1146/2023-71309(2) Р 

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-752/2023

27 ноября 2023 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 ноября 2023 года Постановление изготовлено в полном объеме 27 ноября 2023 года 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Зориной О.В., судей Аристовой Е.В., Дубок О.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством системы веб-конференции  апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-11403/2023) арбитражного  управляющего ФИО2, (регистрационный номер 08АП- 11657/2023) ФИО3 на решение Арбитражного суда Тюменской  области от 14 сентября 2023 года по делу № А70-752/2023 (судья Целых М.П.),  принятое по заявлению ФИО3 (ИНН 

<

***>) к  арбитражному управляющему ФИО2 (ИНН 

<

***>) о  взыскании убытков,  

при участии в судебном заседании:  

арбитражный управляющий ФИО2 посредством системы веб- конференции не подключился,  

от ФИО3 – представитель ФИО4  посредством системы веб-конференции не подключилась;  

установил:

в Арбитражный суд Тюменской области 13.01.2023 обратился ФИО3 (далее – ФИО3, истец) с заявлением к арбитражному управляющему  ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) о взыскании убытков в  размере 214 158 руб. 39 коп., а также 7 424 руб. 75 коп. государственной пошлины.  

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 06.04.2023 к участию в  деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований  относительного предмета спора, привлечено Управление Федеральной службы  государственной регистрации, кадастра и картографии по Ямало-Ненецкому  автономному округу.  

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 06.04.2023 к участию в  деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований  относительного предмета спора, привлечены акционерное общество «Объединенная  страхования компания», акционерное общество «Национальная страховая компания  Татарстан» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство  по страхованию вкладов».  

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 12.05.2023 к участию в  деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно  предмета спора, привлечены Управление Федерального казначейства по Ямало- 

Ненецкому автономному округу, Управление Федеральной службы судебных приставов  по Ямало-Ненецкому автономному округу.  

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 14.09.2023 с ФИО2  в пользу ФИО3 взысканы убытки в размере 21 835 руб. 77 коп., а также 743 руб.  государственной пошлины, в удовлетворении заявления в остальной части отказано,  указано возвратить ФИО3 из федерального бюджета излишне уплаченную  государственную пошлину в размере 141 руб. 75 коп., уплаченную по квитанции от  13.01.2023.  

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2, ФИО3  обратились с апелляционными жалобами.  

ФИО2 в своей апелляционной жалобе просил обжалуемое определение  суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в  удовлетворении требований ФИО3 в полном объеме.  

В обоснование апелляционной жалобы ФИО2 указал следующее: 

- ФИО3 пропущен срок исковой давности обращения в арбитражный суд  с настоящим заявлением;  

- будучи арбитражным управляющим (то есть профессиональным участником  отношений в сфере банкротства), ФИО3 не выражал свое несогласие относительно  очередности удовлетворения его требований в соответствии со статьей 134  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Закон о банкротстве), разногласий относительно очередности погашения  требований ФИО3 между ФИО2 и ФИО3 не было, а в  отсутствие таких разногласий у ФИО2 не имелось оснований для  резервирования денежных средств в соответствии со статьей 142 Закона о банкротстве;  

- на дату заключения договора уступки (цессии) от 23.05.2019 с  производственным кооперативом «Градиент» (далее – ПК «Градиент») в лице  конкурсного управляющего ФИО2 ФИО3 знал об исполнительном  производстве № 5744/18/89006-ИП, обладал сведениями о том, что оно не прекращено и  не приостановлено, однако, несмотря на это, произвел окончательную оплату и  заключил договор, согласно пункту 3.1 которого с момента оплаты по настоящему  договору цессионарий приобретает, а цедент утрачивает все права, предусмотренные  действующим законодательством, по требованию кредитора к должнику;  

- у ФИО2 отсутствовала обязанность принимать меры по  предотвращению поступления от индивидуального предпринимателя ФИО5 (далее – ИП ФИО5, дебитор) денежных средств в рамках  исполнительного производства № 5744/18/89006-ИП во время и после заключения им  от имени ПК «Градиент» договора уступки (цессии) от 23.05.2019 с ФИО3  

ФИО3 в своей апелляционной жалобе просил обжалуемое определение суда  первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении  его требований в полном объеме.  

В обоснование апелляционной жалобы ФИО3 указал следующее: 

- в материалах дела отсутствуют доказательства, что электронное письмо об  уступке по договору уступки (цессии) от 23.05.2019 между ПК «Градиент» и  ФИО3, якобы направленное ФИО2 на официальную электронную  почту службы судебных приставов (mail@r89fssprus.ru) 25.05.2019, представленное  ответчиком в дело в виде фото-фиксации, в действительности направлялось им в  указанную службу в обозначенную дату и было принято службой судебных приставов в  порядке, установленном Правилами делопроизводства в федеральных органах  исполнительной власти (утв. постановлением Правительства Российской Федерации от  15.06.2009 № 477);  

- уведомление об уступке по договору уступки (цессии) от 23.05.2019 между  ПК «Градиент» и Юдиным М.Г. не имеет для судебного пристава-исполнителя  никакого юридического значения, ответчику надлежало направить в службу судебных  приставов заявление об отзыве исполнительного листа либо о прекращении  перечисления денежных средств в рамках исполнительного производства   № 5744/18/89006-ИП на основной счет ПК «Градиент» в целях предотвращения  дальнейшего незаконного получения последним денежных средств, причитавшихся  Юдину М.Г.; поскольку Юдин М.Г. не являлся стороной исполнительного производства   № 5744/18/89006-ИП, с подобными заявлениями к судебному приставу-исполнителю  для предотвращения нарушения его прав он самостоятельно обратиться не мог;  

- суд первой инстанции необоснованно заключил, что ФИО3 не принял  разумных мер по минимизации собственных потерь, из материалов дела следует, что  все действия, направленные на замену стороны в исполнительном производстве   № 5744/18/89006-ИП и уведомление службы судебных приставов о состоявшейся по  договору уступки (цессии) от 23.05.2019 между ПК «Градиент» и ФИО3 уступке  ФИО3 совершил своевременно;  

- ФИО2 не сообщил ФИО3 о наличии исполнительного  производства, о фактах перечисления дебитором денежных средств в рамках  исполнительного производства в пользу ПК «Градиент», не передал ФИО3  исполнительный лист, не отозвал исполнительный лист для прекращения взыскания  денежных средств в пользу ПК «Градиент», не обратился с заявлением к судебному  приставу-исполнителю о прекращении перечисления денег на счет ПК «Градиент», с  заявлением о приостановлении исполнительного производства/отложении  исполнительских действий, не совершил действий по перечислению (возврату)  ФИО3 необоснованно полученных ПК «Градиент» денежных средств, в  нарушение пункта 1 статьи 131 Закона о банкротстве израсходовал не принадлежащие  ПК «Градиент», поступавшие ему от дебитора систематически денежные средства в  рамках конкурсного производства на платежи в пользу кредиторов по текущим  платежам, в том числе себе самому в счет выплаты вознаграждения конкурсного  управляющего, не направил ответ заявление-претензию ФИО3 от 08.08.2019, в  связи с чем ФИО3 были причинены убытки в сумме 214 158 руб. 39 коп.  

