﻿75/2019-25975(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА 

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15  

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-47850/2019

Дело № А65-20341/2017

г. Казань

14 июня 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 июня 2019 года.  Полный текст постановления изготовлен 14 июня 2019 года.  

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:  председательствующего судьи Карповой В.А.,  

судей Ананьева Р.В., Муравьева С.Ю., при участии представителей: 

общества с ограниченной ответственностью «Центр Шуз» –  Литвинова Д.А. по доверенности от 24.05.2019 (до перерыва),  Шагиева И.И. по доверенности от 04.03.2019 (после перерыва),  

в отсутствие иных лиц, участвующих в обособленном споре – извещены  надлежащим образом,  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Центр Шуз» Рогожкиной Е.А.  

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.11.2018 и  постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 01.04.2019  

по делу № А65-20341/2017  

по заявлению о включении требований общества с ограниченной  ответственностью «Восток Шуз» в реестр требований кредиторов  должника, предъявленных в рамках дела о несостоятельности  (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Центр Шуз»  (ОГРН 1101690038900, ИНН 1659104236),  

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан  от 13.07.2017 принято заявление общества с ограниченной  ответственностью «ТатИнк-Финанс» (далее – ООО «ТатИнк-Финанс»)  о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной  ответственностью «Центр Шуз» (далее – ООО «Центр Шуз»).  Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.08.2017  заявление ООО «ТатИнк-Финанс» признано обоснованным, в отношении  должника введена процедура наблюдение, временным управляющим  утвержден Зайнаков Айрат Агзямович.  

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 17.11.2017 определение Арбитражного суда Республики Татарстан  от 31.08.2017 о признании требований обоснованными и введении  процедуры наблюдения по делу № А65-20341/2017 отменено, принят  новый судебный акт, принято ходатайство ООО «ТатИнк-Финанс»  об уточнении требований о признании должника несостоятельным  (банкротом) по упрощенной процедуре как ликвидируемого должника и  открытия конкурсного производства, ООО «Центр Шуз» признано  несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре, в отношении  него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным  управляющим утвержден Зайнаков Айрат Агзямович.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан  от 06.06.2018 конкурсным управляющим ООО «Центр Шуз» утверждена  Рогожкина Елена Александровна.  

Общество с ограниченной общества «Восток Шуз» (далее –  ООО «Восток Шуз») обратилось в Арбитражный суд Республики  Татарстан с заявлением о включении требований в размере 81 475 913 руб.  85 коп. – основного долга и 30 730 928 руб. 93 коп. – начисленных  процентов в реестр требований кредиторов должника.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан  от 27.11.2018, оставлены без изменения постановлением Одиннадцатого  арбитражного апелляционного суда от 01.04.2019, заявление  удовлетворено, суд определил признать обоснованными и подлежащими  удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения  требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов  ООО «Центр Шуз» требование ООО «Восток Шуз» в размере  81 475 913,85 руб. – сумма основного долга, 30 730 928,93 руб. – проценты  по займу.  

В кассационной жалобе конкурсный управляющий  ООО «Центр Шуз» Рогожкина Е.А. просит определение и постановление  отменить, мотивируя нарушение судом норм материального и  процессуального права, отказать в удовлетворении требований  о включении в реестр по основаниям, указанным в кассационной жалобе.  

Информация о принятии кассационной жалобы к производству,  движении дела, времени и месте судебного заседания размещена на  официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа  в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу:  http://faspo.arbitr.ru/ в соответствии со статьей 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

В судебном заседании 06.06.2019 в порядке статьи 163 АПК РФ был  объявлен перерыв до 11 час. 40 мин. 13.06.2019. Информация о перерыве  размещена на официальном сайте в информационно- телекоммуникационной сети «Интернет» Арбитражного суда Поволжского  округа. После перерыва судебное заседание продолжено в том же  судебном составе.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке,  предусмотренном главой 35 АПК РФ, по доводам, изложенным  в кассационной жалобе.  

Как следует из материалов дела, кредитором в обоснование наличия  и размера задолженности представлен договор купли продажи ценных  бумаг от 24.12.2014, в соответствии с которым должник обязался продать  кредитору ценные бумаги – паи закрытого рентного паевого  инвестиционного фонда «ТФБ-рентный инвестиционный фонд» под  управлением ЗАО «УК ТФБ-капитал» в количестве 818,8534 шт.  стоимостью 99 500 руб. за 1 пай, сумма сделки – 81 475 913,85 руб.  

