ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

03 февраля 2025 года Дело № А55-10751/2023

№11АП-17167/2024

г. Самара        

резолютивная часть постановления объявлена 23 января 2025 года.

полный текст постановления изготовлен 03 февраля 2025 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Дегтярева Д.А., судей: Копункина В.А., Коршиковой Е.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Герасимовой Е.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании 23 января 2025 года апелляционную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Самарской области от 08.10.2024 по делу №А55-10751/2023 (судья Балькина Л.С.) 

по иску 1.ФИО4; 2. ФИО2 

к 1.ФИО7; 

2. ФИО3; 

3. ФИО1 

о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 3 683 005 руб. 42 коп.,

третьи лица: МРИ ФНС РФ № 24 по Самарской области, Общество с ограниченной ответственностью «Спартак» (ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании:

от истцов (ФИО4, ФИО2) - представитель ФИО5 по доверенности от 18.12.2020,

от ответчиков:

- ФИО1 - представитель ФИО6 по доверенности от 08.10.2023,

- ФИО7 - не явились, извещены надлежащим образом,

- ФИО3 - не явились, извещены надлежащим образом,

от третьих лиц - не явились, извещены надлежащим образом,

установил:

ФИО4 и ФИО2 обратились в арбитражный суд с иском о привлечении ФИО7, ФИО1, ФИО3 к субсидиарной ответственности по задолженности Общества с ограниченной ответственности «Спартак» и взыскании 3 683 005 руб. 42 коп.

Определением от 19.08.2024 суд привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Межрайонную Инспекцию Федеральной налоговой службы России № 24 по Самарской области, Общество с ограниченной ответственностью «Спартак».

Решением Арбитражного суда Самарской области от 08.10.2024 по делу №А55-10751/2023 с ответчика ФИО1 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности в пользу ФИО4 взыскано 3 114 941 руб. 06 коп., в пользу ФИО2 - 568 064 руб. 36 коп.

В иске к ответчикам ФИО7, ФИО3 отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой. В обоснование доводов жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, отсутствие своей вины в причинении убытков. Несмотря на то, что юридическое лицо – должник – является действующим и не исключено из ЕГРЮЛ, иск удовлетворен. Заявитель просит решение суда в части взыскания убытков с ответчика ФИО1 отменить и принять новый судебный акт об отказе в иске.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2024 апелляционная жалоба ответчика принята к производству, судебное заседание по рассмотрению жалобы назначено на 23.01.2025.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

 В судебное заседание арбитражного суда апелляционной инстанции явились представители истцов и ответчика – заявителя жалобы. 

Иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. В соответствии со статьями 123 и 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неявка лица, участвующего в деле, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения дела.

Представитель ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить решение суда первой инстанции в части убытков с ФИО1 и к этому ответчику в иске отказать.

Представитель истцов возражал против доводов жалобы и просил решение суда оставить без изменения.

В отзыве ответчик ФИО3 просит апелляционную жалобу удовлетворить, рассмотреть дело в свое отсутствие. 

В отзыве ответчик ФИО7 просит апелляционную жалобу удовлетворить в связи с неправильным применением норм права, рассмотреть дело в свое отсутствие.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" указано, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Из пояснений представителей ответчика (ФИО1) и истца установлено, что возражений относительно проверки законности и обоснованности решения только в обжалуемой части у сторон не имеется.

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, отзывов, заслушав в судебном заседании представителей сторон, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в 1992 году с участием истцов было образовано ТОО «Спартак», которое в 1995 году по договору купли-продажи в порядке приватизации приобрело в собственность нежилое помещение (магазин) площадью 891,1 кв.м. и земельный участок площадью 1836,60 кв.м., расположенные по адресу: г.Самара, Октябрьский район, ул. Ново-Садовая, 31.

В 2002 году учредительные документы ТОО «Спартак» были приведены в соответствие с требованиями действующего законодательства путем преобразования ТОО «Спартак» в ООО «Спартак». 

Доля истцов в ООО «Спартак» составляла 33,33%, из них: 28,23% - доля ФИО4; 5,1% - доля ФИО8

30.07.2015 истцы подали заявления о выходе из состава участников (учредителей) ООО «Спартак» и в соответствии с их заявлением и действующим законодательством просили выплатить им действительную стоимость доли.

После выхода 30.07.2015 ФИО4 и ФИО8 из ООО «Спартак» единственным участником (учредителем ООО «Спартак») с долей 100% в Уставном капитале стал ФИО7. 

