ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-73757/19-7-613

г. Москва

13 августа 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 30 июля 2019 года

Полный текст решения изготовлен 13 августа 2019 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе: судья Огородникова М. С.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

Рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению (заявлению): 

общества с ограниченной ответственностью "ССТ" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

к ответчику: КБ «РУССКИЙ СЛАВЯНСКИЙ БАНК» (БАНК РСБ 24 (АО) в лице АСВ (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) 

о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 674 355 руб. 76 коп. (по уточненному исковому заявлению, принятому судом в порядке ст.49 АПК РФ),

при участии:

от ООО "ССТ": ФИО2 – представитель по доверенности от 30.05.2019;

от БАНК РСБ 24 (АО): ФИО3 – представитель по доверенности от 19.12.2018;

УСТАНОВИЛ:

ООО "ССТ" обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ответчику: БАНК РСБ 24 (АО) о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 674 355 руб. 76 коп. (по уточненному исковому заявлению, принятому судом в порядке ст.49 АПК РФ).

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что на стороне ответчика образовалась задолженность в виде неосновательного обогащения по договору уступки права (цессии) от 26.05.2015 № РСБ-260515-ССТ.

В судебном заседании представитель истца требования поддержал, просил иск удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика против требований возражал, просил в иске отказать ссылаясь на пропуск истцом срока исковой давности.

Изучив материалы дела, оценив представленные по делу доказательства, выслушав лиц, участвующих в деле, суд считает исковые требования подлежащим удовлетворению в силу нижеследующего.

Из материалов дела следует, между истцом и ответчиком сложились правоотношения на основании договора уступки права (цессии) от 26.05.2015 № РСБ-260515-ССТ, в соответствии с условиями которого:

Стороны пришли к соглашению об уступке Цедентом Цессионарию прав требования,принадлежащих Цеденту, по Кредитным договорам, указанным в Реестре Должников, составленном по форме Приложения № 2 к настоящему Договору, в том объеме и на условиях, которые существуют на Дату передачи прав требования (далее - «Права требования») (п. 2.1 договора).

Цедент вправе осуществлять передачу прав требований поэтапно. Передача всех прав требований должна быть завершена в срок не позднее «31» декабря 2015 г. (включительно). Каждая передача прав требований оформляется Реестром Должников (Приложение № 2 к Договору) и подписывается Сторонами в дату перехода прав требований (п. 2.1.1).

В отношении Должников, права требования по Кредитным договорам с которымиуступаются Цессионарию, последний получает все права Цедента, в том числе право требовать от Должников (п. 2.2):

возврата остатка суммы кредита (денежных средств, полученных Должником по соответствующему Кредитному договору) на Дату уступки прав (п. 2.2.1);

уплаты задолженности по выплате текущих и просроченных (неуплаченных) процентов, начисленных Цедентом за пользование кредитом в соответствии с условиями соответствующего Кредитного договора на Дату уступки прав (включительно) (п. 2.2.2);

уплаты неустоек, пени и иных штрафов, исчисляемых (согласно и в случаях,предусмотренных Кредитным договором) на Дату уступки прав включительно (при наличии) (п. 2.2.3).

Цессионарий обязуется оплатить Цеденту уступаемые Цессионарию права требования, указанные в пункте 2.1 настоящего Договора, в размере, порядке и в сроки, определенные Разделом 5 настоящего Договора (п. 2.3).

Реестр Должников предоставляется Цедентом Цессионарию в электронном виде в формате Excel с использованием стандартных средств архивирования (с паролем) (п. 2.4).

Права требования по настоящему Договору переходят от Цедента к Цессионарию в Дату передачи Реестра Должников (по форме Приложения № 2 к настоящему Договору) (п. 3.1).

Права требования переходят к Цессионарию в объеме, установленном Приложением № 2 к настоящему Договору (п. 3.2).

Указанный выше договор, а также приложения к договору подписаны обеими сторонами без разногласий и претензий, в том числе от имени цедента председателем правления ФИО4 и от имени цессионария генеральным директором ФИО5

В настоящее время приказом ЦБ РФ от 10.11.2015 № ОД-3095 у КБ РСБ 24 (АО) отозвана лицензия, решением арбитражного суда г. Москвы от 26.01.2016 по делу № А40-244375/15 банк признан несостоятельным (банкротом) и открыта процедура банкротства – конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего банка возложены на ФИО6 в лице ГК АСВ.

