ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения

Дело №А55-26275/2020

г. Самара

10 августа 2023 года

11АП-6093/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 августа 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 10 августа 2023 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Александрова А.И.,

судей Мальцева Н.А., Серовой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от ООО «СК-Аутсорсинг» - представитель ФИО2 по доверенности от 19.10.2020;

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале №2, апелляционную жалобу арбитражного управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда Самарской области от 06 марта 2023 года о частичном удовлетворении заявления вх.№207192 от 27.07.2021 временного управляющего ООО «СК-Аутсорсинг» ФИО3, ООО Торговая компания «Вояж» (правопредшественник АО «Волгатрансстрой-9») о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по делу №А55-26275/2020 о несостоятельности (банкротстве) ООО «СК-Аутсорсинг», ИНН 

<

***>, 

 

УСТАНОВИЛ:

АО «Волгатрансстрой-9» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании ООО «СК-Аутсорсинг», ИНН 

<

***> несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 02.10.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 13.01.2021 (резолютивная часть определения объявлена 11.01.2021) в отношении ООО «СК-Аутсорсинг», введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО3.

Временный управляющий ООО «СК-Аутсорсинг» ФИО3 обратился в суд с заявлением, в котором просит:

1. Признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СК-Аутсорсинг».

2. Приостановить рассмотрение настоящего заявления до окончания расчетов с кредиторами ООО «СК-Аутсорсинг».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 05.04.2022 производство по делу № А55-26275/2020 о несостоятельности (банкротстве) ООО «СК-Аутсорсинг», ИНН 

<

***> прекращено.

От АО «Волгатрансстрой-9» поступило ходатайство о присоединении к рассмотрению заявления.

От арбитражного управляющего поступило ходатайство о присоединении к рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Судом ходатайства о присоединении к рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности удовлетворены.

От АО «Волгатрансстрой-9» поступило уточнение от 12.10.2022, согласно которому просит:

1. Привлечь ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СК-Аутсорсинг».

2. Взыскать с ФИО4 в пользу АО «Волгатрансстрой-9» денежную сумму в размере 6 959 900,00 руб., в т.ч. 6 124 485,62 руб. - основной долг, 758 850,46 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами, 76 564,00 руб. возмещение госпошлины.

Указанное уточнение принято судом первой инстанции в порядке ст. 49 АПК РФ.

От АО «Волгатрансстрой-9» и от арбитражного управляющего ФИО3 поступили письменные отказы от требований о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 12.10.2022 принят отказ от заявленных требований ФИО3 и АО «Волгатрансстрой-9»  к ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности по заявлению вх.№207192 от 27.07.2021 временного управляющего ООО «СК-Аутсорсинг» ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника к ФИО4, ФИО5 в рамках дела о  несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью «СК-Аутсорсинг» и производство по заявлению в указанной части прекращено.

От АО «Волгатрансстрой-9» поступили письменные пояснения, согласно которым поддерживает заявление Арбитражного управляющего, в заявлении и в пояснениях АО «Волгатрансстрой-9» представлены доказательства наличия оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СК-Аутсорсинг».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 31.01.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований в отношении предмета спора привлечено ООО «СК-Аутсорсинг».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 06 марта 2023 г. заявление вх.№207192 от 27.07.2021 временного управляющего ООО «СК-Аутсорсинг» ФИО3, АО «Волгатрансстрой-9» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника к ФИО4 в рамках дела о  несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью «СК-Аутсорсинг» удовлетворено частично. Взысканы с ФИО4 убытки в пользу кредитора АО «Волгатрансстрой-9» в размере 6 959 900,00 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, арбитражного управляющего ФИО3 и ФИО4 обратились с апелляциоными жалобами, в которой просит определение суда отменить.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 07 апреля 2023 г. апелляционная жалоба арбитражного управляющего ФИО3 принята к производству, судебное заседание назначено на 16 мая 2023 г.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17 апреля 2023 г. апелляционная жалоба ФИО4 принята к производству, судебное заседание назначено на 16 мая 2023 года.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16 мая  2023г. рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 22 июня 2023 года.

