СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-16094/2020(3)-АК

Дело № А60-2345/2018

01 марта 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 февраля 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 01 марта 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,

судей                                           Гладких Е.О., Даниловой И.П., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при проведении судебного заседания с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» при участии:

заявителя жалобы - конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Алапаевский Металлургический Завод» ФИО2: ФИО3, доверенность от 09.08.2019;

в Семнадцатом арбитражном апелляционном суде: 

от лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, ФИО4: ФИО5, доверенность от 08.11.2021;

от лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, ФИО6: ФИО5, доверенность от 08.11.2021, паспорт; 

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 07 сентября 2022 года, 

об отказе в удовлетворении заявления ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц,

вынесенное в рамках дела №А60-2345/2018 

о признании несостоятельным (банкротом) открытого акционерного общества «Алапаевский Металлургический Завод» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.01.2018 принято к производству заявление ФИО7 (далее - ФИО7) о признании открытого акционерного общества «Алапаевский Металлургический Завод» (далее – ОАО «Алапаевский Металлургический Завод», должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.04.2018 заявление ФИО7 признано обоснованным; в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциация ведущих арбитражных управляющих «ДОСТОЯНИЕ».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «КоммерсантЪ» от 21.04.2018 №70.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 19.09.2018 ОАО «Алапаевский Металлургический Завод» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложена на арбитражного управляющего ФИО2

Определением арбитражного суда от 29.10.2018 конкурсным управляющим ОАО «Алапаевский Металлургический Завод» утвержден ФИО2 

14.09.2021 конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором, с учетом принятого в дальнейшем в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнения требований, просил привлечь контролировавших должника лиц ФИО8 (далее – ФИО8), ФИО9 (далее – ФИО9), ФИО4 (далее – ФИО4), ФИО10 (далее – ФИО10), ФИО11 (далее – ФИО11), ФИО12 (далее - ФИО12)  и ФИО6 (далее - ФИО6) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 2 статьи 61.11, статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и о взыскании с них солидарно денежных средств в размере 1 262 245 508,60 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.09.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, вынести новый об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на нарушение судом норм процессуального права. 

В апелляционной жалобе ее заявитель не соглашается с выводом суда о пропуске срока исковой давности по требованию о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, отмечая, что заявление о привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности было подано им в электронном виде через систему подачи документов «Электронный страж» (сервис «Мой арбитр»), размещенную на официальном сайте Верховного Суда Российской Федерации, и поступило в Арбитражный суд Свердловской области 13.09.2021 в 19 час.28 мин., что подтверждается информацией о документе электронной системы подачи «Мой арбитр»), а также определение арбитражного суда от 16.09.2021 о принятии данного заявления к производству. Поясняет, что посредством использования услуг Почты России им также 13.09.2021 было направлено в Арбитражный суд Свердловской области аналогичное по содержанию заявление о привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, которое было принято органом почтовой связи к пересылке 13.09.2021 в 21 час 48 мин., что подтверждается копией почтовой квитанции от 13.09.2021 (РПО 44505055354565) и информацией с сайта ФГУП «Почта России» по почтовому идентификатору, при этом, отправка идентичного заявления была обусловлена тем, что у конкурсного управляющего имелись опасения возникновения технического сбоя в системе электронной подачи документов. Отмечает, что, делая вывод о пропуске конкурсным управляющим специального субъективного срока исковой давности, суд первой инстанции исходил из того, что заявление о привлечении контролирующих должника лиц было сдано управляющим в орган постовой связи 14.09.2021, вместе с тем, если на штемпеле и в почтовой квитанции указаны разные даты, то датой подачи документов в суд следует считать более раннюю дату, что согласуется с подходом, изложенным в пункте 29 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 №99 «О процессуальных сроках». Таким образом, поскольку в почтовой квитанции и отчете об отслеживании почтовой корреспонденции стоит дата 13.09.2021, то именно указанная дата является датой подачи заявления в суд. Указывает на то, что направленное конкурсным управляющим в Арбитражный суд Свердловской области посредством услуг почтовой связи заявление было принято к производству суда определением от 22.09.2021. Таким образом, оба заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности поданы в суд 13.09.2021. Указывает на то, что 28.10.2021 через систему подачи документов «Электронный страж» (сервис «Мой арбитр»), размещенную на официальном сайте Верховного Суда Российской Федерации конкурсный управляющий, ссылаясь на полную идентичность направленных в суд заявлений, подал ходатайство об объединении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, принятых определениями от 16.09.2021 и от 22.09.2021 в одно производство; определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2021 по делу №А60-2345/2018 заявления конкурсного управляющего, принятые к производству определениями от 16.09.2021 и от 22.09.2021, объединены в одно производство для совместного рассмотрения. Отмечает, что датой введения процедуры в деле о банкротстве является дата объявления резолютивной части соответствующего судебного акта, в связи с чем, датой открытия в отношении ОАО «Алапаевский Металлургический Завод» процедуры конкурсного производства является 12.09.2018. С учетом изложенного, поскольку процедура конкурсного производства в отношении ОАО «Алапаевский Металлургический Завод» была открыта 12.09.2018, то датой окончания срока на подачу заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является 12.09.2021, вместе с тем, 12.09.2021 являлось не рабочим (выходным) днем и приходилось на воскресенье, в связи с чем, с учетом положений статьи 193 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), днем окончания срока на подачу заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности считается ближайший следующий за ним рабочий день, то есть 13.09.2021, таким образом, следует признать, что обращение конкурсного управляющего состоялось в пределах субъективного срока исковой давности; выводы суда о пропуске управляющим данного срока являются ошибочными.  

До начала судебного заседания от ответчиков ФИО4 и ФИО6 поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу, согласно которым просят обжалуемое определение суда оставить без  изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Определениями арбитражного суда апелляционной инстанции от 17.11.2022 и от 21.12.2022 на основании части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) судебное разбирательство по настоящему обособленному спору откладывалось до 21.12.2022 и до 24.01.2023 соответственно. Этими же определениями  апелляционный суд обязывал конкурсного управляющего ФИО2 представить обобщенное заявление о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности с указанием основания привлечения к ответственности каждого со ссылкой на нормы права, пояснения по периоду возникновения признаков неплатежеспособности должника, расчет размера обязательств контролирующих лиц должника по основаниям за неподачу заявления о банкротстве общества, реестр требований кредиторов с указанием периода  возникновения задолженности перед кредиторами, сведения о сформированной конкурсной массе, финансовый анализ общества, анализ сделок должника; ответчиков - отзывы на заявление конкурсного управляющего ФИО2 с указанием причины банкротства общества и  непогашения требований кредиторов, сведения по проведению мероприятий по выходу из кризиса с документальным подтверждением (при наличии).