Обществом с ограниченной ответственностью «Спартак» не была рассчитана и выплачена действительная стоимость их долей в обществе, а также не было передано имущество ООО «Спартак» пропорционально их долям, а была лишь выплачена значительно заниженная часть их доли, в связи с чем 25.11.2015 ФИО4 и ФИО8 обратились в Арбитражный суд Самарской области с исковым заявлением к ООО «Спартак» о взыскании действительной стоимости доли, делу присвоен № А55-28907/2015, в рамках которого была назначена судебная экспертиза по определению размера действительной доли участия. 

Так, согласно заключению эксперта от 13.10.2016 № 16/С-1224 стоимость чистых активов ООО «Спартак» с учетом рыночной стоимости его основных средств по состоянию на 30.06.2015 составила 47 686 727 рублей.

Действительная стоимость 28.23% доли участия ФИО4 от величины уставного капитала ООО «Спартак» с учетом определенной экспертизой стоимости чистых активов ООО «Спартак» по состоянию 30.06.2015 составляет: 

- с учетом земельной доли - 13 461 963,03 рублей, 

- без учета земельной доли - 10 640 252,58 рублей. 

Действительная стоимость 5,1% доли участия ФИО2 от величины уставного капитала ООО «Спартак» с учетом определенной экспертизой стоимости чистых активов ООО «Спартак» по состоянию 30.06.2015 г составляет: 

- с учетом земельной доли - 2 432 023,08 рублей. 

- без учета земельной доли - 1 922 256,05 рублей.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 06 марта 2017 с общества с ограниченной ответственностью «Спартак» в пользу ФИО4 взыскано 10 816 542 руб. 79 коп. действительной стоимости доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Спартак», а также расходов на оплату услуг эксперта - 59 289 руб. 00 коп., на оплату юридических услуг - 25 000 руб. 00 коп. и по государственной пошлине в сумме 73 563 руб. 36 коп. С общества с ограниченной ответственностью «Спартак» в пользу ФИО2 взыскано 1 954 руб. 104 руб. 44 коп. действительной стоимости доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Спартак», а также расходов на оплату услуг эксперта - 10 711 руб. 00 коп., на оплату юридических услуг - 25 000 руб. 00 коп. и по государственной пошлине в сумме 13 289 руб. 87 коп. 

Не согласившись с выводами суда первой инстанции, ФИО9 обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт. Одновременно с подачей жалобы ФИО9 заявил ходатайство о проведении по делу дополнительной экспертизы.

Одиннадцатым арбитражным апелляционным судом по ходатайству ФИО9 по делу № А55-28907/2015 была назначена дополнительная судебная экспертиза.

Постановлением Одиннадцатого Арбитражного апелляционного суда от 18.08.2017 по делу № А55-28907/2015 решение Арбитражного суда Самарской области от 06 марта 2017 года по делу №А55-28907/2015 изменено в части взыскания с ООО «Спартак» в пользу ФИО4 и ФИО2 действительной стоимости доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Спартак» и судебных расходов.

 С общества с ограниченной ответственностью «Спартак» в пользу ФИО4 взыскано 3 092 900 руб. 06 коп. действительной стоимости доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Спартак», 22 041 руб. 00 коп. – расходов на оплату государственной пошлины за подачу искового заявления. 

С общества с ограниченной ответственностью «Спартак» в пользу ФИО2 взыскано 558 759 руб. 36 коп. действительной стоимости доли в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Спартак», 9 305 руб. 00 коп. – расходов на оплату государственной пошлины за подачу искового заявления. В остальной части в удовлетворении искового заявления отказано.

На момент выхода ФИО4 и ФИО8 из Общества, ООО «Спартак» принадлежало следующее имущество:

-нежилое помещение (магазин) площадью 891,1 кв.м. расположенный по адресу: г.Самара, Октябрьский район, ул. Ново-Садовая, дом 31.

-земельный участок под встроено-пристроенным помещением магазина площадью 1836,60 кв.м. расположенный по адресу: г. Самара, Октябрьский район, ул. Ново-Садовая, дом 31.

24.10.2015 оставшийся единственный учредитель ООО «Спартак» ФИО7 переоформил договором купли-продажи вышеуказанное недвижимое имущество: нежилое помещение площадью 891,1 кв.м. и земельный участок площадью 1836,60 кв.м., принадлежащие ООО «Спартак», на ФИО9, который совместно с ФИО7 и директором ООО «Спартак» - ФИО3 являлись учредителями ООО «Автоком» в равных долях.

