ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-7014/2023

г. Челябинск

19 июля 2023 года

Дело № А07-20704/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 июля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 июля 2023 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Жернакова А.С.,

судей Камаева А.Х., Томилиной В.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Промнефтегазинжиниринг» на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.03.2023 по делу № А07-20704/2021.

В судебном заседании приняли участие представители:

индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 25.07.2022, срок действия до 25.07.2027, диплом);

общества с ограниченной ответственностью «Промнефтегазинжиниринг» - ФИО4 (паспорт, доверенность от 16.01.2023 № 10-23, срок действия до 31.12.2023, диплом).

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец, ИП ФИО2) обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Промнефтегазинжиниринг» (далее – ответчик, ООО «ПНГИ») о взыскании задолженности по договору на оказание транспортных услуг № 01/ИВА/2020 от 05.12.2019 в размере 31 293 000 руб. (с учетом уточнения размера исковых требований, т. 1 л.д. 64-67).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.03.2023 (резолютивная часть от 13.03.2023) исковые требования удовлетворены в полном объеме.

С указанным решением суда не согласилось ООО «ПНГИ» (далее также – податель апелляционной жалобы, апеллянт), подало апелляционную жалобу, в которой просило решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

В апелляционной жалобе ее податель указал, что, исследовав предоставленные истцом путевые листы, ответчик обнаружил, что часть путевых листов не подтверждает факт оказания услуг истцом ответчику. Ответчик в ходе судебных заседаний заявил о фальсификации актов сдачи-приемки услуг и части путевых листов, заявил ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы. По мнению апеллянта, суд первой инстанции необоснованно сделал выводы о доказанности обстоятельств оказания истцом услуг в полном объеме, не проверил заявление ответчика о фальсификации актов сдачи-приемки услуг и части путевых листов путем назначения почерковедческой экспертизы, не применил положения приказа Минтранса от 11.09.2020 № 368 «Об утверждении обязательных реквизитов и порядка заполнения путевых листов» и не дал оценку доводам ответчика об обязательности применения указанного нормативного акта.

Апеллянт отметил, что заявил о фальсификации подписи в актах сдачи-приемки работ (услуг) № 3/1 от 28.02.2021, № 21 от 30.11.2020, № 6 от 31.03.2021, № 8 от 28.02.2021, выполненных от имени генерального директора ответчика ФИО5 и ФИО6, а также о фальсификации подписей в части путевых листов, представленных истцом, выполненных от имени механиков ФИО7 и ФИО8 в соответствующих графах путевых листов о выезде и о возвращении автотранспортной техники, однако суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении заявления о фальсификации доказательств и назначении по делу почерковедческой экспертизы. Апеллянт указал, что истцом были завышены объемы оказанных услуг, так как ряд путевых листов имеют признаки фальсификации и не подтверждают факты выезда техники на линию по заданию ответчика и ее возвращение, а также объем выполненных работ по договору.

Апеллянт указал, что требования к оформлению путевых листов, предусмотренные приказом Минтранса от 11.09.2020 № 368, были нарушены, что механики ФИО8 и ФИО7, ответственные со стороны истца за выезд техники на линию и за ее возвращение, не ставили свои подписи в графах спорных путевых листов, которые должны содержать подписи таких лиц; по мнению апеллянта, за ответственных лиц (за механиков ФИО8 и ФИО7) выполняли подписи иные лица, в том числе путем подражания подписей, тогда как подписи механиков ФИО7 и ФИО8, ответственных за выпуск транспортных средств на линию и их возвращение, имеют ключевое и существенное значение для установления фактического объема оказанных истцом транспортных услуг и подписи, выполненные от имени указанных лиц, подлежат проверке путем проведения почерковедческой экспертизы. Апеллянт не согласился с тем, что судом первой инстанции не было принято во внимание экспертное почерковедческое исследование, представленное ответчиком, которое свидетельствует, что в части спорных путевых листов подписи выполнены не теми лицами, которые указаны подписантами в названных документах, что влечет соответствующие правовые последствия, основанные на заявлениях ответчика о фальсификации представленных истцом доказательств.

Вывод суда первой инстанции о том, что отметки на оборотных сторонах путевых листов, проставленные непосредственно сотрудниками ответчика, подтверждают выполнение работ, апеллянт считал необоснованным, так как отметки на оборотных сторонах путевых листов, выполненные уполномоченными лицами ответчика, проставлялись ими исключительно на основе полученной информации о времени выезда техники на линию и ее возвращении, содержащейся в графах о выпуске техники на линию и ее возвращении, размещенных на лицевой части этих же путевых листов, которые проставлялись от имени механиков ФИО7 и ФИО8 и содержали подписи, выполненные от их имени, то есть на основании недостоверной информации.