До начала судебного заседания от 24.01.2023 во исполнение определений апелляционного суда от 17.11.2022 и от 21.12.2022 от конкурсного управляющего поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных  документов.

От ФИО9 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому просит обжалуемое определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

От ФИО4 и ФИО6 поступили письменные дополнения к отзыву на апелляционную жалобу с приложением автоматизированной копии определения Арбитражного суда от 21.12.2017 по делу №А60-47127/2015 и опубликованного на сайте единого федерального реестра сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ) сообщения от 15.03.2017 под номером 1663748 о проведении торгов. 

В судебном заседании от 24.01.2023, в связи с болезнью судьи Макарова Т.В., на основании пункта 2 части 3 статьи 18 АПК РФ произведена его замена на судью Данилову И.П., о чем вынесено соответствующее определение от 23.01.2023. После замены судьи рассмотрение обособленного спора начато апелляционным судом с самого начала в составе председательствующего Саликовой Л.В., судей Даниловой И.П., Зарифуллиной Л.М. 

В судебном заседании рассмотрен и разрешен заявленный представителем ФИО4 и ФИО6 судьям Саликовой Л.В. и Зарифуллиной Л.М. отвод, о чем вынесено определение от 24.01.2023.

Определением арбитражного суда апелляционной инстанции от 24.01.2023 на основании части 5 статьи 158 АПК РФ судебное разбирательство по настоящему обособленному спору откладывалось до 20.02.2023. Этими же определениями  апелляционный суд обязывал конкурсному управляющему представить пояснения по периоду возникновения признаков неплатежеспособности должника, расчет размера обязательств контролирующих лиц должника реестр требований кредиторов с указанием периода  возникновения задолженности перед кредиторами, сведения по правоотношениям должника  с ОАО «НОВАЭМ» и ОАО «Сибэнергомаш», информацию о наличии (отсутствии) контрактов у должника после 2012 года, сведения о видах деятельности должника и оборотах по счетам; ответчикам представить отзыв на заявление конкурсного управляющего с указанием причины банкротства общества и  непогашения требований кредиторов, сведения по проведению мероприятий по выходу из кризиса с документальным подтверждением (при наличии), сведения по правоотношениям должника  с ОАО «НОВАЭМ» и ОАО «Сибэнергомаш», в том числе по заемным отношениям, пояснения по использованию заемных денежных средств должником, предоставленных   ОАО «Сибэнергомаш».  

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2023 произведена замена судьи Зарифуллиной Л.М. на судью Гладких Е.О.

В судебном заседании представитель  ФИО4 и ФИО6 против позиции апеллянта возражал по мотивам, изложенных в письменных отзывах на апелляционную жалобу. 

Представитель конкурсного управляющего поддерживал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 06.12.2010 ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга было зарегистрировано ОАО «Алапаевский металлургический завод», присвоен ОГРН 

<

***>, что подтверждается выпиской из государственного реестра юридических лиц по состоянию на 17.09.2018. В качестве участников ОАО «Алапаевский металлургический завод» в соответствии с выпиской из единого государственного реестра юридических лиц с момента создания были зарегистрированы ОАО «Трубмаш» (ИНН 

<

***>, наименование изменено на «ТМ ИНЖИНИРИНГ», дата прекращение деятельности юридического лица в связи с его ликвидацией на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства 09.11.2018) с номинальной стоимостью доли в уставном капитале 4500000 руб. (45% уставного капитала общества) и ОАО «НОВАЭМ» (ИНН 

<

***>, дата прекращения деятельности 30.09.2021, исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нём, в отношении которых внесена запись о недостоверности) с номинальной стоимостью доли в уставном капитале 5500000 руб. (55% уставного капитала общества). 

Обязанности руководителя должника ОАО «Алапаевский металлургический завод» в разное время исполняли: c 16.12.2010 по 14.04.2014 – ФИО10; c 14.04.2014 по 21.06.2017 – ФИО4; c 21.06.2017 по 02.02.2018 – ФИО9; с 02.02.2018 по 12.09.2018 – ФИО8 В период с 2013 года по 2018 год обязанности финансового директора должника исполняла ФИО11, обязанности главного бухгалтера должника исполняла ФИО12

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.01.2018 принято к производству заявление ФИО7 о признании ОАО «Алапаевский Металлургический Завод» несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.04.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 19.09.2018 ОАО «Алапаевский Металлургический Завод» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2 

В ходе процедур банкротства в реестр требований кредиторов ОАО «Алапаевский Металлургический Завод» были включены требования на общую сумму 1 262 245 508,60 руб., из которых задолженность второй очереди составляет в размере 29 554 043,29 руб., третья очередь  – 1 214 688 363,17 руб. основного долга и 16 151 352,23 руб., возможность удовлетворения которых в полном объеме отсутствует в связи с недостаточностью конкурсной массы.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющей просит привлечь солидарно контролировавших должника лиц ФИО8, ФИО9, ФИО4, ФИО10, ФИО11, ФИО12  и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 2 статьи 61.11, статьи 61.12 Закона о банкротстве  к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Алапаевский Металлургический Завод». 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходил из пропуска конкурсным управляющим срока на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц  по обязательствам  ОАО «Алапаевский Металлургический Завод».

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд приходит  к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) в редакции, действующей до появления в Законе о банкротстве главы III.2, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 4 статьи 10 названного Закона, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника несостоятельным (банкротом). В случае пропуска этого срока по уважительной причине, за исключением предельного объективного трехлетнего срока, исчисляемого со дня признания должника несостоятельным (банкротом), он может быть восстановлен судом.

В соответствии с положениями пункта 5 статьи 61.14 новой редакции Закона о банкротстве, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия (бездействие), являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Ответчиками заявлено о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям.

Удовлетворяя заявление ответчиков о пропуске срока исковой давности суд первой инстанции исходил из того, что специальный срок исковой давности по требованиям о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности истёк 12.09.2021, в то время как фактически было заявлено о привлечении к ответственности только 13.09.2021, 14.09.2021 и 31.03.2022 (в отношении ФИО6), то есть за пределами трёхлетнего срока исковой давности.

Данные выводы суда первой инстанции являются неверными исходя из следующего.

Действительно, нормы статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям" устанавливают годичный срок исковой давности.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу; названный Закон дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

В настоящее время срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности установлен пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве и составляет три года со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Судом обоснованно установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьёй 10 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях", которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ).

