ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-42993/2019

Дело № А40-6812/19

г. Москва

24 сентября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2019 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 24 сентября 2019 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Савенкова О.В., 

судей Панкратовой Н.И., Бондарева А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 

АО "Лубянка-Девелопмент"

на решение Арбитражного суда города Москвы от 04.06.2019

по делу № А40-6812/19, принятое судьей Хабаровой К.М.,

по иску АО "Лубянка-Девелопмент" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ООО "АНН Ритейл" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании денежных средств,

при участии в судебном заседании представителей: 

от истца: ФИО2 по доверенности от 29.07.2019 г., ФИО3 по доверенности от 10.05.2018 г.;  

от ответчика: ФИО4 по доверенности от 21.01.2019 г., ФИО5 по доверенности от 04.03.2019 г.;  

У С Т А Н О В И Л:

Акционерное общество «Лубянка-Девелопмент» (далее – истец)  обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением, уточненным в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ),  к обществу с ограниченной ответственностью «АНН РИТЕЙЛ» (далее - ответчик)  о взыскании 66.026.395 руб. 80 коп.  в связи с ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору доверительного управления имуществом от 27.01.2016.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 04.06.2019 по делу №А40-6812/19 исковые требования удовлетворены частично. С ответчика в пользу истца взыскано 196907 руб. 78 коп. убытков, в удовлетворении остальной части заявленных требований – отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, истец обратился  в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить исковые требования в полном объеме.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель истца поддержал доводы, заявленные в апелляционной жалобе, просил решение суда первой инстанции отменить, вынести новый судебный акт, котором удовлетворить исковые требования в полном объеме. 

Представитель ответчика возражал по доводам апелляционной жалобы, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Девятый арбитражный апелляционный суд, изучив материалы дела, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив все доводы апелляционных жалоб, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ, не находит оснований для отмены судебного акта по следующим основаниям. 

Как следует из материалов дела, 27.01.2016 между истцом (Учредителем Управления) и ответчиком (Доверительным управляющим) был заключен договор доверительного управления имуществом (далее – Договор), по условиям которого ответчик взял на себя обязательства по доверительному управлению имуществом, предусмотренным п. 1.2. Договора и приложением № 1 к Договору.

В составе имущества, переданного в доверительное управление ответчику, было здание площадью 35860,2 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, в котором размещен Центральный детский магазин (далее – ЦДМ).

Выгодоприобретателем по Договору являлся истец как учредитель доверительного управления. 

Договор был заключен на срок с 27.01.2016 по 26.01.2021.

Во исполнение условий Договора 01.02.2016 между Доверительным управляющим (также Компанией)  и Партма П.Э.А. заключен Договора оказания услуг (далее – Договор от 01.02.2016).

По условиям Договора от 01.02.2016 Партма обязался оказать следующие услуги:

2.1.1. обеспечить развитие Бизнеса Компании в соответствии с Бизнес-Планом и обеспечить достижение Показателей Эффективности, прежде всего показателя чистого операционного дохода;

2.1.2. обеспечить получение Компанией (если применимо) всех сертификатов, лицензий, разрешений и/или иных одобрений или согласий Государственных Органов, необходимых для ведения Бизнеса на территории Российской Федерации в соответствии с Применимым правом;

2.1.3. оказывать помощь в привлечении высококвалифицированных консультантов для целей организации и ведения Бизнеса;

2.1.4. организовать деятельность персонала Компании;

2.1.5. обеспечить соблюдение Компанией всех норм и правил, применимых к Компании, для целей реализации Проекта; 

2.1.6. по запросу Компании оказывать иные услуги в отношении Бизнеса.

Приложением № 1 к Договору от 01.02.2016 для Партмы были установлены показатели эффективности ЦДМ.

Также доверительным управляющим, для обеспечения достижение Показателей Эффективности и реализации целей развития ЦДМ, были дополнительно заключены трудовые договоры с работниками.

В связи с не достижением доверительным управляющим целей и задач, предусмотренных Договором, 31.07.2017 он был расторгнут истцом в одностороннем порядке.

