ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Суворова, д. 21, Севастополь, 299011, тел. 8 (8692) 54-74-95

 E-mail: info@21aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А84-3983/2018

г. Севастополь

2 июля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июня 2021г. 

Постановление в полном объеме изготовлено  2 июля 2021 г. 

Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи  Оликовой Л. Н., судей   Котляровой Е. Л.,  Калашниковой К. Г., при ведении протокола  судебного заседания секретарем ФИО1, с помощью систем видеоконференц-связи при содействии Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Суда по интеллектуальным правам,  рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Севастополя  от 26.03.2021 г. по делу №А84-3983/2018 (судья Архипова С.Н.)

в рамках обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего КПК «Гарант» ФИО3 

к ФИО2

о признании недействительным  договора купли-продажи автотранспортного средства от 24.09.2018 г. и применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) кредитного потребительского кооператива «Гарант» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

при участии в судебном заседании посредством видеоконференц-связи при содействии Суда по интеллектуальным правам:

от ФИО2 – ФИО4, представителя по доверенности;

при содействии Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда:

от конкурсного управляющего ФИО3 – ФИО5, представитель по доверенности,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Севастополя  от 24.10.2018 г.  возбуждено производство по делу о  несостоятельности (банкротстве) в отношении Кредитного потребительского кооператива «Гарант». 

Решением Арбитражного суда города Севастополя от 03.09.2019 г. Кредитный потребительский кооператив «Гарант» признан банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 

В рамках  дела о банкротстве  конкурсный управляющий  на основании  п. 1 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  обратился в арбитражный суд с заявлением о признании  недействительной сделки –  договора купли-продажи транспортного средства (автомобиля) от 24.09.2018 г., заключенного между ФИО2 и  КПК «Гарант», и применении последствий недействительности сделки в виде  возврата  имущества в конкурсную массу должника. 

Определением арбитражного суда от 26.03.2021 г.  заявление конкурсного управляющего  удовлетворено. 

Не согласившись с определением суда,  ФИО2   обратилась   с апелляционной жалобой, в которой просит  оспариваемый судебный акт отменить,   принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований управляющего. Жалоба мотивирована недоказанностью  оснований для признания  подозрительной  и мнимой сделки  недействительной, неправильным применением судом первой инстанции положений законодательства о банкротстве, неправильной оценкой представленных в суд первой инстанции доказательств.   

От конкурсного управляющего ФИО3 в адрес суда поступил отзыв на апелляционную жалобу,  с позицией  о необоснованности доводов апелляционной жалобы, поскольку оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, при неравноценном встречном исполнении  и при   отсутствии  доказательств оплаты по указанному договору.

В судебном заседании   представитель заявителя жалобы доводы поддержал в полном объеме; представитель конкурсного управляющего ФИО3 возражал против доводов жалобы, по основаниям,  изложенным в отзыве на жалобу.

Исследовав материалы дела, заслушав  лиц, участвующих в деле, изучив и оценив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность судебного акта, руководствуясь положениями ст. ст.  268, 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ, судебная коллегия апелляционной инстанции приходит к  выводу об отсутствии оснований  для  отмены оспариваемого судебного акта, при этом исходит из следующего. 

Из материалов дела следует и установлено судом первой инстанции, что  24.09.2018 г. между КПК «Гарант» (продавец) и  ФИО2(покупатель) был заключен договор купли – продажи транспортного средства (автомобиль) марки СУБАРУ ИМПРЕЗА ХV, 2015 года выпуска, цвет синий, идентификационный номер JF1GP7LC5FG236298. Цена автомобиля составила 200 000 руб.  На основании акта  приема – передачи транспортного средства от 24.09.2018 г. транспортное средство было передано покупателю (т.1, л.д.18).

Конкурсный управляющий КПК «Гарант» на основании  п. 1 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса РФ  полагая, что указанная сделка    совершена  при неравноценном встречном исполнении, не по рыночной стоимости имущества,  является  притворной в связи с отсутствием оплаты приобретенного автомобиля, обратился в арбитражный суд  с настоящим заявлением. 