От ФИО4 поступил отказ от своей апелляционной жалобы.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22 июня 2023г. судебное разбирательство отложено на 11 июля 2023 г. на 15 час 45 мин. Указанным определением ФИО4 предложено представить доказательства направления отказа от апелляционной жалобы лицам, участвующим в обособленном споре, и доказательства отправки представить в суд апелляционной инстанции.

10.07.2023 г. от АО «Волгатрансстрой-9» поступило заявление о процессуальном правопреемстве.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2023 судом принят отказ ФИО4 от апелляционной жалобы. Прекращено производство по апелляционной жалобе ФИО4 на определение Арбитражного суда Самарской области от 06 марта 2023 года о частичном удовлетворении заявления вх.№207192 от 27.07.2021 временного управляющего ООО «СК-Аутсорсинг» ФИО3, АО «Волгатрансстрой-9» о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по делу №А55-26275/2020.

Заявление АО «Волгатрансстрой-9» о процессуальном правопреемстве удовлетворено. Произведено процессуальное правопреемство сторон путем замены АО «Волгатрансстрой-9» (ИНН 

<

***>) на ООО Торговая компания «Вояж» (ИНН 

<

***>).

Рассмотрение апелляционной жалобы арбитражного управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда Самарской области от 06 марта 2023 года по делу №А55-26275/2020, отложено на 03 августа 2023 года на 12 час 20 мин.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03 августа 2023 года в судебном составе, рассматривающем апелляционную жалобу арбитражного управляющего ФИО3, произведена замена судьи Бессмертной О.А.  на судью Серову Е.А., судьи Поповой Г.О. на судью Мальцева Н.А.

Информация о движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании 03 августа 2023 г. представитель ООО «СК – АУТСОРСИНГ» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» внесены изменения в Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве), который дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Федерального закона).

В рассматриваемом случае заявление о привлечении к субсидиарной ответственности было подано 27.07.2021, соответственно подлежит рассмотрению по правилам главы III.2 Закона о банкротстве.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим органом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Однако, учитывая тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

При этом как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

В силу пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в прежней редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), заявление о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника.

Заявителями вменяются ответчику действия в период 2016-2018 г.г.

Согласно пункту 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

Согласно пункту 2 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) в качестве единоличного исполнительного органа общества может выступать только физическое лицо, за исключением случая, предусмотренного статьей 42 данного Федерального закона. Единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки, выдает доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия, издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания, осуществляет иные полномочия, не отнесенные данным Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества.

Согласно выписки из ЕГРЮЛ в период с 10 апреля 2015 г. по 29 июня 2020 г. единственным участником должника ООО «СК-Аутсорсинг» являлась ФИО4.

Также, период с 10 апреля 2015 г. по 23 июля 2020 г. она являлась генеральным директором общества.

Таким образом, ФИО4 обладает статусом контролирующего должника лица.

В соответствии с абзацем 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции от 28.06.2013), если должник признан банкротом вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в случае если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом одной или нескольких сделок должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Временный управляющий, предъявляя настоящие требования, к которым впоследствии присоединился кредитор АО «Волгатрансстрой-9», указал, что вред имущественным правам кредиторов должника причинен в результате совершения должником множества сделок.

Так, согласно банковской выписке по счету ООО «СК-Аутсорсинг» в Банке ВТБ (ПАО) в период с 16 мая 2016 года по 19 октября 2018 по распоряжению ФИО4 были совершены множественные расходные операции по выдаче денежных средств «под отчет» работникам должника ФИО6, ФИО7, ФИО8. Указанные лица являются заинтересованными по отношению к ответчику, а соответственно и к должнику и находятся с ответчиком в степени родства – муж и сыновья, что не отрицается ответчиком.

Всего «под отчет» выдано денежных средств в размере 46 866 000,00 руб.

