АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-3365/2022

г. Петропавловск-Камчатский

02 мая 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 26 апреля 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 02 мая 2023 года.

 

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску Рыболовецкой артели «Колхоз красный труженик» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в лице члена артели ФИО2, 

соистец: член Рыболовецкой артели «Колхоз красный труженик» ФИО3

к ФИО4

о взыскании 1 000 000 руб. убытков,

от истца:

от ФИО2 (посредством веб-конференции): ФИО5 – представитель по доверенности от 07.11.2022 (бланк 41 АА 0857014) и от 23.03.2023 (бланк 41АА 0877483), диплом № 398-5,

от ФИО3 (посредством веб-конференции): ФИО5 – представитель по доверенности от 18.11.2022, диплом № 398-5,

от Артели: ФИО6 – представитель по доверенности от 11.04.2023, диплом № 1292,

от ответчика: ФИО7 – представитель по доверенности от 10.04.2023, диплом № 107724 190941,

установил:

ФИО2 (далее – ФИО2; место жительства: 684111, Камчатский край, Усть-Большерецкий район, с. Запорожье), действуя как член Рыболовецкой артели «Колхоз красный труженик» (далее – Артель; адрес: 684111, 

<

...>) 05.07.2022 обратилась в арбитражный суд с иском к председателю Артели ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик, место жительства: 684111, Камчатский край, Усть-Большерецкий район, п. Озерновский) о взыскании 1 000 000 руб. убытков. 

Требования изначально заявлены истцом со ссылкой на статьи 53, 53.1, 65.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статью 17 Федерального закона от 08.05.1996 № 41-ФЗ «О производственных кооперативах» (далее – Закон № 41-ФЗ) и мотивированы выведением ответчиком в период с 01.09.2019 по октябрь 2020 года денежных средств Артели с расчетного счета, открытого в ликвидированном Акционерном Камчатском Коммерческом Агропромбанке «Камчаткомагропромбанк», не на счета Артели, а на счета ответчика и аффилированных с ним лиц.

Какие-либо документы, подтверждающие доводы истца, к иску не прилагались, в связи с чем суд определением от 08.07.2022 предложил истцу представить доказательства всем доводам, изложенным в иске, в части присвоения ответчиком денежных средств Артели.

27.07.2022 от ФИО2 поступило заявление об отказе от иска, отозванное последующим заявлением от 14.09.2022, в связи с чем ранее заявленный отказ от иска судом не рассматривался.

Также в указанном заявлении ФИО2 отзывала выданные ею доверенности, вместе с тем, поскольку выданные ею доверенности, в частности, доверенности на имя ФИО8 от 07.11.2022 (бланк 41 АА 0857014) и от 23.03.2023 (бланк 41АА 0877483), являются нотариально удостоверенными, и доказательств, подтверждающих соблюдение процедуры отмены нотариально удостоверенной доверенности, суду не представлено, и на сайте Федеральной нотариальной палаты не зарегистрированы распоряжения об отмене этой доверенности, ФИО8 в ходе рассмотрения дела допускался к участию в процессе в качестве представителя ФИО2

26.07.2022 от члена рыболовецкой артели ФИО3 (далее – ФИО3; место жительства: 684111, Камчатский край, Усть-Большерецкий район, с. Запорожье) поступило ходатайство о вступлении в дело на основании части 3 статьи 225.2 АПК РФ именно в качестве соистца (а не как присоединившийся к иску участник), рассмотрев которое, суд признал ходатайство подлежащим удовлетворению и привлек ФИО3 к участию в деле в качестве соистца на основании статьи 46, части 3 статьи 225.2 АПК РФ, о чем вынесено определение от 14.09.2022.

Этим же определением от 14.09.2022 суд удовлетворил ходатайство ФИО2 и истребовал в Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» сведения обо всех перечислениях (транзакциях) принадлежащих Рыболовецкой артели «Колхоз красный труженик» денежных (валютных) средств, находящихся в Акционерном Камчатском Коммерческом Агропромбанке «Камчаткомагропромбанк», в период процедуры несостоятельности (банкротства) банка.

Также суд повторно обязал соистцов представить доказательства всем доводам, изложенным в иске, в части присвоения ответчиком денежных средств артели, и расчет убытков. Непосредственно ФИО3 предложено дополнительно указать обстоятельства, на которых основаны ее требования к ответчику.

Определением от 09.11.2022 суд повторно истребовал вышеуказанные сведения в Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (к дате заседания информация не поступила), а также по ходатайству ФИО3 истребовал в Банке ВТБ (ПАО) выписку по расчетному счету № 

<

***>, принадлежащему Рыболовецкой артели «Колхоз красный труженик», за период с 01.09.2019 по 30.09.2020, поскольку согласно представленной в материалы дела информации в ходе процедуры ликвидации кредитного учреждения принадлежащие Артели денежные средства, остававшиеся на его счете в ликвидируемом банке, перечислялись именно на этот счет.

Ввиду неисполнения соистцами требований определений суда от 08.07.2022 и от 14.09.2022, суд определением от 09.11.2022 в очередной раз предложил им представить доказательства всем доводам, изложенным в иске, в части присвоения ответчиком денежных средств артели, и расчет убытков. Непосредственно ФИО3 снова предложено дополнительно указать обстоятельства, на которых основаны ее требования к ответчику.

