﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7592/20 

Екатеринбург

31 мая 2021 г.

 

Дело № А60-55182/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 31 мая 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Павловой Е.А., Соловцова С.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Финстройгрупп» (далее – общество «Финстройгрупп»), общества с ограниченной ответственностью «СТК» (далее – общество «СТК») на определение Арбитражного суда Свердловской области от 10.12.2020 по делу № А60-55182/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Газ-Сервис Энерго» (далее – общество «Газ-Сервис Энерго», должник) Блынских М.А., а также представители:

общества «Финстройгрупп» - Рудаков И.С. (доверенность от 12.04.2021);

общества «СТК» - Иванкин А.А., Дрыга В.А. (доверенность от 29.12.2020);

акционерного общества «Уралсевергаз» – независимая газовая компания» (далее – общество «Уралсевергаз») – Михеев Е.А. (доверенность от 01.01.2021).

От Федеральной налоговой службы в лице Инспекции ФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы без участия представителя. Ходатайство судом рассмотрено и удовлетворено на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса (далее – АПК РФ).

 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.09.2018 общество «Газ-Сервис Энерго» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Блынских М.А. 

В Арбитражный суд Свердловской области 19.08.2019 поступило заявление конкурсного управляющего об оспаривании сделки должника с обществом «СТК», обществом «Финстройгрупп», обществом с ограниченной ответственностью «Эвер» (далее – общество «Эвер»), совершенной путем заключения цепочки взаимосвязанных притворных сделок; и применении последствий недействительности сделки (с учетом уточнения требований, принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ).

К участию в рассмотрении спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: бывший директор должника Мантухов Николай Сергеевич, единственный участник должника Богатырев Александр Леонидович, общество с ограниченной ответственностью Проектная Фирма «Газ-сервис» (далее – общество ПФ «Газ-сервис»), общество с ограниченной ответственностью «Газ-сервис» (далее – общество «Газ-сервис»).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.12.2020, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021, заявление конкурсного управляющего удовлетворено, единая сделка по отчуждению обществом «Газ-сервис Энерго» имущества, совершенная путем заключения следующих взаимосвязанных притворных сделок:- действий по внесению в уставный капитал общества «СТК» на сумму 30 000 000 руб., оформленных протоколом общего собрания учредителей от 25.05.2017, актом приема-передачи от 06.06.2017; - договора купли-продажи доли в уставном капитале общества «СТК» от 17.07.2017 № 66 АА 4436209 в пользу общества «Финстройгрупп»; - договора купли-продажи доли в уставном капитале общества «СТК» от 07.02.2018 в пользу общества «Эвер», признана недействительной, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества «СТК» в пользу общества «Газ-Сервис Энерго» в качестве денежной реституции действительная стоимость имущества в сумме 31 085 000 руб.

Не согласившись с вынесенными судебными актами общество «СТК», общество «Финстройгрупп» обратились в Арбитражный суд Уральского округа с самостоятельными кассационными жалобами, в которых просят определение от 10.12.2020 и постановление от 16.03.2021 отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела.