Согласно п.3 ст.4 Федерального Закона №266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьёй 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ. 

Таким образом, исходя из общих правил о действии закона во времени (п. 1 ст.4 ГК РФ), заявления о привлечении к субсидиарной ответственности на основании положений статьи 10 Закона о банкротстве, поданные в арбитражный суд по 30.06.2017г. включительно, рассматриваются по правилам указанной статьи, а поданные с 01.07.2017г. рассматриваются по правилам главы III.2 Закона о банкротстве, независимо от даты возбуждения дела о банкротстве и введения соответствующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Судом первой инстанции указано, что  13.09.2021г. посредством системы «Мой Арбитр» конкурсный управляющий направил в суд заявление о привлечении контролирующих ОАО «АМЗ» лиц к субсидиарной ответственности. 

Указанное заявление поступило в систему «Мой Арбитр» 13.09.2021г. в 19 часов 28 минут, что подтверждается копией страницы системы «Мой Арбитр» о подаче заявления в электронном виде.

Кроме того, 13.09.2021г. через Почту России конкурсный управляющий направил в суд идентичное заявление о привлечении контролирующих ОАО «АМЗ» лиц к субсидиарной ответственности. Указанное заявление принято Почтой России к пересылке 13.09.2021г. в 21 час 48 минут, что подтверждается копией почтовой квитанции от 13.09.2021г. (РПО 44505055354565) о направлении заявления в суд  и копией отчета Почты России об отслеживании почтового отправления РПО 44505055354565 (приложение №3 к жалобе).

Конкурсный управляющий поясняет, что отправка идентичного заявления была обусловлена тем, что имелись опасения возникновения технического сбоя в системе электронной подачи документов.

Судом  первой инстанции указано, что согласно штемпелю на конверте заявление по почте отправлено 14.09.2021г. 

Однако, если на штемпеле и в почтовой квитанции указаны разные даты, то датой подачи документов в суд следует считать более раннюю дату. Такой подход нашел отражение в п.29 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25.12.2013г. N99 «О процессуальных сроках». В почтовой квитанции и отчете об отслеживании почтовой корреспонденции стоит дата 13.09.2021г. Следовательно, эта дата и является датой подачи заявления в суд.

Данное заявление принято к производству определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.09.2021г.

Таким образом, оба заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих ОАО «АМЗ» лиц к субсидиарной ответственности поданы в суд 13.09.2021г.

28.10.2021г. через систему «Мой Арбитр» конкурсный управляющий, ссылаясь на полную идентичность направленных в суд заявлений, подал ходатайство об объединении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, принятых определениями от 16.09.2021 и от 22.09.2021г. в одно производство.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2021г. заявления конкурсного управляющего, принятые определениями от 16.09.2021г. и от 22.09.2021г., объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Датой введения процедуры, в деле о банкротстве, является дата объявления резолютивной части соответствующего судебного акта. Таким образом, датой введения конкурсного производства в отношении ОАО «АМЗ» является 12.09.2018г.

Так как процедура конкурсного производства в отношении ОАО «АМЗ» введена 12.09.2018г., то датой окончания срока на подачу заявления о привлечении контролирующих ОАО «АМЗ» лиц к субсидиарной ответственности является 12.09.2021г.

Дата 12.09.2021г. является не рабочим (выходным) днем, и приходится на воскресенье.?

В соответствии со ст.195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу ст.190 ГК РФ установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами.

Согласно ст.193 ГК РФ если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день.

Каких-либо ограничений по применению положений ст.193 ГК РФ к специальным срокам исковой давности законодательством и правоприменительной практикой не установлено.

Так как 12.09.2021г. является не рабочим (выходным) днем, то с учетом положений ст.193 ГК РФ днем окончания срока на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих ОАО «АМЗ» лиц считается ближайший следующий за ним рабочий день, то есть 13.09.2021г.

Ввиду изложенного, трехлетний срок исковой давности конкурсным управляющим не пропущен.

Конкурсный управляющий просит привлечь к субсидиарной ответственности ФИО10, ФИО4, ФИО9, ФИО8, ФИО11, ФИО6 за неподачу в арбитражный суд заявления должника (ст. 61.12 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей на момент вменяемого нарушения) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Федерального закона.

В соответствии с положениями статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

При исследовании в совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53).

Указанная правовая позиция сформирована в «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2016)», утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда от 06.07.2016 (далее – Обзор судебной практики от 06.07.2016), в дальнейшем выражена в положениях статьи 61.12 Закона о банкротстве и развита в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 Обзора судебной практики от 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

Момент возникновения обязанности, установленной нормами статьи 9 Закона о банкротстве в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов (пункт 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 14.11.2018).

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах 5, 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов ответственности освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение плана является разумным.

В силу пункта 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Следовательно, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи.

Конкурсный управляющий, обращаясь с настоящим заявлением, полагает, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника возникла у заинтересованных лиц не позднее 18.08.2012г., поскольку к этому моменту руководителю должника должна была быть очевидна недостаточность имущества должника, а также имелись неисполненные более трех месяцев обязательства перед контрагентом - ОАО «Сибэнергомаш». 

Момент возникновения признаков неплатёжеспособности конкурсный управляющий связывает со следующими обстоятельствами. 

Между должником - ОАО «АМЗ» и ОАО «Сибэнергомаш» были заключены следующие Договоры займа:

1.№17/08/11 от 17.08.2011г., сумма 200 000 000 руб., срок возврата 18.08.2012г.

2. №СЭМ-АМЗ/23-12-11 от 23.12.2011г., сумма 200 000 000 руб., срок возврата 23.12.2012г.

3. №СЭМ-АМЗ/15-02-12 от 15.02.2012г., сумма 150 000 000 руб., срок возврата 15.02.2013г.

4. №СЭМ-АМЗ/1/28-09-12 от 28.09.2012г., сумма 200 000 000 руб., срок возврата 31.12.2013г.

5. №333/13-AM3 от 15.01.2013г., сумма 11 000 000 руб., срок возврата 15.01.2014г.

6. №335/13-AM3 от 23.01.2013г., сумма 2 850 000 руб., срок возврата 23.01.2014г.

7. №337/13-AM3 от 12.02.2013г., сумма 18 000 000 руб., срок возврата 12.02.2014г.

8. №344/13-АМЗ от 25.03.2013г., сумма 6 000 000 руб., срок возврата 25.03.2014г.

9.№348/13-АМЗ от 13.05.2013г., сумма 30 000 000 руб., срок возврата 13.05.2014г.