Далее решением арбитражного суда г. Москвы от 14.11.2016 по делу № А40-166738/16 ООО "ССТ" признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего возложены на ФИО7

Определением арбитражного суда от 24.03.2017 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества № А40-166738/16 требование КБ РСБ 24 (АО) по неисполненным обязательствам в размере 934 002 346 рублей 90 коп. по настоящему договору уступки права требования (цессии) от 26.05.2015 № РСБ-260515-ССТ включены в реестр требований кредиторов должника - ООО "ССТ".

На основании п. 1, 3, 4 и 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» и представленных доказательства в качестве заключения договора уступки права, с учетом включения требований банка в реестр требований кредиторов должника - ООО "ССТ" суд приходит к выводу о заключенности договора цессии, его действительности и воли сторон на передачу права требования. Оснований ничтожности указанной сделки судом не усмотрено.

Согласно представленным в материалы дела письмам-запросам истца в адрес ответчика от 26.05.2017, от 15.06.2017, от 11.09.2017, от 01.02.2018 и от 11.02.2019 истец сообщил банку о заключенном договоре уступке права (цессии) от 26.05.2015 № РСБ-260515-ССТ и просил предоставить информацию о месте хранения кредитных досье на бумажных носителях по указанному договору, а также просил предоставить информацию о порядке возврата кредитных досье с указанием контактных лиц (письмо от 26.05.2017 № 4). 

В письме-запросе от 15.06.2017 № 4 истец просил банк предоставить сведения по поступившим платежам по физическим лицам с момента заключения вышеуказанного договора уступки права (цессии) от 26.05.2015 № РСБ-260515-ССТ по настоящее время, а также просил перечислить ошибочно поступающие денежные средства от физических лиц в счет исполнения кредитных обязательств, которые являются предметом настоящего договора.

Далее в письмах-запросах от 11.09.2017, от 01.02.2018 и от 11.02.2019 истец повторно обращался к ответчику с требованиями о перечислении денежных средств, поступающих от физических лиц по кредитным договорам, которые являются предметом договора уступки права требования (цессии) от 26.05.2015 № РСБ-260515-ССТ с указанием на то, что в случае отказа от исполнения требования истца, последний будет вынужден обратиться с жалобой на бездействия конкурсного управляющего.

Направление и получение ответчиком вышеуказанных писем-запросов подтверждается представленными в материалы дела соответствующими описями вложения в ценное письмо и почтовыми квитанциями.

В ответном письме ответчика от 07.12.2018 № б/н в адрес истца конкурсным управляющим банка подтвержден факт заключения договора цессии, а также факт перечисления физическими лицами денежных средств по кредитным обязательствам, права требования по которым переуступлены обществу в размере 1 816 800 рублей 00 коп. с момента отзыва лицензии банка (10.11.2015), являющиеся по смыслу ст. 189.84 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" текущими платежами.

Также в указанном письме ответчик возражает против удовлетворения требований истца со ссылкой на неоплату последним цены договора уступки права требования (цессии) от 26.05.2015 № РСБ-260515-ССТ, в связи с чем истец обратился к ответчику с претензией от 11.02.2019 № 5 об оплате ранее перечисленных физическими лицами по кредитным обязательствам, которые являются предметом договора уступки права (цессии) от 26.05.2015 № РСБ-260515-ССТ в размере 1 816 800 рублей 06 коп.

Далее ответчик в письме от 06.03.2019 № 78-08исх-63552 сообщил о поступлении денежных средства от физических лиц по кредитным обязательствам, которые являются предметом договора уступки права (цессии) от 26.05.2015 № РСБ-260515-ССТ в размере 1 863 502 рублей 00 коп. с приложением реестра платежей.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящими исковыми требованиями истец ссылаясь на ст. 1102, 1107, 309, 310 и 395 ГК РФ, а также на п. 1 ст. 126 и ст.189.84 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и с указанием на вышеизложенные обстоятельства считает подлежащим взысканию с ответчика суммы неосновательного обогащение и начисленных на нее процентов за пользование чужими денежными средствами.

Первоначально истец просил взыскать с ответчика суммы неосновательного обогащения в размере 1 863 502 рублей 06 коп. и процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 498 465 рублей 02 коп. за период с 26.01.2016 по 22.03.2019 с последующим начисление по день фактической оплаты суммы основного долга. 

