ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000,  http://4aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А10-5074/2015

г. Чита

21 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июня 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 21 июня 2021 года

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей О. П. Антоновой, Н. В. Ломако, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «АСП» на определение Арбитражного суда Республики Бурятия от 05 марта 2021 года по делу № А10-5074/2015 по заявлению конкурсных кредиторов ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «АСП» к ФИО3, ФИО4 о признании сделки недействительной,

с привлечением к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц ФИО5, финансового управляющего ФИО5 Дмитриева Андрея Викторовича,

в деле по заявлению общества с ограниченной ответственностью «АСП» о признании индивидуального предпринимателя ФИО4 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: Республика Бурятия, 

<

...>, СНИЛС 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

В судебное заседание 16.06.2021 в Четвертый арбитражный апелляционный суд явились:

от ФИО8, ООО «АСП» и ФИО2: представитель по доверенностям от 26.04.2021, 04.12.2014 и 10.06.2020 соответственно ФИО9;

от ФИО10: представитель по доверенности от 04.07.2018 ФИО11;

должник ФИО4 , а также  ФИО12 - представитель  ФИО4   по доверенности от 27.02.2020.

Иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

Судом установлены следующие обстоятельства.

Определением Арбитражного суда Республики Бурятия от 04 октября 2017 года заявление  ООО «АСП» признано обоснованным, в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов должника. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО13.

Решением Арбитражного суда Республики Бурятия от 10 апреля 2019 года должник   ФИО4 признан банкротом, финансовым управляющим утвержден ФИО13.

Конкурсный кредитор должника ФИО4 ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Республики Бурятия с заявлением о признании недействительным договора о предоставлении займа, обеспеченного залогом движимого имущества (смешанный договор) от 14.02.2009, совершенного между ФИО4, ФИО5 и ФИО14.

Определением суда от 20 февраля 2020 года к участию в обособленном споре в качестве ответчика привлечен ФИО14, к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц привлечены ФИО5, финансовый управляющий ФИО5 ФИО13.

Определением от 25 марта 2020 года общество с ограниченной ответственностью «АСП» привлечено к участию в обособленном споре в качестве созаявителя.

Определением от 17 июля 2020 года произведена замена по обособленному спору ответчика ФИО14 на его правопреемника ФИО3.

Определением от 05 марта 2021 года в удовлетворения заявлений конкурсных кредиторов   ФИО4 ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «АСП» отказано. Возвращено ФИО2 из федерального бюджета 3 000 рублей  излишне уплаченной государственной пошлины по чеку-ордеру от 14.08.2015 (операция 23). Возвращено ФИО8, являющемуся директором общества с ограниченной ответственностью «АСП», из федерального бюджета 3 000 рублей – излишне уплаченной государственной пошлины по чеку-ордеру от 18.03.2020 (операция 4995).

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО2 и общество с ограниченной ответственностью «АСП» обратились в Четвертый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами. 

В апелляционной жалобе ФИО2 и общество с ограниченной ответственностью «АСП», ссылаясь на нормы права, выражают несогласие с определением суда первой инстанции, указывая, что фактически договор займа между ФИО4 и ФИО14 не заключался, ФИО14 не имел финансовой возможности и фактически не передал денежные средства, а ФИО4 не принимал эти денежные средства и не вносил их по квитанциям в кассу ООО "Байкал Ресурс". Договор займа был подписан лишь для вида с целью создания "искусственной", фиктивной задолженности. Фактическая передача денежных средств 14.02.2009 по договору займа не доказана, ФИО3 не представила доказательств наличия финансовой возможности у ФИО14 передать денежные средства по договору займа. Указывают, что фактически оспариваемый договор займа не заключался, денежные средства по этому договору ФИО14 не передавались 14.02.2009,  и ФИО4 их не получал.

Заявители полагают, что не могут быть приняты во внимание доводы ФИО3 о подаренных ФИО14 двух квартирах своим дочерям в 2005 и 2007 годах, т.к. являются голословными и ничем не подтверждены, договоры дарения квартир в материалах дела не имеются.

Кроме того, заявители не согласны с выводом арбитражного суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности. Полагают, что не имелось оснований исчислять начало течения срока исковой давности с 14.02.2009.

