АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-900/17 

Екатеринбург

11 декабря 2023 г.

 

Дело № А76-32036/2014

Резолютивная часть постановления объявлена 04 декабря 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 декабря 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О. Н.,

судей Савицкой К. А., Калугина В. Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Абросимовой К.Д. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего открытым акционерным обществом «Аргазинское» ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 04.04.2023 по делу № А76-32036/2014 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.10.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель  конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Урало-Сибирская пожарно-техническая компания» ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 03.08.2023, паспорт). 

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа приняли участие представители: 

конкурсного управляющего открытым акционерным обществом «Аргазинское» ФИО1 – ФИО4 (доверенность от 01.08.2023, удостоверение адвоката); 

ФИО5 – ФИО6 (доверенность от 19.01.2021 74 АА № 5325535, удостоверение адвоката). 

 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 22.09.2017 акционерное общество «Аргазинское» (далее – должник, общество «Аргазинское») признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО7.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 26.09.2019 конкурсным управляющим утвержден ФИО8.

Конкурсный управляющий ФИО8 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО5 и ФИО12 и взыскании с них 308 629 326 руб. 82 коп.

Конкурсный кредитор ФИО13 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности общества с ограниченной ответственностью Холдинг «Урало-Сибирская Пожарно-техническая компания» (далее – общество «УСПТК-Холдинг»), общества с ограниченной ответственностью «УСПТК» (далее – общество «УСПТК») и ФИО14.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 25.05.2021 заявления конкурсного управляющего ФИО8 и ФИО13 объединены в одно производство.

Впоследствии протокольным определением от 21.12.2021 требования о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника обществ «УСПТК-Холдинг», «УСПТК» и ФИО14 выделены в отдельное производство.

Определениями суда от 14.04.2022, 15.12.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены финансовый управляющий имуществом ФИО10 – ФИО15 и ФИО8

Определением суда от 04.08.2022 конкурсным управляющим обществом «Аргазинское» утверждена ФИО1 (далее – конкурсный управляющий, податель кассационной жалобы). 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 04.04.2023 в удовлетворении требований о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.10.2023 определение суда первой инстанции оставлено без изменения. 

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

В обоснование доводов кассационной жалобы ее податель ссылается на ошибочность вывода судов о пропуске срока исковой давности. По мнению конкурсного управляющего, срок исковой давности следует исчислять с даты проведения инвентаризации имущества должника, когда стала очевидной недостаточность его имущества. Помимо этого, основания для привлечения к субсидиарной ответственности в отношении всех ответчиков по обособленному спору стали известны из их показаний, данных в рамках расследования уголовного дела, с материалами которого конкурсный управляющий ФИО8 ознакомился только в июле-августе 2020 года. Податель кассационной жалобы также указывает, что суды не установили причины банкротства должника, момент возникновения признаков банкротства и круг виновных лиц.  По мнению конкурсного управляющего, должник стал обладать признаками банкротства не позднее 31.12.2013. Суды не дали оценки тому обстоятельству, что по состоянию на 24.12.2014 должник указал на наличие просроченной задолженности в сумме 31 0392 691 руб., что значительно превышает стоимость переданного контролирующими должника лицами конкурсному управляющему имущества (24 650 204 руб.). Конкурсный управляющий также полагает, что суды сделали неверный вывод относительно отсутствия у ответчиков статуса контролирующих должника лиц, не оценили доказательства, полученные в рамках уголовного дела, и не указали мотивы освобождения руководителя общества с ограниченной ответственностью «Княжий сокольник» ФИО12 от субсидиарной ответственности. Кроме того, суды ошибочно не применили положения пункта 3 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), согласно которой непризнание сделки недействительной не является основанием для отказа в привлечении к субсидиарной ответственности. Судами также не учтено, что документы о деятельности должника не передавались, данные о составе имущества искажались и скрывались, при этом отсутствие судебного акта об истребовании документов у контролирующих должника лиц не влечет отказ в привлечении их к субсидиарной ответственности. Судом первой инстанции также было неверно распределено бремя доказывания, в результате чего ответчики были освобождены от необходимости опровергать доводы конкурсного управляющего. 

ФИО5, финансовый управляющий имуществом ФИО9 –ФИО16 в отзывах на кассационную жалобу просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения. 

Конкурсный управляющий обществом «УСПТК» ФИО2, конкурсный управляющий ФИО8 в отзывах поддерживают доводы кассационной жалобы. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, общество «Аргазинское» зарегистрировано в качестве юридического лица 05.04.2012, учредителем должника является ФИО10 

Протоколом заседания совета директоров общества «Аргазинское» от 14.12.2011 генеральным директором должника избран ФИО9 

Протоколом заседания совета директоров общества «Аргазинское» от 05.11.2013 генеральным директором избран ФИО17, полномочия генерального директора ФИО9 прекращены. Соглашением от 05.11.2013 трудовой договор с ФИО9 расторгнут.