Входе судебного разбирательства истец уточнил исковые требования в порядке ст. 49 АПК РФ в части суммы процентов за пользование чужими денежными средствами и просил взыскать с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 328 276 рублей 71 коп. за период с 26.01.2016 по 30.05.2019 с последующим начисление по день фактической оплаты суммы основного долга. 

Уточнения истца судом удовлетворены протокольным определением от 30.05.2019.

В связи с тем, что ответчик в ходе судебного разбирательства частично погасил сумму основного долга на сумму 515 202 рублей 00 коп., что подтверждается представленным в материалы дела платежным поручением от 17.05.2019 № 1158.

Далее истец уточнил исковые требования в порядке ст. 49 АПК РФ с учетом вышеуказанного погашения долга на сумму 515 202 рублей 00 коп., которые были засчитаны истцом в соответствии со п. 1 и 3 ст. 319.1 ГК РФ счет погашения задолженности по платежам физических лиц за период с 03.02.2016 по 01.08.2016 и просил взыскать с ответчика сумму неосновательного обогащение в размере 1 348 300 рублей 06 коп. и проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 326 055 рублей 70 коп. за период с 26.01.2016 по 30.05.2019 с последующим начисление процентов за пользование чужими денежными средствами по день фактической оплаты суммы основного дога.

Уточнения истца удовлетворены судом протокольным определяем от 30.07.2019.

Возражая против удовлетворения исковых требований ответчик ссылаясь на ст. 195, 196 и 200 ГК РФ и указанием на срок исковой давности просил в удовлетворении части исковых требований отказать.

Ссылаясь на п. 2 ст. 314 ГК РФ и на неисполнение истцом своих обязательств по договору уступки права (цессии) в части уведомления должников по кредитным обязательства о переуступке права требования (цессии) полагает, что расчет процентов за пользование чужими денежными средствами является неверным, в связи с чем также просит отказать в части исковых требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными  средствами.

Арбитражный суд считает исковые требования обоснованными и подлежащим удовлетворению, доводы ответчика несостоятельными и подлежащим отклонению по нижеследующим основаниям.

В соответствии с п. 1 и 9 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрен перечень способов защиты гражданских прав. Иные способы защиты гражданских прав могут быть установлены законом.

По смыслу части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам.

Между истцом и ответчиком сложились правоотношения на основании уступки права требования (цессии) от 26.05.2015 № РСБ-260515-ССТ, которые регулируются общими положениями ГК РФ об обязательствах, гл. 24 и гл. 30 ГК РФ.

Как установлено судом выше, между истцом и ответчиком заключен договора уступки права (цессии) от 26.05.2015 № РСБ-260515-ССТ, в соответствии с условиями которого, в том числе:

Стороны пришли к соглашению об уступке Цедентом Цессионарию прав требования,принадлежащих Цеденту, по Кредитным договорам, указанным в Реестре Должников, составленном по форме Приложения № 2 к настоящему Договору, в том объеме и на условиях, которые существуют на Дату передачи прав требования (далее - «Права требования») (п. 2.1 договора).

В отношении Должников, права требования по Кредитным договорам с которымиуступаются Цессионарию, последний получает все права Цедента, в том числе право требовать от Должников (п. 2.2):

возврата остатка суммы кредита (денежных средств, полученных Должником по соответствующему Кредитному договору) на Дату уступки прав (п. 2.2.1);

уплаты задолженности по выплате текущих и просроченных (неуплаченных) процентов, начисленных Цедентом за пользование кредитом в соответствии с условиями соответствующего Кредитного договора на Дату уступки прав (включительно) (п. 2.2.2);

уплаты неустоек, пени и иных штрафов, исчисляемых (согласно и в случаях,предусмотренных Кредитным договором) на Дату уступки прав включительно (при наличии) (п. 2.2.3).

Цессионарий обязуется оплатить Цеденту уступаемые Цессионарию права требования, указанные в пункте 2.1 настоящего Договора, в размере, порядке и в сроки, определенные Разделом 5 настоящего Договора (п. 2.3).

Права требования переходят к Цессионарию в объеме, установленном Приложением № 2 к настоящему Договору (п. 3.2).