 Суд первой инстанции,  удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, пришел к выводу о доказанности конкурсным управляющим признаков подозрительной сделки по п. 1 ст. 61. 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». 

Суд апелляционной инстанции   соглашается с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям. 

Согласно  положений ст. 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательства существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обязательств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление Пленума N 63) указано, что пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установить, что сделка совершена должником в течение одного года до принятия заявления о признании его банкротом или после принятия указанного заявления, а также неравноценность встречного исполнения обязательств другой стороной сделки.

Заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом к своему производству определением от 24.10.2018 г., в связи с чем оспариваемая сделка (от 24.09.2018 г.) подпадает под период регулирования пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из заявленного основания, значимым является выяснение вопроса о равноценности встречного предоставления по сделке со стороны покупателя, то есть о соответствии согласованной договором купли-продажи цены доли ее реальной стоимости на момент отчуждения.

Конкурсным управляющим в подтверждение неравноценности спорной сделки представлено заключение специалиста ООО «Агентство оценки «Гранд Истейт» ФИО6 от 19.08.2020 г., согласно  которому стоимость спорного автомобиля на дату 24.09.2018 г. составляет 905 000 руб.  

Какие-либо доказательства, свидетельствующие о недостоверности заключения  специалиста,  либо его необъективности,  ответчиком по обособленному спору не заявлено. Ходатайство о проведении  судебных экспертизы не заявлялось. 

Таким образом, разница между рыночной стоимостью спорного имущества, определенной  на основании  заключения специалиста -  905 000 руб.  и договорной ценой - 200 000 руб., является существенной, что свидетельствует о наличии признаков неравноценности встречного исполнения.

Судом апелляционной инстанции  принимается во внимание, что согласно абзацу пятому пункта 8 постановления Пленума N 63 на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

По смыслу названного разъяснения могут оспариваться в качестве неравноценных в том числе сделки, стороны которых заведомо рассматривали условие о размере стоимости предоставления контрагента должника как фиктивное, заранее осознавая, что оно не будет исполнено в полном объеме. По сути, такое условие соглашения о полном размере стоимости прикрывает (пункт 2 статьи 170 ГК РФ) условие о фактической (меньшей) стоимости предоставления контрагента, и содержание прикрываемого условия охватывается волей обеих сторон сделки.

Аналогичная правовая позиция изложена в определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.08.2017 N 310-ЭС17-4012 по делу N А64-8376/2014.

В данном случае, в обоснование доводов о неравноценности встречного исполнения обязательств  другой стороной сделки конкурсный управляющий также ссылался на отсутствие доказательств надлежащего исполнения ФИО2  своих обязательств по встречному исполнению по сделке (совершена безвозмездно),  поскольку отсутствуют  надлежащие доказательства  оплаты стоимости автомобиля (не представлены  платежные документы, расписки и иные доказательства, свидетельствующие об оплате стоимости автомобиля), а  также доказательств того, что финансовое положение ФИО2 позволяло ей предоставить денежные средства в указанном размере на дату заключения спорного договора.

 Апеллянт, возражая  против доводов конкурсного управляющего, заявил, что настоящая стоимость автомобиля  составляет 1 100 000 руб. Указанная сумма была передана продавцу наличными денежными средствами.  Кроме  как  копии  чека  Сбербанка от 24.09.2018 г.  об оплате ФИО7 ( продавец – руководитель КПК «Гарант») услуг банка по проверке купюр в размере 3 300 руб.  и справки банка о тарифе за проверку купюр в размере 0,3% от суммы,  а также постановления  об отказе в возбуждении уголовного дела от 26.10.2020 г.,  ответчик в качестве доказательств оплаты не представил. 

 Суд первой инстанции, оценивая указанные документы по правилам ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, обоснованно не принял их  в качестве относимых и допустимых доказательств.  У суда апелляционной инстанции нет оснований для переоценки указанных выводов суда первой инстанции. 

