АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 54

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-30299/2017

г. Владивосток

19 марта 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 12 марта 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 19 марта 2019 года.

Арбитражный суд Приморского края  в составе судьи  А.А. Хижинского, при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «СИ-ТИ М»   (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата регистрации   08.09.2014) в лице участника общества с ограниченной ответственностью «СИ-ТИ»

к  ФИО2 

о взыскании 600 000 рублей,

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «Профстрой-ДВ», ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7,

при участии в заседании: 

от истца: не явился, извещен,

от ответчика: ФИО8 по доверенности от 03.05.2017, паспорт,

от третьих лиц:

от ФИО6 - ФИО8 по доверенности от 20.07.2017, паспорт,

остальные третьи лица: представители не явились, извещены,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «СИ-ТИ М» (далее - истец) обратилось в суд с иском к ФИО2 (далее - ответчик) о взыскании убытков, причиненных действиями единоличного исполнительного органа в размере  600 000 рублей.

В ходе рассмотрения спора истец уточнил правовой статус истца, указав, что истцом является общество с ограниченной ответственностью «СИ-ТИ М» в лице участника - общества с ограниченной ответственностью «СИ-ТИ», действующего в интересах общества.

В соответствии с пунктом 32. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

Уточнения правового статуса истца по настоящему делу приняты судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее – АПК РФ).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Профстрой-ДВ», ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7.

ООО «Профстрой-ДВ», ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО3, надлежащим образом извещенные о месте и времени проведения судебного заседания, в суд не явились, представителей не направили, о причинах неявки не сообщили.

Суд, руководствуясь статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), проводит судебное заседание в  отсутствие указанных лиц.

Ответчиком заявлено ходатайство о прекращении производства по делу в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 150 АПК РФ, поскольку рассматриваемый иск предъявлен в связи с исполнением ответчиком должностных обязанностей исполнительного директора, то есть, в данном случае имеется трудовой спор. 

Истец по ходатайству о прекращении производства по делу возражал, указав, что настоящий спор возник по вопросу взыскания убытков с единоличного исполнительного органа (временного единоличного исполнительного органа), рассмотрение которого подведомственно арбитражному суду. 

Рассмотрев ходатайство о прекращении производства по делу в связи с его неподведомственностью арбитражному суду, суд признал его не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Вопрос разграничения компетенции арбитражных судов и судов общей юрисдикции по рассмотрению дел о взыскании убытков с руководителя организации (в том числе бывшего) разрешен в пункте 7 Постановления Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18.10.2012 № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования», в котором сказано, что правила о разграничении этой компетенции установлены процессуальным законодательством, а именно частью 3 статьи 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), пунктом 2 части 1 статьи 33 и пунктом 3 статьи 225.1 АПК РФ.

В пункте 9 Постановления ВАС РФ № 62 требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 ГК РФ, в том числе в случаях, когда истец или ответчик ссылаются в обоснование своих требований или возражений на статью 277 ТК РФ.

При этом с учетом положений пункта 4 статьи 225.1 АПК РФ споры по искам о привлечении к ответственности лиц, входящих или входивших в состав органов управления юридического лица, в том числе в соответствии с абзацем первым статьи 277 ТК РФ, являются корпоративными, дела по таким спорам подведомственны арбитражным судам (пункт 2 части 1 статьи 33 АПК РФ) и подлежат рассмотрению по правилам главы 28.1 АПК РФ.

Таким образом, критерий квалификации корпоративного спора определяется характером и субъектным составом спорного правоотношения.

Как следует из материалов дела, ответчик являлся исполнительным директором Общества, в рамках настоящего спора  судом подлежал исследований и   исследовался вопрос  о фактическом объеме  полномочий  ответчика  при исполнении  возложенных  на него  обязанностей  единоличного исполнительного органа Общества. Данный иск заявлен к ответчику исходя из его действий, определяющих экономическую деятельность Общества. В данном случае возникший спор вытекает именно из корпоративных правоотношений, а потому дела по таким спорам подведомственны арбитражным судам, подлежащим рассмотрению по правилам главы 28.1 АПК РФ.

Исковые требования мотивированы тем, что в результате проведенного анализа хозяйственной деятельности ООО «СИ-ТИ М», выявлены факты перечисления денежных средств бывшим руководителем Общества (ФИО2) фирмам однодневкам. Так, согласно выписке по расчетному счету ООО «СИ-ТИ М», открытому в ПАО «Дальневосточный Банк», Обществом 18.12.2015 на расчетный счет ООО «Профстрой-ДВ» переведены денежные средства в размере 600 000 рублей в качестве оплаты по договору №в-18/12 от 17.12.2015 за транспортно-экспедиторское обслуживание.

