АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2779/21 

Екатеринбург

05 июня 2025 г.

  Дело № А60-52300/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 июня 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Осипова А.А., Смагиной К.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью научно-производственное предприятие «Нихром» (далее – предприятие «Нихром», должник) ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.12.2024 по делу № А60-52300/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

В судебном заседании принял участие представитель конкурсного управляющего Чу Э.С. – ФИО2 (доверенность от 02.09.2024).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 07.09.2021 предприятие «Нихром» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должником возложено на ФИО3.

Впоследствии конкурсным управляющим должником утвержден Чу Э.С. (постановление апелляционного суда от 11.01.2022).

В Арбитражный суд Свердловской области 30.06.2022 поступило заявление конкурсного кредитора ФИО4 о признании недействительной единой сделки по отчуждению должником недвижимости - помещения с кадастровым номером **:48204, находящегося по адресу: 

<

...> д.*, пом.* (далее – спорное помещение, спорное недвижимое имущество), оформленной последовательно следующими договорами: от 18.10.2019 – между предприятием «Нихром» и обществом с ограниченной ответственностью «Профит-Девелопмент Сервис» (далее – общество «Профит-ДС»); от 30.10.2019 – между обществом «Профит-ДС» и ФИО5, 13.07.2020 – между ФИО5 и обществом с ограниченной ответственностью «Артэк» (далее – общество «Артэк»), и о применении последствий недействительности указанной сделки путем обязания общества «Артэк» возвратить в конкурсную массу должника вышеуказанное помещение.

Определением суда от 22.08.2022 общество «Профит-ДС» и ФИО5 привлечены к участию в обособленном споре в качестве соответчиков; определениями от 01.07.2024 и от 06.11.2024 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Промышленные системы» (далее – общество «Промышленные системы») и ФИО6.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.12.2024, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2025, в удовлетворении требований о признании сделок недействительными отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий Чу Э.С. просит определение от 20.12.2024 и постановление от 15.04.2025 отменить, направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и имеющимся  доказательствам. Как указывает заявитель, суды ошибочно исследовали и оценили договор между должником и обществом «Профит-ДС» от 01.07.2020 на поставку шеелита, который ФИО4 и управляющий не оспорили, и не учли, что соответствующий шеелит возвращен по транспортным накладным от 03.11.2020, от 09.11.2020, от 24.11.2020 и от 04.12.2020, по которым общество «Профит-ДС» забрало некачественный материал, из чего следует, что у сторон не возникло встречных обязательств из данных документов. Заявитель считает, что апелляционный суд установил отсутствие у должника встречного зачитываемого права требования, так как полученная по документам продукция (шеелит) возвращена в общество «Профит-ДС» без замены, из чего следует, что установленный судами документооборот между обществом «Профит-ДС» и должником с 01.07.2020 (якобы поставка шеелита) по 30.10.2020 (якобы возврат шеелита) фактически прикрывает недопустимое дарение (пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), подпункт 4 пункта 1 статьи 575 Гражданского кодекса Российской Федерации) спорной недвижимости в 2019 году. По мнению заявителя, суды ошиблись при оценке финансовых взаимоотношений должника с обществом «Профит-ДС», отраженных в акте сверке от 31.05.2024, в котором раскрыта информация о наличии арендных отношений и указаны четыре платежа по 400 000 руб., являющиеся платежами за аренду помещений, а не за товар (шеелит) от общества «Профит-ДС», как ошибочно указано апелляционным судом, при том, что заменяющий товар от общества «Профит-ДС» не поступал, и при таких обстоятельствах само по себе совпадение суммы в акте сверки не доказывает реальность отношений и возможность зачета от 02.07.2020. Заявитель настаивает, что, присоединяясь к заявлению кредитора, он заявил самостоятельное требование о признании недействительным акта взаимозачета от 02.07.2020 № 7, но судами неверно определен предмет этого требования, дана оценка указанной сделки лишь по признаку мнимости, но управляющий настаивал на недействительности этой сделки как притворной (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), со злоупотреблением (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и с предпочтением (статья 61.3 Закона о банкротстве). Заявитель считает, что судами не дана надлежащая оценка правоотношениям должника и общества «Профит-ДС» по первому эпизоду оспариваемой цепочки сделок (договор купли-продажи от 18.10.2019), не установлено, как и когда должник выбрал общество «Профит-ДС» в качестве покупателя своего единственного актива – спорного помещения, как проверена его деловая репутация, хотя общество «Профит-ДС» зарегистрировано незадолго до спорной сделки - 30.09.2019, и до октября – ноября 2019 года в его штате не было ни одного сотрудника, деятельность не велась (первый регистрационный номер в ПФР: 084005104538 от 19.11.2019, в ФСС: 740200063374021 от 01.10.2019), а также, как общество «Профит-ДС» обнаружило продавца, если спорная недвижимость не предложена к продаже на рекламных ресурсах, не привлечен агент (риэлтор), не было в открытом доступе информации о поиске покупателя, не исследовано как сторонами определены условия отсрочки платежа при отсутствии оплаты проданного помещения с 18.10.2019 по 01.07.2020, при том, что в указанный период залог в силу закона на спорное недвижимое имущество не зарегистрирован, и не было претензий или иной переписки между должником и обществом «Профит-ДС» об оплате, не дана оценка распоряжению должником спорным имуществом в пользу вновь учрежденной компании, не ведущей деятельности, на условиях отсрочки фактической оплаты, не закрепленной в договоре или переписке. Заявитель указывает, что суды не оценили совокупность событий по последующему безденежному распоряжению спорной недвижимостью в короткий срок между иными участниками оспариваемой цепочки сделок, не исследовали правоотношения между ними и необоснованно исходили из отсутствия между ними аффилированности, не учли отсутствие экономической целесообразности всех последующих безденежных сделок и объяснений неординарного характера всех расчетов. Как полагает управляющий, целью отчуждения спорного недвижимого имущества было создание лицами, контролирующими должника, препятствий для обращения взыскания по долгам общества и вывод основного средства из имущественной сферы должника.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, предприятию «Нихром» принадлежало на праве собственности нежилое помещение по адресу: 

