ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-16479/2022

г. Вологда

20 августа 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 августа 2024 года.

В полном объеме постановление изготовлено 20 августа 2024 года.

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Селецкой С.В., судей Корюкаевой Т.Г. и Марковой Н.Г., при ведении протокола секретарем судебного заседания Саакян Ю.В.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 по доверенности от 25.04.2024; конкурсного управляющего ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 22 апреля 2024 года по делу № А13-16479/2022,  

 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Вологодской области от 07.12.2022 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройснабрегион» (адрес: 160017,  

<

...>, помещение 22А; ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; далее – Должник).

Решением от 26.01.2023 Должник признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника; введено конкурсное производство; конкурсным управляющим утверждена ФИО3.

Конкурсный управляющий ФИО3 07.09.2023 обратилась в суд с заявлением, с учетом уточнения, принятого судом на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –             АПК РФ), о признании недействительными договора беспроцентного займа от 15.06.2020, заключенного ФИО1 с Должником, и перечисление 06.11.2020 Должником за ФИО1 публичному акционерному обществу «Северсталь» (далее – Общество) денежных средств в размере 1 069 001 руб., применении последствий их недействительности в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу Должника денежных средств в размере 1 069 001 руб.

Определением от 04.10.2023 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО1

Определением от 16.11.2023 произведена замена ответчика Общества на ФИО1; Общество привлечено к участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определением от 22.04.2024 заявление удовлетворено.

В апелляционной жалобе ФИО1 просил отменить определение от 22.04.2024. В обоснование жалобы ее податель изложил аргументы, аналогичные по смыслу и содержанию доводам, приведенным суду первой инстанции, также указал на неверную, по его мнению, оценку данных доводов судом предыдущей инстанции. Отмечает доказанность наличия у него в оспариваемый период денежных средств в объеме, указанном в договоре займа от 15.06.2020. Считает ошибочным вывод суда о неподтвержденности получения им денежных средств от сделок купли-продажи с третьими лицами, ссылаясь на положения Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и представленные в материалы дела расписки. В жалобе со ссылками на положения статей 65, 66, 75 АПК РФ изложены ходатайства о приобщении к материалам дела сведений налогового органа об открытых ФИО1 счетах в кредитных учреждениях, а также об истребовании у публичных акционерных обществ «Промсвязьбанк», «Сбербанк России», Банк «ВТБ», акционерного общества «Тинькоффбанк», общества с ограниченной ответственностью «Юмани» выписок по счетам об операциях за период с 2015 года по 15.06.2020  в связи с отсутствием возможности самостоятельно получить данные доказательства, учитывая отказы кредитных учреждений, обоснованные ограниченными сроками хранения информации.

В судебном заседании представитель апеллянта поддержал доводы жалобы; в судебном заседании от представителя последовало устное ходатайство о приобщении к материалам дела договоров купли-продажи ФИО1 третьим лицам транспортных средств, обосновывающих наличие у апеллянта реальной возможности предоставить Должнику заемные денежные средства.

Конкурсный управляющий ФИО3 возражала против  удовлетворения жалобы и указанных ходатайств.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили. Дело рассмотрено при имеющейся явке в соответствии со               статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов». 

Коллегия судей не находит оснований для удовлетворения ходатайств апеллянта и отказывает в их удовлетворении на основании части 2 статьи 268 АПК РФ, руководствуясь разъяснениями пункта 29 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции». Судом принято во внимание отсутствие уважительных причин, препятствующих обращению ФИО1 к суду первой инстанции за содействием в получении необходимых доказательств, равно как и представлению суду первой инстанции необходимых доказательств в обоснование своей позиции по спору. Помимо этого судом принято во внимание, что Общество являлось участником спора; необращение к Обществу с запросом документов апеллянтом не объяснено.

Заслушав позиции участников, исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ввиду следующего.

Как усматривается в материалах дела, Должник на основании заявления от 03.11.2020, поступившего от ФИО1 и принятого 03.11.2020 руководителем Должника ФИО4, перечислил Обществу денежные средства в размере 1 069 001 руб. по указанным в заявлении реквизитам.

