АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЯМАЛО-НЕНЕЦКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА

г. Салехард, ул. Республики, д.102, тел. (34922) 5-31-00, 

www.yamal.arbitr.ru, e-mail: info@yamal.arbitr.ru

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А81-173/2023

г. Салехард

17 апреля 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 10 апреля 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 17 апреля 2023 года.

 

Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе: председательствующего судьи Садретиновой Н.М., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в заседании суда дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Специализированное управление вспомогательных работ» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Ямало-Ненецкому автономному округу (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) об оспаривании решения от 03.11.2022 № АД/3989,

при участии в судебном заседании:

от заявителя - общества с ограниченной ответственностью «Специализированное управление вспомогательных работ» - ФИО2 по доверенности №5 от 24.05.2022 года, ФИО3 по доверенности №6 от 24.05.2022 года,

от заинтересованного лица - Управления Федеральной антимонопольной службы по Ямало-Ненецкому автономному округу – ФИО4 по доверенности №2 от 10.01.2023 года (диплом 105504 00 32040),

от третьих лиц:

- акционерное общество «Газпром энергосбыт Тюмень» (ИНН: 

<

***>, адрес: 628426, ХМАО-Югра, 

<

...>) - ФИО5 по доверенности от 02.09.2021 года (выдана сроком на три года);

- потребительский гаражный кооператив «Лада-97» (ИНН: 

<

***>, адрес: 629305, ЯНАО, 

<

...> строение 10, помещение 151) - представитель не явился.

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Специализированное управление вспомогательных работ» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)  обратилось в арбитражный суд с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Ямало-Ненецкому автономному округу (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) об оспаривании решения от 03.11.2022 № АД/3989.

Определением от 16.01.2023 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены:

- акционерное общество «Газпром энергосбыт Тюмень» (ИНН: 

<

***>, адрес: 628426, ХМАО-Югра, 

<

...>);

- потребительский гаражный кооператив «Лада-97» (ИНН: 

<

***>, адрес: 629305, ЯНАО, 

<

...> строение 10, помещение 151).

30.01.2023 года отзыв на заявленные требования поступил со стороны акционерного общества «Газпром энергосбыт Тюмень», в котором третье лицо просит суд отказать в удовлетворении предъявленного требования.

22.02.2023 года отзыв на заявленные требования поступил со стороны Управления Федеральной антимонопольной службы по Ямало-Ненецкому автономному округу, в котором заинтересованное лицо просит отказать в удовлетворении предъявленного требования.

30.01.2023 года АО «Газпром энергосбыт Тюмень» заявлено ходатайство о приостановлении производства по делу до рассмотрения и вступления в законную силу судебных актов по делам №А81-12571/2022 и №А75-312/2023.

Представитель заявителя в судебном заседании возражал против приостановления производства по настоящему делу.

Представитель заинтересованного лица  указал на необходимость приостановления производства по настоящему делу до рассмотрения дела №А75-312/2023.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 143 АПК РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

Исходя из цели такого правового института арбитражного процесса, как приостановление производства по делу, невозможность рассмотрения дела арбитражным судом обусловлена такой взаимной связью дел, при которой обстоятельства, входящие в предмет доказывания по одному делу, устанавливаются или оспариваются в рамках рассмотрения другого дела, разрешаемого в судебном порядке, при этом обязательным условием приостановления производства по делу по указанному основанию является объективная невозможность рассмотрения и разрешения дела арбитражным судом до разрешения другого дела.

По смыслу норм АПК РФ такая невозможность означает, что, если производство по рассматриваемому делу не будет приостановлено, разрешение дела может привести к незаконности судебного решения, неправильным выводам суда или даже к вынесению противоречащих судебных актов.

Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, предмет спора, руководствуясь ст.143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу об отсутствии препятствий для рассмотрения настоящего спора и об отсутствии правовых оснований для приостановления производства по делу. Невозможность рассмотрения настоящего дела до вступления в законную силу судебных актов по делам №А81-12571/2022 и №А75-312/2023, судом не усматривается.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал заявленные требования.

Представители заинтересованного лица и третьего лица в судебном заседании поддержали доводы представленных в суд отзывов на заявленные требования, просили в удовлетворении требований отказать.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, суд пришел к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, в Управление Федеральной антимонопольной службы по Ямало-Ненецкому автономному округу поступило обращение общества с ограниченной ответственностью «Специализированное управление вспомогательных работ» (далее по тексту, ООО «СУВР») на действия (бездействие) акционерного общества «Газпром энергосбыт Тюмень», имеющие признаки нарушения Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

Согласно доводам жалобы ООО «СУВР», АО «Газпром энергосбыт Тюмень» устранился от надлежащей организации процесса продажи ресурса и контроля за коммерческим учетом у покупателей. По мнению ООО «СУВР», АО «Газпром энергосбыт Тюмень» не добросовестно исполняет договоры поставки, что препятствует осуществлению законной коммерческой деятельности, наносит ООО «СУВР» репутационный и финансовый вред, допускает заключение публичных договоров с иным содержанием, чем предписано законом. Произвольно включает в публичные договоры с третьими лицами обязанности, которые заведомо не могут быть вменены без согласия с ООО «СУВР» и без оплаты по тарифам, отказывается реагировать на законные требования заявителя по исправлению договоров, взысканию по безучетному потреблению у виновных, установлению фактов безучетного потребления, а также не осуществляет борьбу с кражами электрической энергии, не осуществляет контроль за деятельностью ТСО, неполноценно оказывающих покупателям электроэнергии услуги по передаче электроэнергии до точки поставки на ячейках ПС и не защищает права партнеров по договорам в урегулировании конфликтов по безучетному потреблению недобросовестными лицами.

