﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-15054/2018(2)-АК

Дело № А50-28371/2017

20 августа 2019 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 августа 2019  года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 августа 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Мухаметдиновой Г. Н.

судей  Мартемьянова В.И., Чепурченко О.Н., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Филиппенко Р.М., 

в судебном заседании приняли участие: 

представитель  конкурсного управляющего: Полянский М.С., паспорт, доверенность от 10.06.2019,

Пучкин И.Г., паспорт;

представитель ФНС России: Идрисова  Н.С., удостоверение,  доверенность от 20.12.2018,

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы 

конкурсного управляющего Леонгардт Марии Алексеевны,  Пучкина Игоря Геннадьевича,

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 21 мая 2019 года

о признании отсутствующими оснований для привлечения Пучкина И.Г., Поздеева А.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Машиностроительный завод «Юго-Кама»,

о взыскании с Пучкина Игоря Геннадьевича в пользу ООО «Машиностроительный завод «Юго-Кама» убытков в размере 1 000 000 рублей,

вынесенное судьей Калугиным  В.Ю. в рамках дела № А50-28371/2017

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Машиностроительный завод «Юго-Кама» (ИНН 7804372330, ОГРН 1077847607584),

третье лицо: финансовый управляющий Поздеева А.А. Непомнящих Егор Сергеевич, 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края 25.09.2017 принято к производству заявление Федеральной налоговой службы (Инспекции ФНС России по Пермскому району Пермского края, далее – уполномоченный орган) о признании банкротом общества с ограниченной ответственностью  «Машиностроительный завод «Югокама» (далее – ООО  «Машиностроительный завод «Югокама», должник), возбуждено производство по делу о  банкротстве № А50-28371/2017.

Определением суда от 20.11.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Демин Александр Сергеевич.

Решением арбитражного суда от 13.03.2018 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена Леонгардт Мария Алексеевна.

04.02.2019 конкурсным  управляющим должника Леонгардт М.А. направлено в суд заявление о привлечении к субсидиарной ответственности  Поздеева Александра Александровича, Пучкина Игоря Генадьевича и взыскании с них солидарно 119 692 235,39 рублей.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 05.02.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора,  привлечен  финансовый управляющий Поздеева А.А. Непомнящих Егор Сергеевич.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 03.04.2019 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «ЗУМК-Инжиниринг», ООО «ЛИТМАШПРО-М».

Определением Арбитражного суда  Пермского края от 21.05.2019, суд не установив оснований для привлечения Пучкина И.Г., Поздеева А.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Машиностроительный завод «Юго-Кама», взыскал с Пучкина Игоря Геннадьевича в пользу ООО «Машиностроительный завод «Югокама» убытки в размере 1 000 000 рублей. В оставшейся части в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий Леонгардт  М.А. и Пучкин И.Г. обратились с апелляционными жалобами.

Конкурсный управляющий в апелляционной жалобе просит обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований конкурсного управляющего о  привлечении Поздеева А.А., Пучкина И.Г. к субсидиарной ответственности  по обязательствам должника и  взыскании солидарно   денежных средств в размере  119 692 235,39 руб. В обоснование апелляционной жалобы указывает, что судом неверно определен круг обстоятельств подлежащих доказыванию  в рамках заявленного требования  по основаниям п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве. Отмечает, что передача документов в соответствии с определением от 01.06.2018  ответчиками произведена не была, доказательств того, что ответчики приняли  все меры для надлежащего  исполнения обязательств по ведению, хранению,  восстановлению и передаче  документации, при той степени заботливости и осмотрительности  какая от них требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, суду не представлено. Полагает, что судом ошибочно сделан вывод о  достаточности документов, переданных конкурсному управляющему в ходе рассмотрения  обоснованности требования. Указывает, что размер убытков, подлежащих взысканию с Пучкина И.Г. установлен  без учета правил  ст. 15 ГК РФ, суд не указал, каким образом определен размер убытков.

