ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

Березина ул., д. 4, г. Владимир, 600017

http://1aas.arbitr.ru,  тел/факс: (4922) телефон 44-76-65, факс 44-73-10 

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А43-7253/2020

25 марта 2024 года

г. Владимир

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11.03.2024. 

Полный текст постановления изготовлен 25.03.2024. 

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего  судьи Насоновой Н.А.,

судей Новиковой Л.П., Семёновой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Старовой А.С.,        

 

при участии в судебном заседании:

от истца (заявителя) - ограниченной с ограниченной ответственностью «АСАП Консалтинг» – генерального директора ФИО1 на основании решения от 26.08.2021, ФИО2 по доверенности от 10.10.2023 сроком действия до 31.12.2024 (диплом), ФИО3 по доверенности от 29.12.2023 сроком действия до 31.12.2024 (диплом);

от ответчика (заявителя) - акционерного общества «Атомстройэкспорт» – ФИО4 по доверенности от 09.03.2023 сроком действия до 31.12.2026 (диплом), ФИО5 по доверенности от 19.12.2019 сроком действия до 31.09.2024 (диплом), ФИО6 по доверенности от 26.12.2023 сроком до 31.12.2024 (диплом), ФИО7, ФИО8; по доверенности от 26.12.2023 сроком до 31.12.2024;

от третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований:

общества с ограниченной ответственностью «Атос АйТи Солюшенс  энд  Сервисез» - ФИО9 к. по доверенности от 01.01.2024 сроком действия до 31.12.2024 (диплом), ФИО10 по доверенности от 01.01.2024 сроком действия до 31.12.2024 (диплом);

Уполномоченного по защите прав предпринимателей в Нижегородской области, АО  «БК  СОФТ», ООО «САП СНГ», ООО  «Лад  Ай  Ти», ООО  «ГИД-Экспертиза» - представители не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом,

от заявителя - ФИО11 – ФИО11, 

 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы акционерного общества «Атомстройэкспорт», общества с ограниченной ответственностью «АСАП Консалтинг»,  ФИО11  на решение Арбитражного суда Нижегородской области от 21.09.2023  по делу  №  А43-7253/2020,

по иску общества с ограниченной ответственностью «АСАП Консалтинг» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к акционерному обществу «Атомстройэкспорт» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании долга, процентов  за пользование чужими денежными средствами и неосновательного обогащения, и по встречному иску акционерного общества «Атомстройэкспорт» к обществу с ограниченной ответственностью «АСАП Консалтинг» об обратном  взыскании излишне уплаченных по договору денежных средств,  

 

У С Т А Н О В И Л :

общество  с  ограниченной  ответственностью  «АСАП  Консалтинг» (далее – ООО «АСАП  Консалтинг») обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с иском к акционерному обществу «Атомстройэкспорт»  (далее – АО «АСЭ») взыскании:

- 287 938 029 руб. 10 коп.  – долга  по работам, выполненным в рамках 6, 7, 10, 11, 12  этапов по договору № 40/18261-Д от 17.11.2016, 2 045 461 руб. 41 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по 03.03.2020 и далее по дань фактической оплаты суммы долга, исходя из предусмотренной договором ставки 5% годовых на сумму задолженности (287 938 029 руб. 10 коп.),

- 280 626 011 руб. 05 коп. – долга по работам, оказанным вне договора, 3 321 381 руб. 83 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по 03.03.2020 и далее по день фактической оплаты суммы долга,

- 42 750 000 руб. – неосновательного обогащения, вызванного «раскрытием» ответчиком банковской гарантии ПАО «Совкомбанк» № 1415033 от 04.09.2019, равной сумме неустойки за нарушение промежуточных сроков работ по договору, 484 011 руб. 99 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по 03.03.2020 и далее по день  фактической оплаты неосновательного обогащения.

   Требования основаны на статьях 309, 310, 395, 702, 740, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы ненадлежащим исполнением заказчиком обязательств по оплате работ, выполненных  по договору  подряда от 17.11.2016 № 40/18261-Д, а также  без договора.

   Ответчик иск не признал. Одновременно АО «Атомстройэкспорт» обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области со встречным исковым заявлением к ООО «АСАП  Консалтинг» об обратном  взыскании излишне уплаченных по договору денежных средств в размере 385 327 723 руб. 52 коп., в том числе: по этапу № 1 – 6 1623 612 руб., по этапам № 2 – 6 1785 036 руб., по этапу № 3 – 28 645 585 руб. 60 коп., по этапу № 4 – 11 609 076 руб., по этапу № 5 – 84 048 096 руб., по этапу № 8 – 96 995 837 руб. 92 коп., по этапу № 9 – 40 620 480 руб.

   Требования основаны на статьях 721, 723, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы ненадлежащим исполнением подрядчиком обязательств по договору подряда от 17.11.2016 № 40/18261-Д. По мнению  АО «АСЭ» работы выполнены с недостатками в отдельных этапах. Сумма неотработанного аванса (переплата за работы, имеющие недостатки) составляет неосновательное обогащение истца.

   ООО «АСАП  Консалтинг» встречные требования не признало.

   Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 21.09.2023  по делу  №  А43-7253/2020 первоначальные и встречные исковые требования удовлетворены частично. С АО «Атомстройэкспорт»  в пользу ООО «АСАП Консалтинг» взыскано: 238 847 901 руб. 47 коп. долга, 1 696 733 руб. 73 коп. процентов по 03.03.2020 и далее по день фактической оплаты долга согласно статье 395 ГК РФ с учетом положений пункта 10.4 договора №40/18261-Д от 17.11.2016 за исключением периода моратория на возбуждение дел о банкротстве с 06.04.2020 по 07.01.2021, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации N 428 от 03.04.2020, периода моратория на возбуждение дел о банкротстве с 01.04.2022 по 01.10.2022, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022  № 497; 199 800 434 руб. 40 коп. долга, 2 357 589 руб. 79 коп. процентов по 03.03.2020 и далее по день фактической оплаты долга согласно статье 395 ГК РФ за исключением периода моратория на возбуждение дел о банкротстве с 06.04.2020 по 07.01.2021, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации N 428 от 03.04.2020, периода моратория на возбуждение дел о банкротстве с 01.04.2022 по 01.10.2022, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022  № 497; а также 1 291 170 руб. расходов по экспертизе, 143 463 руб. расходов по государственной пошлине. В остальной части первоначального иска отказано. С ООО «АСАП Консалтинг»  в пользу акционерного общества «АСЭ» взыскано 72 915 925 руб. 63 коп. неосновательного обогащения, а также 510 924 руб. расходов по экспертизе, 37 846 руб. расходов по государственной пошлине. В остальной части встречного иска отказано.

С учетом произведенного зачета первоначальных и встречных требований с АО «АСЭ»  в пользу ООО «АСАП Консалтинг» взыскано 166 817 838 руб. 84 коп. долга, 1 185 044 руб. 76 коп. процентов по 03.03.2020 и далее по день фактической оплаты долга согласно статье 395 ГК РФ с учетом положений п. 10.4 договора №40/18261-Д от 17.11.2016 за исключением периода моратория на возбуждение дел о банкротстве с 06.04.2020 по 07.01.2021, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации № 428 от 03.04.2020, периода моратория на возбуждение дел о банкротстве с 01.04.2022 по 01.10.2022, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022  № 497; 199 800 434 руб. 40 коп. долга, 2 357 589 руб. 79 коп. процентов по 03.03.2020 и далее по день фактической оплаты долга согласно статье 395 ГК РФ за исключением периода моратория на возбуждение дел о банкротстве с 06.04.2020 по 07.01.2021, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации N 428 от 03.04.2020, периода моратория на возбуждение дел о банкротстве с 01.04.2022 по 01.10.2022, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022  № 497.

   ООО «АСАП  Консалтинг», не согласившись с принятым решением в части частичного удовлетворении встречных исковых требований, просит его отменить на основании пунктов 2, 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.   