Протокольным определением от 07.12.2022 судебное заседание в очередной раз отложено, определением от 07.12.2022 в Банке ВТБ (ПАО) повторно истребована выписка по расчетному счету № 

<

***>, принадлежащему Рыболовецкой артели «Колхоз красный труженик», за период с 01.09.2019 по 30.09.2020 (к дате заседания информация не поступила), и дополнительно аналогичную выписку, заверенную кредитным учреждением, предложено представить ответчику.

В судебном заседании 01.02.2023 судом озвучены все поступившие по запросам суда документы, с которыми участники спора ознакомились заблаговременно, а также поступившее до начала судебного заседания ходатайство ФИО3 об уточнении исковых требований от 30.01.2023.Представитель истцов на вопрос суда подтвердил, что действуя одновременно от двух истцов (ФИО2 и ФИО3), изменяет поданным заявлением основания исковых требований, а именно: первоначально причинение Артели убытков истцы связывали с выведением денежных средств Артели с расчетного счета, открытого в ликвидированном банке, не на счета Артели, а на счета ответчика и аффилированных с ним лиц, но с учетом собранных по делу документов истцы связывают возникновение убытков не с ранее указанными обстоятельствами, а с тем, что согласно предоставленной выписке по счету денежные средства Артели в значительном размере перечислены на депозитный счет Артели без согласования этих операций с членами правления, наблюдательным советов, участниками Артели, откуда в последующем перечислены на счета аффилированных с ответчиком лиц.

Протокольным определением от 01.02.2023 суд принял изменение истцами оснований исковых требований.

С учетом изменившегося основания иска, представитель истцов заявил ходатайство об истребовании в ПАО Банк ВТБ договора об открытии депозитного счета и выписки по депозитному счету, однако поскольку по предложению суда представитель Артели изъявил готовность предоставить суду названные документы, представитель истца снял с рассмотрения ходатайство об истребовании доказательств.

Протокольным определением от 01.02.2023 судебное заседание отложено, ответчику и Артели предложено представить дополнение к отзыву с учетом изменения истцами оснований исковых требований, а также подлинник (на обозрение) и копию (для приобщения к материалам дела) договора об открытии депозитного счета и выписку по счету согласно ходатайству истцов от 30.01.2023 и от 31.01.2023.

Ответчиком в материалы дела представлены дополнительные возражения по иску с приложенными к нему документами, которые, по утверждению ответчика и представителя Артели, являются договором об открытии депозитного счета и выпиской по нему. Подлинники указанных документов представитель Артели не представил, указав на отсутствие такой возможности ввиду удаленного нахождения документов. 

Представитель соистцов выразил сомнение в достоверности представленных ответчиком документов, в связи с чем повторно заявил ходатайство об истребовании в ПАО Банк ВТБ договора об открытии депозитного счета и выписки по депозитному счету, и поскольку возражений против удовлетворения данного ходатайства от участников процесса не поступило, суд определением от 01.03.2023 истребовал в Банке ВТБ (ПАО) копию договора ГСД 19-0215-2 от 11.02.2019, заключенного с Артелью на открытие депозитного счета, и выписку по депозитному счету Артели, открытому в Банке ВТБ (ПАО) на основании договора ГСД 19-0215-2 от 11.02.2019, за период с 11.02.2019 по настоящее время. 

Протокольным определением от 01.03.2023 судебное заседание отложено на 26.04.2023.

21.03.2023 представил суду сведения, истребованные определением от 01.03.2023. 

21.04.2023 от представителя соистцов поступило ходатайство об отложении судебного заседания, в котором сообщается, что 31.03.2023 полномочия ответчика в должности председателя прекращены, председателем кооператива избран ФИО9 (далее – ФИО9), и на сегодняшний день осуществляются мероприятия по инвентаризации активов предприятия, исследованию банковских операций Артели, в том числе за относящийся к исковым требованиям период. В данной связи представитель соистцов просит отложить судебное заседание в целях окончательного формирования исковых требований к бывшему руководителю Артели ФИО4

Представитель Артели ФИО6, действующий по доверенности, выданной ему Артелью в лице нового руководителя, заявленное представителем соистцов ходатайство поддержал, указав, что в связи с назначением в Артели нового руководителя и поздним ознакомлением с материалами дела необходимо дополнительное время с тем, чтобы Артель смогла определиться с правовой позицией по спору. На сегодняшний день правовая позиция у нового руководства Артели по заявленным требованиям отсутствует. На вопрос суда представитель Артели подтвердил, что новый руководитель (ФИО9) является членом кооператива в течение длительного периода времени, однако указал, что сведения о хозяйственно-финансовой деятельности Артели у него на протяжении этого времени отсутствовали, поскольку бывший руководитель уклонялся от предоставления членам кооператива информации о деятельности Общества. В связи с чем, прежде чем сформировать позицию по спору, новому руководителю необходимо осуществить проверку документации Артели и выяснить, имели ли место в действительности совершение тех действий, которые вменяются бывшему руководителю. При этом представитель Артели указал, что проведению проверки препятствует факт уклонения ответчика от передачи новому руководству документации кооператива. Сообщил, что среди членов Артели на сегодняшний день имеется корпоративный конфликт.

