АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  НОВОСИБИРСКОЙ  ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-9359/2019

г. Новосибирск

17 мая 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 15 мая  2019 года. 

  Полный текст решения изготовлен  17 мая 2019 года.

            Арбитражный суд Новосибирской области в  составе судьи  Шевченко С.Ф., при ведении протокола судебного заседания  помощником судьи Горовой И.С., рассмотрел в судебном заседании дело  № А45-9359/2019 по  иску   

Rovio    Entertainment     Corporation   (Ровио     Энтертеймент    Корпорейшн), 

                                                г. Эспоо, Финляндия,

к обществу с ограниченной ответственностью «Новэкс» (ОГРН 

<

***>), 

                                                       г. Барнаул,

о взыскании 4 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав,

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: ФИО1  (по доверенности от 02.11.2018); 

от ответчика: ФИО2 (по доверенности от 19.11.2018),

Rovio    Entertainment     Corporation   (Ровио     Энтертеймент    Корпорейшн) (далее – истец) обратилось в арбитражный суд с иском  к обществу с ограниченной ответственностью «Новэкс» по месту нахождения филиала в г. Новосибирске о  взыскании:

             - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 086 866;

         - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 091 303;

         - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 152 678;

         - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1  152 679;

         - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 152 685;

         - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 152 686;

         - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 152 687;

         - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 155 369;

         - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 153 107.

          Кроме того, истец настаивает на взыскании с ответчика 4944,80 руб.  расходов по восстановлению нарушенного права в размере стоимости вещественных доказательств – товара, приобретённого у ответчика; 174,94 руб. почтовых расходов.

           Ответчик  правопритязания истца отклонил, ссылаясь на отсутствие правовых оснований для удовлетворения иска.

          Рассмотрев имеющиеся в деле доказательства, заслушав представителя истца, арбитражный суд установил следующее:

   Истец позиционирует себя в качестве правообладателя  следующих товарных знаков:

  -   словесного «ANGRY BIRDS»  по свидетельству   № 1 091 303, дата регистрации  15.04.2011 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 09, 14, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38, 41, 43  класса МКТУ;

- изображающего  «Красную Птицу»  по свидетельству № 1 086 866, дата регистрации  15.04.2011 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 09, 14, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38,  41, 43  класса МКТУ;

- изображающего «Черную Птицу»  по свидетельству № 1 152 678, дата регистрации  08.08.2012 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 05, 09,  10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38,  41, 43  класса МКТУ;

-   изображающего «Свинью»  по свидетельству № 1 152 685, дата регистрации  08.08.2012 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 05, 09,  10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38,  41, 43  класса МКТУ; 

-   изображающего «Желтую Птицу»  по свидетельству № 1 152 679, дата регистрации  08.08.2012 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 05, 09,  10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38,  41, 43  класса МКТУ;

-   изображающего «Птицу с длинным клювом»  по свидетельству   № 1 152 686, дата регистрации  08.08.2012 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 05, 09,  10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38,  41, 43  класса МКТУ;

-   изображающего «Голубую Птицу»  по свидетельству № 1 153 107, дата регистрации  08.08.2012 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 05, 09,  10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38,  41, 43  класса МКТУ;

-  изображающего «Белую Птицу «Матильду»  по свидетельству № 1 152 687, дата регистрации  08.08.2012 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 05, 09,  10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38,  41, 43  класса МКТУ;

-   изображающего «Свинью с бородой»  по свидетельству № 1 155 369, дата регистрации  08.08.2012 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 05, 07, 09,  10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38,  41, 43, 45  класса МКТУ. 

По свидетельству истца, в течение длительного времени с 19.11.2017 по  24.08.2018   ответчиком предлагался к продаже и был реализован товар, содержащий объекты интеллектуальной собственности (средства индивидуализации – товарные знаки по свидетельствам №№ 1 086 866, 1 091 303, 1 152 678, 1 152 679, 1 152 686, 1 152 687, 1 155 369, 1 152 685 и 1 153 107), принадлежащие  Rovio Entertainment Corporation, исключительные права на которые ответчику не передавались.