Истцы указывают, что общая стоимость нежилого помещения площадью 891,1 кв.м. и земельного участка площадью 1836,60 кв.м. в договоре купли-продажи с ФИО9 была занижена ФИО7 и ФИО3 почти в два раза и указана в размере 11 000 000 рублей.

При этом, из 11 000 000 рублей ФИО9 согласно договору оплатил ООО «Спартак» только 4 000 000 рублей, а оставшиеся ещё 7 000 000 рублей должен был оплатить ООО «Спартак» в срок до 30.11.2016 года.

ФИО9 в срок, установленный в договоре купли-продажи (до 31.11.2016 года), 7 000 000 рублей ООО «Спартак» не оплатил.

По мнению истцов, ФИО7, с целью дальнейшего уклонения от выплаты ФИО4 и ФИО8 действительной стоимости их доли, 04.12.2015 принял решение о реорганизации ООО «Спартак» путем его присоединения к вновь созданному 17.11.2015 года ООО ПК «Новосибирский молочный завод», с уставным капиталом 10 000 рублей.

16.03.2016 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службой № 11 по Вологодской области в ЕГРЮЛ была внесена запись за № 2163525258213 о прекращении деятельности ООО «Спартак».

Вступившим в законную силу решением Промышленного районного суда г. Самары от 11.10.2016 по делу № 2а-6232/2016 запись ГРН № 2163525258213 о прекращении деятельности ООО «Спартак» признана недействительной. 

Из вышеизложенного истцы делают вывод о том, что ответчики, имея общий интерес с целью сокрытия имущества ООО «Спартак», путем заключения договора купли-продажи недвижимого имущества, обнулили активы Общества, чем нарушили законные права и интересы истцов.

В декабре 2016 года ООО «Спартак» в лице его единственного участника ФИО7 и директора ФИО3 приняли решение о смене учредителя и руководителя ООО «Спартак» путем приема в состав учредителей ООО «Спартак» ФИО10, о чем 30.01.2017 сделана запись в ЕРГЮЛ, при этом ФИО7 вышел из состава учредителей ООО «Спартак», а ФИО3 перестал быть директором общества, о чем также свидетельствует запись в ЕГРЮЛ.

При смене учредителя и директора ООО «Спартак» меняется и адрес регистрации ООО «Спартак» с ул. Ново-Садовая, 31, на ул. Осипенко, дом 3, строение 4, офис 27, по которому ООО «Спартак» никогда не находилось и не находится, что подтверждается материалами исполнительного производства, записью налоговой инспекции в ЕГРЮЛ о предоставлении недостоверных сведений.

17.12.2016 ФИО9 договором купли-продажи переоформил ранее принадлежащее ООО «Спартак» имущество на гражданина ФИО11, с указанием в договоре стоимости имущества 11 000 000 рублей.

ФИО9, получив в декабре 2016 года 11 000 000 рублей от ФИО11, должен был погасить просроченный долг перед ООО «Спартак» и внести на расчетный счет ООО «Спартак» 7 000 000 рублей, однако этого не сделал.

В дальнейшем ФИО9 в качестве доказательств погашения долга перед ООО «Спартак» в размере 7 000 000 рублей представил в Октябрьский районный суд г. Самары копии актов приема-передачи простых векселей от 16.02.2017, которые он якобы передал новому директору ООО «Спартак» - ФИО12 на общую сумму 7 000 000 рублей и которые должны были быть оплачены ООО «Спартак» частично 03.05.2017, а частично 28.08.2017.

10.03.2017 между ФИО10 и ФИО1 заключен договор купли-продажи части доли в уставном капитале ООО «СПАРТАК», удостоверенный нотариусом г.о. Самара ФИО13 и зарегистрированный в реестре за № 1-851.

При этом истцы указывают, что на момент приобретения ФИО1 доли в Уставном капитале ООО «СПАРТАК» какого-либо имущества на балансе общества не было, также, как и не было денежных средств, так как отсутствовал открытый расчетный счет, какой-либо финансовой и хозяйственной деятельности в обществе не велось ни в начале 2017 года, ни после 16.02.2017, когда якобы ООО «Спартак» были переданы векселя на сумму 7 000 000 рублей. 

