ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

18.06.2024

Дело № А40-217748/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена  04.06.2024

Полный текст постановления изготовлен  18.06.2024

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего-судьи Нагорной А.Н.,

судей Гречишкина А.А., Каменской О.В., 

при участии в заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Цементум Волга» (прежнее наименование общество с ограниченной ответственностью «Холсим (Рус)»)  - ФИО1 по доверенности от 15.04.2024 (онлайн), ФИО2 по доверенности от 15.04.2024, 

от общества с ограниченной ответственностью «Силикат+» - ФИО3 генеральный директор на основании решения Совета директоров от 19.04.2024,

рассмотрев 04.06.2024 в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Холсим (Рус)»

на решение Арбитражного суда города Москвы от 27.11.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2024,

по иску общества с ограниченной ответственностью «Холсим (Рус)»

к обществу с ограниченной ответственностью «Силикат+»

о взыскании штрафа,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Холсим Рус» (далее - истец, ООО «Холсим Рус», поставщик) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Силикат+» (далее - ответчик, ООО «Силикат+», покупатель) о взыскании 955 050 руб. штрафа.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.11.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2024,  в удовлетворении исковых требований отказано. 

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ООО «Холсим (Рус)» обратилось в Арбитражный суд Московского округа  с кассационной жалобой, в которой просит решение от 27.11.2023 и постановление от  13.02.2024 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований либо направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы, указывая на нарушение судами норм материального и процессуального права, невыяснение всех обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.  

В Арбитражный суд Московского округа от истца поступило заявление о смене наименования с ООО «Холсим (Рус)» на ООО «Цементум Волга», в подтверждение представлен лист записи Единого государственного реестра юридических лиц от 15.04.2024 о государственной регистрации смены наименования.

Поскольку смена наименования истца подтверждена представленными доказательствами, то в порядке, установленном частью 4 статьи 124 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о смене наименования истца должно быть указано в судебном акте.  

В Арбитражный суд Московского округа от ООО «Цементум Волга» в электронном виде поступило ходатайство об участии в судебном заседании путем онлайн-заседания (посредством веб-конференции) с приложением электронных образов документов, удостоверяющих личность представителя и его полномочия на участие в судебном заседании. Арбитражным судом Московского округа заявленное ходатайство удовлетворено.

В заседании суда кассационной инстанции представители истца поддержали доводы, изложенные в жалобе.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения жалобы по доводам, изложенным в отзыве.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей сторон, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отмены решения и постановления, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судами при рассмотрении дела по существу, между истцом (поставщик) и ответчиком (покупатель) заключен договор поставки № ДК-RU03-0685-2022 от 04.07.2022 и соглашение о договорной цене № 1 от 30.08.2022 к нему, по условиям которых стороны согласовали, что в период с 01.09.2022 по 31.03.2023 включительно (период) покупатель обязуется обеспечить предоставление заказов, принять и оплатить товар в объеме 8 400 тонн, с максимально допустимым отклонением +/-10% от объема за период, в соответствии с графиком поставок (пункт 4.1).

В случае неисполнения покупателем обязательств, установленных в пункте 4.1 соглашения, а именно, предоставления покупателем заказов и принятия им товара в количестве менее чем 7 560 тонн за период, указанный в пункте 4.1 соглашения, покупатель обязуется уплатить поставщику штраф в форме неустойки в размере 150 руб. за каждую тонну незаказанного/непринятого им товара за период из объема 7 560 тонн, сумма штрафа не увеличивает стоимость ранее отгруженного товара и НДС не облагается, уплата штрафа производится покупателем путем перечисления денежных средств на расчетный счет поставщика в течение 30 календарных дней со дня окончания периода (п. 4.2 соглашения).

Иск заявлен о взыскании штрафа - 6 367 тонн x 150 руб. = 955 050 руб.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанции, ссылаясь на положения статей 328, 329, 330, 487, 510, 515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ, Кодекс),  пришли к выводу о том, что ответчик не может нести ответственность за невыборку (непредставление заказов) непоставленного и не заказанного им товара, начисление неустойки на сумму фактически не поставленного товара противоречит пункту 1 статьи 330, пункту 2 статьи 487, пунктам 2 и 3 статьи 328 Кодекса, пункту 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Между тем выводы судов по делу являются преждевременными и не основанными на всей совокупности обстоятельств дела.

Возражая против выводов судов, истец указывал, что при принятии обжалуемых судебных актов судами не было учтено, что соглашением о договорной цене № 1 от 30.08.2022 сторонами был фактически согласован принцип «Таке or Рау» (бери или плати), а взыскиваемый по делу штраф является санкцией за его невыполнение ответчиком.