        Так,   01 февраля 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар - игрушка  «Angry Birds» по цене 249 руб.;  05 февраля 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: г. Новосибирск, улица 

ФИО3, 12, предлагался к продаже и был реализован товар -  игрушка  «Angry Birds» по цене 249 руб.;  16 февраля 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар - игрушка  «Angry Birds» по цене 249 руб.; 24 февраля 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар -  наклейки  «Angry Birds» по цене 19 руб.;   05 марта 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар - игрушка  «Angry Birds» по цене 129 руб.;  05 марта 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар - игрушка  «Angry Birds» по цене 249 руб. и  игрушка  «Angry Birds» по цене 69 руб.; 05 марта 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар -  игрушка  «Angry Birds» по цене 249 руб.; 05 марта 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: г.  Новосибирск, улица Челюскинцев, 18/2, предлагался к продаже и был реализован товар - игрушка  «Angry Birds» по цене 249 руб.; 05 марта 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар - игрушка  «Angry Birds» по цене 249 руб.;  02 апреля 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар - наклейки  «Angry Birds» по цене 19 руб.;  15 мая 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар - игрушка  «Angry Birds» по цене 249 руб.;08 августа 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар - наклейки  «Angry Birds» по цене 19 руб.; 24 августа 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар - игрушка  «Angry Birds» по цене 174,30 руб.; 19 ноября 2017 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар - мяч «Angry Birds» по цене 79,70  руб.; 20 ноября 2017 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар -  игрушка «Angry Birds» по цене 199,20 руб.; 19 декабря 2017 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар -  наклейки «Angry Birds» по цене 19 руб.; 04 декабря 2017 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар -  наклейки «Angry Birds» по цене 19 руб.;15 декабря 2017 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар -  игрушка «Angry Birds» по цене 249 руб.; 23 декабря 2017 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар -  игрушка «Angry Birds» по цене 249 руб.; 16 ноября 2017 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: Кемеровская область, г.Новокузнецк, улица Веры Соломиной, 7, предлагался к продаже и был реализован товар -   наклейки «Angry Birds» по цене 19 руб.;              13 декабря 2017 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар -  наклейки «Angry Birds» по цене 19 руб.;              28 ноября 2017 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар -  игрушка «Angry Birds» по цене 249 руб.;  28 ноября 2017 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар -  игрушка «Angry Birds» по цене 249 руб.; 18 ноября 2017 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар - игрушка «Angry Birds» по цене 249 руб.; 27 февраля 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар -                                  игрушка «Angry Birds» по цене 261 руб.;  11 марта 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар -  игрушка «Angry Birds» по цене 249 руб.; 23 февраля 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар - наклейки «Angry Birds» по цене 19 руб.; 13 марта 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар - наклейки «Angry Birds» по цене 249 руб.;14 марта 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>/2, предлагался к продаже и был реализован товар - наклейки «Angry Birds» по цене 19 руб.; 15 марта 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар - наклейки «Angry Birds» по цене 19 руб.; 16 мая 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...> Октября, 50, предлагался к продаже и был реализован товар - игрушка «Angry Birds» по цене 261 руб.;16 мая 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...> Октября, 50, предлагался к продаже и был реализован товар -мяч «Angry Birds» по цене 79,90  руб.;22 мая 2018 года в торговой точке ответчика, которая  расположена по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар -                                  наклейки «Angry Birds» по цене 19 руб.

При этом на товаре, приобретенном в торговых точках  ответчика, имеется:

  -   словесное изображение  «ANGRY BIRDS», сходное до степени смешения с товарным знаком по свидетельству      № 1 091 303;  

- изображение  «Красной Птицы», сходное до степени смешения с товарным знаком  по свидетельству № 1 086 866;  

- изображение  «Черной Птицы», сходной до степени смешения с товарным знаком  по свидетельству № 1 152 678; 

-   изображение «Свиньи», сходное до степени смешения с товарным знаком  по свидетельству № 1 152 685;

-   изображение «Желтой Птицы», сходное до степени смешения с товарным знаком по свидетельству № 1 152 679; 

-   изображение «Птицы с длинным клювом», сходным до степени смешения с товарным знаком  по свидетельству   № 1 152 686; 

-   изображение «Голубой Птицы», сходной до степени смешения с товарным знаком  по свидетельству № 1 153 107; 

-  изображение «Белой Птицы «Матильды», сходного до степени смешения с товарным знаком  по свидетельству № 1 152 687; 

-   изображение «Свиньи с бородой», сходного до степени смешения с товарным знаком  по свидетельству № 1 155 369.

