ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-11730/2021

Дело № А41-34090/17

19 июля 2021 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 июля 2021 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 19 июля 2021 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Епифанцевой С.Ю.,

судей Досовой М.В., Семикина Д.С.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 04 мая 2021 года по делу  № А41-34090/17 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Мурадин»,

при участии в заседании:

к/у ООО «Мурадин» – ФИО3, лично (онлайн);

от индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО4, представитель по доверенности (онлайн);

от иных лиц, участвующих в деле, – не явились, извещены надлежащим образом; 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 24.05.2017 общество с ограниченной ответственностью «Мурадин» (далее – ООО «Мурадин», должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника было открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

В рамках дела о банкротстве должника индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП Максим Ю.А.) обратился в Арбитражный суд Московской области с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего должника, мотивированной следующими допущенными конкурсным управляющим нарушениями:

- организация и проведение собрания кредиторов в месте, которое препятствовало кредиторам и иным лицам принять в них участие (г. Пермь);

- ненадлежащее исполнение обязанности по проведению инвентаризации;

- необоснованное включение транспортных расходов на общую сумму 50895 руб., расходов на изготовление печати в сумме 480 руб., а также неотражение задолженности перед предыдущими арбитражными управляющими (ФИО5, ФИО6), не указание сведений о сумме расходов, связанных с проведением процедуры наблюдения ООО «Мурадин»;

- бездействие, связанное с необращением с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц;

- непроведение финансового анализа деятельности должника;

- наличие заинтересованности.

Определением Арбитражного суда Московской области от 04.05.2021 в удовлетворении жалобы ИП Максима Ю.А. на действия (бездействие) конкурсного управляющего должника было отказано.

Не согласившись с вынесенным по результатам рассмотрения его жалобы судебным актом, ИП Максим Ю.А. обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и считает, что определение иного места для проведения собрания кредиторов, отличного от места нахождения должника, должно применяться в исключительных случаях и только при условии соблюдения прав и законных интересов иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, которое в данном случае не было соблюдено.

Также заявитель апелляционной жалобы указывает на то, что конкурсный управляющий несмотря на отсутствие документов, подтверждающих дебиторскую задолженность, включил её в конкурсную массу должника.

В апелляционной жалобе также содержатся доводы о необоснованности понесенных конкурным управляющим транспортных расходов; о непроведении управляющим финансового анализа, анализа на наличие признаков преднамеренного или фиктивного банкротства, анализа совершенных должником сделок с целью принятия решения о необходимости привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности; о заинтересованности конкурсного управляющего.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ИП Максима Ю.А. поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Представитель конкурсного управляющего должника возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам отзыва на нее, просил оставить обжалуемое определение без изменения.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции, на основании следующего.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным процессуальным законодательством, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 60 Закона о банкротстве арбитражным судом рассматриваются жалобы кредиторов на действия арбитражного управляющего, нарушающие их права и законные интересы.

Основанием удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом:

- факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей);

- факта несоответствия этих действий требованиям разумности и добросовестности.

Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми неправомерными или недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) действительно нарушены права и законные интересы заявителя жалобы.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: лицо, обратившееся с жалобой, обязано доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы этого лица, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.

В случае удовлетворения арбитражным судом жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или ненадлежащее исполнение конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей арбитражный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей нарушило права или законные интересы заявителя жалобы, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки должника либо его кредиторов (абзац 3 пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 56 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при осуществлении предусмотренных Законом о банкротстве функций по утверждению и отстранению арбитражных управляющих суд должен исходить из таких общих задач судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных прав и законных интересов участников судебного разбирательства и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Отстранение арбитражного управляющего по данному основанию связано с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2 и пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, выражающееся в нарушении им законодательства при осуществлении своих полномочий, приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства.

В связи с этим, а также в целях недопущения злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.

Учитывая изложенное, в тех исключительных случаях, когда совершение арбитражным управляющим неоднократных грубых умышленных нарушений в данном или в других делах о банкротстве, подтвержденное вступившими в законную силу судебными актами (например, о его отстранении, о признании его действий незаконными или о признании необоснованными понесенных им расходов), приводит к существенным и обоснованным сомнениям в наличии у арбитражного управляющего должной компетентности, добросовестности или независимости, суд вправе по своей инициативе или по ходатайству участвующих в деле лиц отстранить арбитражного управляющего.

