﻿

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-6984/2020

г. Красноярск

28 января 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена «27» января 2021года. 

Полный текст постановления изготовлен         «28»января 2021 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  -  Бабенко А.Н.,

судей: Иванцовой О.А.,  Юдина Д.В.

при ведении протокола секретарем  судебного заседания Маланчик Д.Г.,

при участии: 

от заявителя (Общества с ограниченной ответственностью «Малтат»): Половинкин А.В., представитель по доверенности от 18.01.2021, паспорт, диплом 102424 2966159;

от административного органа (Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю):Корсун А.А., представитель по доверенности от 21.01.2021 № 24-00-06/12-54-2021, служебное удостоверение ТО № 1817, диплом 102424 0951814; Павлов А.А., представитель по доверенности от 21.01.2021 № 24-00-06/12-55-2021, служебное удостоверение ТО № 1816, диплом 102424 0951717,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу апелляционную жалобу Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краюна решение Арбитражного суда Красноярского края 

от «18» ноября 2020 года по делу № А33-6984/2020  

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Малтат" (далее - заявитель) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю (далее – ответчик, административный орган) о признании недействительным предписания от 19.11.2019 № 3049.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 18.11.2020 заявление удовлетворено. Признано недействительным предписание Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю от 19.11.2019 № 30492.

Не согласившись с данным судебным актом, ответчик обратился в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить  решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленного требования, в обоснование доводов, изложенных в апелляционной жалобе, ссылается на то, что  «Рыбоводство»   относится  к деятельности, которая оказывается непосредственное воздействие на жизнь и здоровье человека,  в связи с чем, подлежит применению положение части 3 статьи 18 Федерального закона                         N 52-ФЗ  о   наличии санитарно-эпидемиологического заключения.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 28.12.2020 апелляционная жалоба принята к производству, ее рассмотрение назначено на 27.01.2021.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016                      N 220-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти" предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 28.12.2020, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/) 28.12.2020.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При повторном рассмотрении настоящего дела арбитражным апелляционным судом установлены следующие обстоятельства.

Главным специалистом-экспертом отдела надзора по коммунальной и радиационной гигиене Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю Непомнящей Татьяной Анатольевной, при проведении внеплановой документарной проверки в отношении общества с ограниченной ответственностью «Малтат» (сокращенное наименование - ООО «Малтат»), ИНН 2403007482, ОГРН 1072439000149, зарегистрированного Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 23 по Красноярскому краю 18.03.2016 г., юридический адрес: 660021, РФ, Красноярский край, г. Красноярск, ул. Горького, 5, квартира 22, на основании распоряжения заместителя руководителя Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю М.Р. Аккерта от 23.10.2019 г. № 8030, по адресу: рыбоводный участок - 660064, Красноярский край, город Красноярск, Ярыгинский проезд, 1, выявлены нарушения обязательных требований действующего законодательства.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 17 Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля», абз. 2 п. 2 ст. 50 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», с целью устранения выявленных нарушений обязательных требований санитарно-эпидемиологического благополучия человека, а также предупреждения возникновения и распространения инфекционных заболеваний, массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) людей и защиты прав потребителей вынесено предписание от 19.11.2019 № 3049, которым предписано ООО «Малтат», устранить нарушение п. 3 ст. 18 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» выразившиеся в отсутствии санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии использования в целях рыбоводства участка р. Енисей (протока Абаканская (правый берег р. Енисей, в границах г.Красноярска) левый берег протоки (южная сторона о. Отдыха).

Срок исполнения предписания - 12 октября 2021 года.

Полагая, что предписание от 19.11.2019 № 3049, противоречит требованиям нормативных актов и нарушает его права, заявитель обратился в Арбитражный суд Красноярского края с настоящим заявлением.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 3 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Согласно части 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Из содержания статей 198, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что для признания оспариваемого ненормативного правового акта недействительным суд должен установить наличие одновременно двух условий:

- оспариваемый ненормативный правовой акт не соответствует закону или иному нормативному правовому акту,

- оспариваемый ненормативный правовой акт нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

При этом, исходя из правил распределения бремени доказывания, установленных статьями 65, 198, 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязанность доказывания факта нарушения своих прав и законных интересов возлагается на заявителя.

Отношения в области санитарно-эпидемиологического благополучия населения регулируются Федеральным законом от 30.03.1999 N 52-ФЗ                                                               "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" (далее - Федеральный закон от 30.03.1999 N 52-ФЗ).