         22.11.2018 ответчику была направлена претензия с требованием об изъятии из продажи всех подобных экземпляров товаров под угрозой начисления компенсации за нарушение исключительных имущественных прав,. Претензия  была получена ответчиком 27.11.2018. 

         Отказ ответчика от исполнения требований истца о прекращении нарушения его исключительных имущественных прав послужил  основанием для обращения за судебной защитой с рассматриваемыми требованиями.

В обоснование своей правовой позиции истец ссылается на статьи 11, 12,   493, 1229, 1240, 1301, 1252, 1255, 1259, 1263 и 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации.

          Организуя защиту против иска, ответчик апеллировал к  тому обстоятельству, что  реализация товаров по всем закупкам составляет единое нарушение прав истца. Кроме того, ответчик ссылался на недобросовестное поведение истца в течение длительного времени совершавшего закупки контрафактного товара и не выдвигавшего требования о прекращении реализации.

          Ответчик также полагает заявленную истцом сумму компенсации недостаточно обоснованной с учётом факта отсутствия у ООО   «Новэкс»  сведений о зарегистрированных товарных знаках истца.

          Определив предмет доказывания в рамках настоящего дела, проанализировав доводы истца, сопоставив их с нормами действующего законодательства, проверив их обоснованность, арбитражный суд пришел к убеждению о  правомерности требований истца, при этом суд исходит из следующего:   

         В соответствии с пунктом 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации товарные знаки и фирменные наименования являются результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана.

Пунктом 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Согласно пункту 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности, путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

В силу пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными названным Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

Как закреплено в подпункте 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Кроме того, в силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 43.2 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части 4 четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»,   компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения.

В предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

 Судом установлено, что Rovio    Entertainment     Corporation   (Ровио     Энтертеймент    Корпорейшн)   является правообладателем следующих товарных знаков:

  -   словесного «ANGRY BIRDS»  по свидетельству   № 1 091 303, дата регистрации  15.04.2011 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 09, 14, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38, 41, 43  класса МКТУ;

- изображающего  «Красную Птицу»  по свидетельству № 1 086 866, дата регистрации  15.04.2011 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 09, 14, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38,  41, 43  класса МКТУ;

- изображающего «Черную Птицу»  по свидетельству № 1 152 678, дата регистрации  08.08.2012 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 05, 09,  10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38,  41, 43  класса МКТУ;

-   изображающего «Свинью»  по свидетельству № 1 152 685, дата регистрации  08.08.2012 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 05, 09,  10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38,  41, 43  класса МКТУ; 

-   изображающего «Желтую Птицу»  по свидетельству № 1 152 679, дата регистрации  08.08.2012 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 05, 09,  10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38,  41, 43  класса МКТУ;

-   изображающего «Птицу с длинным клювом»  по свидетельству   № 1 152 686, дата регистрации  08.08.2012 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 05, 09,  10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38,  41, 43  класса МКТУ;

-   изображающего «Голубую Птицу»  по свидетельству № 1 153 107, дата регистрации  08.08.2012 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 05, 09,  10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38,  41, 43  класса МКТУ;

-  изображающего «Белую Птицу «Матильду»  по свидетельству № 1 152 687, дата регистрации  08.08.2012 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 05, 09,  10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38,  41, 43  класса МКТУ;

-   изображающего «Свинью с бородой»  по свидетельству № 1 155 369, дата регистрации  08.08.2012 года, зарегистрированного в отношении товаров 03, 05, 07, 09,  10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38,  41, 43, 45  класса МКТУ. 

Факт использования  ООО «Новэкс» обозначения и изображений, сходных до степени смешения с товарными знаками истца установлен судом с использованием  методологии сравнения обозначений на тождество и сходство, раскрытой Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482, а также Методическими рекомендациями по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденными приказом Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам от 31.12.2009 № 197.