С учетом указанных обстоятельств, ФИО2, ООО «АСП» просят определение суда отменить,   принять по делу новый судебный акт.

Отзыв на апелляционную жалобу поступил от ФИО3, в котором она просит определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

В материалы спора поступили письменные пояснения лиц, участвующих в обособленном споре. 

            В судебном заседании апелляционного суда представители лиц, участвующих в деле,  поддержали собственные правовые позиции по делу. 

Должник ФИО4 подтвердил наличие дружеских отношений с  займодавцем, а также реальность полученного займа. 

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 154-ФЗ) пункты 1 и 2 статьи 213.32  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ в редакции Закона № 154-ФЗ применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями; сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 154-ФЗ).

Поскольку должник  являлся индивидуальным предпринимателем, оспариваемый договор заключен до 01.10.2015, поэтому его оспаривание возможно на основании статей 10, 168 и 170  Гражданского кодекса Российской Федерации, из чего правильно исходил суд первой инстанции.

На основании пункта 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 названной статьи, конкурсным кредитором, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Определением суда от 08 июля 2020 года в реестр требований кредиторов должника ФИО4 включены требования ФИО2 в сумме 377 298,94 рублей, в том числе 334 700 рублей – основной долг, 21 889,38 рублей – индексация присужденной денежной суммы, 20 709,56 рублей – проценты по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Республики Бурятия от 04 октября 2017 года в реестр требований кредиторов должника ФИО4 включены требования ООО «АСП» в размере 25 649 139,58 рублей, в том числе 11 752 840 рублей – основной долг, 6 630 637,31 рублей – проценты за пользование займом, 3 413 997,44 рублей – проценты за пользование чужими денежными средствами, 3 816 653,53 рублей – сумма индексации, 35 011,30 рублей – госпошлина, с очередностью удовлетворения в третью очередь.

Определением Арбитражного суда Республики Бурятия от 27 июля 2018 года в реестр требований кредиторов должника ФИО4 включены требования общества с ограниченной ответственностью «АСП» в размере 38 652 197,93 рублей, в том числе 4 400 000 рублей – основной долг, 26 043 916,95 рублей – проценты за пользование займом, 8 208 280,98 рублей – проценты за пользование чужими денежными средствами и индексация, в третью очередь.

Определением суда от 22 июля 2020 года кредитор - общество с ограниченной ответственностью «АСП» заменено в реестре требований кредиторов должника ФИО4 на его правопреемника - ФИО2 в отношении требований в сумме 4 620,21 рублей индексации, включенных определением от 04.10.2017, с очередностью удовлетворения в третью очередь.

Финансовый управляющий в своем отзыве указал, что общий размер требований кредиторов составляет 85 926 080,73 рублей, без учета требований ФИО3 66 772 580,73 рублей. Размер требований кредиторов ФИО2 составляет меньше 10%.

Определением от 25 марта 2020 года общество с ограниченной ответственностью «АСП» привлечено к участию в обособленном споре в качестве созаявителя.

Как правильно указал суд первой инстанции, положения Закона о банкротстве, предусматривающие право оспаривания сделок должника конкурсными кредиторами,  обладающими относительно небольшим размером требований к должнику, направлены на самостоятельную защиту последними своих законных интересов, в том числе в случае недобросовестного поведения конкурсного управляющего, уклоняющегося от совершения таких действий.

При этом установленный Законом десятипроцентный порог служит лишь ограничением для чрезмерного и несогласованного оспаривания сделок по заявлениям миноритарных кредиторов, что может нарушить баланс интересов участвующих в деле о банкротстве лиц, привести к затягиванию процедуры банкротства и увеличению текущих расходов.

Возможность соединения требований нескольких кредиторов для достижения общих целей (признания незаконной сделки должника недействительной, пополнения конкурсной массы, максимального пропорционального погашения требований всех кредиторов) отвечает целям конкурсного производства и способствует эффективному восстановлению их нарушенных прав.

Таким образом, размер требований двух кредиторов ФИО2 и ООО «АСП» совместно составляет более 10% от общего размера кредиторской задолженности ФИО4

Поскольку размер требований конкурсных кредиторов - ФИО2 и ООО «АСП» составляет более 10 процентов от общего размера кредиторской задолженности, включенной на дату подачи заявления в реестр требований кредиторов, последние наделены соответствующим правомочием на оспаривание сделок общества.