Возражая против доводов иска, ответчик указал, что не относится к числу лиц, обязанных возместить по требованию юридического лица или его участника убытки, причиненные по его вине юридическому лицу, поскольку занимал в Обществе должность исполнительного директора, сославшись на судебные акты, вынесенные в рамках рассмотрения аналогичных споров.

Привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица  ФИО7 пояснила, что с момента образования и до 20.08.2015 осуществляла руководство текущей деятельностью ООО «СИ-ТИ М» в качестве единоличного исполнительного органа Общества (директора). Официально (в соответствии с трудовым законодательством) ФИО7 в ООО «СИ-ТИ М» трудоустроена не была. В июле 2015 года ФИО7 принято решение об увольнении с занимаемой должности по собственному желанию, о чем 20.07.2015 подано заявление участникам Общества. При этом, требование о проведении собрания, с целью избрания нового единоличного органа, участникам Общества не направлялось, по собственной инициативе ФИО7 собрание участников Общества не созывала. По мнению ФИО7, подать заявление в регистрирующий орган о смене единоличного исполнительного органа Общества должен был ФИО2, как новый единоличный исполнительный орган Общества. 

Представитель ФИО6 относительно заявленных требований поддерживает позицию ответчика.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ООО «СИ-ТИ М» зарегистрировано в качестве юридического лица при создании 08.09.2014. Участниками общества являются: общество с ограниченной ответственностью «СИ-ТИ» (далее – ОО «СИ-ТИ») с размером доли 51% и ФИО6 с размером доли 49%. Решение о создании ООО «СИ-ТИ М» от имени ООО «СИ-ТИ» подписано ФИО7 Согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), с момента создания и до 17.02.2016 директором общества являлась ФИО7 В свою очередь, ООО «СИ-ТИ» создано 20.04.2011, участниками которого являются ФИО9 и ФИО10 с распределением долей по 50% у каждого соответственно. С 24.04.2015 по 23.11.2016 участником ООО «СИ-ТИ» с долей в размере 50% являлся ФИО11.

С 01.08.2014 по 22.04.2015 генеральным директором ООО «СИ-ТИ» (согласно записи в трудовой книжке) была ФИО7 На основании решения участника ООО «СИ-ТИ» от 22.04.2015 генеральным директором ООО «СИ-ТИ» является ФИО11, о чем 08.05.2015 в ЕГРЮЛ внесены соответствующие сведения.

Заявление об открытии расчетного счета от имени ООО «СИ-ТИ» в ПАО «Сбербанк России» подано ФИО7, которой выдан единственный сертификат ключа электронной подписи. Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, пояснений представителей сторон, указанные юридические лица (их органы управления, бухгалтерия) располагаются по одному адресу: 

<

...>. Приказом директора ООО «СИ-ТИ М» ФИО7 № ПР1 от 01.06.2015 на должность исполнительного директора общества (должность в штатном расписании отсутствует) принят ФИО2 В соответствии с приказом № 2015/01 от 20.08.2015 на основании заявления об освобождении от занимаемой должности директора, ФИО7 с 20.08.2015 досрочно сложила с себя полномочия и возложила исполнение должностных обязанностей (полномочий) директора ООО «СИ-ТИ М» на исполнительного директора общества – ФИО2

По акту приема-передачи документов от 20.08.2015 ФИО7 передала ФИО2 следующие документы: учредительные документы ООО «СИ-ТИ М»; текущую документацию; документы ОК; печати и штампы; документы бухгалтерской, налоговой отчетности за период с 02.09.2014 по 20.08.2015. Кроме этого, 20.07.2015 ФИО7 выдала ФИО2 нотариально удостоверенную доверенность действовать от имени общества с широким кругом полномочий, в том числе, с правом совершения разнообразных сделок и иных юридических действий.

В спорный период в обществе также имелся заместитель директора – ФИО5

Согласно доводам иска, 18.12.2015 в период исполнения ФИО2 обязанностей директора общества, обществом на расчетный счет ООО «Профстрой-ДВ» переведены денежные средства в размере 600 000 рублей в качестве оплаты по договору №в-18/12 от 17.12.2015 за транспортно-экспедиторское обслуживание.

Данное обстоятельство подтверждается выпиской по расчетному счету ООО «СИ-ТИ М», открытому в ПАО «Дальневосточный Банк». 