По мнению истца, объем компенсированных (удержанных) Доверительным управляющим  расходов в размере 65.553.437 руб. 55 коп. документально не подтвержден и эти расходы не соответствуют критериям для признания их  расходами доверительного управляющего, указанным в приложении № 2 к Договору, в связи что ответчик необоснованно удержал данные денежные средства из суммы доходов от доверительного управления ЦДМ, подлежащих перечислению учредителю управления,  и неосновательно обогатился на вышеуказанную сумму.

В связи с данными обстоятельствами, истец направил в адрес ответчика досудебную претензию, с требованием возвратить сумму неосновательно сбереженных денежных средств.

Требования, содержащиеся в претензии, оставлены ответчиком без исполнения, что послужило основанием для обращения в Арбитражный суд г. Москвы.

Суд первой инстанции, установив, что ответчик правомерно привлек Партма П.Э.А. к исполнения обязанностей по Договору на основании отдельного договора, не являющимся трудовым, отказал истцу в удовлетворении исковых требований в данной части. 

Руководствуюсь положениями ст. 1023 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и положениями, закрепленными в п. 4.4., 4.6 Договора, суд посчитал, что  ответчик правомерно произвел удержание денежных средств в размере 30.337.290 руб. в счет заработной платы работников, так как размер данных затрат не превысил размер , закрепленный в приложении  № 6 к Договору.  

Удовлетворяя исковые требования о взыскании убытков в части, суд первой инстанции принял во внимание, что представленный истцом расчет размера убытков в связи с утратой имущества не учитывает, что эти объекты (навигационная информационная стойка на смотровой площадке, планшет Samsung в подзорной трубе, съемное устройство Power NT универсальное для всех типов датчиков (18 шт.), деактиватор одноканальный (антикражное оборудование) в зоне безвитринного пространства (17 шт.) подвергались износу в период действия Договора и нахождения этого имущества у ответчика, в связи с чем их стоимость следует рассчитывать с учетом амортизации на основании п. 1 ст. 1022 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее- ГК РФ).

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции и отклоняя доводы апелляционной жалобы, Девятый арбитражный апелляционный суд принимает во внимание, что приведенные в апелляционной жалобе доводы не нашли правового и документального обоснования, в связи с чем они  не могут являться основанием к отмене судебного акта. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Исходя из названной нормы неосновательное обогащение может выражаться в двух формах: в форме неосновательного приобретения имущества без наличия к тому законных оснований, либо в форме неосновательного сбережения своего имущества, когда лицо обязано его передать, но не передало или обязано потратить свои денежные средства, но их не потратило.

При применении статьи 1102 ГК РФ, помимо того, что истец должен доказать, что за его счет со стороны ответчика имело место приобретение денежных средств без должного правового основания, также доказать размер неосновательного обогащения.

В силу п.1 ст. 1012 ГК РФ по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя).

Обращаясь в суд апелляционной инстанции с жалобой истец указывает, что денежные средства, являющихся вознаграждением услуг Партмы за июнь и июль 2017  года и размер заработной платы, привлеченных работников, были неправомерно удержаны ответчиком из суммы доходов, полученных от доверительного управления имуществом по Договору, в качестве компенсации понесенных ответчиком необходимых расходов, связанных с доверительным управлением по Договору.

В обоснование данного довода, заявитель жалобы указывает, что п.4.6 Договора предусматривал предельный размер вознаграждения Доверительного управляющего, а именно 4.720.000 руб. 

Судебная коллегия, рассмотрев данный довод, приходит к выводу о его несостоятельности в силу следующих причин.

Согласно п. 4.6. Договора размер ежеквартальных расходов, понесенных доверительным управляющим и подлежащих компенсации учредителем управления, не может превышать соответствующих показателей за квартал, указанных в приложении № 6 к Договору в графе «Операционные расходы» таблицы «Ключевые показатели квартального Согласованного бизнес-плана ЦДМ на 2016 год», а также иных ежеквартальных показателей расходов в иных бизнес-планах, согласованных сторонами в установленном порядке.

