентам за период  с 13.06.2018 по 27.11.2019.  

Установлено, что 27.11.2017 между Банком и ООО «РПХ Строй» заключен  кредитный договор № 

<

***> об открытии кредитной линии на сумму 3 684  070 951 руб. на срок до 30.11.2022 под 10% годовых на оплату по  Инвестиционному договору между ООО «РПХ Строй» и ООО «Риал Эстейт  Менеджмент». Со стороны ПАО «ФИО32 банк» указанный кредитный  договор был подписан ФИО31 27.11.2017 денежные средства в  размере 3 684 070 951 руб. были перечислены Банком на счет ООО «РПХ  Строй», что подтверждается выпиской с лицевого счета ООО «РПХ Строй»   № 40702810110120308601.  

Из предоставленных в материалы дела доказательств установлено, что  28.11.2018 истец направил в адрес ООО «РПХ Строй» требование о досрочном  погашении задолженности по кредитному договору № 

<

***> в размере 3  684 070 951 руб.  

В последующем решением Арбитражного суда города Москвы 26.07.2019  по делу № А40-36087/19 ООО «РПХ СТРОЙ» признано несостоятельным  (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении  него открыто конкурсное производство. Определением Арбитражного суда г.  

Москвы от 06.12.2019 по делу № А40-36087/19 требование ПАО  «ФИО32 банк» в размере 3 684 070 951 руб. – основной долг, 196 820 228,87  руб. – проценты признано обоснованным и включено в третью очередь реестра  требований кредиторов должника ООО «РПХ строй».  

Судами установлено, что 13.07.2017 между ПАО «ФИО32 банк» и ООО  «ПСН ПМ» заключен договор об оказании услуг по размещению облигаций №  13601-09-17-08/0 (далее также - договор андеррайтинга). В соответствии с  условиями данного договора, ООО «ПСН ПМ» поручает Банку оказать услуги по  размещению биржевых документарных процентных неконвертируемых  облигаций на предъявителя с обязательным централизованным хранением серии  БО-П01 идентификационный номер выпуска - 4В02-01-36515-R-001Р.  Количество ценных бумаг 15 000 000 штук (пункт 1.1).  

В соответствии с пунктом 2 Договора андеррайтинга Банк обязуется  осуществить прием заявок от потенциальных инвесторов о приобретении  размещаемых облигаций, заключать от своего имени, но за счет эмитента сделки  купли-продажи облигаций, осуществлять перевод денежных средств,  поступивших в результате размещения облигаций в пользу эмитента. 12.09.2017  ООО «ПСН ПМ» были выпущены и размещены биржевые документарные  процентные неконвертируемые облигации на предъявителя с обязательным  централизованным хранением серии БО-П01, идентификационный номер  выпуска - 4В02-01-36515-R-001Р от 14 июня 2017 г., ISIN RU000A0ZY9T1, в  количестве 6 100 171 штук, номинальной стоимостью 1 000 руб. каждая со  сроком погашения - 3 640 день с даты начала размещения облигаций (далее – облигации ООО «ПСН ПМ»). Сообщение ООО «ПСН ПМ» о факте завершения  размещения облигаций в указанном количестве опубликовано 15.09.2017 на  сайте Центра раскрытия корпоративной информации, аккредитованного Банком  России агентства «Интерфакс». Из предоставленной в материалы дела выписки  из реестра сделок с ценными бумагами 12.09.2017 установлено, что у Банка 6 100  171 штук облигаций ООО «ПСН ПМ» на общую сумму 6 100 171 000 руб.  приобрели названные ниже лица: Количество ценных бумаг в шт. Участник  

торгов 171 ПАО «ФИО32 банк» ИНН: 

<

***> 200 000 АО АКБ «ФОРА- БАНК» ИНН: 

<

***> 500 000 АО «НС БАНК» ИНН: 

<

***> 5 400 000  ООО «ИК ВЕЛЕС КАПИТАЛ» ИНН: 

<

***>.  

В соответствии с выпиской НКО ЗАО НРД от 27.05.2019 по запросу об  остатках на счете депо Банк является держателем 5 954 508 штук облигаций  ООО «ПСН ПМ», RU000A0ZY9T1, гос. рег. № 4В02-01-36515-R-001Р, что  составляет более 97% от общего количества выпущенных и размещенных  облигаций серии БО-П01.  

Из предоставленных в материалы дела документов установлено, что  10.04.2018 у истца возникло право требования досрочного погашения облигаций  в связи с просрочкой выплаты первого процентного дохода.  

В последующем, 11.04.2018 истец направил в адрес ООО «ПСН ПМ»  требование о досрочном погашении облигаций в связи с существенным  нарушением условий исполнения обязательств, а именно неисполнением ООО  «ПСН ПМ» обязательства по выплате денежных средств за первый купонный  период в размере 381 743 507, 88 руб. из расчета 64,11 руб. за одну биржевую  облигацию.  

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы от  25.02.2019 по делу № А40-177493/2018 с ООО «ПСН ПМ» в пользу Банка  взысканы денежные средства в размере 6 336 251 507 руб. 88 коп., в том числе  номинальной стоимости биржевых документарных процентных  неконвертируемых облигаций на предъявителя с обязательным  централизованным хранением серии БО-П01, идентификационный номер  выпуска 4В02-01-36515-R-001P в размере 5 954 508 000 руб.; купонного дохода  за первый купонный период в размере 381 743 507 руб. 88 коп.  

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 23.07.2019 по делу № А4051346/2019-66-51 ООО «ПСН ПМ» признано несостоятельным (банкротом) по  упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника  введено конкурсное производство.  

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 21.07.2020 по делу А4051346/2019-66-51 требования ПАО «ФИО32 банк» в размере 5 954 508 000  руб. основного долга, 381 743 507 руб. 88 коп. купонного дохода включены в  третью очередь удовлетворения реестра требований кредиторов ООО «ПСН  Проперти менеджмент».  

Судами установлено, что 25.08.2017 между банком и ООО «Ракатан» был  заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, в соответствии с  которым Банк передал в собственность ООО «Ракатан» здание площадью 375,7  кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>,  кадастровый номер: 77:01:0001050:1073. Данный договор со стороны Банка был  подписан председателем Правления Банка ФИО5 Также установлено,  что 08.09.2017 ООО «Ракатан» произвело оплату по договору купли-продажи в  размере 25 060 000 руб., что подтверждается выпиской по лицевому счету №  

<

***>. 07.09.2017 произведена государственная регистрация  перехода права собственности на ООО «Ракатан» (запись регистрации  77:01:0001050:1073-77/011/2017-2), а 25.07.2018 произведена государственная  регистрация перехода права собственности на спорное здание на ООО «Эрида»  (запись регистрации 77:01:0001050:1073-77/011/2018-4).  

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы от  09.04.2019 по делу № А40-274353/18 договор купли-продажи б/н от 25.08.2017  признан недействительным, здание истребовано из незаконного владения ООО  «Эрида» в пользу Банка. В последующем 16.12.2019 внесена запись о  регистрации права собственности Банка на здание.  

Судами установлено, что 05.05.2016 между ООО «Юнитекс» и Банком был  заключен кредитный договор об открытии кредитной линии № 0240-16-2-0  (далее – кредитный договор), согласно которому Банк обязуется предоставить  ООО «Юнитекс» кредит с лимитом выдачи в размере 2 050 000 000,00 руб. на  срок до 30.05.2017 включительно, на следующие цели: приобретение 100%  акций АО «Ордена Октябрьской Революции, Ордена Трудового Красного  Знамени «Первая Образцовая типография» (далее - АО «ПОТ»), а ООО  

«Юнитекс» обязуется возвратить Банку полученные денежные средства и  уплатить проценты за пользование кредитом, а также иные платежи,  предусмотренные кредитным договором. Кредитный договор от имени Банка  подписан Директором по проектному финансированию ФИО31,  действующим на основании доверенности № 468 от 22.03.2016. 18.05.2016  Банком были предоставлены во исполнение условий заключенного договора  денежные средства в размере 2 030 000 000 руб., что подтверждается выпиской  по лицевому счету № 

<

***>. Обеспечение исполнения  обязательств ООО «Юнитекс» по кредитному договору об открытии кредитной  линии от 05.05.2016 на сумму 2 050 000 000 руб. заключены следующие  договоры поручительства и залога: 1) договор поручительства № 3П/0240-16-2-0  от 05.05.2016, заключенный с О1 ГРУП ЛИМИТЕД, 2) договор поручительства   № 1П/0240-16-2-0 от 05.05.2016, заключенный с SODBURY HOLDINGS  LIMITED (СОДБЕРИ ХОЛДИНГЗ ЛИМИТЕД, 3) договор поручительства №  2П/0240-16-2-0 от 05.05.2016, заключенный с DEMANIO CAPITAL LTD  (ДЕМАНИО КАПИТАЛ ЛТД), 4) договор залог облигаций № ОБ-1/0240-16-2-0  от 05.05.2016 г., № ОБ-2/0240-16-2-0 от 05.05.2016, заключенный с STRATOLA  INVESTMENTS LTD (СТРАТОЛА ИНВЕСТМЕНТС ЛТД, 5) договор ипотеки  нежилых зданий и земельного участка № Н-1/0240-16-2-0/0241-16-2-0 от  27.05.2016, заключенный между АО «ПОТ» и ПАО «ФИО32 банк» на общую  сумму в размере 3 716 608 418,00 руб.  

Как установлено судами, 23.05.2017 Банк на основании договора об уступке  прав (требований) № 0243-17-6У-0 (далее – договор уступки) уступил компании  Asana Trading Limited (ВVI) права требования к ООО «Юнитекс» по Кредитному  договору, а также права требования из обязательств, обеспечивающих  исполнение по данному кредитному договору, в том числе, право требование по  договору ипотеки от 27.05.2016. Указанный договор уступки прав требований от  имени Банка подписан ФИО31 Согласно выписке по лицевому счету   № 

<

***> от 24.05.2017 Asana Trading Limited (ВVI) перевела  

денежные средства в размере 2 051 746 027, 39 руб. Банку в счет оплаты  требований по договору уступки.  

Апелляционным определением Московского областного суда от 24.10.2016  года по делу № 33-29376/2016 удовлетворены исковые требования ФИО37  к АО «Российский аукционный дом», ООО «Юнитекс» и Росимуществу, признан  недействительным аукцион от 18.05.2016 года по продаже спорных акций,  признан недействительным договор купли-продажи акций и применены  последствия недействительности сделки путем возврата всего полученного  каждой из сторон по договору купли-продажи 15 657 756 обыкновенных  именных акций в бездокументарной форме АО «Ордена Октябрьского  Революции, Ордена Трудового Красного Знамени «Первая образцовая  типография», заключенного между АО «Российский аукционный дом» и ООО  «Юнитекс» по результатам аукциона от 18.05.2016.  