Оспаривая доводы апелляционной жалобы ФИО3, ФИО2  представил отзыв, в котором просил оставить апелляционную жалобу ФИО3 без  удовлетворения.  

В связи с удовлетворением ходатайств ФИО3, ФИО2 об участии в  судебном заседании путем использования системы веб-конференции заседание суда  апелляционной инстанции 20.11.2023 проведено с применением данной системы  (https://kad.arbitr.ru/).  

Представитель ФИО3 и ФИО2, ходатайствовавшие об участии в  заседании суда апелляционной инстанции посредством системы веб-конференции, к  судебному заседанию не подключились.  

Управление Федерального казначейства по Ямало-Ненецкому автономному  округу, Управление Федеральной службы судебных приставов по Ямало-Ненецкому  автономному округу, иные лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени  рассмотрения апелляционных жалоб в соответствии с пунктом 32 постановления  Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения  законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в  деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», явку своих  представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На  основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального  

кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционные жалобы рассмотрены  в отсутствие неявившихся лиц.  

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке  апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд  апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в  обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.  

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до  начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку  судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить  за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм  процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ (пункт 27  постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в  арбитражном суде апелляционной инстанции»).  

Апелляционная жалоба ФИО2 содержит доводы относительно  незаконности и необоснованности решения суда первой инстанции от 14.09.2023 в  части удовлетворения требований ФИО3 о взыскании с него убытков в размере 21  835 руб. 77 коп., апелляционная жалоба ФИО3 - в части отказа в удовлетворении  его требований о взыскании с ФИО2 убытков в размере 192 322 руб. 62 коп., в  связи с чем проверка обжалуемого судебного акта осуществлена судом апелляционной  инстанции в полном объеме.  

Исследовав материалы дела, апелляционные жалобы, отзыв ФИО2 на  апелляционную жалобу ФИО3, проверив законность и обоснованность  обжалуемого судебного акта в порядке статьей 266, 268, 270 АПК РФ, суд  апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отмены  обжалуемого решения суда первой инстанции от 14.09.2023 по настоящему делу.  

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий  обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и  общества.  

Согласно пункту 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий  в деле о банкротстве обязан принимать меры по защите имущества должника, разумно и  обоснованно осуществлять расходы, связанные с исполнением возложенных на него  обязанностей в деле о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный  управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые  причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным  управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт  причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.  

Ответственность арбитражного управляющего, установленная пунктом 4 статьи  20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, убытки подлежат взысканию  в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ).  

Согласно статье 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье  право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления  нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также  неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях  гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).  

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение  убытков возможно при доказанности совокупности нескольких условий:  противоправности действий, причинной связи между противоправными действиями и  возникшими убытками, наличия и размера причиненных убытков.  

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, Юдин М.Г. указал, что  решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 23.06.2016 по  делу № А81-4030/2015 ПК «Градиент» признано (несостоятельным) банкротом, в  отношении него введена процедура конкурсного производства, исполнение  обязанностей конкурсного управляющего возложено на Шавкерова Сергея  Николаевича.  

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от  21.07.2016 конкурсным управляющим ПК «Градиент» утвержден ФИО2  

Решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от  22.11.2017 по делу № А81-6355/2017 с ИП ФИО5 в пользу ПК «Градиент» был  взыскан долг по арендной плате по договору аренды от 17.11.2016 в размере  254 320 руб. и пени в размере 31 790 руб., всего 286 110 руб.  

26.12.2017 Арбитражным судом Ямало-Ненецкого автономного округа выдан  исполнительный лист серия ФС № 02080340 на принудительное исполнение указанного  судебного акта.  

18.01.2018 судебным приставом-исполнителем ОСП по Ноябрьску возбуждено  исполнительное производство № 5744/18/89006-ИП (том 2, листы дела 5-6).  

07.04.2019 ФИО2 разместил в Едином федеральном реестре сведений о  банкротстве (далее – ЕФРСБ) сообщение № 3645138 от 07.04.2019 о проведении торгов  в форме открытого аукциона 21.05.2019 в 14:00. Лотом № 9 было выставлено на  продажу право требования (дебиторская задолженность) к ИП ФИО5 на сумму  286 110 руб., сумма задатка – 2 250 руб. К объявлению о проведении торгов был  приложен образец договора уступки прав (цессии), подлежащий заключению с  победителем торгов (том 1, листы дела 17-19).  

23.05.2019 ответчик от имени ПК «Градиент» заключил с истцом, как с  победителем указанных торгов, договор уступки прав требования (цессии) (далее –  договор уступки прав), по условиям которого к истцу перешло право требования к  ИП ФИО5 на сумму 286 110 руб. (том 1, лист дела 20).  

В пункте 1.1 договора уступки прав было указано, что цедент уступает, а  цессионарий принимает право требования (дебиторская задолженность) к ИП ФИО5 на сумму 286 110 руб. (дебиторская задолженность), на момент подведения итогов  торгов ИП ФИО5 перед ПК «Градиент» погашено 71 951 руб. 61 коп. или 25,5%  об общей суммы права требования 286 110 руб. Остаток передаваемых прав составляет  214 158 руб. 39 коп.  

Пунктом 2.1 договора уступки прав установлено, что с учетом погашения части  задолженности стоимость утопленного права требования к должнику составляет  33 682 руб. 50 коп. (25,15% от 45 000 руб.), НДС нет.  

23.05.2019 платежным поручением № 150345 ФИО3 перечислил  31 532 руб. 50 коп. в пользу ПК «Градиент» в оплату по договору уступки прав (том 1,  лист дела 26) дополнительно к задатку в сумме 2 250 руб. (том 1, лист дела 25).  

По словам ФИО2, 25.05.2019 на официальную почту судебных  приставов (mail@r89fssprus.ru) было направлено уведомление о состоявшейся уступке  права требования к ИП ФИО5 (том 2, лист дела 32).  

