СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД   улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск Дело № А45-16550/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 04 марта 2024 года  Постановление в полном объеме изготовлено 06 марта 2024 года  

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Чикашовой О.Н., судей Киреевой О.Ю.,  ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2 (до перерыва),  секретарем ФИО3 (после перерыва), рассмотрев в судебном заседании  апелляционную жалобу ( № 07АП-239/2024) закрытого акционерного общества «Соя» на  решение от 01.12.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А4516550/2023 (судья Ершова Л.А.) по иску общества с ограниченной ответственностью  «Байсэл» (630079, 

<

...>,  ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к закрытому акционерному обществу «Соя»  (680044, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН  

<

***>) о взыскании неустойки, по встречному исковому заявлению закрытого  акционерного общества «Соя» (ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной  ответственностью «Байсэл» (ОГРН 

<

***>) о взыскании неустойки,  

при участи в судебном заседании: 

от истца по первоначальному иску - ФИО4 по доверенности № 2-24 от 10.01.2024  (участие путем присоединения к веб-конференции) (до и после перерыва),  

от ответчика по первоначальному иску – без участия (извещен) 

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «Байсэл» (далее - ООО «Байсэл») обратилась  в Арбитражный суд Новосибирской области с исковым заявлением к закрытому  акционерному обществу «Соя» (далее - ЗАО «Соя») о взыскании неустойки за нарушение  срока а поставке товара в размере 225 095, 75 руб. (с учетом уточнений исковых  требований, поступили в электронное дело 02.10.2023).  

ЗАО «Соя» предъявлены встречные исковые требования к ООО «Байсэл» о  взыскании неустойки за нарушение срока оплаты товара в сумме 103 415, 39 руб. (с  учетом уточнений исковых требований, опубликовано в электронном виде 28.11.2023).  

Решением от 01.12.2023 Арбитражного суда Новосибирской области  первоначальные и встречные исковые требования удовлетворены.  

Не согласившись с судебным актом, ЗАО «Соя» обратилось с апелляционной  жалобой, которая мотивирована тем, что суд первой инстанции, взыскивая неустойку по  УПД № 82 от 15.04.2022, № 83 от 17.04 2022, ошибочно отождествил дату возникновения  обязательства и срок исполнения обязательства; мораторий, введенный Постановлением  Правительства РФ № 497 от 28.03.2022 распространяется на товар, поставленный  ответчиком по указанным УПД.  

ООО «Байсэл» в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее - АПК РФ) представил письменный отзыв на  апелляционную жалобу, в котором с доводами и требованиями апеллянта не согласился,  просил оставить обжалуемое решение суда первой инстанции без изменения.  

Ответчик по первоначальному иску, надлежащим образом извещенный о времени и  месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о  дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда, явку своих представителей в  судебное заседание апелляционной инстанции не обеспечил. В порядке частей 1, 3 статьи  156 АПК РФ суд считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие  представителей ответчика по первоначальному иску.  

В судебном заседании 20.02.2024 объявлялся перерыв до 10 час.55 мин. 04.03.2024.  

В судебном заседании до и после перерыва истец по первоначальному иску  поддержал доводы отзыва на апелляционную жалобу.  

Определяя пределы рассмотрения настоящего спора, суд апелляционной инстанции  руководствуется следующим.  

На основании части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного  производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной  

инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части,  если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.  

В соответствии с разъяснением, содержащимся в абзацах 3 и 4 пункта 27  Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О  применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при  рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее –  Постановление № 12), арбитражный суд апелляционной инстанции пересматривает дело в  пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и по собственной инициативе не  вправе выходить за пределы апелляционной жалобы.  

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до  начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает  проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе  выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения  судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.  

Доводы апелляционной жалобы заявлены относительно несогласия в части  удовлетворения первоначальных исковых требований в части взыскания неустойки по  УПД № 82 от 15.04.2022, УПД № 83 от 17.04.2022. Доводов относительно несогласия со  взысканием неустойки по иным УПД жалоба не содержит.  

