Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-117380/2024

18 сентября 2025 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена  29 июля 2025 года.

Полный текст решения изготовлен  18 сентября 2025 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составесудьи Котлова Р.Э., при ведении протокола судебного заседания секретарем Алексеевой Е.А., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению 

общества с ограниченной ответственностью «ЛЕ МОНЛИД»

к Выборгской таможне

об обязании осуществить возврат излишне уплаченных таможенных платежей и пеней в размере 638 595 669 руб. 49 коп., 

при участии: согласно протоколу судебного заседания от 29.07.2025,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ЛЕ МОНЛИД» (до 05.03.2024 ООО «ЛЕРУА МЕРЛЕН ВОСТОК») (далее – Заявитель, Общество, ООО «ЛЕ МОНЛИД», декларант) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением (в уточненной в порядке статьи 49 АПК РФ редакции) к Выборгской таможне об обязании осуществить возврат таможенных платежей и пеней в размере 638 595 669 (Шестьсот тридцать восемь миллионов пятьсот девяносто пять тысяч шестьсот шестьдесят девять) рублей 49 копеек, излишне уплаченных на основании решений Выборгской таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ по перечню согласно письмам Выборгской таможни № 12-14/15685 от 12.09.2024, № 12-14/15775 от 16.09.2024, № 12-14/15797 от 16.09.2024, № 12-14/15883 от 17.09.2024, № 12-14/15993 от 18.09.2024, №12-14/16616 от 20.09.2024, № 12-14/16184 от 23.09.2024, № 12-14/16172 от 23.09.2024, № 12-14/16345 от 25.09.2024, № 12-14/16312 от 25.09.2024, № 12-14/16427 от 26.09.2024, № 12-14/16491 от 27.09.2024, № 12-14/16586 от 30.09.2024.

Представители заявителя поддержали заявленные требования в уточненной редакции, представители заинтересованного лица возражали против удовлетворения заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве.

В соответствии со статьей 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений, действий (бездействий) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц – арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействий) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемое действие (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействия) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, в круг обстоятельств, подлежащих установлению по данной категории споров, входят: проверка соответствия оспариваемого акта закону (иному нормативно-правовому акту) и проверка факта нарушения оспариваемым актом прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, факт возложения на заявителя каких-либо обязанностей, факт создания препятствий для осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» с учетом установленных Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 35 и часть 1 статьи 46) гарантий защиты права частной собственности при излишнем внесении таможенных платежей в связи с принятием таможенным органом незаконных решений по результатам таможенного контроля, а также при истечении срока возврата таможенных платежей в административном порядке заинтересованное лицо вправе обратиться непосредственно в суд с имущественным требованием о возложении на таможенный орган обязанности по возврату излишне внесенных в бюджет платежей в течение трех лет со дня, когда плательщик узнал или должен был узнать о нарушении своего права (об излишнем внесении таможенных платежей в бюджет).

При этом обращение в суд с имущественным требованием о возврате таможенных платежей, поступивших в бюджет излишне, не предполагает необходимости соблюдения административной процедуры возврата. Заявленное требование должно быть рассмотрено судом по существу независимо от того, оспаривалось ли в отдельном судебном порядке решение таможенного органа, послужившее основанием для излишнего внесения таможенных платежей в бюджет. Выбор способа защиты нарушенного или оспариваемого права является субъективным правом заявителя, который должен соответствовать характеру нарушения права и достигать цели его восстановления.

В рассматриваемой ситуации Общество избрало способ защиты нарушенного права путем предъявления имущественного требования.

В соответствии с частью 4 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, вывозимых с таможенной территории Союза, определяется в соответствии с законодательством о таможенном регулировании государства-члена, таможенному органу которого осуществляется таможенное декларирование товаров. В соответствии с частью 2 статьи 23 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 289-ФЗ) порядок определения таможенной стоимости товаров, вывозимых из Российской Федерации, устанавливается Правительством Российской Федерации. Правила определения таможенной стоимости товаров, вывозимых из Российской Федерации, утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 16.12.2019 № 1694 (далее - Правила), которые устанавливают порядок определения таможенной стоимости товаров, вывозимых из Российской Федерации (далее - вывозимые товары), в том числе особенности применения методов определения таможенной стоимости товаров, предусмотренных статьями 39, 41, 42, 44 и 45 ТК ЕАЭС, в отношении вывозимых товаров.

Как установлено судом и следует из материалов дела, Выборгской таможней (далее – таможенный орган, таможня) проведена камеральная таможенная проверка в соответствии со статьей 332 ТК ЕАЭС (далее – проверка, камеральная проверка) в отношении ООО «ЛЕ МОНЛИД, по результатам которой составлен Акт камеральной таможенной проверки от 19.07.2024 № 10206000/210/190724/А000003/000 (далее - Акт). 