При этом, временному управляющему должника копии документов в виде авансовых отчетов, кассовых чеков, товарных чеков при проведении процедуры банкротства не передавались.

Согласно банковской выписке по счёту ООО «СК-Аутсорсинг» Поволжском банке ПАО Сбербанк в период с «22» ноября 2018 года по «02» июня 2020 года ФИО4 были совершены следующие многочисленные расходные операции по корпоративной карте, привязанной к указанному счёту:

получение (снятие) наличных денежных средств;

оплата покупок на автозаправочных станциях («Гапромнефть», «Татнефть», «Шелл», «АЗС № 426», «Лукойл», «Русойл»);

оплата услуг автомойки («Флагман»);

оплата автозапчастей и услуг автосервиса («Кар релакс», «Партек», «СТО «Приморская», «Всё для шиномонтажа», «Марс-Автозапчасти», «Колёса даром», «Викинги», «Ойл Моторс», «Ойл Сервис», «Автогород», «Арлан Авто», «Дексима», «Навигатор», «Гаро», «Автомат», «Хэви Саунд Шоп»);

оплата услуг такси;

оплата услуг и аппаратуры связи («МТС», «Мегафон», «Связной», «Эпл Маркет», «Сотик»);

оплата авиабилетов («Аэрофлот», «Эс Сэвен», «Победа»);

оплата гостиничных услуг («Парк Инн Бай Рэдиссон», «Отель «Нижний Новгород», «Холидей Инн», Отель «Азимут»);

оплата услуг развлечений («Спин Спорт», «Горнолыжный комплекс «Самара», «Точка», кинотеатр «Мори Синема»);

оплата медицинских услуг («Городская клиническая больница № 1»);

услуг ветеринарии («Клиника «Зоо-Рай», «Клиника на ФИО9, 26», «Зоомагазин «Аква-салон»);

оплата покупок в торговых центрах, магазинах, аптеках («Леруа Мерлен», «Метро Кэш энд керри», «Перекрёсток», «Магнит», «Пятёрочка», «Гулливер», «ДНС», «Элизабета Франчи», «Швейный доктор», «Швейные машины», «Энтузиаст», «Семицвет», «Джунгли», «Волна», «Биккембергс», «Детский мир», «У Палыча», «Аптечная сеть плюс», «Миндаль», «Вита», ИП «Вайлдберрис», «Мясоед», «Ашан», и так далее;

оплата покупок в пунктах общественного питания («Ма Шер». «Блэкстарбургер». «Кафе «Драйв Кофе», «Кафе Кантина Мука», и так далее.

Представителем ответчика в материалы дела были представлены копии товарных чеков. При этом, указанные документы не отражают выданные суммы, не приложены, документы, подтверждающие расходование денежных средств на нужды должника. Так,  приложены товарные чеки на изготовление ограждения, однако не приложен договор, в соответствии с которым осуществлялась поставка, не представлены доказательства установки должником таких ограждений, отсутствует кассовый чек. Ответчиком не даны пояснения, в связи с чем закупка товаров должником осуществлялась за наличный расчет.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что доказательств использования должником приобретаемых по спорным чекам товаров в хозяйственной деятельности не представлено.

Также, представителем ответчика представлены товарные чеки на оказание услуг «по обслуживанию электромонтажных работ» помесячно от ООО «Плюс», при этом, не представлен договор на оказание услуг с должником, акты выполненных работ за каждый месяц.

Представлены товарные чеки на оказание услуг «вывоза поверхностного слоя с автодорог», «устройства поверхностных слоев» ежемесячно от ООО «Перспектива». Договор на оказание услуг, акты выполненных работ не представлены.

Авансовые отчеты к указанным товарным чекам не представлены.

Ответчиком представлены авансовые отчеты за 2018, 2019, 2020. К авансовым отчетам предоставлены чеки об оплате авто запчастей, топлива, фрез, строительных перчаток и т.д., а также, представлены договоры аренды транспортных средств – автомобиля Нисан Патрол, Инфинити, Хендэ Н100, Автоэвакуатора, заключенные заинтересованными лицами с должником.