В судебном заседании представитель истца по первоначальному иску не выразил  возражений по проверке только части судебного акта, о чем сделан отметка в протоколе  судебного заседания от 20.02.2024.  

Учитывая данное обстоятельство, руководствуясь частью 5 статьи 268 АПК РФ и  разъяснениями, содержащимися в абзацах 3 и 4 пункта 27 Постановления № 12, суд  апелляционной инстанции производит проверку обжалуемого судебного акта в пределах  доводов апелляционной жалобы (в пределах удовлетворенных требований о взыскании  неустойки по УПД № 82 от 15.04.2022, УПД № 83 от 17.04.2022 при рассмотрении  первоначального иска).  

После перерыва возражений от апеллянта против проверки судебного акта в  обжалуемой части не поступило.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва,  заслушав участника процесса, проверив в порядке статьи 268 АПК РФ законность и  обоснованность решения суда первой инстанции, апелляционный суд исходит из  следующего.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 20.01.2022  между ООО «Байсэл» (покупатель) и ЗАО «Соя» (поставщик) заключен договор поставки   № 20/01/1/2022 (далее - договор), согласно которому поставщик обязуется в течение срока  

действия договора поставлять покупателю либо по его письменному указанию иному  лицу (грузополучателю) отдельные партии товара в соответствии с согласованными  сторонами спецификациями, а покупатель обязуется принимать и оплачивать товар (пункт  1.1 договора).  

В рамках указанного договора сторонами подписаны спецификация № 1 от  20.01.2022, № 2 от 17.05.2022, № 3 от 18.07.2022.  

Согласно пунктам 4, 5 спецификации № 1 от 20.01.2022 (далее - спецификация №  1), оплата товара производится по 100% предоплате до отгрузки вагона. Срок отгрузки по  17.02.2022 при этом покупатель должен предоставить вагоны под погрузку не позднее  10.02.2022. В случае задержки предоставления вагонов срок отгрузки продлевается на  количество дней задержки.  

Согласно пунктам 4, 5 спецификации № 2 от 17.05.2022 (далее - спецификация   № 2), оплата товара производится по 100% предоплате до отгрузки вагона. Срок отгрузки  по 30.06.2022 при этом покупатель должен предоставить вагоны под погрузку не позднее  25.06.2022. В случае задержки предоставления вагонов срок отгрузки продлевается на  количество дней задержки. Также согласно пункту 6 спецификации № 2 от 17.05.2022  сумма в размере 4 000 000 руб. оплачивается в срок по 30.05.2022 (включительно).  Оставшаяся сумма в размере 4 200 000 руб. оплачивается в срок до 03.06.2022  (включительно).  

Также дополнительным соглашением от 27.06.2022 к спецификации № 2 стороны  изменили порядок оплаты товара.  

Согласно пункту 3 дополнительного соглашения, стоимость подлежащей поставки  продукции по пункту 1 оплачивается в течение 4 рабочих дней с даты подписания  дополнительного соглашения за вычетом предварительной оплаты в размере 4 000 000  руб.  

Согласно пункту 7 дополнительного соглашения, стоимость выработанной  поставщиком сои экструдированной подлежит оплате покупателем в течение 40 рабочих  дней с даты прибытия данной продукции на станцию покупателя.  

Согласно пунктам 5, 6 спецификации № 3 от 18.07.2022 (далее - спецификация №  3), оплата товара производится в течение 40 рабочих дней с даты прибытия товара на  станцию Шагол (ЮУЖД). Срок отгрузки со ст. Красная речка по 31.07.2022  (включительно).  

Поскольку со стороны ответчика имеет место просрочка поставки товара, ООО  «Байсэл» заявило требование в соответствии с пунктом 5.2 договора поставки в редакции  протокола разногласий о взыскании неустойки в размере 0,1% от стоимости  недопоставленного товара за каждый день просрочки.  

Таким образом, у ЗАО «Соя» образовалась задолженность в общей сумме 814 906,  95 руб. (на момент подачи искового заявления).  