Протоколом заседания совета директоров от 07.02.2014 трудовые отношения с ФИО17 прекращены, генеральным директором избран вновь ФИО9 (приказ от 08.02.2014).

Протоколом заседания совета директоров от 06.02.2015 генеральным директором избран ФИО10 (приказ от 07.02.2015), который исполнял полномочия директора с 17.02.2015 и до даты введения процедуры конкурсного производства.

ФИО11 осуществлял полномочия исполнительного директора, а именно общее руководства хозяйственной деятельностью, создание и управление структурными подразделениями, распоряжение финансовыми средствами и имуществом, в период с 09.02.2015 до открытия конкурсного производства на основании доверенности от 09.02.2015, выданной ФИО10

ФИО5 с 23.12.2019 является участником общества «УСПТК» с размером доли 100 %, а также с 12.04.2019 –  руководителем названного общества.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 22.09.2017 общество «Аргазинское» признано несостоятельным (банкротом).

По результатам проведенной в период с 26.09.2017 по 31.10.2017 инвентаризации установлено, что имущество, числящееся на балансе общества и обладающее значительной стоимостью, фактически отсутствует.

Ссылаясь на то, что ФИО9 и ФИО10 последовательно не исполнили обязанность по подаче заявления о банкротстве общества «Аргазинское» после возникновения у него признаков неплатежеспособности 31.12.2013, после чего у должника возникли новые обязательства на общую сумму 9 519 402 руб. 45 коп., а также указывая на непередачу документации должника и необеспечение сохранности его имущества, совершение вредоносных сделок по безвозмездному отчуждению активов должника, в том числе в пользу общества «Княжий сокольник», создание фиктивной кредиторской задолженности перед обществом «УСПТК» и вывод посредством использования вексельной схемы в пользу ФИО5 через подконтрольные ему организации денежных средств должника, конкурсный управляющий и конкурсный кредитор обратились с требованием о привлечении ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 и ФИО5 к субсидиарной ответственности на основании пунктов 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве в соответствующей редакции. 

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности наличия фактических оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Аргазинское» ответчиков ФИО11, ФИО12 и ФИО5, а также из отсутствия оснований для удовлетворения заявленных требований ко всем ответчикам ввиду пропуска срока исковой давности.

Суд апелляционной инстанции с указанными выводами согласился, при этом суды руководствовались следующим. 

В силу норм статей 195, 196, 199, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности; общий срок исковой давности составляет три года; истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием для вынесения судом решения об отказе в иске; если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно пункту 3 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным данной статьей, может быть подано в течение одного года со дня, когда лицо узнало об основаниях ответственности (субъективный срок исковой давности), но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (объективный срок исковой давности).

Объективный трехгодичный срок исковой давности может применяться только при наличии препятствий (объективной невозможности) для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности в течение годичного субъективного срока исковой давности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2, 3)).

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Как было ранее указано, что решением Арбитражного суда Челябинской области от 22.09.2017 (резолютивная часть объявлена 15.09.2017) в отношении должника открыта процедура конкурсного производства. 

При этом, как следует из материалов дела, конкурсный управляющий в обоснование заявленных требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности ссылался на совершение ими следующих действий: заключение договоров от 25.12.2014 и дополнительного соглашения к нему от 21.10.2015 с обществом «Княжий сокольник», договора купли-продажи от 04.02.2016 по отчуждению крупного рогатого скота ФИО18, договор безвозмездного пользования дойного стада от 04.02.2016, договоров займа с обществом «УСПТК» (займодавец) в 2011 году, использование вексельной схемы. Все названные действия совершены в период с 2011 года по первую половину 2016 года. 

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, установив, что заявление о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности сдано конкурсным управляющим ФИО8 в отделение почтовой связи 14.09.2020, при этом признав, что с учетом установленных обстоятельств относительно судьбы данного почтового отправления, датой подачи соответствующего заявления следует считать именно 14.09.2020, учитывая, что о существовании обстоятельств, указанным конкурсным управляющим в качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности (выдача займов, использование вексельной схемы, совершение вредоносных сделок), ему было известно своевременно, в разумные сроки после введения соответствующей процедуры банкротства, что также следует из судебных актов о включении в реестр требований кредиторов должника требований общества «УСПТК» по договорам займа и обязательствам по векселям, об оспаривании сделок в пользу общества «Княжий сокольник», обращении конкурсного управляющего с исками к ФИО18 и ФИО5 в 2018 году, а также из результатов инвентаризации имущества должника, проведенной  в 2017 году, по итогам которой был установлен факт утраты значительной части  имущества должника, суды обеих инстанций пришли к правильному выводу о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для обращения с заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, в связи с чем отказали в удовлетворении требований конкурсного управляющего.  

