Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А81-8587/2017

Резолютивная часть постановления объявлена  15 января 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  17 января 2019 года

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоФИО7 М.Ф.,

судейАникиной Н.А.,

ФИО1,

при ведении судебного заседания с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу  общества                            с ограниченной ответственностью Корпорация «Роснефтегаз» на решение              от 20.05.2018 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа (судья Чорноба В.В.) и постановление от 25.09.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи: Веревкин А.В., Аристова Е.В., Краецкая Е.Б.) по делу № А81-8587/2017 по иску общества с ограниченной ответственностью Корпорация «Роснефтегаз» (197110, 

<

...>, Литер А, пом. 27Н, оф. 3, ИНН 

<

***>,             ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Новоуренгойское Управление Буровых Работ» (629306, Ямало-Ненецкий автономный округ, г. Новый Уренгой, терр. Восточная Промзона,                     ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании 141 312 733 руб.               73 коп.

Третье лицо, участвующее в деле, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: акционерное общество «Ямалпромгеофизика» (629860, Ямало-Ненецкий автономный округ, Пуровский р-он, 

<

...>, ИНН 

<

***>,                          ОГРН 

<

***>).

В заседании приняли участие представители: 

от общества с ограниченной ответственностью Корпорация «Роснефтегаз» - ФИО2 по доверенности от 28.11.2018 (1 год);

от общества с ограниченной ответственностью «Новоуренгойское Управление Буровых Работ» - ФИО3 по доверенности № 34                      от 01.06 2018.

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью Корпорация «Роснефтегаз» (далее - ООО Корпорация «Роснефтегаз», истец) обратилось в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с иском к обществу                                   с ограниченной ответственностью «Новоуренгойское Управление Буровых Работ» (далее - ООО «НУБР», ответчик) о взыскании 27 568 967 руб. 45 коп. убытков, состоящих из стоимости испытания скважины и стоимости вспомогательных работ (пункты 2, 7 приложения № 1 к договору № П/О-1                   от 28.01.2016).

До принятия судебного акта которым заканчивается рассмотрение дела по существу, ООО Корпорация «Роснефтегаз» в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), уточнило исковые требования, просило взыскать с ответчика                    141 312 733 руб. 73 коп. убытков, состоящих из суммы всех уплаченных заказчиком подрядчику денежных средств во исполнение обязательств                   по договору № П/О-1 от 28.01.2016.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора,                   привлечено акционерное общество «Ямалпромгеофизика» (далее –                     АО «Ямалпромгеофизика»).

Решением от 20.05.2018 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа, оставленным без изменения постановлением                              от 25.09.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда,                                        в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, истец обратился                   с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить, направить дело на новое рассмотрение.

В обоснование жалобы ее податель указывает на то, что суды необоснованно отказали  истцу в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы проверки качества работ, не приняв во внимание предоставленные истцом письменные пояснения по вопросу о возможности проведения экспертизы в случае расконсервации скважин, не нарушая                   при этом целостности выполненных ответчиком работ; также считает необоснованным довод суда об отказе в назначении по делу экспертизы наличие в деле второго акта ПГИ, ссылаясь на то, что исследования ПГИ производились АО «Ямалпромгеофизика», которое во время выполнения работ являлось аффилированным с ответчиком, кроме того, часть исследований вообще не выполнялись по причине малого размера зумпфа; суд первой инстанции указал, что размер зумпфа предусмотрен пунктом 4.4 договора подряда, в то время как указанный пункт договора не дает однозначного ответа о величине зумпфа; полагает, что для однозначного вывода суду необходимо было бы сравнить диаграмму каротажа в открытом стволе и проект, что судом не производилось в связи с отсутствием                        в материалах дела диаграммы каротажа в открытом стволе; по мнению заявителя, суды пришли к необоснованному выводу об отсутствии скрытых недостатков выполненных работ, подтверждение  чего является заключение АКЦ и графическая интерпретация расположения цемента; отсутствие цемента в заколонном пространстве эксплуатационной колонны является скрытым недостатком, поскольку увидеть этот недостаток с помощью обычного визуального метода приемки невозможно, как и иные недостатки, указание на которые содержится в исковых требованиях (применении ответчиком режимов бурения и буровых растворов с параметрами,                              не соответствующими проекту, о нарушении проекта строительства                              и не проведении испытаний пластов с требуемыми проектом параметрами             и т.д.).