В кассационной жалобе общество «СТК» указывает на нарушение судами норм материального права, выразившееся в неправильном толковании и неприменении закона, подлежащего применению, а также в нарушении норм процессуального права, которые привели к принятию неправильных судебных актов. По мнению заявителя, суды первой и апелляционной инстанций неверно применили нормы о притворности сделок, а потому неверно установили совокупность признаков, необходимых для признания сделок взаимосвязанными. Указывает, что поскольку существенные условия прикрываемой сделки и прикрывающей сделки совпадали, то выполнение их сторонами не свидетельствует о притворности сделки в качестве прикрывающих договор купли-продажи, однако существенные условия в виде передачи имущества взамен на долю в уставном капитале были достигнуты еще в момент свершения первой спорной сделки по внесению должником имущества в уставной капитал общества «СТК». Полагает, что суды неверно установили действительную волю сторон при заключении сделок, не рассмотрели вопрос о соответствии воли сторон их волеизъявлению, не обратили внимание, что стороны достигли правовых последствий, относящихся к оспариваемым, а не к якобы прикрываемым сделкам. Также  общество «СТК» считает, что сделка должника во внесению вклада в уставной капитал совершена с равноценным встречным исполнением, и не содержит в себе оснований для признания ее недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). Кроме того, при совершении спорных сделок цель причинения вреда кредиторам отсутствовала, поскольку должник не находился в состоянии неплатежеспособности, наличие задолженности только перед одним кредитором не может свидетельствовать признаках банкротства. Податель жалобы считает, что, совершая сделку по передаче имущества обществу «СТК», должник не причинил вреда кредиторам, поскольку приобрел статус мажоритарного участника со стоимостью доли сопоставимой со стоимостью внесенного имущества; в последующем, отчуждая долю в уставном капитале общества «СТК» обществу «Финстройгрупп», должник также получил встречное равноценное исполнение в виде векселей, платежеспособность которых и факт передачи являются доказанными. По мнению общества «СТК»,  выводы судов о наличии доверительных отношений между сторонами оспариваемых сделок основываются на неверном применении норм об аффилированности, поскольку каждое лицо действовало самостоятельно. Судами ошибочно применены последствия признания оспариваемых сделок недействительными в виде денежной реституции, заключающейся во взыскании с общества «СТК» стоимости переданного должнику имуществ, поскольку в данном случае последствия совершения обществом «Эвер» сделки с неравноценным встречным исполнением перекладываются на общество «СТК» и именно сделка с обществом «Эвер» действительно может рассматриваться как причиняющая ущерб кредиторам, поэтому судам следовало применить последствия недействительности исключительно к сделке должника с обществом «Эвер». По мнению заявителя жалобы, суд первой инстанции не рассмотрел заявленное конкурсным управляющим требование, относительно восстановления права требования общества «Финстройгрупп» к должнику в сумме 15 000 000 руб., в резолютивной части определения от 10.12.2020 не указано на результат рассмотрения требования, что, по убеждению общества «СТК», свидетельствует о нарушении судом положений пункта 14 части 2 статьи 271 АПК РФ. Данное обстоятельство, являлось одним из доводом апелляционной жалобы, однако в постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021 не указаны какие-либо выводы о результатах рассмотрения данного довода.

В своей кассационной жалобе общество «Финстройгрупп» просит обжалуемые судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение. Заявитель обращает внимание суда округа на то, что оспариваемые сделки не являлись единой притворной сделкой, поскольку они заключались на протяжении значительного промежутка времени и не преследовали единую цель, а воля общества «Финстройгрупп» была направлена на реальное создание правовых последствий, предусмотренных договором о продаже доли в уставном капитале;  в настоящем споре оспаривается три сделки с разными субъектным составами, как минимум, при заключении договора купли-продажи от 17.07.2017 № 66 АА 4436209 стороны преследовали цель реально вступить в соответствующие отношения, что подтверждается в частности тем, что указанный договор был исполнен и его участники произвели обмен предоставлениями – должник передал обществу «Финстройгрупп» долю в обществе «СТК», что выразилось в перемене записи о правообладателе  в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), а общество «Финстройгрупп» передало должнику банковские векселя на сумму 15 000 000 руб. Расчеты банковскими векселями не порочат договор и не имеют существенных различий с оплатой имущества денежными средствами, поэтому сомнения суда относительно оплате доли ликвидными векселями не могут служить основанием для признания договора недействительным. С учетом изложенного, податель жалобы полагает, что сделки по внесению недвижимого имущества в уставный капитал общества «СТК» и продажи доли в нем обществу «Финстройгрупп» не нарушают прав кредиторов должника, так как являются возмездными, и должником по ним было получено равноценное встречное предоставление. Соответственно единственной сделкой, по которой должник действительно не получил встречного исполнения, является договор купли-продажи доли в уставном капитале общества «СТК» от 07.02.2018 между должником и обществом «Эвер», однако последствием признания этого договора недействительным, направленным на восстановление прав кредиторов, должен был бы являться возврат 50 % доли в обществе «СТК» от общества «Эвер» в конкурсную массу, чего в  обжалуемых судебных актах сделано не было. Также заявитель указывает, что судами не рассмотрено требование конкурсного управляющего о восстановлении права требования общества «Финстройгрупп» к должнику в сумме 15 000 000 руб., что влечет нарушение правила о двустороннем характере реституции по недействительной сделке.