<

...> д.*, пом.*, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 04.08.2017 сделана запись о регистрации 74:36:0000000:48204-74/006/2017-2.

Между предприятием «Нихром» (продавец) и обществом «Профит-ДС» (покупатель) 18.10.2019 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность, а покупатель - принять и оплатить вышеуказанное нежилое помещение; стоимость объекта по договору составляет 9 000 000 руб.; способы оплаты: безналичными денежными средствами или любым, предусмотренным действующим законодательством способом, в том числе платежами третьих лиц и зачетом денежных требований (пункты 4.1, 4.3 договора).

Спорное недвижимое имущество передано покупателю обществу «Профит-ДС» по акту приема-передачи от 18.10.2019, государственная регистрация права собственности произведена Управлением Росреестра по Челябинской области 30.10.2019 (номер регистрации 74:36:0000000:48204-74/001/2019-6).

В подтверждение оплаты по договору купли-продажи от 18.10.2019 представлен акт взаимозачета от 02.07.2020 №7 за поставку предприятию «Нихром» обществом «Профит-ДС» вольфрамата кальция (шеелита) на сумму 9 000 000 руб. от 01.07.2020.

Затем между обществом «Профит-ДС» (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимости от 21.01.2020 №14, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность, а покупатель - принять и оплатить спорное недвижимое имущество; стоимость объекта по договору составляет 9 100 000 руб.; способы оплаты: наличными либо безналичными денежными средствами или любым, предусмотренным действующим законодательством способом, в том числе платежами третьих лиц и зачетом денежных требований (пункты 4.1, 4.3 договора).

Спорное недвижимое имущество передано покупателю ФИО5 по акту приема-передачи от 21.01.2020, государственная регистрация права собственности произведена Управлением Росреестра по Челябинской области 24.01.2020 (номер регистрации 74:36:0000000:48204-74/001/2020-8).