В отзыве на кассационную жалобу ответчик просит принятые по делу судебные акты оставить без изменения как законные и обоснованные                    по изложенным в них мотивам.

В судебном заседании представители сторон поддержали свои правовые позиции.

Арбитражный суд кассационной инстанции в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ, изучив материалы дела, проанализировав доводы жалобы, отзыва на нее, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, считает жалобу не подлежащей удовлетворению.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 28.01.2016              ООО Корпорация «Роснефтегаз» (заказчик) и ООО «НУБР» (подрядчик) заключен договор подряда № П/О-1 (далее – договор), по условиям которого подрядчик обязался выполнить и сдать заказчику работы по строительству поисково-оценочной скважины № 1 Харвутинского лицензионного участка                в соответствии с проектной документацией, программой работ, а заказчик обязался принять результаты работ и оплатить их. Ориентировочная договорная стоимость работ по строительству составляет 120 000 000 руб.

На основании пункта 3.1.26 договора подрядчик обязан передать заказчику по окончании выполнения работ: всю документацию, полученную от заказчика для выполнения работ, а также полученную подрядчиком                     в процессе выполнения работ; в 2-х экземплярах - полное дело скважины                со всеми актами и сопровождающими документами, геологический журнал, описание керна, проб пластовых флюидов, оформленных и подготовленных для лабораторно-аналитических исследований.

В пункте 3.4 договора сторонами согласован перечень технологической документации и геологического обеспечения, которую подрядчик готовит                     и предоставляет заказчику.

Пунктом 3.5.5 договора предусмотрено, что заказчик обязан своевременно принять и оплатить результат выполненных работ                              в соответствии с разделами 4 и 5 договора.

Согласно пункту 4.2 договора скважина считается оконченной бурением и испытанием после выполнения всех работ предусмотренных программой бурения и освоения, планом консервации или ликвидации скважины, а также подписания сторонами акта о консервации или ликвидации скважины.

После окончания работ по консервации или ликвидации скважины подрядчик рекультивирует площадку скважины и передает ее представителю заказчика по акту о сдаче рекультивированной площадки, в срок, установленный приложением № 2 к договору, после чего скважина считается законченной строительством в соответствии с настоящим договором (пункт 4.3 договора).

Согласно графику строительства поисково-оценочной скважины 1-ПО на ФИО4 (приложение № 2 к договору) испытание, консервация (ликвидация) скважины производится в период с 01.06.2016 по 06.07.2016; техническая рекультивация площадки - с 13.01.2017 по 27.01.2017; биологическая рекультивация площадки - с 01.06.2017 по 31.07.2017.

На основании пункта 5.2 договора подрядчик предоставляет заказчику акты КС-2 и справки КС-3 в течение 7 рабочих дней с момента окончания этапа. При получении актов КС-2 и справок КС-3 заказчик обязуется                       в течение 10 рабочих дней рассмотреть, принять, подписать акты и справки, скрепить печатью и направить в адрес подрядчика, либо в течение 10 рабочих дней дать мотивированный отказ в подписании актов КС-2                         и справок КС-3 в письменной форме.

В соответствии с пунктом 11.2 договора гарантийный срок эксплуатации скважины устанавливается 12 месяцев с даты подписания сторонами акта приемки скважины в эксплуатацию, за исключением случаев внешнего повреждения скважины заказчиком или третьими лицами.

Как следует из искового заявления, ООО Корпорация «Роснефтегаз» надлежащим образом выполнило условия заключенного договора и оплатило ответчику за выполненные им работы 141 312 733 руб. 73 коп. Однако, несмотря на выполнение истцом своих обязательств по договору подряда                и поставке на строительный объект необходимых давальческих материалов                 и ГСМ (в том числе дизельное топливо на сумму - 26 542 000 руб.), отчет               о количестве использованного дизельного топлива и отчет о расходовании материалов по форме М-29 ответчик не представил. Нарушение ответчиком проекта и выполнение работ с ненадлежащим качеством привело к пропуску нефтеносных пластов и отсутствию реального результата строительства скважины, а также финансовым потерям истца (убыткам). Расчет суммы убытка истцом произведен исходя из условий приложения № 1 к договору, согласно которому стоимость испытания скважины составляет                             15 901 558 руб. 21 коп., а стоимость вспомогательных работ - 11 667 409 руб. 24 коп. Сумма причиненных ООО Корпорация «Роснефтегаз» убытков некачественно выполненными ответчиком работами составила по расчету истца 27 568 967 руб. 45 коп.