       Применив названную методологию сравнения обозначений, суд  инстанции, исходя из того, что сходство обозначения и  зарегистрированных за истцом товарных знаков не требует абсолютной идентичности, достаточно лишь наличия риска смешения данных обозначений потребителем, пришел к выводу, что элементы как словесного изображения, так и остальных изображений  являются ключевыми в  спорных товарных знаках, именно на них падает логическое ударение и именно они являются определяющим при продвижении данных видов товаров (игрушек). 

          Как следует из правовой позиции  Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 162 Постановления Пленума № 10 от 23.04.2019 «О применении части четвёртой Гражданского кодекса Российской Федерации»,  для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе:

- используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров;

- длительность и объем использования товарного знака правообладателем;

- степень известности, узнаваемости товарного знака;

- степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены);

- наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

         Применительно к указанным требованиям Постановления Пленума суд также установил, что товарные знаки истца и реализуемые ответчиком товары сходны до степени смешения по семантическому (смысловому признаку), идентичны в изображении, имеют единое подобие заложенных в обозначениях понятий, идей, устойчиво ассоциируются друг с другом, имеющиеся несовпадения отдельных элементов по оттенкам  цветового решения   не делают товары, реализуемые ответчиком  не сходными до степени смешения с товарными знаками истца. Кроме того, судом   было установлено, что спорное обозначение используется ответчиком в отношении товаров, для индивидуализации которых предоставлена правовая охрана товарным знака истца (28 класс МКТУ – игрушки, игры комнатные, игры настольные, игры, игры – конструкторы, устройства для игр).

           В материалы дела  истцом представлены фискальные (кассовые чеки) со сведениями о наименовании продавца, его ИНН и ОГРН, совпадающие с данными содержащимися в ЕГРЮЛ в отношении ООО «Новэкс», дате заключения договора розничной купли-продажи  и денежной, сумме, уплаченной за товар.

           Также  истцом  в материалы дела представлен весь приобретённый у ответчика товар и видеозаписи  процесса приобретения контрафактного товара. 

Установив факт нарушения исключительного права на товарные знаки истца, суд оценивает требования истца о  взыскании компенсации за нарушение исключительных имущественных прав, обусловленных регистрацией прав на принадлежащие Rovio    Entertainment     Corporation   (Ровио     Энтертеймент    Корпорейшн) товарные знаки   как основанные на законе,  подтверждённые материалами дела и подлежащие удовлетворению за счёт ответчика.

Ответчик, возражая проив иска, потребовал уменьшения размера компенсации до 45000 руб.,  исходя из нарушения исключительных имущественных прав истца на 9 товарных знаков х 10000 руб. минимального размера компенсации х 50%  (коэффициент для снижения).

Разрешая вопрос о размере компенсации за нарушение исключительных имущественных прав истца, суд пришёл к следующему.

Сведения о наличии зарегистрированных товарных знаков в Российской Федерации являются открытыми, помимо реестра Роспатента, сведения о товарных знаках, принадлежащих истцу, внесены в Таможенный реестр. Ответчик имел возможность получить информацию из реестров посредством сети Интернет или направления запроса в регистрирующий орган, однако не реализовал своего права и допустил реализацию товара без проверки.

С учётом того обстоятельства, что ответчик является профессиональным участником рынка импорта игрушек из Китая и оптового рынка игрушек в Сибирском экономическом регионе, последний мог и должен был  получить информацию из реестров посредством выхода в Интернет или направления запроса в регистрирующий орган, однако не реализовал своего права и допустил к продаже товар без проверки на соответствие признакам контрафакта.

Следовательно,  ответчик как специальный субъект предпринимательской деятельности,   совершил действия, которые не подлежат квалификации в качестве добросовестных, что выразилось   в предложение к  продаже и продаже  контрафактного товара.

В результате действий ответчика снижено доверие потребителей к оригинальной продукции истца.

При совершении покупки  потребители, как правило, не интересуются, нарушаются ли чьи-либо исключительные права ли нет. Однако при совершении покупки потребитель, тем не менее, планирует получить качественный товар в обмен за уплаченные деньги, а неполучив такового, у потенциальных потребителей лицензионных товаров складывается негативный образ бренда, что повлечет снижение прибыли с продажи лицензионных товаров.

