АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-4600/2024

17 октября 2024 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 октября 2024 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Шведова А.А.

судей Кучеренко С.О., Никитина Е.О.

участвующие в деле лица в судебное заседание не явились;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу Пешехонова Алексея Сергеевича

на определение Арбитражного суда Приморского края от 20.03.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2024

по делу № А51-21353/2021 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению Пешехонова Алексея Сергеевича

о включении требования в реестр требований кредиторов должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН: 

<

***>), 

У С Т А Н О В И Л:

определением Арбитражного суда Приморского края от 17.02.2022 принято к производству заявление Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 13 по Приморскому краю о признании ФИО2 (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 24.05.2022 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3.

Решением суда первой инстанции от 26.06.2023 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО4.

Определением суда первой инстанции от 01.04.2024 ФИО4 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего, новым финансовым управляющим утвержден ФИО5.

26.12.2023 в рамках дела о банкротстве должника ФИО1 (далее – заявитель жалобы, кредитор) посредством почтовой связи направил в суд первой инстанции заявление о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника денежной суммы в размере                                   123 391 580 руб. 95 коп., одновременно заявив ходатайство о восстановлении пропущенного срока на предъявление требований.

Требование обосновано договоренностью с должником о переводе последнему на указанные им криптокошельки на условиях возврата с уплатой 3,5% криптовалюты в размере 29,34000000 ВТС (биткоинов) на срок до 19.01.2019. По состоянию на 31.12.2020 стоимость невозвращенных 58,183 биткоинов в рублевом эквиваленте составила 123 391 580 руб. 95 коп.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 20.03.2024, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2024, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции от 20.03.2024 и постановлением суда апелляционной инстанции от 06.08.2024,                кредитор обратился в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В доводах кассационной жалобы ее заявитель не согласен с правовой квалификацией правоотношений, считает, что поскольку договор займа между сторонами не заключался, подлежат применению положения главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) о неосновательном обогащении. ФИО1 считает, что переданная должнику криптовалюта относится к иному имуществу, следовательно, подлежала включению в конкурсную массу должника, а требования кредитора, в условиях банкротства должника, не отрицающего факт получения крипловалюты от кредитора, включению в реестр. Кроме того, заявитель жалобы отмечает, что совокупность представленных доказательств позволяет достоверно установить принадлежность криптокошелька кредитору и факт совершения транзакций в адрес должника. Также указывает на то, что отсутствовали правовые основания для рассмотрения апелляционной жалобы по существу, поскольку суд апелляционной инстанции, запросив информацию о принадлежности телефонного номера в разные периоды времени, не дождался ответа на запрос и не оценил данное доказательство.

Отзывы на кассационную жалобу не представлены.

Участвующие в деле о банкротстве лица, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание окружного арбитражного суда не явились, в связи с чем кассационная жалоба рассмотрена в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в их отсутствие.

Проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов с учетом доводов кассационной жалобы, Арбитражный суд Дальневосточного округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и следует из материалов обособленного спора, 24.12.2018 в ходе переписки посредством мессенджера «WhatsApp» между ФИО1 и ФИО2 достигнута договоренность о переводе с криптокошелька, принадлежащего ФИО1, на криптокошельки, указанные            ФИО2, криптовалюты 29,34000000 ВТС (биткоинов) с условием их возврата должником в срок до 19.01.2019 и уплатой процентов в размере 3,5% от суммы, что составляет 30,3669000 ВТС (биткоинов).

В подтверждение факта перечисления ФИО1 на указанные ФИО2 в мессенджере «WhatsApp» криптокошельки 29,34000000 ВТС (биткоинов), посредством проведения нескольких операций (две операции 24.12.2018, по одной операции 25.12.2018 и 27.12.2018), представлены расписка ФИО2 от 04.07.2020 о принятии у ФИО1 58,18300000 ВТС (биткоинов) на срок до 31.12.2020; протоколы осмотра веб-страниц (google.com и htttps://www.blockchain.com) в телекоммуникационной сети «Интернет» от 22.12.2023, удостоверенные нотариусом; договор об оказании услуг от 25.11.2002, заключенный с акционерным обществом «Мегафон», подтверждающий принадлежность телефонного номера, указанного в профиле пользователя аккаунта Google, ФИО1

Неисполнение ФИО2 обязанности по возврату криптовалюты с учетом полагающихся процентов и возбуждение в отношении него дела о банкротстве, послужили основанием для обращения ФИО1 в Арбитражный суд Приморского края с настоящим требованием.

