﻿

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А74-11163/2017

г. Красноярск

21 октября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена «14» октября  2019 года. 

Полный текст постановления изготовлен          «21» октября  2019 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Радзиховской В.В.,

судей: Белан Н.Н., Хабибулиной Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Лизан Т.Е.,

при участии: 

от Бахарь Елены Викторовны - Белущенко С.В. - представителя по доверенности от 04.10.2019; 

от Бахарь Владислава Николаевича - Белущенко С.В. - представителя по доверенности от 04.10.2019; 

от уполномоченного органа - Грачева Л.А. - представителя по доверенности от 18.02.2019;

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы Бахарь Елены Викторовны, Бахарь Владислава Николаевича на определение Арбитражного суда Республики Хакасия

от 14 августа 2019 года по делу №  А74-11163/2017,  

 

установил:

в  рамках  дела  о  банкротстве с ограниченной ответственностью «Хакаскосметика» (ИНН 1901060078, ОГРН 1021900529870, далее - должник), возбужденного  на  основании заявления Синашова Евгения Ивановича (далее – кредитор), признанного  решением   суда  от 25.12.2017 банкротом, определением Арбитражного суда Республики Хакасия  от 14.08.2019 в удовлетворении заявления Синашова Евгения Ивановича о привлечении Бахарь Елены Викторовны  к субсидиарной ответственности и взыскании с нее 20304486 рублей 26 копеек отказано. Заявление конкурсного управляющего Федорова Михаила Юрьевича удовлетворено, взыскано солидарно с Бахарь Е.В. и Бахарь Владислава Николаевича в пользу ООО «Хакаскосметика» 20664612 рублей 90 копеек.

Не согласившись с данным судебным актом, Бахарь Е.В., Бахарь В.Н. обратились с апелляционными жалобами в Третий арбитражный апелляционный суд, в которых просят отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

Заявители апелляционных жалоб указали, что заявление конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности   поступило   в  арбитражный  суд  26.11.2018  года  (после  внесения изменений в Закон о банкротстве),  в связи с чем,  суд применил закон, не подлежащий применению. При рассмотрении спора с налоговыми органами в материалы дела, представлены письменные доказательства «порочности» (недостоверности) сведений представленных в материалы дела налоговым органом психологическое Заключение эксперта №ХК 17.11.2016 по результатам опросов допросов работников ООО «Хакаскосметика» и ИП Бахарь В.Н. МИФНС РФ по РХ к индивидуальному предпринимателю Бахарь В.Н., находящемуся на специальном режиме налогообложения по результатам проверок каких-либо претензий либо нарушений налогового законодательства предъявлено не было. Бахарь В.Н. никогда не являлся лицом, контролирующим должника.

Уполномоченный органа представил отзыв, в котором отклонил доводы апелляционных жалоб, указав на законность определения суда первой инстанции. 

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 06.09.2019 апелляционные жалобы приняты к производству, их рассмотрение назначено на 14.10.2019.

В судебном заседании представитель Бахарь Е.В., Бахарь В.Н. поддержал доводы апелляционных жалоб, просил отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

Представитель уполномоченного органа поддержал возражения на доводы апелляционных жалоб, согласен с определением суда первой инстанции. 

Учитывая, что иные лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 №220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти»), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Частью 3 статьи 4 указанного Закона определено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закон о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Как следует из материалов дела, Синашов Е.И., обращаясь с требованием о привлечении Бахарь Е.В. на основании статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве к субсидиарной ответственности и взыскании с нее 20304486 рублей 26 копеек, указал, что Бахарь Е.В. не исполнена обязанность по передаче документов временному управляющему.

Согласно пункту 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают конкурсные кредиторы, перед которыми у должника имеется задолженность.

Как следует из материалов дела, определением арбитражного суда от 25.07.2017 требование Синашова Е.И. в размере 498674 рубля 52 копейки включено в реестр требований кредиторов должника.