При этом, суд первой инстанции отнесся критически к представленным договорам, так как в штате должника отсутствуют водители, автомобили не учтены в бухгалтерском учете должника, отсутствуют путевые листы и справки о прохождении водителями ежедневного медицинского предрейсового осмотра. Не представлены доказательства использования указанных транспортных средств в производственной деятельности должника.

Также, ФИО4 ежедневно оплачивались большие объемы различного топлива, приобретенного на автозаправочных станциях, при этом, у должника отсутствовали транспортные средства, как и у самого ответчика в сопоставимом объеме.

Также, из выписки по карте следует, что списания по корпоративной карте происходили одновременно в разных городах (Москва, Тольятти, Мурманск). Какие-либо документы о направлении ответчика в служебные командировки не представлены.

Доводы представителя ответчика о том, что корпоративная карта могла использоваться разными сотрудниками, правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку указанные обстоятельства не свидетельствуют об отсутствии контроля за тратами со стороны держателя карты и отсутствии обязанности предоставлять оправдательные документы по расходованию денежных средств.

Доказательств возврата денежных средств на счет должника, ответчиком не представлено.

При этом, доводы о том, что указанные траты были незначительными и в объемах деятельности должника не могли причинить вред кредиторам, не могут быть признаны обоснованными.

Из материалов дела следует, что на дату формирования реестра требований кредиторов должника, в реестр включены требования кредиторов в размере 23 780 609,74 руб., тогда как размер необоснованных списаний денежных средств более 46 миллионов только по счету в Банке ВТБ (ПАО).

Из разъяснений, изложенных в пункте 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, следует, что установленная подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

Указанные необоснованные перечисления денежных средств являются значительными, значительно превышают размер требований кредиторов должника, которые остались непогашенными на дату прекращения процедуры банкротства должника.

В данном случае суд первой инстанции, приняв во внимание, что хоть общая сумма совершенных необоснованных списаний и платежей и превышает реестр требований кредиторов в два раза, но при этом в период совершения указанных сделок должник продолжал хозяйственную деятельность, производил расчеты с кредиторами, то основания полагать, что указанные сделки явились единственной и необходимой причиной несостоятельности (банкротства) должника ООО «СК-Аутсорсинг», отсутствуют.

Арбитражный управляющий ФИО3 полагает данный вывод суда первой инстанции несостоятельным, полагает, что судом первой инстанции безосновательно переквалифицированы деликтные действия ФИО4 с приведших к невозможности полного погашения требований кредиторов по смыслу пункта 1, подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона на приведшие к убыткам ООО «СК-Аутсорсинг» по смыслу статьи 53.1 ГК РФ, размер которых определяется по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Между тем, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для несогласия с выводами суда первой инстанции в указанной части в силу следующего.

В пунктах 1, 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление от 21.12.2017 № 53) разъяснено, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

В силу пункта 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред, исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Абзацем 4 пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление от 21.12.2017 № 53) предусмотрено, что независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В соответствии с положениями статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Так, в том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Согласно части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Положениями ст. 1082 ГК РФ установлено, что, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред (убытки) являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Как указано в п. 2 Постановления Пленума № 62 от 30.07.2013, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

пп. 1- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки.

Из материалов дела следует, что спорные сделки совершены между заинтересованными лицами и в пользу заинтересованных лиц.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ).

ФИО4 не могла не осознавать, что безвозмездное получение денежных средств в свою пользу и в пользу своих родственников приведет к невозможности оплаты обязательств должника перед независимыми кредиторами.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В постановлении N 62 указано, что бремя доказывания недобросовестности и неразумности поведения генерального директора возложено на истца (юридическое лицо и (или) его учредителя (участника), требующего взыскания убытков). В свою очередь, генеральный директор вправе представлять доказательства добросовестности и разумности своих действий.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора (абзац пятый пункта 1 постановление ВАС РФ № 62).

