﻿/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-127412/2019

17 июня 2021 года

г. Санкт-Петербург

/суб.

 

Резолютивная часть постановления объявлена  15 июня 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  17 июня 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова 

судей Н.В. Аносовой, Д.В. Бурденкова

при ведении протокола судебного заседания секретарем В.С. Смирновой

при участии: 

от конкурсного управляющего: представитель Л.Е. Семенова по доверенности от 11.01.2021 г.

от С.В. Пчельниковой: представитель С.П. Кренделев по доверенности от 12.05.2021 г. 

от М.А. Сорокина: не явился, извещен

от ООО «БКС»: представитель С.А. Першин по доверенности от 28.05.2020 г.

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам суда первой инстанции заявление конкурсного управляющего С.В. Захаровой

о привлечении к субсидиарной ответственности  

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Прогресс» (место нахождения (адрес): 194156, Санкт-Петербург, ул. Новороссийская, д. 14, лит. А, пом. 9-Н; ОГРН 111784053147, ИНН 7802741084) 

ответчики: Сорокин Михаил Александрович (адрес: 197110, Санкт-Петербург, ул. Большая Зеленина, д. 16, кв. 81) и Пчельникова Светлана Владимировна (адрес: 188680, Всеволожский р-н, дер. Старая, ул. Верхняя, д. 30, кв. 291)

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 19.03.2020 г. (резолютивная часть которого объявлена 13.03.2020 г.), вынесенным по заявлению (принято к производству суда определением от 18.12.2019 г.) общества с ограниченной ответственностью ООО «Балтийская Строительная Компания» (далее – кредитор, Компания, ООО «БКС»), в отношении общества с ограниченной ответственностью «Прогресс» (далее – должник, Общество) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена Захарова Светлана Васильевна, сведения о чем опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 56 (6777) от 28.03.2020 г., а решением от 19.09.2020 г. (резолютивная часть объявлена 11.09.2020 г.) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим также утверждена С.В. Захарова; соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 176 (6897) от 26.09.2020 г. 

В последней процедуре, а именно - 22.10.2020 г. - конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – бывшего руководителя Сорокина Михаила Александровича и учредителя Пчельниковой Светланы Владимировны (далее – ответчики-1 и 2, соответственно), и определением арбитражного суда от 03.03.2021 г. требования управляющего удовлетворены в полном объеме, а именно – оба ответчика привлечены к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника с приостановлением рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами. 

Данное определение обжаловано в апелляционном порядке ответчиком-2; в жалобе ее податель просила определение отменить в части привлечения ее к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, отказав в удовлетворении требований управляющего в этой части, мотивируя жалобу нарушением судом первой инстанции норм материального и процессуального права, что в частности выразилось в нарушении принципа состязательности процесса, а именно – вынесении судебного акта по существу спора по результатам судебного заседания от 19.02.2021 г., в котором суд фактически объявил об отложении судебного разбирательства. 

По существу спора С.В. Пчельникова указывает, что она не располагала информацией о реальном финансовом состоянии должника, в т.ч. ввиду непродолжительности наличия у нее статуса участника Общества и длительного непроведения его генеральным директором общего собрания участников, а также полагая отсутствующими у должника признаки объективного банкротства – в силу находящихся в открытом доступе данных (показателей) его баланса, а кроме того ссылаясь на отсутствие с ее стороны действий по одобрению сделок, которые привел управляющий.

С учетом доводов жалобы о допущенных процессуальных нарушениях и по результатам исследования материалов дела апелляционный суд в судебном заседании 18.05.2021 г. пришел к выводу о том, что эти нарушения влекут безусловную отмену обжалуемого судебного акта в соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее – Кодекс) и переход в силу части 6.1 статьи 268 данного Кодекса к рассмотрению настоящего дела по правилам, установленным Кодексом для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, поскольку этот судебный акт был вынесен по результатам судебного заседания, в котором фактически было объявлено об отложении рассмотрения, т.е. дело по существу фактически было рассмотрено судом первой инстанции в судебном заседании 19.02.2021 г. в отсутствие сторон, добросовестно полагавших – исходя из озвученного судом, что дело было отложено (отметка о чем, помимо прочего, имеется и в протоколе судебного заседания – л.д. 232). 