Факт заключения указанных договоров займа подтверждается решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.12.2015г. по делу № А60-47127/2015. Указанным решением, также, установлен факт перечисления заемщику денежных средств по указанным договорам в полном размере.

ОАО «АМЗ» свои обязательства по возврату суммы займа в полном объеме не исполнило.

ОАО «АМЗ» возвратило займодавцу следующие суммы:  по договору №17/08/11 от 17.08.2011 - 30 000 000 рублей (платежное поручение №981 от 02.07.2012г.),  по договору №СЭМ-АМЗ/15-02-12 от 15.02.2012 - 29 009 573,89 рублей (платежное поручение №1489 от 23.10.2012).

По договору займа №17/08/11 от 17.08.2011г. сумма займа была выдана в полном объеме в размере 200 000 000 рублей. Срок возврата суммы займа в полном объеме установлен договором не позднее 18.08.2012г. До указанного срока (18.08.2012г.) ОАО «АМЗ» возвратило ОАО «Сибэнергомаш» 30 000 000,00 рублей. Задолженность по основному долгу на дату возврата суммы займа составила 170 000 000  рублей. Помимо основного долга договору займа №17/08/11 от 17.08.2011г имелась задолженность по уплате 8,25% годовых. Задолженность по основному долгу и процентам в течение последующих трех месяцев погашена не была.

Таким образом, по состоянию на 18.08.2012г. ОАО «АМЗ» имело непогашенную задолженность по денежным обязательствам в сумме более 170 000 000 рублей и указанные обязательства ОАО «АМЗ» впоследствии не были исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Конкурсный управляющий поясняет, что до наступления даты объективного банкротства ОАО «АМЗ» им также были получены денежные средства по другим договорам займа, в частности:

- в период с 12.01.2012г. по 15.02.2012г. полностью получены денежные средства в размере 200 000 000,00 рублей по договору займа №СЭМ-АМЗ/23-12-11 от 23.12.2011г. со сроком возврата в полном объеме до 23.12.2012г. и уплатой 8,25% годовых;

-в период с 15.02.2012г. по 04.06.2012г. полностью получены денежные средства в размере 150 000 000,00 рублей по договору займа №СЭМ-АМЗ/15-02-12 от 15.02.2012г. со сроком возврата в полном объеме до 15.02.2012г. и уплатой 8,25% годовых.

По договору займа №СЭМ-АМЗ/23-12-11 от 23.12.2011г. денежные средства в сумме 200 000 000,00 рублей, а также 8,25% годовых ОАО «АМЗ» не возвращены.

По договору займа №СЭМ-АМЗ/15-02-12 от 15.02.2012г. денежные средства возвращены в сумме 29 009 573,89 рублей, а сумма более 120 000 000,00 рублей и 8,25% годовых ОАО «АМЗ» также не возвращены.

С учетом изложенного, конкурсный управляющий указывает, что по состоянию на 23.12.2012г. задолженность ОАО «АМЗ» перед ОАО «Сибэнергомаш» составляла уже более 370 000 000 рублей по основному долгу, а по состоянию на 15.02.2013г. задолженность по основному долгу увеличилась до 490 000 000 рублей.

28.09.2012г. между ОАО «АМЗ» и ОАО «Сибэнергомаш» заключен договор займа №СЭМ-АМЗ/1/28-09-12 от 28.09.2012г. на сумму 200 000 000 рублей. При этом, по состоянию на 18.08.2012г. у ОАО «АМЗ» уже имелась непогашенная задолженность в размере 170 000 000,00 рублей по основному долгу и выплате 8,25% годовых.

Таким образом, по мнению конкурсного управляющего, по состоянию на 18.08.2012г. имели место признаки объективного банкротства ОАО «АМЗ».

В рамках дела о банкротстве ОАО «Сибэнергомаш» в результате проведения торгов 13.09.2017 ФИО13 приобретена дебиторская задолженность ОАО «АМЗ» в сумме 1 191 297 453,28 руб. перед ОАО «Сибэнергомаш». Стоимость лота №4 (дебиторская задолженность ОАО «АМЗ») по договору купли-продажи составила в размере 15000 руб.

30.10.2017 между ФИО13 и ФИО7 заключен договор купли-продажи указанной задолженности, по условиям которого право собственности на задолженность перешло к ФИО7

ФИО7 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о процессуальном правопреемстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.12.2017  в рамках дела №А60-47127/2015  произведена замена с ОАО «Сибэнергомаш» на ФИО7.

В связи с тем, что задолженность со стороны ОАО «АМЗ» перед ФИО7 не была погашена, 22.01.2018 ФИО7 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ОАО «АМЗ» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.04.2018 по делу №А60-2345/2018 требования ФИО7 в размере 1 191 297 453,28 руб. включены в реестр требований кредиторов должника.

В последующем, 15.05.2018 между ФИО7 и ФИО14 заключен договор купли-продажи имущества (задолженности), в соответствии с условиями которого ФИО7 продал, а ФИО14 купила задолженность ОАО «АМЗ» в сумме 1 191 297 453,28 руб. перед ФИО7 Оплата по договору купли-продажи от 15.05.2018 составила 15 000 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.07.2018 произведена замена кредитора ФИО7 по делу №А60-2345/2018 на ФИО14 в части требования в размере 1191297453,28 руб. 

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами конкурсного управляющего о наличии признаков неплатежеспособности  ОАО «АМЗ» с 18.08.2012г. и необходимости обращения с заявлением о банкротстве Общества его контролирующими лицами.

Как указано конкурсным управляющим, в указанный период единственным кредитором должника было общество «Сибэнергомаш», который входит в энергомашиностроительный холдинг «НОВАЭМ».

Согласно картотеки дела №А03-12875/2014 следует, что ОАО «Сибэнергомаш» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) создано в 2009 году. Основным видом деятельности является производство металлических резервуаров, радиаторов и котлов отопления. 

Учредителями ОАО «Сибэнергомаш» являются ОАО «ТРУБМАШ», ОАО «Новаэм». Акционерами ОАО «Новаэм» являются (прежнее название ОАО «Трубмаш»), а ОАО «ТМ ИНЖИНИРИНГ» принадлежит 99% акций ОАО «Сибэнергомаш». АО «Новаэм» является единственным участником ООО «Моршанскхиммаш».

06.12.2010 ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга было зарегистрировано ОАО «Алапаевский металлургический завод», присвоен ОГРН 

<

***>. В качестве участников ОАО «Алапаевский металлургический завод» зарегистрированы ОАО «Трубмаш» (ИНН 

<

***>, наименование изменено на ОАО «ТМ ИНЖИНИРИНГ») с номинальной стоимостью доли в уставном капитале 4500000 руб. (45% уставного капитала общества) и ОАО «НОВАЭМ» с номинальной стоимостью доли в уставном капитале 5500000 руб. (55% уставного капитала общества).