Принимая во внимание исключительность названной меры, недопустимость фактического установления таким образом запрета на профессию и необходимость ограничения во времени риска ответственности за совершенные нарушения, суд должен также учитывать, что основанием для подобных отказа или отстранения не могут служить нарушения, допущенные управляющим по неосторожности, несущественные нарушения, нарушения, не причинившие значительного ущерба, а также нарушения, имевшие место значительное время (несколько лет и более) назад.

Как следует из текста жалобы, ИП Максим Ю.А. ссылался на следующие допущенные конкурсным управляющим нарушения:

- организация и проведение собрания кредиторов в месте, которое препятствовало кредиторам и иным лицам принять в них участие (г. Пермь);

- ненадлежащее исполнение обязанности по проведению инвентаризации;

- необоснованное включение транспортных расходов на общую сумму 50895 руб., расходов на изготовление печати в сумме 480 руб., а также не отражение задолженности перед предыдущими арбитражными управляющими (ФИО5, ФИО6), не указание сведений о сумме расходов, связанных с проведением процедуры наблюдения ООО «Мурадин»;

- бездействие, связанное с необращением с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц;

- непроведение финансового анализа деятельности должника;

- наличие заинтересованности.

Отклоняя доводы жалобы об организации и проведении собрания кредиторов в месте, которое препятствовало кредиторам и иным лицам принять в них участие (г. Пермь), суд первой инстанции исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 4 статьи 14 Закона о банкротстве, собрание кредиторов проводится по месту нахождения должника или органов управления должника, если иное не установлено собранием кредиторов. При невозможности проведения собрания кредиторов по месту нахождения должника или органов управления должника место проведения собрания кредиторов определяется арбитражным управляющим.

Суд установил, что на протяжении почти двух лет процедуры конкурсного производства собрания кредиторов ООО «Мурадин» проводились в г. Пермь по месту нахождения конкурсного управляющего: 

<

...>, в связи с отсутствием у должника здания/помещения, в котором можно было бы проводить собрания, по месту его нахождения, а также отметил, что аренда помещения с целью проведения собраний в условиях непроявления кредиторами интереса в участии в этих собраниях (на протяжении двух лет процедуры конкурсного производства проведение собраний в г. Перми не вызывало нареканий кредиторов) привела бы к необоснованным дополнительным тратам из конкурсной массы.

Кроме того, проведение собраний по месту нахождения конкурсного управляющего не противоречит положениям абзаца 2 пункта 4 статьи 14 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции также были учтены возражения конкурсного управляющего должника о том, что в процедуре наблюдения собрания кредиторов проводились не по месту нахождения должника. Ни одним из собраний кредиторов, проведенных в процедуре наблюдения так и не было выбрано какого-то определенного места проведения собраний кредиторов в процедуре конкурсного производства. В дальнейшем жалоб и предложений кредиторов относительно места проведения собраний в адрес ФИО3 не поступало; доказательства обратного суду не представлены.

Учитывая указанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу о необоснованности довода жалобы о нарушении конкурсным управляющим пункта 4 статьи 14 Закона о банкротстве.

Отклоняя доводы жалобы о ненадлежащем исполнении обязанности по проведению инвентаризации, суд первой инстанции указал на следующее.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан, в том числе:

- принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника;

- включить в ЕФРСБ сведения о результатах инвентаризации имущества должника в течение трех рабочих дней с даты ее окончания.

Суд установил, что конкурсным управляющим ФИО3 была проведена инвентаризация имущества должника; сведения о результатах инвентаризации имущества должника опубликованы в сообщении на сайте ЕФРСБ № 4068167 от 16.08.2019.

Само сообщение, а также прикрепленные к нему и качестве вложений инвентаризационные описи были подписаны электронно-цифровой подписью арбитражного управляющею ФИО3

В Арбитражный суд Московской области данные инвентаризационные описи были направлены 16.08.2019 вместе с отчетами конкурсного управляющего и протоколом собрания кредиторов № 1 от 15.08.2019.