При рассмотрении настоящего обособленного спора установлено, что руководителем должника не представлено доказательств принятия мер по предотвращению убытков.

Повторно оценив в совокупности все имеющиеся в деле доказательства, доводы и возражения лиц, участвующих в обособленном споре, арбитражный суд апелляционной инстанции соглашается с выводом арбитражного суда о наличии совокупности условий, необходимых для взыскания с руководителя ФИО4 убытков.

При этом, исследовав материалы настоящего обособленного спора в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, арбитражный суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявления о привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, в силу следующего.

В качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности заявитель указывает на совершение сделок, причинивших вред имущественным правам кредиторов.

В силу п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Заявитель указывает, что было совершено ряд сделок, причинивших вред имущественным правам кредиторов, поскольку исполнены на условиях, не соответствующих рыночным условиям, а также совершены действия органов управления ООО «СК-Аутсорсинг» (руководителя (генерального директора) ФИО4), несоответствующие законодательству Российской Федерации, послуживших причиной возникновения неплатёжеспособности и причинивших реальный ущерб ООО «СК-Аутсорсинг» и кредиторам ООО «СК-Аутсорсинг» в денежной форме.

Согласно пункту 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В пункте 23 Постановления N 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Согласно абзацу шестому пункта 23 Постановления № 53, по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Ухудшение финансового состояния должника не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением о несостоятельности должника. Формальное же наличие поименованных в статье 3 Закона о банкротстве обстоятельств само по себе не свидетельствует о возникновении обязанности руководителя обратиться в суд с заявлением о банкротстве предприятия в порядке статьи 9 Закона о банкротстве (Определение Верховного Суда РФ от 25.07.2018 № 306-ЭС15-12086 по делу № А12-6368/2010).

В связи с изложенным, является обоснованным вывод арбитражного суда первой инстанции о не предоставлении заявителем в материалы обособленного спора доказательств их существенной убыточности для должника сделок и явившимися необходимой причиной банкротства должника.

Также, неплатежеспособность и неоплата конкретного долга отдельному кредитору не тождественны (позиция отражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 18245/12, определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2015 № 310-ЭС15-12396), поэтому оценка обстоятельств включения кредиторов в реестр не является необходимым основанием для удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

С учетом установленных по данному обособленному спору обстоятельств, арбитражный суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что заявитель не представил доказательств, вследствие каких именно действий (бездействия) контролирующие должника лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Является недоказанным факт наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

При этом, суд первой инстанции, установив, что ФИО4 не были приняты необходимые меры, направленные на предотвращение убытков, пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО4 убытков.

Рассматривая вопрос о размере причиненных убытков, арбитражным судом  правомерно установлено следующее.

Размер необоснованно перечисленных в свою пользу и в пользу заинтересованных лиц денежных средств составил не менее 46 866 000,00 руб.

При этом, к заявленным требованиям временного управляющего присоединился только кредитор АО «Волгатрансстрой-9», который просил привлечь ответчика к ответственности в размере своих непогашенных в процедуре банкротства должника требований в размере 6 959 900,00 руб.

Иные кредиторы к настоящему заявлению не присоединились, требований о взыскании убытков в ином размере не заявили.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера убытков, предусмотренных Законом о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчиков и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Аналогичный подход отражён в обзоре Верховного суда РФ (определение судебной коллегии от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713), согласно которому необходимо устанавливать наличие причинно-следственной связи между бездействием руководителя и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 08.12.2017 № 39-П также указано, что наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения - общепризнанный принцип привлечения к юридической ответственности во всех отраслях права. Так, законодательство Российской Федерации о налогах и сборах относит вину, которая может выражаться как в форме умысла, так и в форме неосторожности, к числу обязательных признаков состава налогового правонарушения (статья 110 Налогового кодекса Российской Федерации).