Представитель ответчика против удовлетворения ходатайства возражал, ссылаясь на злоупотребление соистцами своими процессуальными правами, поскольку они используют суд с целью истребования в компетентных органах различных документов, но до настоящего времени так и не представили доказательств своим доводам. Как пояснил представитель ответчика, рассматриваемый спор используется обратившимися с иском участниками с целью дискредитации ФИО4, поскольку на собрании 31.03.2023, на котором ответчик отстранен от должности, факт возбуждения в отношении него рассматриваемого дела использовался как свидетельство недобросовестного выполнения ответчиком своих должностных обязанностей, а ответчик фактически обвинен в краже денежных средств компании. Представитель ответчика подтвердил наличие в Артели корпоративного конфликта. Дополнительно обратил внимание, что соистец ФИО2 уже не является членом кооператива, а второй соистец ФИО3 после возбуждения производства по делу, существенно изменила изначально предъявленные требования, но доказательств, подтверждающих причинение Артели убытков действиями ответчика, так и не предоставила. 

Рассмотрев ходатайство представителя обратившихся с иском участников кооператива, суд не нашел оснований для его удовлетворения. 

По смыслу статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств (часть 5 статьи 158 АПК РФ). Обязательное отложение судебного заседания предусмотрено только в двух случаях: когда это прямо предусмотрено АПК РФ, и в случае неявки в судебное заседание лица, участвующего в деле, если в отношении этого лица у суда отсутствуют сведения об извещении его о месте и времени судебного разбирательства. При этом из содержания частей 3, 4, 5 статьи 158 АПК РФ следует, что если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство о его отложении, то совершение данного процессуального действия является правом суда, а не обязанностью. 

Указанные нормы предоставляют возможность суду отложить рассмотрение дела по ходатайству отсутствующего лица в случае, если его отсутствие приведет к невозможности всестороннего объективного рассмотрения дела.

Поданное представителем ФИО2 и ФИО3 ходатайство мотивировано проводимой в Артели инвентаризацией активов предприятия, исследованием банковских операций кооператива, в том числе за относящийся к исковым требованиям период времени, по итогам которых, как полагает представитель, будут обнаружены некие доказательства, подтверждающие требования участников кооператива, что даст возможность окончательно сформировать исковые требования. При этом как и новый представитель Артели, представитель ФИО2 и ФИО3 утверждал, что иным образом получить документы о деятельности Артели ранее не удавалось вследствие уклонения ответчика от их предоставления участникам кооператива.

Вместе с тем в подтверждение приводимых в ходатайстве доводов представителем ФИО2 и ФИО3 не указано, какие именно документы должны быть обнаружены в процессе инвентаризации, которые соистцы намерены предоставить суду с целью формирования и подтверждения исковых требований. 

Более того, суду не представлено ни доказательств проведения в Артели какой-либо инвентаризации, ни доказательств уклонения бывшего руководителя от передачи документов о деятельности Артели ее новому руководителю, ни доказательств уклонения ФИО4 в период исполнения обязанностей председателя Артели от предоставления ФИО2, ФИО3 или ФИО9 документов о деятельности Артели. 

Исходя из общедоступной информации, размещенной в Картотеке арбитражных дел, в период с 2014 по 2018 годы имел место ряд корпоративных споров по искам участников Артели непосредственно к самой Артели или к ФИО4, в том числе: 

иск ФИО10 о признании незаконным решения от 10.06.2014 о выборе для участия в собрании уполномоченных членов Артели (дело № А24- 4484/2014, в иске отказано); 

совместный иск ФИО10, ФИО11, ФИО9, ФИО12, ФИО13 о признании незаконным решения собрания от 20.06.2014 № 01 по вопросу № 9 о выборе председателя артели (дело № А24-4483/2014, в иске отказано);

иск ФИО14, ФИО13 и Артели о признании незаконным избрания на должность председателя Артели ФИО4 (дело № А24-2461/2015, в иске отказано);

иск ФИО15, ФИО16, ФИО17 о признании недействительными решений собрания членов Артели, оформленных протоколом от 30.04.2015 № 01, о прекращении полномочий ФИО4 в должности председателя Артели и об утверждении в должности председателя Артели ФИО14 (дело № А24-2745/2015, иск удовлетворен, оспариваемые решения признаны недействительными);

иск ФИО9 о признании незаконным решения, отраженного в протоколе № 10 от 16.06.2015 по вопросам 1, 2, 3 относительно подтверждения полномочий ФИО4 в качестве председателя Артели (дело № А24-3570/2015, в иске отказано);

иск ФИО9 об обязании предоставить документы, касающиеся деятельности корпорации (дело № А24-1027/2016, в иске отказано);

иск ФИО9, ФИО18, ФИО15, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28 о признании недействительными решений собрания уполномоченных артели по вопросам повестки № 8 (внесение изменений в устав артели) и № 9 (принятие Положения о выборах органов управления артели), оформленные протоколом от 30.09.2016 № 01 (дело № А24-4191/2016, в иске отказано);

иск ФИО14 о признании недействительным решения собрания от 30.09.2016 по вопросу № 3 об утверждении решения правления об исключении ФИО14 из членов артели (дело № А24-4909/2016, в иске отказано);

иск ФИО9 об обязании внести кандидатуру ФИО9 в список кандидатов для целей участия в следующих выборах на должность председателя Артели (дело № А24-2923/2017, в иске отказано);

иск ФИО9 о признании недействительными (ничтожными) положений параграфа 4 «Органы управления артели» устава Артели как часть сделки (дело № А24-2069/2018, в иске отказано).