Апеллянт полагал, что ФИО9,  ФИО10, ФИО11 не имели полномочий на подписание реестров выполненных работ за ноябрь 2020 г., февраль – апрель 2021 гг., а подписанные сторонами акты сверок взаимных расчетов не могут служить доказательством, подтверждающим оказание истцом ответчику услуг в заявленном в иске размере, так как акты сверки не являются самостоятельным доказательством наличия задолженности при оспаривании первичных документов, указанные акты сверки не содержат информацию о договоре, на основании которого могли возникнуть обязательства ответчика перед истцом, не содержат наименования и реквизиты первичных документов за спорные периоды.

Апеллянт указал, что суд первой инстанции неправомерно без проведения экспертного исследования сделал незаконный вывод о принадлежности подписи на документе, конкретному лицу, а также неверно посчитал, что проставление не оспариваемых документах печати общества свидетельствует об одобрении обществом действий подписанта, так как при наличии заявлений о фальсификации доказательств подлинность подписей подлежит проверке путем назначения и проведения судебной почерковедческой экспертизы, наличие же оттиска печати организации само по себе не подтверждает возникновение таких прав и обязанностей у стороны при установлении факта фальсификации подписи.

Вместе с апелляционной жалобой ООО «ПНГИ» представило в суд апелляционной инстанции повторное ходатайство о назначении по делу почерковедческой экспертизы, а также ходатайство о вызове свидетелей.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, обеспечили явку своих представителей.

К дате судебного заседания в суде апелляционной инстанции от ИП ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в приобщении которого к материалам дела было отказано на основании статьи 262 АПК РФ ввиду незаблаговременного его направления в адрес ответчика.

Рассмотрев ходатайства апеллянта о назначении по делу почерковедческой судебной экспертизы и о вызове свидетелей в судебное заседание, судебная коллегия не усмотрела оснований и отказала в их удовлетворении по мотивам, изложенным далее в настоящем постановлении.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из письменных материалов дела, установлено судом первой инстанции, между ИП ФИО2 (арендодатель) и ООО «ПНГИ» (арендатор) был подписан договор на оказание транспортных услуг № 01/ИВА/2020 от 05.12.2019 (далее также – договор, т. 1 л.д. 10-14), по условиям пункта 1.1. которого арендодатель обязуется предоставить в аренду арендатору во временное пользование транспортные средства и специализированную технику, согласно приложению № 1 и акту приема-сдачи техники (приложение № 2) к договору, на условиях и в сроки, предусмотренные договором; оказать услуги по управлению экипажем арендодателя.

В силу п. 1.2. договора арендатор обязуется принять технику по акту приема-передачи (приложение № 2), а в случае досрочного расторжения или окончания срока действия договора сдать по акту приема-передачи (приложение № 2) уполномоченным лицам арендодателя; своевременно вносить платежи по договору.

Согласно п. 2.1. договора за пользование техникой в период аренды арендатор уплачивает арендодателю арендную плату за отработанный период. Расчетный период - 10 календарных дней с момента представления арендодателем первичных документов. Размер арендной платы по настоящему договору определяется приложением № 1, являющимся неотъемлемой частью настоящего договора.

На основании п. 2.3 договора оплата за аренду техники производится арендатором на основании подписанного акта об оказании услуг, счет-фактуры, талонов заказчика к путевому листу или копий путевых листов, заверенных арендодателем, подтвержденных реестром отработанных часов.

В п. 2.4 договора установлено, что оплата производится арендатором в течение 10 календарных дней с момента выставленных арендодателем первичных документов (акт, счет-фактура, ежедневный реестр отработанного времени, талонов заказчика или копии путевых листов). Первичная документация предоставляется арендодателем не позднее 5 числа месяца, следующего за расчетным периодом.

В соответствии с п. 2.5 договора арендатор, в срок не позднее 5 рабочих дней, начиная со дня, следующего за днем фактического получения акта об оказании услуг обязан рассмотреть представленный документ или принять оказанные арендодателем услуги полностью и без замечаний подписать акт либо направить арендодателю соответствующее заявление со своими мотивированными и обоснованными возражениями относительно оказанных услуг. В случае несвоевременного подписания арендатором акта об оказанных услугах услуги считаются оказанными исполнителем надлежащим образом, работы приняты в одностороннем порядке.

В протоколе согласования договорной цены и условий эксплуатации (приложение № 1) установлена стоимость аренды транспортных средств и специализированной техники:

- специализированный автобус УРАЛ 3255-0010-41 (30 п/мест), гос.номер В760СС89 – 1 500 руб./час;

- специализированный автобус УРАЛ 3255-0010-41 (30 п/мест), гос.номер О545СК197 – 1 500 руб./час;

- специализированный автокран КС 45717-1, гос.номер К059ТТ174 – 1 900 руб./час;

- грузовой тягач седельный Камаз 44108-10 гос.номер У495КС116 с полуприцепом с бортовой платформой гос.номер ЕА074377 – 2 000 руб./час (т. 1 л.д. 15).