В настоящем заседании управляющий, а также кредитор по существу поддержали рассматриваемые требования, в т.ч. с учетом представленных ранее управляющим, а к настоящему заседанию – Компанией письменных возражений (отзывов) на доводы апелляционной жалобы ответчика-2; в свою очередь, последний возражал против удовлетворения этих требований (в предъявленной к ней части), вместе с тем, заявив ходатайства об отложении, сначала – по мотиву инициирования управляющим обособленного спора по оспариванию сделок, в рамках которого С.В. Пчельникова заявила о вступлении в этот спор, а повторно – в связи с необходимостью ознакомления с представленными Компанией возражениями (позицией), оснований для удовлетворения которых (данных ходатайств) суд, с учетом мнения иных лиц, не нашел (отклонены протокольными определениями).

Ответчик-1 позиции (отзыв, возражения) по рассматриваемым требованиям не представил; в заседание апелляционного суда не явился; однако, о месте и времени судебного разбирательства считается извещенным в силу части 1 статьи 123 Кодекса с учетом разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, содержащихся в пункте 5 постановления от 17.02.2011 г. № 12, и при соблюдении требований абзаца второго части 1 статьи 121 Кодекса, в связи с чем и в соответствии с частью 3 статьи 156 данного Кодекса дело рассмотрено без его участия при отсутствии от него каких-либо ходатайств с обоснованием невозможности явки в судебное заседании. 

По существу спора судом установлено следующее:

В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ, Сорокин Михаил Александрович являлся генеральным директором Общества с 09.11.2017 г., а также учредителем (100 %) с 08.02.2019 г., а Пчельникова Светлана Владимировна являлась учредителем (100 %) должника в период с 09.11.2017 по 08.02.2019 г. 

Конкурсный управляющий просит привлечь контролирующих должника лиц солидарно к субсидиарной ответственности за неисполнение: 

- ответчиком-1 - обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника, которая, по мнению управляющего, должна была быть исполнена не позднее 29.07.2018 г., как это предусмотрено пунктом 1 статьи 9 федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), и по передаче управляющему бухгалтерской и иной документации должника, что существенно затруднило проведение процедуры конкурсного производства и формирование конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона); 

- ответчиком-2 - за неинициирование созыва общего собрания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в период с 28.03.2018 по 29.07.2018 г., как это предусмотрено пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, при наличии у должника признаков неплатежеспособности, а также – за причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате одобрения (неодобрения) одной или нескольких сделок (подпункт 1 пункт 2 статьи 61.11 Закона). 

Оценивая исковые требования, суд исходит из того, что в силу пунктов 1 и 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; 

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Равным образом, абзацем 3 пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве (введен в действие федеральным законом от 29.07.2017 г. № 266-ФЗ, вступившим в силу 30.07.2017 г.) предусмотрена обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров участников должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

В этой связи пунктом же 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве предусмотрено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При этом, при нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно, а в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника входит установление следующих обстоятельств: 

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; 

- момент возникновения данного условия; 

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия (и неиницирования соответствующего собрания лицами, имеющими на это право); 

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Таким образом, руководитель должника, уклонившийся от подачи заявления о банкротстве (участники/учредители – от проведения собрания по этому вопросу) при наличии определенных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве оснований подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим после наступления соответствующей обязанности, поскольку именно ее неисполнение приводит к принятию несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств (как по гражданско-правовым сделкам, так и возникающих в связи с продолжением хозяйственной деятельности налоговых обязательств) в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, и, как следствие - возникновению убытков на стороне этих кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения, как свидетельствует указанное бездействие контролирующих лиц и об их недобросовестности, поскольку тем самым они фактически скрывают от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

В данном случае, как указывает конкурсный управляющий, признаки неплатежеспособности Общества возникли 28.03.2018 г. в связи с предъявлением ООО «БСК» требования о погашении долга в размере 4 376 750 руб. 60 коп. в соответствии с товарной накладной от 20.03.2018 г. № 13 (факт возникновения задолженности установлен впоследствие решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-57351/2019, указанная сумма должником погашена не была, что и явилось для кредитора для обращения с заявлением о признании должника банкротом), а с заявлением о признании юридического лица банкротом руководитель должника обязан был обратиться не позднее 29.07.2018 г., однако этого не сделал. 