Пучкин  И.Г. в своей апелляционной жалобе указывает на необоснованность выводов суда в части взыскания убытков в сумме 1 000 000 рублей.  Отмечает, что с 2014 года предприятие фактически деятельность не осуществляло,  сам он никаких договоров не заключал,   имущество у должника отсутствовало. Полагает, что проведение инвентаризации  активов должника не повлияло бы на возможность  кредиторов получить  удовлетворение своих требований  по обязательства должника за счет его имущества, ввиду его отсутствия, а также документов по дебиторской задолженности.

Конкурсный управляющий Леонгардт  М.А. в письменном отзыве против удовлетворения апелляционной жалобы Пучкина  И.Г. возражает.

Пучкин  И.Г. в письменном отзыве определение суда от 21.05.2019 в части отказа в привлечении  Пучкина И.Г. к субсидиарной ответственности считает законным и обоснованным.

Принявший участие в судебном заседании  представитель конкурсного управляющего на доводах своей апелляционной жалобы настаивал, против доводов жалобы Пучкина И.Г.  возражал.

Представитель уполномоченного органа поддержал позицию конкурсного управляющего.

Пучкин И.Г.  доводы своей апелляционной жалобы поддерживал в полном объеме, в удовлетворении жалобы конкурсного управляющего просил отказать.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу положений статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ООО «Машиностроительный завод «Югокама»   зарегистрировано в качестве юридического лица 26.09.2007  Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 17 по Пермскому краю с присвоением ОГРН 1077847607584. Основным видом деятельности должника являлось - хранение и складирование нефти и продуктов ее переработки. 

Единственным учредителем должника являлось – ООО «ЗУМК-Инжиниринг», в котором до 25.06.2018 генеральным директором являлся Поздеев А.А.

Функции единоличного исполнительного органа должника выполняли: 

- Кудрин А.А. в период с 2013 г. до 22.10.2015,

- Пучкин И.Г. с 22.10.2015 – временно исполняющий обязанности руководителя должника,  с 23.06.2016 по 12.05.2017 – руководитель должника.

Определением Арбитражного суда Пермского края от  25.09.2017 возбуждено производство  по делу о банкротстве ООО «Машиностроительный завод «Югокама».

Определением от 20.11.2017    в отношении ООО «Машиностроительный завод «Югокама»  введена процедура наблюдения.

Решением от 13.03.2019    ООО «Машиностроительный завод «Югокама» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства.

В реестр требований кредиторов включены следующие требования:

1. Требование уполномоченного органа в следующих размерах: 

во вторую очередь реестра – 9 243,17 рублей основного долга; 

в третью очередь реестра – 16 804,23 рублей основного долга, 119 778,73 рублей пени и 1 000 рублей штрафов;

2. Требование ПАО «Промсвязьбанк» в сумме 114 495 429,43 рублей основного долга с процентами, 113 264 рублей штрафных санкций, в том числе в сумме 6 394 000 рублей в качестве требования, обеспеченного залогом имущества должника по договору ипотеки № Н-1/0401-13-2-35 от 18.11.2013;

3. МУП «Энергетик» в сумме 992 588,25 рублей основного долга; 

4. Требование ООО «Газпром межрегионгаз Пермь» в сумме 10781 (десять тысяч семьсот восемьдесят один) руб. 53 коп., в том числе судебные расходы в размере 3000 руб. и третьейский сбор в сумме 7781,53 коп. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Полагая, что  Пучкиным И.Г., как руководителем должника, и Поздевым А.А., как руководителем единственного учредителя должника, а значит лицом, имеющим право давать обязательные указания для должника,  совершены действия, приведшие к невозможности удовлетворения в полном объеме требований кредиторов должника, в том числе непередача  бухгалтерских и иных документов должника,   выдача поручительства по обязательствам ООО «Литмашпро-М» перед ПАО «Промсвязьбанк», конкурсный управляющий Леонгардт М.А.  обратилась  в арбитражный суд в деле о банкротстве ООО «Машиностроительный завод «Югокама»  с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности  Пучкина И.Г. и Поздеева А.А.  по обязательствам должника на сумму 119 692 235,39 руб., в том числе 118 690 302,70 руб.  задолженность, включенная в реестр, 1 001 932,69 руб. обязательства по текущим платежам.