В целя применения положений установленных настоящим пунктом, стороны Договорились , что расходы доверительного управляющего на оплату вознаграждений сотрудникам/работникам по трудовым Договорам, а также страховым взносам в пенсионный Фонд РФ , Фонд социального страхования, ФФОМС, указанные в приложении № 6 к настоящему Договору графе «Административные расходы» подлежат компенсации за счет основного ежемесячного вознаграждения доверительного управляющего, указанного в п. 1 Приложении № 2 к настоящему Договору.

В любом случае, размер общий размер расходов Доверительного управляющего,  подлежащих компенсации Учредителем управления, не может превышать размер, указанный в графе «Операционные расходы » в таблице «Ключевые показатели годового Согласованного бизнес-плана ЦДМ» за период с 2016 по 2021 год.

В соответствии со ст. 1 Приложения № 2 к Договору размер основного ежемесячного вознаграждения доверительного управляющего за период с 01.02.2016 по 31.12.2016 г. составляет 4.720.000 руб., включая 720.000 руб. НДС. 

Стороны пришли к соглашению, что размер ежемесячного основного вознаграждения может быть изменен начиная с 01.01.2017, при условии внесения соответствующих изменений в Бизнес-План путем подписания дополнительного соглашения к настоящему Договору.

Судебной коллегий установлено, что размер основного ежемесячного вознаграждения доверительного управляющего сторонами не был изменен.

В то же время, в соответствии с приложением № 6 к Договору  предельный размер операционных расходов в 2016 году составлял: 1 квартал - 178 млн. руб., 2 квартал -169 млн. руб., 3 квартал - 138 млн. руб., 4 квартал - 157 млн. руб., итого за 2016 год не более 642 млн. руб.

Размер расходов ответчика в 1 квартале 2016 года, включая затраты на услуги Партмы, составил – 19.545.004 руб.  56 коп., во 2 квартале 2016 года  - 78.813.093 руб., в 3 квартале 2016 года  - 85.322.083 руб.  в 4 квартале 2016 года – 205.191.384 руб., то есть, в размере не превышающим предельный размер операционных расходов в 2016 году в за соответствующие кварталы.

Согласно п. 4.4. Договора расходы, понесенные доверительным управляющим в результате осуществления доверительного управления имуществом за отчетный период в соответствии с условиями Приложения № 2 к Договору, компенсируются учредителем управления путем их ежемесячного удержания доверительным управляющим из сумм поступлений и прочих поступлений, определяемых в Приложении № 2 к Договору.

Частью 1 ст. 71 АПК РФ установлено, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В части 4 вышеуказанной статьи также указано, что каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Статьей 431 ГК РФ установлено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Исходя из буквального толкования  пунктов 4.4., 4.6 Договора, а также анализа показателей, закрепленных в ст. 1 Приложения № 2 и приложении № 6 к Договору, суд первой инстанции пришел к выводу, что при заключении Договора стороны ограничили размер подлежащих удержанию ответчиком денежных средств, который ограничен размером операционных расходов истца на соответствующий квартал.

Кроме того, в силу ст. 1023 ГК РФ доверительный управляющий имеет право на вознаграждение, предусмотренное договором доверительного управления имуществом, а также на возмещение необходимых расходов, произведенных им при доверительном управлении имуществом, за счет доходов от использования этого имущества. 

Судебная коллегия считает, что по смыслу положений ст. 1102 ГК РФ, денежные средства,  в качестве вознаграждения Партме за июнь-июль 2016 года в размере 35.216.147 руб. 55 коп., не может являться неосновательным обогащением на стороне ответчика, так как заключенный договор от 01.02.2016 не носит  характер трудового договора

Так, согласно п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены  к микропредприятиям» к характерным признакам относятся достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года).