Согласно представленной в материалы дела выписке по счету  кредитора 24.12.2014 им должнику были перечислены денежные средства  в размере 81 475 913,85 руб. в счет оплаты по договору купли-продажи  ценных бумаг 24.12.2014.  

Кредитор ссылался на расторжение договора купли-продажи  и заключение сторонами соглашения о новации, согласно которому  стороны новируют обязательство по возврату указанных денежных  средств в заемное обязательство должника с уплатой процентов в размере  13% годовых по день возврата суммы займа.  

Дополнительным соглашением к договору новации стороны  установили срок возврата займа – не позднее 22.12.2016.  

Согласно представленной конкурсным управляющим выписке по  счету должника денежные средства в размере, полученном от кредитора,  24.11.2014 перечислены должником в пользу: – общества с ограниченной  ответственностью «Шарт» (3 платежа) с назначением платежей «оплата по  договору займа № П-11/13 от 16.07.2013 (%%)», «оплата по договору займа  б/н от 27.12.2012 (%%)», «оплата по договору займа № П-5/13  от 26.03.2013 (%%)»; – общества с ограниченной ответственностью  «Ритейл Шуз» (3 платежа) с назначением платежей «оплата по  соглашению о новации в займ от 26.09.2014 (%%)», «оплата по  соглашению о новации в займ от 26.09.2014 (тело)», «оплата по договору  

к/п ЦБ от 24.12.2014»; – открытого акционерного общества «Казанская  сельхозтехника» (1 платеж) с назначением «оплата по договору займа б/н  от 24.12.2013 (тело)». Представленными в материалы дела выписками  о движении денежных средств по счету кредитора подтверждается  получение должником денежных средств от кредитора в вышеуказанном  размере и их расходование в своей хозяйственной деятельности, а именно:  погашение данными денежными средствами обязательств перед иными  лицами по сделкам, совершенным до получения от кредитора денежных  средств.  

В силу части 3 статьи 9 АПК РФ суд, сохраняя независимость,  объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом,  оказывает содействие в реализации процессуальных прав, создает условия  для всестороннего и полного исследования доказательств, установления  фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных  нормативных правовых актов при рассмотрении дела.  

Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон  о банкротстве), части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности  (банкротстве) юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных  предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями,  предусмотренными федеральными законами, регулирующими вопросы  несостоятельности (банкротства).  

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона о банкротстве размер  денежных обязательств или обязательных платежей считается  установленным, если он определен судом в порядке, предусмотренном  названным Законом.  

Под денежным обязательством в силу абзаца четвертого статьи 2  Закона о банкротстве понимается обязанность должника уплатить  кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке  

и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской  Федерации (далее – ГК РФ) основанию.  

Установление размера требований кредиторов в ходе конкурсного  производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100  названного Федерального закона. Реестр требований кредиторов подлежит  закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений  о признании должника банкротом и об открытии конкурсного  производства (абзац второй пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве).  

По смыслу пункта 5 статьи 100 Закона о банкротстве, арбитражный  суд при установлении размера требований кредиторов проверяет  обоснованность соответствующих требований кредиторов.  

Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным  Судом Российской Федерации в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П,  от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой  характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут  правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и  реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.).  

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве  судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны  только требования, в отношении которых представлены достаточные  доказательства наличия и размера задолженности.  

Таким образом, с учетом специфики дел о банкротстве целью  проверки судом обоснованности требований является недопущение  включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое  включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов,  имеющих обоснованные требования.  

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат  проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с  материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не  исполненные должником.  

Между тем, конкурсный управляющий ставит под сомнение  совершения сделок , указывая на их мнимость, потому что договор купли  продажи ценных бумаг, соглашение о расторжении договора купли  продажи ценных бумаг и соглашение о новации заключены в один день – 24.12.2014.  

Суды первой и апелляционной инстанций, удовлетворяя заявленные  требования, и включая в реестр требований кредиторов вышеуказанные  требования, оставили без внимания доводы конкурсного управляющего, не  исследовали обстоятельства совершения сделок и не дали им оценку.  