Во исполнение указанного судебного акта ООО «Юнитекс» вернуло акции  эмитента, что подтверждается уведомлением о выполнении операции от  05.07.2017 и справкой о движении ценных бумаг по лицевому счету истца от  19.07.2017. Указанное обстоятельство установлено решением Арбитражного  суда г. Москвы от 23.11.2018 по делу № А40-150006/17. В частности, в  соответствии с указанным судебным актом с Российской Федерации, в лице  Федерального агентства по управлению государственным имуществом, за счет  казны Российской Федерации в пользу ООО «Юнитекс» было взыскано  неосновательное обогащение в размере 2 030 000 000 руб., проценты за  пользование чужими денежными средствами в размере 204 195 753 руб. 42 коп.  

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 25.06.2019 по делу № А40255060/18-81-1572 (резолютивная часть) с ООО «Юнитекс» в пользу Asana  Trading Limited (BVI) взысканы 2 030 000 000 руб. основного долга и 685 502  873,11 руб. суммы неустойки по состоянию на 24.10.2018 г.  

Принимая во внимание указанные выше фактические обстоятельства, а  также установленные правовые основания ответственности лиц, к которым  предъявлены спорные убытки в рамках рассмотрения указанного эпизода  

искового заявления (ФИО4, ФИО5, Promsvyaz Capital B.V. /  ФИО32 Капитал Б.В., ФИО31), суды пришли к выводу, что истец не  доказал, что поведение данных лиц при заключении указанных выше сделок  отклонялось от модели добросовестного и разумного, что могло бы  свидетельствовать о том, что соответствующие негативные последствия от  данных сделок должны быть возложены на указанных ответчиков.  

При этом суды указали, что обстоятельства, изложенные в основании  искового заявления, с достоверностью не подтверждают, что при заключении и  исполнении указанных договоров были бы нарушены какие-либо процедуры  согласования и заключения спорных сделок.  

Суды признали обоснованными доводы ответчиков, что фактически доводы  истца направлены на экономическую обоснованность заключенных сделок,  тогда как экономическая целесообразность принимаемых решений и  заключаемых сделок выходит за пределы судебного контроля и не подлежит  исследованию судом, если заключение таких сделок не выходило за пределы  обычного делового (предпринимательского) риска.  

Указанные выводы соответствуют правовой позиции, сформированной в  пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013   № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав  органов юридического лица».  

Признавая несостоятельным позицию истца в рамках рассматриваемого  эпизода искового заявления, суды также учитывали, что в ряде случаев, истец  фактически говорит не об экономической целесообразности от совершения той  или иной сделки для Банка, а фактически о поведение того или иного  контрагента по такой сделке после получения от Банка соответствующих  денежных средств, в ситуации, когда судом при рассмотрении дела не  установлено обстоятельств, свидетельствующих о возможности Банка, в лице  его контролирующих лиц (ФИО5, ФИО4, Promsvyaz Capital B.V.  / ФИО32 Капитал Б.В.) влиять на своих контрагентов. В частности, истец в  своих процессуальных документах прямо указывает на экономическую  

нецелесообразность для компания Emeraldsun Holding Ltd по покупке доли в  ООО «Юг Сибири» за 450 000 000 руб. Также истец вменяет ответчикам то, что  по данному кредитному договору не было предоставлено обеспечения, тогда как  согласно п. 7.1.1 кредитного договора компания Emeraldsun Holding Ltd в  течение 60 дней с даты заключения кредитного договора должна была передать  Банку в обеспечение 25,01% долей в уставном капитале ООО «Юг Сибири».  Вместе с тем, неисполнение иностранной компанией соответствующей  обязанности не может быть поставлено в вину ответчикам.  

О необоснованности предъявленных к ответчикам убытков относительно  предоставления кредита ООО «РПХ-Строй» свидетельствует, как установлено  судами, то, что истец не оспаривает того обстоятельства, что денежные средства  данным лицом использовались по целевому назначению, т.е. были перечислены  в пользу ООО «Риал Эстейт Менеджмент» по инвестиционному договору. Суды  признали обоснованными доводы ответчиков, что последующее использование  ООО «Риал Эстейт Менеджмент» полученных денежных средств не имеет  отношения к кредитному договору и не свидетельствует о нарушении его  условий. Более того, подобного рода поведение ООО «Риал Эстейт  Менеджмент» находится вне зоны контроля лиц, контролирующих Банк  (ФИО5, ФИО4, Promsvyaz Capital B.V. / ФИО32 Капитал Б.В.).  

Суды также отметили, что заключенный между Банком и ООО «РПХ- Строй» кредитный договор был предметом судебного контроля (оспаривался в  рамках дела № А40-36087/19 о несостоятельности (банкротстве) ООО «РПХ- Строй») и в удовлетворении заявления о признании данной сделки судом было  отказано.  

Отказывая в удовлетворении исковых требований, связанных с  заключением договора с ООО «Ракатан», суды согласились с процессуальной  позицией ответчиков, что истцом в материалы дела не предоставлено  относимых, допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о  причинении Банку убытков (стоимость восстановительного ремонта).  

Суды отметили, что на момент рассмотрения дела имущественные права  Банка уже восстановлены в результате возвращения ранее отчужденного  недвижимого имущества.  

При этом суд не ставит под сомнения правовую позицию, сформированную  в п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых  вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов  юридического лица» относительно альтернативности восстановления  имущественного положения Общества от действий органов управления и  контролирующих лиц, но полагает, что истец искусственно создал условия, при  которых ответчик ФИО5 фактически лишен возможности каким-либо  образом защищать свои права, поскольку истец является участником судебного  разбирательства по делу № А40-338314/19, в рамках которого им и заявлены  требования к лицу, во владении которого находилось недвижимое имущество, о  возмещении убытков, вызванных, по мнению истца, якобы  неудовлетворительным состоянием возращенного недвижимого имущества. Из  процессуальных документов истца не следует, что истец вменяет совершение  ответчику ФИО5 каких-либо конкретных действий (бездействие) в  результате которых, как полагает истец, возвращенное недвижимое имущество  находится в неудовлетворительном состоянии. В подобной ситуации, суды  пришли к выводу, что между заключением спорной сделки (именно данное  обстоятельство истец вменяет ответчику ФИО5), в результате которой,  недвижимое имущество было отчуждено в пользу третьего лица, и последующем  возращением данного помещения истцу, но в другом состоянии (данное  обстоятельство не установлено судом, является исключительно доводом истца)  отсутствует причинно-следственная связь, что исключает возможность  взыскания заявленных истцом убытков.  

Предоставленные истцом в материалы дела заключения специалистов  Финуниверситета № 0000-129-20/2 от 19.02.2021 в отношении финансового  состояния ООО «РПХ Строй», № 000-00219-20/1 от 19.02.2021 в отношении  компания Emeraldsun Holding Ltd, № 000-00219-20/4 от 19.02.2021 в отношении  

стоимости облигаций ООО «ПСН ПМ» судами признаны также ненадлежащим  доказательством, поскольку в рамках рассмотрения дела в предмет доказывания  не входило установление обстоятельств, для установления которых требовались  специальные познания.  

Признавая заключение недостоверными доказательствами суды указали,  что при составлении данного документа специалисты исходили только из  документов предоставленных самим истцом, иные лица, участвующие в деле,  были лишены указанной возможности, что в последствии и могло  предопределить соответствующие выводы специалистов.  

Совокупность установленных при рассмотрении данного эпизода  обстоятельств, свидетельствует о том, что истцом не доказаны условия для  привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности в виде  взыскания спорных убытков.  

В качестве самостоятельного основания для отказа в удовлетворении  исковых требований, заявленных в рамках рассмотрения данного эпизода к  ФИО31, судами указано, что данное лицо не является субъектом  гражданско-правовой ответственности. Суды отметили, что истцом требования к  данному лицу предъявлены исключительно исходя из того, что в ряде случаев,  он являлся подписантом соответствующих договоров. Вместе с тем, судом при  рассмотрении дела не установлено ни одного обстоятельства,  свидетельствующего о том, что ФИО31 относился к категории лиц,  поименованных в ст. 53.1 ГК РФ или 61.10 ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве).  

Выводы суда относительно отсутствие у ФИО31 статута субъекта  гражданско-правовой ответственности тождественны выводам, которые ранее  были сделаны судом относительно отсутствия у ФИО23 подобного рода  статуса при рассмотрении первого эпизода искового заявления.  

Признавая обоснованным правовую позицию ФИО31, суды также  учитывали, что истцом не представлено в материалы дела доказательств того,  что сделки с заемщиками, перечисленными в данном эпизоде, были совершены с  

нарушением процедуры, установленной Порядком предоставления и  сопровождения кредитных продуктов корпоративным клиентам, утвержденным  Приказом Президента ОАО «ФИО32 банк» от 30.06.2011 г. № 114/1 или того,  что ФИО31 использовал доверенность, чтобы обойти данную  процедуру. Суды признали обоснованными доводы данного ответчика, что ни  должностное положение, ни полномочия, предоставленные доверенностью, не  наделяли ФИО31 правом давать указания членам Кредитного комитета  или сотрудникам других подразделений Банка, в том, числе сотрудникам  юридической службы, сотрудникам кредитного, залогового, аналитического и  иных подразделений и департаментов.  

Таким образом, по результатам исследования обстоятельств, в рамках  рассмотрения данного эпизода искового заявления, суды также обоснованно  пришли к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.  

Суды, вопреки доводам, не установили отклонения ответчиков от модели  добросовестного и разумного в отношении облигаций ООО «ПСН ПМ»,  поскольку в рамках рассмотрения дела судами не установлено обстоятельств,  свидетельствующих о том, что в результате приобретения облигаций данного  эмитента Банку бы причинен убыток в заявленном размере.  

Суды, дав оценку доводам истца, установили, что сделки по размещению  облигаций ООО «ПСН ПМ» были реальными и экономически обоснованными  для Банка.  

Все доводы истца оценены судами нижестоящих инстанций и признаны  необоснованными. Доводы кассационной жалобы истца в данной части  направлены на переоценку установленных судами обстоятельств.  

Кредиты в рамках эпизода № 3, как считает истец, были выданы без  обеспечения примерно в одно время офшорным компаниям, не имеющим  реальной хозяйственной деятельности.  

Позиция судов, определяющих убыточность кредитной сделки через  обязательное наличие самостоятельного судебного акта о признании сделки  недействительной, по мнению истца, является несостоятельной, так как прямо  

противоречит пункту 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков  лицами, входящими в состав органов юридического лица».  