В подтверждение оплаты по договору купли-продажи от 21.01.2020 представлен заключенный между обществом «Профит-ДС» (кредитор), ФИО5 (первоначальный должник) и ФИО6 (должник) договор перевода долга от 21.01.2020, из которого следует, что первоначальный должник с согласия кредитора переводит на должника свои обязательства (по уплате долга), возникшие из договора купли-продажи недвижимого имущества от 21.01.2020 №14, заключенного первоначальным должником и кредитором, а размер суммы долга первоначального должника кредитору, переводимого должнику по настоящему договору, составляет 9 100 000 руб., НДС не предусмотрен (пункт 1.1 договора перевода долга).

Договором перевода долга также предусмотрено, что с момента вступления договора в силу существующие обязанности первоначального должника перед кредитором по договору в размере переводимой суммы долга должнику прекращаются; должник принимает на себя обязанность в размере переводимой суммы долга по указанному договору - уплачивает кредитору сумму, указанную в абзаце 2 пункта 1.1 настоящего договора; перевод долга первоначального должника перед кредитором, осуществляемый по данному договору, является возмездным и составляет 9 100 000 руб.; в качестве оплаты по договору первоначальный должник засчитывает долг должника перед ним по договору займа №02-12/19 от 02.12.2019 в размере 9 100 000 руб.; в результате зачета указанных встречных однородных требований обязательства первоначального должника перед должником по оплате по настоящему договору (9 100 000 руб.) и обязательства должника перед первоначальным должником по договору займа №02-12/19 от 02.12.2019 размере 9 100 000 руб. считаются надлежащим образом исполненными и прекращены в момент подписания данного договора (пункты 1.2, 2.1 договора перевода долга).

Таким образом, обязательство по оплате по договору купли-продажи от 21.01.2020 №14 переведено с ФИО5 на ФИО6 в счет погашения договора займа между ФИО5 и ФИО6 №02-12/19 от 02.12.2019, по которому ФИО5 выдала заем ФИО6 в сумме 9 100 000,00 рублей (срок возврата займа 01.03.2020).

Впоследствии между ФИО5 (продавец) и обществом «Артэк» (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества от 03.07.2020, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность, а покупатель - принять и оплатить спорное недвижимое имущество; стоимость объекта по договору составляет 9 100 000 руб.; способы оплаты: безналичными денежными средствами или любым, предусмотренным действующим законодательством способом, в том числе платежами третьих лиц и зачетом денежных требований (пункты 4.1, 4.3 договора).

Спорное недвижимое имущество передано покупателю обществу «Артэк» по акту приема-передачи от 03.07.2020, государственная регистрация права собственности произведена Управлением Росреестра по Челябинской области 13.07.2020 (номер регистрации 74:36:0000000:48204-74/001/2020-10).

В подтверждение оплаты по договору купли-продажи от 03.07.2020 представлен заключенный 26.05.2020 между обществом «Артэк» (продавец) и ФИО5 (покупатель) договор купли-продажи доли в уставном капитале общества, согласно которому общество «Артэк» обязуется передать в собственность покупателю долю в размере 33,33% уставного капитала общества «Артэк», а ФИО5 обязуется принять указанную долю и оплатить за нее цену на условиях, определенных данным договором.

Согласно протоколу общего собрания участников общества «Артэк» от 17.09.2020 №7 принято решение о внесении ФИО5 вклада в имущество общества в размере 9 100 000 руб.

Соглашением о проведении взаимозачета от 14.10.2020 проведен зачет взаимных требований между обществом «Артэк» по договору купли-продажи недвижимого имущества от 03.07.2020 и внесению ФИО5 вклада в уставный капитал общества на основании протокола общего собрания участников общества «Артэк» от 17.09.2020 №7.

В соответствии с протоколом общего собрания участников общества «Артэк» от 01.09.2020 № 01/09 решено создать обособленное подразделение общества «Артэк» в г. Челябинске по адресу спорной недвижимости.

В дальнейшем доля в уставном капитале общества «Артэк» в размере 100% продана ФИО5 по нотариально заверенному договору купли-продажи от 07.10.2021 ФИО7 по цене 5 000 000 руб., и денежные средства получены ФИО5 в полном объеме, в подтверждение чего представлены расписки от 08.10.2021 и от 27.10.2021.