Суд указал, что инвентаризационные описи (в т.ч. инвентаризационная опись основных средств № 1 и инвентаризационная опись дебиторской задолженности № 2 от 15.08.2019) составлены на основании бухгалтерского баланса за 2017 год (последнюю отчетную дату, предшествующую процедуре банкротства), а также представленных бывшим руководителем ФИО7 расшифровок заполненных строк баланса.

Перечень имущества (оборудования), представленный бывшим руководителем включен конкурсным управляющим в инвентаризационную опись № 1, в качестве основных средств, имеющихся на предприятии по данным бухгалтерского учета, но фактически отсутствующих в наличии, что соответствует Методическим указаниям Минфина России от 13.06.1995 № 49.

Суд указал, что для целей отражения в отчете сведений об имуществе, которое числится на балансе должника в таблицу «Сведения о сформированной конкурсной массе, в том числе о ходе и об итогах инвентаризации имущества должника, о ходе и результатах оценки имущества должника» отчета конкурсного управляющего о своей деятельности включены сведения об основных средствах и их балансовой стоимости, а также отметил, что данное обстоятельство не нарушает имущественные права кредиторов, а наоборот позволяет получить наиболее полные сведения об имуществе должника.

Также судом было установлено, что на основании результатов проведенной инвентаризации основных средств конкурсным управляющим было подано заявление о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО7 убытков, ввиду расхождений в сведениях между данными бухгалтерского учета и данными о фактическом наличии (недостачи) основных средств (опубликовано на ЕФРСБ сообщением №4724639 от 19.02.2020).

В результате часть имущества была передана бывшим руководителем в конкурсную массу (определением Арбитражного суда Московской области от 18.01.2021 по делу А41-34090/17 утвержден порядок его реализации).

В остальной части недостающего имущества, по заявлению конкурсного управляющего ФИО3, определением Арбитражного суда Московской области от 28.12.2020, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2021, с бывшего руководителя ФИО7 взысканы убытки в размере 18 603 013,66 руб.

Суд отметил, что акт инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами от 15.08.2019 (инвентаризационная опись № 2) также составлен на основании расшифровок баланса за 2017 год подписанных ФИО7, при этом первичные документы и 1С-бухгалтерия переданы не были, поэтому иных источников и сведений для установления состава дебиторской задолженности должника не имелось.

Исполнительный лист серии ФС № 012292320 с заявлением о возбуждении исполнительного производства в отношении ФИО7 и обеспении передачи им конкурсному управляющему бухгалтерской, иной документации, печатей, штампов, материальных и иных ценностей ООО «Мурадин» направлен на принудительное исполнение в Тропарево-Никулинский отдел судебных приставов, но до настоящего времени не исполнен.

При этом в описи № 2 расчетов с контрагентами отражено, что дебиторская задолженность не подтверждена (ввиду отсутствия первичной документации).

В таблице «Сведения о количестве и об общем размере требований о взыскании задолженности, предъявленных конкурсным управляющим к третьим лицам» отчета конкурсного управляющего отражены сведения о проделанной работе по установлению и взысканию данной дебиторской задолженности ООО «Мурадин».

Учитывая указанные обстоятельства, суд первой инстанции правомерно пришёл к выводу о необоснованности довода жалобы о том, что конкурсный управляющий формально провел инвентаризацию без наличия документов, реальных действий по розыску имущества, а также включил в отчет недостоверные сведения.

Отклоняя доводы о необоснованном включении транспортных расходов на общую сумму 50895 руб., расходов на изготовление печати в сумме 480 руб., а также не отражение задолженности перед предыдущими арбитражными управляющими (ФИО5, ФИО6), о неуказании сведений о сумме расходов, связанных с проведением процедуры наблюдения ООО «Мурадин», суд первой инстанции исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 20.6 Закона о банкротстве арбитражный управляющий имеет право на получение не только вознаграждения в деле о банкротстве в размерах и в порядке, установленных настоящим Законом, но и на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Между тем, положения пункта 1 статьи 20.6 и пункта 1 статьи 59 Закона о банкротстве не исключают транспортные расходы из состава судебных расходов, на возмещение которых вправе рассчитывать арбитражный управляющий.