Суд первой инстанции, отказывая в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части установления оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности исходил из  недоказанности факта  наличия причинно-следственной  связи между какими-либо действиями (бездействиями) ответчиков, наступившей неплатежеспособностью должника и отсутствием первичных документов. При этом, установив факт ненадлежащего ведения бухгалтерского учета, непринятия руководителем должника Пучкиным И.Г. мер по приведению в соответствие  бухгалтерской отчетности, в результате чего отсутствие в отчетности должника достоверных сведений  не позволило конкурсному управляющему  в полном объеме реализовать  возможности по  наполнению конкурсной массы, усмотрел основания для взыскания с бывшего руководителя должника Пучкина И.Г. убытков. В связи с невозможностью достоверно установить  сумму денежных средств, которая бы наполнила конкурсную массу в случае надлежащего исполнения Пучкиным И.Г. обязанностей руководителя, установил размер ответственности в  1 000 000 рублей.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционных жалоб, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда в связи со следующим.

Согласно пункту 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях", статья 10 Закона о банкротстве исключена, введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3-6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 N 137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 N 12-П и от 15.02.2016 N 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 N 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Заявление конкурсного управляющего подано 04.02.2019, то есть после вступления в законную силу ФЗ № 266-ФЗ.

Поскольку рассматриваемые действия контролирующих лиц были совершены как до (ненадлежащее ведение бухгалтерского учета), так и после (возникновение обязанности по передаче документации конкурсному управляющему) появления в Законе о банкротстве главы III.2, в период, когда порядок привлечения к субсидиарной ответственности регламентировался ст. 10 Закона о банкротстве, судом первой инстанции обоснованно  применены  нормы материального права, предусмотренные обеими редакциями закона в зависимости от рассматриваемого деяния, в совокупности с новыми процессуальными нормами.

Из материалов дела следует, что в обоснование требований о привлечении контролирующих должника лиц  к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве  конкурсный управляющий указал на неисполнение  контролирующими должника лицами  обязанности по передаче документов должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более, чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более, чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В соответствии с определением, данным в ст. 2 Закона о банкротстве (старая редакция), контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо  иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Как верно установлено судом первой инстанции,  в рассматриваемом случае оба ответчика являлись контролирующими должника лицами: Пучкин И.Г., будучи  руководителем должника, Поздеев А.А., будучи руководителем единственного учредителя должника, имел право распоряжаться 100 % доли в уставном капитале организации. Указанные факты не отрицают и сами ответчики.

В качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий приводит факт доведения предприятия до банкротства действиями (бездействием) контролирующих лиц. При этом основным доводом конкурсного управляющего выступает факт неисполнения обязанности по передаче ему документации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; 2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; 3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов; 4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены; 5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов (пункт 6 указанной статьи).

Применение положений статьи 61.11 Закона о банкротстве разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Пленум N 53), в пункте 19 которого указано, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В абзаце 5 пункта 24 постановления Пленума N 53 указано, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, инициатор спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в порядке статьи 65 АПК РФ должен доказать обстоятельства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, которые, в свою очередь, являются опровержимыми презумпциями признания должника банкротом вследствие действий (бездействия) контролирующего лица и вины последнего в несостоятельности должника.

Как верно отмечено судом первой инстанции, вопреки доводам конкурсного управляющего, перечисленные выше обстоятельства, составляющие презумпцию доведения должника до банкротства, по делу не установлены. 

Из материалов настоящего дел о банкротстве следует, что определением от 01.06.2018 частично удовлетворено заявление конкурсного управляющего об истребовании у Поздеева А.А. и Пучкина И.Г. документов должника, а именно, суд  обязал  Поздеева А.А. в трехдневный срок с момента вынесения настоящего определения, передать конкурсному управляющему Леонгардт М.А. имеющиеся у него документы, имущество, печати, штампы ООО «Машиностроительный завод «Югокама», в том числе документы, поименованные в акте приема-передачи от 12.05.2017, а также обязал Пучкина И.Г. представить конкурсному управляющему имеющиеся у него документы и имущество, а также письменные расшифровки строк баланса, в том числе дебиторской задолженности ООО «Машиностроительный завод «Юго-Кама».

