ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-58136/2023

04 декабря 2023 года

г. Санкт-Петербург

Постановление изготовлено в полном объеме  04 декабря 2023 года

Судья Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  Смирнова Я.Г.

 

рассмотрев без вызова сторон апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-34298/2023)  общества с ограниченной ответственностью «Стилес»  на решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.09.2023 по делу № А56-58136/2023, принятое

по иску некоммерческой организации «Фонд-региональный оператор капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах»

к  обществу с ограниченной ответственностью «Стилес»

о взыскании,

установил:

Некоммерческая организация «Фонд-региональный оператор капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах» (истец, Фонд) обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Стилес» (ответчик, ООО «Стилес») о взыскании 78 112,25 рублей неустойки по договору от 05.05.2021 № 1-459/Б/КР/2021. 

Дело рассмотрено в порядке упрощенного производства на основании статей 226 – 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.09.2023 иск удовлетворен.

В апелляционной жалобе ответчик, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование заявленной позиции указано на то, что в ходе обследования крыши и подготовки к проведению работ по указанному адресу было установлено, что сложность крыши установлена ниже фактической.

Суд не применил нормы, подлежащие применению, в частности статьи 401, 405, 716, 718, 719 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку у подрядчика имелись основания для переноса начала производства работ ввиду нарушения заказчиком срока предоставления разрешительных документов для производства работ.

Кроме того, ответчик возражает по выводу суда о том, что требование истца возникло после введения моратория, договор заключен 05.05.2021; полагает, что к сумме неустойки следовало также применить положения 333 статьи Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отзыв на апелляционную жалобу не представлен.

Законность и обоснованность решения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела,  между некоммерческой организацией «Фонд – региональный оператор капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах» (Фонд, Заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «СТИЛЕС» (Общество, Подрядчик) заключен договор от 05.05.2021 №1-459/Б/КР/2021 на оказание услуг и (или) выполнение работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирных домах (далее – Договор) согласно перечню объектов, указанных в Приложении № 1 к Договору, в том числе в многоквартирном доме, расположенном по адресу: Загородный пр., д. 64 литера А (ремонт крыши).

В соответствии с пунктом 2.1. Договора в редакции дополнительного соглашения от 29.12.2021 (далее – «ДС от 29.12.2021») сроки начала и окончания выполнения отдельных видов работ по каждому объекту, технологических этапов по объектам определяются Графиком выполнения работ согласно Приложению №4 к Договору (далее – График). Из преамбулы Графика в редакции ДС от 29.12.2021 следует, что начало выполнения работ следует считать с момента подписания акта передачи объекта для выполнения работ.

Объект 13.05.2021 был передан Подрядчику для выполнения работ по капитальному ремонту общего имущества, что подтверждается соответствующим актом передачи объекта для производства работ по капитальному ремонту. 

В ходе производства работ по капитальному ремонту крыши Объекта у Подрядчика по состоянию на 27.10.2022 образовалась просрочка окончания технологических этапов, предусмотренных Графиком в редакции ДС от 29.12.2021. Срок окончания выполнения работ на Объекте в соответствии с Графиком составляет 68 недель и приходится на 01.09.2022.

Согласно пункту 2.2. Договора датой окончания выполнения работ на объекте по виду работ считается дата подписания акта приемки оказанных услуг и (или) выполненных работ по капитальному ремонту (далее – Акт о приемке в эксплуатацию).

В соответствии с подп. 2.1.15. Графика Подрядчик должен завершить технологический этап «Приемка объекта в эксплуатацию» по адресу: Загородный пр., д. 64 литера А, по истечении 68 недель, то есть в срок до 01.09.2022 включительно.

В обоснование исковых требований истец указал, что по состоянию на 27.10.2022 Акт о приемке в эксплуатацию Объекта не подписан, таким образом, Подрядчиком нарушен срок окончания выполнения технологического этапа «Приемка объекта в эксплуатацию», предусмотренного подп. 2.1.15. Графика, за период с 02.09.2022 по 27.10.2022 включительно в количестве 56 календарных дней.

Ордер на производство плановых работ, выдаваемый Государственной административно-технической инспекцией (далее – «Ордер ГАТИ»), и разрешение на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия регионального значения, выдаваемое Комитетом по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры (далее – «Разрешение КГИОП»), в соответствии с Графиком должны быть получены в течение 6 недель с начала выполнения работ, то есть не позднее 24.06.2021.

Ордер ГАТИ №К-3022/2021 был получен 19.07.2021, производство работ разрешено с 19.07.2022 по 15.10.2021. Разрешение КГИОП №01-53-1353/21-0-1 было получено 18.06.2021.

Таким образом, с учётом того Ордер ГАТИ №К-3022/2021 был получен 19.07.2021, просрочка установленного Графиком срока, возникшая не по вине Подрядчика, за период с 25.06.2021 по 19.07.2021 включительно составляет 25 календарных дней. 