Финансовый управляющий ФИО4 в отзыве требования кредитора просила признать обоснованными и подлежащими удовлетворению в порядке пункта 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Разрешая спор и отказывая во включении требования в реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 2, пункта 3 статьи 4, пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве, статей 128, 140, главы 42 ГК РФ, разъяснениями, содержащимися в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», квалифицировал правоотношения как возникшие из договора займа, и пришел к выводу о том, что, исходя из законодательства Российской Федерации, криптовалюта не может выступать предметом займа в качестве денежных средств, а также в качестве вещей, определенных родовыми признаками.

Кроме того, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства с применением повышенного стандарта доказывания в делах о банкротстве, отметил, что совокупность представленных доказательств не позволяют достоверно установить поступление в распоряжение должника криптовалюты.

В связи с отказом в удовлетворении заявления по существу, ходатайство кредитора о восстановлении срока на включение требований в реестр оставлено судом первой инстанции без рассмотрения.

При рассмотрении спора судом апелляционной инстанции истребованы у оператора связи «МТС» сведения о принадлежности телефонного номера, а также у ФИО1 доказательства финансовой возможности приобрести цифровую валюту и предоставить криптовалюту на условиях займа должнику (определения суда апелляционной инстанции от 07.06.2024), ответы на которые, на момент рассмотрения апелляционной жалобы по существу, не получены.

В целом суды обеих инстанций исходили из того, что эмиссия криптовалюты производится децентрализовано, государственный контроль на момент возникновения между сторонами правоотношений по поводу цифровой валюты, создание и дальнейший оборот которой происходил с использованием компьютерной техники, не осуществлялся, спорные правоотношения на момент их возникновения не были урегулированы на законодательном уровне в Российской Федерации. Иными словами их участники действовали на свой страх и риск.

Оснований не согласиться с выводами судебных инстанций у судебной коллегии окружного арбитражного суда не имеется.

Согласно статье 128 ГК РФ в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, к объектам гражданских прав относятся вещи (включая наличные деньги и документарные ценные бумаги), иное имущество, в том числе имущественные права (включая безналичные денежные средства, бездокументарные ценные бумаги, цифровые права); результаты работ и оказание услуг; охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага.

Из общедоступных источников в сети «Интернет» усматривается, что криптовалюта является разновидностью цифровой валюты, учёт которой обеспечивает децентрализованная платежная система в отсутствие администратора, работающая в автоматическом режиме, и не имеющая какой-либо особой материальной или электронной формы.

С целью правового регулирования цифровых валют на территории Российской Федерации был принят Федеральный закон от 31.07.2020                     № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 259-ФЗ), вступивший в силу с 01.01.2021, которым закреплено понятие цифровой валюты и особенности ее оборота.

В пункте 1 статьи 4 ГК РФ определено, что акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» указано, что судам надлежит иметь в виду, что согласно пункту 2 статьи 422 ГК РФ закон, принятый после заключения договора и устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, распространяет свое действие на отношения сторон по такому договору лишь в случае, когда в законе прямо установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров. В силу пункта 2 статьи 4 ГК РФ это правило применяется как к императивным, так и к диспозитивным нормам.

Поскольку правоотношения между кредитором и должником возникли до принятия Закона № 259-ФЗ, судами применены положения действующего в спорный период законодательства, не содержащего понятия цифровой валюты и не определяющего ее правовой статус.

Вместе с тем, учитывая, что в спорный период крипловалюта (биткоин) имела экономическую ценность, то есть де-факто наделяла ее владельцев определенными правами и обязанностями, суд округа полагает возможным при рассмотрении кассационной жалобы использовать специальные понятия, содержащиеся в Законе № 259-ФЗ.

Согласно части 3 статьи 1 Закона № 259-ФЗ цифровой валютой признается совокупность электронных данных (цифрового кода или обозначения), содержащихся в информационной системе, которые предлагаются и (или) могут быть приняты в качестве средства платежа, не являющегося денежной единицей Российской Федерации, денежной единицей иностранного государства и (или) международной денежной или расчетной единицей, и (или) в качестве инвестиций и в отношении которых отсутствует лицо, обязанное перед каждым обладателем таких электронных данных, за исключением оператора и (или) узлов информационной системы, обязанных только обеспечивать соответствие порядка выпуска этих электронных данных и осуществления в их отношении действий по внесению (изменению) записей в такую информационную систему ее правилам.

Этим же законом статья 2 Закона о банкротстве дополнена абзацем тридцать девятым, согласно которому цифровая валюта признается имуществом.

Кроме того, из писем Министерства финансов Российской Федерации и Федеральной налоговой службы от 04.06.2018 № БС-4-11/10685 и от 22.11.2018 № БС-4-11/22635 следует, что продажа цифровой валюты (криптовалюты) рассматривается как продажа имущества, в связи с чем полученный доход подлежит налогообложению как доход физического лица.

