ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-54/2025

25 февраля 2025 года                                                                      Дело А55-34654/2023

г. Самара

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей Бессмертной О.А., Серовой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Новиковой С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 06-13 февраля 2025 года в помещении суда, в зале № 2,

апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Самарской области от 06 декабря 2024 года, вынесенное по заявлению ФИО2 о включении требований в реестр требований кредиторов (вх. № 343673 от 12 июля 2024 года), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН 

<

***>),

с участием в рассмотрении настоящего дела в качестве заинтересованных лиц:

- ФИО4,

- ФИО5,

- ФИО6,

- финансового управляющего ФИО4 - ФИО7,

с участием:

от финансового управляющего должника - лично, паспорт,

от ФИО8 – ФИО9, представитель по доверенности 15.11.2023,

установил:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 26.10.2023 заявление ФИО1 о признании ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: г. Куйбышев, адрес регистрации: 

<

...>; ИНН 

<

***>, номер индивидуального лицевого счета в системе обязательного пенсионного страхования - 047-319-580 70) несостоятельной (банкротом) принято к производству суда, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 20.06.2024 признано обоснованным заявление ФИО1 о признании должника - ФИО3 несостоятельным (банкротом), введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО10 (регистрационный номер в сводном реестре арбитражных управляющих 4176, ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции - 443099, Россия, г. Самара, а/я 2959), член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий».

ФИО2 обратилась в суд с заявлением о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника задолженности в общем размере 90 000 руб.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 15.11.2024 ФИО3 признана несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО10.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 06.12.2024 признаны обоснованными и включены требования кредитора - ФИО2 в реестр требований кредиторов должника - гражданина ФИО3 в общем размере 90 000 руб., для удовлетворения в третью очередь.

Признаны обоснованными требования ФИО2 о возмещении расходов по уплате государственной пошлины в сумме 3 600 руб. и подлежащими удовлетворению применительно к пункту 3 статьи 137 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», за счет имущества должника ФИО3.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Самарской области от 06.12.2024, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, в удовлетворении заявления отказать.

Апелляционная жалоба принята к производству, назначено судебное заседание.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

Финансовый управляющий должника, представитель ФИО8 апелляционную жалобу поддержали, просили определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

Иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Обращаясь с заявлением в суд первой инстанции, ФИО2 просила о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника задолженности в общем размере 90 000 руб.

В обоснование заявленных требований ФИО2 указала, что в счет исполнения обязательств по договору займа, заключенного с должником, перечислила ФИО3 денежные средства на общую сумму 90 000 руб., что подтверждается платежными поручениями.

Суд первой инстанции признал требование ФИО2 обоснованным и удовлетворил заявленные требования, включил требование в реестр требований кредиторов, поскольку суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности факта перечисления заемных денежных средств и отсутствие доказательств их возврата в установленный срок.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, судебная коллегия исходит из следующего.

В силу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов.

Согласно пункту 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований ФИО2 указала, что в счет исполнения обязательств по договору займа, заключенного с должником, перечислила ФИО3 денежные средства на общую сумму 90 000 руб., что подтверждается платежными поручениями: от 18 января 2023 года на сумму 20 000 руб., от 26 января 2023 года на сумму 20 000 руб. и от 30 июня 2023 года на сумму 50 000 руб.

Должник денежные средства кредитору в счет исполнения договора займа не вернул, в связи с чем ФИО2 обратилась в суд с рассматриваемым требованием.

В силу пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов срок исполнения возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании гражданина банкротом денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей для целей участия в деле о банкротстве гражданина считается наступившим.

Соответственно, ФИО2 вправе требовать исполнения обязательств по возврату долга в полном объеме без предъявления письменного требования об этом (как указано в расписке), поскольку срок возврата займа наступил с момента объявления определения о признании заявления гражданина о признании его несостоятельным (банкротом) обоснованным и введении реструктуризации его долгов.

Несмотря на то, что договор займа, составленный в виде отдельного документа, в материалы дела не представлен, суд приходит к выводу о том, что спорные отношения регулируются нормами главы 42 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

По своей правовой природе договор займа является реальным и в соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ считается заключенным с момента передачи денег или других вещей (Обзор судебной практики № 3 (2015), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 года). Следовательно, заявитель, позиционирующий себя в качестве заимодавца, обязан подтвердить фактическую передачу денежных средств.