В представленных отзывах общество «Уралсевергаз» и конкурсный управляющий Блынских М.А., просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, а жалобы - без удовлетворения; указывают, что судами правильно сделаны выводы о том, что действия заинтересованных лиц явно выходили за пределы нормальной хозяйственной деятельности и не были обусловлены разумными и добросовестными экономическими мотивами; верно установлено наличие необходимых признаков для признания цепочки оспариваемых сделок недействительными, считают, что суды правомерно удовлетворили заявленные требования и признали сделку недействительной. 

В силу статьи 286 АПК РФ суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, обществу «Газ-сервис Энерго» на праве собственности принадлежала автоматизированная блочно-модульная котельная мощностью 3,0 МВт АБМК-ГС-3,0, а также иное технологически связанное с данной котельной имущество комммунально-бытового назначения, которое расположено по адресу: Свердловская область,  

г. Екатеринбург, ул. Просторная, д. 93.

В состав имущества, сделки с которым оспариваются заявителем, входили: земельный участок (кадастровый номер: 66:41:0502902:19, адрес: г. Екатеринбург, ул. Просторная, д. 93, площадь: 2226 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для строительства автоматизированной газовой котельной), автоматизированная блочно-модульная котельная мощностью 3,0 МВт (АБМК-ГС-3,0, кадастровый номер: 66:41:0502004:231, адрес: г. Екатеринбург, ул. Просторная, д. 93, назначение: нежилое, площадь: 80,6 кв.м, этажность: 1), подводящий газопровод высокого давления (диаметр 219 мм, кадастровый номер: 66:41:0000000:31656, адрес: г. Екатеринбург, ул. Просторная, д. 93, назначение: производственное, протяженность: 212 м), дымовая труба котельной (высота 16 м, кадастровый номер: 66:41:0502902:28, адрес: г. Екатеринбург, ул. Просторная, д. 93, назначение: коммунально-бытовое, площадь: 0,7 кв.м), аварийный дизель-генератор блочного исполнения Himonsa 65, наружные тепловые сети (участки диаметром 426 мм и протяженностью 115 м, диаметром 159 мм и протяженностью 318 м, диаметром 133 мм и протяженностью 203 м, диаметром 108 мм и протяженностью 199 м).

Должник использовал спорные объекты коммунального назначения, для производства тепловой энергии и горячей воды с целью поставки указанных коммунальных ресурсов потребителям в микрорайоне Уктус муниципального образования город Екатеринбург.

Общество «СТК» было зарегистрировано в ЕГРЮЛ  20.02.2017 с уставным капиталом в сумме 10 000 руб., на основании решения двух учредителей (участников): общества «Газ-сервис Энерго» и общества «Финстройгрупп» (размер доли в уставном капитале по 50 % у каждого).

В дальнейшем 06.07.2017 по единогласному решению обоих участников размер уставного капитала общества «СТК»  был увеличен на 30 000 000 руб. (до 30 010 000 руб.) за счет внесения обществом «Газ-сервис Энерго» дополнительного вклада - путем передачи спорного имущества в оплату увеличенного уставного капитала и перехода права собственности на него к обществу «СТК», в результате чего номинальная стоимость (размер доли) общества «Газ-сервис Энерго» в уставном капитале общества «СТК»  увеличилась и составила 30 005 000 руб. (99,9833%). Изменения, подтверждавшие государственную регистрацию указанной сделки (действий) в отношении общества «СТК»  были внесены в ЕГРЮЛ 12.07.2017.

Далее между обществом «Газ-сервис Энерго» и обществом «Финстройгрупп» заключен договор купли-продажи от 17.07.2017 № 66 АА 4436209 доли в уставном капитале общества «СТК», номинальной стоимостью 15 000 000 руб. (49,9833%). Изменения в сведения о юридическом лице были внесены в ЕГРЮЛ 24.07.2017.