Проверка проведена Выборгской таможней в отношении деклараций на товары (далее - ДТ), выпущенных таможенным органом в период с мая 2021 года по декабрь 2023 года. Список проверяемых ДТ указан в Уведомлении о проведении камеральной таможенной проверки. Проверяемый период определен таможенным органом с 01.05.2021 по 31.12.2023. Согласно сведениям, содержащимся в Акте, предметом проверки являлось: достоверность сведений, заявленных в таможенных декларациях и (или) содержащихся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в таможенных декларациях в части таможенной стоимости товаров, заявленных ООО «ЛЕ МОНЛИД» при их декларировании. 

В отношении указанного Акта Обществом на основании п.16. ст. 237 ФЗ № 289 были направлены Возражения от 19.07.2024 на Акт камеральной таможенной проверки. 28 октября 2022 Выборгской таможней составлено Заключение по возражениям проверяемого лица (далее – Заключение), в соответствии с которым доводы Общества таможней были рассмотрены и отклонены, в связи с чем по итогам камеральной проверки таможенный орган принял решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров.

 Решения о внесении изменений в сведения, заявленные в декларациях на товары (далее – Решения) приняты Выборгской таможней в период с 12.09.2024 по 30.09.2024 на основании Акта и направлены Обществу:

-  письмом Выборгской таможни № 12-14/15685 от 12.09.2024; 

-  письмом Выборгской таможни № 12-14/15775 от 16.09.2024; 

-  письмом Выборгской таможни № 12-14/15797 от 16.09.2024; 

-  письмом Выборгской таможни № 12-14/15883 от 17.09.2024; 

-  письмом Выборгской таможни № 12-14/15993 от 18.09.2024; 

-  письмом Выборгской таможни № 12-14/16616 от 20.09.2024; 

-  письмом Выборгской таможни № 12-14/16184 от 23.09.2024; 

-  письмом Выборгской таможни № 12-14/16172 от 23.09.2024; 

-  письмом Выборгской таможни № 12-14/16345 от 25.09.2024; 

-  письмом Выборгской таможни № 12-14/16312 от 25.09.2024; 

-  письмом Выборгской таможни № 12-14/16427 от 26.09.2024; 

-  письмом Выборгской таможни № 12-14/16491 от 27.09.2024; 

-  письмом Выборгской таможни № 12-14/16586 от 30.09.2024.

Все Решения Выборгской таможни имеют общее основание - Акт камеральной таможенной проверки от 19.07.2024 года № 10206000/210/190724/А000003/000, мотивированы доводами Выборгской таможни, изложенными в Акте, и основываются на документах, собранных таможней в ходе камеральной проверки, следовательно, могут быть рассмотрены в одном производстве.

Судом установлено, что в проверяемый таможенным органом период Обществом в рамках контракта от 11.03.2012 № LM VOSTOK/AS-01, заключенного с компанией ADEO SERVICES, были ввезены по спорным ДТ товары, маркированные товарными знаками STANDERS, SPACEO, SENSEA, ARTENS, AXTON, DELINIA, DEXTER, EQUATION, EVOLOGY, GEOLIA, INSPIRE, LEXMAN, NATERIAL, STERWINS, DEXELL для ООО «ЛЕРУА МЕРЛЕН ВОСТОК» с условием реализации данных товаров исключительно в пунктах продажи, маркированных товарными знаками «ЛЕРУА МЕРЛЕН» и «LEROY MERLIN». 

Между ООО «Леруа Мерлен Восток» и компанией ADEO SERVICES заключены сублицензионные договоры от 28.07.2009 №10-AS-lic и от 28.07.2009 №11-AS-lic на использование товарных знаков «ЛЕРУА МЕРЛЕН» и «LEROY MERLIN» на совокупности товаров и услуг. Таможенным органом входе камеральной проверки также установлено, что ООО «Леруа Мерлен Восток» входит в группу компаний ADEO и являлась дочерней компанией GROUP ADEO; учредителями ООО «Леруа Мерлен Восток» являлись компания BRICOLAGE INVESTISSEMENT FRANCE (99,99%) и компания GROUP ADEO (0,01%). При этом дочерними компаниями GROUP ADEO наряду с ООО «Леруа Мерлен Восток» являются также компании BRICOLAGE INVESTISSEMENT FRANCE и ADEO SERVICES. 

Проанализировав условия контракта от 11.03.2012 № LM VOSTOK/AS-01, сублицензионных договоров от 28.07.2009 №10-AS-lic и от 28.07.2009 №11-AS-lic, а также взаимоотношения сторон в рамках указанных соглашений, таможенный орган по результату проведения камеральной проверки пришел к выводу о том, что Обществом заявлены недостоверные сведения о таможенной стоимости ввезенных товаров по спорным ДТ в части не включения лицензионных платежей за использование товарных знаков «ЛЕРУА МЕРЛЕН» и «LEROY MERLIN», относящихся к проверяемым товарам (ввезенным в рамках внешнеторгового контракта от 11.03.2012 № LM VOSTOK/AS-01 в целях реализации на территории Российской Федерации под вывесками «ЛЕРУА МЕРЛЕН» и «LEROY MERLIN»), которые подлежат включению в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары в соответствии с подпунктами 3 и 7 пункта 1 статьи 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза. На основании изложенного Таможней приняты оспариваемые решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорных ДТ, согласно которым Обществом уплачены доначисленные таможенные платежи и пени на общую сумму 709 550 743, 88 рублей. Полагая необоснованным доначисление таможенных платежей и пени по вышеуказанным решениям, Общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, выслушав и оценив доводы сторон, суд пришел к следующим выводам.