Решением арбитражного суда г. Москвы от 14.11.2016 по делу № А40-166738/16 ООО "ССТ" признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего возложены на ФИО7

Определением арбитражного суда от 24.03.2017 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества № А40-166738/16 требование КБ РСБ 24 (АО) по неисполненным обязательствам в размере 934 002 346 рублей 90 коп. по настоящему договору уступки права требования (цессии) от 26.05.2015 № РСБ-260515-ССТ включены в реестр требований кредиторов должника - ООО "ССТ".

В соответствии с п. 43, 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

По смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.).

При толковании условий договора суд с учетом особенностей конкретного договора вправе применить как приемы толкования, прямо установленные статьей 431 ГК РФ, иным правовым актом, вытекающие из обычаев или деловой практики, так и иные подходы к толкованию. В решении суд указывает основания, по которым в связи с обстоятельствами рассматриваемого дела приоритет был отдан соответствующим приемам толкования условий договора.

Таким образом, учитывая вышеуказанные положения договора, приведенные нормативные правовые акты и обстоятельства дела, а также разъяснения постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 суд приходит к выводу о том, что права требования к физическим лицам по кредитным обязательства, которые являются предметом договора уступки права (цессии) от 26.05.2015 № РСБ-260515-ССТ считаются перешедшими.

В соответствии с п. 3 ст. 382 ГК РФ если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу.

Вместе с тем, согласно п. 22 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" в соответствии с пунктом 3 статьи 382 ГК РФ исполнение, совершенное должником первоначальному кредитору до момента получения уведомления об уступке, считается предоставленным надлежащему лицу. В этом случае новый кредитор вправе требовать от первоначального кредитора передачи всего полученного от должника в счет уступленного требования и возмещения убытков в соответствии с условиями заключенного между ними договора (статьи 15, 309, 389.1, 393 ГК РФ).

Учитывая вышеизложенное и тот факт, что требование КБ РСБ 24 (АО) по неисполненным обязательствам в размере 934 002 346 рублей 90 коп. по настоящему договору уступки права требования (цессии) от 26.05.2015 № РСБ-260515-ССТ включены в реестр требований кредиторов должника - ООО "ССТ" довод ответчика о неуведомлении истцом должников – физических лиц по кредитным обязательствам является необоснованным.

В соответствии с п. 23 и 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении" по смыслу пункта 1 статьи 314 ГК РФ, статьи 327.1 ГК РФ срок исполнения обязательства может исчисляться в том числе с момента исполнения обязанностей другой стороной, совершения ею определенных действий или с момента наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором. Если действия кредитора, совершением которых обусловлено исполнение обязательства должником, не будут выполнены в установленный законом, иными правовыми актами или договором срок, а при отсутствии такого срока - в разумный срок, кредитор считается просрочившим (статьи 328 или 406 ГК РФ).

Например, начальный и конечный сроки выполнения работ по договору подряда (статья 708 ГК РФ) могут определяться указанием на уплату заказчиком аванса, невнесение которого влечет последствия, предусмотренные статьей 719 ГК РФ.

Если наступлению обстоятельства, с которым связано начало течения срока исполнения обязательства, недобросовестно воспрепятствовала или содействовала сторона, которой наступление или ненаступление этого обстоятельства невыгодно, то по требованию добросовестной стороны это обстоятельство может быть признано соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 1 статьи 6, статья 157 ГК РФ).

По смыслу пункта 2 статьи 314 ГК РФ в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условий, позволяющих определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, должник вправе при непредъявлении кредитором в разумный срок требования об исполнении такого обязательства предложить кредитору принять исполнение, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не явствует из обычаев либо существа обязательства. При отказе кредитора принять исполнение, в том числе посредством уклонения от принятия, он считается просрочившим (статья 406 ГК РФ).

Ответчик знал о переуступке прав требований и не мог не знать о том, что спорные платежи физических лиц по кредитным обязательствам, которые являются предметом указанного договора должны причитаться истцу, в связи с чем положения п. 2 ст. 314 ГК РФ не могут применяться к настоящей фабуле дела, которые регулируются при настоящих обстоятельствах в том числе гл. 60 ГК РФ.