Договор от 01.02.2016   не имеет вышеуказанных характерных признаков трудовых отношений, он имеет гражданско-правовой характер:

1) деятельность исполнителя была направлена на достижение определенного результата, а не на выполнение трудовой функции:

-  услуги оказывались только в связи с управлением ЦДМ 

Так согласно п. 2.1.1. Партма обязался обеспечить развитие Бизнеса Компании в соответствии с Бизнес-Планом и обеспечить достижение Показателей Эффективности...».

 В соответствии с п. А Преамбулы Договора от 01.02.2016 Бизнесом являлось управление ЦДМ.

 Партма был привлечен ответчиком для оказания услуг именно в связи с управлением ЦДМ, как специалист, обладающий необходимым опытом и знаниями;

- перед Партмой были поставлены определенные задачи, которые были выражены в минимальном показателе доходов, которые должен был приносить ЦДМ, и в максимальном показателе расходов, которые можно было понести на управление ЦДМ -Приложение № 1 к Договору от 01.02.2016   и п. 2.1.1. указанного договора;

-   по условиям Договора от 01.02.2016 Партма самостоятельно определял, каким образом он будет обеспечивать достижение этих показателей. 

Согласно п. 2.2.5. Договора от 01.02.2016 исполнитель обязался «посвящать столько времени, опыта и усилий оказанию Услуг, сколько требуется для надлежащего оказания таких Услуг. Во избежание сомнений, стороны пришли к соглашению, что Консультант самостоятельно организует деятельность по оказанию Услуг, в частности самостоятельно определяет материально-технические и иные условия оказания Услуг, планирует время, необходимое для оказания Услуг, характер и содержание оказываемых в соответствующий период времени Услуг, согласно настоящему договору»;

- отсутствовал устойчивый, стабильный характер отношений. 

Договор с Партмой был заключен 01.02.2016 , расторгнут по инициативе Ответчика в одностороннем порядке 09.01.2017, то есть отношения между сторонами длились всего 11 месяцев. 

Исполнитель оказывал услуги по запросу ответчика. 

Согласно п. 2.1.6. Партма обязался «по запросу Компании оказывать иные услуги в отношении Бизнеса...». Согласно п. 2.2.4. исполнитель обязался «оказывать Компании помощь в отношении Услуг, запрашиваемую Компанией время от времени»;

3)  исполнитель не был подчинен внутреннему трудовому распорядку Ответчика, был свободен в определении времени, места оказания услуг:

- согласно п. 2.2.1. Договора «во избежание сомнений Стороны пришли к соглашению, что Консультант не подчиняется коллективным договорам, соглашениям, правилам внутреннего трудового распорядка, иным локальным правовым актам, регулирующим трудовые и иные связанные с ними отношения, принятые или применимые к Компании, любой из Компаний группы и/или их аффилированным лицам...»;

-  согласно п. 2.2.5 Договора от 01.02.2016 г. исполнитель обязался «посвящать столько времени, опыта и усилий оказанию Услуг, сколько требуется для надлежащего оказания таких Услуг.

Во избежание сомнений, Стороны пришли к соглашению, что Консультант самостоятельно организует деятельность по оказанию Услуг, в частности самостоятельно определяет материально-технические и иные условия оказания Услуг, планирует время, необходимое для оказания Услуг, характер и содержание оказываемых в соответствующий период времени Услуг, согласно настоящему договору. 

Также Стороны договорились, что Консультант оказывает Услуги в офисе Компании по адресу: 125009, г. Москва, Кузнецкий мост, д. 6/3, строение 3 или дистанционно в любом другом месте по своему усмотрению»;

4) ответчик имел право по своему усмотрению в одностороннем порядке отказаться от Договора от 01.02.2016 .

Согласно п. 5.4. вышеуказанного договора «...Компания также вправе отказаться от настоящего договора (путем направления письменного уведомления Консультанту) при том что настоящий договор прекращается по истечении 6 мес. (в 1-ый год действия договора) или по истечении 9 мес. (во 2-ой и последующий годы) со дня получения Консультантом письменного уведомления с сохранением за Компанией обязательства полностью возместить Консультанту понесенные им расходы, а также не выплаченное на момент расторжения договора Консультационное вознаграждение пропорционально отработанному времени». 