При этом определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.10.2020 по заявлению ФИО4 возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве предприятия «Нихром», в отношении которого постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2021 введена процедура наблюдения, а решением Арбитражного суда Свердловской области от 07.09.2021 предприятие «Нихром» признано банкротом с введением в отношении него конкурсного производства.

Ссылаясь на то, что вышеуказанные взаимосвязанные сделки совершены в непродолжительный период, на момент их совершения должник имел неисполненные денежные обязательства перед кредиторами, разумной хозяйственной цели при совершении сделок не имелось, должник не получил прибыли от их совершения, конечным обладателем имущества стало общество «Артэк» - фактически аффилированное к должнику лицо, сделки причинили ущерб должнику и его кредиторам, совершены без встречного предоставления и экономической целесообразности, при злоупотреблении правом, конкурсный кредитор ФИО4 подал в арбитражный суд рассматриваемое заявление о признании недействительной единой сделки по отчуждению должником спорной недвижимости применительно к положениям пунктов 1, 2 статьи 61.2, статьи 61.3 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и о применении последствий их недействительности.

Конкурсный управляющий Чу Э.С. поддержал требования кредитора ФИО4 о признании вышеуказанной цепочки сделок недействительной применительно к приведенным основаниям.

ФИО5 и общество «Артек» возражали против признания сделок недействительными. 

ФИО5 указывала, что между ней и ФИО6 02.12.2019 заключен договор займа №02-12/19, по которому она предоставила заем ФИО6 в сумме 9 100 000 руб., что подтверждается распиской ФИО6 от той же даты. ФИО5 долгое время занималась инвестированием в строящуюся недвижимость, приобрела на стадии строительства более 30 квартир в многоквартирных домах, за счет их реализации получала прибыль, которую могла реинвестировать в другие проекты. За 2015 год ею задекларирован доход в размере 22 140 499 руб., за 2016 год - 24 387 748 руб., за 2017 год - 45 392 851 руб., за 2018 год - 17 900 000 руб., часть сделок по продаже квартир содержала условия о расчетах наличными на общую сумму 9 463 000 руб., которые переданы в заем ФИО6, финансовая состоятельность ФИО5 также подтверждена справкой банка от 04.07.2023 о поступлениях на ее счет в 2018 -2019 годах более 30 млн. руб. ФИО5 пояснила, что экономический смысл сделок для нее заключается в том, что она приобрела спорное офисное помещение (январь 2020 года) под будущие проекты, приобретя долю в уставном капитале общества «Артэк» (май 2020 года), где находились сотрудники компании, благодаря наличию которого ФИО5 привлекла стороннее финансирование, и стала единственным участником общества «Артэк», которое 26.07.2021 заключило с обществом с ограниченной ответственностью «ТПК «Базис» договор купли-продажи, по которому общество «Артэк» приобрело бывший продуктопровод, протяженностью 107 км., и обязалось выплатить продавцу сумму в размере 232 048 468 руб., а для реализации данного проекта обществу «Артэк» были необходимы оборотные средства для демонтажа, ФИО5 активно привлекала внешнее финансирование для реализации этого проекта, но не учла, что реализовать его возможно выполнять только зимой, поскольку продуктопровод находился в труднодоступной местности, и в другие месяцы его физически невозможно демонтировать, что повлекло существенные операционные убытки и требовало дополнительных вложений в имущество общества, которые она не могла себе позволить (справка №05-07) и приняла решение о фиксации убытков путем продажи доли в обществе «Артэк» ФИО7 за 5 млн. руб., полученных ФИО5 08.10.2021 и 27.10.2021 по распискам, которые потрачены ею на ремонт квартиры, приобретенной по договору от 19.03.2021 без отделки, при этом должник получил встречное предоставление по сделке, вред кредиторам не причинен, ФИО5 не является аффилированным с должником лицом,  а управляющий и кредитор пропустили срок исковой давности.

Общество «Артэк» указало, что продажа имущества осуществлена по рыночной стоимости, расчеты по договору осуществлены в полном объеме, общество «Артэк» является добросовестным приобретателем, после регистрации права собственности на объект недвижимости общество «Артэк» переоформило на себя договоры с ресурсоснабжающими организациями и управляющей компанией, осуществляет полномочия собственника объекта, сдает часть помещения в аренду обществу с ограниченной ответственностью «МеталлПрофиль» по договору аренды от 01.07.2021 №0107/21.

Отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из того, что обязательство общества «Профит-ДС» по оплате недвижимости по договору от 18.10.2019 на 9 млн. руб. погашено актом зачета от 02.07.2020 № 7, по которому в счет оплаты по договору от 18.10.2019 зачтен долг должника перед обществом «Профит-ДС» по оплате вольфрамата кальция (шеелита) по товарной накладной от 01.07.2020 № 2 по договору поставки от 01.07.2020 № 22, при этом общество «Профит-ДС» поставляло должнику сырье (вольфрамовый концентрат, вольфрамат кальция (шеелит)), используемое в производстве ферровольфрама, который должник реализовывал обществу «Промышленные системы» по договору от 13.05.2019 № 1305-19 в 2019 - 2020 годах, в том числе с 10.07.2020 по 28.07.2020, а другие поставщики сырья должнику не известны.

Кроме того, суды установили, что шеелит, полученный по товарной накладной от 01.07.2020 № 2, не прошел контроль по качеству и требует замены, в связи с чем названный шеелит возвращен поставщику в полном объеме, что подтверждено перепиской, накладными и оборотно-сальдовой ведомостью по счету 41.01, из чего следует, что шеелит, поставленный по товарной накладной от 01.07.2020 № 2 не мог быть использован для переработки и производства ферровольфрама и его поставки обществу «Промышленные системы».

На основании изложенного суды пришли к выводу о наличии фактических взаимоотношений между должником и обществом «Профит-ДС» и отклонили доводы конкурсного управляющего о номинальном/техническом характере деятельности общества «Профит-ДС», мнимости (фиктивности) взаимоотношений и документооборота.

Суды также установили, что общество «Профит-ДС» поставило должнику два вида сырья - вольфрамовый концентрат и вольфрамат кальция (шеелит), последний возвращен обществу «Профит-ДС», а вольфрамовый концентрат переработан в ферровольфрам и поставлен обществу «Промышленные системы», исходя из чего суды пришли к выводу, что материалами дела подтверждается фактическая поставка должнику от общества «Профит-ДС» сырья и возможность зачета в счет оплаты спорного недвижимого имущества, что свидетельствует о равноценном встречном предоставлении по спорному договору купли-продажи недвижимости.

Помимо изложенного, суды исходили из недоказанности аффилированности сторон сделки, суд первой инстанции не установив порочности первой сделки, не нашел оснований для рассмотрения обстоятельств совершения последующих сделок, а апелляционный суд исходил из отсутствия доказательств взаимосвязи должника и общества «Артек» и умысла на вывод имущества должника.

Между тем судами не учтено следующее.

При принятии решения суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия (отказа в принятии) доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; суд определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие - не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, суд определяет на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права (части 1, 2 статьи 65, статья 71, часть 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В мотивировочной части решения суда должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил доводы лиц, участвующих в деле, законы и иные нормативные правовые акты, которым руководствовался суд при принятии решения (пункты 2, 3 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и по основаниям и в порядке, указанным в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), а в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 61.2 Закона о банкротстве раскрыты условия недействительности сделок, как совершенных при неравноценном встречном предоставлении (пункт 1) или с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2), а, по пункту 9 постановления Пленума № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка совершена в течение 1 года до принятия заявления о признании банкротом или после его принятия, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о банкротстве, то она может быть признана недействительной лишь по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления Пленума № 63).

Для признания сделки недействительной по вышеуказанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки причинен такой вред; в) другая сторона сделки знала (должна была знать) об указанной цели должника к моменту совершения сделки, а при недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по этому основанию (пункт 5 постановления Пленума № 63).

При определении вреда кредиторам следует иметь в виду, что, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, иные последствия сделок или юридически значимых действий должника, приведшие (могущие привести) к полной (частичной) утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества; а цель причинения вреда кредиторам предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности (недостаточности имущества), сделка совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо при наличии условий, указанных в абзацах 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, установленные в которых презумпции являются опровержимыми и применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно пункту 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии следующего условия: сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Сделка, указанная в пункте 1 названной статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом; либо совершена должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом (пункт 12 постановления Пленума № 63).