Как разъяснено в пункте 8 указанного постановления Пленума ВАС РФ от  30.07.2013 № 62, удовлетворение требования о взыскании с директора убытков  не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь  юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав,  например, путем применения последствий недействительности сделки,  истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения,  взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана  недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.  Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих  имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем  взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например,  работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о  возмещении убытков должно быть отказано.  

Как установлено судами предписанием Банка России от 11.12.2017 Банку  было введено ограничение на осуществление операций, связанных с  предоставлением кредитов юридическим лицам и физическим лицам без  обеспечения. Операции ограничиваются объемом предоставления данных  кредитов юридическим лицам в сумме более 10 000 000 руб. или эквивалентом в  иностранной валюте одному заемщику. Предписание передано лично ФИО5, что подтверждается предоставленной в материалы дела копией указанного  предписания с отметкой ФИО5 о его получении.  

Об осведомленности ФИО5 о введении соответствующих  ограничений на проведение операций также свидетельствует предоставленное в  материалы дела письмо от 14.12.2017 № 1033332, подписанное председателем  Правления Банка ФИО5  

14.12.2017 АО «Галс» во исполнение условий договора об открытии  кредитной линии № 

<

***> с лимитом выдачи 1 005 000 000 руб. были  

перечислены денежные средства в размере 844 649 052 руб., что подтверждается  выпиской по лицевому счету учета кредитного договора № 

<

***> №  45206810200000002153, а также платежным поручением от 14.12.2017 № 99131.  Обстоятельства, связанные с заключением данного договора подтверждается  предоставленной в материалы дела его копией. При этом, из предоставленных в  материалы дела доказательств установлено, что кредитный договор, на  основании которого АО «Галс» были переведены денежные средства в размере  844 649 052 руб., на момент выдачи денежных средств не был подписан со  стороны Банка, подписантом в договоре указан советник Правления ФИО19, однако договор не подписан, 27.04.2018 договор подписан ФИО22  Судами при рассмотрении дела установлены обстоятельства,  свидетельствующие о том, что процедура согласования условий данного  договора, существенным образом отличалась от установленного в Банке  порядка, а именно: фактически «за» проголосовало только два человека из  восьми членов Кредитного комитета, которые сопровождали процесс выдачи  кредита; представитель риск-подразделения голосовал против принятия решения  (наложено вето); в голосовании кредитного комитета приняли участие только  половина состава комитета; вето было снято председателем Правления Банка.  

Данный вывод основан на доказательствах, предоставленных суду первой  инстанции: решение кредитного комитета по вопросу № 32/нет сегмента/ГО-К  (приложение к протоколу заседания кредитного комитета от 08 декабря 2017   № 95/1), информация из программы IBM Notes, электронные сообщения из  почтовых ящиков сотрудников Банка.  

Выдача кредита АО «Галс», как установлено судами, была осуществлена в  отсутствие полного комплекта документов, предоставленного со стороны  заемщика, заявка на осуществление кредитной сделки была заведена с неполным  комплектом документов. Данное обстоятельство подтверждается  предоставленными документами из программы IBM Notes.  

Тогда, как установлено судами, в соответствии с Порядком предоставления  и сопровождения кредитных продуктов корпоративным клиентам» от 30.06.2011  

 № 11-25-04 (в ред. от 01.07.2015) при не предоставлении со стороны клиента  полного комплекта документов и иных несоответствиях кредит не  предоставляется.  

Совокупность установленных при рассмотрении дела обстоятельств, как  обоснованно указано судами, свидетельствует о наличии в действиях ФИО5, ФИО4, Promsvyaz Capital B.V. / ФИО32 Капитал Б.В. состава  убытков, в связи с чем требования истца в части взыскания солидарно денежных  средств в размере 844 649 052 руб. удовлетворены правомерно. Признавая  обоснованными требования истца в данной части суды пришли к выводу, что  совершение данной сделки могло быть только при наличии согласия  контролирующих лиц Банка - ФИО5, ФИО4, Promsvyaz Capital  B.V. / ФИО32 Капитал Б.В. Суды признали обоснованными доводы Банка,  что указанная сделка была совершенна не в интересах Банка, с явным  отклонением об установленного в Банке порядка для совершения подобного  рода сделок в ситуации, когда в отношении Банка были введены  соответствующие ограничения. При рассмотрении дела не установлено  обстоятельств, свидетельствующих о том, что АО «Галс» были возращены  выданные денежные средства.  

26.10.2017 между Банком и Anarford Holding Limited (далее также -  Анарфорд) заключен кредитный договор об открытии кредитной линии с  установленным лимитом задолженности № 0539-17-3-0, по условиям которого  Банк открывает заемщику кредитную линию с лимитом задолженности в  размере 400 000 000 руб. на срок до 29.12.2017 включительно для целей покупки  ценных бумаг (п. 2.4 кредитного договора). Данный договор со стороны Банка  подписан ФИО31, действующим на основании доверенности № 688 от  02.03.2017.  

Как установлено судами, обязательства Анарфорд по возврату денежных  средств по кредитному договору не обеспечены залогом и/или поручительством.  Согласно пункту 7.1 статьи 7 кредитного договора обеспечение исполнения  обязательств компании по кредитному договору не предоставляется.  

В соответствии с выпиской по лицевому счету № 

<

***>  Банк предоставил Анарфорд денежные средства в размере 400 000 000 руб.  двумя траншами: 26.10.2017 - 200 000 000 руб.; 27.10.2017 - 200 000 000 руб.  

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы  от 10.06.2019 по делу № А40-183927/2018 указанный кредитный договор признан  недействительной сделкой, применены последствия недействительности данной  сделки в виде взыскания с Anarford Holdings Limited в пользу Банка денежных  средств в размере 400 000 000 руб.  

Признавая недействительным данный договор, суды указали, что в ходе  судебного разбирательства не представлено доказательств, что у Банка имелась  экономическая целесообразность кредитования организации ответчика,  являющейся в том числе иностранной компанией на сумму 400 000 000 руб. с  целью покупки ценных бумаг. Доказательства того, что компания ответчика на  момент заключения кредитного договора вела или ведет какую-либо текущую  хозяйственную деятельность, является участником рынка ценных бумаг в Банке,  не представлены. Вместе с тем, предоставление подобного рода кредита  заемщику предполагает наличие у заемщика достаточных активов для  обслуживания полученного кредита и своевременного его возврата ответчиком в  материалы дела не представлено доказательств, что Компания как на момент  заключения кредитного договора, так и в настоящий момент имела/имеет  источники возврата кредита. При том, что условия кредитного договора не  предусматривают предоставления обеспечения исполнения обязательств  Компании по кредитному договору. Акции, как единственный актив,  приобретенный на денежные средства Банка, в залог Банка также не  представлялись. Заемные денежные средства не возвращены.  

Учитывая установленные обстоятельства, суды признали обоснованными  доводы истца, что в условиях отсутствия обеспечительных сделок и сведений об  имуществе у Компании Анарфорд Холдингс Лимитед, выданный кредит  заведомо не имел источников погашения, а, следовательно, был заключен с  целью вывода денежных средств на территорию иностранного государства.  

Как установлено судами, Компания Anarford Holdings Limited является  компанией, связанной с ФИО5 и ФИО4, о чем  свидетельствуют доказательства (копия справки 2-НДФЛ ФИО38 за 2015  год, копия схемы владения Anarford Holdings Limited, Сведения из ЕГРЮЛ в  отношении ЗАО «Торгашевское» и АО «ПСН», Анкета ЗАО «Торгашинское» по  состоянию на 23.08.2016, выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «СоюзИнветс»,  ООО «Ланком», ООО «ЕвроСтандарт», ООО «Диалог», Анкета ООО «Ланком»,  справка в отношении ФИО39, приказ об увольнении ФИО40).  

Совокупность установленных при рассмотрении дела обстоятельств,  свидетельствует о наличии в действиях ФИО5, ФИО4,  Promsvyaz Capital B.V./ФИО32 Капитал Б.В. состава убытков, в связи с чем  суды признали обоснованными требования истца в части взыскания солидарно с  данных лиц денежных средств в размере 400 000 000 руб.  

Признавая обоснованными требования истца в данной части суды исходили  из того, что совершение данной сделки могло быть также только при наличии  согласия контролирующих лиц Банка - ФИО5, ФИО4, Promsvyaz  Capital B.V. / ФИО32 Капитал Б.В.  

Удовлетворяя исковые требования в данной части, суд также исходили из  того, что при рассмотрении дела не установлено обстоятельств,  свидетельствующих о том, что Анарфорд были возращены выданные денежные  средства, перечисленные по кредитному договору, признанному в последующим  судом недействительной сделкой.  

26.10.2017 между Банком и Компанией Figebor Consulting Limited (далее в  разделе также – Фигебор) заключен кредитный договор № 

<

***>, по  условиям которого Банк открывает Фигебор кредитную линию с лимитом  выдачи в размере 250 000 000 руб. на срок по 29.12.2017 включительно на цели:  покупка ценных бумаг (п.2.4 кредитного договора). Данный договор со стороны  Банка подписан ФИО31, действующим на основании доверенности   № 688 от 02.03.2017.  

26.10.2017 Фигебору были перечислены денежные средства в размере 250  000 000 руб., что подтверждается выпиской по лицевому счету   № 

<

***>.  

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы  от 12.12.2018 по № А40-184814/2018 указанный кредитный договор был признан  недействительной сделкой и применены последствия недействительности  данной сделки в виде взыскания с Фигебора в пользу Банка денежных средств в  размере 250 000 000 руб.  

Признавая недействительным данный договор, суды пришли к выводу, что  сведений о том, что ответчик (Figebor Consulting Limited) на момент заключения  спорной сделки вел или ведет какую-либо хозяйственную деятельность, не  имеется.  

Суд указали, что подозрительный, нерыночный характер кредитного  договора, заключенного накануне введения временной администрации  кредитной организации, на значительную сумму, отсутствие экономической  обоснованности без предоставления обеспечения исполнения сделки, в обход  установленных правил, направленный на вывод денежных средств за пределы  Российской Федерации незадолго до введения в отношении банка санации,  которая не была направлена на получение дохода, свидетельствует о  злоупотреблении правом при выдаче кредита и является очевидным для любого  добросовестного участника гражданского оборота.  

Лицами, участвующими в деле, не приведено фактических обстоятельств,  ставящих под сомнение указанные вывода судов, доказательств,  свидетельствующих о возможности реального погашения кредита, не  представлено.  

Суды пришли к обоснованному выводу, что указанные обстоятельства  свидетельствуют о том, что на момент заключения спорных кредитных  договоров банк находился в неблагоприятном финансовом положении,  экономического смысла для банка сделки не имела, наоборот, они привели к  

уменьшению активов банка, что является злоупотреблением правом со стороны  руководителей банка.  