03.06.2019 ФИО3 обратился в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого  автономного округа в рамках дела № А81-6355/2017 с заявлением об осуществления  процессуального правопреемства в виде замены ПК «Градиент» на его правопреемника  ФИО3  

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от  21.06.2019 по делу № А81-6355/2017 заявление ФИО3 удовлетворено,  произведено процессуальное правопреемство в виде замены ПК «Градиент» на его  

правопреемника Юдина М.Г., указано, что взыскателем по исполнительному листу  серия ФС № 020803040 следует считать Юдина М.Г.  

24.06.2019 истец направил копию указанного определения в адрес ОСП по  г. Ноябрьску УФССП по ЯНАО, письмо получено последним 02.07.2019 (том 1, листы  дела 22-23).  

В то же время исполнительное производство № 5744/18/89006-ИП было  окончено 10.09.2019 в связи с фактическим исполнением требований исполнительного  документа в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 47 Федерального закона от  02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Закон № 229-ФЗ),  взысканные денежные средства перечислены в полном объеме ПК «Градиент», как  взыскателю по исполнительному производству, что подтверждается постановлением об  окончании исполнительного производства № 89006/19/354259 от 10.09.2019 (том 1, лист  дела 24), полученным истцом 23.03.2020 в ответ на запрос от ОСП по городу Ноябрьску.  

Из указанного постановления следует, что денежные средства перечислялись на  счет ПК «Градиент» в период с 20.03.2018 по 28.08.2019.  

В сводке по исполнительному производству от 21.07.2023 ОСП по г. Ноябрьску  указано, что 27.08.2019 поступил судебный акт о правопреемстве, при этом последний  платеж был направлен на расчетный счет ПК «Градиент» 28.08.2019 (том 2, листы дела  7-8).  

08.08.2019 ФИО3 ФИО2 ценным письмом с описью, трек-номер  отправления 42400438001253, была направлена претензия о возврате денежных средств  в размере 63 229 руб. 18 коп., взысканных в рамках исполнительного производства   № 5744/18/89006-ИП от 18.01.2018, как ошибочно перечисленных ПК «Градиент», а не  ФИО3, с просьбой предоставить оригинал договора, акта приема-передачи.  

12.08.2020 ФИО3 в адрес ФИО2 была повторно направлена  претензия о возврате денежных средств уже в размере 214 158 руб. 39 коп. (том 1, листы  дела 27-29).  

В ответ на претензию ФИО2 11.09.2020 направил ценным письмом с  описью трек-номер отправления 62500049266448, ФИО3 сообщение о том, что  денежные средства будут возвращены истцу в соответствии с очередностью,  предусмотренной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, согласно которому  требования кредиторов по текущим платежам, относящимся к одной очереди,  удовлетворяются в порядке календарной очередности (том 1, лист дела 30).  

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от  05.11.2020 по делу № А81-4030/2015 конкурсное производство, проводимое в  отношении ПК «Градиент», было завершено, 14.12.2020 в Единый государственный  реестр юридических лиц внесена запись о ликвидации данного юридического лица  вследствие банкротства.  

Однако денежные средства в размере 214 158 руб. 39 коп. ПК «Градиент» в лице  ФИО2 истцу возвращены не были.  

В связи с изложенным ФИО3 считает, что действиями ФИО2 по  принятию от ИП ФИО5 денежных средств в рамках исполнительного  производства № 5744/18/89006-ИП в счет погашения дебиторской задолженности,  реализованной в деле о банкротстве ПК «Градиент» ФИО3, последнему были  причинены убытки в размере 214 158 руб. 39 коп., которые подлежат взысканию в его  пользу с ФИО2  

Возражая против удовлетворения требований ФИО3, ФИО2  указывал, что им своевременно (25.05.2019) на официальную электронную почту  службы судебных приставов было направлено уведомление о состоявшейся уступке  прав требований к ИП ФИО5 в пользу ФИО3, возможность возврата  денежных средств, поступивших на расчетный счет должника, ОСП по г. Ноябрьску  

или непосредственно Юдину М.Г. у Насырова Ф.З. отсутствовала, денежные средства  были распределены им в порядке пункта 2 статьи 134 Закона о банкротстве.  

Удовлетворяя требования ФИО3 частично, суд первой инстанции исходил  из того, что 23.05.2019 между ПК «Градиент» в лице ФИО2 и ФИО3  был заключен договор уступки прав, предметом которого явилось требование  (дебиторская задолженность) к ИП ФИО5 на сумму 286 110 руб.  

В силу положений статьей 382, 384, 388 ГК РФ, условий указанного договора с  23.05.2019 (дата оплаты уступленного права ФИО3) произошло правопреемство  в соответствующих материальных правоотношениях.  

Учитывая признак обязательности вступившего в законную силу судебного акта  и выданного на его основании исполнительного документа, сам по себе факт  направления ФИО2 уведомления об уступке прав требования в пользу  ФИО3 в адрес ОСП по г. Ноябрьску не имел правового значения для последнего,  поскольку не свидетельствовал о наличии оснований для прекращения совершения  судебным приставом-исполнителем исполнительных действий в рамках  исполнительного производства № 5744/18/89006-ИП, а также для направления  поступающих от дебитора в его рамках денежных средств в адрес ФИО3, а не  ПК «Градиент». О таких основаниях мог свидетельствовать только принятый  арбитражным судом в рамках дела № А81-6355/2017 судебный акт о процессуальном  правопреемстве.  

При этом в силу положений Закона № 229-ФЗ ФИО3, не обладавший  статусом участника исполнительного производства, не имел возможности до принятия  судом определения о процессуальном правопреемстве обращаться с ходатайствами о  приостановлении исполнительного производства или иным образом влиять на  перечисление средств в рамках исполнительного производства № 5744/18/89006-ИП.  

Согласно материалам дела в период с даты размещения ФИО2  объявления о проведении торгов по реализации дебиторской задолженности  ИП ФИО5 (07.04.2019) до даты принятия арбитражным судом определения о  процессуальном правопреемстве (21.06.2019) на расчетный счет ПК «Градиент»  поступили денежные средства по платежным поручениям № 101053 от 05.04.2019 в  размере 3 624 руб. 27 коп., № 126666 от 17.04.2019 в размере 8 345 руб. 83 коп.,   № 151345 от 25.04.2019 в размере 6 603 руб. 08 коп., № 159483 от 26.04.2019 в размере  03 коп., № 175452 от 07.05.2019 в размере 13 920 руб., № 188303 от 14.05.2019 в  размере 32250 руб., № 196812 от 16.05.209 в размере 01 коп., № 227437 от 27.05.2019 в  размере 6603 руб. 08 коп., № 244257 от 29.05.2018 в размере 15 232 руб. 59 коп. (том 2,  листы дела 53-60, 63-72).  

