АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

15 июня 2021 года

Дело №

А66-6410/2016

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Чернышевой А.А., судей Боровой А.А. и          Кравченко Т.В.,

рассмотрев 07.06.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ТверьЭнергоСервис» ФИО1 на определение Арбитражного суда Тверской области от 29.12.2020 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2021 по делу № А66-6410/2016,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Тверской области от 20.10.2016 возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «ТверьЭнергоСервис», адрес: 170042, 

<

...>,  ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество).

Определением от 12.12.2016 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1.

Решением от 02.05.2017 Общество признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1

Конкурсный управляющий ФИО1 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  общества с ограниченной ответственностью управляющей компании «Энергосервис» (далее – ООО УК «Энергосервис»), ФИО2, ФИО3 и взыскании с указанных лиц в пользу Общества солидарно 110 182 978 руб. 36 коп.

Определением от 29.12.2020, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2021,  в удовлетворении заявленных требований было отказано. 

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО1 просит определение от 29.12.2020 и постановление от 23.03.2021 отменить в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, принять по делу новый судебный акт. 

По мнению подателя кассационной жалобы, судебные акты в обжалуемой части являются незаконными и необоснованными в связи с неправильным применением судами нижестоящих инстанций норм материального  права, а также несоответствием выводов судов доказательствам, представленным в материалы дела. По мнению конкурсного управляющего, именно долги перед ресурсоснабжающими организациями явились причиной банкротства должника и ФИО2, проявляя должную осмотрительность, не должен был заключать заведомо убыточные договоры по приобретению котельных и оборудования по завышенным ценам, по принятию Обществом на себя дополнительных обязательств. 

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами, должник зарегистрирован в качестве юридического лица Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 12 по Тверской области, запись в Единый государственный реестр юридических лиц внесена 11.11.2010 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>.

Руководителями  должника   являлись в период с 11.11.2010 по 31.01.2011 Голодный А.Ю., в период с 01.02.2011 по 09.07.2014 - ООО УК «Энергосервис», руководителем которого, в свою очередь, являлся ФИО2, с 10.07.2014 по 05.09.2014 - ФИО4, с 06.09.2014 по 24.04.2017 - Голодный А.Ю. 

Определением от 20.10.2016  возбуждено производство по делу о банкротстве Общества. В реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов в размере 110 182 978 руб. 36 коп.

Конкурсный управляющий ФИО1, обращаясь с заявлением в суд, ссылался на пункт 4  статьи 10 Федерального закона от 26.09.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и неправомерные действия ФИО2, выразившиеся в том, что в период руководства ООО УК «Энергосервис» должником последний принял неисполнимые обязательства, заключив с публичным акционерным обществом «Сбербанк» кредитные договоры от 29.02.2012, от 18.06.2013, от 06.12.2013  на строительство котельных и  приобретение оборудования для котельных по договору купли-продажи от  25.07.2011 № 16, договору подряда от 27.02.2012 № 87/06, договорам от 27.02.2012 № 89/06 и № 90/06, заключенным с обществом с ограниченной ответственностью «ПО Монтажспецстрой» и обществом с ограниченной ответственностью «НПО «Монтажспецстрой».

Суды двух инстанций в удовлетворении заявления отказали, указав на то, что в рассматриваемом случае условия указанных конкурсным управляющим кредитных договоров не отличались от обычно принятых условий кредитных договоров  кредитных организаций и не были невыгодны для должника, привлечение денежных средств было связано с осуществлением должником  хозяйственной деятельности. Доказательств того, что действия руководителя  Общества выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска,  подателем жалобы представлено не было.

Кассационная инстанция не находит оснований для удовлетворения жалобы по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

Суды двух инстанций, принимая во внимание то, что дело о банкротстве возбуждено определением суда от 20.10.2016, должник признан банкротом решением суда от 02.05.2017, а конкурсный управляющий связывает возникновение оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности с совершением сделок, причинивших существенный вред обществу, в период 2011-2013 годы, правильно применили к спорным отношениям положения статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ).

Согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в применяемой к спорным правоотношениям редакции в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения контролирующим должника лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц.

Отказывая в удовлетворении заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, суды первой и апелляционной инстанций правомерно исходили из того, что конкурсным управляющим не был доказан факт совершения ФИО2 действий, повлекших ухудшение финансового состояния должника, направленных на уклонение от расчетов с кредиторами, причинение убытков и признание должника банкротом, а также совершения им сделок, имевших цель причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Факт неплатежеспособности должника в период получения кредитных средств и приобретения котельных и оборудования к ним документально не подтвержден.

Предоставление Обществу кредитов являлось одним из источников для создания и запуска современного оборудования котельных, развития производства и оказания услуг потребителям. 

Совершение ФИО2 каких-либо сделок, направленных на вывод активов Общества в преддверии банкротства, не установлено судами.

Реализация имущества по итогам проведенной процедуры торгов по цене значительно ниже цены приобретения не признано судами обстоятельством, свидетельствующим о заключении контролирующими должника лицами заведомо убыточных договоров по приобретению котельных и оборудования в них по завышенным ценам. Приобретение оборудования и котельных осуществлялось в июле 2011 года - феврале 2012 года, тогда как торги по реализации данного имущества проводились в 2018 году - 6 лет спустя. Значительный временной промежуток с даты приобретения до даты продажи, амортизация продаваемого имущества, а также сам рынок обусловили именно ту цену продажи имущества должника, по которой оно перешло к залоговому кредитору Шварцу Г.Р. 

В то же время суд кассационной инстанции не может согласиться с выводом судов о том, что ФИО2 являлся контролирующим должника лицом в связи со следующим.

В силу абзаца тридцать первого статьи 2 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) контролирующим должника лицом признавалось лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Доказательств того, что ФИО2 имел в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании Общества банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в материалы дела не представлены.

Судами установлено, что ООО УК «Энергосервис» осуществляло руководство должником с 01.02.2011 по 09.07.2014, то есть в течение более чем двух лет до принятия заявления о признании Общества банкротом (принято определением суда от 20.10.2016).

Также действия по заключению кредитных договоров от 29.02.2012, 18.06.2013, 06.12.2013  на строительство котельных и  приобретение оборудования для котельных по договору купли-продажи от  25.07.2011 № 16, договору подряда от 27.02.2012 № 87/06, договорам от 27.02.2012 № 89/06 и № 90/06 находятся за пределами двухлетнего срока до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Конкурсным управляющим не представлены доказательства того, что после прекращения у ООО УК «Энергосервис» полномочий единоличного исполнительного органа Общества ФИО2 как контролирующее лицо по отношению к управляющей компании  продолжал оказывать значительное влияние на должника, органы его управления, сохранил контроль над должником или его активами, манипулировал данными о финансовом состоянии должника, документами бухгалтерской отчетности и учета в целях сокрытия значимой информации от кредиторов, либо предпринимал действия, препятствующие реализации кредиторских полномочий по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника.

При этом ошибочный вывод судов о том, что ФИО2 является контролирующим должника лицом, не привел к принятию судами незаконных судебных актов.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным при рассмотрении настоящего обособленного спора доказательствам. Оснований для переоценки выводов судов не имеется.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, не могут быть приняты во внимание, поскольку не содержат ссылок на обстоятельства, которые не были проверены судами и могли бы повлиять на обоснованность и законность судебных актов. 

Нормы материального права применены правильно. Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено.

Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 29.12.2020 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2021 по делу № А66-6410/2016 оставить без изменения, а кассационную жалобу  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ТверьЭнергоСервис» ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

А.А. Чернышева

Судьи

А.А. Боровая

Т.В. Кравченко