ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-1035/2015

г. Саратов

29 июля 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 июля 2019 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Самохваловой А.Ю.,

судей  Грабко О.В., Макарихиной Л.А.,       

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев  в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 17 декабря 2018 года по делу № А57-1035/2015 (судья Яценко Е.В.)

об удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» ФИО3 о привлечении бывшего руководителя должника ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» (410012, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» ФИО3, паспорт, ФИО4, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области поступило заявление открытого акционерного общества «БИНБАНК» (121471, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» (410012, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом), введении в отношении должника процедуры наблюдения, включении в реестр требований кредиторов требования в сумме 5 608 283 руб. 83 коп, утверждении временным управляющим ФИО5, являющегося членом Некоммерческого Партнерства «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Лига» (440026, 

<

...>).

  Определением Арбитражного суда Саратовской области от 03.02.2015 заявление открытого акционерного общества «БИНБАНК» принято к производству. Назначено судебное заседание по рассмотрению вопроса обоснованности заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) и о введении в отношении общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» (410012, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) процедуры наблюдения.

  Определением Арбитражного суда Саратовской области от 14.05.2015 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» (410012, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) введена процедура наблюдения сроком на пять месяцев,  до 06 октября 2015 года.

  В качестве временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» утвержден ФИО5, являющийся членом Некоммерческого Партнерства «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Лига» (440026, 

<

...>).

  Сведения о введении процедуры наблюдения в отношении общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» опубликованы в газете «КоммерсантЪ» от 16.05.2015 № 84.

  Решением Арбитражного суда Саратовской области от 06 ноября 2015 года по делу А57-1035/2015 должник - общество с ограниченной ответственностью «Сигрейс» (410012, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, до 29.04.2016.

  Определением Арбитражного суда Саратовской области от 06 ноября 2015 года конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» утвержден ФИО5, являющийся членом Некоммерческого Партнерства «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Лига» (440026, 

<

...>).

  Сведения об открытии конкурсного производства в отношении общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» опубликованы в газете «КоммерсантЪ» от 07.11.2015 №205.

  Определением Арбитражного суда Саратовской области от 26 апреля 2016 года срок конкурсного производства должника - общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» продлен на 6 (шесть) месяцев, до 29 октября 2016 года.

  Определением Арбитражного суда Саратовской области от 08 ноября 2016 года срок конкурсного производства должника - общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» продлен на 6 (шесть) месяцев, до 29 апреля 2017 года. Определением Арбитражного суда Саратовской области от 07 февраля 2017 года ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс».

  Определением Арбитражного суда Саратовской области от 20 марта 2017 года конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» утвержден ФИО3, являющийся членом Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Северная Столица» (194100, 

<

...> лит «А»).

  Определениями Арбитражного суда Саратовской области срок конкурсного производства должника - общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» неоднократно продлевался.

  27 сентября 2018 года в Арбитражный суд Саратовской области поступило заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» ФИО3 о привлечении бывшего руководителя должника ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 55 958 188 руб. 58 коп.

  Определением Арбитражного суда Саратовской области от 21 мая 2019 года заявление конкурсногоуправляющего общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» ФИО3 о привлечении бывшего руководителя должника ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о признании должника - общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» несостоятельным (банкротом), удовлетворено. Бывший руководитель должника общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 55 933 055 руб. 50 коп.

  Взысканы с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в пользу должника - общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» денежные средства в размере 55 933 055 руб. 50 коп. для включения в конкурсную массу.

   Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО4 просит определение отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Проверив законность принятого по делу судебного акта, правильность применения норм материального права в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

 Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

  Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Федерального закона).

  В рамках процедуры банкротства, 10.09.2018 конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО4 (далее - ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Сигрейс» на сумму 55 933 055 руб. 50 коп.