В соответствии со ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации произвольный отказ работодателя от трудового договора недопустим. Ответчик данным правом воспользовался и расторг Договор от 01.02.2016 в одностороннем порядке, уведомив об этом Партму .

Партма не был интегрирован в организационную структуру Ответчика. Согласно преамбуле (В) «Компания планирует привлечь Консультанта как высококвалифицированного специалиста на позицию внешнего консультанта для оказания информационных и консультационных услуг...».

 Согласно п. 2.4. «в рамках отношений с компанией Консультант представлен в качестве независимого поставщика услуг, и ни одно положение настоящего договора не представляет Консультанту возможность действовать в качестве работника,  агента или партнера Компании,

Договор от 01.02.2016 не предусматривал дополнительных гарантий исполнителю, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

Таким образом, положения п. 4.6. Договора  не распространяются на  правоотношения по Договору от 01.02.2016. Следовательно, ответчик, действуя во исполнение интересов истца, не мог неосновательно обогатится за счет последнего на вышеуказанную сумму.

Судебная коллегия также соглашается выводом суд первой инстанции относительно того, что при толковании условий Договора, и положений ст.  1023 ГК РФ, а также общих целей, которое стороны преследовали при его заключении,  ответчик  правомерно привлек дополнительных работников для работы ЦДМ.

Как следует из материалов дела, ответчиком была разработана концепция развития ЦДМ, которая была принята истцом.

Данная концепция предполагала увеличение штата ответчика для целей исполнения Договора (стр. 44 концепции).

Реализация концепции предполагала замену, перемещение существующих арендаторов и привлечение новых, что требовало увеличения персонала в отделе аренды.

В связи с началом активной фазы развития «бренда» ЦДМ, снижением покупательской активности посетителей ЦДМ возникла необходимость в усилении дополнительными сотрудниками отдела маркетинга и гостевого сервиса. 

Одновременно ответчик сокращал расходы на услуги внешних специалистов, оказывавших маркетинговые услуги на основании договоров на оказание данных услуг. 

В 2017 году ответчик увеличил штат своих сотрудников, дополнительно были наняты следующие сотрудники: управляющий директор ФИО6, руководитель дирекции арендных отношений и брокериджа ФИО7, менеджер по брокериджу ФИО8, директор по маркетингу и коммерциализации ФИО9, директор по маркетингу ФИО10, брендменеджер ФИО11, креативный директор ФИО12 , заместитель креативного директора ФИО13 и операционный директор ФИО14 

Наём указанных сотрудников исключительно для целей развития ЦДМ следует из должностных инструкций каждого из сотрудников (т. 4 л.д. 109-153, т. 5 л.д. 1-53). 

Целью деятельности нанятых сотрудников было привлечение посетителей в ЦДМ для увеличения товарооборота арендаторов, от которого зависела арендная ставка по договорам аренды и, соответственно, доходность ЦДМ (товарооборот арендаторов является базой для расчета арендной ставки по многим договорам аренды помещений в ЦДМ). 

Для этого нанятыми сотрудниками осуществлялись следующие мероприятия: внешнее и внутреннее оформление здания, витрин, рекламные и коммуникационные кампании, маркетинговые и PR мероприятия, контроль над общей концепцией мерчендайзинга, взаимодействие с арендаторами, спонсорами и иными партнерами, развитие, продвижение и усиление позиций бренда ЦДМ, наращивание капиталов бренда, разработка фирменного стиля, мониторинг коммерческой деятельности арендаторов, развлекательные мероприятия и т.д.

Так как действия  ответчика не выходили за  пределы полномочий, предоставленных ему по  Договору, и размер расходов на дополнительный персонал превысил предельный размер операционных расходов, указанный в приложении № 6 к Договору, а сами действия ответчика привели к увеличению финансовых показателей истца, то в данном случае положения п.4.4. Договора носят приоритетный характер по отношения к положениям, п. 4.6 Договора и ст. 1 приложения № 2 к Договору.  