Заявитель указывает, что позиция ответчика по встречным требованиям основана на том, что, хотя он принял и оплатил спорные этапы работ,  тем не менее ответчик сохранил свое право требовать обратного взыскания суммы переплаты, вызванной недостатками в работах, которые были выявлены экспертами. Истец считает данную позицию неверной и подлежащей отклонению по следующим основаниям:

- ответчик лишен права ссылаться на недостатки, которые могли быть выявлены при приемке (статья 720 ГК РФ). В данном деле гарантийные письма имеются только на этапы №№ 5, 9, при этом они не охватывают недостатки, выявленные путем экспертизы. Ответчик не доказал, что соответствующие недостатки носили скрытый характер или были оговорены при приемке, как того требует пункт 2 статьи 720 ГК РФ. В действительности ответчик не мог не знать о фактическом состоянии системы, учитывая тот факт, что работы по договору в силу пункта 1.8 договора выполнялись на территории ответчика и с использованием удаленного доступа, под постоянным наблюдением технических специалистов ответчика. В связи с этим даже при наличии недостатков  результата работ встречный иск удовлетворению не подлежал, поскольку, приняв работы по данным этапам и не оговорив право ссылаться на данные недостатки впоследствии, ответчик фактически согласился с изменением требований к результату работ по договору исходя из несущественности соответствующих недоработок для тех коммерческих целей, которые ответчик преследовал;

- к моменту заявления встречного иска (02 марта 2021 г.) истек как двухлетний срок на выявление недостатков (статья 724 ГК РФ), так и срок исковой давности по спорным этапам, которые были приняты ответчиком в июне-июле 2018 г. (этапы №№ 5, 8) и в апреле 2019 г. (этап № 9). Данные обстоятельства являлись самостоятельным основанием для отклонения встречного иска независимо от установленных фактических объема и качества работ;

-при этом ранее ответчик неоднократно письменно подтверждал отсутствие претензий и полную приемку данных этапов. Более того, в 2019 г. АО «АСЭ» подписало дополнительное соглашение к договору, которым ответчик зафиксировал стоимость фактически выполненных работ до 01.01.2019 (Приложение № 18 к первоначальному иску), в том числе по этапам №№ 5, 8. 

При таких обстоятельствах АО «АСЭ» юридически лишен права ссылаться на недостатки в данных этапах также в силу пункта 6 статьи 450.1 ГК РФ, поскольку им был заявлен письменный отказ от осуществления соответствующих прав.

АО «АСЭ», не согласившись с принятым решением, также просит его отменить на основании пункта 2 части 1, 2, 3  статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Заявитель не согласен со взысканием с него 199 800 434 руб. 40 коп. в качестве стоимости внедоговорных работ в отсутствие каких-либо доказательств, подтверждающих факт выполнения таких работ, а также их стоимость. Стоимость работ в размере 199 800 434 руб. 40 коп. установлена на основании сведений о цене работ (услуг), указанной в актах сдачи-приемки между истцом и субподрядными организациями истца, без учета ценообразующих факторов (трудозатраты в человеко-часах и т.п.). Более того, ни в одном акте между истцом и его субподрядчиками не отражены  те внедоговорные работы, стоимость которых взыскана с ответчика, и большинство таких договоров составлены по модели time and materials (оплата за рабочее время при оказании услуг) без возможности отнесения трудозатрат непосредственно в интересах ответчика.

Также указывает, что вывод суда о выполнении истцом сверхдоговорных работ не основан на материалах дела. По утверждению истца, он выполнил три вида сверхдоговорных работ.

- поддержка пользователей системы, не охватываемая договором. Стоимость услуг по поддержке пользователей согласно оценке истца составила 172 308 836 руб. 45 коп.,

- внедрение системы на предприятиях, филиалах и представительствах ответчика, которые не являются предметом договора (расширение организационного объема проекта). Стоимость таких работ по расчету истца составила 99 362 048 руб. 92 коп.

- реализация запросов ответчика на изменение функционала системы, не покрываемых договором. Стоимость работ по оценке истца составила 8 955 125 руб. 69 коп.

Факт выполнения вышеуказанных работ (услуг) ответчиком не признавалась. Как следует из условий договора в состав работ по этапам № 4, 9 и  12 входит «отработка обращений конечных пользователей, устранение полученных замечаний» (приложение № 1 к договору «Техническое задание», приложение № 2 к договору «Календарный план работ». Таким образом, стоимость услуг по рассмотрению и отработке запросов пользователей включена в цену договора и не подлежит дополнительной оплате. Вместе с тем истец предъявил требование о взыскании с ответчика 172 308 836 руб. 45 коп. в качестве стоимости услуг по поддержке пользователей системы. 

Более того, разработка ИСУП КС (И) не была завершена вплоть до расторжения договора, пользовательские и операционные инструкции, руководствуясь которыми осуществляется техническая поддержка и возможно оперативное и точное реагирование на запросы пользователей, исполнителем не сдавались. Следовательно, отработка обращений конечных пользователей, устранение полученных замечаний по находящейся в доработке информационной системе ИСУП КС (И) могло быть осуществлено только исполнителем (истцом). Между тем, поскольку истец квалифицировал оказанные им услуги по поддержке в качестве «сверхдоговорных», он должен был представить доказательства того, что такие услуги относятся именно к первому уровню поддержки.

Как следует из регламента сопровождения пользователей ИСУП КС (И) в пилотном объеме, утвержденном АО «Гринатом», ответчиком и согласованным истцом, услуга 1-го уровня поддержки заключается лишь в регистрации, обработке и маршрутизации сообщений пользователей. Консультации по существу запроса, связанного с поддержкой ИСУП КС(И), на 1-ом уровне поддержки пользователям не выдаются. Данную услугу, то есть регистрацию обращений и их маршрутизацию (направление в адрес исполнителя, дорабатывающего спорную информационную систему), оказывало АО «Гринатом».

Согласно пункту 4.2. Регламента при поступлении обращения в Центр поддержки пользователей Гринатом диспетчер обрабатывает обращение (прим. - идентифицирует обратившегося и фиксирует по его словам/сообщению возникшую проблему) и назначает его на соответствующую группу поддержки. Группа технической поддержки АО «Гринатом» (1-ый уровень поддержки) обеспечивает поддержку рабочих мест конечных пользователей филиалов АО ИК «АСЭ» (ответчик), поддержку серверной инфраструктуры, системного ПО, поддержку сетевой инфраструктуры и т.п. (пункт 4.1. Регламента).

К обязанностям группы технической поддержки ООО «АСАП Консалтинг», оказывающей услуги в рамках 2-го уровня поддержки, относится функциональная поддержка прикладного программного обеспечения, входящего в комплект ИСУП КС(И), разработка новой функциональности ИСУП КС (И), отработка и предупреждение инцидентов, связанных с ошибками ПО SAP, эскалация инцидентов в службу поддержки SAP SE.

Группа технической поддержки ООО «АСАП Консалтинг» при поступлении обращения выполняет требуемые операции по настройке системы, корректировке эксплуатационных документов (пункт 4.4.1. Регламента)

В свою очередь, специалисты 1 уровня поддержки не осуществляют непосредственно функциональную поддержку ИСУП КС(И), разработку новой функциональности ИСУП КС(И) (включая доработку недействующей функциональности, составление операционной и пользовательской инструкции и т.д.). Таким образом, услуги по поддержке 2-го уровня заключаются в рассмотрении по существу обращений пользователей, связанных с функциональностью ИСУП КС(И).

В подтверждение работ истец сослался на материалы, объединенные в приложение № 28 к исковому заявлению (Реестр обращений пользователей (услуги по поддержке Системы). Иные доказательства истцом не приведены. Однако, Приложение № 28 представляет собой 8 319 листов напечатанного текста без единой подписи какого-либо сотрудника ответчика. Достоверность содержащихся в документе сведений, а также причастность истца к данным работам установить невозможно. Из содержания указанных материалов не следует вывод о том, что истец оказывал «поддержку конечных пользователей по первому уровню в период выполнения этапов № 9 и № 12», «поддержку по второму уровню за пределами длительности этапа № 9 договора» (даты обращений не указаны), «поддержку пользователей по запросам «Гринатом» и «Росатом», т.е. на сверхдоговорном организационном объеме в рамках этапов № 9 и № 12, за пределами длительности этапа №9 и после уведомления об отказе от исполнения договора №40/18261-Д от 17.11.2016 заказчиком, т.е. после 11.11.2019, «сверхдоговорная поддержка после даты уведомления о расторжении договора заказчиком (после 11.11.2019) на организационном объеме и сверх организационном объеме»..