Среди копий простых векселей, которыми предположительно ФИО9 16.02.2017 погасил долг перед ООО «Спартак», имеются копии векселя Банка ВТБ (ПАО) № 093050000162 бланк А 151 и № 093050000163 бланк А 151310, которые выданы по договору передачи простых векселей Банка ВТБ (ПАО) № 724778/68 от 07.02.2017 года и № 724778/69 от 09.02.2017 года в адрес ООО «Современные Технологии Строительства» (ИНН 

<

***>), в котором ФИО7 является управляющим, а ФИО3 является единственным учредителем.

Истцы предполагают, что ФИО7 и ФИО3 сначала приобрели векселя Банка ВТБ, а затем передали их ФИО9 для того, чтобы последний рассчитался с ООО «Спартак» не денежными средствами, а векселями, без какой-либо бухгалтерской проводки (учета).

Оригиналы векселей ООО «Спартак» не передавались, акт приема-передачи векселей ООО «Спартак» оформлен формально, поскольку оригиналы векселей находились у третьих лиц и оплату по ним получили третьи лица (предъявлены к оплате ПАО «Порт Тольятти» на сумму 6 500 000 рублей и один вексель на сумму 500 000 рублей предъявлен гражданином ФИО14.). 

По бухгалтерским документам и налоговой отчетности проводка векселей не проводилась, а якобы получивший 16.02.2017 по актам приема-передачи 17 простых векселей на сумму 7 000 000 рублей и умерший 09.01.2018 директор ООО «Спартак» - ФИО10 фактическое владение векселями не доказал. 

ФИО10 до смерти векселя к оплате не предъявлял.

20.03.2017 ФИО10 включил ФИО1 в состав участников ООО «Спартак» с долей в уставном капитале равной 51%, у себя ФИО10 сохранил лишь 49% и остался директором ООО «Спартак».

В настоящее время по вине ФИО15 в ЕГРЮЛ внесена очередная запись о предстоящем исключении ООО «Спартак» из ЕГРЮЛ (запись от 29.07.2024 №4551). 

Так, истцы указывают, что учредитель ООО «Спартак» ФИО15 обладая долей 51% после смерти учредителя и директора ООО «Спартак» ФИО10 (с долей 49%), проявил бездействие, не привел учредительные документы ООО «Спартак» в соответствие, в связи с чем, до настоящего времени в ООО «Спартак» директором значится умерший 09.01.2018 ФИО12

ФИО15 как участник ООО «Спартак» с контрольным процентом голосов не принимал и не принимает меры не только к приведению учредительных документов в соответствие, но и для исполнения решения суда и погашения долга не принимает решение об обращении в суд о признании ООО «Спартак» несостоятельным (банкротом), неправомерно ждет исключения ООО «Спартак» регистрирующим органом из ЕГРЮЛ за недостоверные сведения, причиняя тем самым истцам значительный материальный ущерб.

Истцы ссылаются на то, что действия ответчиков повлекли невозможность погашения требований кредиторов, в результате чего был причинен существенный вред их имущественным правам, а также невозможность введения процедуры банкротства. Кроме того, истцы полагали, что операции, связанные с недвижимым имуществом должника, имеют признаки вывода активов должника с целью неисполнения решения суда по делу № А55-28907/2015.

Отказывая в иске к ответчику ФИО7, арбитражный суд исходил из того, что первый перестал быть участником ООО «Спартак» 30.01.2017 (дата внесения записи в ЕГРЮЛ о переходе права собственности на долю ФИО10), то есть за три месяца по принятия решения Арбитражным судом Самаркой области по делу №А55-28907/2015 и за шесть месяцев до вынесения Одиннадцатым арбитражным судом Постановления от 18.08.2017 по делу №А55-28907/2015, которым с ООО «Спартак» взыскано в пользу истцов - 3 683 005 рублей.

23 января 2017 года ФИО7 АВ. продал принадлежащую ему долю в размере 100 % уставного капитала ООО «Спартак» ФИО10, который согласно сведениям ЕГРЮЛ с 30.01.2017 по 02.02.2023 являлся участником (до 20.03.2017 с долей 100% уставного капитала, с 20.03.2017 с долей 49% уставного капитала) и директором ООО «Спартак». Таким образом, на дату возникновения у кредиторов требований к ООО «Спартак», подтвержденных судебным актом, ФИО7 не являлся лицом, контролирующим ООО «Спартак».  

Судом установлено, что расчет действительной стоимости доли истцов был произведен ООО «Спартак» с учетом средней рыночной стоимости недвижимого имущества, принадлежащего ООО «Спартак» в период, предшествующий дню подачи истцами заявления о выходе: нежилое помещение и доли в праве на земельный участок по адресу: Самарская область, г. Самара, р-н Октябрьский, ул. Ново-Садовая, д. 31.