  Конкурсный управляющий в подтверждение отсутствия оплаты за проданный автомобиль представил выписку из расчетного счета должника за период с 01.01.2017 г. по 31.12.2019 г., из которой следует, что денежные средства  ни в размере 200 000 руб. как указано в договоре, ни в размере 1 100 000 руб.,  как утверждает покупатель,  на расчетный счет КПК «Гарант» не зачислялись, отсутствуют  и приходные кассовые ордеры  на указанные суммы. 

 Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом  суда о том, что   оспариваемая сделка является подозрительной, совершенной при неравноценном встречном исполнении обязательств и является в силу п. 1 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» недействительной. 

Учитывая, что в рамках дела о банкротстве применим повышенный стандарт доказывания, суд апелляционной инстанции правомерно применил положения пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в соответствии с которыми, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д., и исследовать финансовую возможность ФИО2  предоставить должнику денежные средства в указанной размере.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса  РФ, суд апелляционной инстанции  приходит к  выводу о недоказанности ФИО2 финансовой возможности предоставить должнику 24.09.2018 г.  для оплаты указанного в договоре транспортного средства 1 100 000 руб., как указывает ответчик.  Справка от 21.12.2020 г., выданная на имя ФИО8 И.,  о заработной плате с декабря 2015 г. по май 2017 г. в размере 5 241 865 руб. 14 коп., а также справки о доходах не   свидетельствуют о  финансовом положении семьи ФИО2, поскольку отсутствуют доказательства сохранности денежных средств в значительном объеме (нахождение средств на вкладе, постоянный счет в банке), а также следует учитывать  расходы, производимые в течение 2015-2018 г.г.  семьи Майромян (уплата налогов,   траты на достойную жизнь). Отсутствуют  доказательства  как хранения, так и  снятия этих денежных средств со счетов в кредитных учреждениях на момент приобретения автомобиля за сумму 1 100 000 руб., как утверждает ответчик. 

Таким образом, из материалов дела не следует реальность  исполнения покупателем ФИО2  обязательств по оплате спорного транспортного средства.

При указанных обстоятельствах,  суд  первой инстанции  пришел к правомерному выводу об отсутствии у ФИО2  финансовой возможности по приобретению спорного имущества и, соответственно, о том, что фактическое встречное исполнение за приобретенное транспортное средство по оспариваемому договору купли-продажи от 24.09.2018 г.  предоставлено не было, что позволяет сделать вывод о наличии оснований для признания оспариваемого договора недействительным по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы о неосведомленности стороны оспоренной сделки относительно неправомерности отчуждения должником транспортных средств и отсутствии у должника признаков неплатежеспособности не имеют правового значения, так как в соответствии с разъяснениями, изложенным в пункте 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 для признания сделки недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы апеллянта об ошибочном  указании  в договоре купли-продажи стоимости автомобиля в размере 200 000 руб.  не принимаются во внимание,  поскольку действуя разумно и добросовестно, стороны договора обязаны были указать реальную рыночную стоимость автомобиля, чего сторонами произведено не было, что влечет риск неблагоприятных последствий для сторон договора. 

 Признав спорную сделку недействительной, суд первой инстанции применил последствия ее недействительности, соответствующие правилам пунктов 1, 2 статьи 167 ГК РФ, статьи 61.6 Закона о банкротстве. 

  Суд  апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции правильно применил  последствия недействительности сделки в виде  возвращения спорного имущества в конкурсную массу должника. 

Доводы апелляционной  жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а в апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта. В связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы, не противоречат имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по государственной пошлине  в размере 3000 руб.  за рассмотрение  апелляционной жалобы  подлежат отнесению на заявителя и были им оплачены при обращении в апелляционный суд. 

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Севастополя от 26.03.2021г. по делу № А84-3983/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок  в порядке ст. 275 Арбитражного процессуального кодекса РФ.   

Председательствующий                                             Л. Н. Оликова

Судьи                                                                            Е. Л. Котлярова

                                                                                       К. Г. Калашникова