Указанная задолженность оплачена не была, что послужило основанием для  обращения с исковым заявлением в арбитражный суд.  

Удовлетворяя первоначальные исковые требования, суд первой инстанции исходил  из доказанности факта поставки товара за пределами договорного срока и правомерности  начисления неустойки за указанное нарушение.  

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, исходит из следующего.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований,  предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и  юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в  силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские  права и обязанности. Гражданские права и обязанности могут возникать, в частности, из  договоров и иных сделок.  

Согласно статье 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим  образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных  правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.  

В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец,  осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в  обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для  использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с  личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.  

К поставке товаров положения, предусмотренные параграфом 1 главы 30 ГК РФ об  общих положениях, о купле-продаже, применяются, если иное не предусмотрено  правилами ГК РФ об этом виде договоров (пункт 5 статьи 454 ГК РФ).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар  непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не  предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или  договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.  

Согласно пункту 1 статьи 457 ГК РФ, срок исполнения продавцом обязанности  передать товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не  позволяет определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными статьей  314 настоящего Кодекса.  

В силу пункта 1 статьи 408 ГК РФ предусмотрено, что только надлежащее  исполнение прекращает обязательство.  

На основании пункта 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может  обеспечиваться неустойкой и другими способами, предусмотренными законом или  договором.  

Согласно части 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается  определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить  кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в  частности в случае просрочки исполнения.  

ООО «Байсэл» начислило ответчику неустойку, предусмотренную пунктом 5.2  договора в размере 225 095, 75 руб.  

Как следует из материалов дела, на основании поступившей информации с учетом  данных о прибытии вагонов, истец представил следующие уточнения исковых  требований:  

по спецификации № 1 товар был поставлен по УПД № 72 от 06.04.2022, № 82 от  15.04.2022, № 83 от 17.04.2022, № 98 от 22.04.2022 (вагоны №№ 29007168, 29014776,  52509288, 55719033), истец начисляет неустойку за период 31.03.2022, а также за период с  08.04.2022 по 22.04.2022 в сумме 79 252,80 руб. Также истец пояснил, что поскольку,  обязательство ответчика по отгрузке вагона № 29007168 (УПД № 72 от 06.04.2022)  наступило 30.03.2022, то есть до введения в действие моратория о приостановке  начисления неустойки, установленного Постановлением Правительства Российской  Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве  по заявлениям, подаваемым кредиторами» (далее – Постановление № 497),  соответственно, неустойка за несоблюдение сроков отгрузки товара в вагона № 29007168  (УПД № 72 от 06.04.2022) подлежит начислению за 1 день 31.03.2022;  

по спецификации № 2 товар был поставлен по УПД № 158 от 30.06.2022, № 161 от  30.06.2022, № 162 от 30.06.2022, истец начисляет неустойку за общий период с 01.07.2022  по 14.07.2022 в сумме 120240,45 руб.;  

по спецификации № 3 товар был поставлен по УПД № 170 от 04.08.2022, № 171 от  04.08.2022 (вагоны №№ 52604535, 52590049), истец начисляет неустойку за период с  01.08.2022 по 04.08.2022 в сумме 25605,50 руб.  

Признавая правомерным начисление неустойки в сумме 225 095, 75 руб., суд  первой инстанции не учел следующее.  

Пунктом 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве, введенным в действие Федеральным  законом от 01.04.2020 № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные  акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных  ситуаций», для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при  чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении  

курса рубля и подобных обстоятельствах), Правительство Российской Федерации вправе  ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым  кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.  

В подпункте 2 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве указано, что на срок  действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают  последствия, предусмотренные абзацами пятым, седьмым - десятым пункта 1 статьи 63  данного Федерального закона.  

Не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за  неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных  платежей, за исключением текущих платежей (абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о  банкротстве).  

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1  Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее - Постановление № 44) целью введения моратория,  предусмотренного статьей 9.1 Закона о банкротстве, является обеспечение стабильности  экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам.  