Согласно статье 1 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ под санитарно-эпидемиологическими требованиями понимаются обязательные требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания, условий деятельности юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, используемых ими территорий, зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования, транспортных средств, несоблюдение которых создает угрозу жизни или здоровью человека, угрозу возникновения и распространения заболеваний и которые устанавливаются государственными санитарно-эпидемиологическими правилами и гигиеническими нормативами.

Статьей 2 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ определено, что                     санитарно-эпидемиологическое благополучие населения обеспечивается посредством выполнения санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий и обязательного соблюдения гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами санитарных правил как составной части осуществляемой ими деятельности.

Согласно статье 11 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ юридические лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны выполнять требования санитарного законодательства.

Пунктами 1 и 3 статьи 39 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ предусмотрено, что на территории Российской Федерации действуют федеральные санитарные правила, утвержденные федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, в порядке, установленном Правительством Российской Федерации. Соблюдение санитарных правил является обязательным для юридических лиц.

По пункту 2 статьи 50 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ при выявлении нарушения санитарного законодательства должностные лица, осуществляющие федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, имеют право давать юридическим лицам предписания, обязательные для исполнения ими в установленные сроки.

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, пришел к  верному  выводу о том, что административным органом соблюден порядок принятия и форма оспариваемого предписания. Указанные выводы, при апелляционном рассмотрении дела, сторонами не оспариваются.

Как следует из материалов дела, ООО «Малтат» на территории (акватории) протоки Абаканской (правый берег р. Енисей, в границах г. Красноярска), левом берегу протоки (южная сторона о. Отдыха), осуществляет деятельность по разведению рыбы в пресной воде р. Енисей.

В ходе проверки ответчиком установлено, что в процессе своей деятельности ООО «Малтат» использует водный объект р. Енисей для ведения рыбоводческой деятельности. На указанном объекте предусматривается использование корма для рыб, проведение дератизации и дезинсекции, применение автомобильного транспорта, сбор и хранение твердых бытовых отходов, продукты жизнедеятельности рыб, что может способствовать загрязнению окружающей среды (воды р. Енисей, атмосферного воздуха, почвы).

Санитарно-эпидемиологическое заключение о соответствии использования в целях рыбоводства участка р. Енисей (протока Абаканская (правый берег р. Енисей, в границах г. Красноярска) левый берег протоки (южная сторона о. Отдыха) у заявителя отсутствует, что связи с чем,  ответчиком выдано оспариваемое предписание в целях устранения нарушения п. 3 ст. 18 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения».

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленное требование и признавая недействительным  оспариваемое предписание, исходил из того, что статья 18 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ   не предусматривает необходимость получения заключения о соответствии водного объекта целям использования его для аквакультуры, санитарные правила, устанавливающие требования к водным объектам для целей их использования для аквакультуры, отсутствуют.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не находит основания для его изменения или отмены, исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 18 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ  водные объекты, используемые в целях питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, а также в лечебных, оздоровительных и рекреационных целях, в том числе водные объекты, расположенные в границах городских и сельских населенных пунктов (далее - водные объекты), не должны являться источниками биологических, химических и физических факторов вредного воздействия на человека.

Пунктом 2 статьи 18 Закона N 52-ФЗ установлено, что критерии безопасности и (или) безвредности для человека водных объектов, в том числе предельно допустимые концентрации в воде химических, биологических веществ, микроорганизмов, уровень радиационного фона устанавливаются санитарными правилами.

Пунктом 3 данной статьи также предусмотрено, что использование водного объекта в конкретно указанных целях допускается при наличии санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии водного объекта санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водного объекта.

Из системного анализа приведенных норм статьи 18 Закона № 52-ФЗ следует, что вышеуказанные требования к водным объектам в целях исключения вредного воздействия на человека применяется при осуществлении одного из указанных видов деятельности, перечисленных в пункте 1 статьи 18 Закона № 52-ФЗ, а именно: питьевого или хозяйственно-бытового водоснабжения, лечебной, оздоровительной, рекреационной или иной деятельности, которой оказывается непосредственное воздействие на жизнь и здоровье человека.

Следовательно, нормативно обоснован вывод суда первой инстанции о том, что заключение о соответствии водного объекта санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водного объекта требуется для деятельности, указанной в пункте 1 статьи 18 Закона № 52-ФЗ, которой оказывается непосредственное воздействие на жизнь и здоровье человека.