Как указано выше,  согласно п. 4.4. Договора расходы, понесенные доверительным управляющим в результате осуществления доверительного управления имуществом за отчетный период в соответствии с условиями приложения № 2 к Договору, компенсируются учредителем управления путем их ежемесячного удержания доверительным управляющим из сумм Поступлений и Прочих поступлений, определяемых в приложении № 2 к Договору. 

К необходимым расходам также относятся расходы на компенсационные выплаты в связи с досрочным расторжением трудовых договоров по соглашению с сотрудниками Ответчика, поскольку расторжение трудовых договоров с этими лицами было вынужденным и вызванным действиями самого Истца, расторгшим Договор с Ответчиком. Поскольку Ответчик после расторжения Истцом Договора с ним больше не осуществлял деятельность по управлению ЦДМ и не нуждался в услугах этих сотрудников, нанятых исключительно для развития ЦДМ, Ответчик был вынужден расторгнуть договоры с этими сотрудниками и выплатить им компенсацию в соответствии с условиями соглашений о расторжении трудового договора и исходя из требований трудового законодательства (ст. 181.1 ТК РФ).

В то же время не привлечение дополнительных работников, повлекло бы уменьшение финансовой массы истца, что по своей сути противоречит концепции, разработанной сторонами при заключении Договора.

Таким образом, расходы на выплату заработной платы указанным сотрудникам в общем размере 30 млн. руб. являлись необходимыми расходами Ответчика, все дополнительно нанятые работники были заняты исключительно развитием ЦДМ и, соответственно, указанные затраты на дополнительный персонал правомерно были возмещены Ответчиком за счет доходов, полученных в июне и июле 2017 года, что полностью соответствует ст. 1023 ГК РФ. Ответчик не получил никакой прибыли от суммы в 30.337.290 руб., и экономически она не представляла собой вознаграждение ответчика, по смыслу положений п. 4.6 Договора.

При таких обстоятельствах, довод заявителя жалобы подлежит отклонению. 

Истец в своей апелляционной жалобе указывает, что суд первой инстанции неправомерно снизил стоимость невозвращенного имущества, приняв контррасчет ответчика.

Согласно пункту 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Убытки являются общей мерой гражданско-правовой ответственности, целью которой является возмещение отрицательных последствий, наступивших в имущественной сфере потерпевшего в результате нарушения договорного обязательства и (или) совершения гражданского правонарушения.

В предмет доказывания убытков входит наличие в совокупности четырех необходимых элементов: факт нарушения права истца; вина ответчика в нарушении права истца; факта причинения убытков и их размера; причинно-следственная связь между фактом нарушения права и причиненными убытками.

Причинно-следственная связь между фактом нарушения права и убытками в виде реального ущерба должна обладать следующими характеристиками: 1) причина предшествует следствию, 2) причина является необходимым и достаточным основанием наступления следствия.

Отсутствие хотя бы одного из вышеназванных условий состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении требования о взыскании убытков.

Как прямо следует из текста иска,  истцом была указана остаточная стоимость объектов без учета износа и амортизации.

Вместе с этим, при определении размера убытков необходимо учитывать, что согласно п. 1 ст. 1022 ГК РФ убытки, причиненные утратой или повреждением имущества, переданного в доверительное управление, подлежат возмещению с учетом его естественного износа.

Следовательно, расчет убытков без учета данных обстоятельств является ошибочным и суд первой инстанции обоснованно принял контррасчет, предоставленный ответчиком.

Таким образом, оценив все имеющиеся доказательства по делу, арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Нарушений норм материального и  процессуального права арбитражным апелляционным судом не установлено. И у арбитражного апелляционного суда отсутствуют основания для отмены или изменения решения Арбитражного суда г. Москвы.

Руководствуясь ст.ст. 110, 176, 266-268, п. 1 ст. 269, 271 АПК РФ, суд -

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 04.06.2019 по делу № А40-6812/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья О.В. Савенков 

 

Судьи: Н.И.Панкратова 

А.В. Бондарев