АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-65537/2024

23 июня 2025 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июня 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме 23 июня 2025 года  

Арбитражный суд Московского округа в составе:  

председательствующего-судьи Латыповой Р.Р., судей Корниенко В.А., Петропавловской Ю.С.,  

при участии в заседании: 

от истца: участника ФИО1 в интересах Общества с  

ограниченной ответственностью «Глаголево-55 – ФИО2, представитель по доверенности от 23 июля 2024 года;  

от ответчика: общества с ограничен ной ответственностью «Золотая Долина» – ФИО3, представитель по доверенности от 9 января 2025 года;  

рассмотрев 10 июня 2025 года в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на решение от 28 ноября 2024 года Арбитражного суда Московской области на постановление от 27 февраля 2025 года Десятого арбитражного апелляционного суда по делу № А41-65537/2024 

по исковому заявлению участника ФИО1 в интересах Общества с  

ограниченной ответственностью «Глаголево-55  

к обществу с ограниченной ответственностью «Золотая Долина» о признании недействительным купли-продажи земельных участков. 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 в интересах общества с ограниченной ответственностью «Глаголево-55» (далее - ФИО4, В.А., ООО «Глаголево-55», истец) обратился в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Золотая Долина» (далее - ООО «Золотая Долина», ответчик) с требованием о признании договоров купли-продажи земельных участков от 9 августа 2019 года № 43-ЗУ/19, от 9 августа 2019 года № 83-ЗУ/19, заключенных между ООО «Глаголево-55» и ООО «Золотая Долина», о применении последствий недействительности сделок в виде признания недействительным соглашения о прекращении взаимных обязательств зачетом встречных однородных требований, заключенного 27 декабря 2019 года между ООО «Глаголево-55» и ООО «Золотая Долина», в виде возвращения в собственность ООО «Глаголево-55» земельных участков согласно перечням земельных участков в Приложениях № 1 к договору купли-продажи земельных участков от 9 августа 2019 года № 43-ЗУ/19 и договору купли-продажи земельных участков от 9 августа 2019 года № 83-ЗУ/19, а также в случае невозможности возврата земельных участком в натуре, взыскать с ООО «Золотая Долина» их действительную цену (рыночную стоимость) в размере 1 008 582 120 руб.  

Решением Арбитражного суда Московской области от 28 ноября 2024 года, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 27 февраля 2025 года, в удовлетворении требований отказано.  

Не согласившись с указанными решением и постановлением ФИО5 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить оспариваемые судебные акты и направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.  

Представитель истца в судебном заседании настаивал на удовлетворении кассационной жалобы по изложенным в ней доводам.  

Представитель ответчика возражал против удовлетворения кассационной жалобы, по доводам, изложенным в отзыве на нее, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения.  

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в суд кассационной инстанции, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых решения и постановления, в связи со следующим.  

Как следует из установленных судами фактических обстоятельств, ООО «Глаголево-55» создано путем реорганизации в форме преобразования ЗАО «Глаголево-55» и зарегистрировано в качестве юридического лица 25 мая 2015 года.  

ФИО1 приобрел долю в уставном капитале ООО «Глаголево-55» размером 100% уставного капитала по договору купли-продажи от 17 мая 2024 года, заключенному с ФИО6.  

Согласно пояснениям истца, указанная доля приобретена им исходя из информации, содержащейся в бухгалтерской отчетности ООО «Глаголево-55», о наличии на балансе общества активов на общую сумму около 560 млн. руб. в виде земельных участков, расположенных на территории Московской области, являющихся высоколиквидным имуществом.  

Вместе с тем, в дальнейшем, истцом установлено, что сведения, содержащиеся в бухгалтерской отчетности Общества, являются недостоверными, поскольку в 2019 году земельные участки, принадлежащие ООО «Глаголево-55» проданы ООО «Золотая Долина» по договору купли-продажи земельных участков от 9 августа 2019 года № 43-ЗУ/19, от 9 августа 2019 года № 83-ЗУ/19.  