Ссылаясь на то, что никаких договоров общество с ООО «Профстрой-ДВ» не заключало, услуги обществу не оказывались, акты оказанных услуг в обществе отсутствуют, следовательно, оснований для перечисления денежных средств у ФИО2 не имелось, истец обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Как следует из пояснений участников процесса, вопросами бухгалтерии ООО «СИ-ТИ М» занималась ФИО4, которая при этом была трудоустроена в качестве бухгалтера в ООО «СИ-ТИ».

Из материалов также следует, что 12.09.2014 ФИО7 от имени ООО «СИ-ТИ М» в ПАО «Дальневосточный банк» подано заявление на открытие банковского счета (счет закрыт 31.05.2016 по заявлению директора общества ФИО12).

16.10.2014 ФИО7 подано заявление о получения для работы в системе «iBank2» USB-токена в количестве 1 штука, а также определено блокировочное слово.

Согласно представленной ПАО «Дальневосточный банк» информации, в тот же день (16.10.2014) USB-токен получен представителем общества по доверенности ФИО4 (реквизиты доверенности не указаны).

Директору общества ФИО7 выдан сертификат ключа проверки электронной подписи с правом первой подписи. Начало действия ключа 06.11.2014. Аналогичный сертификат получен от имени ООО «СИТИ М» ФИО11 без права подписи.

Начало действия ключа 10.06.2015 указанные ключи электронно-цифровой подписи заблокированы 31.05.2016.

Как следует из письменных пояснений ФИО7, представленных в материалы дела, ключ электронно-цифровой подписи к расчетному счету общества находился в кабинете бухгалтера общества ФИО4, так как она на постоянной основе использовала его в работе. После своего увольнения и назначения ФИО2 временным единоличным исполнительным органом ФИО7 участие в деятельности общества не принимала, ключ электронно-цифровой подписи не использовала, а также не распоряжалась денежными средствами общества и не давала соответствующих указаний. В соответствии с выданной на ФИО4 доверенностью вопросами регистрации общества и открытия расчетного счета ведала непосредственно она. Именно ФИО4 получила ключ шифрования, что подтверждается банковскими документами. Осуществление платежей с расчетного счета общества и использование ключа поручено ФИО4, она являлась ответственным хранителем ключа. В этой связи, ФИО7 полагает, что при прекращении полномочий директора ООО «СИ-ТИ М» у нее отсутствовала компетенция по внесению изменений в договор с ПАО «Дальневосточный банк» относительно руководителя общества. Соответствующими полномочиями обладал ФИО2 С момента принятия на работу ФИО2 по его просьбе ему было вверено использование ключа электронно-цифровой подписи, так как он обладал соответствующими познаниями в сфере его использования и осуществления электронных расчетов и при необходимости мог заменить ФИО4

Из пояснений ФИО7 следует, что в период с 06.12.2015 по 31.12.2015 ключ электронно-цифровой подписи использовался по ip адресу 46.52.167.38 – месту постоянного использования ключа. Указанный адрес принадлежит АО «ЭР-Телеком Холдинг» (Интернет-провайдер Энфорта) и предоставлен по месту регистрации ООО «СИ-ТИ М».

Вместе с тем, с 06.12.2015 по 16.12.2015 ФИО7 находилась за пределами Российской Федерации и не имела возможности использовать ключ в г. Владивостоке с указанного ip адреса. В период с 16.12.2015 по 31.12.2015. ФИО4 также находилась в отпуске за переделами Российской Федерации.

Заслушав доводы участников процесса, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ в отдельности, а также взаимную связь доказательств в их совокупности, суд считает, что заявленные требования не подлежат удовлетворению  исходя из следующего. 

Согласно части 5  статьи 44 Федерального закона  от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью)  с иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

В соответствии  с часть 1 статьи 225.8 АПК РФ в случаях, предусмотренных федеральным законом, участники юридического лица вправе обратиться в арбитражный суд с иском о возмещении убытков, причиненных этому юридическому лицу. Такие участники пользуются процессуальными правами и несут процессуальные обязанности истца, а также обладают правом требовать принудительное исполнение решения арбитражного суда в пользу этого юридического лица.

Как следует из разъяснений,  изложенных  в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума №25). Участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 Г К РФ, пункт 1 статьи 62.2 ГК РФ).

Положениями статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –  ГК РФ) закреплено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Целью гражданско-правовой ответственности, которую несет лицо, причинившее вред, является восстановление имущественных прав потерпевшего. Применение принципа полного возмещения убытков (статьи 15, 1064 ГК РФ) диктуется необходимостью восстановить права потерпевшей стороны в обязательстве и обеспечить всестороннюю охрану интересов тех, кто терпит убытки. 