ФИО2 в качестве подтверждения заключенного договора займа также представила копию расписки от 23 декабря 2023 года, сообщив обстоятельства ее подписания. Согласно пояснениям ФИО2 расписка от 23 декабря 2023 года составлена в отношении перечисленных денежных средств 18 января 2023 года, 26 января 2023 года, 30 июня 2023 года на общую сумму 90 000 руб., денежные средства 23 декабря 2023 года не передавались. В названной расписке установлен срок возврата займа – до востребования, но не позднее 3-х дней с момента предъявления требования о возврате денег в письменном виде.

ФИО3 в судебном заседании подтвердила, что расписка от 23 декабря 2023 года составлена в отношении перечисленных денежных средств 18 января 2023 года, 26 января 2023 года, 30 июня 2023 года на общую сумму 90 000 руб., денежные средства 23 декабря 2023 года не передавались.

Таким образом, денежные средства в общем размере 90 000 руб. перечислены до возбуждении дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3, а именно - 18 января 2023 года, 26 января 2023 года, 30 июня 2023 года, что подтверждается платежными поручениями.

В суде первой инстанции, возражая относительно удовлетворения заявленных требований финансовый управляющий должника указал, что сторонами не соблюдена письменная форма договора займа, а приложенная расписка не может считаться надлежащим доказательством, ссылался на отсутствие разумных экономических мотивов предоставления ФИО3 суммы займа в заявленном размере.

Указанные доводы суд первой инстанции обоснованно отклонил, поскольку само по себе отсутствие текста договоров займа не свидетельствует об отсутствии заемных отношений между сторонами и не освобождает ответчика от возвращения полученных от истца денежных средств.

Суд первой инстанции также верно установил, что доводы финансового управляющего должника о том, что к спорным правоотношениям подлежит применению пункт 4 статьи 1109 ГК РФ, являются несостоятельными.

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса (пункт 1).

Правила, предусмотренные главой 60 названного Кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

Пунктом 4 статьи 1109 ГК РФ установлено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Названная норма ГК РФ подлежит применению только в том случае, если передача денежных средств или иного имущества произведена добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего (дарение) либо с благотворительной целью.

Позиция ФИО2 в суде первой инстанции заключалась в доказывании существования между сторонами обязательственных отношений, при этом каких либо возражений относительно данных доводов от ФИО3 не поступало.

В соответствии с пунктом 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10 июня 2020 года) для признания договора дарения денежных средств заключенным в устной форме необходимо установить наличие реального факта передачи указанных денежных средств, а также наличие воли у дарителя на передачу денежных средств именно в дар.

Доказательства, с очевидностью свидетельствующие о том, что денежные средства передавались безвозмездно и в отсутствии какого-либо обязательства финансовым управляющим должника не представлены.

При этом ФИО2 в суде первой инстанции пояснила, что действительно, в адрес должника от нее поступали и иные денежные средства, однако в силу отсутствия расписки в отношении иных сумм и в силу того, что некоторые перечисления произведены после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника, данные требования кредитор не заявляет. Требования ФИО2 основаны лишь на имеющемся у нее доказательстве – расписке, содержание которой позволяет определить сумму долга и характер спорных правоотношений.

Поскольку ФИО2 заявляет лишь о включении в реестр кредиторов суммы долга 90 000 руб., суд в силу статей 4, 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ограничен пределами исковых требований и не вправе обязывать заявителя дополнять свои требования в отсутствие соответствующего его волеизъявления.

В этой связи доводы финансового управляющего о применении к рассматриваемым отношениям статьи 1109 ГК РФ о невозможности возврата ранее полученного неосновательного обогащения обоснованно были отклонены судом первой инстанции, так как спорные правоотношения регулируются иными нормами права.

Указанное также подтверждается правовой позицией, изложенной в пункте 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 года, согласно которому в соответствии с частью 2 статьи 71 ГК РФ, частью 8 статьи 75 АПК РФ при непредставлении истцом письменного договора займа или его надлежащим образом заверенной копии вне зависимости от причин этого (в случаях утраты, признания судом недопустимым доказательством, исключения из числа доказательств и т.д.) истец лишается возможности ссылаться в подтверждение договора займа и его условий на свидетельские показания, однако вправе приводить письменные и другие доказательства, в частности расписку заемщика или иные документы. К таким доказательствам может относиться, в частности, платежное поручение, подтверждающее факт передачи одной стороной определенной денежной суммы другой стороне.

В свою очередь, ответчик, возражающий против признания полученных им денежных средств в качестве заемных, должен представить доказательства того, что между сторонами сложились иные правоотношения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2017 года № 5-КГ17-73).

ФИО3 в суде не оспаривала получение денежной суммы в рамках договора займа, однако тексты договоров, согласованных сторонами, не представила. На вопрос суда ФИО2 пояснила, что письменные договоры займа между сторонами не составлялись.