Рассмотрев указанное обращение в порядке, предусмотренном ст. 44 Федерального закона от 26.07.2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее по тексту, Закон о защите конкуренции), антимонопольный орган пришел к выводу о том, что спор, возникший между АО «Газпром энергосбыт Тюмень» и ООО «СУВР», носит гражданско-правовой характер.

Решением №АД/3989 от 03.11.2022 Ямало-Ненецкий УФАС России отказал  в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства.

С чем не согласился заявитель, обратился в арбитражный суд с  соответствующими требованиями.

В обоснование заявленных требований ООО «СУВР» приводит следующие доводы:

-АО "Газпром энергосбыт Тюмень" является субъектом естественной монополии, так как имеет статус гарантирующего поставщика электроэнергии в г. Новый Уренгой, на основании ст. ст. 3, 4 ФЗ -147 "О естественных монополиях" от 17.08.1995 г.,

-в УФАС по ЯНАО были направлены документальные доказательства отказа гарантирующего поставщика от приведения содержания публичного договора энергоснабжения между административным истцом и административным ответчиком в соответствии с фактическими обстоятельствами,

-гарантирующий поставщик необоснованно отказался от исполнения условий действующего публичного договора в части урегулирования отношений по оказанию услуг по передаче электроэнергии с сетевой организацией, оказывающей эти услуги, организации достоверного коммерческого учета поставляемой электроэнергии

-гарантирующий поставщик допустил передачу в федеральные органы недостоверной информации об административном истце, в результате чего к данному юридическому лицу были применены меры административного наказания, в частности по постановлению "О назначении административного наказания по делу об административном правонарушении" № 089/04/9.21-622/2022 от 19.10.2022 г.,

-вина гарантирующего поставщика уже была установлена судом и по делу № А75-881/2021 вынесено решение о понуждении к исполнению договора энергоснабжения в натуре. Но УФАС по ЯНАО игнорирует факт отказа гарантирующего поставщика от добровольного исполнения обязанностей по публичному договору и Постановления Правительства РФ, регулирующих это соглашение.

В соответствии с пунктом 1 статьи 198 АПК РФ, частью 4 статьи 200 АПК РФ и пунктом 6 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" условиями принятия арбитражным судом решения о признании недействительными ненормативных правовых актов и незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов является наличие одновременно двух обязательных условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя.

Согласно части 2 статьи 39 Закона о защите конкуренции основаниями для возбуждения и рассмотрения антимонопольным органом дела о нарушении антимонопольного законодательства являются, в том числе, заявление юридического или физического лица, указывающее на признаки нарушения антимонопольного законодательства, и обнаружение антимонопольным органом признаков нарушения антимонопольного законодательства.

Правила и сроки рассмотрения заявления и материалов, направленных в антимонопольный орган, а также порядок возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства регламентированы статьей 44 Закона о защите конкуренции.

Частью 5 статьи 44 Закона о защите конкуренции предусмотрено, что при рассмотрении заявления или материалов антимонопольный орган определяет, относится ли рассмотрение заявления или материалов к его компетенции; устанавливает наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства и определяет нормы, которые подлежат применению.

По результатам рассмотрения заявления, материалов антимонопольный орган принимает одно из следующих решений: о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства; об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства; о выдаче предупреждения в соответствии со статьей 39.1 данного Федерального закона (часть 8 статьи 44 Закона о защите конкуренции).

Если признаки нарушения антимонопольного законодательства отсутствуют, антимонопольный орган, на основании пункта 2 части 9 Закона о защите конкуренции, принимает решение об отказе в возбуждении дела.

Из материалов настоящего дела следует, что основанием для обращения заявителя в антимонопольный орган с заявлением о нарушении антимонопольного законодательства явились действия АО "Газпром энергосбыт Тюмень", выразившиеся в следующем: Общество произвольно включает в публичные договоры с третьими лицами обязанности, которые заведомо не могут быть вменены без согласия с ООО «СУВР» и без оплаты по тарифам; отказывается реагировать на законные требования заявителя по исправлению договоров, взысканию по безучетному потреблению у виновных, установлению фактов безучетного потребления, а также не осуществляет борьбу с кражами электрической энергии, не осуществляет контроль за деятельностью ТСО, неполноценно оказывающих покупателям электроэнергии услуги по передаче электроэнергии до точки поставки на ячейках ПС и не защищает права партнеров по договорам в урегулировании конфликтов по безучетному потреблению недобросовестными лицами.