При этом, управляющий сослался на то, что после 28.03.2018 г. кредиторская задолженность Общества постоянно увеличивалась, не погашалась и до сих пор не погашена, доказательством чего являются решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области о взыскании с ООО «Прогресс»: 

от 15.10.2018 г. по делу № А56-9977/2018 в пользу ООО «МастерСтрой» 1 024 362 руб.;

от 20.06.2019 г. по делу № А56-41647/2019 в пользу ООО «Феникс» 791989 руб.;

от 06.08.2019 г. по делу № А56-57251/2019 в пользу ООО «БСК» 4 376750 руб. 10 коп.;

от 04.10.2019 г. по делу № А56-57352/2019 в пользу ООО «БСК» 4 074212 руб. 91 коп.;

от 30.11.2019 г. по делу № А56-59793/2019 в пользу ООО «Ренни-Тех» 1338 480 руб.;

от 19.08.2019 г. по делу № А56-70114/2019 в пользу ООО «Линкор» 641095 руб. 50 коп.;

от 25.09.2019 г. по делу № А56-83078/2019 в пользу ООО «Пер.Ар.комп.» 182 228 руб. 15 коп.;

от 16.10.2019 г. по делу № А56-89431/2019 в пользу ООО «Профэнергосервис» 263 333 руб. 34 коп.

Однако апелляционный суд не усматривает условий для привлечения обоих ответчиков к субсидиарной ответственности по указанным основаниям, исходя, в первую очередь, из недоказанности управляющим в нарушение части 1 статьи 65 Кодекса момента наступления у должника признаков несостоятельности (банкротстве), поскольку наличие у Общества (как любого субъекта коммерческой/предпринимательской/хозяйственной деятельности) задолженности перед отдельным контрагентом не свидетельствует о наличии у него признаков объективного банкротства (наличие такой задолженности является обычным, сопутствующим указанной деятельности, условием), а наличие объективных признаков банкротства, как правильно ссылается ответчик-2, опровергается динамикой данных бухгалтерской отчетности должника за период 2016 - 2018 г.г., свидетельствующей, в частности о росте оборотных активов, выручки и чистой прибыли Общества и - соответственно – росте коэффициентов, характеризующих платежеспособность и финансовую устойчивость должника.

Кроме того, суд полагает, что не доказан (надлежаще не обоснован) управляющим в этой части и размер обязательств должника, возникших якобы, после возникновения у должника признаков неплатежеспособности (именно в котором – данном размере – контролирующие должника подлежат привлечению к ответственности согласно рассматриваемой норме (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве)), в т.ч. в силу того, что вынесение перечисленных судебных актов после этой даты (на которые сослался управляющий) само по себе свидетельствует не о моменте возникновения обязательств, а об их подтверждении в установленном порядке, при том, что сами обязательства, очевидно, возникли ранее - в силу соответствующих сделок и действий должника, и как раз этот момент – дата возникновения тех или иных обязательств – управляющим по каждому из обязательств – не раскрыт), как отмечает суд в недостаточной степени обоснованной управляющим - и с правовой, и с фактической стороны - предельную дату, когла ответчики должны были обратиться в суд (инициировать собрание по этому вопросу) с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) - 29.07.2018 г. (с учетом заявленной управляющим даты возникновения признаков неплатежеспособности – 28.03.2018 г. – первая дата не соответствует пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве); кроме того, нельзя в связи с вышеизложенным и применительно к ответчику-2 не учитывать, как он правильно ссылается, непродолжительность наличия у него статуса участника (учредителя) Общества - только в период с 09.11.2017 по 08.02.2019 г., доказательств проведения в течение которого собраний участников (учредителей) или его ознакомления с реальным финансовым положением должника в иной форме, материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах наличие оснований для удовлетворения требований управляющего в этой части (привлечения контролирующих должника лиц к ответственности по обязательствам должника в соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве) им не доказано.