При этом стороны в судебном заседании подтвердили, что предоставление денежных средств в общем размере 90 000 руб. носило заемный характер. Финансовый управляющий должника не представил доказательств, что между сторонами сложились иные правоотношения, нежели вытекающие из обязательств по возврату займа.

Факт перечисления денег финансовый управляющий должника не оспаривал.

Несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства (пункт 1 статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Так, ФИО2 на свидетельские показания при заключении договора займа не ссылалась, однако представила иные доказательства в подтверждение реальности выдачи займа ФИО3, что не противоречит указанному пункту ГК РФ.

Судом установлено, что представленная в материалы дела расписка от 23 декабря 2023 года содержит все существенные условия, характерные для договора займа, в том числе срок исполнения обязательства и сумму займа.

Кредитор и должник пояснили, что 23 декабря 2023 года денежные средства ФИО2 должнику не передавались, расписка составлена в отношении перечислений денежных средств 18 января 2023 года, 26 января 2023 года, 30 июня 2023 года.

Материалами дела подтверждается факт перечисления суммы займа от ФИО2 должнику ФИО3, а именно квитанцией АО «Тинькофф Банк» от 18 января 2023 года на сумму 20 000 руб., от 26 января 2023 года на сумму 20 000 руб., от 30 июня 2023 года на сумму 50 000 руб. с отметкой об исполнении (онлайн перевод).

Кроме того, представленные в материалы дела платежные поручения № 731018, № 965501, № 459010 от обозначенных дат и с идентичными суммами суд признает надлежащим доказательством, поскольку в назначении платежа указано: внутрибанковский перевод с договора 5846318441 на договор 0385975602. Счет, открытый для обслуживания договора № 0385975602, принадлежит ФИО3, что следует из заявки АО «Тинькофф Банк» на получение кредитной карты от 26 апреля 2019 года.

В подтверждение факта выдачи ФИО2 займа именно должнику, кредитором представлена в материалы дела расписка от 23 декабря 2023 года о получении в заем спорной денежной суммы. В этой связи заявление финансового управляющего должника никак не опровергает волю должника и кредитора на получение в заем от ответчика денежных средств, которую должник и кредитор явно выразили.

При этом дата составления расписки по существу не влияет волю сторон по вступлению в заемные правоотношения, реальность которых подтверждена представленными в материалы дела квитанциями АО «Тинькофф Банк» на идентичные суммы.

Из системного толкования статей 420, 421, 807, 808, 812 ГК РФ следует, что не исключается составление расписки, в том числе, в отношении ранее переданной денежной суммы, поскольку заключение договора займа не связано с моментом передачи денежных средств, а только с фактом их передачи заемщику, в связи с чем фактическая передача денег заимодавцем может быть осуществлена как при заключении такого договора, так и до его подписания при условии подтверждения факта заключения договора займа в последующем в письменном документе.

Факт более позднего составления расписки сам по себе не свидетельствует о незаключенности договора или о безденежности займа, поскольку статья 808 ГК РФ, предусматривает возможность предоставления расписки в подтверждение договора займа и его условий, и не устанавливает обязательное требование к совпадению даты составления (подписания) договора займа или расписки с датой фактической передачи денежных средств.

Доводы финансового управляющего должника об отсутствии экономической целесообразности предоставления должнику суммы займа судом первой инстанции правомерно отклонены, поскольку они не имеют надлежащего документального подтверждения и основаны лишь на предположениях. Само по себе отсутствие экономической целесообразности при подтверждении факта предоставления займа не может служить основанием для освобождения должника от обязанности по его возврату.

Кроме того, в отсутствие доказательств создания круговорота денежных средств для формирования фиктивной кредиторской задолженности, вопрос расходования должником заемных средств не влияет на его обязанность по возврату займа. Доказательств иного в материалы дела не представлено.

Доводы финансового управляющего должника об аффилированности сторон сами по себе не свидетельствует о наличии в их действиях признаков злоупотребления правом.

Судом также учен размер требований ФИО2, который не является значительным, притом, что кредитор зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя и осуществляет экономическую деятельность и согласно представленной кредитором налоговой декларации за 2023 год суммарный доход за указанный период составил 9 802 640 руб., за 2022 год – 913 000 руб.

В связи с данными обстоятельствами суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что денежные средства в размере 90 000 руб. со всей очевидностью могли находиться в распоряжении физического лица и быть предоставлены в заем.

На вопрос суда ФИО2 пояснила, что оригинал расписки находится у нее до полного удовлетворения требований кредитора.