Как установлено судами, Компания Figebor Consulting Limited является  компанией, связанной с ФИО5 и ФИО4, о чем  свидетельствуют доказательства (копия справки 2-НДФЛ ФИО38 за 2015  г., схема владения Figebor Consulting Limited, Сведения из ЕГРЮЛ в отношении  ЗАО «Торгашевское» и АО «ПСН», выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО  «СоюзИнветс», ООО «Ланком», ООО «ЕвроСтандарт», ООО «Диалог», Анкета  ООО «Ланком», справка в отношении ФИО39, приказ об увольнении  ФИО40).  

Также судами при рассмотрении дела установлено, что денежные средства,  полученные заёмщиком по кредитному договору, были направлены в нарушение  целевого использования на погашение задолженности по кредитному договору   № 

<

***>, ранее выданного Банком в пользу Wipasena Holding Ltd, что  подтверждается выписками по счетам Figebor Consulting Limited, Feristol Trade  Limited, Fintailor Investments Limited, Wipasena Holding Ltd.  

Совокупность установленных при рассмотрении дела обстоятельств  свидетельствует о наличии в действиях ФИО5, ФИО4,  Promsvyaz Capital B.V. / ФИО32 Капитал Б.В. состава убытков, в связи с чем,  суды признали обоснованными требования истца в части взыскания солидарно с  данных лиц денежных средств в размере 250 000 000 руб.  

Суды признали обоснованными доводы истца, что фактически указанные  компании использовались как транзитные, о чем дополнительно свидетельствует  тот факт, что заемщикам денежные средства были в один и тот же день –  26.10.2017, а совокупный размер выданных Банком денежных средств  заемщикам равен размеру задолженности Wipasena Holding Ltd. перед Банком по  кредитному договору № 

<

***>.  

02.10.2015 между Банком и компанией Оберхольт Трейдинг Лимитед  (Oberholt Trading Limited) (далее также – Оберхольт) был заключен кредитный  договор № 

<

***>, по условиям которого Банк открывает Оберхольт  

кредитную линию с лимитом выдачи в размере 1 520 000 000 руб. на срок по  30.09.2020 года включительно на цели: финансирования текущей деятельности  (п.2.4 Кредитного договора № 1). Факт заключения данного договора  подтверждается представленной в материалы дела его копией.  

Кредитный договор № 1 со стороны Банка подписан ФИО21,  действовавшим на основании доверенности № 904 от 24.03.2015.  

В последующем, 28.12.2015 дополнительным соглашением № 1 в  кредитный договор № 1 внесены изменения в п. 2.4, согласно которым Банк  открывает кредитную линию с лимитом выдачи на срок по 30.10.2020  включительно в следующем размере: в период с 02.10.2015 по 27.12.2015  включительно в размере 1 520 000 000 руб. в период с 28.12.2015 в течение всего  срока действия кредитного договора в размере 1 570 000 000 руб.  Дополнительное соглашение № 1 подписано со стороны Банка ФИО21  Согласно пункту 7.1 кредитного договора № 1 обеспечение исполнения  обязательств Компании по кредитному договору не предоставляется. Погашение  каждого транша должно быть осуществлено в дату окончательного погашения  задолженности (пункт 2.7 кредитного договора).  

Также судами установлено, что в рамках кредитного договора Банк  предоставил Оберхольт денежные средства на общую сумму в размере 1 528  240 000 руб., что подтверждается выпиской по лицевому счету №  

<

***>. Оберхольт неоднократно продлевались сроки уплаты  процентов по кредитному договору, что подтверждается предоставленными в  материалы дела дополнительными соглашениями, тогда как судами при  рассмотрении дела не установлено обстоятельств, свидетельствующих об уплате  как основного долга, и процентов по условиям данного договора в период его  действия  

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы  от 10.12.2018 по делу № А40-180575/18 кредитный договор был признан  недействительным и применены последствия недействительности данного  

договора в виде взыскания Оберхольта в пользу Банка денежных средств в  размере 1 528 240 000 руб.  

Признавая недействительным данный договор, суды пришли к выводу, что  стандартными условиями кредитного договора являются условия о регулярном,  как правило, ежемесячном получении процентного дохода от предоставленных  средств, что исключается по условиям спорного кредитного договора и  свидетельствует о нерыночном его характере, об упущенной выгоде в виде  доходов по процентам.  

Длительная отсрочка возврата кредита до 30 сентября 2020 года  включительно поставила Банк в заведомо невыгодные условия, поскольку  лишала Банк возможности вернуть даже часть переданных денежных средств на  протяжении 5-ти лет. Помимо этого, отсутствовала как таковая экономическая  целесообразность кредитования иностранной компании на сумму свыше 1,5  млрд.руб. с целью финансирования ее текущей деятельности. Сведений о том,  что данная компания на момент заключения кредитного договора, а также в  настоящее время вела или ведет какую-либо текущую хозяйственную  деятельность в Банке не имеется. Выписка по счету Компании, открытом в  кипрском филиале ПАО «ФИО32 банк», за период с 18.09.2014 по 26.06.18  подтверждает, что Компанией не проводились какие-либо значительные расчеты  с контрагентами». Oberholt Trading Limited также являлась связанной с Банком  компанией, в период, когда контролирующими лицами Банка являлись ФИО5, ФИО4, Promsvyaz Capital B.V. / ФИО32 Капитал Б.В. Данное  обстоятельство подтверждается предоставленными в материалы дела  доказательствами (Анкета Oberholt Trading Limited, сведения в отношении  ФИО41).  

Таким образом, совокупность установленных при рассмотрении дела  обстоятельств свидетельствует о наличии в действиях ФИО4, Promsvyaz  Capital B.V. / ФИО32 Капитал Б.В. состава убытков, в связи с чем суды  обоснованно удовлетворили требования истца в части взыскания солидарно с  данных лиц денежных средств в размере 1 528 240 000 руб. Признавая  

обоснованным требования истца в данной части, суд исходит из того,  совершение данное сделки могло быть возможно только при наличии согласия  контролирующих лиц Банка - ФИО4, Promsvyaz Capital B.V. / ФИО32  Капитал Б.В. Указанная сделка была совершенна не в интересах Банка, а данные  лица осознавали, что заемщик по кредитному договору не планировал  возвращать полученные денежные средства, о чем свидетельствует его  фактическое поведение и поведение Банка по неоднократному изменению  сроков оплаты по условиям кредитного договора.  

Отказывая в удовлетворении требований к ФИО5 и ФИО21  в рамках рассмотрения настоящего эпизода искового заявления, суды указали на  пропуск срока исковой давности на обращение в суд с требованием в данной  части, о чем было заявлено указанными ответчиками. Судами учтена правовая  позиция, сформированная при рассмотрении дел о взыскании убытков с органов  управления и контролирующих лиц, в частности пункт 10 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №  62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав  органов юридического лица».  

Ранее ответчик ФИО21 заявлял ходатайство о привлечении в  качестве соответчика по настоящему делу ФИО29, который был  Председателем Правления Банка на момент заключения кредитного договора с  компанией Oberholt.  

Истец возражал против привлечения ФИО29 к участию в деле в  качестве соответчика, в связи с чем определением суда 20.09.2019 было отказано  в привлечении ФИО29 в качестве соответчика.  

Суды согласились с правовой позицией ФИО21, ФИО5, что  своим процессуальным поведением истец признал, что ФИО29 являлся  независимым Председателем Правления Банка и имел возможность  самостоятельно предъявить требование о взыскании убытков, в связи с чем срок  исковой давности по спорной сделке должен исчисляться с момента, когда о ней  узнал ФИО29  

Поскольку ФИО29 узнал (должен был узнать) о заключении  кредитного договора с компанией Oberholt не позднее даты его заключения, на  момент предъявления Банком искового заявления по настоящему делу общий  срок исковой давности истек, в связи с чем суды обосновано отказали в  удовлетворении исковых требований к ФИО5 и ФИО21 в части  взыскания убытков в размере 1 528 240 000 руб.  

Иные ответчики, которым были предъявлены убытки в связи с указанными  обстоятельствами, заявлений о пропуске срок исковой давности не заявляли,  тогда как согласно правовой позиции, сформированной в пунке 10  постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых  вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской  Федерации об исковой давности» заявление о применении исковой давности,  сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков,  в том числе и при солидарной обязанности (ответственности).  

28.09.2017 между Банком и Wipasena Holding Ltd (далее также - Випасена)  заключен кредитный договор № 

<

***> об открытии кредитной линии  (далее – Кредитный договор № 1), по условиям которого Банк открывает  Компании кредитную линию с лимитом выдачи в размере 13 000 000 000 руб. на  срок по 29.12.2017 на следующие цели: покупка ценных бумаг (п.2.4 договора)  Факт заключения данного договора подтверждается предоставленной в  материалы дела его копией. Данный договор со стороны Банка подписан  ФИО22, действующим на основании доверенности № 253 от 09.02.2017.  

Также судом при рассмотрении дела установлено, что согласно выписке по  лицевому счету № 

<

***> Банком выданы транши по  кредитному договору в общем размере 13 000 000 000 руб. В последующем,  02.10.2017 Випасена произвела частичную оплату по рассматриваемому  договору в размере 7 000 000 000 руб.  

Судами при рассмотрении дела не установлено обстоятельств,  свидетельствующих о погашении задолженности по указанному кредитному  договору в размере 6 000 000 000 руб.  

03.11.2017 между Банком и Випасена заключен был кредитный договор   № 

<

***> об открытии кредитной линии по условиям которого Банк  открывает Випасена кредитную линию с лимитом выдачи в размере 2 500 000  000 руб. на срок по 29.12.2017 (в редакции дополнительного соглашения № 1 к  договору) под 10% годовых (пункт 2.5 договора) на следующие цели: покупка  ценных бумаг (п.2.4). Факт заключения данного договора подтверждается  предоставленной в материалы дела его копией. Данный договор со стороны  банка подписан ФИО31, действующим на основании доверенности №  688 от 09.03.2017.  

Судами при рассмотрении дела установлено, что Банк перечислил Випасена  денежные средства по кредитному договору в размере 2 500 000 000 руб., что  подтверждается предоставленной в материалы дела выпиской по счету №  

<

***>.  

Судами при рассмотрении дела не установлено обстоятельств,  свидетельствующих об исполнении Випасена обязательств по погашению  задолженности по данному договору. Випасена является компанией, связанной с  Банком, что подтверждается предоставленными в материалы дела  доказательствами (список лиц, под контролем или значительным влиянием  которых находится ПАО Банк «Возрождение» по состоянию на 05.10.2017,  выписка из реестра акционеров ПАО «ФИО32 банк» по состоянию на  14.12.2017, анкета Wipasena Holding Ltd, сведения в отношении ФИО42, ФИО43  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.06.2019 по делу № А40183868/18 заключенные с Випасена кредитные договоры были признаны  недействительными и применены последствиях их недействительности в виде  взыскания с Випасена в пользу Банка денежных средств в размере 8 500 000 000  руб.  