Определением от 31.03.2021 суд первой инстанции заменил кредитора ФИО2 в реестре требований кредиторов должника ФИО4 на ее правопреемника - ФИО8.

Определением от 31.03.2021 суд первой инстанции заменил общество с ограниченной ответственностью «АСП» в реестре требований кредиторов должника ФИО4 на его правопреемника - ФИО8.

ФИО15 поддержал правовые позиции своих правопреемников. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 14 февраля 2009 года между ФИО14 (займодавец) и ФИО4, ФИО5 (заемщики) был совершен договор о предоставлении займа, обеспеченного залогом движимого имущества (смешанный договор), согласно условиям которого займодавец передает заемщику взаем денежные средства в размере 4 000 000 рублей, а заемщик обязуется возвратить займодавцу сумму займа в срок до 14 февраля 2012 года. За пользование займом уплачиваются проценты по ставке 5% от суммы займа за каждый месяц. За просрочку возврата суммы займа начисляется неустойка в сумме 0,1% от просроченной части суммы займа за каждый день просрочки. В обеспечение обязательств по исполнению договора заемщик предоставляет в залог принадлежащие ему на праве собственности имущество.

Согласно пункту 2.1 договора в целях полного обеспечения надлежащего исполнения своих обязательств по возврату суммы займа, уплате процентов и неустоек, а также возможных расходов, связанных с возвратом долга, указанного в пункте 1.1 договора, заемщик, являющийся также залогодателем, предоставляет в залог займодавцу, являющемуся также залогодержателем, следующее движимое имущество: «МАЗ» 8925 с оценкой его в качестве залога по согласованию сторон в сумме 150 000 рублей, «Toyota Camry» – 500 000 рублей, «КРАЗ 255Б» – 300 000 рублей, «КРАЗ 255» – 300 000 рублей, «МАЗ 3509А» – 200 000 рублей, «КРАЗ 257Б» – 300 000 рублей, бульдозер Т-17 – 1 000 000 рублей, «ГАЗСАЗ 3350701» – 500 000 рублей, «МАЗ 38925» – 200 000 рублей, «МАЗ 93866-041» – 200 000 рублей, «КАМАЗ 53212А» – 900 000 рублей, трактор – 600 000 рублей, автопогрузчик – 700 000 рублей. Оценка залогового имущества составляет в общей сумме 5 850 000 рублей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также – ГК РФ)  по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

На основании пункта 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. Если иное не предусмотрено договором займа, сумма займа считается возвращенной в момент передачи ее займодавцу или зачисления соответствующих денежных средств на его банковский счет (пункты 1, 3 статьи 810 ГК РФ).

Договор займа, являясь реальным договором, считается заключенным с момента передачи денег или иных вещей, определенных родовыми признаками.

Согласно пункту 3.1 договора сумма займа передается заимодавцем заемщику в дату подписания договора и оформляется распиской на договоре.

В договоре указано о том, что  расписка заемщика: денежные средства по договору займа с залогом от 14.02.2009 от ФИО14 в сумме 4 000 000 рублей получил 14 февраля 2009 года.

Из материалов дела следует, что ФИО14 умер 17.02.2016.

В материалы дела от нотариуса поступили свидетельства о праве на наследство по закону от 19.09.2016, выданные нотариусом Заиграевского нотариального округа и зарегистрированные в реестре №3-1884, №3-1881, №3-1882, №3-1887, №3-1888, №3-1891 (наследственное дело 110/2016), согласно которым наследником, принявшим наследство по закону, является супруга ФИО3.

Отказывая в признании договора займа недействительной сделкой, суд первой инстанции исходил из того, что существенные условия займа в рассматриваемых договорах определены. Как установлено статьей 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Факт передачи денежных средств подтверждается распиской в договоре. Согласно сведениям регистрирующих органов залоговое имущество числилось за ФИО4, ФИО5

Также суд первой инстанции учел, что заочным решением Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 04.06.2014 (с учетом определения от 08.07.2014) с ФИО4, ФИО5 в пользу ФИО14 солидарно взысканы денежные средства в сумме 4 000 000 рублей, 3 136 000 рублей – неустойка, 12 400 000 рублей – проценты, 1 930 рублей – расходы по оплате государственной пошлины. Обращено взыскание на заложенное имущество.