Согласно заявлению от 03.11.2020 платеж следовало произвести в счет погашения задолженности по договору беспроцентного займа от 15.06.2020, указав в назначении платежа – оплата по счету от 02.11.2020 № 800085278, договор СО/0/001147295 за Toyota Hiace.

Судом установлено, что ФИО1, являвшимся участником открытых торгов, проводимых Обществом, приобретено транспортное средство Toyota Hiace, 2011 года выпуска, регистрационный знак В 087 МУ35. Победителем торгов ФИО1 предложена наибольшая цена 1 069 001 руб., с ФИО1 Общество заключило договор купли-продажи № СО/0/001147295.

Материалами дела подтверждается, что ФИО1 (заимодатель) и Должник (заемщик) подписали договор беспроцентного займа от 15.06.2020, в силу которого заимодатель обязался передать заемщику 1 500 000 руб., а заемщик возвратить их в срок до 20.10.2020 (далее – договор займа).

Условиями договора займа предусмотрена ответственность за несвоевременный возврат денежных средств в виде процентов, подлежащих начислению на основании пункта 1 статьи 811 и пункта 1 статьи 395 ГК РФ.

Из копии квитанции от 15.06.2020 к приходному кассовому ордеру от 15.06.2020 без номера следует, что от ФИО1 в кассу Должника принято 1 500 000 руб. Квитанция подписана ФИО5

Конкурсный управляющий, установив отсутствие равноценного встречного исполнения, совершение оспариваемых сделок с противоправной целью вывода актива Должника, полагая, что договор займа является ничтожной сделкой, мнимым, соответственно отсутствуют какие-либо основания для платежа третьему лицу за ФИО1 его покупки, ссылаясь на непередачу ему руководителем Должника документации, в том числе кассы, равно как и невозможность установить в имеющихся у него документах и сведениях поступление заемных денежных средств, наличие каких-либо обязательств с ФИО1, нуждаемость Должника в заемных денежных средствах, их расходование, обратился в суд с рассматриваемым заявлением в соответствии со статьями 10, 166–168, 170 ГК РФ.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002                    № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) установлено, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством. 

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

Правовой механизм оспаривания сделок в банкротстве предназначен для пополнения конкурсной массы должника за счет возврата отчужденного им имущества во вред кредиторам или при неравноценном встречном исполнении, а также уменьшения размера имущественных требований к должнику или для восстановления очередности удовлетворения требований кредиторов       (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве).

Законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2   статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по             статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016    № 306-ЭС15-20034; от 29.12.2020 № 305-ЭС20-4668 (4)).

В рассматриваемом случае оспариваемые сделки совершены 15.06.2020 и 06.11.2020, то есть за пределами подозрительности, установленной статьей 61.2 Законом о банкротстве.

В этой связи заявление конкурсного управляющего по данному спору могло быть удовлетворено судом только при доказанности наличия в оспариваемых сделках пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

При оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, а также соблюдения прав третьих лиц, если такие действия затрагивают или могут затронуть права третьих лиц, на что указано в разъяснениях пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».  

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались. 

Такого рода действия выходят за пределы диспозиции пункта 2                 статьи 61.2 Закона о банкротстве, которой предусмотрено оспаривание сделок, совершенных исключительно с мотивом причинения вреда кредиторам в преддверии банкротства, что позволяет применить в этом случае общие основания ГК РФ о недействительности сделок.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. 

По договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей (пункт 1 статьи 807 ГК РФ). 

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ). 

Из совокупности приведенных норм права следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. 

Из разъяснений, приведенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что в силу пунктов 3–5 статьи 71 и пунктов 3– 5             статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, судам предписано учитывать среди прочего позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Следует отметить, что возможность проверки всей цепочки движения денежных средств, составляющих доход физического лица, является ограниченной, для подтверждения реальности хозяйственной операции достаточно сведений о наличии фактической финансовой возможности передачи денежных средств в оспариваемом объеме, что подтверждается фактом наличия денежных средств у кредитора. 

Вопреки доводам апеллянта, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, признав договор займа нереальной сделкой, мнимой, ничтожной. Ссылки ФИО1 на обратное объективно отклонены.

