/

 

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-9752/2017-АК

г. Пермь

15 февраля 2018 года

Дело № А60-60921/2016

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 февраля 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 февраля 2018  года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Даниловой И.П., 

судей                                 Нилоговой Т.С., Плаховой Т.Ю.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Клаузер О.О.,

при участии:

представитель финансового управляющего должника: Хмелевский Н.Ю., паспорт, доверенность от 18.12.2017;

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора Соколова Александра Владимировича

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 27 ноября 2017 года 

об отказе в удовлетворении заявления Соколова Александра Владимировича о включении требования в размере 8 156 568 руб. 00 коп. в реестр требований кредиторов должника,

вынесенное судьей Кожевниковой А.Г., 

в рамках дела № А60-60921/2016

о признании несостоятельным (банкротом) Соколовой Натальи Александровны (ИНН 183107064398, СНИЛС 122-973-400-51),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: индивидуальный предприниматель Соколов Сергея Александрович,

лицо, привлеченное к участию в деле: орган опеки и попечительства Верх-Исетского района г. Екатеринбурга, 

 

установил:

Решением от 27.02.2017 заявление Карчева Якова Михайловича признано обоснованным. Соколова Наталья Александровна (16.03.1980 года рождения, место рождения: г. Ижевск, СНИЛС 122-973-400 51, ИНН 183107064398, адрес регистрации: г. Екатеринбург, ул. Февральской революции, 15-63) признана несостоятельной (банкротом) и в отношении неё введена процедура реализации имущества гражданки сроком на шесть месяцев, конкурсным  управляющим  утверждена Тимофеева Е.Б.

Соответствующие сведения были опубликованы в газете «Коммерсантъ» №41 от 11.03.2017.

В арбитражный суд 15.05.2017 поступило заявление Соколова Александра Владимировича (далее – Соколов  А.В.) о включении в реестр требований кредиторов в размере 8 156 568,00 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.11.2017 года в удовлетворении требования Соколова А.В. о включении 8 156 568 руб. в реестр требований кредиторов предпринимателя Соколовой Н.А. отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, Соколов А.В. обратился с апелляционной жалобой, в которой просил его отменить, заявленные требования удовлетворить. 

В обоснование апелляционной жалобы Соколов А.В. указывает на то, что  в связи с наличием близких родственных отношений письменные договоры между Соколовым А.В., Соколовым С.А. и Соколовой Н.А. не заключались; денежные средства в размере 132 200 евро были перечислены в период 2010-2013 на условиях бессрочного займа Соколовым С.А. со своего счета, открытого в Чехословацком коммерческом банке (АО) на счет в Испании, чтобы не допустить прекращения  должником  выплат по кредитному договору с компанией Кайкса Десталвис Лайетана, за счет которого  был приобретен дом в Испании. В конце 2015 года родственные отношения разладились и по общей договоренности было принято решение упорядочить взаимные денежные обязательства; Соколов А.В. являясь отцом, приобрел у Соколова С.А. право требование к Соколовой Н.А. в отношении возврата полученных 123 200 евро, 15.01.2016 между Соколовым А.В. и Соколовой Н.А. было заключен договор уступки права требования. При этом полагает, что вывод суда об истечении срока исковой давности ошибочным; считает, что судом неправомерно не принят во внимание договор уступки прав требования, которым стороны согласовали срок возврата займа, по истечении которого и следовало исчислять начало течения срока исковой давности. По мнению апеллянта, квалификация судом спорной суммы как неосновательное обогащение ошибочна.

Финансовый управляющий согласно письменному отзыву против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

От Соколова А.В. в материалы дела поступило ходатайство об отложении судебного заседания.

Представитель финансового управляющего об отложении судебного заседания возражает против удовлетворения заявленного ходатайства.

Суд, рассмотрев ходатайство в порядке ст. 159 АПК РФ не нашел  оснований  для отложения рассмотрения  апелляционной жалобы кредитора.

Участвующий в судебном заседании представитель финансового управляющего против доводов апелляционной жалобы возражал, определение суда первой инстанции считает законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом, явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в период с 23.02.2010 года по 16.12.2013 года со счета Соколова Сергея Александровича (Прага) на счета Соколовой Натальи Александровны (Италия, Прага) были перечислены денежные средства в размере 123  200 евро. 

В подтверждение перевода денежных средств представлена выписка по счету № 228353136/0300, открытому в Чехословацком торговом банке. 

