АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Ростов-на-Дону

«14» июня 2018 годаДело № А53-34503/17

Резолютивная часть решения объявлена   «06» июня 2018 года

Полный текст решения изготовлен            «14» июня 2018 года

Арбитражный суд Ростовской области  в составе судьи Рябухи С.Н.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании в первой инстанции дело по иску 

публичного акционерного общества «МРСК Юга» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>)

к акционерному обществу «СОГАЗ» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) 

о взыскании

при участии:

от истца: представитель ФИО2 по доверенности 

от ответчика: представитель ФИО3 по доверенности от 25.04.2017             

установил:

публичное акционерное общество «МРСК Юга»  обратилось в арбитражный суд к акционерному обществу «СОГАЗ» о взыскании 38 006 605,5руб., из них: 23 163 718 руб. – страховое возмещение, 13 198 116,27руб. – неустойка, а также неустойка, исходя из 0,1% от суммы задолженности за каждый день просрочки с 15.11.2017 по день фактического исполнения.

           Истец в судебном заседании заявил ходатайство об уточнении исковых требований, просил взыскать 18560335,80 руб. – сумму страхового возмещения, 13641846,81 руб. – неустойку, неустойку на численную на сумму долга исходя из расчета 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки, начиная с 06.06.2018 по день фактической оплаты, настаивал на удовлетворении исковых требований. Судом ходатайство удовлетворено, уточнение принято.

            Ответчик в судебном заседании просил в удовлетворении исковых требований отказать.

            Суд, заслушав объяснения сторон, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, полагает исковые требования подлежащими удовлетворению ввиду следующего.

Между истцом и ответчиком был заключен договор страхования имущества юридических лиц №2314РТ1301 от 31.12.2014.

27.12.2015 в производственном отделении Юго-Западные электрические сети филиала ПАО «МРСК Юга» - «Ростовэнерго» произошло возгорание силового трансформатора.

Инцидент произошел на подстанции «Синявская», в результате чего,  имуществу истца был причинен ущерб.

Обстоятельства произошедшего зафиксированы в акте №967 расследования технологического нарушения (далее Акт РТН), составленном Истцом 02.02.2016.

По факту наступления страхового случая истцом в адрес ответчика было направлено официальное уведомление о страховом случае исх. №МР5/3100/1627 от 30.12.2015.

18.05.2016 в адрес ответчика истцом было направлено заявление о выплате страхового возмещения исх.№МР5/3000/427 от 18.05.2016.

До настоящего времени выплата страхового возмещения не произведена.

Не исполнение ответчиком своих обязательств по возмещению страховой выплаты в полном объеме послужил основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 1 статьи 927 Гражданского кодекса Российской Федерации страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

Согласно пункту 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю) причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Договор страхования может быть заключен путем составления одного документа (пункт 2 статьи 434) либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком (ч.2 ст. 940 ГК РФ).

Согласно пп. 2 пункта 1 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о характере события, на случай наступления которого, осуществляется страхование (страхового случая).

Условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования) (ч. 1 ст. 943 ГК РФ).

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре (ч. 2 ст. 943 ГК РФ).

В соответствии со статьей 947 Гражданского кодекса Российской Федерации под страховой суммой понимается сумма, в пределах которой страховщик обязуется выплатить по договору имущественного страхования страховое возмещение, размер которого определяется соглашением страхователя со страховщиком.

Пунктом 2.2 договора страхования предусмотрено, что застрахованным считается движимое и недвижимое имущество страхователя (истца), указанное в приложении №3 к договору (п. 12.3 Перечень застрахованного имущества). Поврежденное в результате короткого замыкания и пожара имущество относится к группе «С», описанной в пункте 2.2.3 договора. В данном пункте, в частности, поименованы силовые автотрансформаторы, трансформаторы; трансформаторы собственных нужд; трансформаторы тока; трансформаторы напряжения; КРУН (комплектное распределительное устройство наружное).

Имущество, поврежденное в результате пожара, поименовано в перечне застрахованных объектов, являющемся неотъемлемой частью договора страхования (порядковые номера 36853 (Т№1), 36836 (Т№2), 36939 (КРУН)).

Страховым случаем в рамках заключенного договора признается повреждение, уничтожение застрахованного имущества в результате оказанного на него любого внезапного и непредвиденного воздействия на условиях «с ответственностью за все риски». Пунктом 3.1.1.1 договора предусмотрен в частности огневой риск - пожар.