  В обоснование заявления конкурсный управляющий сослался на положения статей 9, 61.12 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), указывая на то, что бывший руководитель должника, при наличии перечисленных управляющим обязательств, не обратился в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), хотя на 01.02.2013 у должника имелась установленная судом задолженность, которая возникла еще с 2012 года. Кроме того, будучи осведомленным о неплатежеспособности должника ФИО4 продолжала совершать сделки, значительно ухудшающие финансовое состояние должника, без соответствующих оснований, не передачу документов и ценностей конкурсному управляющему. По мнению конкурсного управляющего указанные действия привели к банкротству должника.

Суд первой инстанции удовлетворил заявление конкурсного управляющего ФИО3, сделав вывод о наличии обстоятельств для привлечения бывшего руководителя общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 55 933 055 руб. 50 коп.

  Апелляционный суд с позицией суда первой инстанции не согласен в силу следующего. 

  Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ внесены изменения в Закон о банкротстве, в соответствии с которыми статья 10 указанного Закона была признана утратившей силу.

  Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ. Данное разъяснение касается применения процессуальных норм.

   Однако для установления состава правонарушения в отношении действий, совершенных привлекаемыми к ответственности лицами до вступления в силу упомянутого Закона, применяются материально-правовые нормы Закона о банкротстве, действовавшие до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

  В качестве доказательств имевшейся у ООО «Сигрейс» задолженности перед кредиторами в материалы дела представлены определения Арбитражного суда Саратовской области о включении в реестр требований кредиторов ООО «Сигрейс»

- требования ПАО "БИНБАНК" в сумме 5 608 283 (пять миллионов шестьсот восемь тысяч двести восемьдесят три) рубля 83 коп.  

- требования ООО «Эконом-факторинг», г. Саратов в размере 1 542 829 руб. 64 коп.  

- требования ООО «Эконом-Финанс» в размере 620 935 руб. 71 коп.  

- требования ФНС России в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 8 по Саратовской области  в размере 92 487 руб. 97 коп., в том числе: основной долг - 84 458 руб. 65 коп., пени - 5 845 руб. 32 коп., штраф - 2 184 руб. 10 коп.), а также в сумме 683 229 руб. 03 коп., (из них: задолженность по уплате страховых взносов в бюджет Пенсионного фонда РФ- 574 390 руб. 41 коп. (основной долг - 517 147 руб. 97 коп.; пени - 57 242 руб. 44 коп.), задолженность по уплате страховых взносов в бюджет Федерального фонда обязательного медицинского страхования РФ -108 838 руб. 62 коп. (основной долг - 100 337 руб. 89 коп.; пени - 8 500 руб. 73 коп.).  

- требования закрытого акционерного общества «Доверие» в размере 138 652 руб. 80 коп., в том числе: 133 320 руб. 00 коп. основного долга, 5 332 руб. 80 коп. судебные расходы. 

- требования ОАО «Сбербанк России» в лице Саратовского отделения №8622 в размере 10 397 409 руб. 66 коп.  

- требования ЗАО «Акционерно-коммерческий банк реконструкции и развития «Экономбанк» в размере 6 281 403 руб. 19 коп. Период образования задолженности 2013-2015 гг.;

- требования ООО «Эконом-факторинг», г. Саратов в размере 17 183 489 руб. 57 коп. 

- требования ООО «ЭкономЛизинг» в размере 4 671 471 руб. 89 коп.  

- требования ЗАО «Племенной завод «Мелиоратор»  в размере 1 912 924 руб. 79 коп.  

- требования Акционерного общества «Гарантийный фонд для субъектов малого предпринимательства Саратовской области» в размере 2 699 901 руб. 49 коп.  

- требования ООО «Эконом-факторинг», г. Саратов в сумме 126 324 руб. 59 коп.  

- требования Акционерного общества «Рекламно-коммерческое агентство «Ресоптпродторг» в размере 39 005 руб. 69 коп.  

- требования закрытого акционерного общества «ТАНДЕР» в размере 1 242 232 руб. 08 коп. основного долга.  

- требования индивидуального предпринимателя ФИО6 в размере 98 693 руб. 52 коп.  