Система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС), основана на статье VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года и исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки.

В соответствии с пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости). В силу требований пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 Кодекса, при выполнении условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются следующие дополнительные начисления:

3) часть дохода (выручки), полученного в результате последующей продажи, распоряжения иным способом или использования ввозимых товаров, которая прямо или косвенно причитается продавцу

7) лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, включая роялти, платежи за патенты, товарные знаки, авторские права, которые относятся к ввозимым товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары.

При определении таможенной стоимости ввозимых товаров не должны добавляться к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате: а) платежи за право на воспроизведение (тиражирование) ввозимых товаров на таможенной территории Союза; б) платежи за право распределения или перепродажи ввозимых товаров, если такие платежи не являются условием продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Союза.

Как разъяснено в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 26.11.2019 №49), платежи за использование объектов интеллектуальной собственности (роялти), не включенные в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, учитываются в качестве одного из дополнительных начислений к цене в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС при выполнении в совокупности двух требований: эти платежи относятся к ввозимым товарам и уплата роялти является условием продажи оцениваемых товаров (прямо или косвенно) для их вывоза на таможенную территорию ЕАЭС.

При выполнении данных требований само по себе заключение договора с иным, чем продавец товара, правообладателем не препятствует включению уплачиваемых на основании такого договора роялти в соответствующем размере в таможенную стоимость товаров.

В соответствии с пунктом 4 Положения о добавлении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, принятого Рекомендацией Коллегии Евразийской экономической комиссии от 15.11.2016 № 20 (далее - Положение), в качестве лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности рассматриваются любые платежи (в том числе роялти, вознаграждения) за использование результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации, к которым в соответствии с международными договорами, международными договорами и актами, составляющими право Союза, и законодательством государств-членов относятся произведения науки, литературы и искусства, фонограммы, изобретения, полезные модели, промышленные образцы, секреты производства (ноу-хау), товарные знаки, прочие объекты интеллектуальной собственности.

В соответствии с пунктом 7 Положения в целях проверки выполнения условий, предусмотренных абзацем первым подпункта 7 пункта 1 статьи 40 Кодекса, и решения вопроса о том, подлежат ли лицензионные платежи добавлению к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, должны быть проанализированы условия лицензионного договора и внешнеэкономического договора (контракта), в соответствии с которым осуществляется продажа товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, а также иные документы, имеющие отношение к продаже товаров и уплате лицензионных платежей.

В случае, когда лицензионные платежи не включены в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, и уплачиваются отдельно от счета на оплату оцениваемых (ввозимых) товаров, при решении вопроса о необходимости включения лицензионных платежей в таможенную стоимость этих товаров следует принимать во внимание следующие ключевые факторы: относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам; является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров.

При этом в пункте 8 Положения указано, что при определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам, ключевым вопросом является не то, как рассчитывается сумма лицензионных платежей, а то, почему они уплачиваются и что именно покупатель (лицензиат) получает в обмен на их уплату.

Наиболее распространенной ситуацией, когда лицензионные платежи могут рассматриваться как относящиеся к оцениваемым (ввозимым) товарам, является ситуация, при которой оцениваемые (ввозимые) товары содержат объект интеллектуальной собственности и (или) произведены с использованием объекта интеллектуальной собственности, в отношении которого предоставлены права по лицензионному договору. В подобной и иных ситуациях решение о том, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам, принимается на основе изучения и анализа вопроса, какие права на использование рассматриваемого объекта интеллектуальной собственности предоставлены лицензиату в соответствии с лицензионным договором и каким образом предоставленные права используются лицензиатом.

Зависимость продажи оцениваемых (ввозимых) товаров от уплаты лицензионных платежей может иметь место и в случаях, когда внешнеэкономический договор (контракт), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, не содержит прямого указания об уплате лицензионных платежей как условия продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, особенно когда правообладатель и продавец являются разными лицами.