По акту приема-передачи от 06.12.2019 (приложение № 1 к договору) ООО «ПНГИ» переданы в пользование транспортные средства: 

- грузовой бортовой УСТ54531J с КМУ, гос.номер В537НО89; 

- грузовой тягач седельный УСТ5453JА, гос.номер В609ТР89;

- специальный автокран КС 55732 УРАЛ4320-6951-7, гос.номер В665МТ89;

- специализированный автокран КС 55732, гос.номер В624КК89;

- цельнометаллический грузовой фургон ГАЗ 27527, гос.номер В624КК89 (т. 1 л.д. 43).

Дополнительным соглашением № 1 от 30.03.2020 приложение № 1 к договору дополнено транспортным средством: специализированный пассажирский УСТ 54535 22 места, гос.номер В521РХ702, стоимость аренды – 1 500 руб./час (приложение № 2 к исковому заявлению, поступившему через систему «Мой Арбитр», т. 1 л.д. 6-8).

Дополнительным соглашением № 2 от 07.07.2020 приложение № 1 к договору дополнено транспортным средством: экскаватор HYUNDAI R380LC-9SH, гос.номер 02МТ3586, стоимость аренды – 2 500 руб./час (приложение № 3 к исковому заявлению, поступившему через систему «Мой Арбитр», т. 1 л.д. 6-8).

Дополнительным соглашением № 3 от 08.07.2020 приложение № 1 к договору дополнено транспортным средством: Автобус прочее Урал 3522-5013-71 24 мас., гос.номер В202ХЕ702, стоимость аренды – 1 500 руб. (приложение № 4 к исковому заявлению, поступившему через систему «Мой Арбитр», т. 1 л.д. 6-8).

Дополнительным соглашением № 5 от 11.03.2021 приложение № 1 к договору дополнено транспортным средством: специальный автокран КС-55732 6929Н0-1, гос.номер Е320ЕВ702, стоимость аренды – 1 900 руб./час (приложение № 6 к исковому заявлению, поступившему через систему «Мой Арбитр», т. 1 л.д. 6-8).

В подтверждение факта предоставления ООО «ПНГИ» в аренду транспортных средств ИП ФИО2 в материалы дела были представлены акты сдачи-приёмки работ (услуг) № 21 от 30.11.2020 на сумму 6 411 300 руб. (т. 1 л.д. 60), № 3/1 от 28.02.2021 на сумму 6 679 800 руб. (т. 1 л.д. 63), № 6 от 31.03.2021 на сумму 7 506 800 руб. (т. 1 л.д. 59), № 8 от 30.04.2021 на сумму 4 961 000 руб. (т. 1 л.д. 58), № 9 от 31.05.2021 на сумму 4 117 300 руб. (т. 1 л.д. 61), № 11 от 28.06.2021 на сумму 1 616 800 руб. (т. 1 л.д. 62), всего на сумму 31 293 000 руб., с приложением помесячных реестров выполненных работ с указанием автотранспорта, его государственного номера, количества отработанных машино-часов и их стоимости, а также путевых листов (т. 1 л.д. 68-76, 79-122, т. 2 л.д. 36-44).

Акты сдачи-приёмки работ (услуг) № 9 от 31.05.2021 и № 11 от 28.06.2021 представлены ИП ФИО2 неподписанными со стороны ООО «ПНГИ».

При этом ИП ФИО2 представлены доказательства направления ООО «ПНГИ» копий путевых листов (т. 1 л.д. 123-152), а также доказательства направления и нарочного вручения ООО «ПНГИ» для подписания актов сдачи-приёмки работ (услуг) № 9 от 31.05.2021 и № 11 от 28.06.2021 с приложением к ним реестров выполненных работ, талонов заказчика к путевому листу, путевых листов (т. 3 л.д. 141-144).

Письмами от 29.06.2021 № ПНГИ/0717-06-21 и от 29.07.2021 № ПНГИ/0840-07-21 ООО «ПНГИ» заявило отказ от подписания актов сдачи-приёмки работ (услуг) № 9 от 31.05.2021 и № 11 от 28.06.2021, мотивированный предоставлением неполного комплекта документов, предусмотренных п.п. 2.4, 2.5 договора, а также необходимостью предоставления иных документов, не предусмотренных договором, но подтверждающих, по мнению ООО «ПНГИ», реальность оказания услуг (наличия необходимых материально-технических и трудовых ресурсов) (т. 3 л.д. 145, 147).