Кроме того, суд учел пропуск срока исковой давности. 

Апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и полагает необходимым отметить следующее. 

Договор займа от 14.02.2009 совершен вне периода подозрительности установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (за шесть лет до возбуждения дела о банкротстве), поэтому правильно проверен судом первой инстанции на предмет наличия признаков злоупотребления правом (статьи 10 и 168 ГК РФ) и мнимости (статья 170 ГК РФ). 

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия. Заключенную сделку стороны фактически не исполняли и исполнять не намеревались. Правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли.

Как отмечено выше, договор займа от 14.02.2009 содержит сведения о том, что является также и  распиской заемщика: денежные средства по договору займа с залогом от 14.02.2009 от ФИО14 в сумме 4 000 000 рублей получил 14 февраля 2009 года.

Из материалов дела следует, что ФИО14 умер 17.02.2016.

В материалы дела представительны свидетельства о праве на наследство по закону от 19.09.2016, выданные нотариусом Заиграевского нотариального округа и зарегистрированные в реестре №3-1884, №3-1881, №3-1882, №3-1887, №3-1888, №3-1891 (наследственное дело 110/2016), согласно которым наследником, принявшим наследство по закону, является супруга ФИО3.

Следовательно, верными являются выводы суда первой инстанции о том, что факт передачи денежных средств подтверждается распиской в договоре. Согласно сведениям регистрирующих органов залоговое имущество числилось за ФИО4, ФИО5

Кроме того,  заочным решением Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 04.06.2014 (с учетом определения от 08.07.2014) с ФИО4, ФИО5 в пользу ФИО14 солидарно взысканы денежные средства в сумме 4 000 000 рублей, 3 136 000 рублей – неустойка, 12 400 000 рублей – проценты, 1 930 рублей – расходы по оплате государственной пошлины. Обращено взыскание на заложенное имущество.

ООО «АСП» подана апелляционная жалоба на указанное решение.

Определением Верховного суда Республики Бурятия от 20.05.2015 назначена по делу судебно-техническая экспертиза, поставив на ее разрешение следующие вопросы:

-           соответствует ли время выполнения подписей от имени ФИО14, ФИО4, ФИО5, поставленных в договоре о предоставлении займа, обеспеченного залогом движимого имущества от 14.02.2009, заключенному между ФИО14 с одной стороны и ФИО4, ФИО5 с другой стороны, в расписке ФИО4, выполненной на последней странице указанного договора, фактической дате изготовления документа?;

-           в какой период могли быть выполнены подписи и текст договора о предоставлении займа, обеспеченного залогом движимого имущества от 14.02.2009, заключенному между ФИО14 с одной стороны и ФИО4, ФИО5 с другой стороны, в расписке ФИО4, выполненной на последней странице указанного договора?;

-           подвергался ли договор или его части агрессивному воздействию для более быстрого старения?

Согласно заключению эксперта ФБУ «Омская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» №1400/1-2 от 29.06.2015 установить, соответствует ли время выполнения подписей от имени ФИО14, ФИО4, ФИО5, поставленных в договоре о предоставлении займа, обеспеченного залогом движимого имущества от 14.02.2009, заключенному между ФИО14 с одной стороны и ФИО4, ФИО5 с другой стороны, в расписке ФИО4, выполненной на последней странице указанного договора, фактической дате изготовления документа, не представляется возможным по причине, указанной в исследовательской части заключения. Установить, в какой период могли быть выполнены подписи и текст договора о предоставлении займа, обеспеченного залогом движимого имущества от 14.02.2009, заключенному между ФИО14 с одной стороны и ФИО4, ФИО5 с другой стороны, в расписке ФИО4, выполненной на последней странице указанного договора, не представляется возможным по причине, указанной в исследовательской части заключения. Признаков агрессивного механического, химического, светового, термического свыше 100 °С воздействия в договоре о предоставлении займа от 14.02.2009, расписке ФИО4, не имеется.

Апелляционным определением Верховного суда Республики Бурятия от 12.10.2015 заочное решение Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 04.06.2014 оставлено без изменения.