По оценке ООО «Спартак» средняя рыночная стоимость указанного недвижимого имущества по состоянию на 30.06.2015 составила 11 000 000 рублей. По этой же цене ФИО7 и было принято решение о продаже данного имущества ФИО9

Вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда от 27.04.2018 по делу №2-1314/2018 по иску ФИО4 и ФИО2 к ООО «Спартак», ФИО9 и ФИО11 о признании сделок купли-продажи недвижимого имущества недействительными (ничтожными) ФИО9 установлено, что оплата по договору купли-продажи от 22.10.2015 произведена в полном объеме: в безналичной форме денежными средствами в размере 4 000 000 руб. (том 1, л.д. 151) и на сумму 7 млн. руб. простыми векселями (л.д. 152-171), что подтверждается копиями актов приема-передачи векселей от 16.02.2017.

По запросу арбитражного суда Октябрьский районный суд г. Самары из материалов дела №2-1314/2018 представил в материалы рассматриваемого дела копии двух актов приема-передачи векселей от 16.02.2017 с приложением копий векселей.

Согласно одному акту от 16.02.2017 ФИО9 передал ООО «Спартак» два векселя Банка ВТБ на общую сумму 1 700 000 рублей. 

Согласно второму акту от 16.02.2017 ФИО9 передал в ООО «Спартак» 15 векселей Газпромбанка на сумму 5 300 000 рублей. 

Всего передано 17 простых векселей на сумму 7 000 000 рублей со сроком погашения:

- 6 векселей на сумм 1 800 000 рублей - не ранее 03.05.2017г.;

- 1 вексель на сумму 1 200 000 рублей - не ранее 05.05.2017г.;

- 10 векселей на сумму 4 000 000 - не ранее 28.08.2017г.

На дату получения данных векселей от ФИО9 (16.02.2017г.) единственным участником и директором ООО «Спартак» являлся ФИО10.

Согласно ответу Банка ВТБ (ПАО) вексель на 500 000 рублей выдан 07.02.2017 организации - ООО «Современные технологии строительства» (ООО «СТС»), предъявлен к погашению ОАО «Порт Тольятти» 03.05.2017. Вексель на сумму 1 200 000 рублей 09.02.2017 выдан ООО «СТС» и предъявлен к погашению 05.05.2017 ОАО «Порт Тольятти».

На обороте векселей содержится единственный бланковый индоссамент ООО «СТС». 

В четвертом абзаце п. 9 совместного Постановления Пленумов Верховного суда Российской Федерации и Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 04.12.2000 N 33/14 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей" указано, что если последний индоссамент является бланковым (то есть не содержащим указания лица - индоссата), то в качестве законного векселедержателя рассматривается лицо, у которого вексель фактически находится; данное лицо вправе осуществлять все права по векселю, в том числе и право требования платежа.

Согласно ответу Газпромбанка все векселя были выданы организации - ПАО «Волгоградэнергосбыт»: 5 векселей - 22.07.2016 и 10 векселей - 27.10.2016. Из них 2 векселя на сумму 1 000 000 предъявлены к погашению ФИО14 28.03.2017, остальные векселя предъявлены к погашению 03.05.2017 и 28.08.2017 ПАО «Порт Тольятти».

Сам по себе тот факт, что два векселя Банка ВТБ (ПАО) на общую сумму 1 700 000 рублей изначально были приобретены у банка организацией ООО «СТС», участником которой является ФИО7, а предъявлены к погашению не ООО «Спартак», а ОАО «Порт Тольятти», не может свидетельствовать о какой-либо связи ФИО7 с дальнейшей судьбой данных векселей после их первой передачи. В 2015-2018 годах банковские векселя активно использовались между различными предприятиями в качестве средства платежа, которые передавали эти векселя за отгруженный товар, выполненные работы, оказанные услуги. При этом векселя передавались по актам приема-передачи без проставления индоссаментов на самих векселях.

В ответ на запрос суда о том кем, когда, на основании чего и в счет оплаты каких сделок ПАО (ОАО) «Порт Тольятти» были переданы вышеуказанные векселя ПАО «Порт Тольятти» сообщило, что получило данные векселя от ООО «Кортес» (ИНН 

<

***>) в счет оплаты уступки права требования в соответствии с договором цессии от 10.03.2017 и дополнительным соглашением от 30.03.2017 к нему. Данный факт хозяйственной деятельности отражен ПАО «Порт Тольятти» в данных бухгалтерского и финансового учета, однако сам договор цессии со всеми относящимися к нему документами был уничтожен в 2023 году в связи с истечением сроков хранения.

