АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1882/22 

Екатеринбург

13 апреля 2022 г.

Дело № А76-38538/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 06 апреля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 апреля 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Столяренко Г.М.,

судей Оденцовой Ю.А., Кудиновой Ю.В. 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Юридическая контора «Юрико» (далее – общество «ЮК «Юрико») на определение Арбитражного суда Челябинской области от 03.08.2021 по делу № А76-38538/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2022 по тому же делу.

В судебном заседании принял участие представитель общества «ЮК «Юрико») – ФИО1 (доверенность от 15.02.2022).

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, извещенные надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Судом округа рассмотрено и отклонено поступившее в суд ходатайство ФИО2 (далее – должник) о возложении на заявителя кассационной жалобы обязанности направить в его адрес копию кассационной жалобы. Судом установлено, что данная процессуальная обязанность обществом «ЮК «Юрико» исполнена при подаче кассационной жалобы, в материалы дела представлен список почтовых отправлений, согласно которому 21.02.2022 по верному адресу должника направлена копия кассационной жалобы. 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 24.11.2020 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 03.08.2021 процедура реализации имущества завершена, должник освобожден от исполнения обязательств.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда              от 28.01.2022 определение суда первой инстанции от 03.08.2021 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество «ЮК «Юрико» просит судебные акты отменить, вынести новое решение о неосвобождении должника от исполнения обязательств. Кассатор считает, что судами первой и апелляционной инстанций неправильно применены нормы материального права, в силу которых от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами может быть освобожден только добросовестный гражданин; судами не исследованы в полной мере представленные кредитором доказательства ведения должником трудовой деятельности в качестве специалиста по недвижимости (риелтора), должником, опровергающим данный факт, иные источники дохода не раскрыты. Кредитор обращает внимание, что должник является трудоспособным гражданином, не состоящим на учете в центре занятости, в браке не состоит, официальных источников дохода не имеет, при этом трудоустроиться за весь период банкротства и исполнительного производства не пытался, с 2017 года мер к погашению существующей задолженности не предпринимал. Заявитель кассационной жалобы также отмечает, что при получении кредита ФИО2 представил банку недостоверные сведения; довод должника о том, что он не владел информацией о несоответствии действительности сведений о заработной плате, подаваемых в налоговый орган, несостоятелен, поскольку он являлся исполнительным директором и учредителем общества, имел доступ к финансовой и налоговой отчетности. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в части применения в отношении должника правил об освобождении от обязательств. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, настоящее дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 возбуждено Арбитражным судом Челябинской области 05.10.2020 на основании заявления самого должника.

Решением арбитражного суда от 24.11.2020 должник признан несостоятельным (банкротом) с введением процедуры реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3 

В реестр требований кредиторов должника включены требования  двух кредиторов: общества «ЮК «Юрико» (правопреемник публичного акционерного общества «Сбербанк России» в отношении спорной задолженности) в размере 1 103 055 руб. и общества с ограниченной ответственностью «ЭОС» (правопреемник акционерного общества «ЮниКредитБанк» в отношении спорной задолженности) в размере 1 307 993 руб. 

В ходе процедуры банкротства требования кредиторов не погашались, имущество должника не обнаружено. 

ФИО2 в официальном браке не состоит, на иждивении находится один несовершеннолетний ребенок.

В связи с завершением всех мероприятий в процедуре банкротства финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина, где указал на возможность применения в отношении ФИО2 правил пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения обязательств. 

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника суды пришли к выводу о доказанности наличия всех необходимых и достаточных оснований для завершения реализации имущества ФИО2 на основании статьи 213.28 Закона о банкротстве и освобождения его от дальнейшего исполнения обязательств.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы пришел к выводу о наличии оснований для отмены судебных актов в части освобождения должника от обязательств с направлением указанного вопроса на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

По общему правилу, закрепленному в пункте 3 статьи 213.28 Законао банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе, требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов (реализации имущества) гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается, в том числе, если:

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения управляющему или суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это установлено судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; 

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе, совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество. 

Злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник:

умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание;

совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором; 

изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора;

противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству;

несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

В пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45) разъяснено, что целью пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, управляющим и кредиторами; эти нормы направлены на недопущение сокрытия должником обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на максимально полное удовлетворение требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих в деле о банкротстве, или иначе воспрепятствовать рассмотрению дела, а, если должник обязан представить документы в суд (управляющему), суды при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитывать наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления), а, если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду (управляющему) при имеющейся у него возможности (представил заведомо недостоверные сведения), это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, процедуры банкротства носят публично-правовой характер (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П и др.), они направлены на защиту публичного порядка, равно как и интересов кредиторов должника, а публично-правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы. Под публичным порядком понимаются фундаментальные правовые начала (принципы), которые обладают высшей императивностью, универсальностью, особой общественной и публичной значимостью, составляют основу построения экономической, политической, правовой системы государства.

При этом банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Из вышеназванных норм права и соответствующих разъяснений следует, что именно должник обязан раскрыть суду в полном объеме всю информациюо своем имуществе, имущественных правах, денежных средствах и всех источниках его доходов за три года, предшествующих подаче заявления о признании должника банкротом, должен добросовестно сотрудничать с судом, финансовым управляющим и кредиторами в целях максимально полного удовлетворения требований кредиторов и предпринимать все возможные меры по погашению кредиторской задолженности, в связи с чем бремя доказывания названных обстоятельств, подтверждающих добросовестное поведение должника в процедуре банкротства, лежит именно на должнике.

