﻿/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-109971/2019

08 апреля 2021 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 апреля 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  08 апреля 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова 

судей Д.В. Бурденкова, О.А. Рычаговой

при ведении протокола судебного заседания секретарем Р.А. Федорук

при участии: 

от финансового управляющего: представитель А.В. Скрипченко по доверенности от 10.01.2021 г. 

от ответчика: А.О. Парманин

от ответчика: не явилась, извещена 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-4857/2021) финансового управляющего А.А.Рутштейн на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.12.2020 г. по делу № А56-109971/2019/сд.1, принятое 

по заявлению финансового управляющего А.А. Рутштейн 

к Парманиной Диане Александровне (196191, Санкт-Петербург, ул. Варшавская, д. 61, корп.1, кв.183) 

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Парманина Александра Олеговича (дата и место рождения: 19.07.1967, Ленинград; зарегистрирован по адресу: Санкт-Петербург, г. Пушкин, бул. А.Толстого, д. 44, кв. 5; ИНН 782031378815)

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 27.02.2020 г. (резолютивная часть объявлена 25.02.2020 г.) по настоящему делу,  вынесенным по заявлению кредитора - Банка «Траст» (ПАО), в отношении Парманина Александра Олеговича (далее – должник, А.О. Парманин) введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утверждена Рутштейн Александра Алексеевна, сведения о чем опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 07.03.2020 г. № 42. 

11.06.2020 г. финансовый управляющий в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника обратился в арбитражный суд с заявлением  (зарегистрировано 18.06.2020 г.),  в котором просил: 

1. признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства № 14 от 18.12.2019 г., заключенный между должником и Парманиной Дианой Александровной (далее – ответчик, Д.А. Парманина);

2. применить последствия недействительности сделки, обязав ответчика возвратить в конкурсную массу должника транспортное средство БМВ Х5, 2014 года выпуска, VIN X4XKR094100K24580, государственный номер К444АС98.  

Однако, определением суда от 20.12.2020 г. в удовлетворении указанного заявления отказано (наряду с неприменением меры процессуального наказания в виде наложении судебного штрафа на Управление ГИБДД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области).

Данное определение обжаловано финансовым управляющим в апелляционном порядке; в жалобе ее податель просит определение отменить, принять по делу новый судебный акт – об удовлетворении заявленных требований, полагая, что судом первой инстанции не учтен факт неравноценности встречного исполнения по спорной сделке и – в этой связи - отсутствие надлежащих доказательств, подтверждающих непригодность спорного имущества, и в частности – сведений о ДТП, в результате которого транспортное средство пришло в негодность, с учетом также заинтересованности ответчика и его осведомленности в силу этого о злоупотреблении правом со стороны должника, а равно и неподтвержденности вследствие этого ненадлежащего состояния автомобиля и факта его оплаты, ввиду чего управляющий в своей жалобе опять же ссылается на правовые нормы, положенные в обоснование его требований (в частности - пункт 1 статьи 61.2 федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и статьи 10, 168 Гражданского кодекса РФ).

В судебном заседании апелляционного суда податель жалобы поддержал доводы своей жалобы: должник возражал против ее удовлетворения по мотивам, изложенным в представленном отзыве.

Ответчик отзыв (позицию, возражения, пояснения) на жалобу не представила, в заседание не явилась, однако о месте и времени судебного разбирательства считается извещенной (в силу части 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ - с учетом разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, содержащихся в пункте 5 постановления от 17.02.2011 г. № 12, и при соблюдении требований абзаца второго части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса РФ), в связи с чем и в соответствии с частью 3 статьи 156 данного Кодекса дело (жалоба) рассмотрено без ее участия при отсутствии также от нее каких-либо ходатайств, обосновывающих невозможность явки в заседание.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 269 Арбитражного процессуального кодекса РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам:

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

При этом, в силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона; согласно пункту 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве, финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Федерального закона, а как установлено пунктами 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц; право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина, а заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (пункт 1 статьи 61.8 этого Закона).