Между ООО «Глаголево-55» и ООО «Золотая Долина» также заключено соглашение о прекращении взаимных обязательств зачетом встречных однородных требований от 27 декабря 2019 года, согласно которому требования истца к ООО «Золотая Долина» по оплате стоимости земельных участков, отчужденных по указанным договора купли-продажи, прекращены зачетом встречного требования к истцу по оплате земельных участков, приобретенных у Частной компании с ограниченной ответственностью «ФИО7 Истейт Холдингс II Б.В» по  

договорам купли-продажи земельных участков от 15 мая 2013 года № 110/13, от 15 мая 2013 года № 2413/13.  

Права требования по договорам купли-продажи земельных участков от 15 мая 2013 года № 110/13, от 15 мая 2013 года № 2413/13 переданы Частной компанией с ограниченной ответственностью «ФИО7 Истейт Холдингс II Б.В» в пользу ООО «Золотая Долина» на основании договора уступки требования (цессии) от 27 декабря 2019 года № УП2413/13- АЛМ/19.  

Считая, что спорные договоры купли-продажи земельных участков заключены при заведомо невыгодных условиях, наносящих ущерб ООО «Глаголево-55», очевидных для ответчика, учитывая также, по мнению истца, отсутствие одобрения общего собрания участников общества или единоличного участка общества спорных сделок, ФИО1 обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями.  

Суды первой апелляционной инстанций, исследовав и оценив доказательства, исходя из предмета и оснований заявленных требований, а также из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, руководствуясь положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований, в том числе с учетом пропуска установленного законом срока на предъявление требования о признании сделки недействительной.  

Выводы судов первой и апелляционной инстанций о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам соответствуют.  

Способы судебной защиты лицом своих нарушенных или оспариваемых прав определены в статье 12 ГК РФ, согласно которой в тех случаях, когда для защиты того или иного права закон предусматривает определенные способы защиты, лицо,  

считающее свое право нарушенным, может воспользоваться только предусмотренным законом способом.  

Избранный заявителем способ судебной защиты нарушенного права должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения, а в результате применения соответствующего способа судебной защиты нарушенное право должно быть восстановлено.  

В соответствии со статьей 153 и частью 1 статьи 421 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора.  

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка) (пункт 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Частью 1 статьи 432 ГК РФ установлено, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.  

В силу пункта 1 статьи 429 ГК РФ по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.  

Пунктом 1 статьи 454 ГК РФ установлено, что по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).  

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).  

Согласно пункту 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.  

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.  

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ).  

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.  

Пунктом 2 статьи 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.  

В силу пункта 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.  

Согласно пункту 78 позиции Постановления № 25, исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск  

лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. Из приведенных выше норм права следует, что субъектом, обладающим правом на оспаривание сделки, является, по общему правилу, сторона этой сделки или лицо, указанное в законе (для оспоримой сделки), либо лицо, имеющее охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (для требования о признании недействительной ничтожной сделки).  

В пункте 75 постановления № 25 разъяснено, что сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.  

Как разъяснено в пункте 93 Постановления № 25 пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель).  

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.  

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).  

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб  

интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).  

Судами установлено, что между ООО «Глаголево-55» (Продавец) и ООО «Золотая Долина» (покупатель) заключены договоры купли-продажи земельных участков от 9 августа 2019 года № 42-ЗУ/19, от 9 августа 2019 года № 83-ЗУ/19.  

Пунктами 2.1 спорных договоров предусмотрено, что по согласованию сторон цена отчуждаемых по договорам земельных участков определяется в условных единицах. Цена каждого участка указана в перечнях земельных участков, являющихся приложениями № 1 к договорам.  

Суды указали, что по договору купли-продажи от 9 августа 2019 года № 42-ЗУ/19 общая стоимость земельных участков составляет 6380234 условных единиц (одна условная единица - 31,57 руб.), по договору купли-продажи от 9 августа 2019 года № 83-ЗУ/19 составляет 4815733 условных единиц (одна условная единица - 31,56 руб.).  

Так, стоимость земельных участков в рублевом эквиваленте по договору купли-продажи от 9 августа 2019 года № 42-ЗУ/19 составляет 201 423 987,38 руб., по договору купли-продажи от 9 августа 2019 года № 83-ЗУ/19 составляет 151 984 533,48 руб., а всего по договорам - 353 408 520,86 руб.  