По общему правилу, установленному статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, предполагает применение к правонарушителю имущественных санкций, а потому сторона возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение противоправного действия (бездействие), возникновение у потерпевшего убытков, причинно-следственная связь между действиями и их последствиями. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. 

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. 

С иском о возмещении убытков, причиненных вправе обратиться в суд общество или его участник (пункт 5 названной статьи Закона об обществах с ограниченной ответственностью). 

Привлечение к ответственности руководителя зависит от того, действовал ли он при исполнении возложенных на него обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа. 

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление № 62), негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причинение юридическому лицу убытков в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. 

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. 

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на исполнительный орган обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 постановления № 62). 

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств. При этом, суд не должен ограничиваться проверкой формального соответствия каждого отдельно взятого доказательства требованиям Кодекса, а должен оценить все доказательства по делу в совокупности и во взаимосвязи с целью исключения внутренних противоречий и расхождений между ними. 

Как установлено материалами дела, при увольнении с должности директора ФИО7 в Обществе не была соблюдена корпоративная процедура смены единоличного исполнительного органа. Новый директор в установленном законом порядке избран не был. При этом, исполнение должностных обязанностей (полномочий) директора Общества на ФИО2 возложено лицом (ФИО7) не состоящей в штате ООО «СИ-ТИ М» и не являвшейся сотрудником Общества по смыслу трудового законодательства (трудовой договор, запись в трудовой книжке отсутствуют). В этой связи ссылка ФИО7 на статью 280 Трудового кодекса РФ также не состоятельна. 

Доводы о том, что с заявлением о внесении изменений в ЕГРЮЛ в отношении директора должен был обратиться ФИО2, а также о том, что ФИО7 не обязана была созывать собрание участников Общества не основаны на нормах действующего законодательства.

Так, участники общества при увольнении директора обязаны избрать новую кандидатуру единоличного исполнительного органа ООО. 

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 55 Закона об обществах с ограниченной ответственностью увольняющийся директор должен созвать их внеочередное общее собрание для решения этого вопроса. 

Доказательств созыва собрания и неявки на него участников Общества ФИО7 не представлено, поэтому ее действия при увольнении с должности  единоличного исполнительного органа общества нельзя признать добросовестными.

Законодательство о юридических лицах, в частности пункт 6 статьи 37, пункт 1 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, связывает возникновение прав и обязанностей единоличного исполнительного органа с решением уполномоченного органа управления данного юридического лица, которое оформляется протоколом общего собрания участников или решением единственного участника общества.

Согласно пункту 5 статьи 5 Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ) юридическое лицо обязано уведомить налоговый орган об изменении сведений о своем единоличном исполнительном органе, содержащихся в ЕГРЮЛ. Таким образом, у лица, освобожденного от должности генерального директора, отсутствует возможность обеспечить внесение в ЕГРЮЛ сведений только о прекращении своих полномочий. Сведения об указанном лице как о единоличном исполнительном органе общества будут содержаться в государственном реестре до момента внесения обществом в ЕГРЮЛ сведений о новом генеральном директоре. Следовательно, в случае изменения сведений о лице, имеющем право действовать без доверенности от имени юридического лица, заявление по форме № Р14001 заполняется юридическим лицом как в отношении прежнего, так и в отношении нового генерального директора. 

Как установлено вступившим в законную  силу решением Арбитражного суда Приморского края от 03.09.2018 года по делу А51-30298/2017 (далее – решение суда от 03.09.2018 по делу № А51-30298/2017), которое в силу части 2 статьи 69 АПК РФ имеют преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора заявление по форме № Р14001 в регистрирующий орган для исключения из ЕГРЮЛ сведений о ФИО7, как о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени ООО «СИ-ТИ М», не подавалось, новый директор, в установленном порядке не избирался.

Изложенное свидетельствует о том, что фактически в Обществе имелся руководитель с полномочиями, соответствующими единоличному исполнительному органу, предоставленными ему на основании доверенности, который де-юре, не являлся единоличным исполнительным органом Общества по смыслу статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью. 

Истцом не представлено доказательств того, что услуги на спорную сумму Обществу не были оказаны. Общество, в силу закона обязано хранить документы о своей финансово-хозяйственной деятельности. Между тем, на запросы суда о предоставлении документов Общество ссылается на отсутствие в Обществе документов. При этом сведений о том, при каких обстоятельствах документы утрачены и доказательств, подтверждающих их отсутствие суду не представлено. Судом также принято во внимание, что Общество обращалось в арбитражный суд с иском к ФИО2 за истребованием документации общества (дело № А51-5349/2016). Вместе с тем, Обществом был заявлен немотивированный отказ от исковых требований, вследствие чего производство по делу было прекращено (определение от 28.07.2016). 