Исходя из положений Закона о банкротстве, пунктов 1, 3 постановления Пленума  ВАС РФ от 06.06.2014 № 36 «О некоторых вопросах, связанных с ведением кредитными  организациями банковских счетов лиц, находящихся в процедурах банкротства» (далее  – Постановление № 36), статьи 855 ГК РФ, положения Банка России от 29.06.2021 №  762-П «О правилах осуществления перевода денежных средств», кредитная  организация исполняет предъявленные к оплате платёжные документы (производит  списание документов картотеки по счёту) в очерёдности, установленной статьёй 134  Закона о банкротстве, при этом требования кредиторов по текущим платежам,  относящиеся к одной очереди, удовлетворяются в порядке календарной очерёдности  (календарная очерёдность определяется исходя из момента поступления расчётного  документа в банк).  

При этом по смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 4 Постановления   № 36, контроль за соблюдением правил Закона о банкротстве, указанных в пунктах 1 и  3 данного постановления, конкурсным управляющим при распоряжении им счетами  должника кредитная организация не осуществляет; ответственность за их соблюдение  

несёт сам управляющий, с которого при их нарушении могут быть взысканы  соответствующие убытки (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), в том числе по  требованию кредитора по текущим платежам.  

Пунктом 6 статьи 142 Закона о банкротстве предусмотрено, что в случае наличия  рассматриваемых в арбитражном суде (суде) на момент начала расчетов с кредиторами  соответствующей очереди разногласий между конкурсным управляющим и кредитором  по заявленному требованию кредитора конкурсный управляющий обязан  зарезервировать денежные средства в размере, достаточном для пропорционального  удовлетворения требований соответствующего кредитора.  

Суд первой инстанции указал, что ФИО2 в момент подписания договора  уступки с ФИО3 было известно о систематическом поступлении денежных  средств в рамках исполнительного производства № 5744/18/89006-ИП (денежные  средства поступали 04.04.2018, 27.02.2019, 05.04.2019, 17.04.2019, 25.04.2019,  26.04.2019, 07.05.2019, 14.05.2019, 16.05.2019), об изменении предмета торгов в сторону  уменьшения суммы, в связи с чем, действуя разумно и осмотрительно, он должен был  принять меры по созданию правовой определенности для сторон сделки относительно  предмета торгов и договора, в том числе путем обращения в суд с заявлением о  приостановлении исполнительного производства (статья 39 Закона № 244-ФЗ), отозвать  исполнительный лист из службы судебных приставов-исполнителей по согласованию с  победителем торгов ФИО3, что им сделано не было.  

При этом в период с 23.05.2019 (дата заключения договора уступки прав) до  21.06.2019 (дата принятия арбитражным судом определения о процессуальном  правопреемстве в деле № А81-6355/2017) только ФИО2, как конкурсный  управляющий взыскателя по исполнительному производству № 5744/18/89006-ИП и  лицо, контролирующее состояние расчетного счета ПК «Градиент», получающий  своевременно информацию о поступающих на его счет средствах от службы судебных  приставов-исполнителей, мог и должен был совершить действия по предотвращению  принятия ПК «Градиент» не причитающихся ему платежей в рамках исполнительного  производства № 5744/18/89006-ИП.  

Понимая правовые последствия принятия данных денежных средств, не  являющихся имуществом должника (неосновательное обогащение), ФИО2 мог  предвидеть возникновение разногласий с победителем торгов ФИО7 и  зарезервировать соответствующие средства, что им сделано не было.  

С учетом изложенного суд первой инстанции заключил, что ФИО2  было допущено неправомерное бездействие по непринятию мер по предотвращению  поступления средств по исполнительному производству № 5744/18/89006-ИП в пользу  ПК «Градиент» в сумме 214 158 руб. 39 коп., которое привело к причинению истцу  убытков.  

В то же время суд первой инстанции принял во внимание, что в соответствии с  пунктом 1 статьи 404 ГК РФ суд вправе уменьшить размер ответственности должника,  если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера  убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не  принял разумных мер к их уменьшению.  

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений  Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение  обязательств», должник вправе предъявить возражения относительно размера  причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог  уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).  

Суд первой инстанции посчитал, что с учетом открытости информации о ведении  исполнительного производства № 5744/18/89006-ИП, приобретения на торгах  

дебиторской задолженности в размере меньшем, чем было заявлено в объявлении, истец  обладал информацией о проведении мероприятий по принудительному взысканию  задолженности с ИП Павловой Л.В. в рамках данного исполнительного производства.  

Довод истца о том, что информация о нахождении исполнительного лица в  службе судебных приставов-исполнителей не была до него доведена (была сокрыта  ФИО2) как при заключении договора, так и позднее, суд признал  несостоятельным.  

В то же время последствия бездействия осведомленного покупателя права  (требования) (ФИО3) по неосуществлению запроса дополнительных сведений  относительно судьбы предмета торгов является предпринимательским риском  покупателя, ответственность за который не может быть возложена на ответчика.  

Копия определения о процессуальном правопреемстве была направлена ФИО3 24.06.2019 в адрес ОСП по г. Ноябрьску УФССП по ЯНАО по почте.  

Далее ответчик направил в адрес ФИО2 претензию от 08.08.2019, из  которой следует, что ФИО3 известно об изменении остатка долга, так, указано:  «Остаток долга, согласно сайту ФССП в исполнительном производстве   № 5744/18/89006-ИП от 18.01.2018 по исполнительному листу от 26.12.2017   № ФС 020803040, возбужденном в отношении ФИО5 равен  150 929 руб. 21 коп.».  

Между тем, обладая данной информацией, ФИО3 не совершил действий по  минимизации убытков, не обратился в службу судебных приставов-исполнителей  повторно, что не являлось разумным.  

В связи с этим суд первой инстанции заключил, что, принимая во внимание  указанные выше обстоятельства, а также возможность истца самостоятельно  своевременно, в том числе и путем направления заявления о процессуальном  правопреемстве в ОСП по г. Ноябрьску УФССП по ЯНАО на электронную почту  подразделения, после 21.06.2019 (дата принятия арбитражным судом определения о  процессуальном правопреемстве в деле № А81-6355/2017), повлиять на перечисление  денежных средств в пользу ПК «Градиент», размер подлежащих взысканию с  ФИО2 в пользу ФИО3 убытков должен быть уменьшен на основании  пункта 1 статьи 404 ГК РФ.  