Признавая недействительными данные договоры, суды пришли к выводу,  что подозрительный, нерыночный характер кредитных договоров, заключенных  накануне введения временной администрации кредитной организации, на  

значительную сумму, отсутствие экономической обоснованности впоследствии с  предоставлением обеспечения (залог неликвидного имущества общей  стоимостью в 22 тысяч раз меньше суммы предоставленных кредитных средств),  в обход установленных правил, направленный на вывод денежных средств за  пределы Российской Федерации незадолго до введения в отношении банка  санации, которая не была направлена на получение дохода, свидетельствует о  злоупотреблении правом при выдаче кредита, является очевидным для любого  добросовестного участника гражданского оборота.  

Совокупность установленных при рассмотрении дела обстоятельств, как  установлено судами, свидетельствует о наличии в действиях ФИО5,  ФИО4, Promsvyaz Capital B.V. / ФИО32 Капитал Б.В. состава  убытков, возникших по причине заключения указанных ранее двух договоров с  Випасена, в связи с чем суды удовлетворили требования истца в части взыскания  солидарно с данных лиц денежных средств в размере 8 500 000 000 руб.  

Признавая обоснованным требования истца в данной части, суды также  исходили из того, совершение данной сделки могло быть возможно только при  наличии согласия контролирующих лиц Банка - ФИО5, ФИО4,  Promsvyaz Capital B.V. / ФИО32 Капитал Б.В.  

Соглашаясь с правовой позицией истца в данной части, суды отметили, что  в целях придания указанным сделкам видимости того, что они заключались в  процессе обычно хозяйственной деятельности и полностью соответствовали  предусмотренной в Банке процедуре их заключения (в том числе, в части  обеспечения их исполнения) 05.12.2017 дополнительными соглашениями в  условия кредитных договоров были внесены изменения в ст. 7 кредитных  договоров, согласно которым, исполнение обязательств. Випасена по указанным  кредитным договорам обеспечивается залогом акций ОАО «Дальтехгаз»,  принадлежащих компаниям: Abessynia Trading Limited, Engolen Trading Ltd,  Galeritus Trade & Invest Limited, Mimoro Constructions Ltd. Данное обстоятельство  подтверждается предоставленными в материалы дела копиями дополнительных  соглашений. В последующем, 08.12.2017 с компаниями Abessynia Trading  

Limited, Engolen Trading Ltd, Galeritus Trade & Invest Limited, Mimoro  Constructions Ltd, зарегистрированными на Кипре, Банком заключены договоры  залога ценных бумаг, в соответствии с которыми исполнение обязательств  Випасена по кредитным договорам обеспечивается акциями ОАО «Дальтехгаз»  общей залоговой стоимостью 702 508 руб. Факт заключения данных договоров с  Банком подтверждается предоставленными в материалы дела их копиями. Таким  образом, стоимость обеспечения по Кредитным договорам №№ 1,2 Випасена на  сумму 15 500 000 000 руб. составляла 702 508 руб., что является в 22 000 раз  меньше полученных Випасена денежных средств от Банка по кредитным  договорам. Вместе с тем, в рамках рассмотрения настоящего эпизода искового  заявления суды не установили правовых основания для взыскания убытков,  возникших по причине, как полагает истец, заключения кредитного договора от  29.12.2015 № 0718-15-2-0 с Пеллоси Интерпразес Лимитед (Pellosie Enterprises  Limited) (далее также – Пеллоси) и кредитного договора от 07.10.2015 № 053815-3-0 с Minga Management Limited (Минга Менеджмент Лимитед) (далее также  – Минга), поскольку указанные договоры были заключен задолго до введения в  Банке временной администрации и не были предметом самостоятельного  судебного контроля, в отличие от иных договоров, являющихся предметом  исследования в рамках данного эпизода искового заявления. При этом суды не  ставили под сомнение то обстоятельство, что дополнительные соглашения с  Минга были подписаны 11.07.2016, 07.08.2017, 12.10.2017, но не установили при  этом в действиях ответчиков, которым вменяются убытки в рамках  рассмотрения настоящего эпизода искового заявления, отклонений от модели  добросовестного и разумного поведения. Из общедоступной информации,  размещенной в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на  сайте kad.arbitr.ru суды установили, что Арбитражным судом города Москвы  было возбуждено производство по делу А40-147709/2019 на основании  заявления компании Минга об отмене решения Международного коммерческого  арбитражного суда при Торгово-промышленной палате РФ от 19.03.2019 по делу   № М-154/2018 на основании которого, с компании Минга в пользу ПАО  

«ФИО32 банк» были взысканы: по кредитному договору № 

<

***> об  открытии кредитной линии (с установленным лимитом задолженности) от  07.10.2015 в общей сумме 2 634 402 254 руб. 02 коп., в том числе: сумму  основного долга - 2 500 000 000 рублей РФ и сумму начисленных процентов 134  402 254,02 рублей РФ; по кредитному договору № 

<

***> об открытии  кредитной линии (с установленным лимитом задолженности) от 07.10.2015 в  общей сумме 351 394,38 долларов США, в том числе: сумму основного долга —  340 000,00 долларов США, и сумму начисленных процентов 11 394,38 долларов  США, а также сумму 155 664,00 долларов США - в оплату понесенных ПАО  «ФИО32 банк», г. Москва, Россия, расходов по уплате регистрационного и  арбитражного сборов.  

Данные обстоятельства согласно выводам судов дополнительно  свидетельствуют о том, что истец не усматривал какого-либо порока у сторон  при заключении соответствующего кредитного договора.  

Признавая право за истцом на взыскание убытков в рамках рассмотрения  настоящего эпизода искового заявления с ФИО5, ФИО4 и  Promsvyaz Capital B.V./ФИО32 Капитал Б.В., как контролирующих лиц Банка,  суды указали, что на ФИО22, ФИО31, ФИО21 не может  быть возложена обязанность по возмещению соответствующих убытков, по  причине того, что данные лица не являются субъектами ответственности.  

Отказывая в удовлетворении исковых требований к данным лицам, суды  также отметили, что из текста искового заявления не следует, что истец  указывает на то, что данные лица могли определять действие органов  управления Банка, тогда как именно подобного рода факты, в ситуации наличия  у данных лиц доверенностей, с подобного рода полномочиями, могло бы  свидетельствовать о том, что они действительно являются контролирующими  лицами Банка, на которых возможно возложить в судебном порядке возмещение  причиненных Банку убытков.  

Как установлено судами при рассмотрении дела, данные лица при  заключении сделок действовали исключительно в рамках возложенных на них  трудовых функций.  

Возложение ответственности на контролирующих лиц Банка за совершение  подобного рода сделок полностью соответствует правовой позиции,  сформированной в пункте 5 постановлении Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №  62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав  органов юридического лица».  

Возражения ответчиков ФИО5, ФИО4, Promsvyaz Capital  B.V./ФИО32 Капитал Б.В., третьего лица СПАО «ИНГОССТРАХ»,  изложенные в их процессуальных документах судами обоснованно признаны  несостоятельными, поскольку доводы опровергаются установленными по делу  фактическими обстоятельствами.  

По результатам исследования обстоятельств, в рамках рассмотрения  данного эпизода № 3, суды также пришли к обоснованному выводу об  удовлетворении требований истца в части взыскания солидарно денежных  средств с ФИО4, Promsvyaz Capital B.V./ФИО32 Капитал Б.В. в  размере 11 522 889 052 руб. и с ФИО5 в размере 9 994 649 052 руб.  

Доводы истца о противоречиях в судебных актах в данной части  требований суд округа, исследовав обстоятельства, считает несостоятельными.  

Суды первой и апелляционной инстанции правильно установили, что истец  пропустил срок исковой давности по взысканию убытков, вызванных  кредитованием компании Oberholt Trading Limited.  

Суды признали убыточными сделки с облигациями PSB Finance S.A., АО  «ФИО32 капитал», ООО «ПСН-ПМ» совершенные 14.12.2017.  

По результатам исследования обстоятельств, в рамках рассмотрения  эпизода № 4 искового заявления, суды пришли к выводу об удовлетворении  требований истца в части взыскания солидарно денежных средств с ФИО4, ФИО5 в размере 79 697 439 213 руб. 40 коп., а также о солидарном  

взыскании с Promsvyaz Capital B.V. (ФИО32 Капитал Б.В.) убытков в размере  11 602 496 679 руб. 70 коп.  

Как установлено судами 11.12.2017 Банк России вынес в отношении ПАО  «ФИО32 банк» предписание № 42-4-10/35944ДСП, которым предписал  Банкуосуществить реклассификацию ссуд заемщиков и доформирование резерва  по ним и элементам расчетной базы в размере 104,6 млрд. руб.; представить в  Банк России отчет о выполнении требований предписания в части  реклассификации ссуд и доформирования резервов; представить в Банк России  на бумажном носителе отчетность по форме 0409101 «Оборотная ведомость по  счетам бухгалтерского учета кредитной организации», 0409123 «Расчет  собственных средств (капитала) («Базель III»)», 0409135 «Информация об  обязательных нормативах и о других показателях деятельности кредитной  организации» по состоянию на 13.12.2017.  

С 12.12.2017 предписанием в отношении Банка были введены, в том числе,  следующие ограничения: на привлечение денежных средств физических лиц и  индивидуальных предпринимателей, не являющихся акционерами Банка, во  вклады (депозиты) (до востребования и на определенный срок); на привлечение  денежных средств физических лиц и индивидуальных предпринимателей, не  являющихся акционерами Банка, на банковские счета; на осуществление  операций, связанных с отчуждением активов (включая приобретение и передачу  прав требований, мену) с условиями отсрочки платежа и поставки. Операции  ограничивались объемом 1,0 млн. руб. в месяц или эквивалентом в иностранной  валюте; на осуществление расчетов с филиалом «ФИО32 банк-Кипр» через  счета межфилиальных расчетов, а также с использованием филиалом  корреспондентских счетов, открытых филиалом в иных кредитных  организациях. Операции ограничивались объемом остатков на соответствующих  счетах, сложившихся на дату введения данного ограничения, и объемом  операций 1,0 млн. руб. в месяц или эквивалентом в иностранной валюте; на  осуществление операций по приобретению Банком ценных бумаг юридических  лиц, не входящих в Ломбардный список Банка России, а также ценных бумаг  

Банка. Операции ограничивались объемом остатков на соответствующих счетах,  сложившихся на дату введения данного ограничения, т.е. по состоянию на  11.12.2017.  