 Данный вывод суда первой инстанции также корреспондирует требованиям части 1 статьи 43 Водного кодекса Российской Федерации, согласно которой для целей питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения должны использоваться защищенные от загрязнения и засорения поверхностные водные объекты и подземные водные объекты, пригодность которых для указанных целей определяется на основании санитарно-эпидемиологических заключений

Следовательно, санитарно-эпидемиологическое заключение обязаны получать лица, использующие водный объект в целях питьевого или хозяйственно-бытового водоснабжения, лечебной, оздоровительной, рекреационной или иной деятельности, которой оказывается непосредственное воздействие на жизнь и здоровье человека, а не любой другой деятельности с использованием водного объекта, как ошибочно полагает ответчик.

В силу статьи 1 Закона № 52-ФЗ «санитарно-эпидемиологическое заключение» - документ, выдаваемый в установленных международными договорами Российской Федерации, международными правовыми актами, настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами случаях федеральными органами исполнительной власти, уполномоченными на осуществление федерального государственного санитарно-эпидемиологического надзора, и удостоверяющий соответствие или несоответствие санитарно-эпидемиологическим и гигиеническим требованиям факторов среды обитания, условий деятельности юридических лиц, граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, а также используемых ими территорий, зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования, транспортных средств.

Таким образом, санитарно-эпидемиологическое заключение подтверждает возможность осуществления лицом конкретной деятельности с использованием водного объекта в целях питьевого или хозяйственно-бытового водоснабжения, лечебной, оздоровительной, рекреационной или иной деятельности, которой оказывается непосредственное воздействие на жизнь и здоровье человека.

В апелляционной жалобе административный орган ссылается на то, что  «Рыбоводство» относится к деятельности, которая оказывается непосредственное воздействие на жизнь и здоровье человека,  в связи с чем, подлежит применению   положение  части 3 статьи 18 Федерального закона N 52-ФЗ  о   наличии санитарно-эпидемиологического заключения.

Указанные доводы являются ошибочными, поскольку  в рассматриваемом случае при осуществлении деятельности «Рыбоводство» непосредственного воздействия на жизнь и здоровье человека (населения) не оказывается. На организм человека может оказать влияние опосредованное воздействие через употребление человеком в пищу продукции рыбоводства. 

Вместе с тем, в этом случае качество продукции контролируется в соответствии с ветеринарным законодательством, а не санитарно-эпидемиологическим законодательством.

Статьей 51.1 Водного кодекса Российской Федерации установлено, что использование водных объектов рыбохозяйственного значения для целей рыболовства и аквакультуры (рыбоводства) осуществляется в соответствии с Водным кодексом Российской Федерации, законодательством о рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов и законодательством Российской Федерации, регулирующим отношения в области аквакультуры (рыбоводства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона от 02.07.2013 N 148-ФЗ "Об аквакультуре (рыбоводстве) и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Закон об аквакультуре) аквакультурой (рыбоводством) признается деятельность, связанная с разведением и (или) содержанием, выращиванием объектов аквакультуры.

Объекты аквакультуры представляют собой водные организмы, разведение и (или) содержание, выращивание которых осуществляются в искусственно созданной среде обитания (пункт 2 статьи 2 Закона об  аквакультуре).

Как предусмотрено статьей 5 указанного Федерального закона, для целей аквакультуры (рыбоводства) допускается осуществление всех видов водопользования, предусмотренных статьей 38 Водного кодекса Российской Федерации, в частности, как совместное водопользование, так и обособленное водопользование.

Особенности водопользования для целей аквакультуры (рыбоводства) устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 1 статьи 5.1. Закона об аквакультуре предусмотрено, что для целей аквакультуры (рыбоводства) допускается использование земель сельскохозяйственного назначения, занятых водными объектами (обводненными карьерами и прудами, в том числе прудами, образованными водоподпорными сооружениями на водотоках и используемыми в целях осуществления прудовой аквакультуры), расположенными в границах земельного участка, в целях осуществления прудовой аквакультуры, а также использование земельного участка для осуществления деятельности, предусмотренной договором пользования рыбоводным участком, находящимся в государственной или муниципальной собственности.

Согласно части 1 статьи 11 Закона об аквакультуре аквакультура (рыбоводство), относящаяся к сельскохозяйственному производству, является товарной аквакультурой (товарным рыбоводством) и осуществляется в соответствии с настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации, указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления.