Кредитор в своем заявлении указал на наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Бахарь Е.В. по статье 61.11 Закона о банкротстве, а именно то, что Бахарь Е.В. не исполнена обязанность по передаче документов временному управляющему.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно разъяснениям, данным Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пункте 24 постановления от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 53), в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием документации (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Как следует из материалов дела, определением арбитражного суда от 13.06.2019 кредитору предложено представить доказательства того, что непередача ответчиком управляющему бухгалтерской документации существенно затруднила проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализацию конкурсной массы.

При этом, в нарушение требований  статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, кредитор не представил соответствующие доказательства.

Конкурсным управляющим в материалы дела представлен акт приема-передачи документов от 01.02.2018, из содержания которого следует, что ответчиком переданы конкурсному управляющему документы должника и печать.

В своих письменных пояснениях от 31.07.2019 № 14-ХКСК-КП конкурсный управляющий указывает на то, что доводы кредитора являются несостоятельными.

Судом апелляционной инстанции установлено, что арбитражный управляющий в суд с заявлением об истребовании у ответчика документов должника не обращался.

Доказательства того, что  полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие отсутствия каких-либо документов бухгалтерского учета и (или) отчетности должника суду не представлены.

Оценив представленные документы в их совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что кредитором не доказаны обстоятельства, подтверждающие его требование, в связи с чем, заявление Синашова Е.И. не подлежит удовлетворению

Как следует из материалов дела, 26.11.2018 в арбитражный суд поступило заявление конкурного управляющего  о привлечении к субсидиарной ответственности Бахарь Е.В. и Бахарь В.Н., взыскании  с Бахарь Е.В. и Бахарь В.Н. (далее – ответчики) солидарно 20373749 рублей 39 копеек.

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий сослался на статью 10 Закона о банкротстве, указав, что обстоятельства причинения ущерба должнику подтверждаются решением от 31.12.2015 № 95 о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения.

31.12.2015 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы России № 1 по Республике Хакасия (далее – налоговый орган) принято решение № 95 о привлечении должника к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения (далее – решение № 95), предусмотренного статьями 119, 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ). 

Налоговая проверка, по результатам которой принято решение № 95, проводиласьза период с 01.01.2012 по 31.12.2013.

Решением № 95 должнику доначислены налоги в размере 12319555 рублей 95 копеек, из них: 

614887 рублей – налог на прибыль организаций, зачисляемый в федеральный бюджет,

5533991 рубль – налог на прибыль организаций, зачисляемый в бюджет субъекта Российской Федерации, 

6170677 рублей 95 копеек – налог на добавленную стоимость;

начислены пени в сумме 3314738 рублей 16 копеек, из них: 

167557 рублей 53 копейки – на недоимку по налогу на прибыль организаций, зачисляемому в федеральный бюджет, 

1520072 рубля 43 копейки – на недоимку по налогу на прибыль организаций, зачисляемый в бюджет субъекта Российской Федерации, 

1627108 рублей 20 копеек – на недоимку по налогу на добавленную стоимость;

взысканы штрафы в сумме 1794636 рублей 58 копеек, из них: 

102481 рубль 17 копеек - по налогу на прибыль организаций, зачисляемому в федеральный бюджет, 

922331 рубль 84 копейки - по налогу на прибыль организаций, зачисляемый в бюджет субъекта Российской Федерации, 

769823 рубля 57 копеек- по налогу на добавленную стоимость.

Решение № 95 вступило в законную силу 18.04.2016.

