ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№18АП-14382/2022

г. Челябинск

29 декабря 2022 года

Дело № А47-8397/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 декабря 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 29 декабря 2022 года

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Рогожиной О.В., 

судей Румянцева А.А., Кожевниковой А.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании заявление открытого акционерного общества «Свердловская энергогазовая компания» о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Энергокомплекс-Оренбург» требования в сумме 26 655 029 руб. 68 коп. в рамках дела № А47-8397/2021 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Энергокомплекс-Оренбург».

В судебное заседание лица, участвующие в деле, явку не обеспечили.

 

Открытое акционерное общество «Свердловская энергогазовая компания» (далее - общество «Свердловская энергогазовая компания»), 06.07.2021 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Энергокомплекс-Оренбург» (далее - должник, общество «Энергокомплекс-Оренбург»).

Определением от 02.08.2021 возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) общество «Энергокомплекс-Оренбург».

Определением суда от 14.03.2022 в отношении общества «Энергокомплекс-Оренбург» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО2

Общество «Свердловская энергогазовая компания» 15.04.2022 обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в сумме 26 655 029 руб. 68 коп.

Определением от 15.09.2022 требование общества «Свердловская энергогазовая компания» с учетом определения об исправлении опечатки от 15.09.2022 признано обоснованным в размере 325 448 руб. 63 коп. и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество «Свердловская энергогазовая компания» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просил отменить определение от 15.09.2022, принять по делу новый судебный акт, которым включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование общества «Свердловская энергогазовая компания» в размере 26 329 581 руб. 05 коп. по договору цессии № 09/02 от 01.11.2018 и требование в размере 325 448 руб. 63 коп. по договору энергоснабжения  № 30009 от 13.01.2014. 

В обоснование доводов апелляционной жалобы, заявитель указывает на то, что обжалуемое определение вынесено с нарушением норм материального и процессуального права;  полагает, что  оснований для субординирования требований кредитора не имелось, ввиду того, что с момента утверждения кандидатуры независимого управляющего контроль утрачивается; а также ссылается на  неверное распределение судом  бремя доказывания.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда апелляционная от 14.10.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено 15.11.2022.

Определением от 16.11.2022 суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела А47-8397/2021 по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, к участию в деле в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Искандер».

От общества с ограниченной ответственностью «Уралспецпоставка» 06.12.2022 в суд поступили письменные пояснения на заявление, которые приобщены к материалам дела в порядке, предусмотренном статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением от 06.12.2022 судебное заседание отложено на 27.12.2022.

От конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Икандер» в суд 27.12.2022 поступил отзыв, который приобщены к материалам дела в порядке, предусмотренном статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили. 

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в их отсутствие.

Рассмотрев заявленное требование,  исследовав материалы дела,  доводы и возражения лиц, участвующих в деле, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В обоснование  заявленных требований   кредитор ссылается на то, что  01.11.2018 между акционерным обществом «Свердловская энергогазовая компания» (цедент) и обществом «Энергокомплекс-Оренбург» (цессионарий)  заключен договор цессии  № 09/02, по условиям которого цедент уступает цессионарию право требования к обществу с ограниченной ответственностью «Искандер» (далее - общество «Искандер») оплаты долга в размере 26 329 581 руб. по договору купли-продажи векселей № 1-21/05/2018 от 21.05.2018 (п. 1 договора).

Согласно пункту  2 договора цессионарий обязуется оплатить цеденту денежную сумму в размере 26 329 581 руб. 05 коп. не позднее 31.12.2018.

Пунктом 1 дополнительного соглашения от 28.12.2018 № 1 к договору цессии № 09/02 от 01.11.2018 установлено, что цессионарий обязуется оплатить цеденту за уступленное право требования денежную сумму в размере  26 329 581 руб. 05 коп. в срок не позднее 31.12.2019.

Пунктом 1 дополнительного соглашения от 27.12.2019 № 2 к договору цессии № 09/02 от 01.11.2018 установлено, что цессионарий обязуется оплатить цеденту за уступленное право требования денежную сумму в размере  26 329 581 руб. 05 коп. в срок не позднее 31.12.2020.