На основании пункта 9 части 1 статьи 148 АПК РФ оставлено без рассмотрения исковое заявление ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 о признании недействительным решения от 20.06.2014 по вопросу № 9 (А24-4236/2014).

В связи с отказом от иска прекращено производство по делам, возбужденным на основании исковых заявлений ФИО29 о признании незаконными решений от 10.06.2014 и от 20.06.2014 (А24-4488/2014), Гавриил В.К. о признании незаконным решения собрания ассоциированных Артели, оформленного протоколом от 10.06.2014 (А24-4495/2014), ФИО30 о признании незаконным решения собрания членов Артели от 10.06.2014 (А24-4496/2014) и о признании незаконными решений собраний членов артели от 10.06.2014 и от 20.06.2014 (А24-4497/2014), ФИО31 о признании незаконными решений от 10.06.2014 и от 20.06.2014 (А24-4498/2014) и о признании незаконным решения собрания членов артели от 10.06.2014 (А24-4499/2014), ФИО9 о признании недействительными (ничтожными) положений параграфа 4 «Органы управления артелью» устава рыболовецкой артели «Колхоз Красный труженик» (А24-3798/2016)

Также на основании пункта 4 части 1 статьи 129 АПК РФ возвращены исковые заявления ФИО29 о признании незаконным решения собрания членов артели от 10.06.2014 (№ А24-4489/2014), Гавриил В.К. о признании незаконными решений от 10.06.2014 и от 20.06.2014 (А24-4500/2014), ФИО9 о признании незаконным решения от 19.06.2015 по вопросу о выборе членов Правления артели (А24-3581/2015) и о предоставлении документов о деятельности общества (А24-609/2016), ФИО13 об обязании предоставить информацию о деятельности и копии учредительных документов Артели (А24-1028/2016), ФИО14 об обязании предоставить информацию о деятельности Артели (А24-1029/2016), ФИО14 о признании решения по вопросу № 3 общего собрания членов Артели от 30.09.2016 недействительным (А24-4338/2016), ФИО23 о признании недействительными решений по вопросам № 8 и № 9 общего собрания членов Артели от 30.09.2016 (А24-4339/2016) и аналогичные иски ФИО24 и ФИО25 (А24-4352/2016) и ФИО28 (А24-4908/2016), ФИО32 о признании выборов председателя незаконными (А24-4511/2018).

После 2018 года и вплоть до подачи ФИО2 и ФИО3 рассматриваемого иска сведений о регистрации дел по искам членов кооператива не содержится ни в Картотеке арбитражных дел, ни в системе автоматизации судопроизводства Арбитражного суда Камчатского края. 

Из анализа приведенной информации следует, что требований о предоставлении документов о деятельности Артели участниками ФИО2 и ФИО3 в суд не предъявлялись. Доказательств обращения в иные компетентные органы с жалобой на уклонение ответчика от предоставления документов и сведений о деятельности общества суду не представлено. В такой ситуации утверждение обратившихся в суд участников Артели об уклонении ответчика от передачи членам кооператива какой-либо документации и сведений суд признает безосновательным.

Относительно аналогичных доводов представителя Артели, которую с 31.03.2023 возглавляет ФИО9, суд также обращает внимание, что за весь период ФИО9 лишь дважды обращался в суд с требованием о предоставлении документов о деятельности Артели, причем в первом случае поданный им иск возвращен на основании пункта 4 части 1 статьи 129 АПК РФ (А24-609/2016), а в удовлетворении повторно заявленного аналогичного иска судом отказано в связи с установленной необоснованностью исковых требований (А24-1027/2016). Причем в ходе рассмотрения дела № А24-1027/2016 суд установил факты недобросовестности ФИО9 и злоупотребления им правом на получение информации, ввиду уклонения от дачи пояснений относительно способа получения представленных в материалы дела доказательств. Кроме того, обширное число дел, рассмотренных по искам ФИО9, содержание принятых по этим делам решений свидетельствует о более чем активном участии ФИО9 в корпоративной деятельности, в проводимых Артелью собраниях, в оспаривании принимаемых Артелью документах, намерении занять должность председателя Артели. Доказательств обращения ФИО9 в иные компетентные органы с жалобой на уклонение ответчика от предоставления документов и сведений о деятельности общества суду не представлено.

Таким образом, утверждение о том, что ФИО9 также не владел информацией о деятельности Артели в спорный (исковой) период и не имел возможности получать информацию и документы о финансово-хозяйственной деятельности Артели, поскольку ответчик уклонялся от предоставления таких сведений, суд также признает безосновательным.