Также согласно заключению АНП ЦНЭСИТ этап № 9 выполнен на 75%. Гарантийным письмом № 85/04-19 от 26.04.2019 истец признал наличие недоработок в этапе № 9 и обязался их устранить. Заявитель полагает, что даже в том случае, если бы истец в действительности оказывал услуги по поддержке пользователей за пределами длительности этапа 9 (то есть после подписания акта по этапу № 9 (26.04.2019), такие услуги были бы вызваны просрочкой выполнения работ по данному этапу и направлены на устранение недостатков. Вывод об оказании услуг по сверхдоговорной поддержке пользователей за пределами 9 этапа, является необоснованным и противоречит формальной логике.

Заключение экспертов АНП ЦНЭСИТ по данному вопросу не может иметь доказательственного значения. Мнение экспертов АНП ЦНЭСИТ основано на оценке имеющихся в материалах дела документов, не носящих технический характер (Реестр обращений пользователей (приложение № 28 к исковому заявлению), и толковании  договора. В то время как оценка документов, на которых основывались эксперты, и толкование договора относятся к прерогативе суда.

Кроме того по мнению истца, он реализовал дополнительный функционал Системы, не предусмотренный техническим заданием (превышение функционального объема проекта). В ходе реализации проекта ответчик якобы выдавал истцу запросы на изменение функционала Системы после того как функционал Системы и необходимые доработки были согласованы на этапах №№ 1 и 5 (проектирование Системы) и эти этапы были приняты ответчиком. Единственным документом, на который ссылался истец в подтверждение запросов на изменение функционала, является «Реестр запросов на изменение» (приложение № 52 к исковому заявлению).

Однако содержание указанного документа не позволяет установить ни причастность ответчика к его составлению, ни период его направления в адрес истца. Доказательств того, что запросы, указанные в реестре, действительно имели место и исходили от ответчика после согласования проектных решений, материалы дела не содержат.

Более того по мнению заявителя, вывод суда о направлении запросов на изменение функциональных параметров системы после завершения проектирования (этапы №№ 1,5) противоречит установленным судом обстоятельствам дела. Как установил суд на основании заключения экспертов АНП ЦНЭСИТ, этап № 5, относящийся к проектированию, выполнен на 75%, то есть утверждение суда о завершении проектирования системы до направления запросов на изменение противоречит выводу суда о частичном выполнении этапа № 5.

Следовательно, суд в нарушение статьей 71, 170 АПК РФ не дал оценку гарантийным письмам как важнейшим доказательствам, свидетельствующим о невыполнении истцом работ, а также немотивированно и необоснованно пришел к выводу о выполнении истцом работ указанных работ, что противоречит доказательствам, имеющимся в материалах дела.

Нарушение норм процессуального права заявитель связывает с отказом суда включить в состав экспертной комиссии новую экспертную организацию при выбытии одной из двух экспертных организаций, которым была поручена комиссионная экспертиза, а также с отклонением ходатайства о назначении повторной судебной экспертизы. Считает  заключение экспертов АНП ЦНЭСИТ, которым руководствовался суд, по своему содержанию не является экспертным исследованием и основано на оценке представленных по делу доказательств, что противоречит разъяснениям, приведенным в абзаце 3 пункта 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 N 23. Выводы экспертов носят предположительный характер, основаны исключительно на сдаточно-приемной документации (актах выполненных работ) и иных документах (презентациях, протоколах совещаний и т.п.), оценка которых относится к компетенции суда, а не экспертов. Более того, документы, положенные в основу экспертных выводов, не могут свидетельствовать о выполнении работ в каком-либо объеме. В ходе судебного заседания, отвечая на вопросы сторон, эксперты прямо признали, что делают вывод об объеме и стоимости работ исходя из вероятностной оценки и без учета результатов осмотра объекта экспертизы (резервная копия программы ИСУП КС(И). В соответствии с правовым подходом, выраженным в судебной практике (постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 07.10.2022 № Ф01-4536/2022 по делу № A3 8-10847/2018) экспертное заключение не может считаться достоверным доказательством, если выводы экспертов носят предположительный (вероятностный) характер, сделаны без осмотра объекта исследования и оценки его состояния, на основании документов, представленных заинтересованной стороной.

Более того, эксперты АНП ЦНЭСИТ подлежали отводу по мотивам, приведенным в приложениях № 2 и 3 к настоящей жалобе. Доводы экспертов АНП ЦНЭСИТ об отсутствии у них надлежащего доступа к Системе опровергаются ответчиком в приложении № 2 к настоящей жалобе. 

Также, заявитель указывает, что на депозитный счет Арбитражного суда Нижегородской области в счет оплаты экспертизы по  настоящему делу  сторонами были внесены средства на общую сумму 4 998 780 руб., что превышает стоимость экспертизы на 498 780 руб. Вопрос о распределении излишне перечисленных на депозитный счета суда денежных средств в решении не разрешен.

Более подробно доводы АО «АСЭ» изложены в апелляционной жалобе. 

ФИО11 (далее – ФИО11), не согласившись с принятым решением, также просит его отменить на основании пункта 3 части 1, 2  статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Данный заявитель не согласен с мотивировочной  частью  решения, поскольку в абзацах 6, 7 страницы 3 решения Арбитражного суда Нижегородской области от 21.09.2023 необоснованно указано: «Материалы, предоставленные ООО «Кредо Консалтинг» 10.04.2023 свидетельствуют об участии, вмешательстве третьих лиц, не являющихся экспертами и не предупрежденных об уголовной ответственности, в проведение судебной экспертизы и подготовку текста заключения, что нарушает процессуальное законодательство и само по себе влечет недопустимость заключения как полученного с нарушением закона. Дополнительным основанием для удовлетворения заявления является то, что имеются основания полагать, что данные третьи лица являются представителями ответчика, что подтверждается доверенностью ответчика на юриста ФИО11, которая, исходя из материалов от 10.04.2023, участвовала в проведении экспертизы по делу и давала экспертам комментарии по существу экспертизы».

По мнению заявителя, данным утверждением Арбитражный суд Нижегородской области установил с ее (ФИО11) стороны факт нарушения закона, выразившийся в незаконном участии заявителя в проведении судебной экспертизы по делу и в оказании заявителем непосредственного влияния на результаты экспертизы. В обоснование своих доводов ФИО11 сослалась на выводы комиссия специалистов по результатам лингвистического исследования №933/23 от 19.10.2023 о том, что:

-текст судебного акта содержит негативную информацию о ФИО11;

-данная негативная информация изложена в виде утверждения о фактах и

событиях, которые могут быть проверены на предмет соответствия действительности. В связи с этим считает, что решение суда не только непосредственно нарушает ее права, но и непосредственно затрагивает  права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации субъективных прав и надлежащего исполнения обязанностей по отношению к одной из сторон спора, а именно, по отношению к ответчику.

   Представители ООО «АСАП  Консалтинг» в судебном заседании доводы своей апелляционной жалобы поддержали, возражали против доводов жалобы ответчика, производство по апелляционной жалобе ФИО11 просили прекратить. Представители ответчика возражали против доводов апелляционной жалобы истца, апелляционную жалобу ФИО11 оставили на усмотрение суда. ФИО11 доводы своей апелляционной жалобы поддержала.

Представители  Уполномоченного по защите прав предпринимателей в Нижегородской области, АО  «БК  СОФТ», ООО «САП СНГ», ООО  «Лад  Ай  Ти», ООО  «ГИД-Экспертиза» в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие указанных лиц. 

   Законность и обоснованность принятого по делу решения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

   Повторно рассмотрев дело, Первый арбитражный апелляционный суд считает судебный акт суда первой инстанции  не подлежащим отмене.

   Как следует из материалов дела, 10.10.2016 ответчик признал истца, подавшего тендерную заявку в кооперации с ООО «САП СНГ» и другими субподрядчиками, победителем конкурса на заключение договора на сумму 855 000 000 руб. Между сторонами заключен договор №40-18261-Д от 17.11.2016.

