﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А43-23125/2020

08 июля 2021 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июля 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 08 июля 2021 года.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Голубевой О.Н.,

судей Бабаева С.В., Камановой М.Н.,

 

в отсутствие представителей участвующих в деле лиц

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

Российского союза автостраховщиков

 

на решение Арбитражного суда Нижегородской области от 10.11.2020,

принятое судьей Духана А.Б., и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2021,

принятое судьей Кириловой Е.А., судей Богуновой Е.А., Долговой Ж.А.,

по делу № А43-23125/2020

 

по иску индивидуального предпринимателя Сабирзянова Амура Фирдаусовича 

(ИНН: 165907833413, ОГРНИП: 319169000039990)

к Российскому союзу автостраховщиков

(ИНН: 7705469845, ОГРН: 1027705018494)

о взыскании компенсационной выплаты и неустойки,

 

третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, – 

Габайдуллина Лилия Фарифовна,

 

и   у с т а н о в и л : 

 

индивидуальный предприниматель Сабирзянов Амур Фирдаусович (далее – Предприниматель) обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с иском к Российскому союзу автостраховщиков (далее – РСА) о взыскании:

               25 326 рублей 29 копеек компенсационной выплаты, 

               неустойки с 03.10.2019 по день фактического исполнения обязательства на сумму компенсационной выплаты из расчета 1 процента в день, начисленной на сумму страхового возмещения, финансовых санкций с 03.10.2019 до дня присуждения ее судом от максимальной суммы страхового возмещения 400 000 рублей из расчета 0,05 процента в день,

               2000 рублей почтовых расходов,

               2000 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

Исковые требования основаны на статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьях 12, 14.1 и 18 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО). Требования мотивированы отзывом у страховой компании виновника дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) лицензии на осуществление страхования, а также переуступкой права требования Обществу.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Габайдуллина Лилия Фарифовна (далее – Габайдуллина Л.Ф.).

Арбитражный суд Нижегородской области решением от 10.11.2020, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2021, иск удовлетворил частично: с РСА в пользу Предпринимателя взыскано 18 010 рублей 89 копеек компенсационной выплаты, неустойка по ставке 0,05 процента от суммы долга за каждый день просрочки исполнения обязательства по компенсационной выплате с 03.10.2019 по день фактического исполнения обязательства, но не более предусмотренного Законом об ОСАГО лимита, 349 рублей 99 копеек почтовых расходов и 1422 рубля расходов по уплате государственной пошлины.

РСА не согласилось с принятыми судебными актами и обратилось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просило их отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска. По мнению заявителя, Предприниматель не является лицом, имеющим право на компенсационную выплату (пункт 2.1 статьи 18 Закона об ОСАГО в редакции Федерального закона от 01.05.2019 № 88-ФЗ), поскольку обязанность произвести компенсационную выплату вытекает не из договора, а из закона, поэтому с 01.06.2019 у РСА такая обязанность в отношении цессионариев отсутствует. Заявитель счел, что, отклонив его ссылку на данную редакцию Закона об ОСАГО, суды неверно истолковали статью 7 Федерального закона от 01.05.2019 № 88-ФЗ; полагал, что истец злоупотребил своим правом, поскольку уступка требования к РСА представляет собой действия в обход закона (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации); сама по себе законность договора цессии правового значения не имеет. Более того, РСА полагало, что суды неверно применили статью 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и не рассчитали сумму неустойки на дату принятия судом решения; взысканная неустойка не соответствует принципам справедливости и экономической целесообразности. Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе.

Кроме того, РСА просило рассмотреть кассационную жалобу в отсутствие его представителя; суд округа счел возможным удовлетворить данное ходатайство.

Отзывы на кассационную жалобу в суд округа не представлены.

Участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не направили своих представителей в судебное заседание окружного суда, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность решения Арбитражного суда Нижегородской области, постановления Первого арбитражного апелляционного суда проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, предусмотренном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам, изложенным в кассационной жалобе.