Стороны согласовали цену в 15 000 000 руб., которая должна быть уплачена путем передачи должнику в срок до 28.07.2017 простого векселя публичного акционерного общества «Сбербанк».

Общество «Финстройгрупп» передало в счет оплаты должнику следующие векселя: - 28.07.2017 вексель ВГ № 0038301 на сумму 2 500 000 руб., который 31.07.2017 был передан обществом «Газ-сервис» в счет расчетов по договору беспроцентного займа от 12.09.2014;

- 28.07.2017 вексель ВГ № 0038302 на сумму 2 500 000 руб., который 31.07.2017 был передан обществу «Газ-сервис» в счет расчетов по договору беспроцентного займа от 12.09.2014;

- 31.07.2017 вексель ВГ № 0038304 на сумму 5 000 000 руб., который 31.07.2017 был передан обществу ПФ «Газ-сервис» в счет расчетов по дополнительному соглашению № 1 к договору займа от 18.03.2016 № ДЗ-18/03;

- 31.07.2017 векселем ВГ № 0038303 на сумму 5 000 000 руб., который 03.08.2017 был передан обществу с ограниченной ответственностью «ЗИВ» за общество «Газ-сервис» в счет расчетов по заключенному между ними договору поручительства от 15.01.2015 № К-101/15.

Впоследствии между  обществом «Газ-сервис Энерго» и обществом «Эвер» заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале общества «СТК» от 07.02.2018, номинальной стоимостью 15 005 000 руб. (50%), по цене 50 000 руб. Изменения в сведения о юридическом лице внесены в ЕГРЮЛ 15.02.2018

Сразу после совершения оспариваемых сделок и приобретения обществом «СТК» прав на все спорное имущество, полученное от должника в оплату уставного капитала по акту от 06.06.2017, между обществом «СТК» и обществом «Газ-сервис Энерго» заключен договор аренды от 07.06.2017 № АР-01/17, согласно которому должник получил обратно в свое владение и пользование все спорное имущество и продолжил его эксплуатировать и использовать в своей предпринимательской деятельности по теплоснабжению, несмотря на утрату права собственности на него.

В дальнейшем, уже после возбуждения в отношении должника дела о банкротстве, договор аренды № АР-01/17 был прекращен, а блочно-модульная котельная и остальное спорное имущество было передано от общества «СТК» в общество «Эвер» на основании заключенного между ними договора аренды от 01.03.2018  № АР-0203-18 и акта приема-передачи от 01.03.2018. 

В результате, в связи с состоявшейся фактической передачей блочно-модульной котельной и остального имущества во владение и пользование общества «Эвер», именно последнее с июня 2018 заключало договоры на поставку газа для котельной АБМК-ГС-3,0 с поставщиком – обществом «Уралсевергаз» (договоры от 01.06.2018№ 4-1875/18, от 25.12.2018 № 4-1875/19 в редакции дополнительных соглашений от 16.09.2019, 02.12.2019, 29.06.2020), производило и поставляло тепловую энергию и горячую воду потребителям микрорайона Уктус в городе Екатеринбург.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.01.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.09.2018  должник признан банкротом с открытием в отношении него конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден Блынских М.А.

Конкурсный управляющий Блынских М.А. обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, ссылаясь на то, что в преддверии процедуры банкротства общества «Газ-сервис Энерго» между ним и обществом «СТК», обществом «Финстройгрупп», обществом «Эвер» была совершена цепочка последовательных сделок, которая прикрывала собой единую сделку по отчуждению от общества «Газ-сервис Энерго» (продавец) в пользу общества «СТК» (покупатель) автоматизированной блочно-модульной котельни мощностью 3,0 МВт АБМК-ГС-3,0, а также иное технологически связанное с данной котельной имущество комммунально-бытового назначения. Конкурсный управляющий указывал, что фактически контроль за имуществом при совершении цепочки последовательных сделок купли-продажи сохранял за собой должник, продолжавший эксплуатировать спорное имущество, при этом спорные сделки являются ничтожными как совершенные с целью прикрыть сделку по передаче должником 06.06.2017 имущества в уставной капитал общества «СТК»; должник не получил встречного предоставления по прикрываемым сделкам, так как право собственности на проданное имущество зарегистрировано за номинальным покупателям (аффилированным с должником), целью спорных сделок являлось сокрытие этого имущества от возможного обращения взыскания со стороны независимых кредиторов, и в результате спорных сделок причинен вред кредиторам, должник лишился основных производственных активов не получив встречного предоставления,  а другие стороны сделок (аффилированные с должником), знали о цели сделок, на момент совершения которых должник отвечал признаку неплатежеспособности и недостаточности имущества, и поведение сторон прикрываемых сделок выходило за пределы нормальной хозяйственной деятельности, не обусловлено разумными и добросовестными экономическими мотивами, совершено со злоупотреблением правом.

Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из следующего.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), а в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63), разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 ГК РФ, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 ГК РФ) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25).

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, и притворных сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 ГК РФ). При этом, совершая мнимые (притворные) сделки их стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в деле о банкротстве возражений о мнимости (притворности) договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям закона. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

При этом кредитор (управляющий), не являясь стороной спорных правоотношений, объективно ограничены в возможности доказывания недействительности/ничтожности сделки, и предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к процессуальному неравенству; в случае наличия возражений кредитора (управляющего) со ссылкой на мнимость (притворность) соответствующих правоотношений и представления ими в суд прямых (косвенных) доказательств наличия существенных сомнений в наличии реальных взаимоотношений по сделке, бремя опровержения этих сомнений возлагается на ответчика, и последнему не должно составлять затруднений опровергнуть такие сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю, при этом наличие доверительных отношений позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок, а государственная регистрация перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных по пункту 2 статьи 170 ГК РФ.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ), такая сделка может быть признана недействительной по основаниям, ГК РФ или специальных законов (абзацы 2 и 4 пункта 87 постановления Пленума № 25).

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 2 пункта 9 постановления Пленума № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестность контрагента), не требуется.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки. По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Принцип приоритета обязанности возвратить имущество в натуре перед обязанностью компенсировать его стоимость в деньгах также отражен в пункте 1 статьи 1105 ГК РФ.

В то же время в пункт 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 11.01.2000 № 49 указано на необходимость неформального толкования пункт 1 статьи 1105 ГК РФ, по смыслу которого невозможность возврата имущества в натуре может иметь место не только в случаях, когда имущество физически отсутствует у неосновательно приобретшего его лица, но также в иных случаях.

Учитывая изложенную правовую позицию, невозможность возврата имущества в конкурсную массу должника в натуре может иметь место и в том случае, если спорное имущество представляет собой опасный промышленный объект, например, источник тепловой энергии (котельная), газопроводы, тепловые сети, эксплуатация которых возможна лишь при соблюдении владельцем (собственником) обязательных требований законодательства РФ (наличие действующей лицензии, аттестованного штатного персонала), а также при отсутствии у должника денежных средств, необходимых для поддержания таких объектов в исправном состоянии, включая закупку материалов, топлива, проведения ремонтов, при том, что фактическое истребование в натуре спорного имущества у заинтересованного лица (текущего собственника) будет сопряжено с угрозой нарушения публичных интересов и (или) прав третьих лиц (потребителей тепловой энергии).

Поскольку производство по делу о банкротстве общества «Газ-сервис Энерго» возбуждено 30.11.2017, суды обоснованно пришли к выводу, что все оспариваемые сделки были совершены в пределах годичного срока, установленного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве для подозрительных сделок с неравноценным встречным исполнением, а также в пределах трехлетнего срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для сделок, совершенных с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника.

Судами установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку по состоянию на последнюю отчетную дату предшествовавшую совершению спорных сделок (31.12.2016), разница между стоимостью активов должника и величиной его обязательств являлась отрицательной и составляла «минус» 15 202 000 руб., кроме того, должник еще до совершения спорных сделок прекратил исполнение своих денежных обязательств перед кредиторами, о чем свидетельствуют вступившие в силу решения суда о взыскании с должника задолженности на сумму более 30 млн. руб., а также находившиеся на исполнении службы судебных приставов исполнительные производства, должником по которым являлось общество «Газ-сервис Энерго», взыскателем АО «Уралсевергаз», и по которым в отношении должника и его имущественной массы судебными приставами-исполнителями были установлены ограничения.