Суд первой инстанции посчитал, что поскольку в период с 23.05.2019 (с даты  заключения договора уступки прав) до 21.06.2019 (дата принятия арбитражным судом  определения о процессуальном правопреемстве в деле № А81-6355/2017) ответчик  должен был совершить активные действия по пресечению поступления от  реализованной дебиторской задолженности (или зарезервировать средства на счете), то  бездействие последнего привело к убыткам истца в размере 21 825 руб. 77 коп.  (денежные средства, поступившие в период с 23.05.2019 по 21.06.2019 по платежным  поручениям № 227437 от 27.05.2019, № 244257 от 29.05.2019 (том 2, листы дела 61-62)).  

В остальной части заявление ФИО3 признано судом первой инстанции не  подлежащим удовлетворению, поскольку истцом не предприняты разумные (ожидаемые  от обычного покупателя дебиторской задолженности) меры по минимизации  собственных потерь, связанных с рисками несвоевременного извещения службы  судебных приставов-исполнителей о состоявшейся уступке.  

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции  соглашается с выводом суда первой инстанции о допущении ФИО2  незаконного бездействия, выразившегося в непринятии мер по предотвращению  поступления денежных средств от должника по исполнительному производству   № 5744/18/89006-ИП ИП ФИО5 в рамках последнего в пользу ПК «Градиент»,  которое привело к причинению ФИО3 убытков в размере соответствующих  денежных сумм, которые причитались ему в связи с заключением 23.05.2019  

Насыровым Ф.З. от имени ПК «Градиент» с истцом договора уступки права требования  к ИП Павловой Л.В.  

Как верно указал суд первой инстанции, в силу положений статьей 382, 384, 388  ГК РФ, условий договора уступки прав с 23.05.2019 (дата оплаты уступленного права  ФИО3) произошло правопреемство в соответствующих материальных  правоотношениях, право (требование) к ИП ФИО5 в размере 214 158 руб. 39  коп. перешло от ПК «Градиент» к ФИО3, по состоянию на данную дату  соответствующие денежные суммы подлежали уплате дебитором ФИО3, а не  ПК «Градиент».  

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017  N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса  Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" по смыслу  пункта 1 статьи 382, пункта 1 статьи 389.1, статьи 390 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее - ГК РФ) уступка требования производится на основании  договора, заключенного первоначальным кредитором (цедентом) и новым кредитором  (цессионарием) (далее - договор, на основании которого производится уступка).  

В силу статьи 421 ГК РФ такой договор между цедентом и цессионарием может  являться договором, предусмотренным законом или иными правовыми актами,  смешанным договором или договором, который не предусмотрен законом или иными  правовыми актами.  

Например, уступка требования может производиться на основании  предусмотренных ГК РФ договора продажи имущественного права (пункт 4 статьи 454  ГК РФ) или договора дарения (пункт 1 статьи 572 ГК РФ).  

Приобретение дебиторской задолженности на торгах осуществляется на  основании договора продажи имущественного права (пункт 4 статьи 454 ГК РФ) вне  зависимости от того, поименован договор таким образом, или нет.  

Поэтому отношения сторон регулируются параграфом 1 главы 30 ГК РФ, если  иное не вытекает из содержания или характера реализуемых имущественных прав.  

Основной обязанностью продавца имущественного права является передача  этого имущественного права покупателю (пункт 1 статьи 456 ГК РФ).  

То есть основной обязанностью ПК «Градиент» в лице конкурсного  управляющего ФИО2 по договору уступки прав, исходя из его предмета,  являлась передача ФИО3 именно того права требования (права требования того  размера), на которое (на размер которого) содержалось указание в пункте 1.1 договора  уступки прав.  

В связи с этим на добросовестно действующего ФИО2, как на  конкурсного управляющего ПК «Градиент», возлагалась обязанность принять все  зависевшие от него меры, направленные на обеспечение получения ФИО3  приобретенного им на торгах в деле о банкротстве ПК «Градиент» права требования к  ИП ФИО5 в размере, указанном в объявлении о проведении торгов, и, уж как  минимум, в договоре уступки прав.  

А при невозможности такой передачи на дату заключения и исполнения  соответствующего договора (которая в настоящем случае была обусловлена частичным  исполнением дебитором своего обязательства в исполнительном производстве   № 5744/18/89006-ИП в период проведения торгов, заключения и исполнения договора  уступки) ФИО2 надлежало принять все доступные ему меры, направленные на  обеспечение получения ФИО3 именно той экономической выгоды, на которую  было направлено приобретение им соответствующего права требования к  ИП ФИО5 в деле о банкротстве ПК «Градиент».  

В данном случае основная обязанность продавца (должника в лице ФИО2) исполнена им не была.  

С учетом специфики товара в данном случае обязанность по передаче товара не  ограничивалась подписанием договора уступки права требования, но должна была  сопровождаться действиями продавца, исключающими получение исполнения в свою  пользу или обеспечивающими сохранность частичного гашения с целью последующей  передачи покупателю требования.  

Ни те, ни другие действия в условиях возбужденного исполнительного  производства по реализованному требованию управляющим совершены не были.  

Передача товара, по существу, не состоялась. 

Формально передав право требования по договору, продавец фактически  продолжал получать исполнение по нему до полного погашения долга.  

Поэтому покупатель был вправе требовать от продавца неосновательное  обогащение в виде полученного в обход договора и/или убытки в этом же. В данном  случае конкурирующая квалификация правового значения не имеет.  

С учетом изложенного несостоятельны доводы ответчика о том, что у него  отсутствовала обязанность принимать меры по предотвращению поступления от  ИП ФИО5 денежных средств в рамках исполнительного производства   № 5744/18/89006-ИП во время и после заключения им от имени ПК «Градиент»  договора уступки (цессии) от 23.05.2019 с ФИО3 в пользу ПК «Градиент» либо  по передаче денежных средств, поступивших ПК «Градиент» от ИП ФИО5 в  обозначенных условиях, ФИО3  

При этом из дела следует, судом первой инстанции правильно установлено, что  соответствующие меры ФИО2 приняты не были.  