В свою очередь, из пояснений АО «Газпром энергосбыт Тюмень» следует, статус гарантирующего поставщика АО «Газпром энергосбыт Тюмень» (до переименования АО «Тюменская энергосбытовая компания») присвоен в 2006 году в соответствии с подпунктом «а» пункта 36, пунктом 54 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства от 31.08.2006г. №530. В последующем, при вступлении в силу «Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 № 442  статус не изменился.

Потребительский гаражный кооператив «Лада-97» обратился в адрес АО «Газпром энергосбыт Тюмень» с заявлением о заключении договора энергоснабжения. С 01.02.2018 был заключен договор № 12-825/У-2018.

ПГК «Лада - 97» является потребителем электрической энергии на основании заключенного с АО «Газпром энергосбыт Тюмень» договора энергоснабжения №12-825/У-2018 от 01.02.2018г. Потребителем, при заключении договора энергоснабжения, представлен акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности от 01.01.2013г., составленный между ПГК «Лада-97» и ООО «СУВР», из которого следует, что технологическое присоединение ПГК «Лада - 97» осуществлено через сети ООО «СУВР». Точкой присоединения (местом исполнения обязательства по договору энергоснабжения) для ПГК «Лада - 97» является КТПН-400 ГЭК Аккорд.

Прибор учета электрической энергии ПГК «Лада - 97» - Меркурий 230-ART-03 CN 08218473 установлен в КТПН-400 ГЭК Аккорд, граница балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности установлена «по неподвижным контактам РНЛД от опоры №5».

15.07.2021г. прибор учета электрической энергии для ПГК «Лада - 97» заменен на 230-ART-03 CN 43902322, что подтверждается актом замены прибора учета от 15.07.2021г., выданным ООО «СУВР».

ООО «СУВР» также является потребителем электрической энергии на основании договора энергоснабжения, заключенного с АО «Газпром энергосбыт Тюмень» от 01.03.2018г. Ш2-599/У/2018. Через сети ООО «СУВР» осуществляется поставка электрической энергии иным потребителям (субабоненты, в том числе, ПГК «Лада-97»), с которыми у АО «Газпром энергосбыт Тюмень» имеются договоры энергоснабжения.

ООО «СУВР» не имеет статуса сетевой организации и является иным владельцем объектов электросетевого хозяйства. Отсутствие у владельца электросетевого хозяйства статуса сетевой организации не освобождает его от обязанности не препятствовать перетоку электрической энергии через свои сети конечному потребителю (п.6 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004г. №861) и возмещать стоимость потерь электроэнергии, возникших в его сетях гарантирующему поставщику на основании договора энергоснабжения (п. 4, 129 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утверждённых Постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 №442).

Согласно п. 147 Основных положений 442, при технологическом присоединении энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям прибор учета подлежит установке на границе балансовой принадлежности объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) смежных субъектов. При отсутствии технической возможности установки прибора учета на границе балансовой принадлежности, если иное не установлено соглашением сторон, прибор учета подлежит установке в месте, максимально к ней приближенном, в котором имеется техническая возможность его установки. При этом объем потребления (производства, передачи) электрической энергии, определенный на основании показаний такого прибора учета, в целях осуществления расчетов по договору будет подлежать корректировке только на величину потерь электрической энергии, возникающих на участке сети от границы балансовой принадлежности объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) до места установки прибора учета. Расчет величины потерь в таком случае осуществляется сетевой организацией в соответствии с актом уполномоченного федерального органа, регламентирующим расчет нормативов технологических потерь электрической энергии при ее передаче по электрическим сетям '(п. 148 Основных положений 442).

Актом уполномоченного федерального органа (пункт 148 Основных положений №442) является Инструкция по организации в Министерстве энергетики Российской Федерации работы по расчету и обоснованию нормативов технологических потерь электроэнергии при ее передаче по электрическим сетям, утвержденная приказом Минэнерго России от 30.12.2008 N 326 (далее - Инструкция N 326).

При этом пунктом 1 Инструкции N 326 указано, что настоящая Инструкция разработана в целях организации в Минэнерго России работы по расчету и обоснованию нормативов технологических потерь электроэнергии и их снижения в электрических сетях организаций, осуществляющих услуги по передаче электроэнергии, в том числе территориальных сетевых организаций (далее - ТСО), федеральной сетевой компании (далее - ФСК) и магистральных сетевых компаний (далее - МСК).

В соответствии с пунктом 53 Правил не дискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 г. N 861 нормативы потерь электрической энергии при ее передаче по электрическим сетям утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере топливно-энергетического комплекса, в соответствии с настоящими Правилами и методикой определения нормативов потерь электрической энергии при ее передаче по электрическим сетям, утверждаемой федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовом) регулированию в сфере топливно-энергетического комплекса.

Приказом Минэнерго России от 7 августа 2014 г. N 506 утверждена Методика определения нормативов потерь электрической энергии при ее передаче по электрическим сетям (далее Методика №506), из содержания пункта 1 которой следует, что Методика устанавливает порядок определения нормативов потерь электрической энергии при ее передаче: по единой национальной (общероссийской) электрической сети на основе технологических потерь электрической энергии в объектах электросетевого хозяйства, обусловленных физическими процессами, происходящими при передаче электрической энергии, с учетом технических характеристик линий электропередач и иных объектов электросетевого хозяйства, определяющих величину переменных потерь в соответствии с технологией передачи и преобразования электрической энергии, условно-постоянных потерь для линий электропередачи, силовых трансформаторов и иных объектов электросетевого хозяйства; по электрическим сетям территориальных сетевых организаций на основе сравнительного анализа потерь электрической энергии.