Суд должен проверять не только формальное соблюдение внешних  атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают  обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и  доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в  совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость,  притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.  

При этом суду необходимо руководствоваться повышенным  стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку  обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым  гражданским процессом. В таком случае основанием к удовлетворению  иска являлось бы представление истцом доказательств, ясно и убедительно  подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и  опровергающих разумные возражения конкурсного управляющего,  обжалующего судебный акт (пункт 26 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35  «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о  банкротстве», далее – постановление № 35).  

Суд апелляционной инстанции на доводы апелляционной жалобы  указал, что денежные средства в силу статьи 1102 ГК РФ будут являться  для должника неосновательным обогащением, подлежащим возврату, так  как не представлены оригиналы договора купли продажи ценных бумаг  между кредитором и ответчиком, соглашения о его расторжении и  

соглашения о новации. При этом не учел что судом первой инстанции  в реестр требований кредиторов включены, в том числе, и проценты  рассчитанные по процентной ставки по кредиту 13% в сумме  30 730 928,93 руб., тогда как проценты за пользование рассчитываются по  иному.  

Требования кредиторов по денежным обязательствам  (за исключением текущих платежей) могут быть предъявлены только  в порядке, установленном Законом о банкротстве, и рассматриваются по  правилам статьи 71 этого Закона.  

Обоснованность требований доказывается на основе принципа  состязательности. Кредитор, заявивший требования к должнику, как и  лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать  обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих  требований или возражений. Законодательство гарантирует им право на  предоставление доказательств (статьи 9, 65 АПК РФ).  

В условиях банкротства должника, а значит очевидной  недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для  расчета по всем долгам, судебным спором об установлении требования  конкурсного кредитора затрагивается материальный интерес прочих  кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной  массы в свою пользу. Кроме того, в сохранении имущества банкрота за  собой заинтересованы его бенефициары, что повышает вероятность  различных злоупотреблений, направленных на создание видимости не  существовавших реально правоотношений.  

Как следствие, во избежание необоснованных требований  к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию  обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника- банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное  исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и  широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие  обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется  

исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка  на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми  сторонами спора. Исследованию подлежит сама возможность по  исполнению сделки.  

Разъяснения о повышенном стандарте доказывания в делах  о банкротстве даны в пункте 26 постановления № 35, из которого следует,  что установленными могут быть признаны только требования,  в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия  и размера задолженности. Требование, основанное на факте передачи  денежных средств, должно подтверждаться не только распиской или  квитанцией к приходному кассовому ордеру (что свойственно обычному  спору), но и доказательствами, подтверждающими финансовые  возможности кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику  соответствующие денежные средства, а также сведениями о дальнейшем  движении денежных средств.  

Примеры судебных дел, в которых раскрывается понятие  повышенного стандарта доказывания применительно к различным  правоотношениям, из которых возник долг, имеются в периодических и  тематических обзорах судебной практики Верховного Суда Российской  Федерации, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской  Федерации (пункт 15 Обзора от 16.02.2017 № 1 (2017); пункт 20 Обзора  от 27.12.2017 № 5 (2017), пункт 17 Обзора от 04.07.2018 № 2 (2018),  пункт 13 Обзора от 20.12.2016), а также в судебных актах Верховного Суда  Российской Федерации по конкретным делам (определения Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации № 305-ЭС16-20992(3), № 305-ЭС16-10852, № 305-ЭС16-10308,   № 305-ЭС16-2411, № 309-ЭС17-344, № 305-ЭС17-14948, № 308-ЭС18- 2197).  

Судебная коллегия Верховного суда Российской Федерации  последовательно отмечает, что в условиях конкуренции кредиторов  должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности  

между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником),  носит формальный характер и направлен на сохранение имущества  должника за его бенефициарами: за собственниками бизнеса (через  аффилированных лиц – если должник юридическое лицо) или за самим  должником (через родственные связи – если должник физическое лицо).  Подобные споры характеризуются предоставлением минимально  необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств  о наличии задолженности у должника, обычно достаточного для  разрешения подобного спора; пассивностью сторон при опровержении  позиций друг друга; признанием обстоятельств дела или признанием  ответчиком иска и т.п. В связи с совпадением интересов должника и такого  кредитора их процессуальная активность не направлена на установление  истины.  