Согласно пункту 9 Положения во всех случаях решение о том, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, следует принимать с учетом анализа всех факторов и обстоятельств, сопутствующих продаже и ввозу этих товаров. В качестве таких факторов могут учитываться следующие: наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым оцениваемые (ввозимые) товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, или в иных документах, связанных с продажей таких товаров, положений, касающихся уплаты лицензионных платежей; наличие в лицензионном договоре положений, касающихся продажи оцениваемых (ввозимых) товаров; наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым оцениваемые (ввозимые) товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, и (или) в лицензионном договоре положения о возможности расторжения внешнеэкономического договора (контракта) в случае неуплаты покупателем (лицензиатом) правообладателю лицензионных платежей; наличие в лицензионном договоре условия, запрещающего производителю (продавцу) изготавливать и (или) продавать покупателю товары, созданные с использованием объектов интеллектуальной собственности правообладателя, в случае неуплаты последнему соответствующего вознаграждения; наличие в лицензионном договоре условия, позволяющего правообладателю осуществлять контроль за производством товаров или их продажей производителем (продавцом) покупателю (продажей товаров для вывоза на таможенную территорию Союза), который выходил бы за рамки контроля качества.

Из анализа приведенных положений таможенного законодательства в их нормативном единстве следует, что методы таможенной оценки предназначены для обеспечения правильного таможенного обложения ввозимых товаров исходя из их действительной экономической ценности. В связи с этим стоимость сделки с ввозимыми товарами может быть дополнена иными платежами (элементами), которые приходятся на покупателя, создают доход продавца с таможенной территории соответствующего государства, и, следовательно, считаются формирующими часть цены, используемой для таможенных целей, даже если они не были включены в контрактную цену товаров. Платежи за использование объектов интеллектуальной собственности (роялти, лицензионные платежи) подлежат учету для целей таможенной оценки ввезенных товаров как один из компонентов таможенной стоимости при ее определении первым методом (по стоимости сделки с ввозимыми товарами) в той мере, в какой они влияют на их экономическую ценность. При этом включение роялти в таможенную стоимость не ограничивается случаями, когда непосредственно ввезенные товары являются предметом лицензионных соглашений (товарный знак нанесен на товары и т.п.), а в договоре купли-продажи имеется явно выраженное указание на необходимость заключения лицензионного договора и уплаты роялти в качестве условия продажи товаров.

Включение лицензионных платежей в таможенную стоимость также напрямую не обусловлено способом определения размера роялти (в зависимости от стоимости ввезенных товаров или иных показателей финансово-хозяйственной деятельности импортера), периодичностью уплаты лицензионных платежей, иными подобными обстоятельствами. Отсутствие в договоре купли-продажи указания на необходимость заключения иных договоров в отношении объектов интеллектуальной собственности, не исключает возможность учета роялти для целей таможенной оценки, поскольку внесение платежей за использование объектов интеллектуальной собственности может являться подразумеваемым условием продажи, без выполнения которого импортер не в состоянии приобрести товар, а экспортер - не будет готов его продать.

В тех случаях, когда ввоз товаров осуществляется на основании сделок, совершаемых между участниками одной группы компаний, решение вопроса о заключении договоров, опосредующих использование объектов интеллектуальной собственности импортером, оказывается исключительно вопросом усмотрения иностранного поставщика и взаимосвязанных с ним участников группы, что порождает существенный риск манипулирования элементами стоимости товара, формирующими его таможенную стоимость.

В указанных случаях уплата роялти может являться условием продажи товара для его ввоза в силу принятых внутри группы компаний правил ведения деятельности, что не находит прямого отражения в договорных условиях.

С учетом изложенного, при определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам и является ли внесение данных платежей условием продажи товара, приобретенного по сделкам, совершенным в рамках одной группы компаний, значение имеет взаимосвязь между принятием импортером на себя обязательства по уплате роялти и возникновением (сохранением) у него возможности использовать ввезенные товары не только de jure (на законном основании), но и de facto (с учетом принятых внутри группы компаний правил организации торговой деятельности под определенным брендом).

Если внутри группы компаний установлены требования по использованию объектов интеллектуальных прав, делающие возможным продажу товаров в страну импорта для последующей розничной торговли, в том числе требования относительно использования внутригрупповых ноу-хау, программного обеспечения, веб-сайта и коммерческого обозначения, соответствующие платежи, осуществляемые в пользу поставщика или иного участника группы компаний (взаимосвязанного лица), могут рассматриваться как элементы действительной стоимости товаров, которые в силу подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС должны быть учтены для целей их таможенной оценки.

Изложенное согласуется с общепринятым в мировой практике подходом к оценке допустимости учета роялти в структуре таможенной стоимости ввезенных товаров, нашедшим отражение в ряде рекомендаций Технического комитета по таможенной оценке Всемирной таможенной организации, принятых в соответствии с пунктом 2 статьи 18 Соглашения по применению статьи VII ГАТТ 1994 (рекомендуемые мнения 4.3 и 4.7, 4.11 и 4.12), подтверждающих необходимость включения в таможенную стоимость платежей за использование объектов интеллектуальной собственности, уплачиваемых импортером для получения возможности осуществления производственного процесса (использования технологии), розничной дистрибуции товаров, в зависимости того, были бы проданы соответствующие товары в страну импорта без заключения иных договоров, обеспечивающих коммерческие интересы продавца и связанных с ним лиц.