Учитывая, что ПГК «Лада-97» имеет технологическое присоединение не к сетевой организации, а к иному законному владельцу электросетевого оборудования с установкой прибора учета не на границе, то между ООО «СУВР» и ПГК «Лада-97» был согласован объем потерь. При оформлении актов снятия показаний приборов учета до февраля 2021г., акты подписывались ООО «СУВР» и ПГК «Лада-97» с объемом согласованных сторонами потерь.

Как указано выше, расчет величины потерь осуществляется в соответствии с актом уполномоченного федерального органа, регламентирующим расчет нормативов технологических потерь электрической энергии при ее передаче по электрическим сетям. Если одна из сторон заявила о необходимости использования указанного в настоящем пункте акта уполномоченного федерального органа, в этом случае такой акт уполномоченного Федерального органа используется с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором одна из сторон в письменной форме направила заявление о его использовании (пункт 148 Основных положений 442),

В феврале 2021г. ПГК «Лада-97» представило АО «Газпром энергосбыт Тюмень» заключение ООО «Уренгойремкрран» - расчет размера обоснования нормативов технологических потерь электроэнергии при её передаче потребителю-на 2021 год. Общество с 1-го числа следующего месяца стало применять обновленный расчет потерь. Так же в марте 2021 года между Обществом и ПГК «Лада-97» подписано соглашение о применении нового расчета потерь.

Представленный ПГК «Лада-97» расчет произведен в соответствии с Инструкцией по расчету и обоснованию нормативов технологических потерь электроэнергии при ее передаче по электрическим сетям, утвержденной Приказом Минэнерго РФ №326. При этом согласно пункту 18 Инструкции N 326 нормирование потерь электроэнергии в электрических сетях ТСО, для которых передача электроэнергии не является основным видом деятельности (далее -предприятия), оказывающих услуги по передаче электроэнергии потребителям (субабонентам), подключенным к электрической сети предприятия, выполняется в соответствии с общими принципами нормирования технологических потерь электроэнергии (пункты 7-17 главы III данной инструкции).

Согласно п. 7 Инструкции N 326 технологические потери электроэнергии при ее передаче по электрическим сетям рассчитываются за базовый (отчетный год, предшествующий году расчета) и на регулируемый периоды (год) по фактическим и прогнозным показателям баланса .электроэнергии. Таким образом, при расчете потерь в разные периоды, данные будут не совпадать, т.к. данным документом предусмотрено, помимо расчета потерь и программа снижения потерь в регулируемом периоде.

С марта 2021г. ПГК «Лада-97» стал самостоятельно передавать показания приборов учета по договору энергоснабжения №12-825/У-2018 от 01.02.2018г., применяя размер потерь, определенный ООО «Уренгойремкрран», что соответствует фактическим обстоятельствам дела, но с которым не согласно ООО «СУВР».

Также согласно доводам АО «Газпром энергосбыт Тюмень», предъявление потерь потребителям энергии, присоединенным к сети ООО «СУВР», как того требует ООО «СУВР» в письмах от 16.05.2022 №39, от 22.06.2022г. №59, от 07.07.2022г. №66, со стороны АО «Газпром энергосбыт Тюмень» при нахождении расчетного прибора учета на границе балансовой принадлежности в большем размере, чем определено расчетом нормативов технологических потерь электрической энергии при ее передаче по электрическим сетям в соответствии с нормами закона, будет являться нарушением действующего законодательства и прав потребителей энергии (в частности ПГК «Лада-97»), о чем ООО «СУВР» было сообщено письмами от 06.06.2022г, №12/981, от 01.08.2022г. №12/1346.

Согласно доводам АО «Газпром энергосбыт Тюмень», начиная с 01 января 2020 г. ООО «СУВР» имеет право компенсировать свои расходы на приобретение электрической энергии (мощности) в целях компенсации потерь электрической энергии в объеме технологических потерь обратившись с заявлением в территориальную сетевую организацию, к электрическим сетям которой присоединены такие объекты электросетевого хозяйства (пункты 6, 6(1), 6(2) Правил N861), однако не осуществляет этого, а фактически предпринимает действия, направленные по возложению бремени несения потерь на субабонентов, присоединенных опосредованно к его сети, путем препятствования перетока электроэнергии.

Таким образом, законодательство РФ предусматривает право собственника или иного законного владельца объектов электросетевого хозяйства на получение компенсации понесенных им расходов у сетевой организации, но не освобождает его от обязанности по оплате фактических потерь поставщику электроэнергии, что фактически выставляется ООО «СУВР» со стороны АО «Газпром энергосбыт Тюмень» при определении объема потреблённой энергии ежемесячно. Определение объема потребленной электрической энергии рассчитывается из объема поступления в сеть по точкам поставки ООО «СУВР» за вычетом объемов опосредованно подключенных потребителей, с применением п. 129 Основных положений 442, ст. 210 ПС РФ, абз. 3 п. 4 ст. 26 ФЗ от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике".