Из всего вышесказанного следует, что директор ООО «Спартак» ФИО10, являющийся единственным участником Общества, 16.02.2017 получил от ФИО9 векселя на сумму 7 000 000 рублей и произвел последующее отчуждение данных векселей, имея возможность получить за эти векселя денежные средства с минимальным дисконтом.

Таким образом, причиной неисполнения обязательств перед истцами явилось не заключение договора купли-продажи недвижимого имущества от 22.10.2015, а уклонение директора ООО «Спартак» ФИО10 от исполнения обязательств перед истцами при наличии такой возможности.

Кроме этого, в 2016 году ФИО4 и ФИО2 обращались в Октябрьский районный суд г. Самары с иском к ООО «Спартак» о признании договора купли-продажи от 22.10.2015 недействительной сделкой.

ФИО7 был привлечен к участию в деле в качестве третьего лица. Определением суда от 06.04.2016 произведена замена ответчика ООО «Спартак» на правопреемника ООО «Новосибирский молочный завод» (в связи с реорганизацией в форме присоединения). 

Решением Октябрьского районного суда от 18.05.2016 по делу №2-1983/2016 в удовлетворении требований отказано. Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 04.08.2016 по делу №33-9814/2016 решение оставлено без изменения.

В дальнейшем истцы также обращались с заявлением о пересмотре указанного решения по новым или вновь открывшимся обстоятельствам: в связи с принятием Промышленным районным судом решения от 11.10.2016, которым запись о прекращении деятельности ООО «Спартак» признана недействительной. В удовлетворении этого заявления истцам также отказано.

Решением Октябрьского районного суда от 27.04.2018 по делу №2-1314/2018 по иску ФИО4 и ФИО2 к ООО «Спартак», ФИО9 и ФИО11 о признании сделок купли-продажи недвижимого имущества недействительными (ничтожными) и применении последствий недействительности ничтожных сделок требования истцов также оставлены без удовлетворения. Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам от 19 июля 2018 года по делу №33-8690/2018 решение Октябрьского районного суда от 27.04.2018 оставлено без изменения.

Относительно доводов истцов о принятии ФИО7 решения от 04.12.2015 о реорганизации ООО «Спартак» путем присоединения к вновь созданному ООО ПК «Новосибирский молочный завод» ФИО7 пояснил суду, что в 2016 году ФИО4 и ФИО2 обращались в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании указанного решения о реорганизации ООО «Спартак» недействительным.

Решением Арбитражного суда Самарской области по делу №А55-583/2016 в удовлетворении указанных требований отказано. Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2016 и Постановлением арбитражного суда Поволжского округа от 07.10.2016 решение по делу № А55-583/2016 оставлено без изменения, а жалобы ФИО4 и ФИО2 без удовлетворения.

Имея на руках решение суда по делу № А55-583/2016, вступившее в законную силу 09.06.2016, ФИО4 и ФИО2 11.07.2016 (через месяц после решения) обратились в Промышленный районный суд г. Самары с заявлением в порядке административного судопроизводства о признании действий Межрайонной инспекции ФНС № 11 по Вологодской области по внесению изменений в ЕГРЮЛ в части реорганизации ООО «Спартак» незаконными. 

Однако, при рассмотрении дела № 2а-6232/2016 в Промышленном районном суде г.Самары истцы умолчали о судебных актах по делу № А55-583/2016.

ФИО7 к участию в деле № 2а-6232/2016 не привлекался и решение Промышленного суда г. Самары по делу № 2а-6232/2016 принято без учета судебных актов по делу №А55-583/2016.

Отказывая в иске к ответчику ФИО3, арбитражный суд первой инстанции исходил из того, что на момент образования у ООО «Спартак» обязанности по оплате действительной стоимости доли согласно Постановлению Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2017 по делу №А55-28907/2015 перед заявителями, единственным учредителем и директором ООО «Спартак» являлся ФИО10. 

На момент исключения ООО «Спартак» из ЕГРЮЛ (02.02.2023) ФИО3 не являлся контролирующим общество лицом, следовательно, его действия или бездействия не могли явиться причиной принятия регистрирующим органом решения об исключении ООО «Спартак» из ЕГРЮЛ.

Поскольку полномочия ФИО3 в должности директора ООО «Спартак» прекращены 23.01.2017, а вменяемые ему истцами действия имели место до 28.06.2017, то у суда отсутствуют правовые основания для применения к ФИО3 данной нормы.

Удовлетворяя исковые требования к ответчику ФИО1, арбитражный суд первой инстанции исходил из того, что с 09.01.2018 у должника (ООО «Спартак») отсутствовал единоличный исполнительный орган в связи со смертью директора ФИО10.