    Согласно Приложению № 1 к договору (Техническому заданию), результатом по договору должна была являться Система, настроенная в соответствии с проектными решениями и переведенная в промышленную эксплуатацию на 35 балансовых единицах (предприятиях, филиалах и т.п.) АСЭ (организационный объем проекта). Достижение данного результата оценивалось, исходя из утвержденного Президентом АСЭ устава проекта, который зафиксировал ключевые показатели эффективности проекта (КПЭ), такие как количество сотрудников, пользующихся системой, отражение хозяйственных процессов и т.п. (устав проекта).

По условиям договора услуги (работы) истца подлежали выполнению в три основные стадии поэтапно (каждый этап имел самостоятельные срок и стоимость):

-вначале истец должен был разработать техно-рабочий проект Системы (этапы №№ 1, 5);

-затем - должен был настроить проект Системы, разработать необходимые программы и внедрить данный проект Системы на ограниченном объеме предприятий АСЭ – т.н. «предприятия пилотного организационного объема», которые включают АО «НИАЭП» и все его филиалы и представительства, ООО «ВдМУ» и все его филиалы и представительства, а также все филиалы и представительства, задействованные в проекте строительства АЭС «Руппур» (этапы №№ 2, 3, 6, 7, 8, 9);

-впоследствие, истец должен был растиражировать проект Системы с пилотного организационного объема на полный организационный объем (иные предприятия Инжинирингового дивизиона) с одновременной настройкой и адаптацией под нужды каждого предприятия с учетом унификации, которую должен был сделать ответчик (этапы №№ 10-12).

Тендерная документация предполагала выполнение ряда дополнительных услуг.

При проведении тендера ответчик разъяснил, что истец должен будет «поддерживать систему после пилота для пилотных предприятий и тиража для всех предприятий» в соответствии с отдельным договором сопровождения (Вопросы №№ 29-30 в письме ответчика № 304-07/4907 от 08.09.2016).

Ответчик, исходя из раздела 4 технического задания к договору принял на себя обязанности по содействию выполнению работ: ответчик отвечал за формирование коллегиальных органов управления проектом для принятия решений по настройке Системы, обязался участвовать в разработке документов, являющихся результатами по каждому из этапов, осуществлять необходимые организационные изменения, осуществлять унификацию бизнес-процессов, обеспечить организационную подготовку и участие в обучении конечных пользователей, создать службу поддержки и отвечать за техническое обеспечение работы службы поддержки, выполнить иные обязанности по содействию, указанные в договоре, включая техническое задание, и в уставе проекта.

11.11.2019 письмом  № 40-440/55822 ответчик отказался от договора до завершения его исполнения.

По утверждению истца, к данному моменту были выполнены следующие работы, предусмотренные договором:

-этап № 1 - техно-рабочее проектирование прототипа Системы,

-этапы №№ 2-4 - прототип Системы на проекте АЭС «Руппур»,

-этапы №№ 5, 8, 9 - адаптация техно-рабочего проекта, подготовка и сопровождение промышленной эксплуатации прототипа Системы на пилотных предприятиях АСЭ – данные работы, по мнению истца, были полностью завершены, приняты по двусторонним актам и оплачены;

-этапы №№ 6, 7 - адаптация, осуществление разработок/программирование и комплексные испытания прототипа Системы на пилотных предприятиях, согласно позиции истца, находились в работе и не были оплачены ответчиком. По мнению истца, их цели уже были достигнуты (Система была внедрена и эксплуатировалась на "пилотных" предприятиях), в работе находились лишь отдельные функциональные аспекты Системы с учетом нужд конечных пользователей (в частности, ожидалось принятие решение заказчиком по отдельным функциям Системы) и производилась доработка документации под требования АО «Гринатом» (многофункциональный центр обслуживания Госкорпорации «Росатом», отвечающий за внутренние процессы закупок и сдачи их результатов), предполагающей прохождение многочисленных итераций по оформлению приемо-сдаточных документов по

требованиям АО «Гринатом»; 

-этапы №№ 10 - тиражирование Системы на все предприятия организационного объема, 12 - сопровождение эксплуатации Системы на всех предприятиях организационного объема, по мнению истца, были завершены, предъявлены к приемке, но не оплачены ответчиком, 

-этап № 11 -  развитие функционала в части процессов бюджетирования -находился в работе.

Помимо вышеуказанных этапов по утверждению истца были выполнены три вида сверхдоговорных работ:

- по просьбе ответчика истец внедрил систему не на 35 балансовых единицах согласно техническому заданию, а на не менее, чем 56 предприятиях, филиалах и представительствах. Функционирующая система на каждом из таких предприятий, филиалов и представительств  является самостоятельным результатом работ, не охватываемых договором и его ценой и не являющимся необходимым для достижения результата работ, установленных договором;

- по просьбе ответчика истец реализовал дополнительный функционал Системы, не предусмотренный техническим заданием (превышение функционального объема проекта). В ходе реализации проекта ответчик выдавал истцу запросы на изменение функционала Системы после того, как функционал Системы и необходимые доработки были согласованы в ходе этапов №№ 1 и 5 (проектирование Системы) и эти этапы были приняты ответчиком. Данные запросы на изменение приводили к существенному увеличению трудозатрат истца и требовали пересмотра сроков и стоимости услуг;

- истец оказывал поддержку пользователей системы (работы по поддержке пользователей системы). Так, согласно разделу 4 Технического задания, ответчик должен был обеспечить поддержку конечных пользователей (т.н. «поддержку по 1-му уровню») в ходе этапов №№ 9, 12 (сопровождение промышленной эксплуатации на "пилотном" и на окончательном организационном объеме, соответственно), в то время как истец отвечал только за консультации пользователей в качестве 2-го уровня поддержки (это экспертная служба поддержки сотрудников-консультантов, работающих «по первому уровню» с конечными пользователями, по вопросам, которые они не могут самостоятельно разрешить). В связи с этим в ходе этапов №№ 9, 12 истец оказывал поддержку конечных пользователей («поддержку первого уровня»), а не только экспертную поддержку «по второму и третьему уровню». Кроме того, после окончания этапов №№ 9, 12 (6 месяцев) истец продолжил поддержку в полном объеме (по первому уровню, а также экспертную поддержку) сверх установленного договором срока в 6 месяцев. Истец оказывал поддержку в полном объеме на 56 балансовых единицах, а не на 35 балансовых единицах, как предусмотрено Техническим заданием. Данные услуги  также не охватывались договором и его ценой.

При этом ответчик знал о факте выполнения данных работ (которые осуществлялись непосредственно на его серверах с использованием удаленного доступа) и не возражал против их выполнения. Истец также ссылается на то, что ответчик выражал согласие на оплату данных работ (пункт  3 протокола встречи от 19.04.2019) и подготовил проект дополнительного соглашения к договору с указанием на свое обязательство их оплатить и на их цену.

Спор сторон затрагивает также сроки выполнения работ. 12.12.2019 ответчик направил в адрес ПАО «Совкомбанк» требование о "раскрытии" банковской гарантии, выданной в обеспечение обязательств истца (принципала) по своевременному выполнению работ, на сумму 42 750 000 руб., сославшись в требовании в адрес банка, что данная сумма неустойки была начислена за нарушение промежуточных сроков оказания услуг по этапам №№ 1-3 договора в период с 16.12.2016 по 25.12.2017.

Истец считает, что на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение, поскольку в действительности неустойка не подлежала взысканию в пользу ответчика.

Встречный иск ответчика касается ранее принятых и оплаченных этапов №№ 1-5, 8, 9. Данные требования не затрагивают объем работ по первоначальному иску.

Встречный иск мотивирован тем, что ответчик выявил недоработки в ранее принятых и оплаченных этапах. Данные недоработки, по мнению ответчика, подтверждаются письменным мнением АО «Гринатом», согласно которого, совокупный процент достижения результатов по проекту составляет 24% (данный процент определен по всему проекту без разбивки по этапам и основан на собственной оценке АО «Гринатом»). При этом АО «Гринатом» имеет непосредственный доступ к системе, так как  является оператором и хранителем системы по договору об оказании услуг с ответчиком, в связи с чем, процент достижения результатов проекта является достоверным.

На основании этого ответчик требовал, помимо отказа в удовлетворении первоначальных требований истца, взыскать с истца неосновательное обогащение в сумме 385 327 723 руб. 52 коп.