Решением арбитражного суда от 28.02.2017 по делу № А74-5802/2016, вступившим в законную силу 03.07.2017, решение № 95 признано недействительным в части:

- доначисления налога на прибыль организаций, зачисляемого в бюджет субъекта Российской Федерации, в размере 157270 рублей, привлечения к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 119 НК РФ в виде взыскания штрафа в размере 15727 рублей, по пункту 1 статьи 122 НК РФ - в виде взыскания штрафа в размере 10484 рубля 67 копеек, начисления пени в размере 4927 рублей 49 копеек за несвоевременную уплату налога;

- доначисления налога на прибыль организаций, зачисляемого в федеральный бюджет, в размере 17475 рублей, привлечения к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 119 НК РФ в виде взыскания штрафа в размере 1747 рублей 50 копеек, по пункту 1 статьи 122 НК РФ - в виде взыскания штрафа в размере 1165 рублей, начисления пени в размере 547 рублей 51 копейка за несвоевременную уплату налога.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017  № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 173-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. При этом, как указано в абзаце третьем названного пункта информационного письма, предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности, подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Как следует из материалов дела, заявление конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности поступило в арбитражный суд 26.11.2018 (после внесения изменений в Закон о банкротстве), а обстоятельства, с которыми связано привлечение ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017  № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (с 01.01.2012 по 31.12.2013).

Как видно из материалов дела, обстоятельства с которыми конкурсный управляющий связывает наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, имели место как до вступления в силу Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (03.08.2013), так и после.

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что к материальным правоотношениям подлежат применению нормы статьи 10 Закона о банкротстве в соответствующих редакциях.

При изложенных обстоятельствах заявление конкурсного управляющего подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции как Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ), так и Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ), но при этом должны применяться процессуальные нормы, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017  № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях».

Так как абзац пятый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве введен Федеральным законом от 23.06.2016 № 222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (пункт 2 статьи 4 Федерального закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ вступил в силу с 01.09.2016), то есть после возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ответчиков к ответственности, при рассмотрении заявления конкурсного управляющего данная норма применению не подлежит.

Суд апелляционной инстанции также полагает необходимым руководствоваться разъяснениями, содержащимися  в постановлении Пленума ВС РФ  № 53, в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи  10 Закона о банкротстве в подлежащей применению редакции.

В качестве ответчиков конкурсный управляющий указал Бахарь Е.В. – руководителя и единственного участника должника, а также Бахарь В.Н. 

В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе, по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом уже установлено, что Бахарь Е.В. с 23.03.2009 до открытия конкурсного производства являлась руководителем должника и с 09.09.2009 его единственным участником.

В своем отзыве на заявления Бахарь В.Н.  указал, что он никогда не являлся лицом, контролирующим должника.

Отклоняя указанный довод, арбитражный суд пришел к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве в целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 2 указанной статьи возможность определять действия должника может достигаться, в том числе в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения.

В материалы дела уполномоченным органом представлен ответ Отдела департамента ЗАГС по г. Абакану и выписка из  книги записей актов гражданского состояния, содержащая запись акта о заключении брака от 12.11.1994 № 945 между Бахарь Е.В. и Бахарь В.Н.

Пунктом 3 постановления ВС РФ № 53 предусмотрено, что лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономические и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Решением № 95  установлено, что несмотря на то, что директором и участником должника являлась Бахарь Е.В.,  Бахарь В.Н. отдавал все распоряжения относительно хозяйственной деятельности должника (листы 21, 23, 24, 26, 27, 28, 32).

Налоговый орган также пришёл к выводу, что Бахарь В.Н. и Бахарь Е.В.  являются взаимозависимыми лицами, действующими с целью получение необоснованной выгоды, путём применения должником и Бахарь В.Н. льготного режима налогообложения, предусматривающего освобождение от ряда налогов, и минимизацию налоговых платежей, подлежащих уплате в бюджет, в результате формального разделения бизнеса с целью занижения доходов путём распределения их на двух взаимозависимых и аффилированных лиц.

В силу пункта 7 постановления  ВС РФ № 53 лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Принимая во внимание, что Бахарь В.Н. не представлены доказательства наличия разумных экономических причин по указанной организации ведения бизнеса с должником, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что Бахарь В.Н. является  контролирующим должника лицом, соответственно субъектом субсидиарной ответственности и надлежащим ответчиком по обособленному спору.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 73-ФЗ) контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу. 

Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии такого обстоятельства, как причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 стать 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

По своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов и уполномоченных органов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников должника. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

В пунктах 16, 17 постановления № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности

Контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения (установления факта признания должника банкротом вследствие причинения вреда имущественным правам кредиторов; размер причиненного вреда) является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц суду следует учитывать содержащиеся в Законе о банкротстве презумпции, а именно: презумпция признания банкротом вследствие неправомерных действий (бездействия) контролирующих должника лиц и презумпция их вины.

Данные презумпции являются опровержимыми. При обращении в суд о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности указанные обстоятельства не должны доказываться заявителем (они предполагаются), но они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями ответчиков. Непредставление ответчиками доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на который ссылается заявитель. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 20 постановления № 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности, - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, решение № 95 вступило в законную силу 18.04.2016. Доначисленные решением № 95 (с учетом решения арбитражного суда от 28.02.2017 по делу № А74-5802/2016) налоги, пени и штрафы должником включены в реестр требований кредиторов должника определением арбитражного суда от 04.12.2017.

По результатам проверки налоговый орган пришел к следующим выводам:

- должник и Бахарь В.Н. являются взаимозависимыми лицами;

- осуществление деятельности должником и Бахарь В.Н. производилось фактически едино, разграничение между работниками должника и Бахарь В.Н. было формальным;

- должником и взаимозависимым лицом Бахарь В.Н., находящимся на специальном режиме налогообложения, создан единый бизнес по реализации однородных товаров;

- деление бизнеса между должником и Бахарь В.Н. было формальным, путем распределения полученных доходов и общей численности работников между должником и Бахарь В.Н. с целью получения необоснованной налоговой выгоды, поскольку действия должника направлены на создание схемы по минимизации налоговых обязательств путем применения специальных режимов (ЕНВД и УСН) и ухода от налогообложения по общей системе.

Решением арбитражного суда от 28.02.2017 № А74-5802/2016 также установлена направленность действий должника на применение схемы ухода от налогообложения с целью минимизации налогов, подлежащих уплате в бюджет, и получение должником необоснованной налоговой выгоды.

Обязанность применять общую систему налогообложения возникла у должника в период осуществления обязанностей руководителя должника Бахарь Е.В. 

Судом установлено, что Бахарь В.Н. также является контролирующим должника лицом.

При этом, ответчиками не представлены доказательства того, что выбранная ими схема организации бизнеса соответствовала критериям добросовестности и разумности, не выходила за пределы обычного делового риска и не была направлена на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества.

Суд первой инстанции верно указал, что принимая во внимание обычные условия делового оборота, Бахарь Е.В., как руководитель должника, должна была знать о неправомерном применении специальных налоговых режимов. 

Согласно выполненному временным управляющим для первого собрания кредиторов должника анализу финансового состояния должника, с 17.05.2016 поступление денежных средств от основной деятельности должника на расчетный счет должника прекратилось, что свидетельствует о том, что должник с указанного времени, то есть фактически сразу же после вступления решения № 95 в законную силу, никакой деятельности не вел.

В соответствии с упрощенной бухгалтерской (финансовой) отчетностью за 2016 год убыток должника составлял 36288000 рублей.

Доказательства наличия оснований для прекращения должником финансово-хозяйственной деятельности с 17.05.2016 суду не представлены. Объективные экономические причины для этого ответчиками не озвучены.

Статус Бахарь Е.В.  предполагает наличие возможности определять направления деятельности должника. При наличии кредиторской задолженности, добросовестный руководитель обязан принять меры к ее погашению. Между тем, Бахарь Е.В.  таких мер не предприняла. 

На дату рассмотрения судом первой инстанции заявления конкурсного управляющего в реестре требований кредиторов должника учтены требования кредиторов второй очереди в размере 23520 рублей 28 копеек, третьей очереди (по основной задолженности) в размере 12683492 рубля 54 копейки, требования кредиторов в размере 7666736 рублей 57 копеек (финансовые санкции) учтены отдельно.