После смерти директора должника, в отсутствие решения о назначении нового руководителя общества, обязанность по осуществлению руководства ООО «Спартак» перешла на его участника – ФИО1 с долей в уставном капитале равной 51%.

Следовательно, после смерти руководителя ФИО10, ответчик ФИО1 как участник общества, был лицом, имеющим фактическую возможность определять действия юридического лица, осознавая невозможность погашения кредиторской задолженности, должен был инициировать обращение с заявлением о банкротстве ООО «Спартак». ФИО1 имел возможность предпринять все необходимые меры по выяснению указанных обстоятельств, однако фактически своими возможностями не воспользовался. Кроме того, в его полномочия как единственного участника общества входило назначение и увольнение исполнительного органа общества, директор общества подотчетен учредителю, в связи с чем наряду с директором общества его единственный участник является лицом, контролирующим деятельность общества.

Доводы ФИО1 о том, что он не знал о текущей деятельности общества, не приняты судом во внимание, т.к. не являются основаниями для освобождения его от какой-либо ответственности, поскольку участник общества, действуя добросовестно и разумно, должен принимать участие в делах общества.

ФИО1 не представлено доказательств наличия объективных препятствий по осуществлению контроля за деятельностью ООО «Спартак» и объективной невозможности принятия решения о ликвидации общества, подачи заявления о несостоятельности (банкротстве). Факт его неучастия в делах общества, в котором он до настоящего времени является единственным участником, доказывают его бездействие, повлекшее возникновение убытков у истцов.

Как указал суд первой инстанции, доведение ФИО1 общества до состояния, когда оно не отвечает признакам действующего юридического лица, может свидетельствовать о намерении прекратить его деятельность в обход установленной законодательством процедуры ликвидации (банкротства) в ущерб интересам кредиторов. В ином случае, если юридическое лицо было намерено прекратить деятельность, такое прекращение происходило бы через процедуру ликвидации с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств - через процедуру банкротства.

Арбитражный суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 по следующим основаниям.

Для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности доказыванию подлежит в силу статьи 65 АПК РФ состав правонарушения, включающий наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о возмещении убытков разъяснены в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно которым по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Бремя доказывания обратного (опровержение презумпции наличия причинной связи между противоправным бездействием и возникновением убытков, оспаривание размера убытков) лежало на ответчике, но не реализовано им (статьи 9, 65 АПК РФ).

Ответчик при рассмотрении настоящего спора представил мотивированный отзыв.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" отражена правовая позиция, согласно которой предусмотренная оспариваемой нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

При этом, как отмечается Верховным Судом Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК РФ) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1(2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 N 305-ЭС19-17007(2)).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК РФ, образовавшиеся в связи с исключением из ЕГРЮЛ общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Лицам, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, законом предоставляется возможность подать мотивированное заявление, при подаче которого решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается (пункты 3 и 4 статьи 21.1 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей"), что, в частности, создает предпосылки для инициирования кредитором в дальнейшем процедуры банкротства в отношении должника. Во всяком случае, решение о предстоящем исключении не принимается при наличии у регистрирующего органа сведений о возбуждении производства по делу о банкротстве юридического лица, о проводимых в отношении юридического лица процедурах, применяемых в деле о банкротстве (абзац второй пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей"). Это дает возможность кредиторам при наличии соответствующих оснований своевременно инициировать процедуру банкротства должника.

Однако само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались подобной возможностью для пресечения исключения общества из ЕГРЮЛ, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его не вовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу названного положения статьи 3 Закона N 14-ФЗ, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, не предоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Требуется, чтобы именно неразумные и (или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления N 53).

При предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

В определениях Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671, от 10.01.2022 N 307-ЭС21-24748, от 08.11.2021 N 302-ЭС21-17295 и от 26.05.2021 N 307-ЭС21-7181 указано, что не сдача финансовой и бухгалтерской отчетности, не представление в налоговый орган достоверных сведений о юридическим лице, само по себе не образует достаточных оснований для привлечения соответствующих лиц к субсидиарной ответственности, поскольку не означает, что при сохранении статуса юридического лица у должника последний имел возможность осуществить расчеты с кредитором, но уклонилось от исполнения денежного обязательства. Наличие у юридического лица непогашенной задолженности само по себе не может являться бесспорным доказательством вины его руководителя в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга.