   Удовлетворяя частично первоначальные исковые требования ООО «АСАП  Консалтинг» суд первой инстанции исходил из следующего.

   Правоотношения участников сделки регулируются гражданско-правовыми нормами о строительном подряде, содержащимися в статьях 740 - 757 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общими правилами о подряде (пункт 2 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации). Из договора в силу пункта 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации возникли взаимные обязательства сторон.

   При этом каждая из сторон считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать (пункт 2 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации).

   Согласно статье 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

   В соответствии со статьей 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно статье 717 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором подряда, заказчик может в любое время до сдачи ему результата работы отказаться от исполнения договора, уплатив подрядчику часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора. 

   Согласно пункту 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставленное Гражданским кодексом РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310 Гражданского кодекса РФ) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора); договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено Гражданским кодексом РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором.

   Пунктом 4 статьи 453 Гражданского кодекса  Российской Федерации предусмотрено, что в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, то к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Анализ представленных в материалы дела документов свидетельствует о том, что между сторонами был заключен договор №40-18261-Д от 17.11.20160, по условиям которого заказчик поручил, а подрядчик принял на себя обязательство разработать техно-рабочий проект Системы, настроить проект Системы, разработать необходимые программы и внедрить данный проект Системы на ограниченном объеме предприятий АСЭ –т.н. «предприятия пилотного организационного объема», которые включают АО «НИАЭП» и все его филиалы и представительства, ООО «ВдМУ» и все его филиалы и представительства, а также все филиалы и представительства, задействованные в проекте строительства АЭС «Руппур» (этапы №№ 2, 3, 6, 7, 8, 9);

Впоследствии ответчик воспользовался правом на односторонний отказ от исполнения договора, предусмотренным статьей 717 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

   Право на односторонний отказ считается реализованным, а договор прекратившим свое действие с  момента получения ответчиком уведомления об одностороннем отказе от исполнения договора. Соответственно, договор №40-18261-Д от 17.11.2016, заключенный между сторонами спора,  прекратил свое действие с даты доставки  уведомления ООО «АСАП  Консалтинг» об отказе от исполнения договора ответчику.

   Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении", полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала, являются неосновательным обогащением получателя и подлежат возвращению в соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

   В силу пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

   В связи с этим,  в виду  прекращения спорного контракта требование заказчика о возврате неизрасходованного аванса правомерно разрешено судом согласно нормам главы 60 "Обязательства вследствие неосновательного обогащения" Гражданского кодекса Российской Федерации.

   Вместе с тем,  в силу статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации,  расторжение договора не прекращает обязательство заказчика по оплате выполненных работ или оказанных услуг в соответствии с условиями договора. В силу пункта 4 названной нормы права при расторжении договора производится  проверка равноценности полученных сторонами выгод, и в случае, если одна из сторон получила неравноценное встречное  предоставление, к отношениям  сторон  также подлежат применению  правила о неосновательном обогащении.

   В силу статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными. Заказчик вправе отказаться от приемки результата работ в случае обнаружения недостатков, которые исключают возможность его использования для указанной в договоре подряда цели и не могут быть устранены подрядчиком или заказчиком.   

   По правилам пункта 5 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации при возникновении между заказчиком и подрядчиком спора по поводу недостатков выполненной работы или их причин по требованию любой из сторон должна быть назначена экспертиза.

С целью  установления  объема и качества выполненных  ООО «АСАП  Консалтинг» работ в рамках дела была проведена судебная экспертиза, проведение которой  было  поручено  эксперту  АНП «Центр независимых средств информационных технологий».

Согласно заключению  судебной экспертизы АНП «Центр независимых средств информационных технологий»:

-в фактически выполненных истцом объемах работ/услуг по этапам №№6, 7, 10, 12 договора №40/18261-Д от 17.11.2016, имеются устранимые без несоразмерных затрат недостатки и/или недоработки, что не делает невозможным использование системы в части реализованных работ по этапам №№ 6, 7, 10, 12, т.е. указанные работы/услуги имеют потребительскую ценность.

-в фактически выполненных исполнителем объемах работ/услуг по этапу №11 договора №40/18261-Д от 17.11.2011 имеются недостатки и/или недоработки, что не делает невозможным использование системы, указанные работы/услуги по этапу № 11, согласно выводам экспертов, не имеют потребительской ценности.

Также эксперты указали, что ввиду не предоставления АО «АСЭ»  копии ИСУП КС (И) на 15.11.2019, вопреки неоднократным определениям суда, провести его исследование не предоставляется возможным. С учетом этого, согласно выводам экспертов, работы истца по этапам №№ 6-7, 10, 12 имеют потребительскую ценность и были выполнены на сумму 238 847 901 руб. 47 коп., в том числе: по этапу № 6 - стоимость работ составляет 80 005 500 руб.;

по этапу № 7 стоимость работ составляет 75 429 000 руб.; по этапу № 10 стоимость работ составляет 61 731 000 руб.; по этапу № 12 стоимость работ составляет 21 682 401 руб. 47 коп. При этом основания для отказа от приемки работ по данным этапам, заявленные ответчиком после расторжения договора, носили формальный (оформительский) характер и потому не свидетельствуют о том, что он  не может эксплуатировать результат работ по данным этапам. Замечания к оформлению документации не могут по смыслу пункта 4 статьи 753 ГК РФ являться основанием для отказа от оплаты и приемки работ, учитывая, что недоработки в оформленных документах учтены при определении стоимости работ.

Выводы судебных экспертов соотносятся с иными доказательствами, представленными в материалы дела.

Так, в материалы дела предоставлен приказ АО «АСЭ» № 40/1376-П от 14.08.2018, согласно которому 14.08.2018 последнее ввело Систему в промышленную эксплуатацию. В материалах дела также имеются внутренние вестники и рассылки ответчика, из которых следует, что ответчик фактически использует Систему, в том числе для учета всех хозяйственных операций и для сдачи бухгалтерской и налоговой отчетности и получения управленческой отчетности, что является, в том числе, предметом спорных этапов, исходя из Технического задания к договору. В материалах дела имеются также отчеты о контроле качества ООО «САП СНГ» как дочерней организации правообладателя системы. Также, суд принял во внимании публикации, презентацию ответчика в отношении результата работ.

При этом АО «АСЭ» не оспорило, что ранее  приняло и оплатило этапы №№ 8, 9, которые, как следует из Технического задания к договору, являются технологически последующими по отношению к этапам №№ 6,7. 

АО «АСЭ» также подтверждало свое согласие увеличить цену договора ввиду сверхдоговорных работ (материалы управляющего совета № 4), что было бы невозможным при выполнении спорных этапов на 24%, как утверждает ответчик (доказательств обратного не представлено).

Кроме того, в материалах дела имеется протокол осмотра сайта, содержащий презентацию ответчика о ходе работ, в которой ответчик указывал на ввод системы в эксплуатацию на всех своих предприятиях (что является предметом этапов № 6, 7, 10, 12), а также ее фактическое использование, в том числе в части КФШ (предмет этапа № 6).

В материалах дела также имеется письмо ФИО12 (администратора системы от ответчика согласно распоряжению от 14.05.2019 № 40-22/1324-Р в Приложении 1 к ходатайству истца от 24.11.2020), из содержания которого усматривается указание на «Старт ИСУП КС в промышленную эксплуатацию» начиная с 09.01.2018, а также на тот факт, что к указанной дате были «реализованы следующие процессы: бухгалтерский и налоговый учет, инвестиционная деятельность, учет затрат и результатов, управление бюджетом платежей и казначейство, управление закупкой для нужд АХД, управление закупкой ПИР, СМР, ТМЦ и оборудования для капитального строительства». Данные процессы относятся к основному функционалу проекта и реализовывались, в частности, в ходе спорных этапов №№ 6, 7 (раздел 4 Технического задания к договору).

В письме от 09.01.2019 указано, что 09.01.2019 на предприятиях Инжинирингового дивизиона, входящих в организационный объем тиражирования, запущена в эксплуатацию информационная система управления капитальным строительством», а также что «готовы к продуктивной эксплуатации 46 новых балансовых единиц».