С учетом того обстоятельства, что ФИО9 избран председателем Артели 31.03.2023, суд приходит к выводу, что у Артели в лице ее нового руководства имелось достаточно времени для формирования своей правовой позиции по иску ФИО2 и ФИО3 

Ссылка представителя Артели на дату выдачи доверенности (11.04.2023) в данном случае несостоятельна, поскольку, во-первых, с даты выдачи доверенности представитель имел возможность ознакомиться с делом заблаговременно, а не накануне судебного разбирательства (в частности, 18.04.2023 представитель уже принимал участие от имени Артели при рассмотрении дела А24-491/2023), а во-вторых, новый руководитель Артели избран на должность значительно ранее даты выдачи доверенности и также имел возможность организовать ознакомление с материалами дела непосредственно после вступления в должность, в связи с чем подача ходатайства об ознакомлении с материалами дела за три дня до судебного заседания не может расцениваться как добросовестное осуществление процессуальных прав. 

Более того, смена руководителя Артели, вопреки утверждению, приведенному в ходатайстве Артели об ознакомлении с материалами дела от 24.04.2023, не является основанием для прекращения полномочий представителей Артели по ранее выданным Артелью доверенностям. В частности, на протяжении всего судебного разбирательства представительство Артели осуществляла ФИО33 по доверенностям от 11.01.2022 (сроком на 1 год) и от 09.01.2023 (сроком на 1 год), и в установленном порядке сведений об отзыве выданной указанному представителю доверенности в Арбитражный суд Камчатского края не поступало. Из чего следует, что на ознакомление с делом новый руководитель Артели мог уполномочить, в том числе, указанного представителя. 

Доводы о том, что правовая позиция Артели может быть сформирована лишь после изучения документации Артели за спорный период, а проведению проверки документации Артели препятствует факт уклонения ответчика от передачи новому руководству документации кооператива, также отклоняются судом как документально не подтвержденные, поскольку, как отмечено ранее, суду не представлено ни доказательств проведения инвентаризации документов Артели, ни доказательств уклонения ФИО4 от передачи документов новому руководству, а также уклонения от передачи документов и сведений о деятельности Артели членам кооператива на протяжении всего периода исполнения обязанностей председателя Артели. 

При этом анализ приведенной статистики судебных корпоративных споров членов Артели в совокупности с пояснениями сторон в судебном заседании свидетельствует о длительном корпоративном конфликте в Артели, в том числе по вопросу управления и избрания руководителя, который продолжается до настоящего времени. 

За весь период нахождения рассматриваемого дела в суде (с июля 2022 года) обратившиеся с иском участники Артели не представили суду какие-либо доказательства в обоснование заявленных требований, не представили расчет исковых требований, все заявленные соистцами ходатайства об истребовании доказательств судом удовлетворены, истребованные документы представлены, однако, несмотря на это, исковые требования до настоящего времени, как указывает представитель соистцов в ходатайстве об отложении, «окончательно не сформированы», в то время как с учетом принятых судом уточнений поддерживаемые соистцами исковые требования имеют конкретный предмет и уточненные основания.

Ходатайствуя об отложении судебного заседания, представитель соистцов не указывает, какие еще необходимые для формирования исковых требований документы ему требуются и как они могут повлиять на рассмотрение спора, а также не представляет документально подтвержденных сведений о месте нахождения этих документов и о принятых мерах к их получению.

Исходя из приведенных обстоятельств, суд расценивает заявленное представителем ФИО2 и ФИО3 ходатайство об отложении судебного заседания, поддержанное представителем Артели, применительно к части 5 статьи 159 АПК РФ как направленное на необоснованное затягивание судебного процесса и воспрепятствование принятию судебного акта по существу спора, что является самостоятельным основанием для отказа в его удовлетворении.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд пришел к выводу о том, что заявленные причины для отложения судебного разбирательства, к тому же не подтвержденные документально, не создают безусловных препятствий для рассмотрения спора по существу, в связи с чем признал ходатайство необоснованными, а отложение рассмотрения дела на другую дату – нецелесообразным, исходя из принципов процессуальной экономии и обеспечения участникам спора равных условий для раскрытия всех имеющихся доказательства, которыми они воспользовались в той мере, в какой сочли необходимым, неся соответствующие процессуальные последствия (статьи 8, 9 АПК РФ). 

По результатам разрешения ходатайства об отложении судебного заседания представитель ФИО2 и ФИО3 заявил ходатайство об объявлении перерыва в судебном заседании. В обоснование ходатайства представитель истца указал, что не готовился к рассмотрению спора по существу, поскольку рассчитывал на удовлетворение ходатайства об отложении судебного разбирательства. 

Рассмотрев ходатайство представителя обратившихся с иском участников кооператива, суд отказал в его удовлетворении, поскольку неподготовленность представителя к судебному заседанию не является уважительной причиной для отложения рассмотрения дела и влечет нарушение баланса интересов сторон и прав ответчика, подготовившегося к процессу надлежащим образом, на своевременное судебное разбирательство. 