Данная позиция нашла отражение в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.12.2022 №310-ЭС22-8937 по делу № А09-1129/2021 и от 02.12.2022 № 310-ЭС22-9639 по делу № А09-1751/2021.

В рассматриваемом случае, как установлено таможенным органом и судом, а также подтверждается материалами дела, ООО «Леруа Мерлен Восток» в проверяемый период входило в группу компаний ADEO и являлось дочерней компанией GROUP ADEO; учредителями ООО «Леруа Мерлен Восток» являлись компания BRICOLAGE INVESTISSEMENT FRANCE (99,99%) и компания GROUP ADEO (0,01%). При этом дочерними компаниями GROUP ADEO наряду с ООО «Леруа Мерлен Восток» являются также компании BRICOLAGE INVESTISSEMENT FRANCE и ADEO SERVICES.

Между ООО «Леруа Мерлен Восток» (Сублицензиат) и компанией ADEO SERVICES (Лицензиат) заключены сублицензионные договоры от 28.07.2009 №10- AS-lic и от 28.07.2009 №11-AS-lic на использование товарных знаков «ЛЕРУА МЕРЛЕН» и «LEROY MERLIN» (далее – Сублицензионные договоры). Согласно преамбуле к Сублицензионным договорам, Сублицензиат владеет сетью розничных торговых центров под вывеской «Леруа Мерлен». Компания GROUP ADEO является правообладателем товарных знаков «ЛЕРУА МЕРЛЕН» и «LEROY MERLIN», зарегистрированных на территории Российской Федерации по классам 09, 12, 18, 24, 26, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, которые передала в управление указанные товарные знаки Лицензиату (компании ADEO SERVICES).

В соответствии со Статьей I Сублицензионных договоров «Предмет договора» Лицензиат предоставляет, а Сублицензиат принимает исключительную сублицензию на товарный знак на территории Российской Федерации. Указанная сублицензия будет распространяться на совокупность товаров и услуг, входящих в различные классы, по которым был зарегистрирован товарный знак.

Согласно Статье I/III Сублицензионных договоров «Обязанности сублицензиата» сублицензиат обязуется в течение всего срока действия настоящего договора использовать товарный знак эффективно, добросовестно и беспрерывно в соответствии с критериями, установленными лицензиатом, а также исполнять указания лицензиата в области стратегии использования товарного знака. Сублицензиат признаёт, что товарный знак может использоваться только для заранее определенных товаров и услуг. Сублицензиат обязан следить за тем, чтобы товарный знак, используемый им на территории России, имел бы тоже самое позиционирование, как если бы он использовался самим Лицензиатом (указанный подход к использованию товарного знака является существенным условием для Лицензиата). Качество товаров и услуг, маркированных товарным знаком, а также качество услуг, оказываемых Сублицензиатом под товарным знаком, будет не ниже качества товаров и услуг Лицензиата. Лицензиат имеет право осуществлять контроль за выполнением этого условия. Сублицензиат имеет право использовать товарный знак в качестве вывески (наименования) для своих торговых центров (магазинов). Лицензиат разрешает Сублицензиату использовать и указывать товарный знак на всех рекламных и/или коммерческих документах, предназначенных для продвижения своих пунктов продаж или своих продуктов на определенных настоящим договором условиями настоящего договора. Лицензиат предъявляет Сублицензиату требование, чтобы последний соблюдал указанные правила во всех торговых центрах (магазинах) и других местах, где товарный знак может использоваться, таким образом, чтобы сохранялось единообразие в использовании товарного знака.

В соответствии со Статьей II/II Сублицензионных договоров «Цена» Сублицензиат обязуется платить Лицензиату ежегодное вознаграждение в размере 0,10% от выручки без учета НДС. Уточняется, что под выручкой без учета НДС понимается выручка от продажи в торговых центрах Сублицензиата товаров и услуг без учета НДС за каждый период. Сублицензиат выполняет в Российской Федерации функции налогового агента по налогу на добавленную стоимость. Лицензиат признает, что Сублицензиат будет выполнять все обязанности налогового агента, предусмотренные действующим в Российской Федерации законодательством о налогах и сборах, включая удержания суммы налога на добавленную стоимость из причитающихся Лицензиату платежей. Счета-фактуры за соответствующий период будут выставляться в следующие даты: 30 марта, 30 июня, 30 сентября, 31 декабря; срок платежа составит 60 дней с указанных дат. По окончании каждого периода стороны будут подписывать акт об оказании услуг, подтверждающий надлежащее исполнение обязательств по настоящему Договору.

Статья II/IV Сублицензионных договоров «Прекращение договора» предусматривает, что Сублицензиат обязуется после прекращения настоящего договора прекратить использование товарного знака в любой форме и любом качестве и вернуть лицензиату все имеющиеся у него документы, касающиеся товаров, проданных под знаком, указанным в настоящем договоре. Он обязуется демонтировать все вывески, установленные на торговых центрах, в течение 3 месяцев с даты прекращения договора.