С учетом содержания апелляционного определения Верховного суда Республики Бурятия от 12.10.2015 и заочного решения Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 04.06.2014, верными являются суждения суда первой инстанции о том, что вышеуказанным апелляционным определением установлено, что ответчик ФИО4 не был согласен с доводами жалобы. Пояснил, что действительно занимал денежные средства у знакомого ФИО14, 

предполагал, что денежные средства будут возвращены, однако, ни работа с лесом, ни строительная деятельность прибыли не принесли, лишь образовались долги.

Согласно части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела, что вытекает из принципов общеобязательности и исполнимости вступивших в законную силу судебных решений в качестве актов судебной власти, обусловленных ее прерогативами (постановление от 21 декабря 2011 года № 30-П; определения от 6 ноября 2014 года № 2528-О, от 17 февраля 2015 года № 271-О и др.).

Исходя из этого, преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать установленные ранее обстоятельства, но и запрещает их опровержение. Такое положение существует до тех пор, пока судебный акт, в котором установлены эти факты, не будет отменен в порядке, установленном в законе.

В настоящем случае решения судов, указанные выше, не отменены, вступили в законную силу, следовательно, носят обязательный характер.

На основании пункта 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. Если иное не предусмотрено договором займа, сумма займа считается возвращенной в момент передачи ее займодавцу или зачисления соответствующих денежных средств на его банковский счет (пункты 1, 3 статьи 810 ГК РФ).

Договор займа, являясь реальным договором, считается заключенным с момента передачи денег или иных вещей, определенных родовыми признаками.

Вышеперечисленными документами в совокупности с  судебными актами, указанными выше, подтвержден факт получения должником  денежных средств, а, следовательно, и заключения договора займа.             Более того, в обеспечение договора займа предоставлено залоговое имущество.  

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Наделение судебных решений, вступивших в законную силу, свойством преюдициальности - сфера дискреции федерального законодателя, который мог бы прибегнуть и к другим способам обеспечения непротиворечивости обязательных судебных актов в правовой системе, но не вправе не установить те или иные институты, необходимые для достижения данной цели. Введение же института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения.

При этом, как указал Конституционный Суд РФ,  не отрицается, а, напротив, предполагается необходимость пересмотра решений, вступивших в законную силу, с тем чтобы в правовой системе не могли иметь место судебные акты, содержащие взаимоисключающие выводы. Регулирование института пересмотра вступивших в законную силу ошибочных судебных актов соотносится с международно-правовыми нормами, также признающими как обязательность исполнения судебных решений (res judicata), так и необходимость исправления судебных ошибок в случаях, если имеются сведения о новых или вновь открывшихся обстоятельствах или если в ходе предыдущего разбирательства были допущены существенные нарушения, повлиявшие на исход дела (пункт 2 статьи 4 Протокола N 7 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод).

Таким образом, как признание, так и отрицание преюдициального значения окончательных судебных решений не могут быть абсолютными и имеют определенные, установленные процессуальным законом пределы. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, исключительная по своему существу возможность преодоления окончательности вступивших в законную силу судебных актов предполагает установление таких особых процедур и условий их пересмотра, которые отвечали бы прежде всего требованиям правовой определенности, обеспечиваемой признанием законной силы судебных решений, их неопровержимости, что применительно к решениям, принятым в ординарных судебных процедурах, может быть поколеблено, если какое-либо новое или вновь открывшееся обстоятельство или обнаруженные фундаментальные нарушения неоспоримо свидетельствуют о судебной ошибке, без устранения которой компетентным судом невозможно возмещение причиненного ущерба (постановления от 11 мая 2005 года N 5-П, от 5 февраля 2007 года N 2-П и от 17 марта 2009 года N 5-П, Определение от 15 января 2008 года N 193-О-П).

Пределы действия преюдициальности судебного решения объективно определяются тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу, поскольку предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают, а суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного вида судопроизводства.

Именно возможность преодоления в таких случаях законной силы судебного акта посредством его пересмотра в предусмотренных законом процедурах обеспечивает искомый баланс общеобязательной юридической силы судебного решения и возможности проверки его законности и обоснованности, с тем чтобы при подтверждении судебной ошибки преюдициальность данного судебного решения могла быть преодолена путем его отмены в специально установленных процедурах. Такой подход соответствует как конституционным принципам осуществления правосудия, так и международным обязательствам Российской Федерации по обеспечению действия принципа правовой определенности в российской правовой системе.