Однако, несмотря на наличие указанного предписания, как установлено  судами при рассмотрении дела, 14.12.2017 между Банком и Minga Management  Limited (Минга), Promsvyaz Capital B.V. (ФИО32 Капитал Б.В.), Fintailor  Investments Limited (Финтейлор) заключено 24 договора купли-продажи акций  Банка и облигаций ООО «ПСН ПМ», АО «ФИО32 капитал», Петерс  Интершнешнл (Кайман) Лимитед, PSB Finance S.A.  

Данное обстоятельство подтверждается предоставленными в материалы  дела копиями договоров. Согласно условиям договоров Банк являлся  покупателем, а указанные компании - продавцами соответствующих ценных  бумаг.  

АО «ФИО32 капитал», Петерс Интершнешнл (Кайман) Лимитед, ООО  «ПСН ПМ» относятся к той же группе лиц, к которой принадлежит сам Банк, что  подтверждается информацией об аффилированных лицах ПАО «ФИО32 банк»  от 30.09.2017.  

Из предоставленных в материалы дела доказательств судами установлено,  что указанные сделки были исполнены Банком по окончании рабочего дня –  вечером 14.12.2017, тогда как уже 15.12.2017 Банк России издал Приказ № ОД3525 о назначении временной администрации в ПАО «ФИО32 банк».  

Совокупность указанных обстоятельств, как обоснованно указано судами,  свидетельствует о том, что сделки от 14.12.2017 были совершены Банком в  условиях наличия признаков его неустойчивого финансового положения в  преддверии введении в отношении Банка мер финансового оздоровления. В  пользу данного вывода суда свидетельствуют и решения Арбитражного суда г.  Москвы по следующим делам № А40-12811/2018, № А40-11948/2018, № А4014824/18, А40-12385/18, А40-9332/18, согласно которым, указанные сделки были  признаны недействительными по причине того, что были заключены при  неравноценном встречном исполнении (фактически в отсутствие всякого  

встречного представления), при наличии конфликта интересов, в ущерб  интересам Банка, в нарушение Предписания Банка России с целью вывода  денежных средств из Банка.  

На момент совершения указанных сделок ФИО4, ФИО5  контролировали Promsvyaz Capital B.V. (ФИО32 Капитал Б.В.), который  являлся до 15.12.2017 владельцем 50,0343% акций Банка. В частности, из  предоставленного в материалы дела списка лиц под контролем либо  значительным влиянием которых находится Банк от 21.08.2017, ФИО4 и  ФИО5 указаны как конечные собственники акционеров банка, а так же  как лица, под совместным контролем которых находится Банк, с детальным  описанием схемы владения. Учитывая данные обстоятельства, ФИО4 и  ФИО5 фактически обладали контролем над контролирующим Банк  акционером (ФИО32 Капитал Б.В.) и посредством такого контроля имели  возможность влияния на формирование воли Банка на совершение им сделок.  Установление при рассмотрении дела обстоятельств, свидетельствующих о  принадлежности Promsvyaz Capital B.V. (ФИО32 Капитал Б.В.) более 50%  акций Банка свидетельствует о том, что указанная компания относится к  категории лиц, имеющих фактическую возможность определять действия Банка  (ст. 53.1 ГК РФ).  

Таким образом, принимая во внимание указанные выше обстоятельства,  суды обоснованно пришли к выводу о правомерности требований истца в части  взыскания с ФИО5, ФИО4 солидарно убытков в размере 79 697  439 213 руб. 40 коп., а также о солидарном взыскании с Promsvyaz Capital B.V.  (ФИО32 Капитал Б.В.) убытков в размере 11 602 496 679 руб. 70 коп. (5 819  437 968 руб. 05 коп. (неисполненное решение суда по делу № А40-12811/18, в  котором Promsvyaz Capital B.V. (ФИО32 Капитал Б.В.) не являлся  ответчиком) +(1 678 733 120 руб. 25 коп. + 4 104 325 591 руб. 40 коп. (69 394  764,55 долл. США по курсу ЦБ РФ на 14.12.2017) + 1 698 590 662 руб. 04 коп. (24  452 362 евро по курсу ЦБ РФ на 14.12.2017) (неисполненное решение суда по  

делу А40-11948/2018, в котором Promsvyaz Capital B.V. (ФИО32 Капитал  Б.В.) не являлся ответчиком.  

Суды указали, что от сделок от 14.12.2017 наибольший ущерб Банку  нанесли сделки, в которых продавцом ценных бумаг выступал именно Promsvyaz  Capital B.V. (ФИО32 Капитал Б.В.). Общая сумма денежных средств,  перечисленных Банком данному продавцу, составляла 87 256 467 587,77 руб. (с  учетом курса валют на 14.12.2017). Именно данное обстоятельство, исключает  возможность повторного взыскания с данного лица денежных средств, которые  ранее на основании решений Арбитражного суда г. Москвы по делам № А4014824/18, А40-12385/18, А40-9332/18 уже были взысканы с Promsvyaz Capital  B.V. (ФИО32 Капитал Б.В.), в связи с чем отказал в удовлетворении  заявленные требований к данному ответчику в остальной части.  

Таким образом, принимая во внимание, что Promsvyaz Capital B.V.  (ФИО32 Капитал Б.В.) является одновременно и контрагентом Банка по ряду  сделок, признанных недействительными (делам № А40-14824/18, А40-12385/18,  А40-9332/18), и контролирующим лицом, а также то, что с Promsvyaz Capital B.V.  (ФИО32 Капитал Б.В.) в рамках дел об оспаривание данных сделок уже  взыскана сумма всего полученного по ним, повторное взыскание с Promsvyaz  Capital B.V. (ФИО32 Капитал Б.В.) тех же сумм в рамках настоящего дела  приведет к двойному взысканию, что противоречит сути норм о привлечении  контролирующих лиц к ответственности.  

Отказывая в удовлетворении исковых требований в данной части к  ответчику Promsvyaz Capital B.V. (ФИО32 Капитал Б.В.) суды также  отметили, что в рассматриваемом споре размер ответственности ответчика в  указанной части, полностью соответствует размеру взысканных с него денежных  средств по делам, где он являлся стороной спора. Суд согласился с правовой  позицией истца о том, что сделки с Promsvyaz Capital B.V. (ФИО32 Капитал  Б.В.) обладали следующими пороками, которые дополнительно свидетельствуют  о том, что контролирующие лица Банка согласовано действовали  недобросовестно и неразумно: (1) Promsvyaz Capital B.V. (ФИО32 Капитал  

Б.В.), как мажоритарный акционер Банка, не вправе был заключать Договоры с  Банком без получения соответствующего корпоративного одобрения. (2)  Promsvyaz Capital B.V. (ФИО32 Капитал Б.В.) является заинтересованным  лицом по отношению к Банку, сделки с которым, на основании ст. 81 Закон об  акционерных обществах должны быть одобрены советом директоров Банка, как  сделки с заинтересованностью. (3) Promsvyaz Capital B.V. (ФИО32 Капитал  Б.В.) нарушил требования устава Банка, в соответствии с п. 2 ст. 72 Закона об  акционерных обществах и п. 10.1 Устава Банка, Банк вправе приобретать  размещенные им акции только по решению общего собрания акционеров или по  решению Совета директоров Банка. (4) Promsvyaz Capital B.V. (ФИО32  Капитал Б.В.) был не вправе продавать Банку более 20% собственных  обыкновенных акций, если номинальная стоимость акций общества,  находящихся в обращении, составит менее 90 процентов от уставного капитала  общества (абз. 2 п. 2 ст. 72 Закона об акционерных обществах).  

Вместе с тем, суды не установили правовых оснований для возложения  ответственности за совершение названных сделок на ФИО19, поскольку  он не является лицом, которое может быть признано контролирующим  деятельность Банка. Данный вывод основан на фактических установленных  обстоятельствах, поскольку ФИО19 был принят на должность советника  правления Банка в Департамент привлечения ресурсов 12.12.2017 на основании  приказа № 5138-пс, т.е. на следующий день после вынесения Банком России  предписания и получения его ФИО5 Ранее судом при рассмотрении  дела было установлено, что уже 14.12.2017 ФИО19 на основании  доверенности № 3589 от 12.12.2017, выданной ФИО5, были подписаны  спорные договоры, во исполнение условий которых, Банком и были  перечислены денежные средства в отсутствие какого-либо встречного  предоставления в общем размере 102 128 430 550 руб. 54 коп.  

Из предоставленной в материалы дела справки ПАО «ФИО32 банк»   № 344 от 14.03.2018 следует, что ФИО19 фактически проработал в Банке  4 дня и не появлялся более на работе с 18.12.2017 по неизвестным причинам.  

Совокупность установленных обстоятельств, согласно выводам судов,  подтверждает тот факт, что ФИО19 не мог самостоятельно определять  действия Банка, а его роль при заключении спорных договор, сводилась лишь к  преданию дополнительной законности сделок 14.12.2017.  

Данный вывод суда соответствует правовой позиции, сформированной в п.  5 Постановлении Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах  возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».  

Суды указали, что о не типичности данных сделок свидетельствует то, что в  результате заключения спорных сделок Банком были отчуждены денежные  средства в общем размере 102 128 430 550 руб. 54 коп., что составляет более 66%  от размера капитала Банка за 3 квартал 2017 г., о чем свидетельствует  ежеквартальный отчет Банка за 3 квартал 2017 г., опубликованный в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на сайте Цента  раскрытия корпоративной информации.  

Судами исследованы и отклонены доводы ответчика ФИО5 о  двойном взыскании одних и тех же убытков, рассматриваемых в разных  эпизодах искового заявления, поскольку сделки, перечисленные истцом в  указанных эпизодах искового заявления, различаются по предмету, дате  заключения, составу контрагентов и размеру средств.  

Судами установлено, что убытки, заявленные в рассматриваемом эпизоде  искового заявления, возникли исключительно по причине заключения сделок  14.12.2017.  

Таким образом, по результатам исследования обстоятельств, в рамках  рассмотрения данного эпизода искового заявления, суды обоснованно пришли к  выводу об удовлетворении требований истца в части взыскания солидарно  денежных средств с ФИО4, ФИО5 в размере 79 697 439 213 руб.  40 коп., а также о солидарном взыскании с Promsvyaz Capital B.V. (ФИО32  Капитал Б.В.) убытков в размере 11 602 496 679 руб. 70 коп.  

Доводы истца о противоречивых выводах судов подлежат отклонению,  поскольку судами рассмотрены в каждом эпизоде сделки с разными  

облигациями, заключенными в разные периоды, в связи с чем противоречий в  выводах судом не установлено.  