Транспортные расходы являются необходимыми, поскольку Законом о банкротстве в обязанности арбитражного управляющего вменено осуществление руководства должником, проведение финансового анализа имущества должника, проведение собраний кредиторов, принятие мер по выявлению и защите имущества должника. В некоторых случаях обязательным или крайне необходимым для арбитражного управляющего является также участие в судебных заседаниях, проводимых в рамках дела о банкротстве. Поскольку такие действия являются для арбитражного управляющего обязательными, то несение соответствующих расходов в результате их исполнения не может признаваться неправомерным.

Суд установил, что транспортные расходы, включенные в перечень текущих обязательств ООО «Мураднн» в размере 50 895 руб., связанны с осуществлением ФИО3 своих полномочий и явкой конкурсного управляющего в судебные заседания для представления интересов должника, в связи с чем пришел к выводу, что указанные транспортные расходы непосредственно связаны с необходимостью осуществления арбитражным управляющим своих полномочий (представления в суде интересов ООО «Мурадин» и конкурсных кредиторов) и обоснованно включены в реестр текущих обязательств.

Признавая расходы на изготовление печати обоснованными, суд первой инстанции исходил из того, что необходимость иметь круглую печать, содержащую полное наименование общества, предусмотрена уставом должника, однако она не была передана бывшим руководителем должника.

Суд также учел не опровергнутые пояснения конкурсного управляющего о том, что печать ООО «Мурадин» использовалась для внесения изменений в карточку подписей на действующем расчетном счете должника в АО «Сбербанк», а также для закрытия в процедуре конкурсного производства расчетных счетов должника в иных банках ББР банк (АО), ПАО «Ставропольпромстройбанк», ООО «Банк Кремлевский», ООО «КБ ФПК».Также печать была необходима для скрепления записей в трудовой книжке бывших работников (ФИО8), подписания актов с привлеченными специалистами (ООО «Мегадизайн») и т.д.

При этом суд отметил, что понесенные конкурсным управляющим ФИО3 расходы в настоящее время не возмещены из конкурсной массы, что исключает нарушение имущественных прав кредиторов.

Сведения о текущей задолженности первой очереди перед временными управляющими ФИО5 и ФИО6 ранее не были отражены в отчете конкурсного управляющего в виду технической ошибки, в настоящий момент включены в соответствующий раздел реестра текущих требований. Крометого, на сегодняшний день требования первого управляющего ФИО5 частично погашены за счет средств, полученных от взыскания дебиторской задолженности в процедуре конкурсного производства.

При этом судебные акты о взыскании с должника задолженности перед ФИО5 и ФИО6 опубликованы в открытом доступе в Картотеке арбитражных дела, а также в ЕФРСБ по должнику ООО «Мурадин».

Учитывая указанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу, что само по себе ошибочное не отражение указанных сведений в отчете не вводит кредиторов в заблуждение, а также обратил внимание на то, что имущественные права кредиторов первой очереди, как и иных кредиторов ООО «Мурадин» не были нарушены, т.к. никакие требования кредиторов, в т.ч. расходы и вознаграждение ФИО3 в процедуре не погашались, в виду отсутствия денежных средств в конкурсной массе.

Первые денежные средства, поступившие на расчетный счет должника в конкурсном производстве, как уже сказано выше, были направлены на частичное погашение требований первого арбитражною управляющего ФИО5, в полном соответствии со статьей 134 Закона о банкротстве.

Установив указанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии в действиях конкурсного управляющего нарушений, связанных с необоснованной оплатой текущих платежей, ущемляющих имущественные права кредиторов.

Отклоняя доводы жалобы о необращении конкурсным управляющим с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 настоящего федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Конкурсным управляющим должника был проведен анализ действий/бездействия бывшего руководителя в связи с заявленными в жалобе доводами, однако оснований для обращения в суд с заявлением о привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности не установил.