- требования ООО «Сельта» в размере 53 339 руб. основного долга и подлежащими удовлетворению за счет имущества, оставшегося после завершения расчетов с кредиторами должника -Общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс», заявившими свои требования в установленный срок, при наличии денежных средств должника - Общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» на их удовлетворение.  

   Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

  Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

  Судом апелляционной инстанции также учтена правовая позиция Верховного Суда РФ относительно причин установления законодателем и существа субсидиарной ответственности руководителя должника за несвоевременное обращение с заявлением о банкротстве в суд, изложенная в Определении от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713 по делу № А50-4524/2013.

 Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

 Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

  Подход к определению размера субсидиарной ответственности, установленный в пункте 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, не изменялся и фактически использовался арбитражными судами и до введения указанной нормы в Закон о банкротстве.

  Размер ответственности равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

 Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона).

  В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 указанного Закона.

  Возможность привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника на основании статьи 9 Закона о банкротстве возникает при наличии совокупности условий: возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в абзацах два, семь пункта 1 данной статьи, установление даты возникновения данного обстоятельства; неподача соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым руководитель привлекается к субсидиарной ответственности.

  Недоказанность наличия хотя бы одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, является основанием для отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

  Как следует из материалов дела и установлено апелляционным судом, ФИО4 являлась руководителем с 21.04.2011 по 26.11.2015 и учредителем (доля 49%) должника.

  Между тем, процедура наблюдения в отношении должника была введена по заявлению кредитора - ОАО «БИНБАНК». Основанием для обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом являлось неисполнение должником обязательств по кредитному договору  

<

***> от 29/10/2012.

  Вместе с тем, в силу статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

  Из анализа представленных документов, в том числе бухгалтерской отчетности должника, следует, что только после формирования бухгалтерской отчетности за весь 2012 год, должник мог с полной очевидностью установить, что кредиторская задолженность, подтвержденная в процедуре наблюдения и конкурсного производства, превысила стоимость активов, и должник стал обладать признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Аналогичная позиция отражена в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 20.02.2019 по делу № А57-7033/2016.

Обязанность по сдаче бухгалтерской отчетности за 2012 год установлена до 31.03.2013, вследствие чего, только после истечения месячного срока с этой даты у должника возникла бы обязанность по подаче заявления о признании его несостоятельным (банкротом) - 31.04.2013.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов (Определение Верховного Суда РФ от 29.03.2018 по делу № 306-ЭС17-13670(3), А12-18544/2015).

Таким образом, заявителем не только не доказана точная календарная дата возникновения у учредителя и руководителя ООО «Сигрейс»» обязанности обратиться с заявлением о признании должника банкротом, но и не предоставлен Анализ кредиторской задолженности должника с определением такой даты.

При этом, доказательств того, что сам факт не обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом повлек неблагоприятные последствия для кредиторов и должника.

Поскольку, как указано выше, согласно части 2 статьи 9 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность возлагается на руководителя должника только по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 Закона, основания для привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу им заявления о признании должника банкротом отсутствуют.

Пунктом 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» судам разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Из пояснений ФИО4 следует, что в 2011 году Общество приобрело производственную площадку и вафельную линию (в лизинг), производство было готово лишь к 2015 году из-за получения новых лимитов, нового проекта по газу и т.д. Кроме того, Общество поставляло сахарную вату в две основных сети – Магнит и Ашан, заказы увеличивались. ФИО4 указывает, что полученные Обществом кредиты были обеспечены производственным оборудованием, ликвидными станками, предприятие имело все шансы на восстановление.

 Доказательств того, что руководитель Общества не пыталась сохранить и поддержать компанию; руководителем должника не предпринимались меры для продолжения исполнения обществом своих обязательств, заявителем не представлено.

 Между тем, то обстоятельство, что проведенные мероприятия в результате не позволили избежать банкротства ООО «Сигрейс», не свидетельствует о том, что общество признано банкротом по вине контролирующих лиц, в результате совершения последними противоправных действий.

  Доказательств того, что наступил критический момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по состоянию на 01.02.2013 не представлено.