Таким образом, ОАО «АМЗ», ОАО «Сибэнергомаш», а также вышеуказанные организации входят в энергомашиностроительный холдинг «НОВАЭМ».

В соответствии со стратегией развития Холдинга «НОВАЭМ» ОАО «Сибэнергомаш» относится к основному бизнесу Холдинга, направление «Энергетическое машиностроение», производитель котельного и тягодутьевого оборудования (паровых и водогрейных котлов, котлов-утилизаторов; тягодутьевых машин, шахтного оборудования; продукции кузнечно-прессового производства; производстве сварной трубы).

При этом, ОАО «Сибэнергомаш» признано несостоятельным (банкротом) решением Арбитражного суда Алтайского края от 30.04.2015 (резолютивная часть от 27.04.2015).

Согласно бухгалтерскому балансу за 2014 у ОАО «Сибэнергомаш» имелись активы в общем размере 4 072 357 тыс.руб., в том числе нематериальные активы балансовой стоимостью–219тыс.руб., основные средства – 150 776тыс.руб., финансовые вложения – 20 000тыс.руб., отложенные налоговые активы – 87 372тыс.руб., оборотные активы: запасы – 407 679тыс.руб., НДС – 3 927тыс.руб., дебиторская задолженность - 2 004 251тыс.руб., финансовые вложения - 1379971тыс.руб., денежные средства - 897тыс.руб., прочие оборотные активы – 17 265тыс.руб. Обязательства составили – 3 710 695тыс.руб.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 10.11.2017 конкурсное производство в отношении ОАО «Сибэнергомаш» завершено.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.12.2014 г. принято к производству заявление ОАО «ТМ Инжиниринг» (ОРГН 1097746388651, ИНН 

<

***>) о признании его несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, возбуждено производство по делу А40-188806/14.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.03.2015 ОАО «ТМ Инжиниринг» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника сроком на шесть месяцев.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.09.2018 конкурсное производство в отношении ОАО «ТМ Инжиниринг» завершено.

30.09.2021 ОАО «Новаэм» исключено из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с внесением записи о недостоверности сведений.

Суд апелляционной инстанций указывает, что, начиная с 2013 г. неисполнение обязательств перед отдельным аффилированным кредитором, в том числе включенными в реестр требований кредиторов должника, еще не свидетельствует о наступлении признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества) достаточных для обращения руководителем в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве).

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц. Момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства) (определение Верховного Суда РФ от 21.04.2016 по делу № 302-ЭС14-1472). 

Согласно пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Таким образом, императивная обязанность руководителя должника по обращению в арбитражный суд с соответствующим заявлением в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, предполагает достоверную убежденность такого руководителя о наличии указанных признаков.

Как установлено материалами дела, основным видам деятельности ОАО «АМЗ», согласно выписке из ЕГРЮЛ, является производство чугуна, стали, ферросплавов, прочих станков. Мощности предприятия позволяла выпускать ежегодно не менее 36 000 тонн ферромарганца или 120 000 тонн чугуна.

Согласно бухгалтерскому балансу ОАО «АМЗ» за 2017 год активы должника составляли 280 239 тыс.руб., в том числе основные средства составляют 11 559 тыс.руб.,отложенные активы – 256 801 тыс.руб., запасы 2 814 тыс.руб., дебиторская задолженность – 7 195 тыс.руб., финансовые вложения – 1 800 тыс.руб., денежные средств – 66 тыс.руб. По балансу у должника  в пассивах отражены заемные средства – 570 000 тыс.руб., Убыток общества составил 1 034 687 тыс.руб. 

По информации, полученной от банков, в которых ОАО «АМЗ» имело расчетные счета, обороты по указанным счетам в период с 2013 по 2018г. составили более 100 000 000 рублей, что подтверждается предоставленными в дело выписками.

Также следует отметить, что при проведении анализа движения денежных средств по счетам ОАО «АМЗ» прослеживается, что на протяжении длительного времени на ОАО «АМЗ» были сосредоточены большие источники затрат, в том числе: расходы на содержание трудового коллектива (заработная плата, иные выплаты, предусмотренные ТК, оплата налогов с ФОТ), оплата коммунальных платежей, оплата за пользование ресурсами, оплата за выбросы загрязняющих веществ в атмосферный воздух, плата за размещение отходов производства и потребления, оплата за ремонты зданий, строений, сооружений, оборудования и транспортных средств, и другие затраты. Существенные затраты были связаны с оплатой арендной платы за аренду всего комплекса недвижимого имущества, находящегося по адресу должника: 624601, 

<

...>.

Введение хозяйственной деятельности обществом «АМЗ» и наличие в штате работников должника в период с января 2014 года по июль 2018 года подтверждается постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021 по делу № А60-2345/2018. Как указано в постановлении судом апелляционной инстанции, всего в период с 23.01.2014 по 15.08.2018 на основании удостоверений комиссии со счета Завода на счет ФИО11 были перечислены денежные средства в общей сумме 51 466 560 руб. 31 коп. для погашения задолженности перед работниками Завода.

Согласно выписке по счету должника конкурсным управляющим  были установлены финансовые правоотношения с 29 контрагентами ОАО «АМЗ», в том числе ООО «ПЕРВАЯ ЛЕСОПРОМЫШЛЕННАЯ КОМПАНИЯ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «Литой элемент Верхнесинячихинский металлургический завод» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «Урал лес комплект» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), АО «СТРОЙДОРМАШ», ЗАО «Дорожный центр внедрения новой техники и технологий Свердловской железной дороги» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «ИННОТЕХ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Управление социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области по городу Алапаевску и Алапаевскому району, ООО «МЕТМАШТОРГ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «СПЕЦТЕХНИКА» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ООО «АМЗ-ТЕХНОГЕН» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и др.

По запросу суда апелляционной инстанции конкурсным управляющим представлены сведения о направлении в адрес указанных контрагентов запросов о предоставлении информации, ответы были получены от нескольких юридических лиц. Договоры, которые были заключены между ОАО «АМЗ» и ответившими контрагентами представлены в материалы дела.