Как разъяснено в пункте 7 Постановления № 44, в период действия моратория  проценты за пользование чужими денежными средствами, неустойка, пени за просрочку  уплаты налога или сбора, а также иные финансовые санкции не начисляются на  требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие  (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).  

В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в  общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых  санкций, начисленных за период действия моратория.  

Целью введения моратория является обеспечение стабильности экономики путем  оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам (пункт 1 статьи 9.1 Закона о  банкротстве, пункт 1 Постановления № 44), а возникновение долга по причинам, не  связанным с теми, в связи с которыми введен мораторий, не имеет значения, поскольку  освобождение от ответственности направлено на уменьшение финансового бремени на  должника в тот период его просрочки, когда она усугубляется объективными,  непредвиденными и экстраординарными обстоятельствами (определение Верховного  Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 305-ЭС20-23028).  

По смыслу абзаца 4 статьи 2 и пункта 2 статьи 4 Закона о банкротстве финансовые  санкции, подлежащие применению за неисполнение или ненадлежащее исполнение  обязательств (в частности, неустойка), являются денежным обязательством, хотя и не  

учитываются при определении признаков банкротства (ответ на вопрос 8 Обзора судебной  практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015), утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015).  

Иными словами, санкция, начисленная должнику за неисполнение неденежного  обязательства, в частности, обязанности по исполнению обязательства в натуре, сама по  себе является денежным обязательством, включаемым в реестр требований кредиторов  должника в третью очередь, хотя и подлежащая учету в реестре отдельно и не  предоставляющая голоса на собрании кредиторов (пункт 3 статьи 12, пункт 3 статьи 137  Закона о банкротстве).  

Названные санкции противопоставляются иным кредиторам при разделе  конкурсной массы, поэтому в условиях, когда кредиторы по денежным обязательствам  должника ограничены в начислении санкций в период моратория, кредитор по  неденежному обязательству в случае, если санкции в его пользу в этот период  продолжают начисляться, оказывается в более выгодном положении.  

Следует учитывать, что неденежные требования, обращенные к конкурсной массе,  при банкротстве должника трансформируются в денежные (подлежат денежной оценке,  сумма которой указывается в реестре требований кредиторов), следовательно, санкции за  неисполнение этих требований должником начисляться перестают (абзац третий пункта 1  статьи 126 Закона о банкротстве).  

Экономический механизм моратория заключается в том, что законодатель  моделирует ситуацию, при которой дело о банкротстве должника как бы возбуждено, то  есть действуют предусмотренные Законом о банкротстве ограничения для «реестровых»  кредиторов, но при этом не позволяет собственно возбудить дело о банкротстве, чтобы  должник не погружался в принудительную ликвидацию из-за финансового кризиса, а  сохранил возможность осуществления хозяйственной деятельности и, соответственно,  вероятность выхода из кризиса с учетом временного блокирования санкций по  «реестровым» требованиям.  

Так, например, при моратории приостанавливаются исполнительные производства  (подпункт 4 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве, пункт 9 части 1 статьи 40  Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее -  Закон об исполнительном производстве), пункт 6 Постановления № 44), а если бы не было  моратория исполнительное производство при признании должника банкротом подлежало  бы окончанию (пункт 7 части 1 статьи 47 Закона об исполнительном производстве).  

Состав и размер требований кредиторов при возбуждении дела о банкротстве  должника после окончания моратория определяются на день введения моратория, а не на  день введения первой процедуры банкротства (подпункт 2 пункта 4 статьи 9.1 Закона о  

банкротстве, пункт 10 Постановления № 44). Требования, возникшие после начала  действия моратория, квалифицируются как текущие (пункт 11 Постановления № 44).  Периоды для оспаривания сделок, предусмотренные статьями 61.2, 61.3 Закона о  банкротстве, исчисляются исходя из дня введения моратория (пункт 13 Постановления №  44).  

В силу абзаца второго пункта 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер  денежных обязательств, требований о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда  лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательных платежей,  возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом  и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления, определяются на  дату введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.  