В рамках эпизода № 5 суды пришли к выводу, что требования истца,  основанные на положениях абз. 2 п. 5 ст. 189.23 Закона о банкротстве, не  подлежат удовлетворению, так как ни на момент заключения конкретных  сделок, ни на момент предоставления Банку денежных средств указанное  положение Закона о банкротстве не действовало.  

Судами при рассмотрении дела установлены следующие фактические  обстоятельства, связанные с оказанием Банком России финансовой помощи  истцу.  

В соответствии с решением Совета директоров Банка России от 14.12.2017  (протокол № 33) утвержден план участия Банка России в осуществлении мер по  предупреждению банкротства Банка (далее - План участия), которым была  предусмотрена возможность предоставления Банку финансовой помощи в форме  размещения депозита(ов) на общую сумму до 300 млрд рублей на поддержание  ликвидности, текущую деятельность Банка и минимизацию рисков  неисполнения обязательств перед кредиторами и вкладчиками, на срок не более  1 года с процентной ставкой в размере ключевой ставки Банка России,  действующей в соответствующий период времени.  

В последующем, во исполнение Плана участия между Банком России и  истцом были заключены следующие договоры депозита: № 10-ФКБС от  15.12.2017 на сумму 100 млрд.руб., № 11-ФКБС от 18.12.2017 на сумму 100 млрд.  руб.  

Денежные средства по депозитным договорам № 10-ФКБС и № 11-ФКБС  были предоставлены истцу 15.12.2017 и 18.12.2017 соответственно.  

На основании ходатайства временной администрации по управлению  Банком (письмо от 21.12.2017 № 104420-ВА) 22.12.2017 (протокол № 35)  Советом директоров Банка России были утверждены изменения в План участия,  предусматривающие увеличение общего размера средств, предоставляемых на  

поддержание ликвидности до 480 млрд рублей (с учетом ранее предоставленных  средств).  

Указанные обстоятельства послужили основанием для заключения между  Банком России и истцом следующих договоров депозита: № 12-ФКБС от  25.12.2017 на сумму 30 млрд.руб. и № 13-ФКБС от 25.12.2017 на сумму 100  млрд.руб. Факт перечисления истцу данных денежных средств по указанным  договорам установлен и подтверждается предоставленными в материалы дела  доказательствами.  

21.03.2018 (протокол № 7) Советом директоров Банка России были  утверждены изменения в План участия, предусматривающие привлечение в  качестве инвестора для участия в мероприятиях по предупреждению банкротства  истца Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов».  

Планом участия предусмотрено оказание Агентством финансовой помощи  ПАО «ФИО32 банк» в целях его докапитализации: 1) путем приобретения  дополнительного выпуска обыкновенных именных акций Банка номинальной  стоимостью 1/1 484 513 966 228 руб. в количестве 74 225 698 311 400 000 000 000  штук (цена приобретаемого Агентством пакета акций общей номинальной  стоимостью 50 000 000 000 руб. составляет 113 392 560 000 руб.); 2) в форме  безвозмездной передачи облигаций федерального займа (выпуски 29006RMFS,  29007RMFS, 29008RMFS, 29009RMFS, 29010RMFS) общей номинальной  стоимостью не более 113 392 560 000 руб.  

В рамках первого мероприятия Советом директоров Банка России на  заседании, состоявшемся 21.03.2018, принято решение о внесении Банком  России в имущество Агентства имущественного взноса денежными средствами в  сумме 113 392 560 000 руб.  

Указанные денежные средства перечислены Агентству 22.03.2018. 

В последующем, Советом директоров Агентства на заседании,  состоявшемся 23.03.2018, принято решение направить денежные средства в  сумме 113 392 560 000 руб., внесенные 22.03.2018 Банком России в имущество  Агентства в качестве имущественного взноса, на приобретение Агентством в  

соответствии с Планом участия дополнительного выпуска обыкновенных  именных акций ПАО «ФИО32 банк» в количестве 74 225 698 311 400 000 000  000 штук общей номинальной стоимостью 50 000 000 000 руб.  

Во исполнение указанного выше решения Агентство заключило с ПАО  «ФИО32 банк» договор купли-продажи акций от 26.03.2018 № 2018-0194/3,  согласно условиям которого Агентство 26.03.2018 приобрело обыкновенные  именные акции ПАО «ФИО32 банк» в указанном выше количестве,  перечислив 26.03.2018 ПАО «ФИО32 банк» в счет их оплаты 113 392 560 000  руб.  

В рамках второго мероприятия Советом директоров Банка России на  заседании, состоявшемся 14.05.2018, принято решение о внесении Банком  России в имущество Агентства имущественного взноса в виде облигаций  федерального займа (далее - ОФЗ) выпусков 29006RMFS, 29007RMFS,  29008RMFS, 29009RMFS, 29010RMFS общей номинальной стоимостью 113 392  560 000 руб. Указанные ценные бумаги общей (балансовой) стоимостью 130 791  741 191,52 руб. поступили в Агентство.  

Далее Советом директоров Агентства на заседании, состоявшемся  15.05.2018, принято решение использовать имущественный взнос Банка России  в виде ОФЗ совокупной номинальной стоимостью 113 392 560 000 руб. (выпуски  29006RMFS, 29007RMFS, 29008RMFS, 29009RMFS, 29010RMFS, номинальная  стоимость каждого выпуска - 22 678 512 000 руб.) для оказания финансовой  помощи ПАО «ФИО32 банк» в форме безвозмездной передачи последнему  указанных ОФЗ по цене их внесения в имущество Агентства (балансовой  стоимости) в соответствии с Планом участия.  

Во исполнение указанного выше решения Агентство заключило с ПАО  «ФИО32 банк» договор от 16.05.2018 № 2018-0367/3, согласно которому  Агентство безвозмездно передало вклад в имущество ПАО «ФИО32 банк» -  ОФЗ общей номинальной стоимостью 113 392 560 000 руб., при этом стороны  оценили вклад в имущество Банка в размере 130 791 741 191,52 руб.  

На основании указанного договора от 16.05.2018 № 2018-0367/3 облигации  федерального займа выпусков 29006RMFS, 29007RMFS, 29008RMFS,  29009RMFS, 29010RMFS (номинальная стоимость каждого выпуска составила  22 678 512 000 руб.) были переведены на счет депо ПАО «ФИО32 банк»,  открытый в НКО АО НРД.  

Во исполнение статьи 6 Федерального закона от 07.03.2018 № 53-ФЗ «О  внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»  после издания Распоряжения Правительства Российской Федерации от  25.05.2018 № 990-р Агентство передало акции ПАО «ФИО32 банк» в казну  Российской Федерации.  

Совокупность указанных выше обстоятельств, связанных с оказанием  Агентством истцу финансовой помощи, установлена судами и подтверждается  предоставленными в материалы дела доказательствами: выписка из протокола  заседания Совета директоров Агентства от 23.08.2018 № 5, копия договора  купли-продажи акций от 26.03.2018 № 2018-0194/3, копия выписки из реестра  владельцев именных ценных бумаг ПАО «ФИО32 банк» на дату 26.03.2018,  платежное поручение № 4321 от 26.03.2018 на сумму 113 392 560 000 руб., копия  выписки из протокола заседания Совета директоров Агентства от 15.05.2018,  копия договора № 2018-0367/3 от 16.05.2018, копии отчетов НКО АО НРД   №№ 28054643, 28054641, 28055789 от 16.05.2018, копия выписки из протокола  заседания Совета директоров Агентства от 15.05.2018, копия выписки из реестра  владельцев именных ценных бумаг ПАО «ФИО32 банк» на 29.05.2018.  

Истцом в качестве правового основания для взыскания убытков в размере  88 263 150 684 руб. 93 коп, в рамках рассмотрения настоящего эпизода искового  заявления, указаны положения п. 5 ст. 189.23 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)».  

В частности, истец определяет убытки по специальному правилу,  закрепленному в абз. 2 п. 5 ст. 189.23 названного закона, а именно, как расходы,  понесенные Банком России и определяемые как разница между полученным  

Банком России доходом (либо доходом, который будет получен в соответствии с  заключенным договором) при предоставлении в соответствии с настоящим  Федеральным законом денежных средств Фонда консолидации банковского  сектора и доходом, который мог бы быть получен Банком России при  размещении денежных средств в том же объеме и на тот же срок по ключевой  ставке, действовавшей на момент предоставления денежных средств Фонда  консолидации банковского сектора.  

Истец, согласно данной норме произвел арифметически расчет спорных  убытков применительно к указанному ранее выше размеру финансовой помощи,  оказанной ему в связи с осуществлением мер по предупреждению его  банкротства.  

Вместе с тем, суды пришли к выводу, что данная норма не может  применяться к рассматриваемым правоотношениям, поскольку положения абз. 2  п. 5 ст. 189.23 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» вступили в силу  08.06.2018 на основании Федерального закона от 23.04.2018 № 87-ФЗ «О  внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»  (далее - ФЗ № 87) и не имеют обратной силы, тогда как ранее судом было  установлено, что как введение в Банке временной администрации (декабрь 2017  г.), так и соответствующая финансовая помощь Банку (декабрь 2017 г. – март  2018 г.) была предоставлена до указанной даты.  

Суды указали, что в соответствии с общим принципом действия закона во  времени закон обратной силы не имеет и распространяется исключительно на  отношения, которые возникли после введения его в действие, тогда как только  законодатель вправе придать закону обратную силу.  

Специальная оговорка о том, что его положения применяются к  правоотношениям, имевшим место до дня вступления его в законную силу,  отсутствует.  

Суды отклонили доводы истца о том, что указанная норма ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» является нормой процессуального права,  поскольку согласно правовой доктрине, нормы процесса определяют порядок,  

процедуру реализации норм материального права: порядок разрешения спора,  процедуру рассмотрения и разрешения гражданских и арбитражных дел и т.п.  Положения абз. 2 п. 5 ст. 189.23 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» не  обладают признаками и характеристиками, присущими процессуальным нормам.  

Позиция истца по данному эпизоду основана на том факте, что при  установлении виновных действий ответчиков в причинении убытков Банку  должна быть установлена ответственность ответчиков за дополнительное  финансирование, которое Банк России был вынужден предоставить Банку на  покрытие указанных убытков и продолжение деятельности Банка в период его  санации.  

Суды, по мнению истца и Центрального Банка РФ, необоснованно  освободили ответчиков от ответственности, сославшись на невозможность  применения норм о взыскании убытков к указанным правоотношениям.  

По мнению истца и ЦБ РФ, суды ошибочно пришли к выводу о  неприменении абз. 2 п. 5 ст. 189.23 Закона о банкротстве и не применили  положения ст. 15 ГК, подлежащие применению. При этом истец исходит из того,  что все элементы состава убытка как по ст. 189.23 Закона о банкротстве, так и по  ст. 15 ГК доказаны.  