Несмотря на указанные нормы законодательства, ООО «СУВР» в мае 2022г. отключило ПГК «Лада - 97» от сети электроснабжения, что повлекло невозможность исполнения со стороны АО «Газпром энергосбыт Тюмень» своих обязательств по договору энергоснабжения №12-825/У-2018 от 01.02.2018г. Указанные действия по ограничению подачи энергии ООО «СУВР» осуществило самостоятельно без уведомления гарантирующего поставщика. Со стороны АО «Газпром энергосбыт Тюмень» в адрес ООО «СУВР» были направлены письма от 06.05.2022г. №12/744, от 09.06.20122г. №12/933, от 30.06.2022г. №12/1120 о возобновлении подачи энергии, однако подача энергии потребителю не была осуществлена. Задолженность ПГК «Лада - 97» перед АО «Газпром энергосбыт Тюмень» по договору энергоснабжения №12-825/У-2018 от 01.02.2018г. за потребленную энергию отсутствует.

Как полагает третье лицо, в действиях АО «Газпром энергосбыт Тюмень», при осуществлении расчетов за потребленную энергию по договору энергоснабжения №12-825/У-2018 от 01.02.2018г. с потребителем ПГК «Лада - 97», отсутствует нарушение норм законодательства, ущемление интересов потребителей.

Проанализировав доводы ООО «СУВР», АО «Газпром энергосбыт Тюмень», выводы УФАС, суд расценивает позицию заявителя как ошибочную и сделанную без учета следующего.

В силу пункта 3 части 1 статьи 10 Закона N 135-ФЗ запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо неопределенного круга потребителей, в том числе навязывание контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора (экономически или технологически не обоснованные и (или) прямо не предусмотренные федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами уполномоченных федеральных органов исполнительной власти или судебными актами требования о передаче финансовых средств, иного имущества, в том числе имущественных прав, а также согласие заключить договор при условии внесения в него положений относительно товара, в котором контрагент не заинтересован, и другие требования).

В соответствии с пунктом 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 N 2 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства" (далее - Постановление N 2) в отношении действий (бездействия), прямо поименованных в пунктах 1 - 11 части 1 статьи 10 Закона N 135-ФЗ, антимонопольный орган обязан доказать, что поведение хозяйствующего субъекта образует один из видов злоупотреблений, названных в указанных пунктах.

Нарушение хозяйствующим субъектом, занимающим доминирующее положение на рынке, требований гражданского и иного законодательства при вступлении в договорные отношения, исполнении договорных обязательств, в том числе выражающееся в недобросовестном поведении, нарушающем права контрагентов, само по себе не свидетельствует о ведении хозяйствующим субъектом монополистической деятельности, запрещенной согласно части 1 статьи 10 Закона N 135-ФЗ.

В связи с этим при возникновении спора о том, имеет ли место злоупотребление доминирующим положением, судам наряду с установлением признаков злоупотребления в соответствующей форме (например, направленности поведения на недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) причинение вреда, иное подобное ущемление прав участников рынка и усиление в связи с этим позиции лица, занимающего доминирующее положение) также следует принимать во внимание, являлось ли возможным совершение хозяйствующим субъектом определенных действий (бездействие), в том числе недобросовестных по отношению к своим контрагентам (потребителям) в отсутствие доминирующего положения на рынке (пункт 12 Постановления N 2).

В пункте 14 Постановления N 2 разъяснено, что навязанными невыгодными условиями могут быть признаны условия, которые иной участник рынка не принял бы, исходя из своих разумно понимаемых экономических (коммерческих) интересов, и которые позволяют доминирующему на рынке субъекту извлекать выгоду посредством ограничения свободы ведения экономической деятельности его контрагентов. При оценке наличия факта злоупотребления доминирующим положением в указанных случаях судам также необходимо учитывать, имеется ли у доминирующего на рынке хозяйствующего субъекта законный интерес в установлении соответствующих условий договора, являются ли налагаемые на контрагентов ограничения соразмерными этому интересу.

В то же время предложение лицом, занимающим доминирующее положение, условий договора, отличающихся от условий, обычно включаемых им, иными участниками рынка в аналогичные договоры (например, условия поставки основного и сопутствующих товаров), наличие иных подобных отклонений от обычной деловой практики и (или) заключение договора на предложенных условиях сами по себе не свидетельствуют о злоупотреблении доминирующим положением.

Согласно пункту 47 Постановления N 2 из взаимосвязанных положений пункта 2 статьи 22, пунктов 2 - 3.1 части 1 статьи 23 и части 4 статьи 41 Закона N 135-ФЗ к полномочиям антимонопольных органов при выявлении нарушений антимонопольного законодательства относится выдача хозяйствующим субъектам и иным лицам предписаний, направленных на прекращение соответствующих нарушений, устранение их последствий, включая восстановление положения, существовавшего до нарушения. Прекращая выявленное нарушение, антимонопольный орган во всяком случае не вправе в рамках своей компетенции разрешать гражданско-правовые споры хозяйствующих субъектов. В частности, он не полномочен защищать субъективные гражданские права потерпевшего от такого нарушения путем вынесения предписания нарушителю об уплате контрагенту задолженности в определенном размере, об обязанности возместить понесенные убытки.