В соответствии с частью 3.1 статьи 1 Закона № 259-ФЗ майнингом цифровой валюты признается деятельность по проведению математических вычислений путем эксплуатации технических и программно-аппаратных средств для внесения записей в информационную систему, использующую технологию, в том числе технологию распределенного реестра, имеющих целью выпуск цифровой валюты и (или) получение лицом, осуществляющим такую деятельность, вознаграждения в цифровой валюте за подтверждение записей в информационной системе.

Майнинг-пулом признается объединение мощностей нескольких технических и программно-аппаратных средств, принадлежащих разным владельцам и используемых для целей майнинга цифровой валюты, в результате которого осуществляется распределение выпущенной (полученной) цифровой валюты между участниками майнинг-пула (часть 3.2 статьи 1 Закона № 259-ФЗ).

Адресом-идентификатором признается уникальная последовательность символов, предназначенная для учета в информационной системе приходных и расходных операций с цифровой валютой (часть 3.6 статьи 1 Закона                 № 259-ФЗ).

Таким образом, в условиях развивающегося рынка цифровых финансовых активов цифровая валюта (криптовалюта) может являться объектом гражданских прав, а, соответственно, быть объектом операций по купле-продаже, обмену между лицами, имеющими материальный интерес в таких операциях.

Вместе с тем частью 6 статьи 14 Закона № 259-ФЗ предусмотрено, что требования физических лиц, фактически находящихся в Российской Федерации не менее 183 дней в течение 12 следующих подряд месяцев, связанные с обладанием цифровой валютой, подлежат судебной защите только при условии информирования ими о фактах обладания цифровой валютой и совершения гражданско-правовых сделок и (или) операций с цифровой валютой в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве судом проверяется обоснованность заявленных требований, определяется их характер, размер и обязательства, не исполненные должником.

Согласно информации, содержащейся в разделе «электронное дело» в Картотеке арбитражных дел (дело № А51-21353/2021) сайта в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (отчет финансового управляющего о своей деятельности и о результатах проведения реализации имущества от 29.07.2024), конкурсная масса должника не сформирована, какое-либо имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, не выявлено. Финансовый управляющий ФИО5 в ходатайстве о завершении процедуры реализации просил не освобождать должника от обязательств ввиду того, что должник скрывал имущество и препятствовал финансовому управляющему в исполнении обязанности по формированию конкурсной массы.

Законодательством Российской Федерации, регулирующим вопросы оборота цифровой валюты, не регламентирован государственный контроль за оборотом цифровой валюты, источник выпуска которой неизвестен, в частности криптовалюты (биткоина). Иными словами криптовалюта не была интегрирована в позволяющую обеспечивать контроль за финансовыми потоками финансовую систему Российской Федерации.

Документов, подтверждающих информирование кредитором и должником о фактах обладания криптовалютой и совершения гражданско-правовых сделок и (или) операций с цифровой валютой в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, в материалы дела не представлено.

Действительно, в судебной практике встречаются случаи судебной защиты лиц, предоставивших на условиях займа другим лицам валютные средства, оборот которых урегулирован законодательством Российском Федерации, для приобретения криптовалюты (биткоина).

В силу статьи 4 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ                        «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее – Закон                № 115-ФЗ) в числе прочих к мерам, направленным на противодействие легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения, относятся организация и осуществление внутреннего контроля, обязательный контроль.

Однако в рассматриваемом случае требования кредитора основаны на передаче должнику именно криптовалюты, источник и момент приобретения которой в собственность кредитора не подтвержден, а получатель криптовалюты - должник не идентифицирован достоверными относимыми и допустимыми доказательствами (пункт 1 статьи 7.1 Закона № 115-ФЗ).

Иной подход фактически допускал бы легализацию сомнительных операций с таким видом цифровой валюты, с последующим получением денежных средств в рублевом эквиваленте за счет иного имущества должника, тем самым уменьшая объем сформированной конкурсной массы и процент удовлетворения требований других кредиторов, требования которых основаны на обязательственных правоотношениях, урегулированных законодательством Российской Федерации.

При таких обстоятельствах вывод судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии оснований для удовлетворения заявленного требования, является правомерным, соответствующим установленным при рассмотрении обособленного спора обстоятельствам.

Доводы заявителя жалобы, в том числе о неправильной квалификации спорных правоотношений, в силу изложенного отклонены судом округа, поскольку представленные в материалы дела документы не опровергают суждений судебных инстанций, основанных на оценке обстоятельств и представленных доказательств.

Нарушений при рассмотрении дела судами обеих инстанций норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебных актов, не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 20.03.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2024 по делу № А51-21353/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           А.А. Шведов

 

Судьи                                                                                    С.О. Кучеренко

Е.О. Никитин