В соответствии с п. 2 ст. 1102 ГК РФ правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В соответствии с п. 2 ст. 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Согласно п. 51 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" по требованию одной стороны денежного обязательства о возврате исполненного в связи с этим обязательством, например, при излишней оплате товара, работ, услуг на излишне уплаченную сумму начисляются проценты, предусмотренные статьей 395 ГК РФ, со дня, когда получившая указанные денежные средства сторона узнала или должна была узнать об этих обстоятельствах (пункт 3 статьи 307, пункт 1 статьи 424, подпункт 3 статьи 1103, статья 1107 ГК РФ).

Как установлено судом выше в ответном письме ответчика от 07.12.2018 № б/н в адрес истца конкурсным управляющим банка подтвержден факт заключения договора цессии, а также факт перечисления физическими лицами денежных средств по кредитным обязательствам, права требования по которым переуступлены обществу в размере 1 816 800 рублей 00 коп. с момента отзыва лицензии банка (10.11.2015), являющиеся по смыслу ст. 189.84 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" текущими платежами.

Далее ответчик в письме от 06.03.2019 № 78-08исх-63552 сообщил о поступлении денежных средства от физических лиц по кредитным обязательствам, которые являются предметом договора уступки права (цессии) от 26.05.2015 № РСБ-260515-ССТ в размере 1 863 502 рублей 00 коп. с приложением реестра платежей.

В соответствии с п. 20, 21 и 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 ГК РФ).

К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.

Признание части долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, если иное не оговорено должником.

В тех случаях, когда обязательство предусматривало исполнение по частям или в виде периодических платежей и должник совершил действия, свидетельствующие о признании лишь части долга (периодического платежа), такие действия не могут являться основанием для перерыва течения срока исковой давности по другим частям (платежам).

Перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения.

Вместе с тем по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (пункт 2 статьи 206 ГК РФ).

Совершение представителем должника действий, свидетельствующих о признании долга, прерывает течение срока исковой давности при условии, что это лицо обладало соответствующими полномочиями (статья 182 ГК РФ).

Указанные выше письма по смыслу ст. 203 ГК РФ " являются признание ответчиком долга перед истцом и с учетом п. 20, 21 и 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности является несостоятельным.

Таким образом, на основании вышеизложенного и приведенных норм права и положения разъяснении в их взаимосвязи и раздельно, с учетом факта зачисления должниками денежных средств по кредитным обязательствам, которые являются предметом договора уступки права требования (цессии) от 26.05.2015 № РСБ-260515-ССТ по истечение 7 дневного срока – разумного срока на исполнение ответчиком обязательства по перечислению причитающихся истцу денежных средств наступил и пропущен ответчиком.

В соответствии с ч. 2 ст.65 АПК обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

В соответствии со ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В соответствии со ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В нарушение ст. 65 и 68 АПК РФ ответчиком не представлены доказательства надлежащего исполнения своих обязательств по перечислению денежных средств, как и доказательств отсутствия данной обязанности, в связи с чем суд приходит к выводу об обоснованности заявленных требований в части суммы основного долга.

Что касается требований в части суммы процентов за пользование чужими денежными средствами, в том числе по день фактической оплаты суммы основной задолженности, то данные требования также подлежат удовлетворению с учетом п. 1 и п. 3 ст. 395, п. 2 ст. 1107 и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств".

Расчет процентов судом проверен и признан обоснованным, арифметически верным.

Госпошлина по иску распределяется между сторонами в соответствии и порядке со ст. 110 АПК РФ пропорционально удовлетворенным требованиям.

Учитывая вышеизложенное, оценив все имеющиеся доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи, как того требуют положения, содержащиеся в части 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и другие положения Кодекса, исковое требование подлежат удовлетворению в полном объеме.

С учетом изложенного, на основании ст. 71, 75, 110, 123, 156, 167 -170, 176 АПК РФ

РЕШИЛ:

Взыскать с КБ «РУССКИЙ СЛАВЯНСКИЙ БАНК» (БАНК РСБ 24 (АО) в лице АСВ (ИНН 

<

***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью "ССТ" (ИНН 

<

***>) сумму неосновательно полученных денежных средств по кредитным договорам, права требования по которым были переданы ООО «ССТ» по договору уступки права требования № РСБ-260515-ССТ от 26.05.2015г. в размере 1 348 300,06 рублей, сумму процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 326 055,70 рублей за период с 26.01.2016г. по 30.05.2019г. с последующим начислением процентов по день фактической уплаты, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 34 810 рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья: М. С. Огородникова