На основании статьи 10 Закона N 135-ФЗ запрещается монополистическая деятельность в форме злоупотребления хозяйствующими субъектами своим доминирующим положением. Объектом правового запрета, предусмотренного данной нормой, является поведение, которое связано с использованием хозяйствующим субъектом своего особого экономического положения на товарном рынке (рыночной власти), и выражается в одной из форм, указанных в части 1 данной статьи, а именно, в форме недопущения, ограничения, устранения конкуренции на товарных рынках (устранения конкурентов с товарного рынка, затруднения доступа на рынок новых конкурентов и т.п.), и (или) в форме причинения вреда иным участникам рынка (потребителям), включая извлечение необоснованной (монопольной) выгоды за их счет, нарушения их прав и законных интересов иным аналогичным образом.

По смыслу закона поведение хозяйствующего субъекта, занимающего доминирующее положение на рынке, направленное на устранение конкурентов с товарного рынка, затруднение доступа на рынок новых конкурентов и иные подобные действия, признается злоупотреблением, поскольку непосредственным образом приводит к монополизации рынка и ограничивает свободу ведения экономической деятельности иными хозяйствующими субъектами. Поведение доминирующего на рынке субъекта, направленное на причинение вреда иным участникам рынка, признается злоупотреблением, поскольку позволяет такому субъекту извлекать за счет потребителей выгоду, которая не могла быть получена в ином случае, и способно приводить к монополизации рынка опосредованно (в связи с усилением позиции доминирующего субъекта на рынке).

Таким образом, наличие у конкретного юридического лица статуса хозяйствующего субъекта, занимающего доминирующее положение, само по себе не означает, что любое несоблюдение им требований действующего законодательства свидетельствует о ведении монополистической деятельности, запрещенной согласно части 1 статьи 10 Закона N 135-ФЗ. Иной подход не соответствовал бы предмету и целям правового регулирования, определенным в статье 1 Закона N 135-ФЗ. Полномочия антимонопольного органа при применении статьи 10 Закона N 135-ФЗ состоят в пресечении монополистической деятельности - выявлении нарушений, обусловленных использованием экономического положения лицом, доминирующим на рынке, а не в осуществлении контроля за соблюдением хозяйствующими субъектами норм гражданского, жилищного и иного законодательства, и не в разрешении гражданских споров в административном порядке (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2021 N 309-ЭС21-119, от 29.01.2021 N 307-ЭС20-12944, от 01.03.2018 N 306-КГ17-17056, от 04.07.2016 N 301-КГ16-1511 и др.).

Оценивая обстоятельства настоящего дела, суд приходит к выводу о том, что действия АО "Газпром энергосбыт Тюмень" не направлены на устранение конкурентов с того или иного товарного рынка (затруднение доступа на рынок новых конкурентов и иные подобные действия), а также не обладают характером "эксплуатации" потребителей, так как не направлены на причинение вреда иным участникам рынка, за счет извлечения за их счет монопольной выгоды, которая не была бы получена в отсутствие рыночной власти.

Фактически спор между ООО "СУВР " и АО "Газпром энергосбыт Тюмень" обладает гражданско-правовым характером, в силу чего антимонопольный орган пришел к правомерному выводу об отсутствии признаков нарушения антимонопольного законодательства и отсутствии оснований для вывода о нарушении в действиях АО "Газпром энергосбыт Тюмень" статьи 10 Закона N 135-ФЗ.

Суд отмечает, что в настоящее время в арбитражном суде Ханты-Мансийского автономного округа по делу № А75-312/2023 рассматривается спор по исковому заявлению ООО «СУВР» к АО «Газпром энергосбыт Тюмень» о понуждении к исполнению обязательства в натуре. Согласно исковому заявлению от 10.01.2023г. №2, ООО «СУВР» требует от АО «Газпром энергосбыт Тюмень» допоставить объем энергии в размере 84209 кВт.ч., рассчитанный им как свои «выпадающие доходы», ранее получаемые ООО «СУВР» от ПГК «Лада-97» в виде стоимости компенсации объема потерь, рассчитанных истцом для ПГК «Лада-97» самостоятельно, что непосредственно связано с предметом доказывания по настоящему делу.

В связи с чем, обстоятельства «удорожания электроэнергии сверх установленных тарифов для заявителя, в связи с предъявлением ему объемов отгружаемым третьим лицам», о чем заявляется ООО «СУВР» в исковом заявлении по настоящему делу, являются предметом рассмотрения и оценки суда по делу № А75-312/2023.

В части доводов заявителя о навязывании АО «Газпром энергосбыт Тюмень» условий договора, не выгодных заявителю, суд отмечает следующее.