Наличие в розничных магазинах контрафактных товаров по демпинговым ценам неизбежно ведет к расторжению действующих лицензионных контрактов и невозможности поиска правообладателем новых партнеров.

Существенная угроза охраняемым правоотношениям проявляется не только в неполученных суммах вознаграждения на использование чужого наименования, а также в  нарушении стабильности в сфере охраны прав на товарные знаки, объекты авторского права, являющейся неотъемлемым условием стабильности гражданского оборота.

Существенная угроза охраняемым общественным отношениям так же заключается в пренебрежительном отношении ответчика   к исполнению установленной законом обязанности по недопустимости реализации товара, содержащего незаконное воспроизведение чужого товарного знака, объекта авторского права. При этом отсутствие последствий допущенного нарушения указанного законодательства само по себе не является основанием для вывода о малозначительности правонарушения.

Как усматривается из сведений общедоступного ресурса «ЗАЧЕСТНЫЙ БИЗНЕС» ООО «Новэкс» (ОГРН 

<

***>) имеет 285 филиалов в  Западно-Сибирском экономическом регионе с растущей валовой прибылью, достигшей   в 2017 году показателя в 1963450 тыс. руб.

В спорной правовой ситуации  ответчик в своих торговых точках в пределах Сибирского региона предлагал к продаже в течение длительного времени товар, отвечающий признакам контрафактного.

На дату рассмотрения спора доказательств изъятия из продажи этого вида товара, расторжения договоров с поставщиками такого товара или реализации его остатков ответчиком в материалы дела не представлено.

Обосновывая альтернативный размер компенсации, подлежащей взысканию с него, ответчик ошибочно полагает, что реализация товаров по всем закупкам составляет единое нарушение прав. При этом одним случаем нарушения, по мнению ответчика, является несколько последовательных сделок купли-продажи товара, оформленных отдельными фискальными чеками.

Между тем, в пункте 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 разъяснено, что распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). При этом каждая сделка купли продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок. При доказанном единстве намерений правонарушителя количество контрафактных экземпляров, товаров (размер партии, тиража, серии и так далее) может свидетельства о характере правонарушения в целом и подлежит учету судом при определении конкретного размера компенсации.

При обозрении  контрафактных товаров, представленных истцом в материалы дела, судом установлено, что    реализованный товар относится к разным партиям товара, поставленным ООО «Калипсо» в адрес ООО «Новэкс». Данное мнение суда сформировано с учётом того, что  идентичный друг другу товар, согласно бирке, размещенной ответчиком на товаре, имеет разные артикулы, дату выпуска, внутренний штих-код организации. Также различны даты изготовления товара (июнь 2016 и январь 2017 года), что подтверждает факт того, что товар, предлагаемый к продаже реализован  ответчиком из разных партий.

17.01.2019 истец обратился к ответчику с просьбой предоставить документы на поставленные ООО «Калипсо» в адрес ответчика партии товара для целей привлечения последнего к ответственности.

21.01.2019 ответчик отказал в предоставлении истцу такой информации, а 12.03.2019 ООО «Калипсо» прекратило деятельность путём ликвидации, что исключило возможность получения информации  об объёмах контрафактного товара, получаемого  ответчиком посредством его импорта.  

Суд полагает неубедительным довод ответчика о том, что правонарушение не носило грубых характер, а  ООО «Новэкс» не было известно о контрафактном характере реализуемой им продукции.

В материалы дела не представлено надлежащих доказательств того, что ответчик предпринимал попытки проверки партии товара на предмет нарушения исключительных прав третьих лиц, что также свидетельствует о грубом характере нарушения. 

В  своём отзыве  от 29.03.2019 № 111 ответчик указал на то, что «закупка товаров у поставщика также производится по группам и подгруппам без уточнения конкретных товарных позиций и тем более без уточнения каких-либо наименований объектов интеллектуальной собственности. При этом закупка осуществляется партиями».

В свою очередь, ответчиком не доказано, что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав, не являлось существенной частью предпринимательской деятельности нарушителя.

Применительно к доводам ответчика о том, что по аналогичным делам с других ответчиков, реализующих через розничную сеть контрафактные товары, суды взыскивают компенсации за нарушение исключительных имущественных прав не более 10000 руб. за один товарный знак, суд пришёл к следующему. 