Следовательно, возможность преодоления судебного акта существует только в виде его пересмотра в специально отведенной процедуре (статья 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статья 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах, в рассматриваемом случае у суда первой инстанции  не было правовых оснований для самостоятельной (вне предусмотренных выше процедур)  переоценки выводов, содержащихся в решениях, выше приведенных.

Кроме того, судом первой инстанции правильно учтено, что ответчиком ФИО3 в своих пояснениях  указано, что ее супруг ФИО14 с 2001-2009 годы являлся генеральным директором ООО «Висеал», с 2007-2009 годы директором ООО «Цирконий». Общества имели стабильную доходность, заработок у супруга был достаточно приличным. Также указала, что ФИО14 получил от ФИО16 денежные средства в сумме 3 500 000 рублей.

Ответчиком в качестве доказательств наличия финансовой возможности предоставления займа представлены выписки из ЕГРЮЛ от 16.09.2020 в отношении ООО «Цирконий», ООО «Висеал», расписка от 14.11.2008 о получении денежных средств в сумме 3 500 000 рублей, налоговая декларация   займодавца.

В качестве доказательств расходования денежных средств должником представлены договоры №15 от 02.02.2009, от 03.02.2009, по которым ФИО4 производил рубку леса. Квитанциями к приходным кассовым ордерам №12 от 18.02.2009 ФИО4 внесены в кассу ООО «Байкал-Ресурс» денежные средства в сумме 1 181 950 рублей, №14 от 19.02.2009 – 1 800 000 рублей, лесная декларация от 29.09.2009. Также представлены договоры, по которым должник приобретал древесины, а именно от 24.03.2009 на сумму20 000 рублей, от 23.03.2009 – 100 000 рублей, от 06.03.2009 – 100 000 рублей, от 05.03.2009 17 – 100 000 рублей. В подтверждение представлены расходные кассовые ордеры от 24.03.2009, 05.03.2009, 06.03.2009, 23.03.2009, накладные №46 от 20.10.2009, №3 от 23.02.2009, №41 от 25.09.2009, карточка счета. Также, как указывает должник, оставшаяся сумма заемных средств была использована на приобретение товаров, топлива. В подтверждение представлены  чеки.

Кредитор в суде первой инстанции выразил сомнения в части представленных квитанций к приходным кассовым ордерам №14 от 19.02.2009, №12 от 18.02.2009, поскольку в указанные даты кассир ФИО17 (в настоящее время ФИО18) не работала в ООО «Байкал-Ресурс», а трудоустроилась 16.08.2010, в подтверждение представлена трудовая книжка.

Должником представлены подлинники указанных квитанций к приходным кассовым ордерам, ФИО4  пояснил, что квитанции были оформлены позднее, поскольку выданные ранее были утеряны, а для отчетности они были необходимы.

В этой связи судом первой инстанции обоснованно  была допрошена в качестве свидетеля ФИО18 , которая  подтвердила, что в даты, указанные в квитанциях, не работала в ООО «Байкал-Ресурс», ею были выданы спорные квитанции ФИО4 в конце 2010 года. Когда ФИО4 пришел в ООО «Байкал-Ресурс», он попросил, чтобы ему выдали новые квитанции, так как старые были утеряны, поэтому ФИО18, сверив произведенные платежи с кассовой книгой, выдала новые квитанции.

Как правильно указал суд первой инстанции, несмотря на то, что в представленных квитанциях отсутствует отметка о дубликате, свидетель подтвердил, что факт внесения денежных средств отражался в кассовой книге, сомнений у ФИО18 в части невнесения денежных средств не имелось, поэтому и были выданы документы. Отсутствие в квитанциях к приходным кассовым ордерам отметки, что дубликат, в данном случае, не свидетельствует об отсутствии самой хозяйственной операции по приему денежных средств, поскольку внесение денежных средств подтверждены свидетелем, на квитанциях проставлена печать ООО «Байкал-Ресурс».