Согласно представленным истцом отчетам об оценке, рыночная стоимость земельных участков, отчужденных по договору купли-продажи от 9 августа 2019 года № 42-ЗУ/19, на дату совершения сделки составляет 568 534 400 руб., рыночная стоимость земельных участков, отчужденных по договору купли-продажи от 9 августа 2019 года № 83-ЗУ/19, на дату совершения сделки составляет 1 008 582 120 руб.  

Вышеуказанные обстоятельства, по мнению истца, свидетельствуют о том, что стоимость участков по оспариваемым договорам ниже их реальной рыночной стоимости на момент совершения сделок в 2,85 раз, что является невыгодными условиями и наносит явный ущерб для общества.  

Кроме того, земельные участки, проданные истцом ответчику по оспариваемым договорам, в период с января по февраль 2014 года выделены из состава земельных участков с кадастровыми номерами 50:26:151611:0007, 50:26:151611:0001, приобретенных ООО «Глаголево-55» у Частной компании с  

ограниченной ответственностью «ФИО7 Истейт Холдингс II Б.В» по договорам купли-продажи земельных участков от 15 мая 2013 года № 110/13, от 15 мая 2013 года № 2413/13.  

На спорных участках в период с 2014 года по 2018 год истцом разрабатывался и утверждался в установленном порядке генплан застройки, осуществлялось строительство сетей газопровода, водоотведения, дорог, ограждения территории, строительство КПП, что, согласно позиции истца увеличивало рыночную стоимость земельных участков.  

При продаже истцу в 2013 году спорных земельных участков с кадастровыми номерами 50:26:151611:0007, 50:26:151611:0001, со стороны продавца - Частной компании с ограниченной ответственностью «ФИО7 Истейт Холдингс II Б.В»" подписантом договоров № 110/13 и № 2413/13 выступал ФИО8.  

При покупке у истца в 2019 году земельных участков, выделенных из земельных участков с кадастровыми номерами 50:26:151611:0007, 50:26:151611:0001, со стороны покупателя ООО «Золотая Долина» подписантом договоров купли-продажи от 9 августа 2019 года № 42-ЗУ/19, от 9 августа 2019 года № 83-ЗУ/19, также выступал ФИО8.  

Как указывал истец, покупатель - ООО «Золотая Долина» по оспариваемым договорам не мог не знать о существенном росте рыночной стоимости земельных участков на момент их покупки в 2019 году, что свидетельствует о недобросовестности и злоупотреблении ответчиком своими правами.  

Вместе с тем, исследовав изложенные обстоятельства, судами правомерно установлено, что в период с 26 марта 2019 года по 23 июня 2020 года (в период совершения оспариваемых сделок) единственным участником ООО «Глаголево-55» являлась ФИО9, которая приобрела указанную долю у ФИО10 на основании договора купли-продажи доли в уставном капитале Общества от 18 марта 2019 года. Генеральным директором Общества в спорный период являлся ФИО11.  

Судами правомерно установлено, что оспариваемые сделки от имени Общества подписаны генеральным директором - ФИО11, их заключение одобрено единственным участником Общества - ФИО9, полномочия  

которых действовать от имени и в интересах ООО «Глаголево-55» были подтверждены сведениями, содержащимися в ЕГРЮЛ.  

Кроме того, судами учтено, что ООО «Глаголево-55» обращалось в Арбитражный суд Московской области с иском к ООО «Золотая Долина» с требованиями о взыскании по договору купли-продажи от 9 августа 2019 года № 42-ЗУ/19 задолженности в размере 20 1423 987 руб., неустойки в сумме 21 753 790,60 руб., о взыскании по договору купли-продажи от 9 августа 2019 года № 83-ЗУ/19 задолженности в размере 151 984 533 руб., неустойки в сумме 16 414 329,60 руб.  

Решением Арбитражного суда Московской области от ноября 2024 года по делу № А41-108528/23 в удовлетворении требований ООО «Глаголево-55» отказано, поскольку спорная задолженность по договорам отсутствует в связи с прекращением обязательств по договорам путем зачета.  

В рамках рассмотрения спора по делу № А41-108528/23 Арбитражным судом Московской области исследованы спорные договоры, соглашение о зачете, а также решение единственного участника об одобрении, проведена судебная экспертиза подписей, принадлежащих ФИО11 и ФИО9 на указанных документах, которой подтверждена их подлинность.  