Ответчик достоверность приведенных  доказательств не оспорил, факт направления соответствующих писем и выполнения данных презентаций  не опроверг. При этом эксперты указали на то, что перенос сведений из исторических систем предусмотрен условиями договора и является отдельным трудозатратным видом работ, в связи с чем сам по себе факт того, что часть элементов системы не была создана истцом, а была перенесена из других систем, не означает, что работы по договору (который и предусматривает такой перенос) оплате не подлежат.

Таким образом, оценив приведенные доказательства  по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд обоснованно счел доказанным выполнение истцом работ по этапам №№ 6, 7, 10, 12 на общую сумму 23 8847 901 руб. 47 коп., в связи с чем, в удовлетворил требования истца о взыскании данной задолженности.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании 2 045 461 руб. 41 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по 03.03.2020 и далее, начиная с 04.03.2020 по дату фактической оплаты, проценты исходя из предусмотренной договором ставки 5% годовых на сумму задолженности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Согласно пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором. Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку основное требование в указанной выше части подлежит удовлетворению, то с учетом положений статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации частичному удовлетворению подлежит также акцессорное требование истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами. При этом в силу пункта 10.4 договора размер процентов для целей применения статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации по денежным обязательствам ответчика, возникшим из договора, составляет 5% годовых.

В связи с этим в части требований, касающихся услуг по договору, истец взыскивает неустойку исходя из фиксированной процентной ставки в 5% годовых.

Расчет процентов, взысканный судом, второй  инстанции проверен и признан верным, с учетом действия моратория. Таким образом, требование истца о взыскании  процентов в размере 1 696 733 руб. 73 коп. по 03.03.2020 и далее по день фактической оплаты удовлетворено правомерно.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании - 280 626 011 руб. 05 коп. – долга по работам, оказанным вне договора и не охватываемым ценой договора, 3 321 381 руб. 83 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по 03.03.2020 и далее по день фактической оплаты задолженности.

Согласно заключению  судебной экспертизы АНП «Центр независимых средств информационных технологий», объем и стоимость услуг/работ по этапам №№ 6, 7, 10-12 и сверхдоговорных услуг/работ для каждого субподрядчика по спорному договору (субподрядчик, объем в процентном соотношении и стоимости) составляют: ИП ФИО13 0,06% 253 246,54 руб.; ИП ФИО14 0,93% 4 165 777, 69 руб.; ИП ФИО15 0,15% 652 142,07 руб.; ИП ФИО16 0,13% 595 513,08 руб.; ИП ФИО17 0,07 % 294 686, 88 руб.; ИП ФИО18 0,43% 1 948 202,62 руб.; ИП ФИО19 0,29% 1 304 603, 39.; ИП ФИО20 0,55% 2 460 328,51 руб.; ИП ФИО21 1,21% 5 418 452, 75 руб.; ИП ФИО22 0, 26 % 1 155 725,12 руб.; ИП ФИО23 1,13% 5 079 000,07 руб.; ИП ФИО24 1,36% 6 127 031,46 руб.; ИП ФИО25 0,83% 3 747 537,19 руб.; ИП ФИО26 0,79% 3 547 753,81 руб.; ИП ФИО27 0,18% 802 203,18 руб.; ИП ФИО28 0,28% 1 249 349,60 руб.; ИП ФИО29 0,73% 3 260 996,87 руб.; ИП ФИО30 0,83 3 724 514,78 руб.; ИП ФИО31 0,62% 2 777 014,59 руб.; ИП ФИО32 0,50% 2 248 010,71 руб.; ИП ФИО33 0,64% 2 878 824,82 руб.; ФЛ ФИО34 0,02 69 518,73 руб.; ФЛ ФИО35 0,15% 683 765,66 руб.; ФЛ ФИО36 0,02% 80 762,62 руб.; ФЛ ФИО37 0,04% 176 505,16 руб.; ФЛ ФИО38 0,08 357 768,29 руб.; ФЛ ФИО39 0,12% 551 877,93 руб.; ЮЛ АО «Бизнес Компьютер Софт» 15,46% 69 485 317,10 руб.; ЮЛ ООО «Борлас АФС» 2,32% 10 445 002,42 руб.; ЮЛ ООО «ГИД-Экспертиза» 10,52% 47 290 515,96 руб.; ЮЛ ООО «ДотОрг» 0,25% 1 125 540,18 руб.; ЮЛ ООО «Лад Ай Ти» 3,54% 15 911 045,29 руб.; ЮЛ ООО «Функция ИТ» 0,46% 2 065 366,23 руб.; ЮЛ ООО «ЭСК Центр» 0,20% 907 472,16 руб.; ЮЛ ООО «САП СНГ» 15,26% 68 588 500,37 руб. По ООО «АТОС АЙТИ СОЛЮШЕНС ЭНД СЕРВИСЕЗ» не более 24,10% 108 355 822,61 руб. – в то же время в отношении ООО «АТОС АЙТИ СОЛЮШЕНС ЭНД СЕРВИСЕЗ» экспертами установлено, что часть этих работ в действительности выполнялась истцом или его субподрядчиками, в связи с чем точная сумма по данному субподрядчику не устанавливалась. 

Спор в данной части касается отношений истца с субподрядчиками и в данном судебном деле разрешению не подлежит. При этом эксперты указали, что работы ООО «ГИД-Экспертиза» и АО «БК Софт» выполнялись в рамках спорной системы и в целях реализации договора. В связи с этим подлежат учету также выводы, содержащиеся во вступивших в законную силу судебных актах по делам №А40-288832/2019, №А40-240369/2019.

Эксперты пришли к выводу о том, что истец выполнил указанные сверхдоговорные работы, не входящие в предмет договора и имеющие потребительскую ценность для ответчика (то есть влекущие его имущественное обогащение), при этом их стоимость составила 199 800 434 руб. 40 коп.

Согласно выводам экспертов, истцом выполнены следующие сверхдоговорные услуги/работы, не охватываемые Техническим заданием по договору:

-превышение организационного объема проекта в части внедрения системы на 21БЕ помимо 35 предприятий и филиалов, предусмотренных ТЗ, включая выгрузку данных из исторических систем для начала работы пользователей данных БЕ в системе. Кроме этого, сверх объема в 56БЕ выполнено: создание БЕ, создание ролей и заведение ролей в ИСУП КС (И) для 2 БЕ, создание ролей и заведений ролей в ИСУП КС (И) для 2 БЕ; обогащение исторических сведений 3 БЕ; создание БЕ L633 1 БЕ;

-увеличение функционального объема проекта, в том числе в части отработки запросов на изменение и обогащения мигрированных данных. Подтвердить факт увеличения функционального объема проекта в части изменения форм отчетности и сметы на основании имеющихся МД не представляется возможным;

-сверхдоговорная поддержка системы, в том числе в части: поддержки конечных пользователей (поддержки по первому уровню) в период выполнения этапов №№9 и 12; поддержки по второму уровню за пределами длительности этапа №9 договора.

Установить, осуществлялась ли поддержка системы на 21 предприятии и филиалах сверхдоговорного организационного объема, исходя из МД не представляется возможным. Однако, исполнителем была оказана техническая поддержка пользователей по запросам «Гринатом» и «Росатом», т.е. на сверхдоговорном организационном объеме в рамках этапов №№9 и 12, за пределами длительности этапа №9 и после уведомления об отказе от исполнения договора №40/18261-Д от 17.11.2016 заказчиком, т.е. после 11.11.2019. Кроме того, исполнителем была оказана сверхдоговорная поддержка после даты уведомления о расторжении договора заказчиком (после 11.11.2019) на организационном объеме и сверх организационном объеме.

Указанные работы/услуги имеют потребительскую ценность для  заказчика (ответчика), так как результаты работ/услуг им применялись, например, для ведения автоматизированного учета с помощью КФШ-2, вследствие превышения сроков оказания технической поддержки пользователям ИСУП КС (И) и увеличения договорного организационного объема, а также ввиду намерений заказчика еще более увеличить функциональный и организационный объем спорного договора.

В составе работ/услуг, заявленных истцом к оплате в качестве сверхдоговорных, не обнаружено таких работ/услуг, которые не выполнены на этапах №№1-5, 8, 9 договора №40/18261-Д от 17.11.2016 или которые направлены на устранение недостатков и недоработок работ и услуг по этапам №№1-5, 8, 9 спорного договора.