  Довод конкурсного управляющего о том, что по состоянию на 31.12.2012 у ООО «Сигрейс» имелась задолженность 528 322 руб., которая не была погашена в течение месяца, следовательно, обязанность обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве, у руководителя должника ФИО4 возникла 01.02.2013, является ошибочным.

  Наличие задолженности само по себе не свидетельствует о наступлении для руководителя предприятия-должника обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

  При этом превышение обязательств должника над его активами безусловно не говорит о том, что общество является неплатежеспособным и обладает признаками банкротства, как безусловно не свидетельствует о неплатежеспособности юридического лица само по себе наличие у предприятия задолженности по уплате кредита.

  Более того, бухгалтерский баланс, как таковой, также не может рассматриваться как безусловное и единственное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом на основании абзаца второго пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку отражает лишь общие сведения об активах и пассивах предприятия применительно к определенному отчетному периоду.

 Из представленных в материалы дела доказательств следует, что обстоятельства деятельности должника с 2012 года не свидетельствовали об объективном банкротстве, и, несмотря на временные финансовые затруднения, ответчик добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата. В рассматриваемом случае действия ответчика не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов. Банкротство должника обусловлено исключительно внешними факторами.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.

  Заявитель, обращаясь в суд с рассматриваемым требованием, не привел доказательств того, что в случае обращения должника в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом) задолженность перед кредиторами была бы погашена.

  Следует учесть, что негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

  Учитывая вышеизложенное, правовых оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности у суда первой инстанции не имелось, поскольку в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих наличие у руководителя должника обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве по состоянию на 01.02.2013, а также противоправных виновных действий (бездействий) по доведению должника до несостоятельности (банкротства).

  Рассмотрев доводы апелляционной жалобы о незаконности привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за не передачу документов, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

  В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

  Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего руководитель должника обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

  Пунктом 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

  Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

  Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

  Таким образом, бывший руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности при доказанности совокупности следующих условий: объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения бывшим руководителем обязательств по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации; вины бывшего руководителя должника, исходя из того, принял ли он все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); причинно-следственной связи между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

  Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения руководителем должника обязательства по передаче конкурсному управляющему документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину руководителя, исходя из того, принял ли он все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

  ФИО4 пояснила, что узнав об определении Арбитражного суда Саратовской области от 11.04.2016 по данному делу, обязывающее ее передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, печать, штампы, материальные и иные ценности ООО «Сигрейс», оня явилась к судебному приставу-исполнителю, передала ему печать, уставные документы, ряд бухгалтерских документов и пояснила, что не может все передать незамедлительно в связи с отсутствием доступа в арендуемое Обществом офисное помещение. Доказательств обратного не представлено.

  Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приняв во внимание, что конкурсным управляющим проведена инвентаризация выявленных активов, в том числе и дебиторской задолженности, учитывая, что о не передаче каких-либо конкретных документов, отсутствие которых не позволило бы взыскать задолженность или выявить сделки и принять меры по их оспариванию, конкурсный управляющий не заявил, факт уклонения бывшего руководителя должника от передачи документов не доказал, равно как и не доказал наличие причинно-следственной связи между не передачей каких-либо документов и невозможностью формирования конкурсной массы, апелляционный суд приходит к выводу о том, что необходимых условий для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности не имеется.

Кроме того, в обоснование поданного заявления, конкурсный управляющий указал, что ФИО4 были совершены действия, влекущие невозможность полного погашения требований кредиторов - совершена сделка по выводу активов предприятия, при наличии непогашенной кредиторской задолженности.

          В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе,  в случае если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление от 21.12.2017 №53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе, сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Согласно пункту 56 Постановления от 21.12.2017 № 53 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве). 

          Момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства). 

          Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, т.е. лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ от 06.07.2016). 

          Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, т.е. лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ от 06.07.2016).    

  Как предусмотрено абзацем 4 пункта 20 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям ст. 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе, установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

  Из указанных разъяснений следует, что возможность суда самостоятельно квалифицировать предъявленное требование, вовсе не исключает необходимость доказывания сторонами обстоятельств, входящих в предмет доказывания того или иного требования.

  Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации среди способов защиты гражданских прав называет возмещение убытков.

  Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

  Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

  В силу ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

  Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

  В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в п.п. 1-3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно.

  Таким образом, взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом.

  Так, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом.

  Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

  В свою очередь, согласно пункту 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ).

  При этом, бремя доказывания отсутствия вины возложено на контролирующее должника лицо.

  Как установлено апелляционным судом, в ходе проведения мероприятий конкурсного производства и анализа хозяйственной деятельности должника было установлено, что ООО «Сигрейс» в пользу ФИО4(ФИО7) (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения г.Харьков) были перечислены денежные средства, а именно 09.12.2014 - 253 497 руб., 15 коп., 26.12.2014 - 107 500 руб. 27 коп.; 30.12.2014 -37 900 руб.; 14.01.2015 - 37 770 руб.; 28.01.2015 - 312 000 руб.; 24.03.2015 - 95 000 руб., а всего 843 667,42 руб.

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Саратовской области с заявлением о признании недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 01 февраля 2017 года по делу № А57-1035/2015, заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» (410012, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО5, г. Саратов о признании сделок по перечислению ООО «Сигрейс» денежных средств в пользу ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения г.Харьков) 09.12.2014 - 253 497 руб. 15 коп., 26.12.2014 : 107 500 руб. 27 коп.; 30.12.2014 -37 900 руб.; 14.01.2015 - 37 770 руб.; 28.01.2015 - 312 000 руб.; 24.03.2015 - 95 000 руб., а всего 843 667,42 руб. и применении последствий их недействительности в виде взыскания с ФИО7 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения ) в конкурсную массу ООО «Сигрейс» 843 667 руб. 42 коп., в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» (410012, 

<

...> д.ЮЗ, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) оставлено без удовлетворения.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2017 по делу № А57-1035/2015, определение Арбитражного суда Саратовской области от 01 февраля 2017 года по делу № А57-1035/2015 отменено. Сделки, выраженные в перечислении обществом с ограниченной ответственностью «Сигрейс» в пользу ФИО8 09 декабря 2014 года - 253 497 руб. 15 коп., 26 декабря 2014 года -107-500 руб. 27 коп., 30 декабря 2014 года - 37 900 руб., 14 января 2015 года - 37 770 руб., 28 января 2015 года - 312 000 руб., 24 марта 2015 года - 95 000 руб., всего 843 667,42 руб. признаны недействительными. Применены последствия недействительности сделки. Взысканы с ФИО8 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» 843 667,42 руб.

  Таким образом, в результате совершения оспариваемой сделки, был осуществлен вывод имущества должника в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов и осуществлен переход права собственности на недвижимое имущество заинтересованному лицу, что в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве) - недопустимо.

          В результате неразумного действия руководителя ФИО4 должнику причинены убытки на общую сумму 843 667,42 руб.

          При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что бывшим руководителем должника ФИО4 совершено действие, приведшее к возникновению убытков у должника.  

          Суд апелляционной инстанции считает необходимым взыскать с бывшего руководителя ООО «Сигрейс»  ФИО4 убытки  в размере 843 667,42 руб.

   При указанных обстоятельствах,  в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 270 АПК РФ определение Арбитражного суда Саратовской области от 17 декабря 2018 года по делу № А57-1035/2015 подлежит отмене с принятием нового судебного акта.

   руководствуясь статьями 188, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 17 декабря 2018 года по делу № А57-1035/2015 отменить, принять новый судебный акт.

Взыскать с бывшего руководителя должника общества с ограниченной ответственностью «Сигрейс» ФИО4 убытки в размере 843 667 руб. 42 коп. для включения в конкурсную массу.

В остальной части в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3 отказать.

       Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме, через  Арбитражный суд 1-ой инстанции, принявший определение.

Председательствующий                                                                А.Ю. Самохвалова

Судьи                                                                                               О.В. Грабко

 

                                                                                                          Л.А. Макарихина