Таким образом, материалами дела подтвержден факт передачи денежных средств на основании платежных поручений, имеющихся в материалах дела, с отметкой банка «исполнено». Доказательств возврата суммы займа суду не представлено.

Учитывая, что ФИО2 является физическим лицом, не обладающим специальными познаниями, и является слабой стороной при рассмотрении обособленного спора, установив факт передачи ФИО2 суммы займа ФИО3 в заявленном размере, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о доказанности факта перечисления заемных денежных средств и отсутствие доказательств их возврата в установленный срок.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявление ФИО2, поскольку представленными в материалы дела доказательствами подтверждается обоснованность заявленного требования. В связи с чем, требования ФИО2 в общем размере 90 000 руб. подлежат включению в реестр требований кредиторов должника – гражданина ФИО3 для удовлетворения в третью очередь.

В обоснование доводов апелляционной жалобы, ФИО1 ссылается на то, что обжалуемый судебный акт вынесен преждевременно, до получения документов, которые суд первой инстанции истребовал определением от 23.10.2024, а именно, до получения сведений об открытых счетах ФИО2 Исходя из этого, апеллянт полагает, что суд первой инстанции признал доводы об аффилированности ФИО2 к должнику обоснованными. По мнению заявителя жалобы, подтверждена аффилированность ФИО2 и должника.

Кредитор в жалобе также указывает, что для создания видимости долга в суд первой инстанции представлены внешне допустимые доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Помимо этого, заявитель считает, что не представлены доказательства, опровергающие сомнения кредитора в реальности долга.

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы ФИО1 по следующим основаниям.

Довод кредитора о том, что обжалуемый судебный акт вынесен преждевременно, до получения документов, которые суд первой инстанции истребовал своим определением признаются несостоятельными в виду следующего.

Как следует из материалов дела, в суде первой инстанции представитель ФИО1 пояснял, что целью истребования указанных документов является установление иных переводов ФИО2 денежных средств на счета ФИО3 в другие банки.

Вместе с тем перевод денежных средств по счету отражается как на счете отправителя, так и на счете получателя, то есть на счете должника.

Судом первой инстанции установлено, что финансовым управляющим получен ответ Межрайонной ИФНС России №18 по Самарской области от 08 июля 2024 года об открытых и закрытых счетах ФИО3 на 08 июля 2024 года. Соответственно финансовый управляющий должника с июля 2024 года, располагая сведениями о всех расчетных счетах должника, имел возможность запросить сведения из банков о движении денежных средств по счетам.

В материалы дела не представлены сведения о том, что акционерное общество «Тинькофф Банк», Банк Зенит (публичное акционерное общество), публичное акционерное общество «Сбербанк России» отказали финансовому управляющему должника в предоставлении сведений о движении денежных средств по расчетным счетам должника.

Таким образом, с учетом вышеизложенного, исходя из имеющихся у финансового управляющего должника документов, суд первой инстанции правомерно рассмотрел дело по имеющимся в деле документам.

Кроме того, следует отметить, что истребуемые документы, устанавливающие иные переводы ФИО2 денежных средств на счета ФИО3, не опровергают представленные в материалы дела платежные документы, подтверждающие перечисления денежных средств в размере 90 000 руб., а также не влияют на обоснованность требования ФИО2

Доводы заявителя об аффилированности сторон сами по себе не свидетельствует о наличии в их действиях признаков злоупотребления правом и не являются основанием для отказа во включении обоснованного требования в реестр требований кредиторов.

Довод заявителя жалобы о том, что заемные отношения носят характер фиктивной сделки отклоняется как необоснованный, поскольку не подтверждается материалами дела и основан на предположениях апеллянта.

ФИО1 также считает, что не представлены доказательства, опровергающие сомнения кредитора в реальности долга.

Между тем, судебная коллегия указывает, что в материалы дела представлены доказательства реальности наличия заемных отношений, а также подтверждена финансовая возможность выдачи заемных денежных средств.

Так, ФИО2 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя и осуществляет экономическую деятельность и согласно представленной кредитором налоговой декларации за 2023 год суммарный доход за указанный период составил 9 802 640 руб., за 2022 год – 913 000 руб.

В подтверждение заключения договора займа в силу пункта 2 статьи 808 ГК РФ в материалы дела представлена расписка от 23 декабря 2023 года, которая содержит все существенные условия, характерные для договора займа, в том числе срок исполнения обязательства и сумму займа, что удостоверяет передачу денежных средств.

Кредитор и должник в суде первой инстанции давали пояснения и выразили свою волю по вступлению в заемные правоотношения.