При этом суд первой инстанции принял во внимание, что инициирование  спора о привлечении бывшего руководителя к ответственности без надлежащей правовой и доказательственной базы может привести к необоснованным текущим судебным расходам, осуществляемым за счет конкурсной массы.

Доказательств того, что кредиторы обращались к конкурсному управляющему с обоснованным и подкрепленным доказательствами предложением о привлечении бывшего руководителя к субсидиарной ответственности в материалы дела не было представлено.

Кроме того, суд обратил внимание на то, что заявитель жалобы является мажоритарным кредитором, который не был лишен права самостоятельно подать заявление о привлечении контролирующего должника лица к ответственности подробно изложив основания для привлечения к ответственности, причинно-следственную связь и другие обстоятельства достаточные для установления такой ответственности судом в рамках дела о банкротстве.

В свою очередь конкурсный управляющий должника обращался с заявлением о взыскании с ФИО7 убытков (определение Арбитражного суда Московской области от 28.12.2020, оставленное без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2021). Также конкурсным управляющим поданы заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО9 и ФИО10

Учитывая указанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу о необоснованности доводы жалобы о том, что конкурсный управляющий не предпринимал мер к привлечению контролирующих должника лиц к ответственности.

Признавая необоснованным довод жалобы о непроведении финансового анализа деятельности должника, суд исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 70 Закона о банкротстве анализ финансового состояния должника проводится в целях определения достаточности принадлежащего должнику имущества для покрытия расходов в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражным управляющим, а также в целях определения возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника в порядке и в сроки, которые установлены настоящим Федеральным законом.

Таким образом, финансовый анализ должен быть подготовлен с момента назначения временного управляющего до первого собрания кредиторов, что и было сделано арбитражным управляющим ФИО5 в процедуре наблюдения ООО «Мурадин».

Суд установил, что от временного управляющего ФИО6 в адрес конкурсного управляющего ФИО3 11.06.2019 были направлены документы, в т.ч. отчет временного управляющего о своей деятельности, а также Анализ финансового состояния ООО «Мурадин», проведенный временным управляющим ФИО5 с заключением об отсутствии признаков преднамеренного банкротства.

Согласно абзацу 13 статьи 2 Закона о банкротстве наблюдение – процедура, применяемая в деле о банкротстве к должнику в целях обеспечения сохранности его имущества, проведения анализа финансового состояния должника, составления реестра требований кредиторов и проведения первого собрания кредиторов.

Абзацем же шестнадцатым статьи 2 Закона о банкротстве установлено, что основной целью конкурсного производства является соразмерное удовлетворение требований кредиторов.

Применив указанные нормы Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к выводу, что проведение повторного финансового анализа с повторным заключением о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, равно как и заключением о наличии или об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника, в процедуре конкурсного производства не предусмотрено Законом о банкротстве и не является обязанностью конкурсного управляющего.

Права и обязанности конкурсного управляющего закреплены в статье 129 Закона о банкротстве и они соответствуют целям конкурсного производства, связанным с формированием конкурной массы должника, реализацией его имущества (активов), взысканием дебиторской задолженности, с последующим удовлетворением требований кредиторов.

Отдельным абзацем данной нормы выделено право конкурсного управляющего подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок должника, совершенных в период подозрительности.

Суд установил, что с целью реализации данного права, конкурсным управляющим ФИО3 в процедуре конкурсного производства было подано три заявления о признании сделок недействительными, два из которых удовлетворены Арбитражным судом Московской области.

Сведения о подаче данных заявлений в cуд и результатах их рассмотрений были отражены в отчете конкурсного управляющего о своей деятельности, а также опубликованы на ЕФРСБ.

В соответствии с пунктом 6.1. статьи 28 Закона о банкротстве, не позднее чем в течение десяти дней с даты завершения соответствующей процедуры, применявшейся в деле о банкротстве, арбитражный управляющий включает в ЕФРСБ в качестве сведений сообщение о результатах соответствующей процедуры (отчет).