15 января 2016 года Соколов С.А. по договору уступки прав (требований) уступил Соколову Александру Владимировичу право требования с Соколовой Натальи Александровны возврата перечисленных ей 123 200 евро. 

25 января 2016 года между Соколовой Н.А. и Соколовым А.В. заключено соглашение о признании долга, в котором Соколова Н.А. признала наличие перед Соколовым А.В. задолженности в размере 123 200 евро. В соглашении стороны согласовали порядок возврата денежной суммы в срок до 31.12.2016 года. 

Приводя указанные выше обстоятельства, ссылаясь на то, что на дату признания должника банкротом Соколова Н.А. имеет перед Соколовым А.В. неисполненное обязательство в размере 8 156 568 руб., Соколов А.В. обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о включении указанной суммы задолженности в реестр требований кредиторов должника.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции исходил из пропуска Соколовым А.В. срока исковой давности, а также отсутствия оснований полагает его прерванным посредством заключения соглашения о признании долга, которое, по мнению суда, является сделкой заключенной  со злоупотреблением  права (ст. 10  Гражданского кодекса  Российской  Федерации).

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, выслушав пояснения  представителя  финансового  управляющего, участвующего  в судебном заседании, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения в силу следующего.

В силу положений ст. 4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон), состав и размер денежных обязательств, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия судом такого заявления, а также в период конкурсного производства определяются на дату введения соответствующей процедуры банкротства. 

В силу пунктов 3-5 ст. 71 и пунктов 3-5 ст. 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В подтверждение факта перечисления Соколовым С.А. должнику спорной денежной суммы в материалы дела представлены нотариально заверенные копии выписки по счету № 228353136/0300, открытому в Чехословацком коммерческом банке (АО).

Согласно ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Из содержащихся в выписке по счету сведений усматривается то, Соколовым С.А. в пользу Соколовой Н.А. осуществлены переводы собственных средств в размере 123 000  евро, которые подтверждают факт перечисления денежных средств, но не факт неосновательного обогащения.   

Денежные средства, поступавшие в период с 2010 по 2013 гг., на расчётный счет Соколовой Н.А. № ES7120420031313700000806 ежемесячно списывались в счет оплаты задолженности по кредитному договору с компанией Кайкса Десталвис Лайетана, за счет которого был приобретен дом в Испании по адресу: Лоре-де-Мар, ул. Версалес, 80.

Как следует из электронной переписки, указанное имущество (дом) использовалось членами семьи должника, в том числе и Соколовым С.А. и Соколовым А.В, о чем свидетельствует обсуждение вопроса о перечислении денежных средств в счет погашения задолженности по кредитному договору между членами семьи (обсуждение перечисления 3 500 евро 02.07.2013 и 30 000 евро 16.12.2013 обсуждалось Соколовым А.В. и Карчевым Я.М. – супругом должника посредством электронной почты).

Следовательно, утверждение апеллянта о том, что по своей правовой природе сложившиеся отношения являлись заемными и на них распространяется обязательственный режим договора займа нельзя признать состоятельным.

В отношении заявление финансового управляющего об истечении срока исковой давности необходимо отметить следующее.

Согласно ст. 195 Гражданского кодекса  Российской  Федерации  (далее –ГКМ РФ)  исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего кодекса (ст. 196 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. 200 ГК РФ предусмотрено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Перечисления денежных средств, на основании которых Соколов А.В. заявляет требования о включении в реестр должника, были совершены в период с 23.02.2010 по 16.12.2013, с заявление  о включении в реестр кредитор обратился 05.05.2017,  то есть за пределами сроков исковой давности, установленных для их принудительного взыскания. Следовательно, выводы суда первой инстанции о том, что срок исковой давности по такому требованию истек, следует признать правильным.

Довод жалобы о том, что при определении начала течения срока исковой давности следует учитывать подписанное должником соглашение о признании долга от 25.01.2016, а также содержащиеся в нем условия о сроке возврата займа – 31.12.2016, является несостоятельным.

В силу положений ст. 203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением, обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок. 

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», к действиям, которые свидетельствуют о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности могут, в частности, быть отнесены: признание претензии, изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или рассрочке платежа), акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.

В соответствии с п. 21 указанного постановления перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения.

Поскольку соглашение о признании долга от 25.01.2016 составлено после истечения общего трехгодичного срока исковой давности, учитывая приведенные выше разъяснения, данное соглашение нельзя считать действием прерывающим срок исковой давности.

