﻿ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Санкт-Петербург

12 августа 2020 года

Дело №А56-39937/2018/сд.2

Резолютивная часть постановления объявлена 10 августа 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 августа 2020 года.

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей Бурденкова Д.В., Морозовой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Галиевой Д.С.,

 

при участии:  

- от Варенцова А.В.: представителя Клиндуха Д.В. по доверенности от 13.03.2019; 

- от Варенцова В.В.: представителя Орлова А.С. по доверенности от 25.07.2018;

- от уполномоченного органа: представителя Михайлова Э.А. по доверенности от 13.05.2020; 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-11756/2020) Варенцова Алексея Владимировича на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.03.2020 по обособленному спору № А56-39937/2018/сд.2 (судья                     Голоузова О.В.), принятое по заявлению финансового управляющего гражданина Варенцова Вадима Владимировича – Бородина Евгения Владимировича о признании договора купли-продажи нежилого помещения по адресу: Санкт-Петербург, Лесной пр., д. 3, пом. 1Н, заключенного 16.06.2016 между должником и Варенцовым Алексеем Владимировичем, недействительным и о применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Варенцова Вадима Владимировича, 

 

третье лицо: Щербаков Николай Петрович,  

 

установил:

Варенцов Вадим Владимирович обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 28.05.2018 заявление                 Варенцова В.В.  принято к производству. 

Решением суда первой инстанции от 28.08.2018 в отношении Варенцова В.В. введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден Бородин Евгений Владимирович.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 18.08.2018              № 148.

Финансовый управляющий Бородин Е.В. обратился в суд первой инстанции с заявлением о признании договора купли-продажи нежилого помещения по адресу: Санкт-Петербург, Лесной пр., д. 3, пом. 1Н, заключенного 16.06.2016 между должником и Варенцовым А.В., недействительным и о применении последствий его недействительности в виде обязания Варенцова А.В. возвратить должнику нежилое помещение.

Протокольным определением суда первой инстанции от 01.10.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Щербаков Николай Петрович.

Финансовый управляющий Бородин Е.В. 12.12.2019 уточнил основания заявленных требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением суда первой инстанции от 13.03.2020 оспариваемая сделка признана недействительной; применены последствия её недействительности в виде обязания Варенцова А.В. возвратить в конкурсную массу Варенцова В.В. нежилое помещение, расположенное по адресу: Санкт-Петербург, Лесной пр., д. 3, пом. 1Н, кадастровый номер 78:10:0005110:3353.

В апелляционной жалобе Варенцов А.В., ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 13.03.2020 по обособленному спору № А56-39937/2018/сд.2 отменить, принять по делу новый судебный акт. В обоснование жалобы указано:

- вывод суда первой инстанции об отсутствии доказательств оплаты за спорный объект является ошибочным; 

- податель жалобы не согласен с выводом суда о несоответствии указанной в оспариваемом договоре стоимости объекта рыночным условиям; 

- суд первой инстанции ошибочно посчитал, что на дату совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами и бюджетом и об информированности подателя апелляционной жалобы об этом.

В отзыве Блохин Никита Леонидович (конкурсный кредитор) указал на ошибочность выводов суда первой инстанции в оспариваемом определении.  

В отзыве арбитражный управляющий Бородин Е.В. против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражал.

В отзыве уполномоченный орган просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.  

В отзыве Щербаков Н.П. возражает против вывода суда первой инстанции относительно того, что Щербаков Н.П. является арендатором спорного помещения; в остальной части обжалуемое определение суда считает законным и обоснованным. 

В судебном заседании представитель Варенцова А.В. поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, заявил ходатайство об отложении судебного заседания в связи с отстранением Бородина Е.В. от исполнения обязанностей финансового управляющего.

В соответствии с частью 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Вместе с тем, указанная процессуальная норма носит диспозитивный характер и не обязывает суд безусловно откладывать судебное заседание на основании ходатайства лица.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев ходатайство об отложении судебного заседания, пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 158 АПК РФ, в связи с чем в удовлетворении ходатайства отказал.

Представители уполномоченного органа и Варенцова В.В. против удовлетворения апелляционной жалобы возражали.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов обособленного спора, Варенцов В.В. и Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга 25.01.2016 заключили договор купли-продажи, согласно которому Варенцов В.В. приобрел нежилое помещение по адресу: Санкт-Петербург, Лесной пр., д. 3, пом. 1Н, кадастровый номер 78:10:0005110:3353.

Впоследствии по договору от 16.06.2016 Варенцов В.В. продал приобретенное нежилое помещение в пользу Варенцова А.В. по цене 5 200 000 руб. 

Согласно пункту 3.2 договора данная сумма уплачена покупателем до подписания договора.

Договор зарегистрирован в Росреестре 01.08.2016 № 78-78/037-78/048/006/2016-23/2.

Ссылаясь на то, что договор купли-продажи от 16.06.2016 является недействительной сделкой по специальным и общим основаниям, финансовый управляющий обратился в суд первой инстанции с соответствующим заявлением. 

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Как следует из пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве. 