Пунктом 3.1.9.1.3. предусмотрено, что риск поломки машин и оборудования вследствие непреднамеренной ошибки и/или небрежности персонала Страхователя и подрядных организаций при эксплуатации и обслуживании застрахованных машин (равно и при ремонте) обеспечивается страховым покрытием.

Пункт 3.1.9.1.6. прямо предусматривает страховой случай, произошедший на предприятии истца 25.12.2015 - воздействие электроэнергии в виде короткого замыкания, избыточное или недостаточное электрическое напряжение или сила тока, воздействие индукционных токов, включая ущерб от возникшего в результате этих явлений пожара, повреждение или пробой изоляции, размыкание цепей, образование электрической дуги или воздействие статического электричества.

Стороны включили в договор страхования условие о том, что ущерб застрахованному имуществу, который был нанесен в результате пожара, возникшего по причине поломки машин и оборудования, также должен покрываться страхованием.

Страховщик в срок не позднее 10 рабочих дней с момента получения заявления Страхователя обязан осуществить выплату предварительного страхового возмещения.

В соответствии со ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Ответчик не признал произошедшее страховым случаем и, отклоняя заявление ПАО «МРСК Юга» о выплате страхового возмещения, указал, что персонал сетевой организации нарушил внутреннюю инструкцию при ремонте оборудования  и поэтому применению подлежат пункты 3.4.1.2,  3.4.2.11, 3.4.22 договора страхования, предусматривающие случай исключения из страхового покрытия: «наличие недостатков, которые были известны страхователю и явились причиной наступления страхового случая. В этих же пунктах договора под известными страхователю недостатками или дефектами понимаются  дефекты/недостатки прямо указанные в актах/предписаниях надзорных органов, приказах, комиссиях страхователя. Аналогичные аргументы привел ответчик при рассмотрении настоящего дела.

Истец в возражениях на отзыв ответчика, дополнениях, в свою очередь указывал, что до расследования причин пожара на подстанции ему не было известно о том, что в процессе ремонтных работ персонал допустил нарушение внутренних инструкций. Надзорные органы, согласно возражениям истца, также не выдавали ему акты или предписания по вопросу дефектов монтажа ввода 110кВ трансформатора Т№1 ПС «Синявская», он не обнаруживал, не фиксировал в актах, приказах, комиссиях наличие данных дефектов до момента расследования причин пожара. 

Помимо довода об осведомленности истца до аварийной ситуации о наличии дефектов поврежденного оборудования, исключающей признание произошедшего страховым случаем, ответчик указывал на возможное включение в состав требований по иску затрат, не относящихся к работам по восстановлению поврежденного и утраченного при пожаре оборудования подстанции «Синявская», риск завышения стоимости трансформатора напряжения Т№1 110/35/10кВ. В материалы дела сторонами были представлены предложения заводов-изготовителей, поставщиков подстанционного оборудования, предложения о продаже из открытых источников с различными ценовыми параметрами.    

В связи с необходимостью проверки указанных доводов, определением суда от 20.03.2018 по делу проведение экспертизы было поручено ООО «Аудит-Эксперт» (ИНН 

<

***>, РО, 

<

...>), эксперту ФИО4.

Перед экспертом были поставлены следующие вопросы: 

1.Определить объем затрат, произведенных ПАО «МРСК Юга» с целью восстановления оборудования на подстанции 110/35/10кВ Синявская, поврежденного при пожаре 27.12.2015.

(при ответе на вопрос эксперту следует установить необходимый объем работ (затрат) для восстановления оборудования на подстанции 110/35/10кВ Синявская.

2.Определить рыночную стоимость работ, услуг и материалов по состоянию на 18.05.2016, необходимых для замены и монтажа на ПС Синявская вышедшего из строя оборудования и не подлежащего восстановлению в связи с пожаром на подстанции 110/35/10кВ Синявская, произошедшим 27.12.2015

Согласно выводам, содержащимся в экспертном заключении №01/18 от 10.05.2018: 

1. Демонтировать трансформатор Т1 (ТДТН-10000/110), приобрести и установить аналогичный трансформатор, Демонтировать поврежденные вводы ГТТА-60-110/800 на трансформаторе Т2 (ТДТН-10000/110), приобрести и установить аналогичные вводы (кол-во: 3 шт.), Провести покраску передних панелей ячеек КРН.

2. Демонтировать трансформатор Т1 (ТДТН-10000/110), приобрести и установить аналогичный трансформатор - 18 044 101руб., демонтировать поврежденные вводы ГТТА-60-110/800 на трансформаторе Т2 (ТДТН-10000/ПО), приобрести и установить аналогичные вводы (кол-во: 3 шт.) -360 522руб., провести покраску передних панелей ячеек КРН -5 500руб.