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума № 63 дано разъяснение о том, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом в приведенных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных и преференциальных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11).

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена; в частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации; при наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, а также притворных сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации); совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся; поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом; суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию управляющего может быть признана недействительной совершенная до (после) возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности банкротстве)»).

Обязательным признаком сделки для целей квалификации сделки как ничтожной по пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность сделки на причинение вреда кредиторам, под чем, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. При этом для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом, выразившимся в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»), при этом для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации требуется выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1)).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений, арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений (часть 1 статьи 65, статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

При наличии убедительных доводов и доказательств, представленных управляющим или конкурирующим кредитором, бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в спорном правоотношении они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем управляющий и другие кредиторы, и предоставление дополнительного обоснования не составляет для них сложности.

Для уравнивания в правах конкурирующих кредиторов, уполномоченных органов, управляющего и должника суд должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. Процессуальная активность конкурирующих кредиторов при содействии судов (пункт 3 статьи 9, пункты 2, 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) позволяет эффективно пресекать злоупотребления и не допускать недобросовестных лиц к распределению конкурсной массы.

Делая вывод о том, что общество «Профит-ДС» поставляло должнику сырье (вольфрамовый концентрат и вольфрамат кальция), используемые должником в производстве ферровольфрама, который должник затем поставлял обществу «Промышленные системы», а другие поставщики сырья должнику не известны, суды соответствующие обстоятельства фактически не установили, не исследовали и не оценили, при этом суды не дали никакой оценки представленной в дело выписке по карточке счета 41.10, из которой следует, что должник приобретал ферровольфрам у разных поставщиков и продавал его различным покупателям, а общество «Профит-ДС» в данном документе в качестве поставщика товаров для должника не указано, а также суды никак не мотивировали свою позицию относительно того, что в материалах дела не имеется никаких доказательств, свидетельствующих о том, что должник когда-либо приобретал у общества «Профит-ДС» ферровольфрам, а в отношении поставки шеелита по товарной накладной от 01.07.2020 № 2 сами суды установили, что шеелит, который общество «Профит-ДС» поставило должнику по данной накладной, впоследствии возвращен обществу «Профит-ДС» и никак не мог быть использован должником в производственной деятельности, в том числе при изготовлении сплавов, а доказательства каких-либо иных поставок обществом «Профит-ДС» должнику шеелита, кроме поставки по товарной накладной от 01.07.2020 № 2, в деле отсутствуют.

Также, делая вывод о том, что материалами дела подтверждается фактическая поставка обществом «Профит-ДС» должнику по товарной накладной от 01.07.2020 № 2 шеелита на сумму 9 000 000 руб., который должником не оплачен, и в связи с этим данная задолженность предприятия «Нихром» перед обществом «Профит-ДС» обоснованно зачтена в счет погашения долга последнего по оплате спорного недвижимого имущества по акту взаимозачета от 02.07.2020 № 7, суды соответствующие обстоятельства не установили, не исследовали и не оценили, при этом суды не дали никакой оценки, в частности, тому обстоятельству, что, как установлено судами, шеелит, поставленный обществом «Профит-ДС» должнику, по товарной накладной от 01.07.2020 № 2, возвращен обществу «Профит-ДС» в полном объеме, что подтверждается соответствующими возвратными накладными и перепиской, а доказательства наличия иных поставок сырья и сплавов от общества «Профит-ДС» к должнику отсутствуют, акт сверки, на который ссылаются суды, никем не подписан, а имеющиеся в нем сведения о приходе в пользу должника на сумму 1,6 млн. руб. ничем не подтверждены.

При таких обстоятельствах вывод судов о том, что материалами дела подтверждается фактическая поставка должнику от общества «Профит-ДС» сырья и возможность зачета долга должника по оплате данного сырья в счет оплаты спорного недвижимого имущества, что свидетельствует о равноценном встречном предоставлении по оспариваемому договору купли-продажи недвижимости, противоречит материалам дела, сделан формально, без надлежащих исследования и оценки материалов дела и всех представленных доказательств.