Соединяя логику данной нормы и установленную мораторием фикцию введения  процедуры наблюдения (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63  Закона о банкротстве), принимая во внимание денежный характер обязанности по уплате  санкций за нарушение натурного обязательства и прямое предписание подпункта 2 пункта  4 статьи 9.1 Закона о банкротстве (в истолковании пункта 10 Постановления № 44),  следует прийти к выводу, что размер такой санкции должен быть определен именно на  дату введения моратория.  

При введении моратория должник не может находиться в худшем положении, чем  находился бы при отсутствии моратория, когда в отношении него могло быть возбуждено  дело о банкротстве. Другими словами, если при возбуждении дела о банкротстве кредитор  не вправе претендовать на какое-либо предоставление от должника (в частности,  санкции), то при моратории это право у кредитора также отсутствует, иначе мораторий  как мера экономической защиты должников утрачивает смысл.  

Если продолжить начислять санкции за нарушение должником неденежного  требования в период моратория, то при последующем возбуждении дела о банкротстве  после окончания моратория и трансформации неденежного обязательства должника в  денежное получится, что кредитор по неденежному требованию, став в один ряд с  обычными кредиторами с денежными требованиями, будет иметь право на взыскание  санкций за больший период, нежели остальные кредиторы.  

Как неоднократно разъяснял Конституционный Суд Российской Федерации  (Постановления от 13.04.2016 № 11-П, от 25.10.2016 № 21-П, от 23.11.2017 № 32-П и пр.),  устанавливая соответствующее регулирование, законодатель должен руководствоваться  конституционным принципом равенства, который носит универсальный характер,  оказывает регулирующее воздействие на все сферы общественных отношений и  выступает конституционным критерием оценки законодательного регулирования не  

только прав и свобод, закрепленных непосредственно в Конституции Российской  Федерации, но и прав, приобретаемых на основании закона. Соблюдение данного  принципа, гарантирующего защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав  и свобод, означает, помимо прочего, запрет вводить такие различия в правах лиц,  принадлежащих к одной и той же категории (группе), которые не имеют объективного и  разумного оправдания.  

В этой связи санкции за неисполнение должником неденежных требований,  подлежащих трансформации при банкротстве должника, не могут начисляться при  введении моратория.  

Надлежит подчеркнуть, что неденежное обязательство ответчика не относится к  числу тех требований к должнику, которые не обращены к конкурсной массе и не  трансформируются при признании должника банкротом в требования денежного  характера (когда возбуждение дела о банкротстве должника не отражается на судьбе этих  требований и способе их удовлетворения, а мораторий на них не распространяется  применительно к абзацу седьмому пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве и абзацу  первому пункта 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с  рассмотрением дел о банкротстве»).  

В этой связи в отношении неденежных обязательств ЗАО «Соя» также действует  введенный с 01.04.2022 мораторий на начисление неустойке, в том числе пени.  

Аналогичная позиция изложена в определении Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2023 № 305- ЭС23-1845.  

Поскольку последствия введения моратория установлены статьей 9.1 Закона о  банкротстве, порядок применения которой разъяснен в Постановлении № 44, толкование  Постановления № 497 должно осуществляться сообразно указанным последствиям.  

Так, в соответствии с пунктами 4, 7 Постановления № 44 мораторий презюмируемо  не позволяет начислять финансовые санкции (например, начисленные по статьям 330, 395  ГК РФ или статье 75 Налогового кодекса Российской Федерации) по требованиям,  возникшим до введения моратория (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта  1 статьи 63 Закона о банкротстве).  

При этом в исключение из общего правила финансовые санкции не заменяются  классическими «мораторными» процентами, предусмотренными пунктом 4 статьи 63,  пунктом 2 статьи 213.19 Закона о банкротстве и пунктом 4 Постановления № 88.  

Согласно пункту 11 постановления Пленума № 44 по смыслу подпункта 2 пункта 4  статьи 9.1 Закона о банкротстве требования, возникшие после начала действия моратория,  подлежат квалификации как текущие.  