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему выводу. 

Как следует из материалов дел, Артель создана 19.09.1993 в организационно-правовой форме сельскохозяйственный производственный кооператив.

В период с 20.02.2016 (исходя из записи в ЕГРЮЛ) по 31.03.2023 ответчик являлся председателем кооператива.

По мнению соистцов и в соответствии с их требованиями, уточненными в порядке статьи 49 АПК РФ в части правовых оснований иска (протокольное определение от 01.02.2023), в период осуществления полномочий руководителя Артели ФИО4 причинил кооперативу убытки в сумме 1 000 000 руб. тем, что согласно предоставленной в материалы дела выписке по счету денежные средства Артели в значительном размере перечислены на депозитный счет Артели без согласования этих операций с членами правления, наблюдательным советов, участниками Артели, откуда в последующем перечислены на счета аффилированных с ответчиком лиц.

Учитывая организационно-правовую форму Артели, а также существо рассматриваемых требований, при рассмотрении дела подлежат применению, помимо норм ГК РФ, положения Закона № 41-ФЗ, Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» (далее – Закон № 193-ФЗ), а также разъяснения, приведенные в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62).

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ, пункта 1 статьи 53.1, статьи 28 Закона № 193-ФЗ во взаимосвязи с разъяснениями, приведенными в абзаце третьем пункта 1 Постановления № 62, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности единоличный исполнительный орган по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

По смыслу статьи 53.1 ГК РФ правом на иск о возмещении причиненной корпорации убытков наделена не только сама корпорация, но также ее участники, которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением

В соответствии с частью 4 статьи 53, частью 1 статьи 225.8 АПК РФ участник юридического лица при рассмотрении арбитражным судом корпоративного спора пользуется процессуальными правами и несет процессуальные обязанности истца, поскольку является законным представителем юридического лица, а также обладает правом требовать принудительного исполнения решения арбитражного суда в пользу этого юридического лица, как материального истца и фактического взыскателя (часть 2 статьи 225.8 АРК РФ, пункт 11 Постановления № 62).

Как разъяснено в абзаце первом пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

Лицо, уполномоченное выступать от имени корпорации, также является представителем корпорации при рассмотрении названных требований наряду с предъявившим их участником корпорации. Иные участники корпорации, несогласные с заявленными требованиями, вправе вступить в дело на стороне ответчика в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований.

При этом участник корпорации, инициировавший судебное разбирательство, действует не только в интересах корпорации как ее представитель, но и преследует свой опосредованный (косвенный) интерес (а поэтому, по сути, является косвенным истцом), который обосновывается наличием у участника как у обратившегося истца материально-правового требования, обусловленного недопущением причинения ему ущерба как участнику корпорации.

Изложенное согласуется и с положениями части 1 статьи 4 АПК РФ, которая предполагает наличие заинтересованности у лица, обращающегося в суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, в инициированном судебном разбирательстве. 

Анализ приведенных положений свидетельствует о том, что правом на иск от имени корпорации участник корпорации обладает до тех пор, пока является ее участником. Утрата участником корпорации статуса ее участника лишает его права на защиту своих корпоративных прав и, в частности, права на иск от имени корпорации о возмещении причиненных корпорации убытков (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.12.2003 № 9736/03, от 09.12.2003 № 12257/03, от 03.02.2004 № 13732/03, от 06.12.2005 № 9688/05, от 08.12.2009 № 10220/09, от 02.11.2010 № 7981/10, определения Верховного Суда Российской Федерации от 22.04.2021 № 305-ЭС21-4605, от 15.03.2016 № 304-ЭС15-1316). 

Таким образом, отсутствие у обратившегося с иском лица статуса члена кооператива исключает его заинтересованность в рассмотрении этого иска и лишает вышеприведенных прав, предоставленных законом только действующему участнику корпорации, ввиду отсутствия у такого лица прав и законных интересов, подлежащих судебной защите.

Как утверждает ответчик, первоначальный истец ФИО2 на день судебного разбирательства не является членом Артели. Ответчиком представлены документы, из которых следует, что 22.07.2022 ФИО2 подала в Артель заявление об увольнении с 03.08.2022, а 02.08.2022 – заявление о выходе из членов Артели в связи с увольнением. На основании указанных документов ФИО2 уволена и исключена из числа членов кооператива с возвратом ей трудовой книжки. 

При этом суду не представлены приказ об увольнении, решение об исключении или о назначении к рассмотрению вопроса об исключении ФИО2 из числа участников кооператива, хотя доводы об отсутствии у данного истца статуса члена Артели заявлялся ответчиком неоднократно на протяжении рассмотрения дела и возражений по данному утверждению со стороны представителя ФИО2 не поступало.

Тем не менее, ввиду отсутствия достаточных документов, свидетельствующих об утрате ФИО2 статуса члена кооператива, принимая во внимание наличие второго истца ФИО3, а также исходя из специфики рассматриваемого корпоративного спора и приведенных разъяснений пункта 32 Постановления № 25, суд рассматривает заявленный спор по существу.  