Дело о несостоятельности (банкротстве) Варенцова В.В. возбуждено 28.05.2018, тогда как оспариваемая сделка совершена 16.06.2016, следовательно, она может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и общим основаниям, предусмотренным статьями 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума от  23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пункта 6 постановления Пленума № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым–пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Исходя из пункта 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах. 

Судом первой инстанции установлено, что на дату заключения спорного договора – 16.06.2016, у должника имелась задолженность перед уполномоченным органом по уплате в бюджет обязательных платежей.

Так, решением Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 05.02.2018 по делу № 2а75/18 оставлено в силе решение МИФНС № 11 по Санкт-Петербургу от 29.12.2016 о начислении Варенцову В.В. недоимки по налогам, а также пеней и штрафов в общем размере 37 067 899 руб. 96 коп.

Согласно тексту решения Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 05.02.2018 по делу № 2а-75/18 задолженность по уплате обязательных платежей образовалась в 2013–2015 годах.

Данная задолженность не погашена по настоящее время, требование уполномоченного органа в размере 37 067 899 руб. 96 коп. включено в реестр требований кредиторов должника в соответствии с определением от 14.11.2018 по обособленному спору № А56- 39937/2018/тр.4.

Кроме того, в реестр требований кредиторов включена задолженность должника по договорам займа с Локай Н.В. – на сумму 22 000 000 руб. со сроком возврата займа – до 01.02.2016 и 28.05.2016; Зарецким А.А. – на сумму 12 150 000 руб. со сроком возврата займа – до 31.10.2014.

Таким образом, на дату совершения спорной сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами на сумму более 71 млн. руб., которые не исполнены до настоящего времени.

Довод подателя апелляционной жалобы о том, что требования уполномоченного органа подтверждены решением суда после даты совершения оспариваемой сделки, признается судом апелляционной инстанции несостоятельным, поскольку сама задолженность перед уполномоченным органом образовалась в период с 2013 по 2015 годы.

Отклоняя доводы ответчика и конкурсного кредитора Блохина Н.Л. о платежеспособности должника, суд первой инстанции указал, что под неплатежеспособностью должника понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В материалах дела отсутствуют надлежащие и безусловные доказательства того, что на 16.06.2016 (дата совершения сделки) у должника имелась реальная финансовая возможность погашения требований на сумму 71 млн. руб.

Само по себе наличие у должника имущества, без определения его реальной рыночной стоимости и возможности его реализации (с учетом обременений, ограничений), не свидетельствует о платежеспособности должника, в условиях, когда действует презумпция недостаточности денежных средств в качестве причины неисполнения обязательств.

Доводы ответчика и конкурсного кредитора Блохина Н.Л. о том, что фактически задолженность перед кредиторами Локай Н.В. и Зарецким А.А. погашена должником, судом первой инстанции также обоснованно отклонены, поскольку в настоящее время данная задолженность подтверждена вступившими в законную силу судебными актами, соответствующие требования включены в реестр требований кредиторов должника.

Суд первой инстанции правильно указал, что задолженность перед бюджетом участвующими в деле лицами не оспаривается, составляет значительную сумму             37 млн. руб. и не погашена до настоящего времени, что свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения сделки.

Доказательств того, что задолженность не погашалась должником не по причине недостаточности денежных средств, а по иным причинам в дело не представлено (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

В обоснование цели в причинении вреда кредиторам и фактического причинения такого вреда суд первой инстанции указал следующее. 

Согласно пункту 3.2 договора стоимость объекта недвижимости в размере          5 200 000 руб. оплачена до подписания договора, между тем в рассматриваемом случае суду не представлено доказательств реальности оплаты денежных средств в указанном размере, расписка в получении денежных средств отсутствует.

Вместе с тем, как установлено судом первой инстанции, должник, лично явившийся в судебное заседание 05.03.2020, пояснил, что денежные средства фактически ему не передавались, передача денег не планировалась, договор заключен только с целью переоформления нежилого помещения на брата должника.

Ответчик в свою очередь пояснил, что деньги переданы наличными до подписания договора, каких-либо иных доказательств передачи денег (расписки физического лица, свидетельские показания) не представил, пояснений относительно фактических обстоятельств передачи денег не дал.

Как следует из абзаца 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35), при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

В материалы дела ответчиком представлены выписки по его банковским счетам в АО «Альфа-Банк» (28.03.2016 – 03.06.2016), ПАО «Банк ФК Открытие» (сентябрь 2015 года – 27.04.2016), ПАО «Сбербанк России» (01.01.2015 – 31.12.2015 и 01.01.2016 – 16.06.2016), согласно которым ответчик снял со своих банковских счетов наличные денежные средства в период с 01.01.2015 по 16.06.2016 в общей сумме 5 146 400 руб.

Вместе с тем, суд первой инстанции верно указал, что наличные денежные средства снимались в целом бессистемно, в течение длительного времени (1,5 года), незначительными неодинаковыми суммами (от 1000 руб. до 300 000 руб.), с различным временным интервалом между снятиями, что не позволяет сделать вывод о совершении ответчиком приготовлений к совершению сделки в части исполнения своих обязательств – а именно единовременной уплате наличных денежных средств в значительной для физического лица сумме 5 200 000 руб.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции об отсутствии убедительных доказательств наличия у ответчика финансовой возможности  оплатить нежилое помещение, являющееся предметом оспариваемого договора, является правильным.