В данном случае следует признать недоказанным наличие у ФИО1 на момент заключения с Должником договора займа (15.06.2020) денежных средств в размере 1 500 000 руб., источников получения дохода, за счет которых возможно предоставление Должнику в заем денежных средств, а также обеспечение нормальной жизнедеятельности ответчика, членов его семьи, снятия со счетов денежных средств, их аккумулирование в течение определенного периода, хранение их в наличной форме. Ссылки ответчика на доход от реализации супругой ФИО6 автомобиля БМВ М 1351 XDRIV за 1 600 000 руб., иных транспортных средств не приняты судом во внимание; правомерно учтены продажи и покупки автомобилей в кратчайшее время, не позволяющие аккумулировать оставшуюся разницу денежных средств в достаточном для передачи заемных средств. 

Следует признать, что обоснованные сомнения суда при повышенном стандарте доказывания обстоятельств в деле о банкротстве, при правильном распределении бремени доказывания обстоятельств по спору с учетом его предмета и основания, никоим образом не опровергнуты; документов объективного характера, свидетельствующих о наличии у ФИО1 финансовой возможности предоставить заем в спорном размере, судам двух инстанций не представлено.

Помимо этого, ответчик не обосновал экономической целесообразности такого кредитования Должника, учитывая, что денежные средства предоставлены без указания в договоре целей кредитования и без какого-либо обеспечения. Выбор контрагента-заемщика также не обоснован. 

Согласно условиям договора от 15.06.2020 срок возврата заемных денежных средств (1 500 000 руб.) определен сторонами до 20.10.2020. Денежные средства до указанного срока не возвращены. О наличии требований о возврате денежных средств, предъявлении претензий, равно как и прощении долга участниками спора не заявлено. Вместе с тем лишь 03.11.2020 ответчик направляет заявление о перечислении Обществу 1 069 001 руб., не требуя провести окончательный расчет; заявлений о взыскании долга, неустойки, предусмотренной условиями договора, не последовало, материалы дела не содержат.

Необходимо отметить отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих наличие аналогичных сделок сторон спора, равно как и сложившуюся практику подобных расчетов.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011    № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни оформляется первичным учетным документом.

Как правило, для подтверждения позиции истца или ответчика достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора.

В рамках дела о банкротстве Должника определением от 16.11.2023 суд обязал ФИО4 передать конкурсному управляющему документы финансово-хозяйственной деятельности Должника. Определение суда не исполнено, документы не переданы. При этом доказательства внесения денежных средств в кассу Должника, зачисление таковых на его расчетный счет, расходование денежных средств в материалах дела не имеется

Означенное свидетельствует о создании конструкции абстрактного обязательства.

В настоящем случае суд установил нестандартный характер рассматриваемых сделок. Договор займа заключен при отсутствии документальных доказательств реальной передачи денежных средств Должнику, а также отсутствии материальных оснований для совершения Должником за ФИО1 платежа в оспариваемом размере.

Оспариваемые действия сторон правильно квалифицированы судом как ничтожные сделки по основаниям пункта 2 статьи 168 и пункта 1 статьи 170  ГК РФ.

С учетом изложенного правовых оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований не имелось. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

На основании пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу. 

Судом верно применены последствия недействительности оспоренных сделок в виде взыскания с ответчика в пользу Должника денежные средства в сумме 1 069 001 руб. 

Выводы суда являются правильными, соответствующими действующему законодательству и установленным по делу фактическим обстоятельствам.

Доводы подателя апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом при рассмотрении настоящего требования и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда, в связи с этим отклоняются судом апелляционной инстанции.

Апелляционный суд считает, что доводы подателя жалобы не могут повлечь отмены судебного акта, поскольку по существу сводятся к несогласию с оценкой судом установленных по делу обстоятельств и имеющихся доказательств. 

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения суда апелляционная коллегия не усматривает.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на подателя жалобы в силу статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 22 апреля 2024 года по делу № А13-16479/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                           Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

С.В. Селецкая

 

Судьи

Т.Г. Корюкаева

 

Н.Г. Маркова