Судами установлено, что единственным участником должника является Богатырев А.Л.; с 23.11.2015 и до момента открытия в отношении должника конкурсного производства директором являлся Мантухов Н.С., который выполнял функции единоличного исполнительного органа должника; Богатырев А.Л. с 05.11.2015 и по настоящее время является директором ЗАО «Энергогазинвест», которое с 2014 является единственным участником общества «Газ-сервис»; Мантухов Н.С. с 2013 является единственным 100 % участником общества ПФ «Газ-сервис», функции единоличного исполнительного органа которого (директор с 09.09.2015 и ликвидатор с 23.04.2019) выполняет Богатырев А.Л.; общество «Эвер» было единолично учреждено 07.02.2017 Богатыревым А.Л., 08.12.2017 Богатырев А.Л. передал свою 100 % долю Виниченко Ульяне Анатольевне, которая определением от 18.05.2020 признана заинтересованным лицом по отношению к обществу «Газ-сервис Энерго»; принимая во внимание, что общество «Газ-сервис Энерго» и общество «Финстройгрупп» выступили соучредителями при создании общества «СТК» и являлись с даты государственной регистрации последнего аффилированными лицами по отношению к обществу «СТК» в силу их обоюдного участия в уставном капитале, суды первой и апелляционной инстанции констатировали, что спорные сделки совершены под контролем заинтересованных по отношению к должнику лиц, при том, что названные обстоятельства не опровергнуты и доказательства обратного не представлены.

Исследовав и оценив все представленные доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что общество «Газ-сервис Энерго» является теплоснабжающей организацией и эксплуатирует коммунальные объекты, используемые для производственной деятельности по выработке и поставке тепловой энергии потребителям, проанализировав состав участников, а также лиц, осуществляющих функции единоличного исполнительного органа, сторон сделки, учитывая неоднократные случаи передачи прав владения блочной котельной и другим спорным имуществом от должника к обществу «СТК» и, наоборот, от общества «СТК» последовательно должнику, а в дальнейшем и в общество «Эвер», заключив, что данные обстоятельства подтверждают наличие между указанными лицами фактических отношений, характеризующихся общностью хозяйственных интересов и синхронности, согласованности, соподчиненности единому центру принятия юридически значимых решений, а именно Богатыреву А.Л. (единственный участник должника), из чего суды сделали вывод о том, что, несмотря на смену собственников спорного имущества, должник продолжал арендовать указанное имущество и фактически использовать его в деятельности по теплоснабжению, тогда как иное не доказано. 

Исходя из установленных обстоятельств, суды пришли к выводу, что неоднократная взаимная передача между обществами «Газ-сервис Энерго», «СТК» и «Эвер» спорного имущества  производилась номинально, чтобы создать видимость наличия у общества «Газ-сервис Энерго» и ООО «Эвер» в определенный календарный период законных прав на блочную котельную, что, в силу требований пункта 2 статьи  539 ГК РФ, являлось условием для заключения договоров на поставку и транспортировку газа с обществом «Уралсевергаз» и акционерным обществом «Екатеринбурггаз».

В результате цепочки описанных взаимосвязанных сделок общество «СТК» приобрело в свою собственность все ранее принадлежавшее должнику спорное имущество, расположенное по адресу: Свердловская область, г. Екатеринбург, ул. Просторная, 93.