С 23.06.2016 по 12.05.2017 директором должника  являлся Пучкин И.Г. На момент увольнения Пучкина И.Г. должник какой-либо деятельности не осуществлял. 12.05.2017 имеющиеся у Пучкина И.Г. документы должника по  акту приема-передачи переданы Поздееву А.А. и впоследствии складировались в здании    по адресу г. Пермь, ул. Ленина, 63. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, документы о деятельности должника конкурсному управляющему переданы 25.02.2019 (т. 2, л.д. 2-15). Доказательств того, что у ответчиков находятся иные, не переданные конкурсному управляющему документы, в материалы дела не представлено (статья 65 АПК РФ). 

Более того, в рамках дела о банкротстве не установлено фактов совершения подозрительных сделок, формирования мнимой задолженности, внесения искаженных сведений в государственные реестры.

Причины банкротства раскрыты ответчиками в суде первой инстанции. 

Как установлено судом первой инстанции не опровергается лицами,   участвующими в деле, причины банкротства должника объективны и вызваны невозможностью в полном объеме реализовать инвестиционный проект вследствие уменьшения ранее согласованного объема финансирования ПАО «Промсвязьбанк».

Судом установлено, что должник являлся поручителем и залогодателем по кредиту, выданному данной кредитной организацией другому предприятию группы, в которую входил должник.

Получение поручительства от лица,  входящего в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель испытывает финансовые сложности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2016 г. N 308-ЭС16-1475). Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц в конечном счете выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает. Таким образом, сам факт выдачи поручительства по обязательствам аффилированного лица не является основанием для ответственности контролирующего лица.

Как следствие,  основным кредитором, размер требований которого более чем в 100 раз превышает размер требований всех иных кредиторов, является ПАО «Промсвязьбанк». 

Имущество, являвшееся предметом залога по данному обязательству, должником не утрачено и передано в конкурсную массу. Доказательств того, что ответчики совершали действия по ухудшению состояния принадлежавшего должнику имущества, суду также не представлено  (ст. 65 АПК РФ).

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, т.е. лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ от 06.07.2016).

На основании изложенного, апелляционная коллегия признает состоятельным вывод суда первой инстанции, о недоказанности наличии причинно-следственной связи между какими-либо действиями (бездействием) ответчиков и наступившей неплатежеспособностью должника. Оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным ст. 61.11 Закона о банкротстве, не имеется.

Изучив доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего в данной части, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что они повторяют доводы конкурсного управляющего, заявленные им в суде первой инстанции, которым дана полная и правильная оценка судом и не требуют дополнительной оценки, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Несогласие заявителя жалобы с выводами судов не свидетельствует о нарушении норм материального и процессуального права.

Также  в обоснование заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Машиностроительный завод «Югокама» конкурсный управляющий ссылается на факт ненадлежащего ведения ими   бухгалтерского учета, учета и хранения документов, касающихся  деятельности должника, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы должника.

Действительно,  как установлено судом первой инстанции и не опровергнуто лицами, участвующими в деле,   в бухгалтерском балансе должника, как за 2015 г., так и за 2016 г., помимо основных средств, числились активы, обнаружить которые не удалось. К таковым относятся запасы на сумму 710 000 рублей (в 2015 г. – 714 000 рублей), дебиторская задолженность в размере 9 522 000 рублей (в 2015 г. – 10 645 000 рублей), иные активы. 

В силу статьи 7 ФЗ от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. В соответствии с пунктом 7 статьи 3 ФЗ от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" руководителем экономического субъекта является лицо, являющееся единоличным исполнительным органом экономического субъекта, либо лицо, ответственное за ведение дел экономического субъекта, либо управляющий, которому переданы функции единоличного исполнительного органа.

Исходя из изложенного, поскольку Поздеев А.А. руководителем должника не являлся, а также отсутствуют сведения о совершении им действий, направленных на сокрытие имеющейся у него первичной документации и запасов, оснований для возложения на него ответственности за ненадлежащее ведение бухгалтерского учета не имеется.

В соответствии с частью 3 статьи 6 указанного Закона бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации.