Согласно пункту 5 статьи 189.23 Закона о банкротстве кредитная  организация либо Банк России, Управляющая компания или государственная  корпорация «Агентство по страхованию вкладов» от ее имени вправе обратиться  в арбитражный суд с требованием о возмещении убытков, причиненных  виновными действиями (бездействием) лиц, контролирующих кредитную  организацию, в отношении которой осуществлены (осуществляются) меры по  предупреждению банкротства с участием Банка России или Агентства,  предусмотренные статьей 189.49 Закона о банкротстве.  

В целях применения названной статьи под убытками, причиненными  виновными действиями (бездействием) контролирующих кредитную  организацию лиц, понимаются в том числе расходы, понесенные Банком России  и определяемые как разница между полученным Банком России доходом (либо  

доходом, который будет получен в соответствии с заключенным договором) при  предоставлении в соответствии с Законом о банкротстве денежных средств  Фонда консолидации банковского сектора и доходом, который мог бы быть  получен Банком России при размещении денежных средств в том же объеме и на  тот же срок по ключевой ставке, действовавшей на момент предоставления  денежных средств Фонда консолидации банковского сектора. При этом расходы,  понесенные Банком России при вложении денежных средств Фонда  консолидации банковского сектора в уставный капитал кредитной организации  (либо при предоставлении денежных средств Агентству в целях последующего  вложения в уставный капитал кредитной организации), рассматриваются как  предоставление денежных средств на срок двадцать лет по процентной ставке  ноль процентов.  

В силу пункта 1 статьи 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не  имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения  их в действие.  

Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения  его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.  

Изменения в Закон о банкротстве в виде дополнения пункта 5 статьи 189.23  абзацем вторым внесены пунктом 19 статьи 6 Федерального закона от 23.04.2018   № 87-ФЗ «О внесении изменений в отдельные акты Российской Федерации»  (далее - Закон N 87-ФЗ).  

В соответствии с частью 1 статьи 8 указанного закона он вступает в силу по  истечении сорока пяти дней после дня его официального опубликования, то есть  с 08.06.2018.  

В Законе № 87-ФЗ отсутствует прямое указание на то, что изменения,  вносимые в Закон о банкротстве, распространяются на отношения, возникшие  до введения его в действие.  

Поскольку обстоятельства, в связи с которыми истец заявляет о взыскании  с ответчиков убытков имели место до вступления в силу абзаца второго пункта 5  статьи 189.23 Закона о банкротстве (08.06.2018), судами сделан правомерный  

вывод о том, что в данной части указанная норма применению к  рассматриваемым правоотношениям не подлежит.  

Доводы истца о том, что, вне зависимости от применения абз. 2 п. 5 ст.  189.23 Закона о банкротстве, суды должны были взыскать убытки на основании  общих положений ГК РФ, подлежат отклонению, поскольку взыскиваемые  истцом убытки в рамках данного эпизода являются его выгодой, а не потерями.  При этом доводы о том, что истец представляет в данном вопросе интересы ЦБ  РФ, правомерно отклонены, поскольку истец не представил надлежащие  доказательства, что он имеет право действовать от имени и в интересах  Центрального банка РФ. Кроме того, истец в рамках настоящего дела выступает  от своего собственного имени и взыскивает убытки в свою пользу.  

В кассационной жалобе Банк не представил доводов, которые не получили  бы оценку со стороны суда первой и апелляционной инстанции, а также не  представил заслуживающих внимания доводов о нарушении судом норм  материального или процессуального права, которые могли бы привести к  принятию неправильного решения, постановления.  

Оценивая по правилам ст. 71 АПК РФ предоставленные истцом при  рассмотрении всех эпизодов искового заявления в качестве доказательств  документы из материалов уголовного дела (протоколы совершения отдельных  следственных действий (например, допрос свидетеля и прочее), суды пришли к  выводу, о том, что данные доказательства не являются допустимыми (ст. 68 АПК  РФ). В арбитражном процессе, сведения, содержащиеся в документах органов  предварительного расследования, приобретают достоверность, только после  судебного контроля, посредствам вынесения, как правило, приговора суда. В  пользу данного вывода свидетельствуют как положения ч. 4 ст. 69 АПК РФ, так  и положения пп. 2, 3 ч. 2 ст. 311 АПК РФ.  

При рассмотрении спора судами установлена степень участия и  фактическая роль каждого из ответчиков в сделках, юридически значимых  действиях и событиях (при условии их доказанности), действительная роль  каждого из ответчиков по отношению к каждому юридически значимому  

действию или событию, входящему в каждый эпизод (планирование, одобрение,  заключение и исполнение сделок), а также выявление конкретных обстоятельств  их совместного участия (соучастия) в данных действиях.  

В части удовлетворенных требований суды установили, что ответчики  планировали, заключали и исполняли указанные истцом сделки с целью  причинения вреда истцу, вывода активов, исключительно в силу тех позиций,  которые они занимали в банке, с учетом вины и фактической связи между  действиями ответчиков и совершенными сделками по выводу средств.  

Суды дали оценку в целом сделкам с субординированными облигациями,  поскольку указанные сделки носили однотипный характер, единственным  отличием, как установлено судами, являлось наличие или отсутствие решения  Правления.  

Доводы истца, ЦБ РФ о неприменении общих положений ст. 15 ГК РФ при  рассмотрении требований о взыскании упущенной выгоды и отказе в данном  требовании на основании абз. 2 п. 5 ст. 189.23 Закона о банкротстве, также  обоснованно отклонены, поскольку указанные нормы являются нормами  материального права, вопреки позиции заявителей, и не применяются к  рассматриваемым правоотношениям, поскольку они вступили в силу уже после  даты оказания банку финансовой помощи.  

Абзац 1 пункта 5 статьи 189.23 Закона о банкротстве включен в закон в  2014 году, а абзац 2 вступил в силу 08 июня 2018 года, уже после введения  временной администрации в Банке.  

Истец в качестве правового основания для взыскания убытков указал  именно положения п. 5 ст. 189.23 Закона о банкротстве, определив убытки по  специальному правилу абз. 2 п. 5 ст. 189.23 Закона о банкротстве и представил  их расчет, основанный именно на данном специальном правиле.  

Истец в рамках этого эпизода не ссылался на какие-либо самостоятельные  обстоятельства, которые могли бы свидетельствовать о причинении каких-либо  иных убытков в результате неразумных и недобросовестных действий  контролирующих лиц.  

В рамках рассматриваемого эпизода истцом не представлялись  доказательства возникновения упущенной выгоды у самого истца. Напротив,  представленные в материалы дела доказательства касаются именно расходов  Банка России – то есть специальной категории убытков, упоминаемых  исключительно в абз. 2 п. 5 ст. 189.23 Закона о банкротстве.  

Таким образом, исходя из предмета и оснований требований, заявленных  по настоящему спору, суды правомерно отказали в удовлетворении заявленного  требования по эпизоду № 5.  

Суд кассационной инстанции считает, что выводы судов первой и  апелляционной инстанций основаны на всестороннем и полном исследовании  доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и  положениям действующего законодательства.  

Доводы кассационных жалоб не могут служить основанием для отмены  обжалуемых актов, поскольку по существу доводы не касаются нарушения  судебными инстанциями норм материального и процессуального права, а  фактически выражают несогласие с установленными судами первой и  апелляционной инстанции фактическими обстоятельствами и их оценкой.  

Рассматривая спор, судами исследованы вопросы о соблюдения при  заключении сделок корпоративных норм и правил, действующих в банке,  нормативных актов, а также дана оценка условиям сделок на предмет их  убыточности.  

Суд округа признает обоснованным выводы судов в части привлечения к  ответственности ФИО4 в пределах 91 220 328 265 руб.  40 коп., ФИО5 в пределах 89 692 088 265 руб. 40 коп.,  ФИО32 Капитал Б.В. (PROMSVYAZ CAPITAL B.V.) в пределах 23 125  385 731 руб. 70 коп. и отсутствии оснований для привлечения иных лиц,  поскольку само по себе участие в органах должника не свидетельствует о  наличии статуса контролирующего его лица. Принимая во внимание пункт 1  статьи 69 Закона об акционерных обществах, статьи 11.1, 11.1.1 Федерального  закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» имеющийся  

у лица статус члена совета директоров сам по себе не свидетельствует о наличии  у него признаков контролирующего должника лица. Судами не был установлен и  материалами дела не подтверждается факт участия иных привлеченных лиц в  качестве ответчиков в совершении убыточных сделок.  

По результатам рассмотрения кассационных жалоб судебная коллегия  признает правомерными выводы судов относительно отсутствия вины иных  ответчиков.  

Доводы кассационных жалоб ФИО4 и ФИО5 и финансового управляющего ФИО8 об  оспаривании наличия статуса контролирующих лиц, об отсутствии доказательств  участия ответчиков в одобрении спорных сделок, о недоказанности наличия  совокупности всех обстоятельств, необходимых для привлечения к  субсидиарной ответственности основаны на оценке доказательств и фактических  обстоятельств спора, ввиду чего не образуют предусмотренных процессуальным  законом оснований для переоценки установленных судом обстоятельств по делу.  

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится  за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной  инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Довод жалобы ФИО5 о том, что требования к нему подлежали  оставлению без рассмотрения по причине введения в отношении него процедуры  реструктуризации задолженности, подлежит отклонению как противоречащий  позиции, изложенной в пункте 6 статьи 61.16 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пункте 37 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О  некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц  к ответственности при банкротстве».  

Проверяя правильность применения судами первой и апелляционной  инстанций норм материального и процессуального права, суд кассационной  инстанции применительно к части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального  

кодекса Российской Федерации устанавливает, соответствуют ли выводы судов  практике применения правовых норм, определенной постановлениями Пленума  Верховного Суда Российской Федерации и сохранившими силу  постановлениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  по вопросам судебной практики, постановлениями Президиума Верховного Суда  Российской Федерации и сохранившими силу постановлениями Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, а также содержащейся в  обзорах судебной практики, утвержденных Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской  Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 № 274-О,  статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса,  регламентирующими производство в суде кассационной инстанции,  предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов  право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм  материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно  исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.  

Судами, в порядке статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации оценены представленные доказательства, оснований для  иных выводов у суда кассационной инстанции не имеется.  

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является  безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии с частью 4  статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  судами не нарушены.  

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 03.08.2022 и  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2022 по  делу № А40-308982/2018 оставить без изменения, кассационные жалобы – без  удовлетворения.  

Председательствующий – судья Е.Ю. Филина 

Судьи: З.А. Аталикова  

 И.В. Лазарева