Проанализировав и сопоставив представленные доказательства, суды пришли к выводу, что оспариваемые сделки являются взаимосвязанными притворными сделками, фактически прикрывавшими собой прямое безвозмездное отчуждение должником в пользу общества «СТК» ликвидного актива, учитывая, что фактический контроль над всем спорным имуществом (блочной котельной АБМКГС-3,0 и иных технологически связанных с котельной объектов коммунальной инфраструктуры по адресу: г. Екатеринбург, ул. Просторная, 93), переданным должником в общество «СТК» в качестве оплаты увеличения уставного капитала последнего продолжал осуществлять сначала сам должник (на основании договора аренды от 07.06.2017 №  АР-01/17, заключенного с ООО «СТК»), а затем общество «Эвер» (на основании договора аренды от 01.03.2018 № АР-02-03-18, заключенного с обществом «СТК»), то есть организация, которая также как и общество «Газ-сервис Энерго» контролировалась Богатыревым А.Г.

С учетом изложенного, а также детального анализа совершения последовательных действий а также обстоятельств, сопровождающих совершение спорных сделок, суды признали, что фактические отношения, а также намерения сторон не соответствовали содержанию спорных сделок, поскольку в результате совершения цепочки взаимосвязанных сделок должник  не только утратил право собственности на все спорное имущество, но и не получил взамен все корпоративные права в отношении общества «СТК», которые соответствовали стоимости дополнительного имущественного вклада должника в уставный капитал ООО «СТК» на сумму 30 000 00 руб.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ все имеющиеся в деле доказательства в совокупности, в том числе, что оспариваемые сделки совершены в пределах непродолжительного периода времени непосредственно перед, а также после возбуждения процедуры несостоятельности должника, на момент совершения сделок должник отвечал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества; признав, что общества «Газ-сервис Энерго», «СТК», «Финстройгрупп» и «Эвер» являются лицами, заинтересованными в совершении всех взаимосвязанных сделок, которые оспариваются конкурсным управляющим в рамках настоящего обособленного спора, приняв во внимание что, на дату совершения сделки по продаже 50 % доли в уставном капитале общества «СТК» между должником и обществом «ЭВЕР», последнее входило в одну группу лиц с должником, поскольку обе эти организации контролировались одним лицом – Богатыревым А.Л., в связи с чем, отчуждение должником указанной доли (номинальной стоимостью 15 000 000 руб.) за 50 000 руб. произошло по цене в несколько сотен раз дешевле ее реальной стоимости, при том, что общество «Финстройгрупп» дало согласие на совершение указанной сделки, хотя само приобрело примерно такой же размер доли за 15 000 000 руб., отметив, что оплата по договору 17.07.2017 обществом «Финстройгрупп» произведенная путем передачи векселей на сумму 15 000 000 руб. не отвечает обычным способам, принятым в предпринимательской практике, а избранный обществом «Финстройгрупп» неординарный для гражданского оборота способ исполнения обязательств по оплате доли, с учетом доказанной материалами дела осведомленности данного лица о том, что действительной целью использования векселей в расчетах было исключение поступления в имущественную массу должника денежных средств; при том, что в последующем векселя направлены на погашение обязательств лиц, контролируемых бенифициаром должника; установив, что сделки совершены между аффилированными лицами, встречное исполнение по договору купли-продажи от 07.02.2018 не было произведено, поскольку должник денежные средства не получил, хотя переход права собственности в пользу общества «Эвер» произошел, заключив, что при заключении оспариваемых сделок стороны не имели намерения передать право собственности на спорные коммунальные объекты, а преследовали цель создать видимость возникновения юридических последствий, включая государственную регистрацию перехода прав на недвижимое имущество, чтобы не допустить последующее включение спорных коммунальных объектов в состав конкурсной массы должника и имели притворный характер, суды пришли к выводу о доказанности в данном случае материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия всех необходимых и достаточных оснований для признания прикрываемой сделки по передаче должником обществу «СТК» спорных коммунальных объектов в уставной капитал, недействительной в соответствии с положениями пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах, в соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ, пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, с целью восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов, принимая во внимание положения пункта 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 11.01.2000 № 49, суды применили последствия недействительности сделок в виде взыскания с общества «СТК» в пользу общества «Газ-Сервис Энерго» в качестве денежной реституции действительную стоимость имущества в сумме 31 085 000 руб., поскольку в условиях конкурсного производства должник не способен обеспечить бесперебойную эксплуатацию котельной и другого связанного с ней имущества, которое относится к категории опасных производственных объектов и используется в теплоснабжении потребителей, в том числе населения, в связи с этим натуральная реституция невозможна.