Также, как предусмотрено пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а кроме того - по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве, при этом, пунктом 3 этой статьи установлено, что правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) разъяснено, что по правилам этой главы Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.). 

В данном случае, в ходе процедуры банкротства должника финансовым управляющим выявлено заключение должником сделки по отчуждению движимого имущества на основании договора купли-продажи транспортного средства от 18.12.2019 г. № 14, согласно условиям которого А.О. Парманин (продавец) продает Д.А. Парманиной (покупатель) автомобиль  марки БМВ X5 XDRIVE 351, 2014 года выпуска, регистрационный знак К444АС98, VIN X4XKR094100K24580 (далее – транспортное средство, автомобиль) за 150 000 руб. 

Финансовый управляющий, полагая, что сделка совершена при злоупотреблении сторонами правом, заключена после возбуждения в отношении должника дела о банкротстве, с заинтересованным по отношению к должнику лицом – с дочерью должника, в отсутствие равноценного встречного исполнения по договору, а установленная в договоре цена существенно отличается от цены, по которой в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (2250000 руб.), обратился в суд с настоящим заявлением.  

В качестве правового основания недействительности сделки финансовый управляющий сослался на пункт 1 статьи 61.2 Закон о банкротстве и статью 10 Гражданского кодекса РФ. 

В этой связи судом установлено, что, как следует из материалов дела, оспариваемая сделка заключена 18.12.2019 г., тогда как заявление о признании должника банкротом принято определением арбитражного суда от 17.10.2019 г., в связи с чем сделка попадает под период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, который, в соответствии с разъяснениями, содержащимся в пункте 8 постановления № 63, предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. 

При этом, для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки; согласно абзацу первому пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, а при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота. 

Таким образом, для признания неравноценной сделки должника недействительной, согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо подтвердить совокупность следующих обстоятельств: сделка была совершена должником в течение одного года до принятия заявления о признании несостоятельным (банкротом) или после принятия указанного заявления, а встречное исполнение обязательств другой стороной сделки является неравноценным; вместе с тем, как следует из разъяснений, приведенных в пункте 9 постановления № 63, судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; в то же время, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется, а бремя доказывания неравноценности встречного исполнения лежит на лице, оспаривающем сделку, поскольку согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.  

В данном случае, как установлено судом, возражая против доводов финансового управляющего о неравноценности встречного исполнения по договору, должник и ответчик пояснили, что в октябре 2019 г. принадлежащий А.О. Парманину автомобиль под управлением его дочери Д.А. Парманиной в результате ее неосторожных действий был «утоплен» во Всеволожском районе Ленинградской области; по факту утопления автомобиля в органы ГИБДД не обращались; транспортное средство было доставлено до автотранспортной мастерской на буксире; с целью оценки ремонтных работ, необходимых для восстановления автомобиля, должником был получен заказ-наряд с указанием перечня предстоящих к выполнению для восстановления транспортного средства работ и запасный частей, стоимость ремонтных работ и запасных деталей составила 2 932 423 руб., и исходя из стоимости восстановительных работ, А.О.Парманин сделал вывод о нецелесообразности восстановления автомобиля, в связи с чем принял решение предложить виновнику повреждений автомобиля - Д.А. Парманиной выкупить у А.О. Парманина неисправное транспортное средство (для возможной последующей самостоятельной реализации годных запасных частей автомобиля).   