Судом установлено, что между ООО «Леруа Мерлен Восток» (Покупатель) и компанией ADEO SERVICES (Поставщик) был заключен контракт от 11.03.2012 № LM VOSTOK/AS-01 (далее – Контракт), в соответствии с условиями которого Поставщик обязуется поставлять товар Покупателю, а Покупатель обязуется принимать и приобретать товар, своевременно оплачивая его стоимость в соответствии с условиями настоящего договора.  Согласно пункту 11 Контракта ни одна из сторон не вправе уступать свои права или обязательства какой-либо третьей стороне без письменного согласия другой стороны.

В ходе проверки таможенным органом установлено, что в проверяемый период Обществом в рамках Контракта с компанией ADEO SERVICES, были ввезены по спорным ДТ товары, маркированные товарными знаками STANDERS, SPACEO, SENSEA, ARTENS, AXTON, DELINIA, DEXTER, EQUATION, EVOLOGY, GEOLIA, INSPIRE, LEXMAN, NATERIAL, STERWINS, DEXELL для ООО «ЛЕРУА МЕРЛЕН ВОСТОК» с условием реализации данных товаров исключительно в пунктах продажи, маркированных товарными знаками «ЛЕРУА МЕРЛЕН» и «LEROY MERLIN» (имеющих соответствующие вывески). При этом таможенным органом также установлено, что выручка от продажи товаров, ввезенных Обществом по Контракту для реализации в пунктах продажи (магазинах), маркированных товарными знаками «ЛЕРУА МЕРЛЕН» и «LEROY MERLIN», включается в общую сумму выручки, от которой рассчитываются лицензионные платежи по Сублицензионным договорам (выручка от продажи в торговых центрах Сублицензиата товаров и услуг).

При таких обстоятельствах, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, условия Сублицензионных договоров и Контракта, суд соглашается с выводом таможенного органа о том, что условия включения лицензионных платежей по Сублицензионным договорам в структуру таможенной стоимости, как они определены в Положении, соблюдены.

С учетом полной подконтрольности Общества со стороны учредителя, лицензиата и единственного продавца (поставщика) проверяемых товаров - компании ADEO SERVICES, продажи определенной гаммы товаров, а именно товаров с товарными знаками STANDERS, SPACEO, SENSEA, ARTENS, AXTON, DELINIA, DEXTER, EQUATION, EVOLOGY, GEOLIA, INSPIRE, LEXMAN, NATERIAL, STERWINS, DEXELL для ООО «Леруа Мерлен Восток», ввезенных в рамках Контракта в целях реализации на территории Российской Федерации под вывесками «ЛЕРУА МЕРЛЕН» и «LEROY MERLIN», включения в расчет общей выручки, являющейся базой для расчета лицензионных платежей, также выручки от реализации спорных товаров, ввезенных по Контракту, суд приходит к выводу о том, что лицензионные платежи по Сублицензионным договорам за право использования товарных знаков «ЛЕРУА МЕРЛЕН» и «LEROY MERLIN» относятся к проверяемым товарам, а уплата указанных лицензионных платежей является условием продажи ввозимых товаров, задекларированных в проверяемом периоде. Таким образом, соблюдаются условия, предусмотренные подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС и необходимые для включения в структуру таможенной стоимости товара сумм уплаченных лицензионных платежей.

Суд соглашается с выводами таможенного органа о том, что подлежащие уплате Обществом в соответствии с Сублицензионными договорами лицензионные платежи подлежали включению в таможенную стоимость ввезенных товаров именно в силу положений подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд полагает, что не имеется оснований для классификации уплачиваемых в соответствии с Сублицензионными договорами лицензионных платежей в качестве части полученного в результате последующей продажи, распоряжения иным способом использования ввозимых товаров дохода (выручки), которая прямо или косвенно причитается продавцу (подпункт 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС).

Судом отклоняются доводы Общества о неправомерности включения таможенным органом в таможенную стоимость проверяемых товаров НДС, уплаченного Обществом в качестве налогового агента. Положениями Сублицензионных договоров предусмотрено, что Сублицензиат выполняет в Российской Федерации функции налогового агента по налогу на добавленную стоимость. Лицензиат признает, что Сублицензиат будет выполнять все обязанности налогового агента, предусмотренные действующим в Российской Федерации законодательством о налогах и сборах, включая удержания суммы налога на добавленную стоимость из причитающихся Лицензиату платежей.

Подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС предусмотрено, что при определении таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары (далее - ЦФУ), добавляются роялти, которые относятся к ввозимым товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, в размере, не включенном в ЦФУ (далее - дополнительные начисления к ЦФУ в виде роялти).

Согласно подпункту 3 пункта 2 статьи 40 ТК ЕАЭС таможенная стоимость ввозимых товаров не должна включать в себя расходы в виде пошлин, налогов и уборов, уплачиваемых в связи с ввозом товаров на таможенную территорию Союза или продажей ввозимых товаров на таможенной территории Союза при условии, что они выделены из ЦФУ, заявлены декларантом и подтверждены им документально (далее - разрешенные вычеты из ЦФУ).