Определением Арбитражного суда Республики Бурятия от 27 июля 2018 года в реестр требований кредиторов должника ФИО4 включены требования ФИО3 в сумме 19 170 430 рублей, в том числе 3 617 500 рублей – основной долг, 12 400 000 рублей – проценты за пользование займом, 3 136 000 рублей – неустойка, в третью очередь.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения указанных требований суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом императивного положения закона о недопустимости злоупотребления правом возможность квалификации судом действий лица как злоупотребление правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление правом противной стороной.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско - правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

В случае несоблюдения указанных требований суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом императивного положения закона о недопустимости злоупотребления правом возможность квалификации судом действий лица как злоупотребление правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление правом противной стороной.

Оснований полагать, что договор займа от 14 февраля  2009 года совершен при злоупотребления правом или является мнимой сделкой, при наличии ряда вступивших в законную силу решений суда, подтвердивших его реальность, основываясь только на противоречивых пояснениях  об обстоятельствах его совершения, у суда апелляционной инстанции не имеется, с учетом всех установленных фактических обстоятельств при рассмотрении апелляционной жалобы. 

Помимо указанного, соглашается апелляционный суд и с выводами суда первой инстанции о пропуске срок исковой давности для признаний недействительной спорной сделки,  совершенной 14.02.2009. 

Исходя из правовой позиции, изложенной в п. 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

Учитывая, что финансовый  управляющий должника ФИО19 был утвержден 04.10.2017,  начало течения срока исковой давности должно быть определено с 05.10.2017, что означает, что трехлетний срок истек 05.10.2020.

Согласно договору сумма займа в размере 4 000 000 рублей передана должнику 14.02.2009. Трехлетний срок исковой давности, исчисляемый по правилам, предусмотренным ранее действовавшим законодательством, истек 14.02.2013, то есть до вступления в силу Федерального закона 100-ФЗ (01.09.2013), внесшего фундаментальные изменения в положения ГК РФ о сроке исковой давности.

Десятилетний срок исковой давности истек 14.02.2019 и, соответственно, на день обращения в суд с настоящим заявлением (30.01.2020) пропущен.

Новые правила о порядке исчисления срока исковой давности со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, внесенные Федеральным законом от 07.05.2013 N 100-ФЗ, верно признаны судом первой инстанции не подлежащими применению в рассматриваемом случае в соответствии с переходными положениями пункта 9 статьи 3 указанного Закона и по причине истечения предусмотренного ранее действовавшим законодательством трехлетнего срока исковой данности к моменту вступления в силу Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ и моменту обращения арбитражного управляющего   в суд с настоящим заявлением.

В определении от 10.04.2015 N 306-ЭС15-998 по делу N А55-3371/2013 изложена следующая правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации о правилах исчисления сроков исковой давности с учетом новой и прежней редакции статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 60 пункт 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 дополнен новым предложением, согласно которому по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Постановление N 60 издано после официального опубликования Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Федеральный закон N 100-ФЗ) и разъясняет правила исчисления сроков исковой давности с учетом новой редакции пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса, измененной Федеральным законом N 100-ФЗ.

Ранее действовавшая редакция пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса связывала начало течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и по требованиям о признании ее недействительной не с субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, - а с объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения такой сделки вне зависимости от субъекта оспаривания.

Переходными положениями (пункт 9 статьи 3 Федерального закона N 100-ФЗ) предусмотрено, что новые сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013.

Указанное также следует из пункта 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации".

При таких обстоятельствах вывод суда о том, что трехлетний срок исковой давности для оспаривания сделок по статьям 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации пропущен, является верным.

С учетом указанных фактических обстоятельств,  в рассматриваемом случае суд первой инстанции пришел к правильному  выводу об отсутствии оснований для признания договора займа недействительным, в связи с чем отказал  в удовлетворении заявления.

Доводы заявителя апелляционной жалобы учтены судом апелляционной инстанции при принятии настоящего судебного акта, однако, существенного влияния  на выводы суда не имеют с учетом фактически установленных обстоятельств.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем определение  суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Республики Бурятия от 05 марта 2021 года по делу № А10-5074/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья                                                      Н.А. Корзова

 

Судьи                                                                                               О.П. Антонова

Н.В. Ломако