Вывод судов о наличии между должником и обществом «Профит-ДС» фактических взаимоотношений, исключающих номинальность и мнимость, также не основан на материалах дела, в которых не имеется никаких документов, подтверждающих осуществление обществом «Профит-ДС» в адрес должника поставок сырья и сплавов, кроме вышеназванного шеелита, который впоследствии возвращен обществу «Профит-ДС» в полном объеме, а при таких обстоятельствах вывод судов о реальности встречного предоставления от «Профит-ДС» по оспариваемому договору купли-продажи недвижимого имущества не основан на материалах дела, противоречит представленным в дело документам и не подтвержден соответствующими доказательствами.

При этом, придя к выводу о реальности получения предприятием «Нихром» эквивалентного встречного предоставления от общества «Профит-ДС» по договору купли-продажи от 18.10.2019 спорного недвижимого имущества, суды фактически не исследовали и не оценили обстоятельства заключения и исполнения последующих оспариваемых сделок, не дали оценку совокупности всех оспариваемых сделок в целом.

Помимо изложенного, сделав вывод о недоказанности аффилированности ответчиков, суды эти обстоятельства в полном объеме и всесторонне также не исследовали и не оценили, соответствующие доводы кредитора и управляющего по существу не рассмотрели, в том числе, не дали правовой оценки доводам управляющего о нехарактерных для обычного оборота условиях данной сделки, а также о  том, как именно должником был выбран покупатель по сделке от 18.10.2019, при том, что общество «Профит-ДС» зарегистрировано 30.09.2019, до октября – ноября 2019 года в его штате не было сотрудников, деятельность не велась, информации о продаже недвижимости не было в открытом доступе  и др.

При указанных обстоятельствах обжалуемые судебные акты нельзя признать достаточно обоснованными и мотивированными, судами неполно исследованы фактические обстоятельства дела, а выводы судов об отсутствии оснований для признания спорных сделок по отчуждению недвижимого имущества должника недействительными являются необоснованными, сделаны преждевременно и не соответствуют материалам дела.

Согласно части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Учитывая все вышеизложенное, и то, что, исходя из вышеназванных обстоятельств, выводы судов об отсутствии оснований для признания опариваемых сделок по отчуждению недвижимого имущества должника недействительными сделаны при неверном применении норм процессуального права (статьи 65, 71, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и соответствующих разъяснений, являются недостаточно обоснованными, сделаны преждевременно, без исследования и оценки всех обстоятельств дела, всех необходимых доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, что привело к ошибочным выводам, вынесению неправильных судебных актов, ввиду чего определение суда первой инстанции от 20.12.2024 и постановление апелляционного суда от 15.04.2025 подлежат отмене, обособленный спор - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела арбитражному суду, с учетом изложенного в мотивировочной части настоящего постановления, надлежит устранить отмеченные недостатки, в том числе, рассмотреть все обстоятельства спора в полном объеме, в совокупности, исследовать и оценить правоотношения между всеми фигурирующими в настоящем споре лицами, проверить обстоятельства и основания совершения между ними оспариваемых сделок, верно распределить бремя доказывания по настоящему спору, разъяснить лицам, участвующим в деле, предмет и пределы доказывания по настоящему спору и предложить лицам, участвующим в деле, исходя из правильного распределения бремени доказывания, представить доказательства, подтверждающие обстоятельства, на которые они ссылаются, дать оценку доводам лиц, участвующих в деле, установить все фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора по существу, исследовать и оценить в совокупности все имеющиеся доказательства и обстоятельства по делу, и по результатам исследования и оценки представленных доказательств принять решение в соответствии с установленными обстоятельствами и действующим законодательством.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.12.2024 по делу № А60-52300/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2025 по тому же делу отменить, обособленный спор направить в Арбитражный суд Свердловской области на новое рассмотрение.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                                               Ю.А. Оденцова 

Судьи                                                                                            А.А. Осипов 

                                                                                                      К.А. Смагина