Исходя из вышеизложенного, просрочка окончания выполнения вида работ и технологического этапа «Приемка объекта в эксплуатацию» по причине ненадлежащего исполнения Подрядчиком условий Договора составляет 31 календарный день (рассчитано по формуле: 56 календарных дней (просрочка окончания выполнения вида работ) – 25 календарных дней (просрочка получения ордера ГАТИ) = 31 календарный день).

В соответствии с пунктом 11.4. Договора за нарушение Подрядчиком сроков окончания проведения основных (технологических) этапов выполнения работ, установленных Графиком, он уплачивает Заказчику штраф в размере 1% от стоимости вида работ за каждый факт просрочки., но не менее 1/130 действующей на день уплаты пеней ставки рефинансирования ЦБ РФ от стоимости соответственно вида или этапа работ, сроки по которому нарушены. 

Стоимость работ по ремонту крыши по адресу: Загородный пр., д. 64 литера А в соответствии с Приложением № 2 к Договору составляет 7 811 225,45 рублей. 

Заказчик начислил Подрядчику штраф за нарушение сроков окончания проведения основных этапов выполнения работ по Договору в размере 78 112,25 рублей, о взыскании которой ввиду неудовлетворения своих требований в претензионном порядке, обратился в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области. 

Суд первой инстанции требования удовлетворил.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены судебного акта ввиду следующего.

Согласно статье 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы (пункт 1 статьи 708 ГК РФ). 

В соответствии со статьей 330 Гражданского кодекса Российской Федерации  неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Вопреки доводу жалобы, позиция ответчика о том, что сложность работ не была учтена, следовательно, сроки выполнения обязательств увеличены, была учтена судом первой инстанции.

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. Таким образом, Общество как лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, несет ответственность за нарушения обязательств по Договору вне зависимости от вины. 

Как следует из материалов дела, ООО «Стилес» письмом от 25.06.2022 № 516уведомило Заказчика об увеличении сложности и объемом работ по сравнению с установленными в Договоре. Согласно письму НО «Фонд-региональный оператор капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах» 2-37690/21 от 20.07.2022,  Заказчик признал факт того, что ремонтируемая кровля относится к сложным кровлям (изначально была отнесена к кровлям средней сложности), а также то, что объем необходимых работ больше определенного при заключении Договора.

Таким образом, при заключении договора и согласовании сроков производства работ, Заказчиком были предоставлены данные не соответствующие фактическим обстоятельствам, что повлекло за собой увеличение сложности и времени производимых работ. На основании изложенного ответчик полагает, что просрочка произошла не по его вине. 

В письме от 25.06.2022 № 516 Подрядчик просил Заказчика организовать комиссию для определения возможности внесения изменений в сметную документацию в части сложности крыши. В ответном письме от 20.07.2021 Фонд принял предложение по созыву комиссии для определения объема работ. Стороны 29.12.2021 заключили дополнительное соглашение к Договору, в котором, в частности, изменили сроки выполнения работ. Таким образом, обстоятельства увеличения объема работ были приняты Заказчиком во внимание. 

При этом, суд из представленных в материалы дела доказательств не усмотрел оснований для освобождения Подрядчика от ответственности за нарушение обязательства по выполнению работ в установленный срок, поскольку Общество не доказало факт нарушения встречных обязательств Заказчиком, наличие просрочки кредитора. 

В соответствии с пунктом 11.4. Договора за нарушение Подрядчиком сроков окончания проведения основных (технологических) этапов выполнения работ, установленных Графиком, он уплачивает Заказчику штраф в размере 1% от стоимости вида работ за каждый факт просрочки., но не менее 1/130 действующей на день уплаты пеней ставки рефинансирования ЦБ РФ от стоимости соответственно вида или этапа работ, сроки по которому нарушены. Однако стороны в Договоре и Приложениях к нему не определили стоимость отдельных видов или этапов работ. Расчет стоимости (Приложение № 2 к Договору) произведен исключительно по объектам выполнения работ. Кроме того, Заказчик начислил Подрядчику неустойку за нарушение сдачи результата работ в эксплуатацию, что по своей сути означает нарушение конечного срока выполнения работ по объекту. При таких обстоятельствах суд счел правомерным расчет Заказчиком неустойки от общей стоимости Договора по ремонту крыши по адресу СПб, Загородный пр., д. 64. Довод ответчика правомерно отклонен. 

При рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчик просил отказать в требованиях, ссылаясь на действие моратория на начисление неустойки, установленного Постановлением N497.

Указав, что требование о взыскании неустойки возникло после введения данного моратория и является текущим требованием, суд первой инстанции пришел к выводу о неприменении в данном случае указанного моратория.

В соответствии с пунктом 1 Постановления N 497 введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей. Данное постановление вступает в силу со дня его официального опубликования и действует в течение 6 месяцев (с 01.04.2022 до 01.10.2022).

Согласно подпункту 2 пункта 3 статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) на срок действия моратория в отношении должников наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым - десятым пункта 1 статьи 63 этого Федерального закона, в частности не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 N 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что в соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве на лицо, которое отвечает требованиям, установленным актом Правительства Российской Федерации о введении в действие моратория, распространяются правила о моратории независимо от того, обладает оно признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет.