Как следует из материалов дела, и установили суды первой и апелляционной инстанций 23.05.2016 напротив дома № 45а по проспекту Раиса Беляева города Набережные Челны Республики Татарстан произошло ДТП с участием транспортных средств: автомобиля марки «ВАЗ 21102 (государственный регистрационный знак К705УА116) под управлением водителя Галимова Р.А. и автомобиля марки «Hyundai Getz» (государственный регистрационный знак Т104УР116), принадлежащего на праве собственности Габайдуллиной Л.Ф., под управлением Бабушкина Р.В.; виновным в ДТП признан водитель Галимов Р.А., что подтверждено постановлением по делу об административном правонарушении от 23.05.2016, справкой о ДТП от 23.05.2016.

В результате ДТП автомобилю марки «Hyundai Getz» причинены механические повреждения, перечисленные в сведениях о ДТП от 23.05.2016, а собственнику – убытки.

На момент ДТП гражданская ответственность потерпевшего была застрахована в ООО СГ «АСКО» (полис ОСАГО серии ЕЕЕ № 0714727692), виновного – в АО «НАСКО» (полис ОСАГО серии ЕЕЕ № 0720271662). Потерпевшая Габайдуллина Л.Ф. обратилась с заявлением о страховой выплате по ОСАГО в порядке прямого возмещения убытков в ООО СГ «АСКО».

ООО СГ «АСКО» на основании акта осмотра от 27.05.2016 № 36/2016, платежным поручением от 17.06.2016 № 20070 выплатило потерпевшей 192 789 рублей 11 копеек страхового возмещения.

В связи с несогласием со страховой выплатой потерпевший направил претензию с требованием о доплате страхового возмещения. 

В ответе на претензию страховщик указал, что решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.03.2018 по делу № А65-4068/2018 ООО «СГ «АСКО» признано несостоятельным (банкротом). При этом приказом Банка России от 08.02.2018 № ОД-307 у ООО СГ «АСКО» отозвана лицензия на осуществление страховой деятельности; позднее, приказом Банка России от 14.05.2019 № ОД-1090 у АО «НАСКО» также отозвана лицензия на осуществление страховой деятельности.

Габайдуллина Л.Ф. (цедент) и Предприниматель (цессионарий) заключили договор об уступке права требования (цессии) от 13.06.2019, в силу которого цедент передает цессионарию, а цессионарий принимает все права требования цедента к должникам (ООО СГ «АСКО», АО «НАСКО», РСА) по сумме ущерба (компенсационной выплате) и иных убытков, причиненных в результате повреждения автомобиля марки «Hyundai Getz» в указанном ДТП. Ответчик об уступке права требования уведомлен надлежащим образом. 

С целью определения стоимости восстановительного ремонта указанного транспортного средства Предприниматель обратился в общество «Центр экспертизы» Столица». Согласно экспертному заключению от 14.06.2019 № 1889/19 стоимость затрат на проведение восстановительного ремонта с учетом износа составляет 210 800 рублей.

Истец направил в РСА заявление об осуществлении компенсационной выплаты, которое получено последним 03.07.2019. Однако, РСА в письме от 01.08.2019 отказало Предпринимателю в данной выплате. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения Предпринимателя в арбитражный суд с настоящим иском.

Изучив материалы дела и оценив доводы жалобы, Арбитражный суд Волго-Вятского округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов с учетом следующего.

Согласно пункту 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В силу пункта 1 статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной данным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

В соответствии с подпунктом «б» пункта 18 статьи 12 Закона об ОСАГО размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется, в случае повреждения имущества потерпевшего, в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая.

Положениями статей 18 и 19 Закона об ОСАГО определены последствия отзыва у страховщика лицензии на осуществление страховой деятельности и регламентирован механизм осуществления компенсационной выплаты в счет возмещения вреда.

В третьем абзаце пункта 1 статьи 19 Закона об ОСАГО предусмотрено, что к отношениям между лицами, имеющими право на возмещение причиненного вреда, и профессиональным объединением страховщиков по поводу компенсационных выплат по аналогии применяются правила, установленные законодательством Российской Федерации для отношений между выгодоприобретателем и страховщиком по договору обязательного страхования.