В ходатайстве об увеличении размера исковых требований                         ООО Корпорация «Роснефтегаз» указало, что в процессе анализа собранных по делу материалов, а также доказательств выполнения ответчиком некачественного цементирования заколонного пространства скважины истец пришел к выводу о том, что некачественный цементаж скважины исключает возможность получения репрезентативных проб пластовой воды на наличие углеводородного сырья, а также проведение качественного испытания скважины на наличие продуктивных пластов с указанием конкретного места расположения залежи либо отсутствие таковых мест по всей длине пробуренной скважины. Результат выполненных ответчиком работ                         из-за допущенных нарушений в цементировании скважины утратил свою потребительскую ценность, в связи с чем все затраты истца на строительство скважины в размере 141 312 733 руб. 73 коп. являются убытками                       ООО Корпорация «Роснефтегаз».

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения                 ООО Корпорация «Роснефтегаз» с настоящим иском в арбитражный суд.

На основании части 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Согласно частям 1, 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) по делам                                  о возмещении убытков заявитель обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В силу пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности                           за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7) если иное                       не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению              в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

В пункте 5 Постановления № 7 разъяснено, что по смыслу статей 15                и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

В случае, если вред возник в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, нормы                               об ответственности за деликт не применяются, а вред возмещается                             в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям договора, заключенного между сторонами (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.06.2013 № 1399/13).

На основании части 1 статьи 740 ГК РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить             по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется принять их результат и уплатить обусловленную цену. Договор строительного подряда заключается                      на строительство или реконструкцию предприятия, здания (в том числе жилого дома), сооружения или иного объекта, а также на выполнение монтажных, пусконаладочных и иных неразрывно связанных со строящимся объектом работ.

Как следует из содержания части 4 статьи 753 ГК РФ, сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

В силу части 1 статьи 720 ГК РФ заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

На основании части 2 статьи 720 ГК РФ заказчик, обнаруживший недостатки в работе при ее приемке, вправе ссылаться на них в случаях, если в акте либо в ином документе, удостоверяющем приемку, были оговорены эти недостатки либо возможность последующего предъявления требования об их устранении.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 12 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации           от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» (далее - Информационное письмо № 51), подписание акта заказчиком свидетельствует о потребительской ценности для него выполненных работ и желании ими воспользоваться, при таких обстоятельствах понесенные подрядчиком затраты подлежат компенсации.

Согласно пункту 13 Информационного письма № 51 наличие акта приемки работ, подписанного заказчиком, не препятствует ему заявить в суде возражения по качеству, объему и стоимости работ с одновременным представлением доказательств обоснованности этих возражений.

Исследовав в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, в том числе акты по форме КС-2 о приемке выполненных работ по договору, подписанные сторонами без замечаний к качеству, объему, сроку выполненных работ, скрепленные печатями организаций, исходя из того, что претензии относительно качества выполненных работ заявлены заказчиком более чем через год после подписания сторонами последнего акта о приемке выполненных работ                 по указанному договору по консервации (ликвидации) скважины, апелляционный суд обоснованно исходил из того, что при установленных обстоятельствах, истец должен представить доказательства наличия недостатков в принятых работах, которые не могли быть установлены                при обычном способе приемки, но и которые опровергают содержание им же удостоверенных актов о приемке работ.

Оценив заключение и отчет ООО «НПО Геонефтегаз», выполненные             по результатам исследования спорной скважины в конце декабря 2017 года              и начале января 2018 года по заказу истца, суды не приняли их как доказательства ненадлежащего качества работ выполненных ответчиком, поскольку указанные заключение и отчет готовились после консервации скважины ООО «НУБР», в ходе которой ответчик устанавливал несколько многометровых слоев цементных мостов и после самостоятельной расконсервации скважины ООО Корпорация «Роснефтегаз» без участия представителей подрядчика.