Так, ФИО2 указывал, что им своевременно (25.05.2019) на официальную  электронную почту службы судебных приставов было направлено уведомление о  состоявшейся уступке прав требований к ИП ФИО5 в пользу ФИО3  

Между тем, как верно заключил суд первой инстанции, учитывая признак  обязательности вступившего в законную силу судебного акта и выданного на его  основании исполнительного документа (статья 16 АПК РФ), сам по себе факт  направления ФИО2 уведомления об уступке прав требования в пользу  ФИО3 в адрес ОСП по г. Ноябрьску о наличии оснований для направления  поступающих от дебитора в его рамках денежных средств в адрес ФИО3, а не  ПК «Градиент», а тем более для прекращения совершения судебным приставом-исполнителем исполнительных действий в рамках исполнительного производства   № 5744/18/89006-ИП, не свидетельствовал.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 52 Закона № 229-ФЗ судебный пристав-исполнитель производит замену стороны исполнительного производства на основании  судебного акта о замене стороны исполнительного производства правопреемником по  исполнительному документу, выданному на основании судебного акта или являющегося  судебным актом.  

Соответственно, как верно указывает ФИО3 в апелляционной жалобе,  судебный пристав-исполнитель начинает производить перечисление денег в пользу  нового кредитора только после получения судебного акта о процессуальной замене  стороны исполнительного производства.  

То есть о наличии оснований для направления поступающих от дебитора в его  рамках денежных средств в адрес ФИО3, а не ПК «Градиент» мог  свидетельствовать только поступивший в службу судебных приставов-исполнителей  принятый арбитражным судом в рамках дела № А81-6355/2017 судебный акт о  процессуальном правопреемстве, который по состоянию на 25.05.2019 отсутствовал.  

В связи с этим уведомление об уступке прав требования в пользу ФИО3,  направленное ФИО2 в адрес ОСП по г. Ноябрьску, не имело для последнего  никакого правового значения.  

Для целей недопущения поступления от ИП Павловой Л.В. денежных средств в  рамках исполнительного производства № 5744/18/89006-ИП во время и после  заключения им от имени ПК «Градиент» договора уступки (цессии) от 23.05.2019 с  Юдиным М.Г. в пользу ПК «Градиент» (в целях предотвращения дальнейшего  незаконного получения последним денежных средств, причитавшихся Юдину М.Г.)  Насырову Ф.З., как верно указывает Юдин М.Г. в апелляционной жалобе, надлежало  направить в службу судебных приставов заявление об отзыве исполнительного листа  либо о прекращении перечисления денежных средств в рамках исполнительного  производства № 5744/18/89006-ИП на основной счет ПК «Градиент» (о замене  реквизитов для перечисления с указанием реквизитов получателя).  

Полагая неразумным соответствующие действия, как создающие риск  прекращения ИП ФИО5 мероприятий по погашению долга, ФИО2 также  имел возможность (более того, был обязан) организовать поступление вносимых ИП  ФИО5 в счет погашения долга денежных средств на специальный счет в деле о  банкротстве ПК «Градиент», зарезервировать такие средства для их последующей  передачи ФИО3 после заключения и исполнения договора уступки прав.  

Доводы ответчика об отсутствии законных оснований для резервирования  признаются судом несостоятельными.  

В соответствии с абзацем пятым пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве, если  на момент начала расчетов с кредиторами третьей очереди конкурсному управляющему  известно о рассмотрении заявления о признании недействительной сделки должника,  направленной на прекращение его обязательства, конкурсный управляющий обязан  зарезервировать денежные средства в размере, достаточном для пропорционального  удовлетворения требований кредиторов той же очереди в отношении данного  требования.  

Исходя из пункта 6 статьи 142 Закона о банкротстве, в случае наличия  рассматриваемых в арбитражном суде (суде) на момент начала расчетов с кредиторами  соответствующей очереди разногласий между конкурсным управляющим и кредитором  по заявленному требованию кредитора конкурсный управляющий обязан  зарезервировать денежные средства в размере, достаточном для пропорционального  удовлетворения требований соответствующего кредитора.  

Суммы процентов по вознаграждению конкурсного управляющего, подлежащие  выплате в соответствии со статьей 20.6 Закона о банкротстве, резервируются на счете  должника и выплачиваются одновременно с окончанием расчетов с кредиторами.  

Указанными нормами права предусмотрена процедура резервирования в случаях,  прямо предусмотренных законом.  

Однако Закон о банкротстве не содержит норм права, устанавливающих запрет  на резервирование конкурсным управляющим составляющих конкурсную массу  должника денежных средств в иных, прямо не предусмотренных законом случаях, когда  такое резервирование отвечает целям процедуры банкротства, необходимо для защиты  прав и законных интересов участвующих в деле и иных лиц.  

При этом конкурсный управляющий обязан обеспечивать прозрачность такого  резервирования, отчитываясь перед конкурсными кредиторами о размерах  зарезервированных им сумм и целях их резервирования, поскольку безмотивное и  непрозрачное резервирование может воспрепятствовать расчетам с кредиторами.  

Так, возможность резервирования для будущих кредиторов после признания  недействительной сделки была признана судебной практикой (пункт 6 Постановления  Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с  оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О  несостоятельности (банкротстве)").  

Возможность применения аналогии при открытии специального счета также  прямо вытекает из сложившейся судебной практики (пункт 40.2 Постановление  Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 N 60 "О некоторых вопросах, связанных с принятием  Федерального закона от 30.12.2008 N 296-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный  закон "О несостоятельности (банкротстве)").  

Согласно опубликованным в открытом доступе Рекомендациям круглого стола  Арбитражного суда Западно-Сибирского округа «По вопросам рассмотрения споров,  связанных с применением законодательства о несостоятельности (банкротстве)»,  (принятым по результатам обсуждения на заседаниях круглого стола, состоявшихся 10  июня 2021 года и 20 августа 2021 года в г. Тюмень) (утв. на заседании Президиума  Арбитражного суда Западно-Сибирского округа 08.10.2021) (в ред. от 23.01.2023)  обязательство должника по возврату неосновательного обогащения для целей  квалификации в качестве текущего платежа считается возникшим с момента  фактического получения денежных средств и подлежит удовлетворению в очередности,  предусмотренной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве только при смешении  денежных средств с конкурсной массой.  

В силах управляющего было предотвратить такое смешение, чтобы денежные  средства, уже не принадлежащие должнику, в конкурсную массу не попали.  

Следовательно, вопреки доводам ФИО2, у него имелась возможность (а с  учетом приведенных выше обстоятельств настоящего спора – обязанность)  зарезервировать поступившие от ИП ФИО5 в исполнительном производстве   № 5744/18/89006-ИП в счет погашения долга денежные средства на специальном счете  ПК «Градиент» с их последующей передачей ФИО3 после заключения и  исполнения договора уступки прав во избежание фактического искажения предмета  торгов и предмета договора уступки прав при исполнении последнего.  