Следовательно, ответственность установленная Законом о банкротстве в виде взыскания убытков, не является формальным составом, необходимо установить какие негативные последствия для процедуры конкурсного производства и формирования конкурсной массы повлекли действия (бездействия) ответчика, на которые управляющий ссылается в обоснование заявленных требований.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) и в постановлении Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (раздел «Общие положения об ответственности и о возмещении убытков»), заявитель должен доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для наступления указанной гражданско-правовой ответственности, а именно: наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) ответчика, собственно наличие убытков должника, а также с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между действиями (бездействием) ответчика и возникшими убытками. На привлекаемом к гражданско-правовой ответственности лице, в свою очередь, лежит обязанность по доказыванию отсутствия убытков либо вины в причинении убытков. Также оно вправе представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Из материалов дела следует, что ненадлежащее расходование денежных средств со счета должника привело к невозможности погашения требований кредиторов должника

При этом недобросовестность действий ответчика, наличие и размер понесенных обществом убытков, а также причинно-следственная связь между поведением ответчика и возникшими у общества убытками установлены судом на основании представленных в материалы дела доказательств, оцененных по правилам статьи 71 АПК РФ.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу об удовлетворении требования временного управляющего ООО «СК-Аутсорсинг» ФИО3, АО «Волгатрансстрой-9» ФИО4 убытки в пользу кредитора АО «Волгатрансстрой-9» в размере 6 959 900,00 руб. и отказе в удовлетворении оставшейся части требований.

Довод арбитражного управляющего о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права не принимается судом апелляционной инстанции.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.16 Закона о банкротстве, при подготовке заявления о привлечении к субсидиарной ответственности к судебному разбирательству проводится предварительное судебное заседание.

Согласно пункту 34 Постановления Пленума ВС РФ № 53 от 21.12.2017 года пунктом 3 статьи 61.16 Закона о банкротстве установлены особенности рассмотрения в рамках дел о банкротстве обособленных споров о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. При подготовке таких споров к судебному разбирательству проводится предварительное судебное заседание по правилам статьи 136 АПК РФ.

Соответствующее заявление рассматривается судом в разумный срок применительно к положениям части 2 статьи 225.16 АПК РФ.

В силу пунктов 2, 3, 5 части 2 статьи 136 АПК РФ арбитражный суд в предварительном судебном заседании: разрешает ходатайства сторон; определяет достаточность представленных доказательств, доводит до сведения сторон, какие доказательства имеются в деле; выносит на рассмотрение вопросы, разрешаемые при подготовке дела к судебному разбирательству, и совершает предусмотренные настоящим Кодексом иные процессуальные действия; стороны вправе представлять доказательства, заявлять ходатайства, излагать свои доводы по всем возникающим в заседании вопросам. После завершения рассмотрения всех вынесенных в предварительное судебное заседание вопросов арбитражный суд с учетом мнения сторон и привлекаемых к участию в деле третьих лиц решает вопрос о готовности дела к судебному разбирательству.

В соответствии с частью 4 статьи 137 АПК РФ если в предварительном судебном заседании присутствуют лица, участвующие в деле, либо лица, участвующие в деле, отсутствуют в предварительном судебном заседании, но они извещены о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия и ими не были заявлены возражения относительно рассмотрения дела в их отсутствие, суд вправе завершить предварительное судебное заседание и открыть судебное заседание в первой инстанции, за исключением случая, если в соответствии с настоящим Кодексом требуется коллегиальное рассмотрение данного дела.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце втором пункта 27 постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2006 № 65 «О подготовке дела к судебному разбирательству», если лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте проведения предварительного судебного заседания и судебного разбирательства дела по существу, не явились в предварительное судебное заседание и не заявили возражений против рассмотрения дела в их отсутствие, судья вправе завершить предварительное судебное заседание и начать рассмотрение дела в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции в случае соблюдения требований части 4 статьи 137 АПК РФ.