Исходя из буквального толкования указанного положения, режим моратория применяется только в отношении тех субъектов, которые могут быть должниками по делам о банкротстве (в частности, лиц, указанных в статье 65 ГК РФ).

Об этом свидетельствует и то обстоятельство, что само приостановление начисления финансовых санкций в случае введения моратория применительно к статье 63 Закона о банкротстве обусловлено тем, что при отсутствии моратория начисление указанных санкций могло быть приостановлено вследствие возбуждения дела о банкротстве.

Распространение режима моратория на лиц, не обладающих признаками несостоятельности, предполагает предоставление им тех гарантий, которых они лишились в результате невозможности возбуждения дела о банкротстве. В то же время для лиц, в отношении которых дело о банкротстве не могло быть возбуждено и при отсутствии моратория, подобные гарантии и не существовали, в связи с чем введение моратория не меняет правового положения названных субъектов и не препятствует применению в отношении них финансовых санкций.

Таким образом, предусмотренные пунктом 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве последствия введения моратория, в том числе прекращение начисления неустоек и иных финансовых санкций на требования, возникшие до введения моратория, применяются ко всем категориям должников в Российской Федерации, за исключением лиц, указанных в пункте 2 Постановления N 497, а также тех субъектов, которые не могут быть должниками по делам о банкротстве.

Так как ответчик не относится к субъектам, которые не могут быть должниками по делам о банкротстве, на него распространяется действие моратория, введенного Постановлением N 497, следовательно, неустойка в период действия указанного моратория Обществу не должна начисляться.

Введенный Постановлением N 497 мораторий как инструмент государственного регулирования экономики антикризисной направленности имеет цель минимизировать последствия санкционного режима в 2022 году, обеспечить стабильность экономики государства путем оказания поддержки хозяйствующим субъектам.

Возникновение долга по причинам, не связанным с теми, в связи с которыми введен мораторий, не имеет значения. Освобождение от ответственности направлено на уменьшение финансового бремени на должника в тот период его просрочки, когда она усугубляется объективными, непредвиденными и экстраординарными обстоятельствами. Данный вывод изложен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 N 305-ЭС20-23028.

Те имущественные требования, которые имеют неденежное выражение (например, о создании и передаче имущества, об обязании совершить предоставление в натуральной форме), подлежат для целей банкротства трансформации в денежные, чем обеспечивается равное правовое положение всех кредиторов, независимо от вида обязательства (пункте 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Поэтому положения абзаца десятого пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве о неначислении неустойки носят генеральный характер и применяются ко всем имущественным требованиям, возникшим до его введения.

Распространение моратория исключительно на денежные требования к тому же противоречит целям его применения как антикризисного инструмента, направленного на минимизацию последствий санкционного режима и обеспечение стабильности экономики государства, с учетом того, что неденежное имущественное обязательство, как правило, скрывает за собой финансовые вложения. Данный вывод может повлечь оказание меры поддержки только тем должникам, которые осуществляют исполнение в денежной форме, что в нарушение конституционно значимых принципов правового регулирования приведет к фундаментальному неравенству между участниками гражданского оборота (статья 19 Конституции Российской Федерации, статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Данный правовой подход сформулирован в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2023 N А40-78279/2022.

Вопреки доводу ответчика, штраф начислен за нарушение окончательных сроков по пункту 11.4 договора, при этом претензия направлена 28.10.2022, следовательно, мораторий не применен верно.

Общество с ограниченной ответственностью «Стилес» заявило об уменьшении неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для его удовлетворения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление N7), бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Само по себе заявление о несоразмерности неустойки не влечет за собой безусловного снижения неустойки.

Необоснованное уменьшение неустойки судом не должно допускаться, так как это вступает в противоречие с принципом осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, необоснованное уменьшение неустойки судами в целом может стимулировать недобросовестных должников, которые фактически освобождаются от негативных последствий неисполнения обязательства. Таким образом, применение такой меры как взыскание договорной неустойки носит компенсационно-превентивный характер и позволяет не только возместить стороне убытки, возникшие в результате просрочки исполнения обязательства, но и удержать контрагента от неисполнения (просрочки исполнения) обязательства в будущем.

В нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчик не представил доказательств явной несоразмерности начисленной неустойки, в частности того, что размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, презумпцию соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, отсутствие доказательств в подтверждение обратного и правового обоснования снижения неустойки до определенного предела с учетом, разъяснений содержащихся в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.12.2011 N 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», следует признать, что по делу отсутствуют основания для удовлетворения ходатайства о снижении неустойки.

С учетом изложенного, доводы подателя жалобы не опровергают правомерности выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, в связи с чем не могут служить основанием для отмены состоявшегося судебного акта.

Суд первой инстанции установил все фактические обстоятельства и исследовал доказательства, представленные сторонами по делу, правильно применил нормы материального права. Обстоятельства, установленные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве оснований для отмены либо изменения судебного акта, апелляционным судом не установлены.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 05.09.2023 по делу №А56-58136/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Судья

 

Я.Г. Смирнова