Ссылаясь на наличие задолженности по оплате арендной платы по договору на оказание транспортных услуг № 01/ИВА/2020 от 05.12.2019, ИП ФИО2 направил ООО «ПНГИ» претензию-уведомление от 15.06.2021 с требованием незамедлительно оплатить задолженность (приложения № 19 и № 20 к исковому заявлению, поступившему через систему «Мой Арбитр», т. 1 л.д. 6-8).

Оставление ООО «ПНГИ» требований указанной претензии без удовлетворения послужило основанием для обращения ИП ФИО2 в арбитражный суд с рассматриваемым иском. 

Удовлетворяя исковые требования в полном объеме, суд первой инстанции пришел к выводу, что ИП ФИО2 были представлены надлежащие и достаточные доказательства, подтверждающие факт оказания ответчику транспортных услуг на заявленную в иске сумму, факт пользования ответчиком арендованными транспортными средствами и специализированной техникой. Суд пришел к выводу, что ООО «ПНГИ» ненадлежащим образом исполнило обязательства арендатора по договору аренды в части оплаты за указанное пользование арендованными транспортными средствами и специализированной техникой.

Проверив законность и обоснованность решения суда, оценив доводы апелляционной жалобы ответчика, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта.

На основании пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе из договоров и иных сделок.

В силу статьи 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Согласно пункту 1 статьи 607 ГК РФ в аренду могут быть переданы земельные участки и другие обособленные природные объекты, предприятия и другие имущественные комплексы, здания, сооружения, оборудование, транспортные средства и другие вещи, которые не теряют своих натуральных свойств в процессе их использования (непотребляемые вещи).

По договору аренды (фрахтования на время) транспортного средства с экипажем арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование и оказывает своими силами услуги по управлению им и по его технической эксплуатации (статья 632 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что между ИП ФИО2 (арендодатель) и ООО «ПНГИ» (арендатор) был заключен договор на оказание транспортных услуг № 01/ИВА/2020 от 05.12.2019, по условиям пункта 1.1. которого арендодатель обязуется предоставить в аренду арендатору во временное пользование транспортные средства и специализированную технику, согласно приложению № 1 и акту приема-сдачи техники (приложение № 2) к договору, на условиях и в сроки, предусмотренные договором; оказать услуги по управлению экипажем арендодателя.

Стороны согласовали существенные условия указанного договора, приступили к исполнению его условий.

Действительность и заключенность договора аренды сторонами в ходе его исполнения не оспаривались (часть 3.1 статьи 70 АПК РФ), в силу чего апелляционный суд поддерживает вывод суда первой инстанции о возникновении между сторонами обязательственных отношений по аренде ответчиком транспортных средств и специализированной техники истца.

В силу статьи 309, пункта 1 статьи 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Статьей 614 ГК РФ предусмотрено, что арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Согласно п. 2.1. договора за пользование техникой в период аренды арендатор уплачивает арендодателю арендную плату за отработанный период. Расчетный период - 10 календарных дней с момента представления арендодателем первичных документов. Размер арендной платы по настоящему договору определяется приложением № 1, являющимся неотъемлемой частью настоящего договора.

На основании п. 2.3 договора оплата за аренду техники производится арендатором на основании подписанного акта об оказании услуг, счет-фактуры, талонов заказчика к путевому листу или копий путевых листов, заверенных арендодателем, подтвержденного реестром отработанных часов.

В п. 2.4 договора установлено, что оплата производится арендатором в течение 10 календарных дней с момента выставленных арендодателем первичных документов (акт, счет-фактура, ежедневный реестр отработанного времени, талонов заказчика или копии путевых листов). Первичная документация предоставляется арендодателем не позднее 5 числа месяца, следующего за расчетным периодом.

В протоколе согласования договорной цены и условий эксплуатации (приложение № 1) установлена стоимость аренды транспортных средств и специализированной техники.

В подтверждение факта предоставления ООО «ПНГИ» в аренду транспортных средств ИП ФИО2 в материалы дела были представлены акты сдачи-приёмки работ (услуг) № 21 от 30.11.2020 на сумму 6 411 300 руб. (т. 1 л.д. 60), № 3/1 от 28.02.2021 на сумму 6 679 800 руб. (т. 1 л.д. 63), № 6 от 31.03.2021 на сумму 7 506 800 руб. (т. 1 л.д. 59), № 8 от 30.04.2021 на сумму 4 961 000 руб. (т. 1 л.д. 58), № 9 от 31.05.2021 на сумму 4 117 300 руб. (т. 1 л.д. 61), № 11 от 28.06.2021 на сумму 1 616 800 руб. (т. 1 л.д. 62), всего на сумму 31 293 000 руб., с приложением помесячных реестров выполненных работ с указанием автотранспорта, его государственного номера, количества отработанных машино-часов и его стоимости, а также путевых листов (т. 1 л.д. 68-76, 79-122, т. 2 л.д. 36-44).