В данном случае против применения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств заявил один из конкурсных кредиторов – общество «ЮК «Юрико», которое сослалось на то, что при получении кредита должник предоставил кредитору заведомо ложную информацию о своем финансовом состоянии, в частности, о размере ежемесячного дохода 70 000 руб.; при проверке соответствующих сведений в рамках дела о банкротстве был получен ответ налогового органа о том, что информация о соответствующих доходах за период с 2012 г. по 2021 г. в базе данных отсутствует; ФИО2 являлся одним из учредителей общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Янтарь» (исключено из Единого государственного реестра юридических лиц 09.01.2017 как недействующее), где он якобы получал соответствующий доход, следовательно, мог составить справку с любыми сведениями о заработной плате. 

Вторым основанием для неосвобождения гражданина от обязательств кредитор назвал сокрытие ФИО2 сведений о своих доходах от суда и кредиторов. На основании информации, полученной кредитором в том числе с личных страниц гражданина в социальных сетях, общество «ЮК «Юрико» установило, что ФИО2 осуществляет неофициальную трудовую деятельность в качестве специалиста по недвижимости (риелтора) от имени предпринимателя ФИО4, представил акты осмотра интернет-страниц, скриншоты указанных страниц, где размещена фотография должника, его номер телефона, содержится информация о совершенных им сделках; кредитор также отметил, что должник имеет аттестат системы добровольной сертификации услуг на рынке недвижимости от 28.02.2018, работает в соответствующей сфере уже больше года. 

ФИО2 в ответ на данные доводы указывал, что банк как профессиональный участник отношений в сфере кредитования мог проверить достоверность представленной информации о доходах, пояснял, что кредит был получен в целях ведения предпринимательской деятельности, погашался в течение года, затем начались трудности со строительством, предприятие (общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Янтарь») ликвидировано. ФИО2 отрицал факт своего трудоустройства в качестве риелтора, пояснял, что проходит стажировку на безвозмездной основе, а сделку совершил лишь одну безвозмездно по просьбе родственников.   

В суде апелляционной инстанции дополнительно представлено письмо Государственной инспекции труда в Челябинской области (в ответ на запрос кредитора) об отсутствии оснований для проверки соблюдения трудового законодательства в части оформления трудовых отношений предпринимателя ФИО4 и ФИО2, ввиду того, что от гражданина ФИО2 заявлений о нарушении его трудовых прав не поступало.   

Согласно части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения суда должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, а также мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, законы и иные нормативные правовые акты, которым руководствовался суд при принятии решения.

В нарушение указанных положений процессуального законодательства суд первой инстанции в принципе уклонился от оценки вышеприведенных аргументированных доводов кредитора; суд апелляционной инстанции, несмотря на принятие мер по дополнительному выяснению существенных для дела обстоятельств, связанных с проверкой факта сокрытия должником дохода, ограничился ссылкой на недоказанность данного обстоятельства в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, как уже было указано выше, бремя опровержения указанных кредитором обстоятельств несет должник, именно он должен доказать и обосновать суду, в силу каких обстоятельств он как гражданин трудоспособного возраста (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), не работающий с февраля 2014 года до настоящего времени, при этом не состоящий на учете в службе занятости, не имеющий имущества и доходов, не исполняющий именно в связи с этим (по его утверждению) обязательства перед кредиторами, обеспечивает свое содержание и существование, более того, назвать обоснованные и разумные причины, по которым в такой сложной жизненной ситуации он имеет возможность длительное время проходить стажировку (при наличии действующего аттестата системы добровольной сертификации услуг на рынке недвижимости) и на безвозмездной основе совершать сделки с недвижимостью. По мнению кредитора, такое поведение гражданина в ситуации, не осложненной банкротством, представляется не совсем обычным, а в ситуации несостоятельности гражданина прямо свидетельствует о его недобросовестности, и, вероятнее всего, о намерении скрыть доходы в целях неисполнения обязательств и списания долгов по итогам процедуры банкротства.

Из материалов дела не следует, что соответствующие вопросы были включены судами в предмет исследования, исходя из чего приведенные в судебных актах выводы о том, что неисполнение обязательств перед кредиторами обусловлено неблагополучным финансовым состоянием должника, что в свою очередь связано с объективными обстоятельствами, нельзя признать обоснованными и соответствующими закону. 

Таким образом, обжалуемые судебные акты в части освобождения должника от исполнения обязательств приняты с нарушением пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, пунктов 42, 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45.

Учитывая, что при рассмотрении вопроса о наличии оснований для освобождения должника от исполнения обязательств суды первой и апелляционной инстанций не исследовали в полном объеме фактические обстоятельства дела и не дали надлежащей оценки доводам кредитора, активно возражающего по рассматриваемому основанию, обжалуемые определение и постановление судов в части освобождения ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, подлежат отмене, а обособленный спор в указанной части – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции (пункт 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При новом рассмотрении дела суду надлежит учесть изложенное, исследовать обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, в полном объеме, дать надлежащую правовую оценку представленным доказательствам и доводам сторон и, применив нормы действующего законодательства, вынести законный и обоснованный судебный акт. 

Руководствуясь статьями 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 03.08.2021 по делу№ А76-38538/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 28.01.2022 по тому же делу в части освобождения ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредиторов отменить.

Дело в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Челябинской области.

В остальной части судебные акты оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                           Г.М. Столяренко 

Судьи                         Ю.А. Оденцова 

 

                                                                                                            Ю.В. Кудинова