Рассмотрев заключение экспертов в данной части и представленные иные доказательства, суд  в отношении превышения организационного объема счел необходимым отметить следующее. Техническое задание (пункт 1.2) указывает на то, что организационный объем проекта составит не более 35 балансовых единиц. Каждая балансовая единица представляет собой самостоятельный объект внедрения: систему необходимо отдельно внедрять на каждом предприятии, представительстве, филиале (ином подразделении) АСЭ с учетом конкретных нужд данного предприятия. В связи с этим каждый дополнительный объект внедрения (балансовая единица) представляет собой объем услуг, не покрываемый ценой договора.

Экспертами сделан вывод о том, что фактически система внедрена на 56 балансовых единицах. Эксперты также указали, что ответчик некорректно ссылается на то, что под «балансовой единицей» необходимо понимать юридическое лицо; в действительности, балансовая единица, согласно обычному значению данного термина, которое использовалось также в переписке сторон и используется САП, - это любое организационное подразделение с собственным балансом. Следовательно, факт внедрения истцом системы на дополнительных 21 балансовых единицах является сверхдоговорными работами, подлежащими оплате по правилам статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В отношении превышения функционального объема усматривается, что, как следует из Технического задания (п.4.), параметры системы (конкретные бизнес-процессы и функции, которые должны быть реализованы в системе) и формы необходимых документов (в том числе отчетов, смет) определяются на этапах проектирования (этапы №№ 1, 5). После этого (в рамках последующих этапов) данные функциональные параметры не изменяются, а лишь реализуются в системе для конкретных предприятий и филиалов. Не предусмотрена возможность изменения параметров системы после завершения этапа проектирования системы (этапы №№ 1, 5), что является основным требованием для такого рода проектов, поскольку такие изменения влекут серьезный объем дополнительных трудозатрат (выполнение дополнительных разработок, взамен ранее подготовленных и пр.). Таким образом, любое изменение параметров системы (отработка запросов на изменение) является сверхдоговорной работой.

Кроме того, обогащение мигрированных данных не упоминается в качестве задачи исполнителя в Техническом задании и не следует из Технического задания. Следовательно, превышение функционального объема, на которое указали эксперты, также является сверхдоговорными работами, подлежащими оплате по правилам статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В отношении работ по поддержке пользователей системы усматривается, что согласно разделу 4 Технического задания (пункт 4), в объем работ/услуг истца (в рамках этапов №№ 9, 12) входил только второй уровень поддержки (экспертные консультации сотрудников поддержки ответчика), причем только на протяжении 6 месяцев и только на предприятиях организационного объема проекта (35 филиалов и предприятий).

В связи с этим непосредственная поддержка конечных пользователей Системы (поддержка по первому уровню), а также поддержка свыше 6 месяцев или за пределами согласованного организационного объема проекта, не входят в предмет договора и являются самостоятельной услугой, не охватываемой его ценой.

Это соответствует разъяснениям для участников запроса предложений в ходе закупочной процедуры (закупка №160831/1065/264), в соответствии с которыми такая поддержка должна осуществляться на основании отдельного договора сопровождения вне рамок договора (вопросы 29-30 в письме АО «Атомкомплект» от 08.09.2016 №304-07/4907 «О разъяснении положений закупочной документации»).

В зоне ответственности заказчика было создание Центра Компетенции для обеспечения первой линии поддержки конечных пользователей, но анализ предоставленных материалов и обращений пользователей напрямую в адрес истца показал, что ответчик не создал такого Центра Компетенции, а соответствующие затраты по обеспечению деятельности, которую должен был выполнять Центр Компетенции, понес истец (распределение ответственности зафиксировано в пункте 4 Технического задания к договору).

В результате ответчик сберег денежные средства и указанные обстоятельства повлекли его неосновательное обогащение, что также подлежит взысканию в соответствии со статьей  1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом указание ответчика  на то, что данные услуги, если были оказаны, повлекли обогащение не ответчика, а конкретных получателей этой услуги, обоснованно не принято во внимание судом, поскольку именно ответчик сберег денежные средства на организацию услуг по поддержке, которые он должен был оказывать с учетом вышеприведенных доказательств. Ссылки ответчика на отсутствие письменного договора, оформляющего данные работы, также обоснованно отклонены, поскольку требование заявлено по основанию статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, применение которой зависит от факта обогащения имущественной сферы ответчика, а не от факта заключения сторонами договора.

Вопреки доводам отзыва ответчика о том, что ответчик не инициировал данные работы и оспаривает их выполнение, в материалы дела представлены доказательства, что ответчик фактически принял и воспользовался результатами вышеуказанных работ.

В документах, исходящих от ответчика содержится подтверждение того, что система была внедрена на 56, а не на 35 балансовых единицах, как предусмотрено первоначальным Техническим заданием. Дополнительно присутствует информация от главных бухгалтеров предприятий, на которых внедрена система; присутствуют протоколы загрузки начальных данных (остатков) по всем БЕ (всем 56 предприятиям и филиалам, входящих в объем проекта), подписанные сотрудниками ответчика, что является необходимым условием для работы данных филиалов и предприятий в системе. Данные протоколы подтверждают, что система была внедрена и используется на 56 предприятиях, представительствах и филиалах, а не на 35, как предусмотрено Техническим заданием. Кроме того, помимо собственно внедрения системы на дополнительных 21 балансовых единицах, истец выполнил работы по выгрузке данных из исторических систем, при этом факт выполнения работ в части выгрузки данных из исторических систем подтверждается актами выполненных работ ООО «Лад Ай Ти», представленными в материалы дела.

Также судом приняты во внимание публикации, презентация ответчика, представленные в дело. В принятом и подписанном ответчиком протоколе Управляющего Совета № 4 указывается на то, что заказчик был готов оплатить дополнительные работы.

Фактическая приемка ответчиком работ по поддержке подтверждена  представленными в материалы дела протоколами поддержки,  реестрами выгрузки запросов на обслуживание за период с 01.01.2018 по 31.10.2019 с указанием ФИО пользователей ответчика, наименования запроса и исполнителей запросов – сотрудников истца, а также материалами ответчика к Управляющему Совету №4, в котором говорится о согласии ответчика с выполненными работами по сопровождению 1 линии.

Изложенное свидетельствует о том, что между сторонами сложились фактические договорные отношения в этой части. Учитывая характер услуг, предполагающий, что они выполняются непосредственно (с помощью удаленного доступа) на сервере ответчика (пункт 1.7 договора), и предполагающий активное взаимодействие с сотрудниками ответчика (на что указали также эксперты), результаты данных работ непосредственно поступали в его имущественную сферу и не могли выполняться без ведома ответчика и не по его предварительному указанию. Ответчик своими действиями давал полагать истцу, что одобрил выполнение работ, результат данных работ представляет для него потребительскую ценность.

Работы выполнены подрядчиком, результат работ используется ответчиком по назначению. 

В этой связи требования в части взыскания 199 800 434 руб. 40 коп., исходя из сумм, установленных экспертами, удовлетворено обоснованно.  

ООО «АСАП Консалтинг» также заявлено о взыскании  3 321 381 руб. 83 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по 03.03.2020 и далее по день фактической оплаты.

С учетом положений статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации частичному удовлетворению подлежит также акцессорное требование истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами  в части – 2 357 589 руб. 79 коп. по 03.03.2020 и далее по день фактической оплаты с учетом положений Постановления Правительства Российской Федерации N 428 от 03.04.2020, Постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022  № 497.

Отказ суда в удовлетворении  требований ООО «АСАП Консалтинг»  о взыскании неосновательного обогащения в размере 42 750 000 руб. по банковской гарантии, "раскрытой" ответчиком, в размере неустойки за просрочку выполнения работ по договору истцом не обжалуется.

 

При рассмотрении встречных требований О «АСЭ» о взыскании неосновательного обогащения по этапам №№ 1-5, 8, 9 договора суд пришел к следующим выводам.