Судом установлены обстоятельства, связанные с заключением и исполнением договора страхования и их взаимные обязательства признаны исполненными, требование истца к страховщику, подтверждено материалами дела.

Поскольку ответчик страховую выплату не произвел, не представил доказательства недостаточности и недостоверности сведений, относительно стоимости и объема восстановительного ремонта, содержащихся в экспертном заключении, суд пришел к выводу о том, что исковые требования о взыскании с акционерного общества «СОГАЗ» страхового возмещения подлежат удовлетворению на сумму 18560335,80руб. согласно уточненным исковым требованиям.

Рассмотрев требования о взыскании неустойки в размере 13641846,81 руб. неустойки за период с 01.06.2016 по 05.06.2018 согласно уточненным исковым требованиям суд признает их подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 330 ГК РФ, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Договором страхования предусмотрено право страхователя потребовать уплаты неустойки страховщиком за нарушение (задержку) сроков, предусмотренных пунктами 7.1.6.1, 7.1.6.2, 7.1.5 договора. Размер ответственности согласован сторонами как 0,1% от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки. 

Факт просрочки в исполнении денежного обязательства подтвержден материалами дела.

В статье 333 ГК РФ предусмотрено право суда уменьшить подлежащую уплате неустойку в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

Исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 ГК РФ) неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 Кодекса только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика.

При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Ответчиком в судебном заседании было заявлено ходатайство о снижении размера неустойки. 

Ответчиком заявлено о снижении пени согласно ст. 333 ГК РФ. 

Правила статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают право суда уменьшить подлежащую уплате неустойку в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения  исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение.

Исходя из того, что участники гражданских правоотношений в силу принципа закрепленного в статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации свободны в определении условий договора и не ограничены  в выборе способа обеспечения его исполнения, суд, учитывая  размер заявленной ко взысканию неустойки  полагает возможным квалифицировать меру ответственности подрядчика за нарушение сроков выполнения работ по договору в размере, установленном соглашением сторон, как соразмерную санкцию за допущенное им  нарушение исполнения  обязательства.

При этом суд исходит из того, что, ответчик, заключая договор, добровольно принял на себя обязательство оплатить неустойку. Допуская просрочку произведения страховой выплаты, он мог и должен был предвидеть последствия нарушения обязательства.

В соответствии со п. 71, 72, 73 и 78 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ). 

Кроме того, в   пункте 3 информационного письма Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 17 от 14.07.1997г. указано, что доказательства, подтверждающие явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств, представляются лицом, заявившим ходатайство об уменьшении неустойки, т.е. ответчиком. Согласно  указанным разъяснениям  решение вопроса о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства производится на основании имеющихся в деле материалов. 

Доказательства, свидетельствующие о несоразмерности заявленной ко взысканию неустойки, в материалах дела отсутствуют. 

С учетом этого, принимая во внимание то, что пеня, по мнению суда, должна оставаться инструментом воздействия на сторону, допустившую ненадлежащее исполнение обязательства, суд не находит оснований для признания заявленной ко взысканию неустойки несоразмерной последствиям нарушения ответчиком обязательств по договору.

Учитывая изложенное, суд признает требования истца о взыскании с ответчика неустойки в заявленном размере подлежащими удовлетворению.

             Возражая против заявленных исковых требований, ответчик указывал на то, что истцу было известно о дефектах ремонта высоковольтных вводов на ПС «Синявская» и нарушении работниками требований Руководства по эксплуатации на вводы ИВУЭ. 686352.103 о чем указано в письмах ПАО «МРСК Юга» от 16.12,2016 и от 06.03.2017, акте сдачи-приемки отремонтированных модернизированных объектов электрических сетей от 31.08.2015, комментариях ФИО5 и ФИО6

Действительно, пунктом 3.4.2.11 договора страхования стороны предусмотрели, что страховым покрытием не обеспечивается повреждение имущества страхователя в случае, если ему или его представителям до наступления события было известно о наличии таких дефектов или недостатком.

Между тем, суд не может согласиться с доводами ответчика в указанной части, поскольку под известными страхователю дефектами и недостатками, в том же пункте, понимаются дефекты и недостатки, прямо указанные в актах и предписаниях надзорных органов, комиссиях страхователя, в приказах страхователя или иной нормативно-распорядительной документации. 