В подтверждение же оплаты стоимости технически непригодного для управления транспортного средства в материалы дела представлена копия расписки от 18.12.2019 г. о получении А.О. Парманиным от Д.А. Парманиной денежных средств в размере 375 000 руб. в счет оплаты по договору купли-продажи транспортного средства от 18.12.2019 г., при том, что заключение оспариваемого договора стороны объяснили необходимостью соблюдения формальностей для переоформления транспортного средства на Д.А. Парманину в органах ГИБДД, в связи с чем в договоре купли-продажи от 18.12.2019 г. отражены условия о стоимости автомобиля в размере 150 000 руб. и об отсутствии у покупателя к продавцу претензий по состоянию и комплектности транспортного средства, а в подтверждение указанных объяснений должник представил суду акт оценки стоимости автомототранспортного средства № Н20-11365 от 26.08.2020 г. по состоянию на 20.11.2019 г. и заказ-наряд № 5473 от 20.11.2019 г. на ремонтно-восстановительные работы, подготовленный ООО «Авторемонт», из которого следует, что с целью установления ремонтно-восстановительных работ представлен автомобиль марки БМВ X5, регистрационный знак К444АС98, VIN X4XKR094100K2458 после повреждения водой; согласно описанию подлежащих к выполнению работ, затоплен весь салон автомобиля, требуется химчистка всего салона транспортного средства, замена потолка, напольного ковролина, обшивок дверей автомобиля, повреждены водой автоматическая коробка переключения передач транспортного средства (АКПП), необходима замена всей проводки, электронных блоков управления двигателем, АКПП, блока управления комфортом, управления кузовом и приборной панели транспортного средства, а общая стоимость ремонтно-восстановительных работ, установленная в заказе-наряде № 5473 от 20.11.2019 г., составляет 2 932 423 руб.

Согласно же отчету № Н20-11365 оценки стоимости транспортного средства по состоянию на 20.11.2019 г., стоимость восстановительного ремонта превышает рыночную стоимость технически исправных аналогов, ремонт оцениваемого транспортного средства экономически нецелесообразен, оцениваемое транспортное средство признается полностью уничтоженным, оценке подлежат годные к реализации остатки; вместе с тем, представленный Управлением ГИБДД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ответ на запрос суда не подтвердил факт ДТП с участием спорного транспортного средства и обращения должника и ответчика в связи с утоплением автомобиля, данный факт сторонами не оспаривается; также должник сообщил суду, что за компенсационной выплатой ввиду уничтожения транспортного средства в страховую организацию не обращался.   

С учетом изложенного, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства и обстоятельства совершения оспариваемого договора, признал, что вывод финансового управляющего о неравноценности исполнения по договору сделан без учета обстоятельств, предшествующих заключению оспариваемой сделки; факт оплаты по договору подтверждается материалами дела; цена продажи транспортного средства определена с учетом аварийно-эксплуатационных характеристик автомобиля на момент продажи, а целесообразность заключения оспариваемого договора обусловлена нецелесообразностью восстановления автомобиля по цене, превышающей рыночную стоимость технически исправных аналогичных транспортных средств, пи том, что заявив о неравноценности встречного исполнения по сделке, финансовый управляющий не оспорил представленные должником доказательства: заказ-наряд о стоимости ремонтно-восстановительных работ и акт об оценке стоимости поврежденного имущества, и о фальсификации указанных доказательств не заявил.  

Равным образом, подтверждается ответом Отдела ЗАГС Кировского района от 21.07.2020 г. № 786 и сторонами не отрицается факт родства между должником и ответчиком; вместе с тем, по мнению суда, сам по себе этот факт (наличия родственных связей сторон сделки) не может свидетельствовать о недействительности оспариваемой сделки, и таким образом, совокупность условий для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве заявителем не доказана, в связи с чем доводы о недействительности оспариваемой сделки в силу специальных норм права являются необоснованными и подлежат отклонению. 

Кроме того, как указал суд, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статье 10 Гражданского кодекса РФ (пункт 4 постановления № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.04.2009 г. № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», далее – постановление № 32); при том, в силу указанной нормы не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права; в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются, а для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 10 ГК РФ, суду необходимо установить, что такая сделка совершена с намерением причинить вред другому лицу либо имело место злоупотребление правом в иных формах. 