В ходе рассмотрения дела ООО «ПНГИ» заявило о фальсификации актов сдачи-приемки работ (услуг) № 3/1 от 28.02.2021, № 21 от 30.11.2020, № 6 от 31.03.2021, № 8 от 28.02.2021 в части подписей, выполненных от имени генерального директора ответчика ФИО5 и ФИО6, а также о фальсификации подписей в части путевых листов, представленных истцом, выполненных от имени механиков ФИО7 и ФИО8

Кроме того, ООО «ПНГИ» указало, что акты сдачи-приёмки работ (услуг) № 9 от 31.05.2021 и № 11 от 28.06.2021 представлены ИП ФИО2 неподписанными со стороны ООО «ПНГИ».

На основании части 1 статьи 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:

1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;

2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;

3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Перечень проводимых мероприятий по проверке обоснованности заявления о фальсификации доказательств определяется судом с учетом конкретных обстоятельств дела, проверка может быть проведена не только путем назначения судебной экспертизы, но и другими способами, например, путем сопоставления оспариваемого доказательства с другими доказательствами, имеющимися в деле, истребования дополнительных доказательств, допроса свидетелей и т.д.

Из материалов дела, условий договора на оказание транспортных услуг № 01/ИВА/2020 от 05.12.2019, апелляционный суд усматривает, что стороны согласовали целый перечень первичных документов, которым производилось фиксирование объема оказанных истцом ответчику услуг, а также на основании которого ответчик производил приемку таких услуг – подписанный акт об оказании услуг, счет-фактуры, талоны заказчика к путевому листу или копии путевых листов, заверенных арендодателем, подтвержденных реестром отработанных часов.

Из материалов дела следует, что по факту исполнения сторонами договора на оказание транспортных услуг № 01/ИВА/2020 от 05.12.2019 истцом и ответчиком производилось оформление путевых листов, которые были подписаны представителями обеих сторон спора.

Доводы подателя апелляционной жалобы о том, что, исследовав предоставленные истцом путевые листы, ответчик обнаружил, что часть путевых листов не подтверждает факт оказания услуг истцом ответчику, отклонены судебной коллегией, поскольку такие путевые листы были подписаны как со стороны истца, так и со стороны ответчика. ООО «ПНГИ», сомневаясь в достоверности представленных путевых листов, при этом сам по себе факт оказания истцом ответчику транспортных услуг как объективно имевшее место событие не оспаривало, при этом не представило в материалы дела собственные доказательства, подтверждающие иной объем оказанных ИП ФИО2 услуг.

Довод апеллянта о том, что требования к оформлению путевых листов, предусмотренные приказом Минтранса от 11.09.2020 № 368 «Об утверждении обязательных реквизитов и порядка заполнения путевых листов», были нарушены, признан судебной коллегией несостоятельным, поскольку при допущенных сторонами неточностях (ошибках) при оформлении путевых листов факт подписания сторонами указанных путевых листов позволяет прийти к выводу, что стороны придали им соответствующую силу первичных отчетных документов.

Ответчик в ходе судебных заседаний заявил о фальсификации части путевых листов, заявил ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы, ссылаясь на то, что механики ФИО8 и ФИО7, ответственные со стороны истца за выезд техники на линию и за ее возвращение, не ставили свои подписи в графах спорных путевых листов, которые должны содержать подписи таких лиц, за ответственных лиц (за механиков ФИО8 и ФИО7) выполняли подписи иные лица, в том числе путем подражания подписей.

С учетом того, что механики ФИО8 и ФИО7 были ответственными со стороны истца, который при этом достоверность представленных путевых листов не оспаривал, с учетом того, сведения, отраженные в спорных путевых листах были завизированы (приняты) подписями соответствующих сотрудников ответчика, чьи подписи скреплены печатью ООО «ПНГИ», суд апелляционной инстанции нашел вышеуказанные возражения ООО «ПНГИ» как несостоятельные и противоречащие принципу эстоппель.

Довод апеллянта о том, что отметки на оборотных сторонах путевых листов, выполненные уполномоченными лицами ответчика, проставлялись ими исключительно на основе полученной информации о времени выезда техники на линию и ее возвращении, содержащейся в графах о выпуске техники на линию и ее возвращении, размещенных на лицевой части этих же путевых листов, которые проставлялись от имени механиков ФИО7 и ФИО8 и содержали подписи, выполненные от их имени, отклонен судом апелляционной инстанции, поскольку, действуя добросовестно и осмотрительно, при подписании путевых листов уполномоченные лица ответчика не лишены были возможности осуществить проверку принимаемого объема услуг.