Право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. Уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника. При уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия: уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием; цедент правомочен совершать уступку; уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу; цедент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования. Законом или договором могут быть предусмотрены и иные требования, предъявляемые к уступке (статьи 382 (пункт 1), 384 (пункт 1), 388 (пункты 1, 2) и 390 (пункт 2).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснил следующее. Потерпевший, имеющий право на прямое возмещение убытков, в случае введения в отношении страховщика его ответственности процедур, применяемых при банкротстве, или в случае отзыва у страховщика лицензии на осуществление страховой деятельности вправе обратиться за страховым возмещением к страховщику ответственности причинителя вреда. 

При осуществлении страховщиком ответственности потерпевшего страхового возмещения, с размером которого потерпевший не согласен, в случае введения в дальнейшем в отношении указанного страховщика процедур, применяемых при банкротстве, или в случае отзыва у него лицензии на осуществление страховой деятельности потерпевший вправе обратиться за доплатой к страховщику причинителя вреда. 

Если решением суда в пользу потерпевшего со страховщика его ответственности взыскано страховое возмещение и это решение не исполнено, то при введении в отношении этого страховщика процедур, применяемых при банкротстве, или отзыве у него лицензии на осуществление страховой деятельности потерпевший вправе обратиться за выплатой к страховщику ответственности причинителя вреда. 

В случае, если процедуры, применяемые при банкротстве, введены как в отношении страховщика ответственности потерпевшего, так и в отношении страховщика ответственности причинителя вреда, или в случае отзыва у них лицензии на осуществление страховой деятельности потерпевший вправе требовать возмещения убытков посредством компенсационной выплаты РСА (пункт 29).

При причинении вреда потерпевшему возмещению подлежат: восстановительные и иные расходы, обусловленные наступлением страхового случая и необходимые для реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения (пункт 36).

Предъявление выгодоприобретателем страховщику требования о выплате страхового возмещения не исключает уступку права на получение страхового возмещения. В случае получения выгодоприобретателем страховой выплаты в части возможна уступка права на получение страховой выплаты в части, не прекращенной исполнением. 

Передача прав потерпевшего (выгодоприобретателя) по договору обязательного страхования допускается только с момента наступления страхового случая. Право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права, связанные с основным требованием, в том числе требования к страховщику, обязанному осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, уплаты неустойки и суммы финансовой санкции. 

При переходе прав выгодоприобретателя (потерпевшего) к другому лицу (например, уступка права требования, суброгация) это лицо может получить возмещение при соблюдении тех же условий, которые действовали в отношении первоначального выгодоприобретателя, в частности, приобретатель должен уведомить страховую компанию о наступлении страхового случая, подать заявление о страховой выплате с приложением всех необходимых документов, представить поврежденное имущество для осмотра и (или) проведения независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (осмотра), направить претензию, если эти действия не были совершены ранее предыдущим выгодоприобретателем (потерпевшим) (пункты 68, 70 и 73).

Таким образом, заключение договоров уступки права требования не противоречит действующему законодательству.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в дело доказательства в совокупности и во взаимосвязи, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что требование истца подлежит частичному удовлетворению.

Суды исходили из того, что факт наступления страхового случая, характер, причины возникновения повреждений подтвержден справкой о ДТП от 23.05.2016 и постановлением от 23.05.2016. Размер компенсации, подлежащий выплате, определен на основании экспертного заключения от 14.06.2019 № 1889/19. Данное заключение выполнено в соответствии с Единой Методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средств, утвержденной положением Центрального Банка Российской Федерации от 19.09.2014 № 432-П, в связи с чем является надлежащим и достоверным доказательством по делу. Поскольку сумма выплаченного страховщиком страхового возмещения составляет 192 789 рублей 11 копеек, а стоимость затрат на проведение восстановительного ремонта с учетом износа составляет 210 800 рублей, то сумма невыплаченного страхового возмещения составляет 18 010 рублей 89 копеек. Расчет суммы РСА не оспорен.