Доводы жалоб относительно того, что отчуждая долю в уставном капитале общества «СТК» обществу «Финстройгрупп», должник получил встречное равноценное исполнение в виде векселей, платежеспособность которых и факт передачи являются доказанными, судом отклоняются, поскольку отчуждение обществом имущества без получения реального встречного исполнения указывает на тот факт, что директор не руководствуется интересами возглавляемой организации, не учитывает права ее кредиторов и преследует цель вывода ликвидного имущества, при этом контрагент по такой сделке также не может не осознавать того, что сделка с подобными условиями причинит вред кредиторам отчуждателя имущества, которые справедливо рассчитывают на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от продажи имущества. При принятии обжалуемый судебных актов суды обоснованно учитывали, что расчеты по сделке от 17.07.2017 между обществом «Газ-сервис Энерго» и обществом «Финстройгрупп» были осуществлены путем передачи векселей на общую сумму в 15 000 000 руб., при этом у должника на момент ее совершения уже имелись многомиллионные требования независимых кредиторов и были арестованы банковские счета; векселя направлены на расчеты с обществами, подконтрольными Богатыреву А.Л.  Таким образом, вопреки позиции кассаторов, в результате  осуществления спорной сделки не произошло наполнения конкурсной массы должника, что позволило бы, с одной стороны, наиболее полно удовлетворить требования кредиторов и, с другой стороны, защитить имущественную сферу должника.

Довод заявителей о том, что суд первой инстанции не рассмотрел, заявленное конкурсным управляющим требование относительно восстановления права требования общества «Финстройгрупп» к должнику в сумме 15 000 000 руб., судом округа отклоняется. В данном случае,  конкурсный управляющий заявлял не требование, а просил применить последствия признания спорной сделки недействительной. Между тем, в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 29 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» суд самостоятельно определяет последствия недействительности сделки при оспаривании ее в деле о банкротстве. Суды исходили из того, что совокупностью действий была оформлена по факту безвозмездная передача должником ликвидного имущества обществу «СТК», наполнения имущественной сферы должника в результате цепочки взаимосвязанных сделок не произошло;  расчеты, которые бы способствовали пополнению конкурсной массы в целях погашения задолженности перед независимыми кредиторами по факту не осуществлены, при этом общество «Финстройгрупп» понимало, осозновало и принимало участие в совершении сделки по выводу имущества из конкурной массы должника (расчеты векселями, последующее одобрение сделки по продаже доли обществу «Эвер» за 50 000 руб., передачи должнику имущества в аренду), изначально понимая, что ликвидный актив остается в группе компаний, подконтрольных единому бенефициару. При указанных обстоятельствах последствия недействительности сделки применены судами первой и апелляционной инстанции правильно.

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Иные приведенные в кассационной жалобе доводы и обстоятельства являлись предметом детальной проверки судов, получили исчерпывающую правовую оценку, её обоснованности не опровергают и не свидетельствуюто нарушении судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по споруи вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 - 288 АПК РФ.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 АПК РФ являются основанием для отмены или изменения судебных актов, либо несоответствия выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, судом округа не установлено. 

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 11.02.2021 по ходатайству общества «СТК» приостановлено исполнение определения Арбитражного суда Свердловской области от 10.12.2020 по делу N А60-55182/2017 и постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021 по тому же делу до окончания производства в суде кассационной инстанции. В связи с рассмотрением кассационной жалобы по существу и окончанием кассационного производства приостановление исполнения судебного акта подлежит отмене на основании части 4 статьи 283 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 10.12.2020 по делу № А60-55182/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Финстройгрупп», общества с ограниченной ответственностью «СТК»  – без удовлетворения.

Приостановление исполнения определения Арбитражного суда Свердловской области от 10.12.2020 по делу № А60-55182/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021 по тому же делу, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 21.04.2021, отменить.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.  

 

Председательствующий                                                       О.Э. Шавейникова 

 

Судьи                                                                                    Е.А. Павлова 

 

                                                                                              С.Н. Соловцов