Уступка Соколовым С.А. прав требования 15.01.2016 в пользу отца Соколова А.В. и подписание им спустя 10 дней - 25.01.2016 - соглашения о признании долга от имени Соколовой Н.А., по своей сути представляет собой совершение действий по признанию долга перед самим собой, что недопустимо в силу императивного запрета ст. п. 3 ст. 182 ГК РФ, предусматривающего, что представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является.

Согласно пункту 1 статьи 182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Из материалов дела не следует, что Соколова Н.А. Соколову С.А., давала указание на подписание указанного соглашения о признании долга от 25.01.2016, действий по подписанию соглашения от 25.01.2016 не одобряла.

Кроме того, суд первой  инстанции  верно  пришел к выводу, что  у Соколова С.А. отсутствовали полномочия на подписание соглашения о признании долга от 25.01.2016 на основании доверенности от 31.07.2013, поскольку данная доверенность содержит широкий круг полномочий, в частности, наделяет Соколова С.А. правом управлять принадлежащим Соколовой Н.А. имуществом, в соответствии с этим заключать все разрешенные законом сделки.

Между тем, Соглашение о признании долга от 25.01.2016, может быть подписано представителем, действующим на основании доверенности, в которой конкретно закреплены полномочия на то или иное действие.

Доверенность от 31.07.2013 не содержит указаний на полномочия представителя на признание долга.

Более того, с 18.03.2016 были отменены все выданные от имени Соколовой Н.А. до 25.11.2015 доверенности, сообщение о чем было опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 51 от 26.03.2016 на стр. 24, что в совокупности с иными обстоятельствами уступки прав требований по цене на значительную сумму, отсутствия извещения Соколовой Н.А. о произведенной уступки права требования именно в январе 2016, отсутствие оплаты по договору уступки, свидетельствуют о притворности Соглашения о признании долга от 25.01.2016.

При таких обстоятельствах оснований полагать, что признание долга фактически состоялись, у апелляционного суда не имеется.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что согласно разъяснениям, изложенным в п. 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, если третье лицо исполнило обязательство должника согласно условиям заключенного ими соглашения, не предполагающего возмещения третьему лицу соответствующих расходов, и воспользовалось платежными документами, заявив требование о включении указанных сумм в реестр требований кредиторов должника лишь с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, требование третьего лица не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника.

Гражданское законодательство основывается на презумпции разумности действий участников гражданских правоотношений (ст. 10 ГК РФ), поэтому в ситуации, когда родственник бенефициара группы компаний, ведущий с ним общий бизнес, систематически производит платежи за этого бенефициара его кредитору, предполагается, что в основе операций по погашению чужого долга лежит договоренность между бенефициаром и его родственником – заключенная ими сделка, определяющая условия взаиморасчетов. 

Кредитор полагал, что обстоятельства совершения платежей и последующее поведение сторон (наличие между Соколовым А.В., Соколовым С.А. и Соколовой Н.А. родственных связей (отец, брат и сестра), длительное непредъявление Соколовым С.А. финансовых претензий Соколовой Н.А. вплоть до возбуждения дела о банкротстве последней, нераскрытие информации о каком-либо возмездном соглашении, заключенном ими, свидетельствовали о том, что Соколов С.А. осуществлял эти платежи во исполнение безвозмездной сделки, заключенной с Соколовой Н.А., а впоследствии (после возбуждения дела о банкротстве) воспользовалась платежными документами исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах Соколовой Н.А. количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Учитывая вышеизложенное, а также пропуск Соколовым А.В. срока исковой давности при обращении в суд с настоящим требованием, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для включения заявленного требования в реестр требований кредиторов должника. 

Иных выводов из представленных в дело документов сделать не представляется возможным. 

Доводы, приведенные в апелляционных жалобах, подлежат отклонению как документально неподтвержденные и основанные на неверном толковании норм действующего законодательства.

Оснований для отмены определения суда от 27.11.2017, предусмотренных ст. 270 АПК РФ судом апелляционной инстанции не установлено. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

При подаче апелляционной жалобы на обжалуемое определение оплата государственной пошлины налоговым законодательством не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 27 ноября 2017 года по делу № А60-60921/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

И.П. Данилова 

 

Судьи

 

Т.С. Нилогова 

 

Т.Ю. Плахова