При этом, нормы санитарных правил, устанавливающие требования к качеству воды, в которой должна содержаться и выращиваться продукция аквакультуры, отсутствуют.

Также действующим законодательством не предусмотрено требование о наличии санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии водного объекта санитарно-эпидемиологическим и гигиеническим требованиям факторов среды обитания в целях рыбоводства (обратного ответчиком не доказано и обществу не вменено в качестве нарушения). 

В обоснование заявленных возражений административный орган также  указывает на то, что на реке Енисей, являющейся основным источником питьевого и хозяйственно-бытового водопользования населения г. Красноярска, организовано 7 водозаборов городского централизованного водопровода, обеспечивающих круглосуточную подачу воды питьевого качества населению:

На данные водозаборы получены бланки санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии государственным санитарно-эпидемиологическим правилам и нормативам 24.49.31.000.Т.001396.12.19 от 11.12.2019 (филиалом «Красноярская ТЭЦ-2» АО «Енисейская ТГК (ТГК-13)») и 24.49.31.000.Т.001261.08.18 от 09.08.2018 (АО «Красноярская ТЭЦ-1»).

Рыбоводческое хозяйство ООО «Малтат» на территории (акватории) протоки Абаканской р. Енисей расположены в границах второго, третьего пояса зоны санитарной охраны (далее ЗСО) АО «Красноярская ТЭЦ-1», «о. Татышева», «о. Нижне-Атамановский», «о. Верхне-Атамановский» ООО «КрасКом», предназначенного для предупреждения микробного загрязнения воды источников водоснабжения.

В этой связи, ответчик полагает, что общество обязано иметь санитарно-эпидемиологическое заключение о соответствии использования в целях рыбоводства участка р. Енисей, для подтверждения факта отсутствия загрязнения водного объекта, используемого в целях питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, от хозяйственной деятельности общества.

Также ответчик полагает, что каждое лицо, осуществляющее любой вид деятельности на водном объекте, используемом в целях питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, обязано иметь санитарно-эпидемиологическое заключение в целях подтверждения факта отсутствия загрязнения водного объекта данным видом деятельности.

Давая оценку указанному  доводу   административного  органа,  суд апелляционной инстанции  соглашается  с выводом суда  первой инстанции о том, что  указанный довод административного органа противоречит требованиям действующего законодательства.

Так, в силу части 2 статьи 43 Водного кодекса Российской Федерации для водных объектов, используемых для целей питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, устанавливаются зоны санитарной охраны в соответствии с законодательством о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения.

СанПиН 2.1.4.1110-02 "Зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения" (далее - СанПиН 2.1.4.1110-02) определяют санитарно - эпидемиологические требования к организации и эксплуатации зон санитарной охраны (ЗСО) источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения.

Мероприятия на территории зон санитарной охраны поверхностных источников водоснабжения по второму и третьему поясам установлены пунктом 3.3.2 раздела III СанПиН 2.1.4.1110-02, в частности:

3.3.2.1. Выявление объектов, загрязняющих источники водоснабжения, с разработкой конкретных водоохранных мероприятий, обеспеченных источниками финансирования, подрядными организациями и согласованных с центром государственного санитарно - эпидемиологического надзора.

3.3.2.2. Регулирование отведения территории для нового строительства жилых, промышленных и сельскохозяйственных объектов, а также согласование изменений технологий действующих предприятий, связанных с повышением степени опасности загрязнения сточными водами источника водоснабжения.

3.3.2.3. Недопущение отведения сточных вод в зоне водосбора источника водоснабжения, включая его притоки, не отвечающих гигиеническим требованиям к охране поверхностных вод.

3.3.2.4. Все работы, в том числе добыча песка, гравия, донноуглубительные, в пределах акватории ЗСО допускаются по согласованию с центром государственного санитарно - эпидемиологического надзора лишь при обосновании гидрологическими расчетами отсутствия ухудшения качества воды в створе водозабора.

3.3.2.5. Использование химических методов борьбы с эвтрофикацией водоемов допускается при условии применения препаратов, имеющих положительное санитарно - эпидемиологическое заключение государственной санитарно - эпидемиологической службы Российской Федерации.

3.3.2.6. При наличии судоходства необходимо оборудование судов, дебаркадеров и брандвахт устройствами для сбора фановых и подсланевых вод и твердых отходов; оборудование на пристанях сливных станций и приемников для сбора твердых отходов.