В связи с тем, что в установленные сроки оплату за уступленное право требования должник не произвел, его задолженность перед заявителем по вышеуказанному договору цессии  № 09/02 от 01.11.2018 составляет 26 329 581 руб. 05 коп.

Вступившим с законную силу судебным приказом Арбитражного суда Оренбургской области от 18.08.2020 по делу №А47-10492/2020 с общества «Энергокомплекс-Оренбург» в пользу общества «Свердловская энергогазовая компания» взыскана задолженность по договору энергоснабжения №30009 от 13.01.2014 за январь, март, апрель 2020 года в размере 337 129 руб. 98 коп., а также судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 4 871 руб.

 На основании судебного приказа требование общества «Свердловская энергогазовая компания» в сумме 342 000 руб. 98 коп. включено в реестр требований кредиторов. 

Помимо указанной задолженности, кредитор ссылается на задолженность за декабрь 2019 года в размере 101 974 руб. 19 коп., в подтверждение чего представлен акт о количестве и стоимости поставленной электрической энергии (мощности) от 31.12.2019; за февраль 2020 года – 106 479 руб. 34 коп. - акт о количестве и стоимости поставленной электрической энергии (мощности) от 29.02.2020, за май 2020 года – 116 995 руб. 10 коп. - акт о количестве и стоимости поставленной электрической энергии (мощности) от 31.05.2020.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №  35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 № и от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

По правилам пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием (абзац первый пункта 1 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При уступке цедентом уступаемое требование должно существовать в момент уступки (абзац второй пункта 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из содержания пункта 36 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 14 от 04.12.2000 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей» (далее - Постановление N 33/14), в тех случаях, когда одна сторона обязуется передать вексель, а другая сторона обязуется уплатить за него определенную денежную сумму (цену), к отношениям сторон применяются нормы о договоре купли-продажи, если законом не установлены специальные правила (пункт 2 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с пунктом 2 указанной статьи к купле-продаже ценных бумаг и валютных ценностей положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если законом не установлены специальные правила их купли-продажи.

Пунктом 1 статьи 456 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи.

Аналогичное положение содержится во втором абзаце пункта 36 Постановления № 33/14, где разъяснено - при рассмотрении споров из договоров купли-продажи векселей необходимо иметь в виду, что обязанности продавца по передаче векселя как товара могут считаться выполненными в момент совершения им действий по надлежащей передаче векселя покупателю с оформленным индоссаментом, переносящим права, вытекающие из векселя, на покупателя или указанное им лицо (пункт 3 статьи 146 Кодекса), если иной порядок передачи не вытекает из условий соглашения сторон и не определяется характером вексельного обязательства.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.02.2011 № 13603/10 сформулирована правовая позиция, согласно которой при рассмотрении вопроса об обоснованности требования кредитора, основанного на векселях, недостаточно установления формального соответствия векселя требованиям к форме и содержанию, судом должны быть исследованы обстоятельства, связанные с приобретением кредитором вексельных прав.

Если кредитор и должник являются аффилированными лицами, то к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к требованию обычного кредитора в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. 

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении общества «Энергокомплекс-Оренбург» - общество «Свердловская энергогазовая компания» является учредителем общества «Энергокомплекс-Оренбург» со 100% долей в уставном капитале.

Таким образом, кредитор является контролирующим должника лицом, а указанные лица являются аффилироваными лицами, в связи с чем на нах лежит обязанность по раскрытию всей информация относительно совершения сделок, мотивов их совершения.

При этом, предъявляя требование в размере  26 329 581 руб. 05 коп., кредитор в его обоснование представил исключительно  договор уступки № 09/02 от 01.11.2018 и дополнительные соглашения к нему № 1 и № 2. 

Ни договор купли-продажи векселей от  № 1-21/05/2-18 от 21.05.2018, ни информация о векселях, их эмитенте и т.п., а также доказательств отражения указанных сделок в отчетной документации соответствующих лиц не имеется, ввиду чего проверить реальность уступленного права судом не представляется возможным.

Конкурсный управляющий обществом «Искандер» в отзыве пояснил, что информацией и документами относительно заключения договора купли-продажи векселей, не располагает, в связи с тем, что документация общества «Искандер» бывшим руководителем не передавалась.