Судами обоснованно принято во внимание, что Арбитражным судом Московской области в решении от 2 ноября 2024 года по делу № А41-108528/23 установлено, что сделка о зачете встречных однородных требований ООО «Глаголево-55» к ООО «Золотая долина» по оплате участков по договорам купли-продажи от 9 августа 2019 года № 42-ЗУ/19, № 83-ЗУ/19 против требований ООО «Золотая долина» к ООО «Глаголево-55» по оплате стоимости земельных участков по договорам купли-продажи от 15 мая 2013 года № 2413/13, № 110/13 подлежит отнесению к обычным сделкам, осуществляемым в ходе хозяйственной деятельности.  

Таким образом, судами сделан мотивированный вывод о необоснованности доводов истца о соответствии оспариваемых сделок критериям крупной сделки, совершенных без одобрения общего собрания участников общества.  

Судами также сделан правомерный вывод о том, что доводы о злоупотреблении ответчиком правом не доказаны, действия ответчика соответствуют условиям спорных сделок и совершены в пределах гражданских правоотношений.  

Поскольку факт недобросовестного поведения предшествующих участников и органов управления общества, а также ответчика, истцом не доказан, приведенная ФИО1 судебная практика не правомерно не принята во внимание судами.  

У суда округа отсутствуют основания не согласиться с указанным выводом. 

Судом по ходатайству ответчика сделан вывод о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с настоящим иском.  

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.  

Пунктом 1 статьи 197 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.  

В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 года № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее - Постановление № 27), срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.  

Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если оно непосредственно совершало данную сделку.  

Переход доли (акции) к иному лицу не влияет на течение срока исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности (пункт 7 Постановления № 27).  

В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права  

Судами установлено, что согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, генеральным директором истца в период с 23 июля 2020 года по настоящее время является ФИО10, который также являлся единственным участником ООО «Глаголево-55» в периоды с 25 июня 2015 года до 26 марта 2019 года и с 23 июня 2020 года по 9 ноября 2020 года.  

Суды указали, что в период с 26 марта 2019 года по 23 июня 2020 года единственным участником истца являлась ФИО9, генеральным директором являлся ФИО11.  

Доля в уставном капитале истца, принадлежащая ФИО10, 9 ноября 2020 года приобретена ФИО6, которая 24 мая 2024 года перешла к ФИО1 на основании договора купли продажи доли от 17 мая 2024 года, заключенному с ФИО6  

Таким образом, судами правомерно установлено, что применительно к указанным обстоятельствам дела, ООО «Глаголево-55», в лице уполномоченных органов, стало известно о совершении оспариваемых сделок с даты их подписания 9 августа 2019 года и 27 декабря 2019 года соответственно.  

Таким образом, судами сделан обоснованный вывод, что срок исковой давности по оспариванию спорных сделок начал течь со дня, следующего за указанными датами.  

Настоящий истец ФИО1 является правопреемником корпоративных прав участников Общества, в связи с чем, срок исковой давности по оспариваемым сделкам начал течь со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.  

При этом суды указали, что смена единственного участника общества с ФИО6 на ФИО1 не прерывает течение срока исковой давности для оспаривания заключенных обществом сделок.  

Таким образом, учитывая, что настоящее исковое заявление подано истцом в суд в электронном виде через систему «Мой арбитр» 25 июля 2024 года (зарегистрировано канцелярией суда 29 июля 2024 года), судами сделан мотивированный вывод о том, что установленный законом годичный срок на обращение в суд с настоящими требованиями ФИО1 пропущен. У суда округа отсутствуют основания не согласиться с указанным выводом.  

 Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные доказательства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.  

Несогласие подателя кассационной жалобы с принятыми судебными актами не опровергает выводы судов об обстоятельствах дела и о применении норм материального права, основанные на полном и всестороннем исследовании представленных сторонами доказательств, в связи с чем не может служить основанием для отмены обжалуемых решения и постановления.  

Переоценка имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств находится за пределами полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениям и статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены обжалуемых судебных актов в любом случае, по делу не установлено.  

С учетом изложенного, судебные акты являются законными и обоснованными, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.  

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Московской области от 28 ноября 2024 года и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 27 февраля 2025 года по делу № А41-65537/2024 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Председательствующий-судья Р.Р. Латыпова 

Судьи В.А. Корниенко 

 Ю.С. Петропавловская