Также в пункте 3.3.3 СанПиН 2.1.4.1110-02 установлены мероприятия по второму поясу, к которым, кроме мероприятий, указанных в разделе 3.3.2, в пределах второго пояса ЗСО поверхностных источников водоснабжения подлежат выполнению мероприятия пунктов 3.2.2.4, абзац 1, 3.2.3.1, 3.2.3.2, а также следующее:

3.3.3.1. Не производятся рубки леса главного пользования и реконструкции, а также закрепление за лесозаготовительными предприятиями древесины на корню и лесосечного фонда долгосрочного пользования. Допускаются только рубки ухода и санитарные рубки леса.

3.3.3.2. Запрещение расположения стойбищ и выпаса скота, а также всякое другое использование водоема и земельных участков, лесных угодий в пределах прибрежной полосы шириной не менее 500 м, которое может привести к ухудшению качества или уменьшению количества воды источника водоснабжения.

3.3.3.3. Использование источников водоснабжения в пределах второго пояса ЗСО для купания, туризма, водного спорта и рыбной ловли допускается в установленных местах при условии соблюдения гигиенических требований к охране поверхностных вод, а также гигиенических требований к зонам рекреации водных объектов.

3.3.3.4. В границах второго пояса зоны санитарной охраны запрещается сброс промышленных, сельскохозяйственных, городских и ливневых сточных вод, содержание в которых химических веществ и микроорганизмов превышает установленные санитарными правилами гигиенические нормативы качества воды.

Таким образом, действующим законодательством предусмотрено, что обязанность по подтверждению соответствия водного объекта санитарно-эпидемиологическим и гигиеническим требованиям факторов среды обитания возлагается на лиц, непосредственно осуществляющих виды деятельности по питьевому или хозяйственно-бытовому водоснабжению, лечебной, оздоровительной, рекреационной или иной деятельности, которой оказывается непосредственное воздействие на жизнь и здоровье человека. В отсутствие данного заключения указанные лица не имеют права осуществлять вышеуказанные виды деятельности.

Лица, осуществляющие другие виды деятельности, не обязаны получать санитарно-эпидемиологические заключения о соответствии водного объекта санитарно-эпидемиологическим и гигиеническим требованиям факторов среды обитания для осуществления их вида деятельности, не связанного с оказанием непосредственного воздействия на жизнь и здоровье человека.

При этом контроль за деятельностью указанных лиц в целях недопущения факта загрязнения водного объекта осуществляется в соответствии с мероприятиями, установленными для соответствующих зон санитарной охраны источников водоснабжения.

В рассматриваемом случае управление требует от заявителя получить заключение о соответствии водного объекта возможности его безопасного для здоровья населения использования в целях аквакультуры. При этом управлением не указано, какое воздействие на здоровье населения может иметь использование водного объекта для целей аквакультуры, если в воде находятся выращиваемые водные биологические ресурсы. В соответствии с данными Государственного рыбохозяйственного реестра река Енисей относится к объектам рыбохозяйственного значения высшей категории, и, следовательно, данный водный объект пригоден для рыболовства.

Поскольку статья 18 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ   не предусматривает необходимость получения заключения о соответствии водного объекта целям использования его для аквакультуры, санитарные правила, устанавливающие требования к водным объектам для целей их использования для аквакультуры, отсутствуют, суд  первой инстанции  пришел  к  правомерному  выводу  о том,  что предписание Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю от 19.11.2019 № 30492 нарушает права и законные интересы заявителя, в связи с чем, подлежит признанию недействительным.

Доводы административного органа об обратном, являются его субъективным мнением.

Управление, оспаривая выводы  суда  первой инстанции,  неверно трактует положения   пункта  3 статьи 18 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ, который предписывает  получить заключение о соответствии водного объекта условиям безопасного использования  и санитарным нормам, а  не заключение  о соответствии   использования  водного объекта каким - либо требованиям, при этом, указываемые санитарные правила, устанавливающие требования к водным объектам для целей аквакультуры не используются. 

Поскольку доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, то признаются апелляционным судом несостоятельными, в связи с чем, не могут служить основанием для отмены оспариваемого решения суда первой инстанции.

При изложенных обстоятельствах, решение суда первой инстанции в обжалуемой части является законным и обоснованным и не подлежит отмене ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу подпункта 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю  освобождено от уплаты государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от «18» ноября 2020 года по делу               № А33-6984/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

Председательствующий

А.Н. Бабенко

Судьи:

О.А. Иванцова

 

Д.В. Юдин