По смыслу разъяснений, приведенных в Постановлении № 62, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Ответственность органов управления за причиненные обществу убытки является гражданско-правовой ответственностью, регулируемой по общим правилам гражданского законодательства о причинении вреда, в частности, статьей 15 ГК РФ, в силу которой под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было бы нарушено (упущенная выгода).

Согласно статье 15 ГК РФ применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно лишь при наличии определенных условий. 

В частности, как разъяснено в пункте 12 Постановления № 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. 

В пункте 6 Постановления № 62 также разъяснено, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ), а также наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями. Обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к ответственности единоличном исполнительном органе.

Привлечение к ответственности руководителя зависит от того, действовал ли он при исполнении возложенных на него обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа.

В соответствии с пунктом 7 Постановления № 62 не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков, сам по себе, тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Вместе с тем в силу разъяснений, указанных в абзаце втором пункта 1 Постановления № 62, арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе, не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений и разумности их действий, закрепленной в пункте 5 статьи 10 ГК РФ, именно на истца возложена обязанность доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Данный вывод также нашел свое отражение в абзаце третьем пункта 1 Постановления № 62.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Проанализировав заявленные сторонами доводы и представленные ими доказательства, суд приходит к выводу о недоказанности совокупности обстоятельств, положенных в основание исковых требований, а именно: не доказана не только недобросовестность, неразумность действий ответчика, наличие в его действиях прямого умысла в причинении Артели убытков, но и сам факт того, что Артели причинены убытки вследствие тех обстоятельств, которые положены соистцами в основу заявленных требований.

В частности, первоначально причинение Артели убытков истцы связывали с выведением ответчиком в период с 01.09.2019 по октябрь 2020 года денежных средств Артели с расчетного счета, открытого в ликвидированном Акционерном Камчатском Коммерческом Агропромбанке «Камчаткомагропромбанк», не на счета Артели, а на счета ответчика и аффилированных с ним лиц.

В опровержение указанных доводов ответчик представил суду уведомление Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» от 15.05.2019, согласно которому остаток денежных средств Артели на счете, открытом в ликвидируемом кредитном учреждении, составлял 401 312 941,24 руб. По требованию Артели указанные денежные средства возвращены на расчетный счет кооператива (принадлежность счета Артели материалами дела также подтверждена) платежными поручениями от 17.09.2020 № 443331, от 28.05.2020 № 231098, от 19.03.2020 № 142718, от 20.01.2020 № 18780, от 30.09.2019 № 483845.

Согласно ответу Межмуниципального отдела МВД Российской Федерации «Усть-Большерецкий» от 05.07.2022 по факту рассмотрения обращения ФИО2 о проверке законности переведенных денежных средств, ранее находившихся на счетах в Акционерном Камчатском Коммерческом Агропромбанке «Камчаткомагропромбанк», исследованы передвижения денежных средств Артели и установлено, что все находившиеся на счете в ликвидированном банке денежные средства Артели возвращены на расчетный счет Артели в полном объеме; какие-либо денежные средства при ликвидации банка на счета ФИО4 или третьих лиц не поступали, денежных средств с данных операций он не присваивал. 

По ходатайству соистцов судом истребована в Банке ВТБ (ПАО) выписка по расчетному счету № 

<

***>, принадлежащему Артели, на который производился возврат денежных средств, за период с 01.09.2019 по 30.09.2020, анализ которой подтвердил вышеизложенные обстоятельства о возврате денежных средств со счетов ликвидированного банка непосредственно на счет Артели, а не ФИО4 либо иных лиц.

Изучив выписку Артели, соистцы изменили правовые основания заявленных требований, усмотрев в представленной в материалы дела выписке по вышеуказанному расчетному счету наличие у Артели депозитного счета. В качестве нового правового основания исковых требований соистцы указали на то, что согласно предоставленной выписке по счету денежные средства Артели в значительном размере перечислены на депозитный счет Артели без согласования этих операций с членами правления, наблюдательным советов, участниками Артели, откуда в последующем перечислены на счета аффилированных с ответчиком лиц (протокольное определение от 01.02.2023).

По ходатайству соистцов судом в ПАО Банк ВТБ истребован договор об открытии Артелью депозитного счета и выписка по нему за период с 11.02.2019 по настоящее время, и 21.03.2023 банк представил суду запрошенные сведения.

При этом из представленных банком документов не следует, что денежные средства с депозитного счета Артели перечислены на счета самого ответчика либо аффилированных с ним лиц. Напротив, представленные банком сведения свидетельствуют о том, что денежные средства на депозитном счете поступали со счета № 

<

***> и возвращались на этот же счет, который, как указано выше, принадлежит Артели. 

Более того, соистцами не названы непосредственно сами лица, которых они считают аффилированными с истцом, равно как и не представлены аргументы и доказательства их аффилированности. 

 Также истцами не представлено аргументированного документального обоснования тому, что денежные средства, которые перечислялись на депозит, являлись для Артели крупными финансовыми операциями, подлежащими согласованию с членами правления, наблюдательным советов Артели, участниками Артели, и что ответчик производил перечисление денежных средств, минуя такое согласования, и в результате этого Артели причинены заявленные убытки.