Анализируя финансовое состояние должника, суд апелляционной инстанции констатирует, что общество «АМЗ» входило в одну группу  «НОВАЭМ», в которую входили: ОАО «ТМ ИНЖИНИРИНГ», ОАО «Новаэм», ООО «Технопром», ОАО «Моршанскхиммаш», ООО «Моршанскхиммаш», ОАО «Сибэнергомаш» и должник. В качестве основной причины ухудшения финансового состояния должника суд апелляционной инстанции выделяет неплатежеспособность одного из крупных участников группы организаций - открытого акционерного общества «Сибэнергомаш», в отношении которого в рамках дела №А03-12875/2014 открыто конкурсное производство (30.04.2015), а также  тяжелая конъюнктура рынка. Производственная деятельность общества «АМЗ» заключалась в осуществлении производство чугуна, стали, ферросплавов, прочих станков путем привлечения кредитных обязательств от группы  «НОВАЭМ». Заемные денежные средства направлялись на приобретения оборудования на выполнение контрактов, выплаты заработной платы работникам, а часть денежных средств направлялась иным участникам группы компаний, которые также привлекались для выполнения работ по контрактам (что следует из выписки по счету должника).  

Таким образом, суд апелляционной инстанции заключил, что до введения процедуры банкротства в отношении группы  «НОВАЭМ»  у руководства должника имелись разумные ожидания на поступление прибыли от исполнения контрактов.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства, пояснения лиц, участвующих в деле, исходя из установленных обстоятельств, специфики деятельности должника, масштаба его деятельности, учитывая, что причины банкротства должника вызваны неплатежеспособностью  одного из крупных участников группы организаций и внешние факторы, не связанными с действиями ответчиков, при этом, последними предпринимались меры для продолжения исполнения обществом своих обязательств, тогда как конкурсным управляющим не доказано, что по состоянию на 2012 г. у ответчиков возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом), суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчиков ФИО10, ФИО4, ФИО9, ФИО8, ФИО11, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательства должника на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (ст. 61.12 Закона о банкротстве).

Также конкурсным управляющим в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО10, ФИО4, ФИО9, ФИО8, ФИО11, ФИО12 указывает на непередачу документов по финансово-хозяйственной деятельности должника. 

В обоснование доводов конкурсный управляющий ссылается, что документы, отражающие финансово-хозяйственную деятельность должника ОАО «АМЗ» управляющему не передавались, нарушение обязанности по передаче документов не позволило выявить всех контрагентов должника, повлекло за собой невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, что в свою очередь не позволило проанализировать сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы ОАО «АМЗ»; отсутствие документов  повлекло невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов. Также управляющий ссылается, что в бухгалтерском балансе отражены сведения о наличии основных средств в размере 11 559 тыс.руб., запасы – 2 814 тыс.руб., дебиторская задолженность – 7 195 тыс.руб., при этом контролирующими должника лицами не предоставлены документы, подтверждающие наличие указанных активов, расшифровки указанных строк баланса, в связи с чем у конкурсного управляющего отсутствует возможность сформировать конкурсную массу должника.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

При этом следует учитывать, что непосредственно причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 или 61.12 Закона о банкротстве. И, в частности из пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, следует, что, вред причиняется при совершении контролирующим должника лицом конкретных деяний (действия или бездействия), вследствие которых стало невозможно полное погашение требований кредиторов контролируемого лица. 

В связи с этим судам необходимо устанавливать, действия какого лица и за какой период привели к негативным последствия в виде невозможности погашения реестра. Обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в том числе отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, - это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. 

Смысл данной презумпции в том, что если лицо, контролирующее должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения и момент наступления обстоятельств презумпции может не совпадать с моментом правонарушения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622 (4,5,6)). 

Правонарушение выражается не в том, что ответственное лицо не передало бухгалтерскую и иную документацию должника конкурсному управляющему, а в противоправных деяниях такого лица, повлекших банкротство подконтрольного общества и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов. 

В связи с этим, как разъяснено в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения о том, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непредставлении, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов. Предположение о том, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства, будет являться справедливым лишь при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства. 

Как указано выше, обязанности руководителя должника ОАО «Алапаевский металлургический завод» в разное время исполняли: c 16.12.2010 по 14.04.2014 – ФИО10; c 14.04.2014 по 21.06.2017 – ФИО4; c 21.06.2017 по 02.02.2018 – ФИО9; с 02.02.2018 по 12.09.2018 – ФИО8 В период с 2013 года по 2018 год обязанности финансового директора должника исполняла ФИО11, обязанности главного бухгалтера должника исполняла ФИО12

На момент возбуждения дела о банкротстве должника руководителем являлся ФИО8 

При этом, конкурсный управляющий просит привлечь всех вышеуказанных лиц за непередачу документов должника.

Согласно п.п. 1 и 3 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. 

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.). 

Конкурсный управляющий пояснил, что ввиду отсутствия первичных или иных документов, подтверждающих достоверность отраженных в бухгалтерской отчетности данных, конкурсный управляющий полагает, что отсутствие полного перечня документации у конкурсного управляющего препятствует выполнению обязанностей конкурсного управляющего по формированию конкурсной массы должника. 

Однако необходимо учитывать, что правонарушение контролирующего должника лица выражается не в самом факте непередачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправных действиях, повлекших банкротство подконтрольного им лица, и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов, учитывая, что в материалах дела отсутствуют доказательства каким образом факт непередачи заинтересованными лицами документов арбитражному управляющему негативно сказался на возможность проведения мероприятий процедуры банкротства общество «АМЗ». 

Отражение в бухгалтерских данных сведений об имуществе должника на конец года не является достаточным основанием для его истребования у ответчиков, поскольку вид деятельности должника и заключенные контракты предполагают использование запасов и основных средств для производства чугуна, стали, ферросплавов, прочих станков.

При этом согласно сведениям, представленным арбитражным управляющим, в том числе приобщенным к материалам обособленного спора к дополнительным пояснениям от 20.12.2022 и 20.02.2023 инвентаризационной описи и письменным ответам государственных органов информация об активах должника, основных средствах, запасах общества отсутствует, согласно ответам на запрос суда в рамках дела о банкротстве ООО «АМЗ» у общества не имеется зарегистрированных прав на движимое и недвижимое имущество. Согласно представленным документам конкурсного управляющего должник в рамках хозяйственной деятельности арендовал у ЗАО «Алапаевский металлургический завод» комплекс недвижимого имущества, находящегося по адресу должника: 624601, 

<

...>. 

Конкурсным управляющим представлены сведения о направлении в адрес контрагентов в связи с получением от должника денежных средств запросов о предоставлении информации, ответы были получены от нескольких юридических лиц. Договоры, которые были заключены между ОАО «АМЗ» и ответившими контрагентами представлены в материалы дела.