Ссылка заявителя на пункт 2.1 статьи 18 Закона об ОСАГО была предметом рассмотрения судов двух инстанций и была мотивированно отклонена.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 2 постановления от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» разъяснил, что норма, определяющая права и обязанности сторон договора, является императивной, если она содержит явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного этой нормой правила (например, в ней предусмотрено, что такое соглашение ничтожно, запрещено или не допускается, либо указано на право сторон отступить от содержащегося в норме правила только в ту или иную сторону, либо названный запрет иным образом недвусмысленно выражен в тексте нормы). Вместе с тем, из целей законодательного регулирования может следовать, что содержащийся в императивной норме запрет на соглашение сторон об ином должен толковаться ограничительно. В частности, суд может признать, что данный запрет не допускает установление сторонами условий, ущемляющих охраняемые законом интересы той стороны, на защиту которой эта норма направлена.

Из содержания пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» следует, что толкование нормы закона, как содержащей запрет уступки права (требования), должно производиться с учетом существа уступаемого права и цели ограничения перемены лиц в обязательстве.  

Сравнительный анализ пункта 2.1 статьи 18 Закона об ОСАГО в редакции, действовавшей до возникновения спорных правоотношений, а также в редакции, применяемой к отношениям сторон, как и буквальное толкование рассматриваемой нормы права, не содержит указания на возможные ограничения уступки права на получение компенсационной выплаты. Вопреки позиции заявителя жалобы, действующие положения Закона об ОСАГО не содержат прямого запрета уступки права требования страхового возмещения ущерба, причиненного имуществу. 

Иное толкование норм действующего законодательства создавало бы для потерпевшего необоснованные ограничения в распоряжении своим правом на получение страхового возмещения, связанные с невозможностью уступки такого права иному лицу.

Довод РСА о неверном применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судом округа отклонен. 

В силу статьи 333 (пунктов 1, 2) Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 2 постановления от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил следующее. При рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» даны следующие разъяснения. Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (пункт 73). Возражая против заявления об уменьшении неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков, но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно (пункт 74). 

Основаниями для отмены в кассационном порядке судебного акта в части, касающейся уменьшения неустойки по правилам статьи 333 кодекса, могут являться нарушение или неправильное применение норм материального права, к которым, в частности, относятся нарушение требований пункта 6 статьи 395 кодекса, когда сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства снижена ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 кодекса, или уменьшение неустойки в отсутствие заявления (пункт 72).

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.12.2000 № 263-О отметил, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки. По существу он направлен на реализацию требования статьи 17 (части 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Таких оснований заявитель не привел. Определение конкретного размера неустойки не является выводом о применении нормы права. 

Суды исходили из того, что размер неустойки – 1 процент за каждый день просрочки от суммы страхового возмещения является чрезмерным. С целью соблюдения принципа соразмерности ответственности последствиям нарушения обязательства, установлением баланса между применяемой к нарушителю меры ответственности и оценкой действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, суд снизил ее размер до ставки 0,05 процента.

Оснований для переоценки доказательств и установленных фактических обстоятельств дела не имеется, поскольку это не входит в компетенцию суда кассационной инстанции (статьи 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Ссылка заявителя на то, что истец не понес каких-либо убытков, поскольку взыскание компенсационных выплат является профессиональным занятием, судом округа не принимается во внимание, поскольку по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Довод заявителя о том, что суды неправомерно не рассчитали конкретный размер неустойки и снизили лишь процент, является несостоятельным.

По смыслу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства. Законом или договором может быть установлен более короткий срок для начисления неустойки, либо ее сумма может быть ограниченна. Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства. 

Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, – иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами. В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника. 

В данном случае истец не требовал указать сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию; отсутствие такого указания права ответчика не нарушает: в резолютивной части содержится конкретный механизм начисления неустойки, что не исключает возможности обратиться в ходе исполнения судебного акта за разъяснением по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию.

Таким образом, суды правомерно удовлетворили иск в части.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены обжалованных судебных актов по доводам, приведенным в кассационной жалобе, не имеется. Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не допущено.

В соответствии со статьями 110 и 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы подлежат отнесению на заявителя.

Руководствуясь статьями 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Нижегородской области от 10.11.2020 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2021 по делу № А43-23125/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу Российского союза автостраховщиков – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий

 

О.Н. Голубева

 

 

Судьи

 

С.В. Бабаев

М.Н. Каманова