Довод подателя апелляционной жалобы о заблаговременной подготовке к совершению дорогостоящей сделки с имуществом, признается судом апелляционной инстанции несостоятельным как документально не подтвержденный.  Вопреки доводам подателя жалобы передача денежных средств по договору не может быть подтверждена только указанием на это в договоре с учетом того, что должник получение денежных средств отрицает, доказательств их расходования должником не имеется. Кроме того, в заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика, не отрицая факт родственных отношений между  Варенцовым В.В. и Варенцовым А.В., указал, что названные лица общение не поддерживают. На вопрос апелляционного суда о том, по каким причинам в таком случае передача наличных денежных средств не была подтверждена какими-либо платежными документами, представитель ответчика пояснения дать не смог.

Более того, согласно кадастровой выписке на объект недвижимости, его кадастровая стоимость составляла 16 764 661 руб. 37 коп., тогда как цена сделки с ответчиком втрое ниже и составляет 5 200 000 руб.

Ответчиком не представлено пояснений по вопросу столь существенных расхождений в кадастровой стоимости объекта недвижимости и его цены, указанной в оспариваемом договоре, что также свидетельствует в пользу его осведомленности о совершении сделки с намерением причинить вред кредиторам, поскольку сведения о кадастровой стоимости являются общедоступными, и, приобретая дорогостоящий объект недвижимости, ответчик, действуя разумно и добросовестно, имел возможность ознакомиться с кадастровой стоимостью объекта недвижимости и выяснить причины столь существенного снижения цены.

Доказательств, подтверждающих соответствие рыночной стоимости объекта недвижимости цене, указанной в договоре, в материалы дела не представлено.

Таким образом, судом первой инстанции обоснованно установлено выбытие из владения должника недвижимого имущества в отсутствие какого-либо встречного предоставления со стороны ответчика, что свидетельствует от причинении данной сделкой вреда должнику и его кредиторам.

Информированность контрагента о наличии признаков неплатежеспособности, цели причинения вреда кредиторам и фактическом причинении такого вреда, презюмируется в силу статьи 19 Закона о банкротстве ввиду того, что ответчик и должник являются родными братьями. Доказательств того, что с братом не поддерживались родственные отношения, ответчиком не представлено, напротив, из отзыва ответчика, а также апелляционной жалобы следует осведомленность брата о жизни должника (в частности, о взаимоотношениях с кредиторами, поездках за границу, покупках бытовых предметов и т.д.).

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии специальных оснований для оспаривания сделки, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из пункта 17 постановления Пленума № 63, в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Оценив представленные в материалы обособленного спора доказательства, суд первой инстанции также пришел к выводу о возможности признания спорной сделки по общим основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации.

 Пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25) содержит разъяснения о том, что положения названного Кодекса, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.  

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 7, 8 постановления Пленума № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Таким образом, в обоснование мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо доказать, что при совершении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают для данного вида сделки.

Притворной является сделка, совершенная с целью прикрыть другую сделку (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). В силу указанной нормы права признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на исполнение заключенной сделки у обеих ее сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку.

Таким образом, для признания сделки недействительной на основании статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида, либо совершали ее с целью прикрыть другую сделку. При этом обязательным условием признания сделки мнимой либо притворной является порочность воли каждой из ее сторон.

Как установил суд первой инстанции, в данном случае оспариваемый договор прикрывает сделку дарения недвижимого имущества, так как из материалов дела усматривается, что ответчик не имел намерений уплатить за объект недвижимости денежные средства, а должник не имел намерений их истребовать.

Из пункта 1 статьи 572 ГК РФ следует, что обязательным признаком договора дарения является очевидное намерение передать имущество безвозмездно.

Доказательств оплаты за имущество в деле не имеется, должник утверждает, что денежные средства он не получал и изначально оплата по сделке не планировалась, никаких действий, направленных на истребование оплаты за объект недвижимости у ответчика, должником не предпринималось. Фактически же право собственности зарегистрировано за ответчиком, имущество передано ответчику, который им распоряжался.

Учитывая названные обстоятельства, суд первой инстанции, основываясь на положениях статей 10 и 170 ГК РФ, сделал соответствующий материалам дела вывод о то, что реальное намерение сторон (являющихся близкими родственниками) при заключении договора купли-продажи от 16.06.2016 направлено на выведение высоколиквидного актива должника в пользу аффилированного лица в преддверии банкротства.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу, суд удовлетворяет требование конкурсного управляющего о применении последствий недействительности сделок в виде обязания ответчика возвратить спорное недвижимое имущество должнику.

Ввиду признания сделки недействительной по общим и специальным основаниям, суд в качестве применения последствий недействительности сделки обоснованно обязал Варенцова А.В. возвратить имущество в конкурсную массу должника. 

Доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для  его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.03.2020 по обособленному спору № А56-39937/2018/сд.2 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

Е.А. Герасимова

Судьи

Д.В. Бурденков

 Н.А. Морозова