Также, как указано выше, в обоснование требования о привлечении ответчика-1 к субсидиарной ответственности, управляющий сослался  на непередачу данным ответчиком, как руководителем должника в преддверии банкротства последнего, документов по финансово-хозяйственной деятельности Общества (включая бухгалтерские документы, имущество, печати, штампы, материальные и иные ценности), ввиду чего конкурсным управляющим было подано заявление об истребовании документов, и определением суда от 19.06.2020 г. заявление управляющего удовлетворено, а также получен и направлен для возбуждения исполнительного производства (принудительного исполнения) исполнительный лист, при  том, что документы не переданы вплоть до настоящего момента, что свидетельствует об уклонении бывшего руководителя должника от передачи необходимой информации для поиска имущества и формирования конкурсной массы, при том, что в представленной налоговым органом бухгалтерской отчетности за 2018 г. указаны активы на сумму 71,739 млн.руб., из которых запасы на 16,713 млн.руб. и дебиторская задолженность на сумму 54,828 млн.руб. 

В этой части суд исходит из того, что в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, при том, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

В этой связи суд также учитывает, что в силу пункта 1 статьи 7 и статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта; первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. Документы учетной политики, стандарты экономического субъекта, другие документы, связанные с организацией и ведением бухгалтерского учета, в том числе средства, обеспечивающие воспроизведение электронных документов, а также проверку подлинности электронной подписи, подлежат хранению экономическим субъектом не менее пяти лет после года, в котором они использовались для составления бухгалтерской (финансовой) отчетности в последний раз, а пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве предусмотрено, что руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. 

В данном случае, непредоставление (непередача) руководителем должника документов  бухгалтерского учета привело к невозможности (затруднительности) проведения процедуры конкурсного производства, а именно - формирования конкурсным управляющим конкурсной массы и, как следствие, удовлетворения требований кредиторов должника что, помимо прочего, выразилось в том, что:

- ввиду отсутствия информации об активах должника возникла необходимость осуществления мероприятий по выявлению и розыску имущества должника, а равно как существует вероятность несоответствия полученной информации реальному перечню имущества должника; 

- без бухгалтерской документации невозможно провести ее анализ на предмет соответствия законодательству РФ; 

- невозможно провести анализ и изготовить мотивированное заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника; 

- не оценены (не исследованы) сделки должника, на предмет подозрительности и соответствия гл. III.1 Закона о банкротстве. 

Кроме того, суд в этой части учитывает, что в силу абзаца 5 пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 г. 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» именно на привлекаемое лицо возложена обязанность по опровержению данной презумпции: привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась, и в данном случае, доказательств, подтверждающих, что непередача документов не привела к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо подтверждающих отсутствие вины в непередаче документации в материалах дела не содержится. 

При таких обстоятельствах суд признает наличие оснований для привлечения М.А. Сорокина к субсидиарной ответственности по обязательствам должника согласно норме подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве при отсутствии, в то же время, условий для привлечения к ответственности по этому основанию С.В. Пчельниковой, поскольку она как участник (учредитель) должника обязанности по обеспечению сохранности документации должника и ее передаче конкурсному управляющему не несет, а последний по этому основанию требований к данному ответчику не предъявил.