Из них, 17257219 рублей 69 копеек включены в реестр требований кредиторов должника на основании решения № 95.

Судом уже установлено, что доначисление должнику налоговым органом налогов, пени и штрафов явилось следствием совместных действий Бахарь Е.В. и Бахарь В.Н.

Таким образом, суд апелляционной инстанции также приходит к выводу, что в материалы дела представлено достаточно доказательств, подтверждающих, что непосредственно в результате действий ответчиков должник доведен до состояния несостоятельности (банкротства) и невозможности в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

В соответствии с пунктом 19 постановления № 53 при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Указанные доказательства ответчиками не представлены.

Оценив представленные документы в их совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что вышеприведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что конкурсным управляющим доказана совокупность условий для привлечения Бахарь Е.В., Бахарь В.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.   

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Согласно представленным отчету конкурсного управляющего и реестру требований кредиторов размер требований кредиторов, включенных в реестр кредиторов должника, составляет 20373749 рублей 39 копеек.

Согласно реестру текущих обязательств должника размер непогашенных текущих обязательств должника составляет 290863 рубля 51 копейка.

Таким образом, размер субсидиарной ответственности Бахарь В.Н. и Бахарь Е.В. составляет 20664612 рублей 90 коп.

При этом, ответчиками не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению.

Основания для уменьшения размера субсидиарной ответственности судом апелляционной инстанции также не установлены.

В соответствии с пунктом 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

Оценив в порядке части 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявление конкурсного управляющего о привлечении Бахарь Елены Викторовны и Бахарь Владислава Николаевича к  субсидиарной ответственности в размере 20664612 рублей 90 копеек.

Выводы суда первой инстанции  соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Доводы заявителей апелляционных жалоб о неправильном применении судом первой инстанции  норм материального права ввиду имеющихся в судебных актах ссылок на положения статей, введенных в Закон о банкротстве Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ, разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53, отклоняются.

Суд, привлекая контролирующих должника лиц, правильно руководствовался нормам законодательства, действовавшими в период спорных правоотношений - пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, при этом разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53, подлежат применению в части, не противоречащей положениям статьи 10 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционных жалоб считает, что выводы суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности вышеуказанных лиц сделаны на основании исследования и совокупной оценки приведенных доводов и представленных доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела; выводы суда первой инстанции  соответствуют установленным фактическим обстоятельствам обособленного спора и имеющимся в деле доказательствам, основаны на верном применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, тождественны тем доводам и обстоятельствам, на которые заявители ссылались в ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции и которые были надлежащим образом исследованы судом. Суд апелляционной инстанции  усматривает, что доводы свидетельствуют о несогласии заявителей с оценкой, данной судом первой инстанции обстоятельствам спора и представленным доказательствам. Между тем иная оценка заявителями доказательств не свидетельствует о неправильном применении судом первой инстанции  норм права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта.

Доводы апелляционных жалоб свидетельствуют о несогласии заявителей с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом первой инстанции доказательств. При этом, исследование и оценка доказательств произведена судом по правилам статей 64, 65, 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Приведенные в апелляционных жалобах доводы подлежат отклонению в силу их несостоятельности и ошибочности толкования норм права по основаниям, изложенным в настоящем постановлении. Выражая несогласие с обжалуемым судебным актом, заявители апелляционных жалоб не представили каких-либо доказательств в их опровержение. Доводы апелляционных жалоб не подтверждены материалами дела.

Таким образом, по результатам рассмотрения апелляционных жалоб установлено, что доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции не состоятельными и не могут служить основанием для отмены определения Арбитражного суда Республики Хакасия от 14 августа 2019 года по делу №  А74-11163/2017 не имеется.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Хакасия от 14 августа 2019 года по делу №  А74-11163/2017 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения. 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

В.В. Радзиховская

Судьи:

Н.Н. Белан

 

Ю.В. Хабибулина