Однако соответствующие мероприятия ФИО2 проведены не были,  вместо этого ФИО2 направил поступившие от ИП ФИО5 в  исполнительном производстве № 5744/18/89006-ИП в счет погашения долга денежные  средства в общей сумме 214 158 руб. 39 коп. в рамках проводимого в отношении него  конкурсного производства на текущие платежи в соответствии с пунктом 2 статьи 134  Закона о банкротстве.  

С учетом изложенного ФИО2 было допущено неправомерное  бездействие по непринятию мер по предотвращению поступления средств по  исполнительному производству № 5744/18/89006-ИП, причитавшихся истцу, в пользу  ПК «Градиент» в сумме 214 158 руб. 39 коп., которое привело к причинению истцу  убытков.  

При этом суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции  пришел к неверному выводу о наличии оснований для уменьшения размера  подлежащих взысканию с ФИО2 в пользу ФИО3 убытков в соответствии  с пунктом 1 статьи 404 ГК РФ по причине непринятия ФИО3 своевременных  разумных (ожидаемых от обычного покупателя дебиторской задолженности) мер по  минимизации собственных потерь, связанных с рисками несвоевременного извещения  службы судебных приставов о состоявшейся уступке.  

Во-первых, покупатель при совершении связанных с покупкой действий не  должен исходить из предпосылки недобросовестности продавца, передающего товар,  или нерасторопности (недобросовестности) судебного пристава.  

Он имеет разумные ожидания, что и продавец и судебный пристав-исполнитель  будут действовать оперативно и добросовестно.  

ФИО3 не являлся стороной исполнительного производства   № 5744/18/89006-ИП (статья 49 Закона № 223-ФЗ), в связи с чем, даже будучи  осведомленным о таковом из открытых источников, на что указывает суд первой  

инстанции в обжалуемом определении, до принятия арбитражным судом определения о  процессуальном правопреемстве в деле № А81-6355/2017 он не имел возможности  самостоятельно обратиться с ходатайством об окончании исполнительного  производства, о замене счета, на который должен производиться платеж или иным  образом влиять на перечисление средств в рамках данного исполнительного  производства.  

На соответствующее обстоятельство сам суд первой инстанции указывает в  обжалуемом определении.  

При этом уже 03.06.2019, то есть непосредственно после оплаты им  приобретенного по договору уступки прав требования к ИП ФИО5 (23.05.2019),  ФИО3 направил в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа в  рамках дела № А81-6355/2017 заявление об осуществления процессуального  правопреемства в виде замены ПК «Градиент» на его правопреемника ФИО3  

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от  21.06.2019 по делу № А81-6355/2017 заявление ФИО3 удовлетворено,  произведено процессуальное правопреемство в виде замены ПК «Градиент» на его  правопреемника ФИО3, указано, что взыскателем по исполнительному листу  серия ФС № 020803040 следует считать ФИО3  

24.06.2019 (то есть в более, чем разумный срок) истец направил копию  указанного определения в адрес ОСП по г. Ноябрьску УФССП по ЯНАО, письмо  получено последним 02.07.2019.  

То есть ФИО3 приняты обычные и своевременные меры, направленные  на осуществление в деле № А81-6355/2017 процессуального правопреемства в виде  замены ПК «Градиент» на ФИО3, а также на уведомление о таковом службы  судебных приставов.  

То обстоятельство, что, несмотря на получение службой судебных приставов  данного уведомления 02.07.2019, судебным приставом-исполнителем не были приняты  меры, обеспечивающие направление поступающих от дебитора в его рамках денежных  средств в адрес ФИО3, а не ПК «Градиент», ФИО3 вменению не подлежит,  как и связанные с этим негативные последствия.  

Какие иные меры, помимо уведомления службы судебных приставов о  состоявшихся уступке и процессуальном правопреемстве, ФИО3 имел возможность  принять для минимизации своих финансовых потерь, но не принял, ФИО2 не  раскрыл и не обосновал, суд первой инстанции в обжалуемом определении не указал.  

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том,  что из дела не усматривается наличие оснований считать ФИО3 действовавшим в  отношениях с ПК «Градиент» по договору уступки прав, в отношениях с  ФИО2 и в рамках исполнительного производства № 5744/18/89006-ИП  неразумно.  

Напротив, из него следует, что все зависевшие от ФИО3 и доступные ему  мероприятия, направленные на предотвращение поступления денежных средств,  внесенных ИП ФИО5 в счет погашения долга в рамках исполнительного  производства № 5744/18/89006-ИП, ПК «Градиент» вместо ФИО3, во время и  после заключения им от имени ПК «Градиент» договора уступки (цессии) от 23.05.2019,  были им приняты.  

Следовательно, оснований полагать, что ФИО3 были совершены  действия (бездействие), которые привели к увеличению возникших на его стороне в  связи с установленным выше бездействием ФИО2 убытков, вопреки выводам  суда первой инстанции, не имеется.  

А потому отсутствуют основания для уменьшения размера подлежащих  взысканию с Насырова Ф.З. в пользу Юдина М.Г. убытков в соответствии с пунктом 1  статьи 404 ГК РФ.  

С учетом изложенного с ФИО2 в пользу ФИО3 подлежат  взысканию убытки в сумме 214 158 руб. 39 коп.  

То обстоятельство, что образованию на стороне ФИО3 данных убытков  могло способствовать непринятие судебным приставом-исполнителем мер,  обеспечивающих направление поступающих от дебитора в рамках исполнительного  производства № 5744/18/89006-ИП денежных средств в адрес ФИО3, а не  ПК «Градиент», после поступления в адрес ОСП по г. Ноябрьску УФССП по ЯНАО  02.07.2019 письма ФИО3 с копией определения Арбитражного суда Ямало- Ненецкого автономного округа от 21.06.2019 по делу № А81-6355/2017 о  процессуальном правопреемстве, об отсутствии оснований для их взыскания с  ФИО2 не свидетельствует.  

Так, в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017   № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника  лиц к ответственности при банкротстве», подлежащем применению в настоящем споре  по аналогии, разъяснено, что если несколько контролирующих должника лиц  действовали независимо друг от друга и действий каждого из них было достаточно для  наступления объективного банкротства должника, названные лица несут субсидиарную  ответственность солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

В данном случае ФИО2 имел возможность предотвратить возникновение  убытков на стороне истца, обеспечив резервирование денежных средств для их  последующей передачи покупателю требования и/или отозвав исполнительный лист,  и/или изменив реквизиты платежа.  

Этих действий было бы достаточно для предотвращения убытков.  