Фактическая передача денежных средств от ФИО2 должнику ФИО3 также подтверждается материалами дела, а именно, квитанциями АО «Тинькофф Банк» от 18 января 2023 года на сумму 20 000 руб., от 26 января 2023 года на сумму 20 000 руб., от 30 июня 2023 года на сумму 50 000 руб. с отметкой об исполнении (онлайн перевод).

Кроме того, представленные в материалы дела платежные поручения № 731018, № 965501, № 459010 от обозначенных дат и с идентичными суммами суд признает надлежащим доказательством, поскольку в назначении платежа указано: внутрибанковский перевод с договора 5846318441 на договор 0385975602. Счет, открытый для обслуживания договора № 0385975602, принадлежит ФИО3, что следует из заявки АО «Тинькофф Банк» на получение кредитной карты от 26 апреля 2019 года.

Таким образом, требование ФИО2 обосновано удовлетворены, поскольку кредитором представлены достаточные доказательства реальности заемных отношений и обоснована финансовая возможность выдачи займов.

В суде апелляционной инстанции финансовый управляющий должника поддерживал доводы кредитора, изложенные в апелляционной жалобе, а также указывал, что ФИО2 и должник не заключали договора займа. Финансовый управляющий должника считает, что из текста расписки следует, что должник получил от ФИО2 наличные денежные средства в сумме 90 000 руб. - 23.12.2023г., т.е. после возбуждения дела о банкротстве, что является основанием для изменения очередности. Кроме того, финансовый управляющий должника считает, что отсутствует экономическая целесообразность займа, а также ссылается на то, что в банковских платежных документах отсутствуют какие-либо сведения о перечислении платежей по договору займа.

Между тем, судебная коллегия не может согласиться с указанными доводами финансового управляющего должника в виду следующего.

Как следует из положений главы 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, несмотря на то, что договор займа, составленный в виде отдельного документа, в материалы дела не представлен, в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

Таким образом, само по себе отсутствие текста договора займа или не указание на договор при осуществлении перечислений не свидетельствует об отсутствии заемных отношений между сторонами и не освобождает ответчика от возвращения полученных от истца денежных средств.

Факт более позднего составления расписки сам по себе также не свидетельствует о безденежности займа или об отсутствии возникших заемных отношений, и не является основанием для изменения очередности, поскольку статья 808 ГК РФ, предусматривает возможность предоставления расписки в подтверждение договора займа и его условий, и не устанавливает обязательное требование к совпадению даты составления (подписания) договора займа или расписки с датой фактической передачи денежных средств.

Так, кредитор и должник в суде первой инстанции поясняли, что 23 декабря 2023 года денежные средства ФИО2 должнику не передавались, расписка составлена в отношении перечислений денежных средств 18 января 2023 года, 26 января 2023 года, 30 июня 2023 года.

Следовательно, расписка датированная 23.12.2023 только подтверждает передачу денежных средств, которые фактически были перечислены - 18 января 2023 года, 26 января 2023 года, от 30 июня 2023 года, что подтверждается платежными квитанциями.

При этом дата составления расписки по существу не влияет на волю сторон по вступлению в заемные правоотношения, реальность которых подтверждена представленными в материалы дела квитанциями АО «Тинькофф Банк» на идентичные суммы.

Помимо этого, само по себе отсутствие экономической целесообразности при подтверждении факта предоставления займа не может служить основанием для освобождения должника от обязанности по его возврату. В данном случае следует учитывать, что у ФИО2 была финансовая возможность выдать указанные денежные средства должнику в качестве займа.

На основании изложенного, учитывая, что ФИО2 является физическим лицом, не обладающим специальными познаниями, и является слабой стороной при рассмотрении обособленного спора, установив факт передачи ФИО2 суммы займа ФИО3 в заявленном размере, суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов.

Все иные доводы, изложенные в жалобе, не влияют на правильность выводов суда и направлены, по сути, на переоценку обстоятельств дела, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом, заявитель апелляционной жалобы приводит доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по статье 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционную жалобу необходимо оставить без удовлетворения, а определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Таким образом, определение Арбитражного суда Самарской области от 06 декабря 2024 года по делу А55-34654/2023 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в размере 10 000,00 руб. следует отнести на заявителя апелляционной жалобы и взыскать в доход федерального бюджета, поскольку при подаче апелляционной жалобы ФИО1 была предоставлена отсрочка в ее уплате.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд             

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 06 декабря 2024 года по делу А55-34654/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 10 000,00 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                      Н.А. Мальцев

Судьи                                                                                                    О.А. Бессмертная

                                                                                                                Е.А. Серова