Таким образом, для квалификации сделки как совершенной с нарушениями положений статьи 10 ГК РФ необходимо установить причинение или возможность причинения в результате ее исполнения убытков должнику или его кредиторам вследствие уменьшения конкурсной массы, за счет которой кредиторы должника могли бы получить удовлетворение; вместе с тем, как полагал суд, заявив о наличии признаков, предусмотренных статей 10 ГК РФ, финансовый управляющий не представил доказательств злоупотребления ответчиком при заключении сделки с должником своими правами (статья 10 ГК РФ), равно как не подтвержден и тот факт, что воля сторон сделки при ее совершении не была направлена на возникновение правовых последствий; доказательства, достоверно подтверждающие ничтожность сделки, не представлены; при таких обстоятельствах оснований для признания оспариваемой сделки ничтожной сделкой, совершенной в нарушении статьи 10 ГК РФ, у суда не имеется, а по совокупности изложенного, заявление финансового управляющего об оспаривании сделки должника по отчуждению движимого имущества суд признал необоснованным и не подлежащим удовлетворению. 

Однако, апелляционный суд не может согласиться с изложенными выводами, как противоречащими приведенным в самом же обжалуемом определении подходам, а также собранным по делу доказательствам, исходя в этой связи из того, что в силу части 1 статьи 64, статей 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 данного Кодекса об относимости и допустимости доказательств.

В данном случае, определяющим моментом для оценки сделки на предмет соответствия условиям для ее оспаривания согласно заявленной управляющим в обоснование этого норме – пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве - является равноценность встречного исполнения другой стороной сделки, применительно к чему суд критически относится к соответствующими доводам (возражениям) должника, исходя из совокупности обстоятельств (материалов) дела, и отмечая, что ссылаясь на снижение рыночной стоимости спорного автомобиля в результате «утопления», должник и ответчик безусловными доказательствами этот факт не подтвердили, представив в качестве таких доказательств только свои пояснения, а также акт оценки стоимости автомототранспортного средства № Н20-11365 от 26.08.2020 г. и соответствующее заключение условно-годных остатков транспортных средств, подготовленные ООО «Антарес», и заказ-наряд № 5473 от 20.11.2019 г. сервисного центра «G88».

Вместе с тем иных доказательств наличия обстоятельств, в результате которых автомобиль был поврежден, а также характера и степени таких повреждений, поведения (действий) ответчика и должника (например, свидетельских показаний; документов, оформленных при оказании каких-либо услуг в интересах сторон – по поднятию автомобиля из воды, его доставке (буксировки) к месту осмотра(оценки)/хранения/ремонта/разборки, такой разборки с последующей продажей годных запчастей и т.д.) они не представили.

Более того, вызывает обоснованные (не опровергнутые сторонами) сомнения и сама необходимость в связи с заявленными ими обстоятельствами оформления купли-продажи транспортного средства от должника ответчику с учетом того, что они являются близкими родственниками - отцом и дочерью, а последняя, согласно данным ей в суде первой инстанции пояснениям (отзыву), основное время проживает (работает) за границей, ввиду чего непонятно, для чего ей приобретать спорный автомобиль, поскольку при постоянном нахождении за границей для ответчика затруднительно как использование транспортного средств по назначение, так и его разборка в целях последующей реализации годных запчастей.

Также обращает внимание суд и на противоречия при определении цены/стоимости спорного автомобиля, а именно – в оспариваемом договоре она указана в сумме 150 000 руб., а согласно представленной расписке ответчик уплатил должнику сумму 375 000 руб., при том, что в соответствии с указанными актом оценки и заключению № Н20-11365 от 26.08.2020 г. стоимость условно-годных остатков транспортного средства составляет 660 000 руб.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд полагает недоказанным надлежащим образом факт наличия со стороны ответчика равноценного встречного исполнения по спорной сделке, в связи с чем и исходя также из совершения сделки после возбуждения в отношении последнего производства по делу о несостоятельности, эта сделка является недействительной в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как учитывая близкое родство должника и ответчика, полагает суд, что в действиях сторон сделки имеет место злоупотребление правом, а соответственно – сделка подлежит признанию недействительной (ничтожной) и согласно статье 10 Гражданского кодекса РФ. 