Вместе с тем, конкурсный управляющий, вменяя в вину сам факт непердачи документации должника, не раскрывает каким образом это негативно сказалось на возможности проведения мероприятий процедуры конкурсного производства и их итоговом результате, не указав какие конкретно документы, непераданные заинтересованными лицами (в отношении определенных активов должника, совершенных сделок, негативных управленческих решений и т.п.) повлекли объективные трудности в формирования конкурсной массы и совершении мероприятий в ходе процедуры банкротства. 

Конкурсный управляющий ни в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, ни в дополнениях не указал существо вменяемых противоправных деяний, причинно-следственную связь между непередачей документов конкурсному управляющему и затруднительностью проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве (формирование и реализация конкурсной массы), ограничившись ссылкой на непередачу документов, в том числе на бухгалтерский баланс. 

Таким образом, в отсутствие совокупности обозначенных выше обстоятельств применительно к заявленному конкурсным управляющим основанию ответственности, суд приходит к выводу об отсутствии условий для привлечения заинтересованных лиц к субсидиарной ответственности по основанию за непередачу документов по финансово-хозяйственной деятельности должника конкурсному управляющему. 

При таких обстоятельствах, суд отказывает в удовлетворении в данной части заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника по заявленным основаниям.

Конкурсный управляющий просит привлечь к субсидиарной ответственности ФИО10, ФИО4, ФИО9, ФИО8, ФИО11, ФИО12, ФИО6 за невозможность полного погашения требований кредиторов.

В обоснование доводов конкурсный управляющий ссылается, что в период, когда заключались перечисленные договоры займа обязанности руководителя исполнял ФИО10 (16.12.2010г. - 15.04.2014г.).

Конкурсный управляющий полагает, что при заключении указанных сделок ФИО10 действовал неправомерно при принятии ключевых деловых решений, связанных с получением указанных займов, в том числе с нарушением принципов добросовестности и разумности.

В частности, первый Договор займа №17/08/11 от 17.08.2011г., заключенный на сумму 200 000 000,00 рублей уже являлся для ОАО «АМЗ» крупной сделкой. Сумма займа в несколько раз превышала активы должника.

Помимо сомнений в самой возможности возврата ОАО «АМЗ» указанной суммы, отсутствуют документы, подтверждающие соблюдение требований действующего законодательства об одобрении крупной сделки.

Далее, до истечения срока возврата денежных средств по Договору займа №17/08/11 от 17.08.2011г. и фактического возврата денег, ФИО10 заключает Договор займа №СЭМ-АМЗ/23-12-11 от 23.12.2011г. на сумму 200 000 000,00 рублей со сроком возврата 23.12.2012г. и Договор займа №СЭМ-АМЗ/15-02-12 от 15.02.2012г. на сумму 150 000 000,00 рублей со сроком возврата 15.02.2013г. Деньги по указанным договорам фактически получены до возврата суммы займа по первому договору. Таким образом, по мнению конкурсного управляющего, на момент необходимости возврата денег по Договору займа №17/08/11 от 17.08.2011г. совокупный размер обязательств ОАО «АМЗ» перед ОАО «Сибэнергомаш» составлял более 550 000 000,00 рублей, при этом ОАО «АМЗ» уже было не в состоянии погасить свои обязательства по Договору займа №17/08/11 от 17.08.2011г.

Далее, последовательно были заключены еще 6 договоров займа, при этом, Договор займа №СЭМ-АМЗ/1/28-09-12 от 28.09.2012г., на сумму 200 000 000,00 рублей, был заключен при наличии просрочки возврата основного долга по первым трем договорам.

Конкурсный управляющий считает, что ОАО «АМЗ» было объективно не в состоянии обеспечить возврат даже первого займа на сумму 200 000 000 рублей. Таким образом заключение последующих договоров займа, однозначно, находится за пределами принципов добросовестности и разумности.

Нарушение обязательств перед кредитором и неисполнение обязанности по возврату заемных средств возникло с 18.08.2012г. по первому договору займа в размере 170 000 000 рублей и продолжало нарастать по мере наступления сроков возврата по другим договорам в период с 18.08.2012г. по 13.05.2014г.

Конкурсный управляющий считает, что указанные действия ФИО10 как контролирующего должника лица, привели к возникновению объективных признаков банкротства и привели к невозможности погашения требований кредиторов.

Конкурсный управляющий считает, что дальнейшие действия ответчиков ФИО4, ФИО9, ФИО8, ФИО11, которые исполняли обязанности руководителей ОАО «АМЗ» после наступления объективных признаков банкротства существенно ухудшили финансовое положение должника и создали условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств. В частности, увеличивался размер процентов за невозврат заемных средств. Наращивалась задолженность по выплате заработной платы перед работниками. Не исполнялись обязательства по уплате обязательных платежей.

Оценивая доводы конкурсного управляющего ФИО2  требований кредиторов (п.4 ст. 10, ст. 61.11 Закона о банкротстве), суд апелляционной инстанции исходит из отсутствия доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями контролирующих лиц и неплатежеспособностью должника ввиду следующего.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Согласно п.17 Постановления Пленума ВС РФ №53 в силу прямого указания подпункта 2 п.12 ст.61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершало действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов; при рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности (пункт 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53)); в абзаце 2 пункта 19 Постановления N 53 разъяснено, что при доказывании отсутствия оснований привлечения к субсидиарной ответственности, контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 Постановления N 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Таким образом, установленная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве ответственность контролирующего должника лица перед внешним кредитором наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемой им организацией обязательств, в частности вызванный рыночными и иными объективными факторами, а искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) такого контролирующего лица либо его бездействия в отношении подконтрольного лица.

В качестве деяний, влекущих основания для такого привлечения, управляющий ссылался на заключение должником с обществом «Сибэнергомаш» договоров займа, неправомерные действия контролирующих должника лиц по принятию им ключевых деловых решений, направленных на создание на ОАО «АМЗ» центра затрат, при отсутствии объективной возможности исполнить обязательства по возврату займов.

Исследовав доводы и возражения сторон относительно целей получения заемных средств и направлений их расходования, установив, что указанный выше договоры займа были заключены в период осуществления должником активной хозяйственной деятельности, а также при наличии у последнего интереса по дальнейшему развитию производства стали и ферросплавов и реализации проекта с энергомашиностроительным холдингом «НОВАЭМ», отметив, что заключение договоров  с 2011 года является обычной практикой кредитования внутригрупповой организации «НОВАЭМ» на значительные суммы, а также учтя отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что заемные средства была направлены не на нужды должника, апелляционный суд не усмотрел фактических и правовых оснований для квалификации указанной задолженности как обязательства, при возникновении или исполнении которого контролировавшие должника лица действовали незаконно, в том числе совершили мошенничество, предоставили аффилированному лицу ОАО «Сибэнергомаш» заведомо ложные сведения при получении кредита либо злостно уклонились от погашения кредиторской задолженности.