Так, пунктом 4.1. соглашения о договорной цене № 1 от 30.08.2022 стороны предусмотрели, что в период с 01.09.2022 по 31.03.2023 включительно ответчик обязуется обеспечить предоставление заказов, принять и оплатить товар в объеме 8400 тонн, с максимально допустимым отклонением +/- 10% от объема в соответствии с установленным графиком.

Пунктом 4.2. соглашения о договорной цене №1 от 30.08.2022 стороны предусмотрели, минимальное количество товара в объеме 7 560 тонн, а также установили неустойку в размере 150 руб. за каждую тонну незаказанного/непринятого ответчиком товара.

Оба условия п. 4.1. и п.4.2. по их экономическому смыслу представляют собой одну из форм реализации принципа «Таке or Рау» (бери или плати).

Истец и ответчик являются коммерческими компаниями и занимаются предпринимательской деятельностью, что дает им право согласовывать сделки, предусматривающие принцип «Таке or Рау» (бери или плати), так как данный принцип отвечает экономическим интересам сторон: истец получает гарантированные минимальные объемы закупки производимой продукции; а ответчик - снижение цены и ее фиксацию на длительный срок, гарантию производства и поставки продукции в согласованном объеме.

Применение принципа «Таке or Рау» (бери или плати) проанализировано Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении  от 20.08.2021 № 305-ЭС21-10216 по делу № А40-328885/2019.

Данным определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что хотя правоотношения по условию «Take or Pay» в общем виде прямо не урегулированы российским законодательством, но в силу принципа свободы договора, статьи 1 ГК РФ, а также статьи 421 ГК РФ, устанавливающей порядок квалификации таких правоотношений, отсутствие в российском законодательстве специального регулирования не ограничивает стороны в праве создавать различные договорные конструкции, выходя за рамки обозначенных в ГК РФ, и не дает судам оснований для игнорирования таких условий договора, особенно если это касается предпринимательской деятельности. Уяснение смысла спорного условия и правовых последствий его применения может осуществляться судами применительно к статье 431 ГК РФ о толковании договора. К тому же правовое регулирование, близкое к указанной модели, содержится в некоторых нормативных правовых актах российского законодательства (например, пункты 5 и 16 Правил поставки газа в Российской Федерации, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 05.02.1998 № 162).

Само по себе условие «Take or Pay» не образует особый вид договора, подобный принцип взаимодействия сторон может быть частью различных договоров. По своей правовой природе условие "Take or Pay", включенное сторонами данного спора в договор, состоит из двух обособленных, но тесно связанных между собой обязательств.

Первое обязательство («take» или «бери») предполагает наличие у заказчика (покупателя) субъективного права получить от другой стороны (исполнителя, поставщика) определенный объем характерного исполнения за конкретный период времени, в то время как на другой стороне лежит корреспондирующая обязанность это исполнение предоставить. В силу принципа свободы усмотрения при реализации гражданских прав, автономии воли субъектов гражданского оборота (пункты 1, 2 статьи 1, пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 9 ГК РФ) названное субъективное право может как реализовываться заказчиком, так и нет; судьба данного обязательства в рамках обозначенной договорной модели полностью зависит от воли и усмотрения управомоченной стороны (заказчика, покупателя).

В рамках второго обязательства («pay» или «плати») субъективное право принадлежит уже другой стороне (исполнителю, поставщику) и может быть ею реализовано независимо от осуществления контрагентом своего права в рамках первого обязательства. Таким образом, контрагент обязан заплатить оговоренную в соглашении сумму, даже если он не получил характерное исполнение со стороны исполнителя.

Следует заметить, что нарушение принципа возмездности обмена материальными благами в данном случае не происходит, поскольку заказчик получает встречное предоставление в виде дополнительных преимуществ, имеющих самостоятельную стоимость, например, резерв производственных мощностей под его нужды, внеочередное и гарантированное обслуживание в любое время, изъятие с рынков сбыта определенных объемов услуг (товаров, работ) исполнителя специально под заказчика, снижение цены по сравнению с обычными заказчиками, фиксацию цены на длительный срок, приспособление производственной базы исполнителя под нужды заказчика, в том числе посредством капиталовложений в ее реконструкцию, и т.п.).

Разрешая вопрос о допустимости отказа от договора, заключенного с условием «Take or Pay», необходимо исходить из того, что каждый из контрагентов вправе заявить об отказе от реализации принадлежащего ему субъективного права (но не обязанности), так как осуществление права находится полностью в его воле. Так, отказ заказчика надлежит расценивать как его волеизъявление, согласно которому он прекращает на будущее реализацию своего субъективного права в рамках обязательства «бери» и освобождает исполнителя от корреспондирующей обязанности.