В этой связи суд отмечает, что исходя из содержания этой нормы под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам; для установления в действиях граждан и организаций злоупотребления правом необходимо доказать, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения, т.е. для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам, при том, что злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки, а как разъяснено в пункте 10 постановления № 32 (в редакции постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 г. № 60), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

Равным образом, с учетом указанных выше разъяснений, приведенных в пункте 9 постановления № 63 (согласно которым судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), а также изложенных обстоятельств, апелляционный суд полагает, что спорная сделка является недействительной и в силу последней нормы, в соответствии с. которой 

сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка); в этой связи предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

При этом, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: 

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; 

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; 

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

В этой связи в пункте 5 постановления Пленума № 63 разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка), а в силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию, а при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Также, как отражено в пунктах 6 и 7 указанного постановления, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, и данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В данном случае, по мнению суда, материалами дела подтверждается наличие всех условий для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона, и в частности - причинение вреда имущественным права кредиторов (отчуждение должником имущества при неравноценном встречном исполнении, что влияет на формирование конкурсной массы и возможность удовлетворения требований кредиторов), наличие у должника такой цели и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения (с учетом наличия у должника на этот момент признаков банкротства - уже возбужденного в отношении него дела о несостоятельности (банкротстве) с последующим введением в отношении него процедуры банкротства и осведомленности об этом, как и о целях сделки, ответчика, как заинтересованного по отношению к должнику лица в понимании пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве в силу неопровергнутой сторонами презумции согласно абзацу первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений в пункте 7 Постановления № 63), как в этой связи отмечает суд, что ранее - 23.08.2019 г. – должником была совершена другая сделка по отчуждению принадлежащего ему имущества - помещения, кадастровый номер 46:29:103024:1433, расположенного по адресу: Курская область, г. Курск, ул. Ольшанского, д. 25, кв. 19 (покупатель - Романовский Владимир Львович), признанная недействительной арбитражным судом в рамках настоящего дела (определение от 20.12.2020 г. по обособленному спору № А56-109971/2019/сд.2), что свидетельствует о целенаправленных действиях должника по выводу его активов в предверии банкротства.

Таким образом, обжалуемое определение, как принятое при неполном исследовании фактических обстоятельств (материалов) дела и – как следствие –  несоответствии изложенных в нем выводов этим обстоятельствам (материалам) и неправильном применении норм материального права, подлежит отмене с принятием нового судебного акта – об удовлетворении - в силу изложенного - заявленных управляющим требований (в т.ч. с применением последствий недействительности в виде возврата в конкурсную массу должника спорного транспортного средства, при том, что даже если и признать достоверными ссылки должника и ответчика на фактическое его состояние, это никак не нарушит права последнего и в то же время позволит максимально обеспечить права кредиторов должника), а также с взысканием с ответчика в конкурсную массу понесенных управляющим при оспаривании сделки расходов по оплате пошлины по заявленным требованиям и по апелляционной жалобе.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 112, 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.12.2020 г. по делу № А56-109971/2019/сд.1 отменить.

Заявление финансового управляющего А.О. Парманина – А.А. Рутштейн удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства № 14 от 18.12.2019 г., заключенный между Парманиным Александром Олеговичем и Парманиной Дианой Александровной. 

Применить последствия недействительности сделки, обязав Парманину Диану Александровну (28.07.1995 г., зарегистрированную по адресу: г. Санкт-Петербург, ул. Варшавская, д. 61, кв. 183) возвратить в конкурсную массу Парманина Александра Олеговича транспортное средство БМВ Х5, 2014 года выпуска, VIN X4XKR094100K24580, государственный номер К444АС98. 

Взыскать с Парманиной Дианы Александровны в конкурсную массу Парманина Александра Олеговича госпошлину по иску и по апелляционной жалобе в суммах 6 000 руб. и 3 000 руб., соответственно.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

 

Д.В. Бурденков

О.А. Рычагова