Таким образом, процессуальное законодательство допускает возможность перехода из предварительного судебного заседания к судебному разбирательству с учетом мнения сторон и привлекаемых к участию в деле третьих лиц о готовности дела к судебному разбирательству, отсутствии возражений об этом со стороны лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора.

Заявлений о переходе из предварительного судебного заседания в основное судебное заседание лицами, участвующими в деле, не заявлялось.

В силу правовой позиции, изложенной в пункте 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2006 № 65 «О подготовке дела к судебному разбирательству» в процессе подготовки дела к судебному разбирательству» (далее - Постановление Пленума) судья определяет предмет доказывания, достаточность представленных доказательств и рассматривает ходатайства об истребовании доказательств. При определении того, какие факты, указанные сторонами, имеют юридическое значение для дела и имеется ли необходимость в истребовании или предоставлении дополнительных доказательств, суд должен руководствоваться нормами права, которые регулируют спорные правоотношения. Если судья установит, что представленных доказательств недостаточно для подтверждения требований истца или возражений ответчика либо они не содержат иных необходимых данных, восполнить которые стороны не могут, он вправе предложить сторонам представить дополнительные доказательства. В случаях, когда предоставление дополнительных доказательств лицом, участвующим в еле, затруднительно, суд на основании частей 4, 6 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истребует их, о чем выносится соответствующее определение.

Согласно указаниям, содержащимся в пункте 26 Постановления Пленума, дело может быть назначено к судебному разбирательству в арбитражном суде первой инстанции тогда, когда рассмотрены все вопросы, вынесенные в предварительное заседание, собраны необходимые доказательства и арбитражный суд с учетом мнения сторон и привлеченных к участию в деле третьих лиц признал, что дело к судебному разбирательству подготовлено. Предварительно судья с учетом позиции сторон о достаточности доказательств выясняет, все ли доказательства, которые они намеревались представить, имеются в распоряжении суда, нет ли у сторон каких-либо ходатайств, в том числе о представлении или истребовании дополнительных доказательств.

Согласно части 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, создает условия для правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. Как следует из статьи 2 данного Кодекса, это необходимо для достижения такой задачи судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, а также прав и законных интересов других участников гражданских правоотношений.

Именно из принципа судейского руководства процессом вытекает предусмотренная частью 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность арбитражного суда определить обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Эта обязанность в целях предоставления сторонам возможности надлежащим образом реализовать свои права при рассмотрении дела по существу подлежит осуществлению судом уже на стадии подготовки дела к судебному разбирательству при решении установленных статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации таких ее задач, как определение характера спорного правоотношения и подлежащего применению законодательства, обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.

В силу части 3 статьи 9, части 2 статьи 65, статей 133, 135 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом первой инстанции были созданы условия для установления фактических обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, всестороннего и полного исследования доказательств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов, в связи с чем суд апелляционной инстанции не усматривает нарушение судом норм процессуального права.

При этом, несоблюдение судом первой инстанции порядка рассмотрения заявления не является безусловным основанием для отмены судебного акта и не привело в данном конкретном случае к принятию неправильного судебного акта по существу.

Ссылка подателя апелляционной жалобы на иную судебную практику не может быть принята апелляционным судом во внимание при рассмотрении настоящего обособленного спора, так как какого-либо преюдициального значения для настоящего дела не имеет, принята судами по конкретным делам, фактические обстоятельства которых отличны от фактических обстоятельств настоящего дела.

Верховный суд Российской Федерации в определении от 30.08.2017 № 305-КГ17-1113 указал, что не отражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки.

Все иные доводы и аргументы апелляционной жалобы проверены коллегией судей и признаются несостоятельными, так как не опровергают законности принятого по делу судебного акта.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Самарской области от 31 января 2022 года по делу №А55-16103/2010 является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба арбитражного управляющего ФИО3 удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 06 марта 2023 года по делу №А55-26275/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу арбитражного управляющего ФИО3 без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                           А.И. Александров

 

Судьи                                                                                                         Н.А. Мальцев

 

Е.А. Серова