Довод кассационной жалобы о том, что отсутствие цемента                      в заколонном пространстве эксплуатационной колонны является скрытым недостатком, который невозможно увидеть с помощью обычного визуального метода, был предметом рассмотрения апелляционного суда                  и получил надлежащую правовую оценку.

При этом апелляционный суд исходил из того, что в силу пунктов 3.6.1, 3.6.2 договора заказчик имеет право осуществлять контроль и надзор                   за ходом и качеством выполняемых работ, соблюдением сроков их выполнения и других обязательств подрядчика по настоящему договору; отдавать письменные или устные указания подрядчику в отношении проводимых работ; пунктами 3.5.6, 3.5.8 договора предусмотрено,                             что заказчик обязан обеспечить присутствие своего уполномоченного представителя при выполнении подрядчиком работ; назначить своими представителями супервайзеров, наделенных полномочиями по контролю                за качеством работ, подписанием актов испытания колонн и других документов, таким образом, истец не был лишен возможности проверки качества работ, выполняемых подрядчиком, в том числе с привлечением лиц, обладающих специальными познаниями.

20.07.2016 сторонами подписан акт о выполнении по договору работ             по консервации (ликвидации) скважины.

Из совокупного анализа  пунктов 1335, 1327 Правил безопасности                     в нефтяной и газовой промышленности, утвержденных приказом Ростехнадзора от 12.03.2013 № 101 (далее – Правила № 101), суды пришли               к выводу о том, что консервация скважин проводится при необходимости прекращения работ или их приостановления более чем на шесть месяцев; целесообразность и возможность использования ранее ликвидированных скважин путем их реконструкции устанавливается комиссией, создаваемой пользователем недр (пункт 1061 Правил № 101).

Установив, что в материалы дела не представлены доказательства составления владельцем поисково-оценочной скважины № 1 Харвутинского лицензионного участка (ООО Корпорация «Роснефтегаз») плана консервации (ликвидации) и расконсервации указанной скважины, согласования указанных документов с органами Ростехнадзора, в то время как соблюдение истцом - владельцем поисково-оценочной скважины № 1 Харвутинского лицензионного участка требований Правил № 101 и Инструкции «О порядке ликвидации, консервации скважин и оборудования их устьев и стволов                  РД-08-71-94», утвержденной Постановлением Госгортехнадзора России             от 19.08.1994 № 51, исключило бы спор между сторонами относительно качества работ, выполненных ответчиком, учитывая положения пункта 11.3 договора, в соответствии с которым наличие дефектов и сроки их устранения фиксируются двухсторонним актом подрядчика и заказчика, однако,                  ООО Корпорация «Роснефтегаз» в нарушение статьи 65 АПК не представило доказательств составления сторонами двухстороннего акта, в котором зафиксированы недостатки выполненных ответчиком работ, предъявления ООО «НУБР» требований об устранении в разумный срок выявленных недостатков выполненных им работ, равно как не представлено допустимых доказательств наличия таких недостатков, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что в рассматриваемом случае юридически значимые обстоятельства, подлежащие установлению при рассмотрении иска                        о взыскании убытков,  истцом   не доказаны.

Доводы заявителя о необоснованном отклонении судом ходатайства        о проведении комплексной судебно-строительной экспертизы проверки качества выполненных ответчиком работ путем исследования материалов арбитражного дела № А81-8587/2017, судом округа не принимаются.

Согласно части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих                при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего              в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы согласно статье 82 АПК РФ рассматривается судом, разрешающим дело по существу, исходя из предмета доказывания, имеющихся в деле доказательств.

По смыслу части 1 статьи 82 АПК РФ назначение судебной экспертизы является правом суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

Судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Если необходимость проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в ходатайстве о назначении экспертизы.