Согласно заключению  судебной экспертизы АНП «Центр независимых средств информационных технологий»,  этапы №№ 1-4 выполнены полностью (100%). Кроме того, эксперты указали, что в фактически выполненных истцом объемах работ/услуг по этапам №№1-4 договора №40/18261-Д от 17.11.2016 не выявлено недостатков и недоработок, которые делали бы невозможным исполнения дальнейших работ по договору, в том числе реализации в ИСУП КС (И) описанных в рабочем проекте решений и использования ИСУП КС (И) в реализованном на дату отказа от исполнения спорного договора объеме ТЗ к спорному договору.

Согласно выводам экспертов, в фактически выполненных истцом объемах работ/услуг по этапам №№5, 8, 9 договора №40/18261-Д от 17.11.2016 имеются недоработки, которые могут быть устранены без несоразмерных затрат, что не сделало невозможным исполнения дальнейших работ по договору, в том числе реализации в ИСУП КС (И) описанных в рабочем проекте решений и использования ИСУП КС (И) в реализованном объеме. Однако стоимость выполненных работ с учетом данных недостатков составляет не менее 75% от технического задания, что соответствует сумме в 82 942 200 руб., 95 719 576,89 руб. и 40 086 000 руб. по этапам № 5, № 8, № 9 соответственно.

С учетом данных выводов экспертов суд счет, что имеются основания для частичного удовлетворения встречных исковых требований по этапам №№ 5, 8, 9 в размере, соответствующем разнице между договорной стоимостью данных этапов (выплаченной ранее в пользу истца) и вышеуказанной стоимостью, определенной экспертным путем с учетом выявленных недостатков.

Согласно приложению № 2 к Договору, договорная стоимость этапа № 5 составляла 110 589 600 руб. Следовательно, сумма неосновательного обогащения истца по данному этапу составила 27 647 400 руб.

Договорная стоимость этапа № 8 составляла 127 626 102 руб. 52 коп. Следовательно, сумма неосновательного обогащения истца по данному этапу составила 31 906 525 руб. 63 коп.

Договорная стоимость этапа № 9 составляла 53 448 000 руб. - сумма неосновательного обогащения истца по данному этапу составила 13 362 000 руб.

Таким образом, сумма неосновательного обогащения составила 72 915 925 руб. 63 коп. 

Ссылка АО «АСЭ» на недостоверность заключения экспертов АНП «Центр независимых средств информационных технологий» проверена и также не принимается.

Заключение эксперта оформлено в соответствии с требованиями статей 82, 83, 86 процессуального Кодекса. Данный документ основан на материалах дела, является полным и ясным, не содержит противоречивых выводов, сомнений в его обоснованности не установлено. 

 

В силу части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза. Соответственно, исходя из приведенных положений, основаниями к назначению повторной экспертизы является возникновение сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия в таком заключении противоречий.

   Заключение экспертов, их пояснения, данные в судебном заседании, соответствует требованиям, предъявляемым законом к нему, в заключении даны ответы на поставленные вопросы, не допускают, с учетом доказательств, имеющихся в материалах дела, противоречивых выводов или неоднозначного толкования. 

   При таких обстоятельствах в удовлетворении ходатайства о назначении  повторной судебной экспертизы  арбитражным судом отказано правомерно. По изложенным основаниям данное ходатайство отклоняется и судом апелляционной инстанции.

   Доводы  апелляционных жалоб ООО « АСАП Консалтинг» и АО «АСЭ» не опровергают  указанные выше выводы суда, а выражают лишь несогласие с ними, что не является основанием для отмены судебного акта.

Рассмотрев апелляционную жалобу ФИО11, исследовав ее доводы, Первый арбитражный апелляционный суд полагает, что производство по данной жалобе подлежит прекращению.

   Согласно статье 257 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации право апелляционного обжалования не вступивших в законную силу судебных актов судов первой инстанции имеют лица, участвующие в деле (статья 40 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), и иные лица в предусмотренных Кодексом случаях.

   Не участвующие в деле лица, о правах и обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать этот судебный акт по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. Такие лица пользуются правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле (статья 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Однако для наличия права на обжалование судебного акта недостаточно того, что принятый судебный акт затрагивает права и обязанности лица, не привлеченного к участию в деле. Необходимо, чтобы этот судебный акт был принят непосредственно о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле.

   Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской  Федерации, данным в  пунктах 1,2 Постановления  от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" право на обжалование судебных актов в порядке апелляционного производства имеют как лица, участвующие в деле, так и иные лица в случаях, предусмотренных АПК РФ. К иным лицам в силу части 3 статьи 16 и статьи 42 Кодекса относятся лица, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт. В связи с этим лица, не участвующие в деле, как указанные, так и не указанные в мотивировочной и/или резолютивной части судебного акта, вправе его обжаловать в порядке апелляционного производства в случае, если он принят об их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

   В случае, когда жалоба подается лицом, не участвовавшим в деле, суду надлежит проверить, содержится ли в жалобе обоснование того, каким образом оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются права или обязанности заявителя.

   Судебный акт о правах и обязанностях лиц, не участвующих в деле, может быть признан вынесенным лишь в том случае, если судом устанавливаются права этих лиц относительно предмета спора либо на этих лиц возлагаются обязанности.

   Суд апелляционной инстанции исследовал материалы дела и доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, и пришел к выводу о том, что ФИО11 не является лицом, имеющим право на обжалование названного судебного акта. Мотивировочная часть решения суда о том, что «Материалы, предоставленные ООО «Кредо Консалтинг» 10.04.2023 свидетельствуют об участии, вмешательстве третьих лиц, не являющихся экспертами и не предупрежденных об уголовной ответственности, в проведение судебной экспертизы и подготовку текста заключения, что нарушает процессуальное законодательство и само по себе влечет недопустимость заключения как полученного с нарушением закона. Дополнительным основанием для удовлетворения заявления является то, что имеются основания полагать, что данные третьи лица являются представителями ответчика, что подтверждается доверенностью ответчика на юриста ФИО11, которая, исходя из материалов от 10.04.2023, участвовала в проведении экспертизы по делу и давала экспертам комментарии по существу экспертизы» не  нарушает ее (ФИО11) права, не создаются препятствия для реализации субъективных прав и надлежащего исполнения обязанностей по отношению к одной из сторон спора, поскольку не содержит каких-либо выводов, влекущих необходимость защиты  ее нематериальных прав, применительно к  статье 150 Гражданского кодекса Российской Федерации; следовательно,  не  порождает право  ФИО11 на его обжалование. 

   Указание  ООО «АСАП Консалтинг» на неприменение судом срока исковой давности  отклоняется. Установленный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации  трех летний срок исковой давности о взыскании неосновательного обогащения  по 5, 8, 9 этапам, исходя из даты сдачи работ по ним – не пропущен. А  срок давности, установленный статьей 725 Гражданского кодекса Российской Федерации, в данном случае неприменим, так как  требования АО «АСЭ» связаны не с качеством, а с объемом выполненных истом работ.

   Что касается довода АО «АСЭ» о неправильном распределении судебных расходов по оплате экспертизы, то  он отклоняется в виду ошибочности. Расходы по оплате судебной экспертизы (в части оплаченных сторонами сумм в рамках вопросов с соотнесением требований по первоначальному и встречному исков) распределены судом в порядке статьи 110 процессуального Кодекса, то есть с учетом стоимости экспертизы и пропорциональности (исключительно в пределах выставленных экспертом сумм (с учетом ответа эксперта о стоимости экспертизы по первоначальному и встречному искам).

    Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора не допущено. 

    Таким образом, оснований для отмены решения Арбитражного суда Нижегородской области от 21.09.2023  по делу  №  А43-7253/2020 не имеется. 

   В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по жалобе относятся на заявителей.

    Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд  

 

П О С Т А Н О В И Л :

производство по апелляционной жалобе ФИО11  на решение Арбитражного суда Нижегородской области от 21.09.2023  по делу  №  А43-7253/2020 прекратить.

     Решение Арбитражного суда Нижегородской области от 21.09.2023  по делу  №  А43-7253/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы акционерного общества «Атомстройэкспорт» и общества с ограниченной ответственностью «АСАП Консалтинг» -  без удовлетворения.

    Возвратить ФИО11 из федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в сумме 3000 руб., уплаченную по  чеку по операции от  23.10.2023.  

    Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

    Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в двухмесячный срок.

 

Председательствующий                                                                 Н.А. Насонова

Судьи                                                                                           Л.П. Новикова

                                                                                                      М.В. Семенова