Суд первой инстанции указал, что неисполнение временными управляющими ООО «Мурадин» ФИО5 и ФИО6 обязанности по включению в ЕФРСБ сообщения (отчета о результатах процедуры наблюдения), содержащего в т.ч. выводы о наличии или об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, не свидетельствует о несоответствии действии конкурсною управляющего ФИО3 требованиям Закона о банкротстве, т.к. все сведения, подлежащие раскрытию в процедуре конкурсного производства, своевременно публикуются на ЕФРСБ.

Указанные обстоятельства, по мнению суда первой инстанции, свидетельствовали о соответствии действий конкурсного управляющего требованиям закона, в т.ч. пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве, т.к. оспаривание сделок невозможно без анализирования управляющим финансового состояния должника и результатов его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности.

Отклоняя доводы жалобы о наличии заинтересованности между конкурсным управляющим ФИО3 и должником, суд первой инстанции указал на следующее.

В соответствии с пунктом 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве арбитражным судом в качестве временных управляющих, административных управляющих, внешних управляющих или конкурсных управляющих не могут быть утверждены в деле о банкротстве арбитражные управляющие, которые являются заинтересованными лицами по отношению к должнику и кредиторам.

Заявитель жалобы указывал на то, что ФИО3 является аффилированным лицом должника через ООО «Финконсалт Корпорэйшн».

Суд установил, что ФИО3 не является лицом, аффилированным по отношению к ООО «Финконсалт Корпорэйшн» и ООО «Мурадин», т.к. не принимает участия в уставном капитале этих обществ, не является родственником участников или руководителей (в т.ч. бывших) этих лиц, не имеет с ними общности экономических интересов, а также указал, что привлечение конкурсным управляющим дипломированного юриста (ФИО11), который также мог представлять интересы не напрямую аффилированного к должнику лица (ООО «Финконсалт Корпорэйшн»), не являющегося конкурсным кредитором ООО «Мурадин», само по себе не свидетельствует о заинтересованности арбитражного управляющего с этимлицом/контролирующими его лицами. При этом, как указывал конкурсный управляющий, ФИО11 не принимала участие в судебных заседаниях в качестве представителя ООО «Мурадин» и ООО «БАМО», конкурсным управляющим которых является ФИО3

Доказательств обратного суду апелляционной инстанции также не представлено.

Довод заявителя жалобы о том, что ООО «Финконсалт Корпорэйшн» является правопреемником ООО «4М-ИНВЕСТ» выпиской из ЕГРЮЛ, был отклонен судом как неподтвержденный.

Учитывая, что конкурсный управляющий ФИО3 в рамках процедуры провел работу по оспариванию сделок ООО «Мурадин» (в т.ч. с аффилированными лицами), а также взыскал убытки с ФИО7 в размере 18 603 013,66 руб., суд пришел к выводу об отсутствии заинтересованности ФИО3 по отношению к семье Мурадян.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении жалобы, исходил из недоказанности того, что конкурсный управляющий должника действовал недобросовестно или допустил бездействие, противоречащее целям реализации имущества должника, а также нарушил права или законные интересы кредиторов должника и причинил указанными действиями убытки. 

Поскольку доказательств нарушения прав и законных интересов кредитора, а также иных лиц, причинение убытков должнику либо его кредиторам действиями (бездействием) арбитражного управляющего не было установлено, соответствующих доказательств в материалы дела не было представлено, суд пришел к выводу о необоснованности жалобы кредитора.

Доводы апелляционной жалобы об организации и проведении собрания кредиторов в месте, которое препятствовало кредиторам и иным лицам принять в них участие (г. Пермь); о ненадлежащем исполнении обязанности по проведению инвентаризации; о необоснованности понесенных конкурным управляющим транспортных расходов; о непроведении управляющим финансового анализа, анализа на наличие признаков преднамеренного или фиктивного банкротства, анализа совершенных должником сделок с целью принятия решения о необходимости привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности; о заинтересованности конкурсного управляющего были предметом исследования в суде первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка с указанием в судебном акте мотивов их отклонения, с которой судебная коллегия суда апелляционной инстанции соглашается.

Доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РоссийскойФедерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Учитывая изложенное, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 04 мая 2021 года по делу № А41-34090/17 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области.

 

Председательствующий

 

С.Ю. Епифанцева

Судьи

 

М.В.  Досова

Д.С.  Семикин