В соответствии с ч. 1 ст. 9 Закона о бухгалтерском учете, каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

В соответствии с ч. 1 ст. 13 Закона о бухгалтерском учете, бухгалтерская  (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений. Бухгалтерская (финансовая) отчетность должна составляться на основе данных, содержащихся в регистрах бухгалтерского учета, а также информации, определенной федеральными и отраслевыми стандартами.

Как отмечалось ранее, действия контролирующих должника лиц по ненадлежащему ведению бухгалтерского учета имели место до  вступления в силу Закона № 26-ФЗ, в связи с чем в данном случае подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в действующей на тот момент редакции.

В абзаце четвертом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве содержится презумпция о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при отсутствии документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Из материалов дела следует, что балансы за 2015 г. и за 2016 г. подписывались Пучкиным И.Г. При этом указанные балансы содержат не идентичные между собой данные, что опровергает доводы ответчика об исключительно формальном подходе к их составлению.

В рамках исполнения Пучкиным И.Г. обязанностей руководителя должника (с октября 2015 г. по май 2017 г.) у него было достаточно времени для проведения инвентаризации активов должника, для проверки достоверности сведений, отраженных в балансе. 

Вместе с тем, придя к выводу о том, что отсутствие  по вине ответчика Пучкина И.Г. достоверных сведений в бухгалтерской отчетности не позволило конкурсному управляющему в полном объеме реализовать возможности по наполнению конкурсной массы, в том числе за счет реализации отраженных в балансе запасов, взысканию дебиторской задолженности, однако  отсутствие  первичных документов само по себе не стало причиной банкротства должника, суд первой инстанции обоснованно взыскал с Пучкина И.Г.  убытки.

Оснований не согласиться с данным выводом суда у суда апелляционной инстанции не имеется. Причина объективного банкротства (связанная с прекращением финансирования ПАО «Промсвязьбанк)  подтверждается материалами дела. Доказательств того, что  ненадлежащее ведение бухгалтерского учета явилось необходимой причиной  банкротства должника или существенного ухудшения его состояния в материалы дела не представлено, вместе с тем  действия Пучкина И.Г. по ненадлежащему ведению бухгалтерского учета причинили должнику и его кредиторам вред.

Исходя из изложенного, доводы апелляционной жалобы Пучкина И.Г. отклоняются судом апелляционной инстанции как несостоятельные.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Как отмечалось ранее, в реестр требований кредиторов включены следующие требования:

1. Требование уполномоченного органа в следующих размерах: 

во вторую очередь реестра – 9 243,17 рублей основного долга; 

в третью очередь реестра – 16 804,23 рублей основного долга, 119 778,73 рублей пени и 1 000 рублей штрафов;

2. Требование ПАО «Промсвязьбанк» в сумме 114 495 429,43 рублей основного долга с процентами, 113 264 рублей штрафных санкций, в том числе в сумме 6 394 000 рублей в качестве требования, обеспеченного залогом имущества должника по договору ипотеки № Н-1/0401-13-2-35 от 18.11.2013;

3. МУП «Энергетик» в сумме 992 588,25 рублей основного долга; 

4. Требование ООО «Газпром межрегионгаз Пермь» в сумме 10781 (десять тысяч семьсот восемьдесят один) руб. 53 коп., в том числе судебные расходы в размере 3000 руб. и третьейский сбор в сумме 7781,53 коп. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Реализуя свои дискреционные полномочия, суд первой инстанции посчитал  справедливым установить размер ответственности Пучкина И.Г. в сумме 1 000 000 рублей.

Иной состав убытков конкурсным управляющим не доказан.

При отсутствии доказательств фактически подтверждающих причинение ущерба в ином размере, апелляционный суд соглашается с данным выводом суда первой инстанции с учетом того, что эта сумма сопоставима с общим размером требований кредиторов должника, за исключением залогового.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда. 

Арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Нормы материального права судом первой инстанции при разрешении спора были применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края  от 21 мая 2019  года по делу № А50-28371/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

Г.Н. Мухаметдинова 

 

Судьи

В.И. Мартемьянов 

 

О.Н. Чепурченко