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица,  не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении  в реестр, объективно лишены возможности представить в суд  исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же  время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие  прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью  достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или  заключенности сделки.  

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться  проверкой соответствия документов установленным законом формальным  требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства,  в том числе об экономических, физических, организационных  возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку.  Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает  ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации»).  

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах,  ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они  объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем  другие кредиторы. Предоставление дополнительного обоснования не  составляет для них какой-либо сложности.  

Предъявление к конкурирующим кредиторам повышенного  стандарта доказывания привело бы к неравенству кредиторов. Для  уравнивания кредиторов в правах арбитражный суд должен оказывать  содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и  полного исследования доказательств, установления фактических  обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных  правовых актов при рассмотрении дела. Процессуальная активность  конкурирующих кредиторов при содействии арбитражных судов (пункт 3  статьи 9, пункты 2, 4 статьи 66 АПК РФ) позволяет эффективно пресекать  злоупотребления (формирование фиктивной задолженности) и не  допускать недобросовестных лиц к распределению конкурсной массы.  

При рассмотрении настоящего обособленного спора конкурсный  управляющий заявляли о мнимости сделки по займу.  

Вопреки требованиям статьи 71 АПК РФ, пункту 3 статьи 71 Закона  о банкротстве, пункту 26 постановления № 35 обстоятельства, связанные  с источником наличия денежных средств, оставлены судами без внимания.  

В письменных пояснениях представитель конкурсного  управляющего сослался на соглашение о новации от 24.12.2014, как сделку  которая была заключена лишь с целью прикрыть выведение активов  общества.  

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве  к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят  с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему  аффилированными. Таким образом, критерии выявления  заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст  

закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими  критериями, установленными антимонопольным законодательством.  

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного  Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание  в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо  не только через подтверждение аффилированности юридической  (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через  корпоративное участие), но и фактической.  

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4  Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении  монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает  доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура  корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать  формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность  оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения  предпринимательской деятельности.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать  поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между  собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных  обычным (независимым) участникам рынка.  

При представлении доказательств аффилированности должника  с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении  требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании  сделки недействительной) на последнего переходит бремя по  опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на  такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные  экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в  процессе исполнения уже заключенного соглашения.  

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего  заявил о необходимости проверки фактической аффилированности и  

скрытой докапитализации должника, поэтому следует детально  исследовать природу соответствующих отношений.  

Данные обстоятельства подлежат проверке и судебной оценке  в совокупности со всеми обстоятельствами дела.  

По мнению судебной коллегии, в рассматриваемом случае наличие  внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных  интересов имеет существенное значение для правильного разрешения  спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать  надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора,  заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника,  обязанность которого при нормальном функционировании гражданского  оборота состояла в своевременном внесении заемных средств и процентов  по кредиту.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, суд  кассационной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для  удовлетворения кассационной жалобы, поскольку арбитражными судами  не включены в предмет судебного исследования все обстоятельства,  имеющие значение для разрешения спора о включении в реестр и не  исследованы судами в полном объеме, что в силу пункта 3 части 1  статьи 287 АПК РФ является основанием для отмены судебных актов  судом кассационной инстанции и направлении дела на новое  рассмотрение.  

При новом рассмотрении суду следует устранить отмеченные  недостатки, правильно квалифицировать совершенную сделку, полно и  всесторонне исследовать имеющиеся в деле доказательства, на основании  их оценки в соответствии с требованиями главы 7 Кодекса установить все  имеющие существенное значение для правильного рассмотрения спора  обстоятельства, после чего, правильно применив нормы материального и  процессуального права, принять законный и обоснованный судебный акт.  

Согласно пункту 3 статьи 289 Кодекса при отмене судебного акта  с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных  расходов разрешается арбитражным судом, вновь рассматривающим дело.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 288,  289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  Арбитражный суд Поволжского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.11.2018  и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 01.04.2019 по делу № А65-20341/2017 отменить.  

Обособленный спор направить на новое рассмотрение  в Арбитражный суд Республики Татарстан.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия  и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в порядке и сроки, предусмотренные  статьями 291.1, 291.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Председательствующий судья В.А. Карпова 

Судьи Р.В. Ананьев 

 С.Ю. Муравьев