При этом суд обращает внимание, что сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой (статья 173.1 ГК РФ), тогда как доказательств оспаривания в установленном порядке договора о депозитном счете суду не представлено, а сами по себе действия руководителя корпорации по перечислению денежных средств Артели по ее же собственным счета в отсутствии доказательств возникших в результате этого убытков не свидетельствуют о недобросовестности или неразумности таких действий. 

Суд, при этом, не усматривает в действиях ответчика недобросовестности и неразумности, а истцы вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не опровергли установленную статьей 10 ГК РФ презумпцию добросовестности ответчика.

Более того, судом приняты во внимание представленные ответчиком ревизионные заключения за 2019-2021 годы, из которых следует, что по результатам проверки финансово-хозяйственной деятельности Артели, достоверности бухгалтерской отчетности, соответствия порядка ведения бухгалтерского учета, соблюдения требований законодательства и устава нарушений не выявлено как и обстоятельств, которые влекут (могут повлечь) ухудшение результатов финансово-хозяйственной деятельности Артели.  

Иных документов, подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска (перечисление денежных средств Артели в значительном размере на депозитный счет Артели без согласования этих операций с членами правления, наблюдательным советов, участниками Артели, а затем на счета аффилированных с ответчиком лиц) истцами вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ суду не представлено.

В свою очередь, суд не вправе за истцов совершать какие-либо процессуальные действия, в том числе по сбору доказательств с целью подтверждения обоснованности исковых требований, поскольку это является нарушением принципа состязательности и равноправия сторон. 

Стороны в арбитражном процессе пользуются равными правами на заявление ходатайств, представление доказательств, участие в их исследовании, представление суду своих доводов и объяснений, осуществление иных процессуальных прав и обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом. При этом согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ, часть 3 статьи 41 АПК РФ).

В силу статей 8 и 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе принципов равноправия и состязательности. Сбор доказательств является обязанностью участвующих в деле лиц, которые должны проявить в этом вопросе должную активность, а суд лишь оказывает этим лицам содействие в получении доказательств. Порядок оказания судом содействия сторонам в сборе доказательств по делу регламентирован положениями статьи 66 АПК РФ).

Вместе с тем наличие в процессуальном законодательстве правил об оказании судом содействия участникам спора в получении доказательств не означает, что указанные лица могут в полном объеме переложить на суд сбор доказательств.

Таким образом, в силу закрепленного в АПК РФ принципа состязательности задача лиц, участвующих в деле, собрать и представить в суд доказательства, подтверждающие их правовые позиции. 

Арбитражный суд, не являясь самостоятельным субъектом собирания доказательств и сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Исходя из изложенного, каждая сторона должна самостоятельно принимать решения о представлении или непредставлении тех или иных доказательств суду, избирая ту или иную стратегию защиты своих прав. В свою очередь, суд, являясь независимой стороной, обязан разрешить спор на основе доказательств, представленных сторонами по собственному волеизъявлению.

В настоящем споре истцы, не собрав достаточных доказательств в обоснование своих требований и не представив доказательств отсутствия возможности самостоятельно получить необходимые для рассмотрения дела документы (в том числе, конкретизировав такие документы), фактически переложил на суд бремя доказывания обстоятельств, на которых истцы основывают свои требования, что противоречит положениям части 1 статьи 65 АПК РФ.

В обоснование заявленных требований истцы ссылаются лишь на свои предположения, касающиеся недобросовестности ответчика и вероятности причинения ответчиком убытков кооперативу, на которых не может быть построен отказ лица от обязанности доказывать те обстоятельства, на которые оно ссылается.

В ходе разрешения спора у сторон имелось достаточно времени для подготовки своей позиции по делу, представления доказательств в обоснование своих требований и возражений. Стороны воспользовались своими процессуальными правами в той мере, в какой сочли необходимым. Последствия совершения или несовершения соответствующих процессуальных действий является их риском (статья 9 АПК РФ).

В отсутствие достаточного объема доказательств, достоверно подтверждающих обоснованность заявленных исковых требований, оснований для удовлетворения таких требований не имеется. 

Учитывая вышеприведенные нормы, суд приходит к выводу о том, что истцы, являясь участником арбитражного процесса и неся риск совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе по представлению доказательств в материалы дела, не доказали вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ факта причинения Артели каких-либо убытков, факта недобросовестности (неразумности) действий ответчика и наличие причинно-следственной связи между первым и вторым фактом.

Таким образом, истцами не доказана необходимая совокупность обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ответчика как бывшего руководителя Артели к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания спорных убытков, в связи с чем правовых оснований для удовлетворения исковых требований по заявленным основаниям не имеется.

В связи с отказом в иске понесенные истцами расходы по оплате государственной пошлины возмещению не подлежат.

При этом учитывая процессуальное соучастие на стороне истца и положения части 3 статьи 225.8 АПК РФ, согласно которой судебные расходы, связанные с рассмотрением дела по иску участников юридического лица о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу, несут такие участники в равных долях, ФИО2 надлежит возвратить из федерального бюджета половину уплаченной ею государственной пошлины, что составляет 11 500 руб.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета 11 500 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                                                                            О.А. Душенкина