Суду также не представлен бухгалтерский баланс Общества, подтверждающий наличие у Общества убытков.

В отсутствие указанных доказательства, суд пришел к выводу о том, что заявленная к взысканию сумма не является для Общества убытками по смыслу статьи 15 ГК РФ и не подлежит возмещению по правилам, установленным статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью за счет единоличного исполнительного органа. В отсутствие правовых оснований перечисления спорной суммы, денежные средства могут быть истребованы в качестве неосновательного обогащения. 

Между тем, ссылаясь на то, что спорная сумма перечислена ООО «Профстрой-ДВ» в отсутствие встречного предоставление, истец не представил доказательств обращения к указанному лицу за возвратом неосновательного обогащения.

При этом, как установлено решением суда от 03.09.2018 по делу № А51-30298/2017 электронно-цифровой подписью, которая предоставляет доступ к расчетному счету ООО «СИ-ТИ М» обладала не только ФИО7, как руководитель организации, но и ФИО11, как представитель Общества - ООО «СИ-ТИ». Обладая таким доступом, ФИО11,  который в спорный  период также  являлся  и  директором ООО «СИ-ТИ»,  фактически имел возможность контролировать все движения денежных средств по расчетному как по расчетному счету ООО «СИ-ТИ М», так и расчетному счету  ООО «СИ-ТИ» и  не мог не узнать о списании значительной денежной суммы с расчетного счета ООО «СИ-ТИ М». 

Доказательств передачи ФИО2 электронно-цифровой подписи, которая предоставляет доступ к расчетному счету, USB-токена, истцом не представлено, Акт приема-передачи документов от 20.08.2015 таких сведений не содержит. Из пояснений лиц, участвующих в деле следует, что вопросами бухгалтерии занималась ФИО4 

Доводы ФИО7 о ее нахождении  в отпуске за пределами Российской Федерации,  не имеют существенного  значения  для существа рассматриваемого  спора, поскольку  спорные платежи произведены в период ее нахождения  на рабочем  месте в ООО «СИ-ТИ» в г. Владивостоке. Доводы относительно  нахождения ФИО4  за пределами Российской Федерации, судом отклоняются по тем же основаниям. 

При таких обстоятельствах, с учетом того, что в спорный период  как ФИО11, так ФИО7 и ФИО4 фактически находились  на своих рабочих местах,  а корпоративная   процедура смены единоличного исполнительного органа не была  соблюдена, в отсутствие   доказательств  предоставления ФИО2  доступа  к расчетному  счету,  суд  не может  сделать однозначный вывод об объеме  полномочий   ответчика и том, что именно он осуществлял контроль банковских операции  Общества. 

Совокупность перечисленных обстоятельств позволяет суду сделать вывод о том, что трудовая и бухгалтерская дисциплина в Обществе не соблюдалась с момента создания его в качестве юридического лица; недобросовестность действий бывшего директора и учредителей Общества при смене единоличного руководителя Общества;  нарушение финансовой дисциплины  в Обществу с момента его создания, при которой доступ к расчетному счету Общества имели лица не трудоустроенные в ООО «СИ-ТИ М»;  отсутствие  доказательств достоверно, подтверждающие наличие такого доступа у ФИО2; о факте перечисления спорной суммы должно было быть известно истцу, в силу наличия у него возможности контролировать расчетный счет Общества, которой он безусловно пользовался; данная сумма на протяжении почти трех  лет не считалась убытками.

При таких обстоятельствах, в отсутствие доказательств того, что данная сумма является для Общества убытками, доказательств того, что действия по перечислению спорной суммы осуществлены ответчиком либо под его конролем, а также в отсутствие доказательств наличия обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий директора, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для возложения на ответчика ответственности в виде возмещения убытков. 

Приведенные обстоятельства дела, в совокупности с исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами позволяют суду усомниться, что заявление данного иска имеет своей целью защиту интересов Общества. С учетом имеющегося длящегося корпоративного конфликта и динамики его развития, действия истца свидетельствуют о намерении ООО «СИ-ТИ» заявлением настоящего иска причинить вред ФИО2

С учетом изложенного, суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленного иска.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на истца.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд

р е ш и л:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

Судья            Хижинский А.А.