Ссылка апеллянта на то, что уполномоченное лицо ответчика, которое ставило свою подпись в подтверждение выполнения работ на оборотных сторонах путевых листов, имело лишь единственный способ проверить факт и реальность выполнения работ со стороны истца - это информацию, содержащуюся на лицевой стороне путевых листов: время выпуска транспортного средства на линию и его возвращение, которые указывались механиком с проставлением его подписи, отклонен судом как не подтвержденный и противоречащий принципу добросовестного осуществления гражданских прав.

Таким образом, безотносительно того, кем от имени истца заполнялись путевые листы (при отсутствии со стороны истца возражений по этому поводу), факт подписания уполномоченными лицами ответчика оборотной стороны данных путевых листов при отсутствии доказательств иного свидетельствует о достоверности отраженной в путевом листе информации.

Оспаривая достоверность отраженной в путевом листе информации, ответчик какие-либо доказательства, подтверждающие иной объем указанных услуг в материалы дела не представил.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции отклонил возражения апеллянта, касающиеся недостоверности (подложности) спорных путевых листов.

При этом апелляционный суд отмечает, что на основании указанных путевых листов сторонами производилось оформление реестров выполненных транспортных услуг.

Указанные реестры выполненных транспортных услуг за спорный период были представлены истцом в материалы дела, содержащими подписи как со стороны истца, так и со стороны ответчика.

Ссылка апеллянта на то, что ФИО9,  ФИО10, ФИО11 не имели полномочий на подписание реестров выполненных работ за ноябрь 2020 г., февраль – апрель 2021 гг., признана судебной коллегией необоснованной с учетом представленного в материалы дела приказа ООО «Промнефтегазинжиниринг» от 31.12.2020 № 131-20 (т. 1 л.д. 77), в котором указанные лица были назначены ответственными за подписание путевых листов контрагентов, подтверждающих факт выполнения работ, визирование путевых листов контрагента с подтверждением предоставленных данных по оказанным услугам, выполненным работам, на основании которых и составлялись производные документы – реестры выполненных транспортных услуг.

Достоверность содержащихся в реестрах выполненных транспортных услуг сведений ООО «Промнефтегазинжиниринг» опровергнута не была.

На основании путевых листов, реестров выполненных транспортных услуг сторонами производилось подписание актов об оказании услуг.

ИП ФИО2 в материалы дела представил акты сдачи-приёмки работ (услуг) № 21 от 30.11.2020 на сумму 6 411 300 руб., № 3/1 от 28.02.2021 на сумму 6 679 800 руб., № 6 от 31.03.2021 на сумму 7 506 800 руб., № 8 от 30.04.2021 на сумму 4 961 000 руб., № 9 от 31.05.2021 на сумму 4 117 300 руб., № 11 от 28.06.2021 на сумму 1 616 800 руб.

Судом первой инстанции было установлено, что в акте сдачи приёмки работ (услуг) № 3/1 от 28.02.2021 в графе «от заказчика» поставлена подпись ФИО6 по доверенности № 12/1-21 от 29.01.2021, акты сдачи-приёмки работ (услуг) № 8 от 30.04.2021, № 6 от 31.03.2021, № 21 от 30.11.2020 в графе «от заказчика» содержат подписи лица с указанием ее расшифровки - ФИО5, генеральный директор ООО «ПНГИ». Указанные акты скреплены печатью ООО «ПНГИ». 

В материалы дела представлена копия доверенности на ФИО6 № 12/1-21 от 29.01.2021, согласно которой ФИО6 уполномочен подписывать от имени ответчика договоры гражданско-правового характера и акты выполненных работ к ним (т. 1 л.д. 78).

Акты сдачи-приёмки работ (услуг) № 9 от 31.05.2021 и № 11 от 28.06.2021 ответчиком не подписаны.

Однако ИП ФИО2 представлены доказательства направления ООО «ПНГИ» копий путевых листов (т. 1 л.д. 123-152), а также направления и нарочной передачи ООО «ПНГИ» для подписания актов сдачи-приёмки работ (услуг) № 9 от 31.05.2021 и № 11 от 28.06.2021 с приложением к ним реестров выполненных работ, талонов заказчика к путевому листу, путевых листов (т. 3 л.д. 141-144).

В соответствии с п. 2.5 договора арендатор, в срок не позднее 5 рабочих дней, начиная со дня, следующего за днем фактического получения акта об оказании услуг обязан рассмотреть представленный документ или принять оказанные арендодателем услуги полностью и без замечаний подписать акт либо направить арендодателю соответствующее заявление со своими мотивированными и обоснованными возражениями относительно оказанных услуг. В случае несвоевременного подписания арендатором акта об оказанных услугах услуги считаются оказанными исполнителем надлежащим образом, работы приняты в одностороннем порядке.