А потому даже при наличии оснований ответственности судебного пристава- исполнителя (если они имеются и если они будут установлены в отдельном споре),  ФИО2 также солидарно несет ответственность перед истцом.  

При этом согласно пункту 1 статьи 322 ГК РФ при солидарной обязанности  должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно,  так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.  

Согласно доводам ФИО2 ФИО3 пропущен срок исковой  давности обращения в арбитражный суд с настоящим заявлением.  

В абзаце 2 пункта 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах,  связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что после завершения  конкурсного производства либо прекращения производства по делу о банкротстве  требования о возмещении упомянутых убытков, если они не были предъявлены и  рассмотрены в рамках дела о банкротстве, могут быть заявлены в общеисковом порядке  в пределах оставшегося срока исковой давности.  

При этом общий срок исковой давности составляет три года со дня,  определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ (пункт 1 статьи 196 ГК РФ).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное,  течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было  узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску  о защите этого права.  

На основании пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом  только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.  

Из разъяснений, изложенных в пункте 15 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с  

применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой  давности», следует, что истечение срока исковой давности является самостоятельным  основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет  установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии  заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать  в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных  обстоятельств дела.  

По мнению ФИО2, о наличии оснований для обращения в арбитражный  суд с настоящим заявлением ФИО3 знал, по крайней мере, по состоянию на  08.08.2019 – дату направления им в адрес ФИО2 претензии о возврате  денежных средств, взысканных в рамках исполнительного производства   № 5744/18/89006-ИП от 18.01.2018, как ошибочно перечисленных ПК «Градиент», а не  ФИО3, в то же время с настоящим заявлением ФИО3 обратился в суд  13.01.2023, то есть с пропуском трехлетнего срока исковой давности.  

Между тем в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда РФ от 29.01.2018 № 310-ЭС17-13555 по делу № А14-3727/2016, от  19.11.2018 № 301-ЭС18-11487 по делу № А79-7505/2010 указано, что по общему  правилу пункта 1 статьи 200 ГК РФ начало течения срока исковой давности зависит,  прежде всего, от того, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении права.  

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для  защиты права по иску лица, право которого нарушено (далее - потерпевшего).  Следовательно, исковая давность не может течь до появления у потерпевшего права на  иск, а право на иск не возникает ранее момента, в который истец должен был узнать о  нарушении ответчиком защищаемого этим иском права.  

Появление у потерпевшего права на иск закон связывает с реальной или  потенциальной осведомленностью этого лица о нарушении своего права и о  надлежащем ответчике по иску о защите этого права. С этого момента согласно пункту  1 статьи 200 ГК РФ по общему правилу начинает течь срок исковой давности.  

Следовательно, для правильного определения начала течения срока исковой  давности необходимо, в том числе определить, какое именно право обращающегося за  судебной защитой лица нарушено в том или ином случае.  

Моменты получения истцом (заявителем) информации об определенных  действиях ответчика и о нарушении этими действиями его прав могут не совпадать.  При таком несовпадении исковая давность исчисляется со дня осведомленности истца  (заявителя) о негативных для него последствиях, вызванных поведением нарушителя.  

Кроме того, по общему правилу убытки могут быть взысканы в судебном порядке  при одновременной доказанности потерпевшим наличия убытков, противоправности  поведения причинителя убытков, причинной связи между содеянным и возникшими  убытками. Отсутствие одного из указанных элементов не дает потерпевшему право на  иск в материальном смысле, иск для него становится заведомо бесперспективным.  

В связи с этим Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда  РФ в приведенных выше определениях сделан вывод о том, что начало течения срока  исковой давности по иску о взыскании убытков с лица, исполнявшего обязанности  арбитражного управляющего в деле о банкротстве, в связи с неправомерным  расходованием им конкурсной массы определяется моментом получения заявителем  такого иска сведений о недостаточности оставшейся конкурсной массы должника для  погашения его требований в размере таких убытков.  

В настоящем случае о невозможности погашения его требования к  ПК «Градиент» в размере 214 158 руб. 39 коп. за счет имущества указанного  кооператива ФИО3 узнал не ранее завершения определением Арбитражного суда  Ямало-Ненецкого автономного округа от 05.11.2020 по делу № А81-4030/2015  

проводимого в отношении ПК «Градиент» конкурсного производства, после которого  14.12.2020 ПК «Гралиент» был ликвидирован.  

С учетом того, что ФИО3 обратился в арбитражный суд с настоящим  заявлением 13.01.2023, срок исковой давности им пропущен не был.  

Согласно пункту 4 части 1 статьи 270 АПК РФ нарушение или неправильное  применение норм материального права является основанием для отмены судебного акта  суда первой инстанции.  

Решение Арбитражного суда Тюменской области от 14.09.2023 по делу № А70752/2023 подлежит отмене.  

Апелляционная жалоба ФИО3 подлежит удовлетворению, апелляционная  жалоба ФИО2 удовлетворению не подлежит.  

В связи с удовлетворением апелляционной жалобы ФИО3 в соответствии  со статьей 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины в связи с ее  рассмотрением судом апелляционной инстанции относятся на ФИО2, то есть с  ФИО2 в пользу ФИО3 подлежат взысканию расходы по оплате  государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 3 000 руб.  

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 269, пунктом 4  части 1, частью 3 статьи 270, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11657/2023) ФИО3 удовлетворить.  

Решение Арбитражного суда Тюменской области от 14 сентября 2023 года по  делу № А70-752/2023 (судья Целых М.П.), принятое по заявлению ФИО3 (ИНН 

<

***>) к арбитражному управляющему ФИО2 (ИНН 

<

***>) о взыскании убытков, отменить.  

Принять новый судебный акт. Заявление ФИО3 удовлетворить. 

Взыскать с ФИО2 (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО3 (ИНН 

<

***>) убытки в размере 214 158 руб. 39 коп., а  также 7 283 руб. расходов по оплате госпошлины при подаче иска и 3 000 руб. расходов  по оплате госпошлины при подаче апелляционной жалобы.  

В удовлетворении апелляционной жалобы (регистрационный номер 08АП- 11403/2023) арбитражного управляющего ФИО2 отказать.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть  обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно- Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления  в полном объеме.  

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после  поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.  

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной  в установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление  о выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного  апелляционного суда.  

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан  усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам,  участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте  

арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в  режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.  

Информация о движении дела может быть получена путем использования  сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».  

Председательствующий О.В. Зорина  

Судьи Е.В. ФИО8 Дубок