Кроме того, как сослался конкурсный управляющий, им были проанализированы выписки о движении денежных средств в банках, в частности в ПАО «Банк Санкт-Петербург»; по всем подозрительным перечислениям были запрошены договоры и документы у контрагентов, и помимо прочего, было установлено, что с 13.09.2018 по 28.02.2019 г. должником было перечислено 38486 746 руб. 66 коп. в пользу ООО «Рубикон», которым в ответ на запрос управляющего были представлены Соглашения № 2 от 31.03.2018, № 1 от 31.05.2018, № 1 от 30.06.2018, б/н от 31.07.2018, б/н от 31.08.2018, б/н от 25.09.2018, № 1 от 31.10.2018, № 1 от 30.11.2018 № 2 от 12.12.2018 № 2 от 31.01.2019 и № 3 от 31.01.2019 г. о переводе долга и о зачете встречных однородных требований на сумму 36 686 723 руб. 06 коп. и платежные поручения о перечислении денежных средств должником Обществу «Рубикон» на сумму 38 486 746 руб. 66 коп., при том, что указанные сделки были совершены с участием 5 юридических лиц: ООО «Прогресс», ООО «Рубикон». ООО «Норд Микс», АО «Беатон» и ООО «ПромСервис» и, вместе с тем, согласно имеющимся у конкурсного управляющего данным, указанные юридические лица не являлись контрагентами должника, а следовательно, сделки попадают под понятие подозрительных сделок, которыми был причинен существенный вред правам кредиторов с учетом также того, что на момент заключения сделок у Общества уже имелась задолженность перед ООО «БСК» в размере 4 376 750 руб. 60 коп., которая затем была включена в реестр требований кредиторов должника. 

В этой связи управляющий также указал, что с учетом аналогии пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 78 Федерального закона от 26.12.1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» и статьи 46 Федерального закона 08.02.1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» считать существенным является вред, причиненный сделками с активами на сумму сделки, эквивалентную 20-25 % общей балансовой стоимости имущества должника, а в данном случае перечисленные ООО «Рубикон» 38 486 746 руб. 66 коп. составляют 53 % общей балансовой стоимости имущества должника.  

При таких обстоятельствах следует признать, что М.А. Сорокиным от имени должника совершены сделки, повлекшие отчуждение имущества (денежных средств) должника в размере, достаточном для погашения признанных впоследствие обоснованными требований кредиторов, и тем самым последним причинен вред, при том, что экономический смысл этих сделок (в частности – факт получения Обществом в их результате равноценного встречного исполнения) данным ответчиком не раскрыт, а значит он подлежит привлечению к ответственности также в соответствии с подпунктом й пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Вместе с тем условий для привлечения к ответственности по этому основанию ответчика-2 суд также не усматривает - ввиду недоказанности того, что С.В.Пчельникова знала или должна была знать об этих сделках, давала в этой связи обязательные для руководителя должника указания, одобряла эти сделки и т.д., а равно и недоказанности того факта, что она являлась выгодоприобрететелем по ним; при этом, суд отклоняет доводы кредитора об аффилированности должника и указанного выше лица, получившего от него денежные средства - ООО «Рубикон», поскольку данный факт для оценки оснований для привлечения С.В. Пчельниковой к субсидиарной ответственности значение не имеет (может быть/подлежит учету при оспаривании соответствующих сделок), так как даже если и признать С.В. Пчельникову входящей в приведенную кредитором схему взаимосвязи Общества и ООО «Рубикон», это не означает (ни кредитором, ни управляющим не доказано, и из материалов дела не следует), что именно она имела какое-либо отношение к этим сделкам, совершала действия, направпенные на вывод активов должника в преддверии банкротства (в целях причинения вреда кредиторам), получила в результате этого лично или через аффилированных лиц какие-либо имущественные блага и т.д.

Таким образом, определение суда первой инстанции от 03.03.2021 г. подлежит отмене в силу указанных выше процессуальных нарушений с принятием нового судебного акта – об удовлетворении требований управляющего в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника М.А.Сорокина в соответствии с нормами подпунктов 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве с отказом в привлечении его к ответственности согласно статье 61.12 этого Закона, а равно и с отказом в полном объеме (по всем заявленным в ее отношении основаниям – как по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 по статье 61.12 Закона) в привлечении к ответственности С.В.Пчельниковой, с приостановлением при этом в соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона рассмотрения заявления управляющего до окончания расчетов с кредиторами (формирования конкурсной массы).

На основании изложенного и руководствуясь 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.03.2021 г. по делу № А56-127412/2019/суб. отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

Заявление конкурсного управляющего ООО «Прогресс» С.В. Захаровой удовлетворить частично.

Привлечь Сорокина Михаила Александровича к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Прогресс». 

Рассмотрение заявления в этой части приостановить до окончания расчетов с кредиторами.

В удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Прогресс» Пчельниковой Светланы Владимировны отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

 

Н.В. Аносова 

Д.В. Бурденков