Отказывая в удовлетворении ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы, суд первой инстанции исходил из того,                               что определением от 15.03.2018  (на тот момент еще не было известно                                 о расконсервации скважины) суд обязал истца спросить у заявленных им экспертных организаций возможно ли проведение оценки качества, если скважина законсервирована, что было необходимо для того, чтобы узнать, повлияет ли расконсервация скважины на целостность работы ответчика, однако, таких ответов истец суду не предоставил; поскольку  в дальнейшем стало известно, что скважина расконсервирована и произошло ее вскрытие без участия ответчика, то суд пришел к выводу о том, что целесообразность такой экспертизы утрачена. В качестве второй причиной отсутствия целесообразности  в проведении экспертизы суд первой инстанции указал              на наличие в деле второго акта ПГИ, из которого истец мог получить все сведения для обоснования иска. Таким образом, экспертам пришлось бы заново проводить ПГИ, чтобы сделать вывод о наличии или отсутствии заколонных перетоков, но такой акт уже предоставлен в судебное заседания от привлеченного третьим лицом АО «Ямалпромгеофизика», исследование обоих актов ПГИ: от 13.06.2016 (до консервации) и от 22.09.2017 (после расконсервации), не оспоренных истцом, показало, что дополнительных  ПГИ не требуется. 

При этом установив, что в акте ПГИ  от 13.06.2016 указано, что по всему стволу скважины (интервал исследований 0-1650-1747,5) нарушений целостности НКТ и обсадной колонны не отмечается, забой герметичен, заколонной циркуляции не отмечается, в акте ПГИ от 22.09.2017 (после вмешательства истца по рассверливанию цементных мостов, могущего повлиять на результат работы ответчика) указано, что в интервале исследований 800-893.4м (том самом интервале, на который изначально обратил внимание профессор ФИО5 и на основании чего изначально возник иск) оценить герметичность забоя и наличие заколонных перетоков             с нижележащих водонасыщенных пластов не представляется возможным                в связи с маленькой величиной зумпфа скважины, а этот размер зумпфа был предусмотрен заказчиком в пункте 4.4 договора подряда, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности истцом ненадлежащего качества выполненной ответчиком работы.

Суд апелляционной инстанции, отказывая в удовлетворении заявленного ходатайства о назначении экспертизы по проверке качества выполненных ответчиком работ путем исследования материалов арбитражного дела                     № А81-8587/2017, исходил из того, что истец просил поручить ее проведение доценту кафедры «Теоретические основы разработки месторождений нефти и газа» геологического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова (далее - МГУ) ФИО6 (далее – ФИО6), представил письмо геологического факультета МГУ от 17.09.2018, однако, само обращение истца в адрес геологического факультета МГУ истцом не представлено, а из письма геологического факультета МГУ не следует, что для проведения исследования эксперту достаточно материалов арбитражного дела, кроме того, не представлены документы, подтверждающие стаж работы              ФИО6 по специальности.

При этом, оценивая процессуальное поведение истца, апелляционный суд пришел к выводу о том, что фактически заявленное ходатайство                 о назначении комплексной судебно-строительной экспертизы проверки качества выполненных ответчиком работ без натурных исследований, путем исследования документов, имевшихся в распоряжении ООО Корпорация «Роснефтегаз» не позднее 20.07.2016, направлено на затягивание судебного процесса.

Таким образом, не установив оснований для удовлетворения ходатайства истца о назначении комплексной судебно-строительной экспертизы по делу на стадии апелляционного обжалования, апелляционный суд правомерно отказал в удовлетворении заявленного истцом ходатайства.

В целом доводы, изложенные в кассационной жалобе, тождественны доводам, которые являлись предметом рассмотрения в судах первой                      и апелляционной инстанций, им дана надлежащая правовая оценка, основания для непринятия которой у суда кассационной инстанции отсутствуют. Данные доводы не свидетельствуют о нарушении                            или неправильном применении судами норм материального права; направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых ими доказательств, что в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

При таких обстоятельствах оснований для отмены обжалованных судебных актов, принятых при правильном применении норм материального и процессуального права, у суда кассационной инстанции не имеется. Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 20.05.2018 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа и постановление от 25.09.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А81-8587/2017 оставить без изменения,                     а кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

ПредседательствующийМ.Ф. ФИО7

СудьиН.А. Аникина

Э.В. Ткаченко