Кроме того, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.03.2021 по делу №А60-2506/2021 по иску конкурсного управляющего ОАО «АМЗ» к ПАО «Сбербанк России» о взыскании 702 107 403,20 руб. было установлено, что денежные средств, полученные  ОАО «АМЗ» от ОАО «Сибэнергомаш» по договорам займа, расходовались на текущие нужды ОАО «АМЗ», расчеты с другими лицами, в том числе на выплату заработной платы, оплату счетов за товары, работы и услуги,  оплату коммунальных услуг.

Так же ОАО «АМЗ» несло расходы по оплате арендной платы за аренду всего комплекса недвижимого имущества, находящегося по адресу должника: 624601, 

<

...>. Собственником указанного имущества являлось ЗАО «Алапаевский металлургический завод».

Кроме того, в рамках дела №А03-12875/2014 о банкротстве ОАО «Сибэнергомаш» 06.07.2017 конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ОАО «Новаэм» и ФИО6 по обязательствам ОАО «Сибэнергомаш». Одним из оснований  для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника конкурсным управляющим указано, что с лицами, входящими в холдинг «Новаэм» (ОАО «Алапаевский металлургический завод, ОАО «Моршаскхиммаш», ЗАО «Парис», ЗАО «Орикс», ЗАО «Лорадо») заключались договоры займов, возвраты по которым практически не производились, что по условиям тяжелого финансового положения должника нарушало интересы его кредиторов.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 10.10.2017 заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ОАО «Новаэм» и ФИО6 по обязательствам ОАО «Сибэнергомаш» оставлено без удовлетворения.

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 17.11.2021 по делу №А03-2896/2021 в удовлетворении искового заявления ассоциации организации в сфере правовой защиты и медиации о привлечении ФИО6, ООО «Моршанскхиммаш», ОАО «Новаэм», ООО «Технопром» к субсидиарной ответственности по обязательства ОАО «Сибэнергомаш» отказано ввиду пропуска срока исковой давности.

Учитывая все вышеизложенные установленные судом апелляционной инстанцией конкретные обстоятельства дела, по результатам исследования и оценки всех представленных в материалы дела доказательств, исходя из того, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, ввиду чего инициирование судебного разбирательства предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств обоснованности требований конкурсного управляющего, подтверждающих, что причиной банкротства были именно недобросовестные и явно неразумные действия ответчиков, которые со всей очевидностью для любого участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов должника, тогда как наличие в рассмотренном деле таких обстоятельств судами не установлено, а конкурсным управляющим в состязательном процессе не доказано, и, исходя из отсутствия оснований для утверждения о наличии злонамеренных, недобросовестных действий контролирующих должника лиц по уклонению от погашения долга, а также недоказанности материалами дела совершения контролирующими должника лицами виновных действий, имеющих причинно-следственную связь с наступлением банкротства должника, и, учитывая, что само по себе вхождение должника и общества «Сибэнергомаш» в одну группу лиц, применительно к статье 19 Закона о банкротстве, не свидетельствует о неправомерности перечислений денежных средств в рамках этой группы, объединенной одной производственной целью.

Доказательств того, что группа «НОВАЭМ»  перераспределяло в свою пользу доходы, получаемые должником от его деятельности, равно как и перекладывало на должника свою долговую нагрузку, в материалах дела отсутствуют.

Анализ таких перечислений, исходя из размера начисленных сумм, предъявленных к оплате по периодам возникновения, конкурсным управляющим не производился. 

Сам по себе факт наличия правоотношений между аффилированными лицами не может свидетельствовать о том, что контрагенты действовали нецелесообразно и неразумно, что сделка является невыгодной, заведомо убыточной для должника, или имеет цель причинить существенный ущерб кредиторам. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции заключил, что в рассматриваемом случае действия ответчиков не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов. 

Исходя из того, что как доводы конкурсного управляющего о неисполнении обязанности за невозможность полного погашения требований кредиторов, так и о действиях ответчиков, повлекших банкротство должника, при повторном рассмотрении спора не нашли своего подтверждения, при этом ответчиками в полной мере раскрыты обстоятельства дела, представлены доказательства отсутствия виновных умышленных действий, приведших к невозможности в полном объеме удовлетворить требования кредиторов в результате действий, которые вменяются им конкурсным управляющим должника, учтя также то, что бухгалтерская и налоговая отчетности велись должником в соответствие с действующим законодательством, их недостоверность не установлена ни конкурсным управляющим, ни аудитором, апелляционный суд не усмотрел оснований для возложения на ФИО10, ФИО4, ФИО9, ФИО8, ФИО11   й О.В., ФИО12, ФИО6 ответственности за доведение должника до банкротства (невозможность полного удовлетворения требований кредиторов), предусмотренной пунктами 2 и 4 статьи 10 (статьями 61.12, 61.11) Закона о банкротстве.

В настоящем деле конкурсным управляющим не представлено доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ответчиков и наступившими последствиями, не указано какова степень влияния каждого из ответчиков.

Суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что в рассматриваемой ситуации наступившие для общества негативные последствия в виде непогашенных обязательств перед кредиторами не свидетельствуют о недобросовестности или неразумности действий контролирующих должника лиц по исполнению своих непосредственных обязанностей. 

Из материалов дела не следует злонамеренности действий контролирующих должника лиц, направленных на причинение убытков должнику или его кредиторам, а также совершение действий, направленных на сокрытие активов, за счет реализации которых возможно удовлетворение требований кредиторов. По существу конкурсный управляющий просит привлечь ответчиков к ответственности за возникновение обязательства на стороне должника, тогда как сущность субсидиарной ответственности заключается в переложении на контролирующего должника лица ответственности за невозможность исполнения такого обязательства, вызванную виновными противоправными действиями.

При таких обстоятельствах, принимая их в совокупности, суд апелляционной инстанции не установил неправомерности в действиях (бездействии) ответчиков и, как следствие, совокупности оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности и удовлетворения требований истца.

Таким образом, обжалуемое определение суда отмене, а апелляционная жалоба – удовлетворению, не подлежат.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с части 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При обжаловании определений, не предусмотренных подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 07 сентября 2022 года по делу № А60-2345/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.В. Саликова 

 

Судьи

 

Е.О. Гладких 

 

И.П. Данилова