Письмами от 29.06.2021 № ПНГИ/0717-06-21 и от 29.07.2021 № ПНГИ/0840-07-21 ООО «ПНГИ» заявило отказ от подписания актов сдачи-приёмки работ (услуг) № 9 от 31.05.2021 и № 11 от 28.06.2021, мотивированный предоставлением неполного комплекта документов, предусмотренных п.п. 2.4, 2.5 договора, а также необходимостью предоставления иных документов, не предусмотренных договором, но подтверждающих, по мнению ООО «ПНГИ», реальность оказания услуг (наличия необходимых материально-технических и трудовых ресурсов) (т. 3 л.д. 145, 147).

Однако из содержания указанных писем ООО «ПНГИ» невозможно установить, в чем именно заключалось нарушение ИП ФИО2 п.п. 2.4, 2.5 договора, что служило бы препятствием для приемки оказанных услуг, при том, что согласно представленным ИП ФИО2 доказательствам вместе с актами сдачи-приёмки работ (услуг) № 9 от 31.05.2021 и № 11 от 28.06.2021 им был перед ООО «ПНГИ» полный комплект документов, предусмотренный договором и необходимый для приемки оказанных услуг.

Требование ООО «ПНГИ» о предоставлении иных документов, реальность оказания услуг (наличия необходимых материально-технических и трудовых ресурсов), суд апелляционной инстанции находит чрезмерным, поскольку предоставление подобных документов не было предусмотрено условиями договора аренды.

На основании изложенного апелляционный суд поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что отказ ООО «ПНГИ» от подписания актов сдачи-приёмки работ (услуг) № 9 от 31.05.2021 и № 11 от 28.06.2021 носил немотивированный характер, в силу чего и условий п. 2.5 договора услуги считаются оказанными исполнителем надлежащим образом, работы приняты в одностороннем порядке.

Следовательно, бремя опровержения достоверности сведений, отраженных в актах сдачи-приёмки работ (услуг) № 9 от 31.05.2021 и № 11 от 28.06.2021 при наличии подписанных к ним сторонами путевых листов, реестров выполненных транспортных услуг, лежало в данном случае на ООО «ПНГИ».

Подобное опровержение ООО «ПНГИ» относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами  произведено не было.

ООО «ПНГИ» заявило о фальсификации подписи в актах сдачи-приемки работ (услуг) № 3/1 от 28.02.2021, № 21 от 30.11.2020, № 6 от 31.03.2021, № 8 от 28.02.2021, выполненных от имени генерального директора ответчика ФИО5 и ФИО6

В части актов сдачи-приёмки работ (услуг) № 21 от 30.11.2020, № 6 от 31.03.2021, № 8 от 30.04.2021 истец пояснил, что несмотря на то, что в актах в качестве лица подписавшего их от имени ООО «ПНГИ» указан его генеральный директор ФИО5 фактически акты были подписаны его заместителем - ФИО12

Указанное обстоятельство подписания актов сдачи-приёмки работ (услуг) ФИО12 со стороны ООО «ПНГИ» опровергнуто не было.

При этом в дело была представлена копия генеральной доверенности № 05-21 от 11.01.2021 на ФИО12, из которой следует, что ФИО12 является первым заместителем генерального директора ООО «ПНГИ», доверенность содержит полномочия ФИО12, в том числе на подписание соглашений, контрактов, договоров, актов выполненных работ, актов приема-передачи и т. д., осуществлять все действия, отнесенные уставом ООО «ПНГИ» и действующим законодательством РФ к компетенции единоличного исполнительного органа. Доверенностью удостоверена подпись ФИО12 (т. 1 л.д. 155).

Апелляционный суд отмечает, что признание сфальсифицированными актов сдачи-приёмки работ (услуг) № 21 от 30.11.2020, № 6 от 31.03.2021, № 8 от 30.04.2021, то чего добивалось и добивается ООО «ПНГИ», особого правового значения не имеет, поскольку, как уже было отмечено ранее, стороны согласовали целый перечень первичных документов, которым производилось фиксирование объема оказанных истцом ответчику услуг, а также на основании которого ответчик производил приемку таких услуг – это не только подписанный акт об оказании услуг, но и талоны заказчика к путевому листу или копии путевых листов, заверенных арендодателем, подтвержденных реестром отработанных часов.

В рассматриваемом случае достоверность отраженных сведений в путевых листах, в реестрах отработанных часов, прилагаемых к актам сдачи-приёмки работ (услуг) № 3/1 от 28.02.2021, № 21 от 30.11.2020, № 6 от 31.03.2021, № 8 от 28.02.2021, ООО «ПНГИ» опровергнута не была, иной объем оказанных услуг доказан не был.