Таким образом, для включения предусмотренных подпунктом 3 пункта 2 статьи 40 ТК ЕАЭС расходов в состав разрешенных вычетов из ЦФУ, указанные расходы должны быть частью ЦФУ, они должны быть понесены декларантом в виде пошлин, налогов и сборов, уплачиваемых в связи с ввозом товаров на таможенную территорию Союза. При этом суммы НДС, исчисленные, удержанные и уплаченные декларантом в рамках исполнения им обязанностей налогового агента по Сублицензионным договорам, не соответствуют перечисленным условиям подпункта 3 пункта 2 статьи 40 ТК ЕАЭС: не являются частью ЦФУ, налогоплательщиком по ним является правообладатель, а не декларант, объектом налогообложения является не ввоз товаров, а передача прав на объекты интеллектуальной собственности товарный знак на территории Российской Федерации (подпункт 1 пункта 1 статьи 146, подпункт 4 пункта 1 статьи 148 НК РФ) соответственно, уплачиваются указанные суммы НДС не в связи с ввозом товаров, а в связи с передачей, предоставлением прав на использование товарных знаков.

Поскольку отсутствуют основания для включения в состав разрешенных вычетов из ЦФУ сумм НДС, исчисленных, удержанных и уплаченных из начисленных в пользу правообладателя лицензионных платежей в рамках исполнения декларантом обязанностей налогового агента (пункты 1 и 2 статьи 161, пункт 4 статьи 174 НК РФ), следовательно, НДС, удержанный Обществом как налоговым агентом в рамках Сублицензионных договоров, подлежит включению в таможенную стоимость товаров в составе дополнительных начислений к ЦФУ в лицензионных платежей.

Указанная правовая позиция закреплена в Рекомендуемых мнениях 4.16 и 4.18, принятых на 40 и 53 Сессиях Технического комитета по таможенной оценке Всемирной таможенной организации, которые, как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановление Пленума ВС РФ от 26.11.2019 № 49, могут учитываться судами при рассмотрении соответствующих споров, а также отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.05.2024 № 308-ЭС23- 29565 по делу № А32-5147/2022.

Таможенным органом установлено, что в рамках Сублицензионных договоров Обществом за проверяемый период  уплачены в адрес компании ADEO SERVICES лицензионные платежи в общей сумму 25 959 832, 80 евро, которые были исчислены от суммы всей выручки Общества от продажи в торговых центрах Сублицензиата любых товаров и услуг, а не только товаров, ввезенных в рамках Контракта по проверяемым ДТ.

Таможенный орган посчитал, что вся сумма уплаченного Обществом роялти по Сублицензионным договорам в размере 25 959 832, 80 евро подлежит добавлению к таможенной стоимости товаров по спорным ДТ с учетом положений подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС.

Суд не может согласиться с указанными выводами таможенного органа.

По смыслу подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС в состав таможенной стоимости включаются лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности в той сумме, в какой они относятся именно к ввозимым (импортируемым) товарам. Осуществление дополнительных начислений к цене, в том числе лицензионных платежей, должно основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38, пункт 3 статьи 40 ТК ЕАЭС).

В связи с этим в случае, когда роялти частично основаны на импортируемых товарах, а частично - на других факторах (например, когда импортируемые товары смешиваются с отечественными ингредиентами и больше не могут быть раздельно идентифицированы или приходящая на импортируемые товары сумма роялти не может быть выделена из специальных финансовых договоренностей между покупателем и продавцом), осуществление дополнительных начислений в виде роялти зависит от возможности определения суммы роялти, приходящейся на ввезенные товары, на основании представленных декларантов документов, устраняющих неопределенность в таможенной оценке.

При непредставлении декларантом доказательств, позволяющих точно определить, в какой сумме уплаченные им роялти относятся к ввезенным на таможенную территорию товарам, включаемая в таможенную стоимость величина роялти может быть определена таможенным органом расчетным способом - на основе сведений, имеющихся у таможенного органа, в том числе коммерческих и бухгалтерских документов, с определенной степенью гибкости подходов к производимому расчету при том, что такой расчет не должен быть произвольным (пункт 2, подпункт 7 пункта 5, пункт 6 статьи 45 и пункт 4 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Иной подход приведет к необоснованному включению в таможенную стоимость платежей, уплата которых для декларанта обязательна, но не связана с конкретным ввозимым товаром, что, в свою очередь, приведет к возложению на декларанта экономически необоснованной обязанности.

Указанная правовая позиция высказана Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 24.05.2024 № 308-ЭС23-29565 по делу №А32- 5147/2022, от 16.09.2024 № 307-ЭС24-6983 по делу № А56-73599/2022.

В настоящем случае таможенный орган исходил из того, что стоимость товаров подлежит перерасчету с включением в структуру таможенной стоимости лицензионных платежей, уплаченных в рамках Сублицензионных договоров за исключительные права использования товарных знаков, и указанный перерасчет был осуществлен таможенным органом исходя из сведений об общем размере уплаченных Обществом сумм лицензионных платежей.