Стандарт доказывания по искам о взыскании убытков с лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица, предполагает предоставление ясных и убедительных доказательств, свидетельствующих о вине контролирующего лица.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 N 304-ЭС21-18637 в отношении процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания по данной категории дел, указано, что в соответствии с положениям части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации она должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор.

Верховный суд Российской Федерации в определениях от 06.03.2023 N 304-ЭС21-18637, от 03.11.2022 N 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 N 305-ЭС22-14865 отметил, что участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их "продолжением" (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества, если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота.

Поскольку добросовестное поведение стороны в гражданском обороте предполагается, противоправность и недобросовестность поведения должны быть доказаны истцом и установлены судом с высокой степенью достоверности.

Из материалов дела не следует и истцом не приведены доказательства того, что обстоятельства продажи прежними участниками общества ликвидных активов общества при отсутствии полного расчета с кредиторами имеют какое-либо отношение к ФИО1

 Очевидно, что ответчик ФИО1 никак не мог повлиять на обстоятельства формирования долга до того как приобрел долю в обществе и стал его участником.

Также из материалов дела не следует и истцом не представлены доказательства того, что ФИО1 имеет какое-либо отношение к получению 17 простых векселей либо к их последующей реализации. Арбитражным судом первой инстанции установлено, что векселя получил ФИО10

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК РФ, образовавшиеся в связи с исключением из ЕГРЮЛ общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Лицам, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, законом предоставляется возможность подать мотивированное заявление, при подаче которого решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается (пункты 3 и 4 статьи 21.1 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей"), что, в частности, создает предпосылки для инициирования кредитором в дальнейшем процедуры банкротства в отношении должника. Во всяком случае, решение о предстоящем исключении не принимается при наличии у регистрирующего органа сведений о возбуждении производства по делу о банкротстве юридического лица, о проводимых в отношении юридического лица процедурах, применяемых в деле о банкротстве (абзац второй пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей"). Это дает возможность кредиторам при наличии соответствующих оснований своевременно инициировать процедуру банкротства должника.

Дело о банкротстве в отношении ООО «Спартак» никогда не возбуждалось и не было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве; общество несостоятельным (банкротом) не признано; процедуры, применяемые в деле о банкротстве, в отношении общества не вводились.

Как следует из общедоступной информации ЕГРЮЛ ООО «Спартак» ОГРН 

<

***> является действующим юридическим лицом, находится в стадии реорганизации. 

Решением вышестоящего органа ФНС №04-29/20777@ от 10.07.2024 запись ГРН 2236300093962 от 02.02.2023 о прекращении юридического лица признана недейсвительной, о чем в реестр внесена соответствующая запись.

Основной должник по обязательству является действующим юридическим лицом, следовательно, заинтересованное лицо не лишено права в установленном порядке требовать исполнения обязательства.

Возможность при наличии действующего юридического лица привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности в отсутствие спора о признании должника несостоятельным (банкротом) на основании пункта 3 статьи 3.1. Закона об обществах с ограниченной ответственностью законом не предусмотрена, поскольку пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" предполагает такую возможность только при исключении из реестра юридических лиц общества-должника, что прямо указано в его тексте (см. определения Верховного Суда РФ от 16.02.2023 N 304-ЭС22-28433 по делу N А45-11996/2021, от 08.04.2022 N 307-ЭС22-2874 по делу N А56-94495/2020, от 18.04.2022 N 308-ЭС22-834 по делу N А32-19895/2020; Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 04.03.2024 N Ф06-8322/2023 по делу N А72-19354/2022).

Вопреки доводам истцов и выводам суда первой инстанции в материалах дела не имеется доказательств, объективно свидетельствующих о наличии в поведении ответчика недобросовестного поведения и причинно-следственной связи между действиями/бездействием ответчика и убытками истцов.

При таких обстоятельствах, поскольку выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, судебный акт принят при неправильном применении норм материального права, решение Арбитражного суда Самарской области от 08.10.2024 по настоящему делу в обжалуемой части следует отменить, в иске к ФИО1 - отказать.

Поскольку апелляционная жалоба признана обоснованной и в иске следует отказать, судебные расходы по иску и апелляционной жалобе следует отнести на истцов.

Руководствуясь статьями 110, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Самарской области от 08.10.2024 по делу №А55-10751/2023 в обжалуемой части отменить.

В иске к ФИО1 отказать.

Взыскать с ФИО4 и ФИО2 в пользу ФИО1 по 5 000 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа с направлением кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Д.А. Дегтярев

Судьи В.А. Копункин

 Е.В. Коршикова