Закон о банкротстве не запрещает начислять финансовые санкции в связи с  просрочкой исполнения должником обязательств, относящихся к текущим платежам.  

Из изложенного следует вывод, что в соответствии с Постановлением № 497 в  период действия моратория (с 01.04.2022 по 01.10.2022) не начисляются финансовые  санкции только за просрочку исполнения тех обязательств, которые возникли до  01.04.2022.  

Финансовые санкции в связи с просрочкой исполнения обязательств, возникших  после 01.04.2022, которые для целей применения положений о моратории могут  именоваться «текущими платежами», продолжают начисляться в обычном порядке.  

Юридически значимым обстоятельством для квалификации требования как  текущего является момент возникновения обязательства, который нельзя отождествлять  со сроком его исполнения.  

Срок исполнения обязательства не всегда совпадает с датой его возникновения.  Требование существует независимо от того, наступил ли срок его исполнения либо нет. В  силу положений статьи 457 ГК РФ срок исполнения продавцом обязанности передать  товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет  определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 314 ГК РФ.  

В настоящем случае обязательство по поставке возникло в рамках спецификации   № 1 от 20.01.2022 к договору от 20.01.2022, то есть возникло до 01.04.2022. По указанной  причине требования о взыскании пени за просрочку исполнения обязательства за период  01.04.2022 по 01.10.2022 не подлежат удовлетворению.  

Апелляционным судом 20.02.2024 был объявлен перерыв в судебном заседании, в  связи с чем, предложено представить альтернативный расчет неустойки с учетом  исключения размера неустойки по УПД № 82 от 15.04.2022, № 83 от 17.04 2022.  

От ЗАО «Соя» в материалы дела поступил альтернативный расчет, в соответствии с  которым общая суммы неустойки подлежит корректировке на 52 826, 40 руб. (23 478, 40  руб. (УПД № 82 от 15.04.2022) + 29 348 руб. (УПД № 83 от 17.04 2022)); расчет,  приведенный в апелляционной жалобе, арифметически истец не оспаривает.  

Апелляционным судом расчет проверен, признан верным. 

Учитывая изложенные обстоятельства, первоначальные исковые требования  подлежат частичному удовлетворению в части взыскания неустойки в размере 172 269,35  руб. (225 095, 75 руб. - 52 826, 40 руб.).  

Суд апелляционной инстанции усматривает основания для изменения решения  суда первой инстанции, предусмотренные подпунктом 4 пункта 1 статьи 270 АПК РФ в  части результатов рассмотрения первоначального иска и проведения процессуального  зачета, изложив первый и третий абзацы резолютивной части решения суда в иной  редакции.  

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные  лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются  арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные  расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру  удовлетворенных исковых требований.  

Руководствуясь частью 2 статьи 269, пунктом 4 части 1 статьи 270, статьей 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной  инстанции  

П О С Т А Н О В И Л:

Решение от 01 декабря 2023 года Арбитражного суда Новосибирской области по  делу № А45-16550/2023 в части результатов рассмотрения первоначального иска и  проведения процессуального зачета изменить, изложив первый и третий абзацы  резолютивной части решения суда в следующей редакции:  

 «Первоначальный иск удовлетворить частично. Взыскать с закрытого  акционерного общества «Соя» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу  общества с ограниченной ответственностью «Байсэл» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>) 172 269,35 руб. неустойки, 5 741,40 руб. государственной пошлины  по иску, всего 178 010 руб. 75 коп.  

 Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Байсэл» (ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу закрытого акционерного общества «Соя»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 704 руб. 10 коп. государственной пошлины по  апелляционной жалобе».  

 «В результате процессуального зачета взыскать с закрытого акционерного  общества «Соя» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с  ограниченной ответственностью «Байсэл» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  69 789 руб. 26 коп.».  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со  

дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области. 

 Председательствующий О.Н. Чикашова 

 Судьи О.Ю. Киреева 

 ФИО1