С учетом фактических обстоятельств настоящего спора, применение в рассматриваемом случае положений пункта 3.4.2.11 договора было бы возможно при условии наличия нормативных документов (актов, приказов, предписаний, протоколов комиссией и т.п.), составленных до 27.12.2015 страхователем или должностным лицом надзорного органа, в которых указывалось бы на наличие дефекта ремонтных работ по замене высоковольтных вводов трансформаторе Т№1 ПС «Синявская», нарушении порядка монтажа, предусмотренного  Руководством по эксплуатации на вводы ИВУЭ. 686352.103 (пункт 5.5, лист 10 Руководства).

Статья  431 ГК РФ предусматривает, что при толковании судом условий договора принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Из текста пункта 3.4.1.2. договора страхования и аналогичных в  прямо следует набор условий, только при наличии которых материальный ущерб, причиненный истцу, не обеспечивается страховым покрытием, а именно:

- о дефектах и недостатках конкретного оборудования должно быть известно страхователю до наступления страхового случая. 

- факт осведомленности страхователя должен быть подтвержден документально в приказе, акте, комиссионном протоколе, предписании надзорного органа с указанием наименования оборудования и конкретного дефекта, приведшего впоследствии к повреждению. 

Изучение материалов дела с оценкой имеющихся доказательств позволяют суду сделать вывод о том, что отсутствуют документы, указывающие на осведомленность      ПАО «МРСК Юга» о нарушении работниками, проводившими ремонтные работы на ПС «Синявская» нормативных требований по замене высоковольтных вводов трансформатора. Ответчик не опроверг и доводы истца об отсутствии предписаний, актов надзорных органов относительно дефектов трансформатора, вводов или их монтажа на ПС «Синявская». Ссылки на письма ПАО «МРСК Юга» от 16.12.2016 и от 06.03.2017 не могут являться обоснованными, поскольку указанная переписка велась уже после пожара на подстанции, в письмах истец не подтверждает, что ему было известно о дефекте ремонтных работ.  

Так, письмо истца от 16.12.2016г. №МР5/3000/1302 «о несогласии с отказом в выплате страхового возмещения» содержит информацию о том, что, что укорачивание ввода было выполнено с применением скрутки и это обеспечило приведение длины к необходимому значению, не может свидетельствовать об осведомленности истца о наличии дефекта ремонта трансформатора, выполненного в августе 2015г. Данная информация указывает лишь на непреднамеренность действий работников, производивших ремонт и ошибочно нарушивших инструкцию, отсутствие умысла причинить ущерб работодателю и его имуществу. Письмо истца от 06.03.2017 №МР5/3000/249 как и предыдущее составлено после наступления страхового события, поэтому оно не может свидетельствовать о том, что истцу было известно о дефекте ремонта до расследования случая. В части трактовки технических норм в указанном письме, необходимо отметить, что она взята из комментариев технических работников, допустивших непреднамеренную ошибку и небрежность при производстве и приемке работ. В данной части суд соглашается с мнением истца. 

Относительно акт сдачи-приемки ремонтных работ от 31.08.2015 следует отметить, что в нем не указаны дефекты работы, приведшие к наступлению страхового случая, поэтому он не может рассматриваться как документ, подтверждающий довод ответчика о том, что истцу был известен дефект ремонта вводов или трансформатора до пожара. В число лиц подписавших акт входили работники, непосредственно выполнявшие работу, поэтому, заблуждаясь относительно способа укорачивания ввода (скрутка/обрезка), считая, что никаких нарушений монтажа  нет (ошибочное толкование пункта 5.5 руководства ИВУЭ. 686352.103), акт был подписан.   

Комментарий работников истца ФИО5 и ФИО6, на которые также ссылается ответчик, был подготовлен, согласно доводам истца, после получения запроса АО «Согаз» о предоставлении комментариев о причинах нарушения инструкции по эксплуатации вводов (письмо АО «Согаз» от 15.06.2016г. №СГ-54650). Комментарии были направлены письмом ПАО «МРСК Юга» от 11.08.2016г. №МР5/3000/817 в составе прочих документов. 

Таким образом, комментарий не являлся приложением  к акту приемки работ от 31.08.2015, составлен после наступления страхового случая работниками, которые находились в числе лиц, подписавших акт приемки оборудования из ремонта и также допустивших нарушение руководства по эксплуатации и монтажу высоковольтных вводов. 

