﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

11 октября 2021 года

Дело №

А56-38085/2015

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковлева А.Э., судей Богаткиной Н.Ю., Каменева А.Л.,

при участии от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью коммерческого банка «Финансовый Капитал» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» представителя Лоховицкого Д.С. (доверенность от 26.06.2020), 

рассмотрев 06.10.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью коммерческого банка «Финансовый Капитал» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.01.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2021 по делу № А56-38085/2015/сд.16,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «АктивЭнергоМонтаж» (далее – ООО «АЭМ») 03.06.2015 обратилось в Арбитражный суд города   Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании закрытого акционерного общества «Стройкомплект», адрес: 191014, Санкт-Петербург, ул. Некрасова, д. 11, лит. Б, ОГРН 1027802484126, ИНН 7804004248 (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 30.06.2015 Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области принял заявление ООО «АЭМ» к производству. 

Решением от 23.08.2019 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена Яковлева Ольга Анатольевна.

Конкурсный управляющий Яковлева О.А. 26.08.2020 обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором просила признать недействительными сделками договор залога движимого имущества от 04.08.2015 № 20-ДЗИ/1 (далее – договор залога от 04.08.2015), договор поручительства от 10.09.2015 № 20-П (далее – договор поручительства от 10.09.2015) и договор залога товаров в обороте от 10.12.2015 № 20-ДЗТ/1 (далее – договор залога от 10.12.2015), заключенные между обществом с ограниченной ответственностью коммерческим банком «Финансовый Капитал» (далее – Банк) и Обществом.

Определением суда первой инстанции от 18.01.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2021, заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

В кассационной жалобе Банк в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Агентство), ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, а также на несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить указанные определение и постановление, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

Податель кассационной жалобы не согласен с выводом суда о наличии всей совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделок должника недействительными. 

Агентство указывает, что Банк не являлся заинтересованным лицом по отношению к должнику и не мог установить признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества. В свою очередь конкурсный управляющий не представила доказательств, подтверждающих, что целью совершения сделки являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов.

В отзыве, поступившем в суд в электронном виде, Общество возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили; их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, руководителем должника Шамариным Александром Николаевичем и Банком заключен кредитный договор от 04.08.2015 № 20чк-2015 (далее – кредитный договор от 04.08.2015), по условиям которого Банк предоставил Шамарину А.Н. потребительский кредит в размере 11 600 000 руб. под 17% годовых. 

Общество в лице директора Шамарина А.Н. заключило с Банком три обеспечительные сделки: договор залога от 04.08.2015 (предмет залога – 4 единицы строительной техники), договор поручительства от 10.09.2015, договор залога от 10.12.2015 (предмет залога – товары в обороте). 

Ссылаясь на то, что сделки совершены в целях обеспечения исполнения личных обязательств, не связанных с производственной деятельностью должника, заключены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий обратилась с заявлением об оспаривании указанных сделок.

Суд первой инстанции, признавая сделки недействительными, руководствовался пунктом 2 статьи 61.2, статьей 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), и исходил из того, что оспоренные сделки заключены в период неплатежеспособности заемщика, в отсутствие экономической целесообразности и имущественного интереса, в преддверии банкротства Общества, с противоправной целью и при злоупотреблении правом.

Апелляционный суд согласился с указанными выводами и постановлением от 27.05.2021 оставил определение от 18.01.2021 без изменения, указав на наличие условий предусмотренных абзацам вторым пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве. 

Проверив законность обжалуемых судебных актов, исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

На основании пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве судом могут быть признаны недействительными сделки, исполнение которых приводит к получению одним из кредиторов удовлетворения его требований в предпочтительном порядке в сравнении с иными кредиторами должника; в частности, если сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки (абзац второй пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Из материалов дела следует, что сделки по выдаче кредита, поручительству и залогу заключались после принятия судом заявления о признании должника банкротом.

Судами установлено, что договор поручительства от 10.09.2015, договор залога от 10.12.2015 направлены на обеспечение исполнения обязательства третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемых сделок. Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что Шамарин А.Н. (заемщик) является руководителем Общества (поручителя, залогодателя). 

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций правомерно признали договор поручительства от 10.09.2015 и договор залога товаров в обороте от 10.12.2015 недействительными сделками на основании пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве. Основные доводы, приведенные в кассационной жалобе, свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом апелляционной инстанции доказательств в указанной части. Иная оценка доказательств и установленных судом фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции. Кассационная жалоба в названной части не подлежит удовлетворению.