Таким образом, с учетом имеющихся в материалах дела документов, при отсутствии доказательств, подтверждающих реальность передаваемого права, раскрытия экономических мотивов совершения сделки, оснований для признания обоснованными требований кредитора из договора уступки права требования от № 09/02 от 01.11.2018 в размере 26 329 581 руб. 05 коп. не имеется, в связи с чем в удовлетворении требований в указанной части следует отказать.

Что касается требования, основанного на договоре энергоснабжения №30009 от 13.01.2014 в сумме 325 448 руб. 63 коп., исходя из имеющихся доказательств, подтверждающих оказание услуг по энергоснабжению, их периоды и объем, при отсутствии доказательств оплаты долга, апелляционный суд полагает требование в указанной сумме обоснованным и подлежащим установлению в реестр требований кредиторов должника.

При определении очередности удовлетворения требования в сумме 325 448 руб. 63 коп. апелляционный суд исходит из следующего.

Обзором судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор) выработаны дополнительные критерии при проверке обоснованности требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений об автоматическом понижении очередности удовлетворения требования лица, контролирующего должника. Вместе с тем внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 3 Обзора, требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 8 подпункта 3.1 пункта 3 Обзора, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

В пункте 3.3 Обзора разъяснено, что разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Анализ состава кредиторских требований, предъявленных к должнику, свидетельствует о нахождении должника в спорный период в состоянии имущественного кризиса – так, самим обществом «Свердловская энергогазовая компания» заявлялось, что денежные средства предоставлялись им должнику взаймы фактически ежемесячно с 2015 года по 2020 год на значительные суммы, при этом возврат суммы займа и уплата процентов осуществлялись должником с 2017 года не регулярно и частично (определение от 06.10.2022 по настоящему делу); при этом с учетом не опровергнутой презумпции осведомленности аффилированного кредитора о финансовом положении должника и отсутствии со стороны заявителя разумных объяснений относительно длительного бездействия по взысканию долга, при наличии разумных сомнений в исполнении обязательств должником, требование общества «Свердловская энергогазовая компания» подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Возражения конкурного управляющего обществом «Свердловская энергогазовая компания» со ссылкой на отсутствие оснований для субординирования требования отклоняются.

Так, в пункте 7 Обзора по субординации разъяснено, что если компенсационное финансирование было предоставлено в условиях имущественного кризиса должника и на момент его предоставления кредитор являлся мажоритарным акционером, последующая продажа этим кредитором пакета акций, прекратившая возможность осуществления им контроля над должником, не изменяет очередность удовлетворения требования бывшего мажоритарного акционера.

Приведенный подход применим и тогда, когда последующая утрата контроля произошла по иным причинам - в связи с возбуждением дела о несостоятельности (банкротстве) контролирующего должника (аффилированного с ним) лица и передачей управления над имущественной массой последнего независимому конкурсному управляющему. Сам по себе тот факт, что контролирующее (аффилированное) лицо, предоставившее компенсационное финансирование, находится в процедуре конкурсного производства, не является основанием для отказа в субординации требования о возврате компенсационного финансирования.

В силу части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на отмену решения арбитражного суда первой инстанции указывается в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Оренбургской области от 15.09.2022 по делу № А47-8397/2021 подлежит отмене; заявление общества «Свердловская энергогазовая компания» о включении в реестр требований кредиторов общества «Энергокомплекс-Оренбург» следует признать обоснованным в размере 325 448 руб. 63 коп. и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.  В остальной части в удовлетворении заявления  общества   «Свердловская энергогазовая компания» - отказать.

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 15.09.2022 по делу

№ А47-8397/2021 отменить.

Заявление открытого акционерного общества «Свердловская энергогазовая компания» о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Энергокомплекс-Оренбург» признать обоснованным частично, в размере 325 448 руб. 63 коп., и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В остальной части в удовлетворении заявления открытого акционерного общества   «Свердловская энергогазовая компания» отказать.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия  через арбитражный суд первой инстанции. 

 

Председательствующий судья                                              О.В. Рогожина

 

Судьи                                                                                     А.А. Румянцев

 

                                                                                            А.Г. Кожевникова