Судом установлено, что 01.03.2018 года между ООО «Специализированное управление вспомогательных работ» (Покупатель) и АО «Тюменская энергосбытовая компания» (Продавец) заключен договор энергоснабжения, по условиям которого Продавец обязуется осуществлять продажу электрической энергии и мощности, а также через привлеченных третьих лиц оказывать услуги по передаче электрической энергии и услуги, оказание которых является неотъемлемой частью процесса снабжения электрической энергией (мощностью) потребителей, а Покупатель обязуется принимать и оплачивать приобретаемую электрическую энергию и мощность оказанные услуги.

Данный договор подписан сторонами, что в свою очередь свидетельствует о том, что  между заявителем и третьим лицом (АО «Газпром энергосбыт Тюмень») имеются длительные договорные отношения в рамках договора энергоснабжения.

Спорный договор представляет собой обычный договор в рамках гражданских правоотношений, складывающихся в ходе реализации продукции АО «Газпром энергосбыт Тюмень» и об отсутствии в действиях сторон этого договора нарушения требований антимонопольного законодательства при его заключении.

При этом, заявитель в материалы дела не представил доказательств неправомерного одностороннего изменения хозяйствующим субъектом, занимающим доминирующее положение, условий действующего договора энергоснабжения и навязывании контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора.

Заявитель не указал, в чем выразилось навязывание невыгодных условий договора.

Применительно к рассматриваемому спору, вопрос наличия (отсутствия) достоверного коммерческого учета поставляемой электроэнергии не может разрешаться антимонопольным органом. Суд считает, что антимонопольный орган не вправе вмешиваться в гражданско-правовые споры хозяйствующих субъектов в случаях превышения допустимых пределов осуществления гражданских прав, поскольку такие споры могут быть разрешены по требованию одной из сторон в судебном порядке.

Также вопросы включения потерь (в разнице, рассчитанной истцом) в счет ПГК «Лада-97», поименованные, как «искажение объемов потребления, неучтенное потребление» энергии третьим лицом, и расценивать действия АО «Газпром энергосбыт Тюмень» как «перераспределение объемов потребления между смежными потребителями и изменение цены электроэнергии для этих потребителей», подлежат рассмотрению между сторонами договора или в судебном порядке.

Наличие разногласий между ООО «СУВР» и АО «Газпром энергосбыт Тюмень» в части учета потребляемых энергоресурсов, их оплаты не является злоупотреблением доминирующим положением, имеет гражданско-правовой характер и подлежат рассмотрению в судебном порядке.

В части  доводов заявителя о том, что гарантирующий поставщик допустил передачу в федеральные органы недостоверной информации об административном истце, суд отмечает следующее.

В статье 14.1 Закона о защите конкуренции установлен запрет на недобросовестную конкуренцию путем дискредитации, то есть распространения ложных, неточных или искаженных сведений, которые могут причинить убытки хозяйствующему субъекту и (или) нанести ущерб его деловой репутации, в том числе в отношении: 1) качества и потребительских свойств товара, предлагаемого к продаже другим хозяйствующим субъектом-конкурентом, назначения такого товара, способов и условий его изготовления или применения, результатов, ожидаемых от использования такого товара, его пригодности для определенных целей; 2) количества товара, предлагаемого к продаже другим хозяйствующим субъектом-конкурентом, наличия такого товара на рынке, возможности его приобретения на определенных условиях, фактического размера спроса на такой товар; 3) условий, на которых предлагается к продаже товар другим хозяйствующим субъектом-конкурентом, в частности цены товара.

Дискредитация имеет своей целью подрыв доверия клиентуры (потребителей или иных контрагентов) к конкуренту или его продукции и привлечение потребителей к собственной продукции путем распространения ненадлежащей информации.

Существует три признака названной формы недобросовестной конкуренции: распространение информации, ее недостоверность (ложность, неточность, искаженность) и причинение вреда (ущерба деловой репутации).

Исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд отмечает, что из представленных антимонопольному органу материалов невозможно установить, кто, когда и при каких обстоятельствах распространял от имени третьего лица какую-либо ложную, неточную, искаженную информацию, которая  причинила вреда (ущерб деловой репутации)  заявителю.

Вынесение Управлением Федеральной антимонопольной службы по Ямало-Ненецкому автономному округу постановления от 19.10.2022 №089/04/9.21-622/2022, которым заявитель признан виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 2 ст. 9.21 КоАП РФ,  не является ни прямым, ни косвенным подтверждением распространения ложной, неточной, искаженной информации в отношении заявителя. Тот факт, что представленная в адрес антимонопольного органа информация о допущенных со стороны заявителя нарушениях действующего законодательства, впоследствии явилась основанием для возбуждения административного производства по ч. 1 ст. 9.21 КоАП РФ и вынесения постановления также не может свидетельствовать  о наличии в действиях АО «Газпром энергосбыт Тюмень» нарушений ст. 14. 1 Закона о защите конкуренции.

В соответствии со статьей 14.8 Закона о защите конкуренции не допускаются иные формы недобросовестной конкуренции наряду с предусмотренными статьями 14.1 - 14.7 названного Закона.

При квалификации действий конкретного лица в качестве акта недобросовестной конкуренции на основании статьи 14.8 Закона о защите конкуренции оцениваются общие признаки недобросовестной конкуренции, определенные пунктом 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции, статьей 10-bis Конвенции по охране промышленной собственности (заключена в Париже 20.03.1883) (далее - Парижская конвенция) (пункт 32 Постановления N 2).