Однако отказ заказчика от права получать услугу (обязательство «бери») сам по себе не может устранять имевшиеся у него платежные обязанности по отношению к исполнителю (обязательство «плати»). При обратном подходе исполнение такой обязанности ставится в зависимость от желания должника, что противоречит природе и понятию обязательства как правоотношения, накладывающего бремя на обязанное лицо (статья 307 ГК РФ), от которого оно может освободиться только надлежащим исполнением. Возможность обусловить исполнение отдельного обязательства обстоятельствами, зависящими от воли стороны (статья 327.1 ГК РФ), не означает допустимость ситуации, когда волеизъявление стороны на исполнение этого обязательства ничем не ограничено («заплачу, если захочу»).

Таким образом, в рамках договорной модели «Take or Pay» при отказе заказчика от получения характерного предоставления (от обязательства «бери») исполнение им обязанности в рамках обязательства «плати» может быть оценено как плата за отказ от договора (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 310 ГК РФ), исчисляемая из согласованного сторонами периода действия условия «Take or Pay». Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», по смыслу пункта 3 статьи 310 ГК РФ обязанность по выплате указанной в нем денежной суммы возникает у соответствующей стороны в результате осуществления права на односторонний отказ от исполнения обязательства, то есть в результате расторжения договора (пункт 2 статьи 450.1 ГК РФ). Если иное не предусмотрено законом или договором, с момента осуществления такого отказа первоначальное обязательство прекращается и возникает обязательство по выплате определенной денежной суммы.

Стороны договора (тем более, если они обе осуществляют предпринимательскую деятельность и занимают равные договорные позиции) вправе установить иной режим определения последствий отказа от договора, отличный от того, который указан в пункте 1 статьи 782 ГК РФ. В частности, односторонний отказ стороны от договора, исполнение которого связано с осуществлением обеими его сторонами предпринимательской деятельности, может быть обусловлен необходимостью выплаты определенной денежной суммы другой стороне (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах»). В таком случае отказ заказчика от получения услуг по договору не исключает сохранение за ним платежных обязательств.

В рассматриваемом случае принцип «Таке or Рау» (бери или плати), как и правовой подход к его применению, сформированный Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении  от 20.08.2021 № 305-ЭС21-10216 по делу № А40-328885/2019, судами фактически не были применены, доводы истца, организация взаимоотношений сторон, эквивалентность взаимных предоставлений судами не оценивались.  

Истец указывал, что ответчик в соответствии с соглашением о договорной цене № 1 от 30.08.2022 получил встречное предоставление в виде дополнительных преимуществ, имеющих самостоятельную стоимость (фиксацию цены на длительный срок (7 месяцев), снижение цены по сравнению с другими покупателями, резерв производственных мощностей завода, что гарантировало поставку согласованного объема товара, который был фактически изъят с рынка, поскольку был зарезервирован за ответчиком), а истец, обеспечивший ответчику получение согласованного объема товара, который предполагался заказанным, оказался лишен предусмотренной п. 4.2 соглашения гарантированной выплаты за нарушение обязательства ответчиком.

Между тем в силу ч. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Истец указывал, что исключение ответственности ответчика приводит к существенному нарушению балансов интересов сторон в пользу недобросовестного ответчика и приводит к утрате того, что истец, исполнивший свои обязательства надлежащим образом, вправе был рассчитывать при заключении договора.

При указанных обстоятельствах суд кассационной инстанции приходит к выводу, что судами не установлены все обстоятельства дела, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора и необходимые для принятия законного и обоснованного судебного акта, нарушены нормы материального и процессуального права, в связи с чем, обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в силу пункта 3 части 1 статьи 287, части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть вышеизложенное, полно и всесторонне, с учетом правовой позиции Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, сформированной в определении  от 20.08.2021 № 305-ЭС21-10216 по делу № А40-328885/2019, исследовать и оценить имеющиеся в деле доказательства, при необходимости принять меры к получению дополнительных доказательств и выяснению обстоятельств, приведенных в постановлении, в том числе касающихся взаимоотношений сторон (установить, были ли прекращены взаимоотношения по договору поставки № ДК-RU03-0685-2022 от 04.07.2022 и в какой момент, была ли нарушена эквивалентность взаимных предоставлений при их прекращении), проверить все заявленные сторонами доводы, проверить расчет штрафа на предмет соответствия обстоятельствам дела, принять судебный акт при правильном применении норм материального и соблюдении норм процессуального права, в котором указать мотивы, по которым суд согласился с доводами и возражениями участвующих в деле лиц или отклонил их, со ссылкой на нормы права.

Руководствуясь статьями  284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 27.11.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2024 по делу № А40-217748/2023 отменить. Направить дело № А40-217748/2023 на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

 

Председательствующий-судья                                                             А.Н. Нагорная  

Судьи:                                                                                                        А.А. Гречишкин 

                                                                                                          О.В. Каменская