Вместе с тем, суд кассационной инстанции приходит к выводу о несоответствии выводов судов первой, апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам в части признания недействительным договора залога от 04.08.2015.

Договор залога движимого имущества от 04.08.2015 и кредитный договор от 04.08.2015 заключены одновременно.

Проблема мотивов обеспечительных сделок членов группы лиц неоднократно была предметом исследования высшей судебной инстанции, и правовая позиция по ней последовательно выработана в судебных актах по конкретным делам (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13, определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2018 № 304-ЭС17-21427, от 15.02.2019 № 305-ЭС18-17611, от 11.07.2019                 № 305-ЭС19-4021 и другие).

Ее суть сводится к тому, что обеспечительная сделка, в которой обязанное лицо не является должником кредитора, как правило, формально не имеет равнозначного встречного предоставления. Однако в предпринимательской деятельности в большинстве случаев только по данному факту нельзя судить об отсутствии в действиях поручителя (залогодателя) экономической целесообразности и имущественного интереса. Мотив совершения обеспечительных сделок следует искать в наличии корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником, объясняющих их общий экономический интерес (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества либо без такового).

Предполагается, что от кредитования одного из участников группы лиц выгоду в том или ином виде получают все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает. В то же время наличие обеспечения (в том числе за счет третьих лиц – членов группы) повышает шансы заемщика получить кредит на более выгодных условиях, а заимодавца – вернуть заемные средства. Этим объясняется целесообразность и экономический интерес поручителя (залогодателя). Получение Банком обеспечения от участника группы, входящего в одну группу с заемщиком, является обычной практикой создания кредитором дополнительных гарантий погашения заемных обязательств и не свидетельствует само по себе о наличии признаков неразумности, недобросовестности либо злоупотребления в поведении банка.

Данный вывод актуален и для ситуации, когда поручитель (залогодатель) испытывает финансовые сложности или когда у него заведомо недостаточно средств для исполнения принятых на себя обеспечительных обязательств в полном объеме, поскольку в конечном итоге за возврат кредита отвечает группа и только с учетом экономических возможностей всей группы кредитор принимал решение о выдаче кредита и связывал свои ожидания по его возврату.

В данном случае судами не учтено следующее.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной является подозрительная сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало совокупность следующих обстоятельств:

сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

в результате совершения сделки такой вред был причинен;

другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки.

При этом при доказанности обстоятельств, составляющих основания презумпций, закрепленных в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 постановления № 63).

В рассматриваемом случае Банк в суде первой инстанции ссылался на то, что спорный кредит выдавался Шамарину А.Н. на стандартных условиях, ранее кредиты выдавались группе лиц, к которым принадлежит Шамарин А.Н. и Общество, при этом у последнего имелись значительные чистые активы. Сведения о том, что Банк имел намерения добиваться исполнения только от одного отдельного залогодателя, в материалах дела отсутствуют.

Вопросы злоупотреблений при заключении обеспечительной сделки, влекущие ее ничтожность, к примеру, участие кредитора в операциях по неправомерному выводу активов должника; получение кредитором безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности; реализация договоренностей между заимодавцем и залогодателем, направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали, с учетом масштаба деятельности Общества, судами не исследовались.

Суды в нарушение требований статей 71, 185 АПК РФ не оценили доводы Банка и представленные им доказательства об отсутствии у спорной сделки признаков подозрительности, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, вывод судов о недействительности договора залога от 04.08.2015 на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является преждевременным.

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, настоящий спор подлежит передаче на новое рассмотрение в  соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное в мотивировочной части постановления и устранить допущенные нарушения, а также предпринять меры для полного и всестороннего исследования доказательств и обстоятельств дела по правилам статьи 71 АПК РФ, в частности учесть указанные презумпции. По результатам оценки относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности суду следует принять законное и обоснованное решение, надлежащим образом применив нормы материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.01.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2021 по делу № А56-38085/2015/сд.16 в части признания недействительной сделкой договора залога движимого имущества от 04.08.2015                 № 20-ДЗИ/1 отменить.

В остальной части определение от 18.01.2021 и постановление от 27.05.2021 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью коммерческого банка «Финансовый Капитал» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию     вкладов»  – без удовлетворения.

Дело в отмененной части направить в Арбитражный суд города                               Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

 

Председательствующий

А.Э. Яковлев

Судьи

Н.Ю. Богаткина

А.Л. Каменев