Отклоняя доводы конкурсного управляющего о необходимости исчисления срока исковой давности с момента его ознакомления с материалами уголовного дела (июль-август 2020 года) и проведения дополнительной инвентаризации имущества должника 04.06.2020, суды верно указали, что факт возбуждения указанного уголовного дела не препятствовал подаче в рамках дела о банкротстве должника заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по уже известным на то время вменяемым эпизодам, наличие каких-либо объективных сложностей в определении круга ответчиков по заявленным требованиям не доказано. 

Суды также правильно отметили, что новых, ранее не известных существенных обстоятельств в рамках уголовного дела не установлено, при этом у конкурсного управляющего отсутствовала необходимость ожидать результаты рассмотрения уголовного дела, связанного с утратой конкретного имущества должника, для целей подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

При таких обстоятельствах вывод судов о пропуске срока исковой давности по требованию о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности и отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего по данному основанию является правильным.

В отношении требований конкурсного управляющего о привлечении ФИО9 и ФИО10 за неподачу заявления о банкротстве должника суды, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, разъяснениями, данными в пункте 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018, установив, что исходя из доводов конкурсного управляющего о возникновении обязанности руководителя общества «Аргазинское» обратиться с заявлением о банкротстве должника по итогам 2013 года, учитывая дату сдачи бухгалтерской отчетности за указанный период (31.03.2014), датой возникновения обязанности по подаче заявления о банкротстве должника будет являться 01.05.2014, при этом уже 30.05.2014 в отношении должника было возбуждено производство по делу о банкротстве № А76-10858/2014 по заявлению уполномоченного органа, производство по которому было впоследствии прекращено в связи с полным погашением задолженности, а дело о банкротстве должника № А76-32036/2014  возбуждено по заявлению руководителя должника, поданному 24.12.2014, суды обеих инстанций сделали правильный вывод об отсутствии оснований полагать, что руководителем должника причинен вред независимым участникам оборота в связи с неподачей заявления о банкротстве должника, и отказали в удовлетворении требований конкурсного управляющего в обозначенной части. 

Отклоняя доводы конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в связи с непередачей документации должника и необеспечением сохранности его имущества, суды исходили из того, что определением суда от 31.08.2018 по данному делу в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО7 об истребовании документации должника у предыдущего арбитражного управляющего отказано, к иным лицам требования о передаче документации не предъявлялись. 

Также суды не установили оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в связи с совершением вредоносных сделок по безвозмездному отчуждению активов должника, в том числе в пользу общества «Княжий сокольник», исходя из того, что вступившим в законную силу определением суда от 13.11.2020 по данному делу в признании сделок с обществом «Княжий сокольник» недействительными отказано ввиду отсутствия надлежащих доказательств реальности их совершения и пропуска годичного срока исковой давности; вступившим в законную силу решением Центрального районного суда города Челябинска от 08.10.2018 по делу № 2-3362/2018 отказано во взыскании убытков с ФИО5 в связи с недоказанностью отчуждения им принадлежащего должнику имущества (крупного рогатого скота). 

Таким образом, принимая во внимание установленные вступившими в законную силу судебными актами фактические обстоятельства, учитывая, что основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности не доказаны, а срок исковой давности по требованиям ко всем ответчикам пропущен, суды пришли к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего. Данный вывод судов является правильным, оснований не согласиться с ним у суда округа не имеется. 

Возражения подателя кассационной жалобы, касающиеся пропуска срока исковой давности и момента начала его исчисления, были предметом рассмотрения судов и отклонены ими как несостоятельные с подробным изложением мотивов отклонения. Доводы конкурсного управляющего в данной части сводятся к несогласию с выводом судов о пропуске срока исковой давности и направлены на его переоценку. 

Ссылка конкурсного управляющего на то, что суды не определили момент возникновения у должника признаков объективного банкротства, судом кассационной инстанции отклоняется. В рассматриваемом случае суды установили факт пропуска конкурсным управляющим срока исковой давности,  при установлении данного обстоятельства суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела  (пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»). 

Иные доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, так как они были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций, не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом податель кассационной жалобы фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное заявление по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами апелляционной инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения. 

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 04.04.2023 по делу № А76-32036/2014 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от  06.10.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего открытым акционерным обществом «Аргазинское» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

 

Председательствующий                                             О.Н. Пирская 

 

Судьи                                                                          К.А. Савицкая 

 

                                                                                     В.Ю. Калугин