В силу статьи 10.bis Парижской конвенции актом недобросовестной конкуренции считается всякий акт конкуренции, противоречащий честным обычаям в промышленных и торговых делах.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определениях от 01.04.2008 N 450-О-О и от 21.11.2013 N 1841-О, действующее антимонопольное законодательство трактует недобросовестную конкуренцию как деятельность, направленную на получение преимуществ, которая может противоречить не только законодательству и обычаям делового оборота (пункт 1 статьи 5 ГК РФ, но и требованиям добропорядочности, разумности и справедливости, что расширяет область судебного усмотрения в сфере пресечения недобросовестной конкуренции и связано с многообразием форм и методов недобросовестной конкуренции, не все из которых могут прямо противоречить законодательству или обычаям делового оборота. Следовательно, то или иное деяние в качестве акта недобросовестной конкуренции может быть квалифицировано в соответствии с пунктом 9 статьи 4 и статьей 14.8 Закона о защите конкуренции, если оно противоречит законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости, направлено на получение преимуществ перед другими лицами, стремящимися к тому же результату, и может причинить убытки, либо нанести ущерб деловой репутации другого хозяйствующего субъекта, стремящегося к тому же результату.

Исследовав представленные сторонами доказательства, суд пришел к выводу о том, что действия третьего лица не были направлены на получение необоснованных преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности; обществом не представлено доказательств причинения или угрозы причинения обществу убытков либо нанесения ущерба его деловой репутации действиями третьего лица, что в свою очередь свидетельствует об отсутствии в действиях третьего лица признаков нарушения статьи 14.8 Закона о защите конкуренции.

В рассматриваемом деле отсутствует факт прекращения поставки электроэнергии заявителю, не доказан факт наступления угрозы прекращения поставки электроэнергии.

Исходя из системного толкования положений статьи 10 ГК РФ и статей 3 и 10 Закона о защите конкуренции для квалификации действий (бездействия) как злоупотребления доминирующим положением достаточно наличия (или угрозы наступления) любого из перечисленных последствий, а именно: недопущения, ограничения, устранения конкуренции или ущемления интересов других лиц. Суд или антимонопольный орган вправе признать нарушением антимонопольного законодательства и иные действия (бездействие), кроме установленных частью 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, поскольку приведенный в названной части перечень не является исчерпывающим.

При этом, оценивая такие действия (бездействие) как злоупотребление доминирующим положением, следует учитывать положения статьи 10 ГК РФ, части 2 статьи 10, части 1 статьи 13 Закона о защите конкуренции, и, в частности, определять, были совершены данные действия в допустимых пределах осуществления гражданских прав либо ими налагаются на контрагентов неразумные ограничения или ставятся необоснованные условия реализации контрагентами своих прав.

В соответствии с абзацем 2 пункта 5 Постановления N 30 антимонопольный орган не вправе в рамках своей компетенции разрешать гражданско-правовые споры хозяйствующих субъектов.

Исходя из правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2006 N 1812/06, антимонопольный орган не вправе вмешиваться в отношения сторон, если они носят гражданско-правовой характер и могут быть разрешены по требованию одной из сторон в судебном порядке.

В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключение договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Пунктом 1 статьи 424 ГК РФ предусмотрено, что исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон. В предусмотренных законом случаях применяются цены (тарифы, расценки, ставки и т.п.), устанавливаемые или регулируемые уполномоченными на то государственными органами и (или) органами местного самоуправления. Согласно статье 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Полномочия антимонопольного органа при применении статьи 10 Закона о защите конкуренции состоят в пресечении монополистической деятельности - выявлении нарушений, обусловленных использованием экономического положения лицом, доминирующим на рынке, а не в осуществлении контроля за соблюдением хозяйствующими субъектами норм гражданского, жилищного и иного законодательства, и не в разрешении гражданских споров в административном порядке.

Как отмечалось выше, антимонопольное дело может быть возбуждено при наличии признаков нарушения антимонопольного законодательства. Между тем в рассматриваемом случае таких признаков антимонопольным органом не выявлено, доказательства обратного в нарушение статьи 65 АПК РФ обществом не представлено.

В силу изложенных выше норм права и установленных  обстоятельств суд пришел к выводу о том, что решение Ямало-Ненецкого УФАС России об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства, соответствует действующему законодательству, положениям Федерального закона N 135-ФЗ от 26.07.2006 "О защите конкуренции", не нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, не возлагает на общество какие-либо обязанности, не создает иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 3 статьи 201 АПК РФ, в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования. Поскольку оспариваемое решение принято в рамках предоставленной антимонопольному органу компетенции, соответствуют закону, суд, руководствуясь указанной нормой права, отказывает в удовлетворении заявленных требований.

Расходы по уплате госпошлины относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 167-170, 201, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении предъявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Восьмой арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) путем подачи апелляционной  жалобы  через арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа, в том числе посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет.

В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа разъясняет, что в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

 

Судья

Н.М. Садретинова