 Более того, при подписании сторонами акта сверки № 3 от 11.03.2021 (т. 3 л.д. 124) в нем была указана хозяйственная операция по акту сдачи-приёмки работ (услуг) № 3/1 от 28.02.2021 на сумму 6 679 800 руб.

Довод апеллянта о том, что подписанные сторонами акты сверок взаимных расчетов не могут служить доказательством, подтверждающим оказание истцом ответчику услуг в заявленном в иске размере, не принят судом, поскольку указанный акт сверки служить дополнительным доказательством одобрения действия лица, подписавшего акт сдачи-приёмки работ (услуг) № 3/1 от 28.02.2021.

Судом первой инстанции в судебном заседании были исследованы подлинники путевых листов, талоны заказчика и реестры, сверены с представленными истцом копиями этих путевых листов и реестров выполненных работ и транспортных услуг, содержащими номер, дату путевого листа, количество отработанных машино-часов, их стоимость, общую стоимость, наименование автотранспорта, вид техники, государственный номер техники, вид техники. Расхождений судом первой инстанции установлено не было.

На основании изложенного суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайств о назначении почерковедческой экспертизы, о вызове и допросе свидетелей, заявления о фальсификации доказательств, поскольку оспаривание ООО «ПНГИ» отдельных документов при отсутствии доказательств недостоверности всей цепочки документов, на основании которой происходила приемка оказанных услуг, не опровергает обоснованность и правомерность заявленного  ИП ФИО2 иска.

По тем же мотивам суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения повторно заявленных ходатайств о назначении по делу почерковедческой экспертизы, а также о вызове свидетелей.

Суд первой инстанции обоснованно отметил, что все представленные истцом доказательства, из которых следует период пользования ответчиком арендованной техникой истца, согласуются между собой, не имеют противоречий, данные по количеству отработанных часов в путевых листах согласуются с отчетом по работе транспорта, который велся в электронном виде и прилагался к служебной переписки руководителя ответчика с подчиненными работниками, с реестрами отработанного времени.

Истцом были представлены в материалы дела акты сверки взаимных расчетов № 1 за период с 01.10.2020 по 31.12.2020 и  № 3 за период с 01.01.2021 по 11.03.2021, подписанные со стороны ответчика генеральным директором ФИО5 и скреплённые печатью общества.

Данные акты сверки согласуются с данными актов выполненных работ. Акты выполненных работ и реестры согласуются между собой и дополнительными соглашениями к договору, а так же с путевыми листами и талонами заказчика.

Из представленных истцом доказательств определенно можно установить период аренды (период временного пользования в машино-часах), идентифицировать переданную в аренду технику, установить факт оказания арендатором услуг по управлению и технической эксплуатации техники, стоимости аренды.

Доказательства надлежащего исполнения ответчиком обязательств арендатора по договору на оказание транспортных услуг № 01/ИВА/2020 от 05.12.2019, прекращения обязательства по оплате указанной суммы иным способом, и отсутствия задолженности в заявленном истцом размере ООО «ПНГИ» в дело представлены не были.

Поскольку бремя доказывания надлежащего исполнения обязательств по уплате арендных платежей по договору, отсутствия задолженности перед арендодателем лежит на арендаторе, однако таких доказательств ответчиком суду представлено не было, суд апелляционной инстанции находит верным вывод суда первой инстанции о наличии правовых и фактических оснований для удовлетворения требования истца о взыскании с ответчика задолженности по договору на оказание транспортных услуг № 01/ИВА/2020 от 05.12.2019 в размере 31 293 000 руб.

Учитывая, что податель апелляционной жалобы не приводит доводы, которые бы не были учтены и оценены судом первой инстанции, равно как и доказательства, которые бы опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционный суд полагает, что спор рассмотрен судом первой инстанции полно и всесторонне, нормы материального и процессуального права не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам, в связи с чем, не имеется правовых оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ООО «ПНГИ».

Доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают правильных по существу выводов суда первой инстанции, а представляют собой лишь несогласие с результатами оценки судом представленных доказательств и применения судом первой инстанции к спорным правоотношениям норм материального права, в то время как в силу правовой позиции, сформированной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 16549/12 от 23.04.2013, судебный акт суда первой инстанции, основанный на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменен судом апелляционной инстанции исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, отмене не подлежит. Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат распределению в соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ и в силу оставления апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.03.2023 по делу № А07-20704/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Промнефтегазинжиниринг» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья

А.С. Жернаков

Судьи:

А.Х. Камаев

В.А. Томилина