В то же время, судом поддержан довод Общества, согласно которому в силу положений статьи II/II Сублицензионных договоров лицензионное вознаграждение уплачивается в виде процента от выручки Общества от продажи в торговых центрах всех товаров и услуг, а не только товаров, ввезенных в рамках Контракта по проверяемым ДТ. При этом, согласно представленной Обществом в материалы дела бухгалтерской справке от 04.09.2024 № 09-2024 выручка от реализации за период с мая 2021 года по декабрь 2023 года в магазинах Общества товаров, ввезенных в рамках Контракта с компании ADEO SERVICES, составляет от 10% от общей выручки.

Таким образом, не вся сумма лицензионных платежей, использованная таможенным органом в ходе расчетов при добавлении роялти к цене, уплаченной за ввезенные Обществом товары, относится к ввезенным товарам по спорным ДТ.

Согласно представленным Обществом в материалы дела подробным пояснениям и расчетам, сумма выручки от реализации Обществом ввезенных по Контракту с компанией ADEO SERVICES товаров в рассматриваемый период составляет 10 % (139 535 136 тыс. руб.), что следует из представленной Обществом выгрузки по реализации ввозимых товаров поартикульно за проверяемый период с мая 2021 года по декабрь 2023 года. 

Выгрузка содержит:

- артикул ЛМ каждого реализованного в проверяемом периоде ввозимого товара; 

- наименование ввозимого товара;

- период реализации;

- сумму, на которую был реализован ввозимый товар с данным артикулом ЛМ.

Приведенные Обществом расчеты таможенным органом не опровергнуты.

При таких обстоятельствах, учитывая приведенные Обществом расчеты и пояснения относительно суммы выручки от реализации товаров, ввезенных Обществом в рамках Контракта с компанией ADEO SERVICES, которая составляет 10 % от общей суммы выручки Общества за проверяемый период (в 2021 году – 10%, в 2022 году – 10%, в 2023 году – 10%), что не опровергнуто таможенным органом, суд полагает обоснованной позицию Общества о том, что к ввезенным Обществом в проверяемый период по спорным ДТ товарам относится только доля лицензионных платежей по Сублицензионным договорам, рассчитываемая в процентном соотношении общей суммы выручки к сумме выручки от реализации товаров, импортированных Обществом от компании ADEO SERVICES.

Выручка от реализации за период с мая 2021 года по декабрь 2023 года включительно (далее - проверяемый период) в магазинах ЛЕМАНА ПРО (до 18.06.2024 – Леруа Мерлен) товаров, импортируемых Обществом, составляет 10% от общей выручки (Справка Исх. № 09-2024 от 04.09.2024 за подписью Главного бухгалтера ООО «ЛЕ МОНЛИД», далее – Бухгалтерская справка), полученной Обществом за проверяемый период. Именно эти суммы должны учитываться в качестве базы для расчета общей суммы лицензионных платежей, подлежащих уплате по Сублицензионным договорам № 10-AS-lic от 28.07.2009, № 11-AS-lic от 28.07.2009.

По расчету Общества общая сумма таможенных платежей и пени, исчисленная в соответствии с долей выручки, полученной в проверяемые периоды от реализации товаров, импортированных на основании Контракта с компанией ADEO SERVICES, составила 70 955 074, 39 (Семьдесят миллионов девятьсот пятьдесят пять тысяч семьдесят четыре) рубля 39 копеек. Указанный расчет таможенным органом также не опровергнут. 

При таких обстоятельствах, следует признать обоснованным начисление таможенным органом Обществу таможенных платежей и пени только в размере 70 955 074 рублей 39 копеек. Следовательно, таможенные платежи и пени в размере 638 595 669 рублей 49 копеек  (709 550 743, 88 руб. – 70 955 074, 39) являются излишне уплаченными.

Учитывая изложенное, заявленные Обществом требования, с учетом принятых судом уточнений, являются обоснованными и подлежат удовлетворению. 

В соответствии со статьей 110 АПК РФ с Таможни в пользу Общества подлежит взысканию 3 191 207 руб. расходов по государственной пошлине за рассмотрение дела в суде первой инстанций, пропорционально удовлетворенным требованиям.

При этом излишне уплаченная по платежному поручению №23185 от 21.11.2024 государственная пошлина в сумме 353 004 руб. подлежит возврату Обществу из федерального бюджета на основании статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Заявление удовлетворить.

Обязать Выборгскую таможню возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Ле Монлид» 638 595 669 руб. 49 коп. излишне уплаченных таможенных платежей и пени.

Взыскать с Выборгской таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «Ле Монлид» 3 667 978 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Ле Монлид» из федерального бюджета излишне уплаченную по платежному поручению №23185 от 21.11.2024 государственную пошлину в сумме 353 004 руб.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья                                                                                                    Котлов Р.Э.