В указанных ответчиком делах субъектами ответственности являются индивидуальные предприниматели и хозяйственные общества, которые не имеют многомиллиардных оборотов, не работают напрямую с импортерами ввиду маленького количества реализуемой продукции, имеют по 1 торговой точке и не представляют существенной угрозы лицензионному рынку страны. 

Ответчик, напротив, имеет разветвленную сеть торговых точек на территории Российской Федерации (3 представительства, 285 филиалов), является злостным нарушителем интеллектуальных прав различных правообладателей (дело № А03-20112/2013; № А45-13395/2015; № А45-24575/2015; № А03-6930/2016; № А45-7652/2016; № А45-7653/2016; № А03-7677/2017; № А45-39307/2017), создает прямую угрозу лицензионному рынку страны. Ответчик, полагет, что доступная цена, по которой реализует контрафактную продукцию, делает бренд более привлекательным и формирует положительное отношение и восприятие, что никак негативно не сказывается на финансовом   состоянии и имидже истца.   

Поскольку ранее ответчик уже привлекался к ответственности за нарушение прав на объекты интеллектуальной собственности, он, соответственно, осведомлен о том, что таким объектам предоставлена соответствующая охрана.

Как указано Судом по интеллектуальным правам в постановлении по делу № А12-29731/2017 со ссылкой на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П не следует, что неоднократность правонарушений должна оцениваться исходя из нарушения прав одного и того же правообладателя. Привлечение ответчика к ответственности за аналогичные нарушения указывает на его осведомлённость о нарушении чужих прав и систематичность их нарушения.

         Доводы ответчика со ссылкой на недобросовестное поведение истца, длительное время  производившего закупки контрафакта и не предъявившего требования о запрете реализации лишены юридической значимости с учётом избранного истцом способа защиты и презумпции добросовестности участников гражданского оборота.

В соответствии с частью 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

По правилам части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Отказавшись от представления в арбитражный суд доказательств устранения нарушения прав истца, обоснованного контррасчёта размера компенсации с учётом  всего объёма контрафакта с использованием спорных товарных знаков во вменяемый ему период, ответчик в соответствии с указанными нормами принял риск вынесения неблагоприятного для себя судебного акта.

  Возражения ответчика против иска носят формальный характер и основаны на отрицании  значительности причинённого им спорному правоотношению вреда.

С учётом объёмов предлагаемого к реализации каждого вида товара с использованием товарных знаков истца, длительности реализации, значительного количества торговых точек в  Западно-Сибирском экономическом регионе, правового поведения ответчика, не прекратившего предложение к продаже  товаров, сходных до степени смешения с чужими товарными знаками после  значительного количества судебных дел по аналогичным спорам, суд полагает, что   истец обоснованно требует взыскания с ответчика  по 500000 руб. за нарушение исключительных имущественных прав по каждому товарному знаку.

По указанным причинам суд полагает требования истца в этой части подлежащими удовлетворению за счёт ответчика.

          По результатам рассмотрения спора государственная пошлина, в отношении уплаты которой при обращении за судебной защитой истцу была предоставлена отсрочка  определением от 20.03.2019, подлежит отнесению на ответчика на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

            Руководствуясь статьями   110,    167-170, 176  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд                      

Р Е Ш И Л:

Исковые требования Rovio Entertainment Corporation (Ровио Энтертеймент Корпорейшн)    удовлетворить.

         Взыскать с  общества с ограниченной ответственностью «Новэкс» (ОГРН 

<

***>) в пользу  Rovio Entertainment Corporation (Ровио Энтертеймент Корпорейшн):

         - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 086 866;

         - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 091 303;

         - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 152 678;

         - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1  152 679;

         - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 152 685;

         - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 152 686;

         - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 152 687;

         - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 155 369;

         - 500 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 1 153 107.

        Взыскать с  общества с ограниченной ответственностью «Новэкс» (ОГРН 

<

***>)   в доход федерального бюджета 45500 руб. государственной пошлины.       

        Исполнительные  листы  выдать после вступления решения в законную силу.

        Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд  в течение месяца после его принятия. 

        В суд кассационной инстанции решение подлежит обжалованию при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья

С.Ф. Шевченко