Позиция ответчика относительно отождествления осведомленности работников о своих действиях с осведомленностью работодателя о нарушениях в действиях его работников является ошибочной, поскольку указанная трактовка условий договора страхования позволяет применять пункт 3.4.2.11 во всех случаях, когда работники  допустили непреднамеренные нарушения при производстве ремонтных и иных работ, полностью нивелирует положения пунктов 3.1.9.1.1 - 3.1.9.1.4 договора страхования предусматривающих выплату страхового возмещения, в том числе при ошибках персонала, приведших к ущербу. 

 В процессе рассмотрения настоящего дела истец пояснил, что последовательно, начиная с заявления о выплате суммы страхового возмещения и до рассмотрения исковых требований по существу, указывал на то, что ущерб его имуществу причинен в связи с нарушением его работниками требований проекта производства работ и нормативных документов, регламентирующих порядок монтажа высоковольтных трансформаторных вводов, ввиду ошибочного толкования термина «укорачивание» ввода, поэтому ввод трансформатора был укорочен методом скрутки в петлю, а не обрезки.   

Доводы ответчика относительно необоснованности включения истцом в состав фактических расходов заработной платы лиц, принимавших участие в восстановительных работах, завышении стоимости оборудования (Т№1), которое требуется приобрести в связи с невозможностью восстановления сгоревшего трансформатора, также подлежат отклонению по следующим основаниям.

Пунктом 8.1.4.5.2 договора страхования предусмотрено, что при условии восстановления застрахованного объекта собственными силами Страхователя, с целью подтверждения заявленной суммы страхового возмещения страховщику предоставляются расчеты расходов на заработную плату с приложением табелей учета рабочего времени с включением коэффициентов и надбавок, обязательных к применению согласно действующему законодательству на момент восстановления имущества.  Истец, согласно пояснениям в судебном заседании, воспользовался своим правом, провести часть восстановительных работ хозяйственным способом с учетом срочности производства данных работ, временного интервала произошедших событий и отсутствием возможности оперативного привлечения подрядных организаций. 

Таким образом, стороны предусмотрели в договоре обязательство страховщика возместить расходы страхователя по заработной плате лиц, которые задействованы в процессе восстановления оборудования, поврежденного при наступлении страхового случая. 

В процессе расчета затрат истца, направленных на восстановление оборудования ПС «Синявская», эксперты исключили налоговые и иные обязательные платежи, связанные с выплатой заработной платы в части всех работников, принимавших участие в восстановлении работоспособности ПС «Синявская», что по оценке суда соответствует условиям договора страхования, не предусматривающего включение данных затрат в сумму страховой выплаты, вычли из суммы расходов заработную плату лиц, задействованных в установке временного трансформатора иной мощности, материалы и оборудование для установки и обеспечения работоспособности данного трансформатора. Суд соглашается с выводами экспертов в данной части. Исключение экспертами затрат на монтаж временного оборудования позволило избежать двойного учета стоимости аналогичных работ, которая не могла быть отнесены на ответчика. 

Стоимость нового трансформатора, цена работ, связанных с его установкой определена экспертами при ответе на вопрос №2.

 По результатам изучения экспертного исследования установлено, что величина фактических затрат истца на восстановление трансформатора №2 и КРУН ПС «Синявская» определена в размере 516 234,77 руб., что менее суммы, определенной контррасчетом ответчика (706 922,54 руб.). 

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. В соответствии с п. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Таким образом, отсутствие выплаты страхового возмещения со стороны ответчика,  является нарушением условий пункт 7.1.5 договора страхования. 

            Истцом при заявлении ходатайства о назначении в рамках дела экспертизы платежными поручениями №4084 от 01.03.2018, №8615 от 12.04.2018 на депозит суда были перечислены 205000руб.

Истцом при подаче искового заявления в суд по платежному поручению №25627 от 27.10.2017 была уплачена государственная пошлина в размере 200000руб.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы подлежат отнесению на проигравшую сторону.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с акционерного общества «СОГАЗ» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) в пользу публичного акционерного общества «МРСК Юга» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) 18560335,80 руб. – сумму страхового возмещения, 13641846,81 руб. – неустойку, неустойку на численную на сумму долга исходя из расчета 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки, начиная с 06.06.2018 по день фактической оплаты, 184011 руб. – судебные расходы по уплате государственной пошлины, 205000 руб. судебные издержки, связанные с оплатой судебной экспертизы.

Возвратить публичному акционерному обществу «МРСК Юга» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) из федерального бюджета 15989 руб. – государственную пошлину, уплаченную по платежному поручению № 25627 от 27.10.2017.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Решение по настоящему делу может быть обжаловано в порядке, установленном главами 34 и 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

СудьяС. ФИО7