АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-60688/2020

Дело № А12-44331/2018

г. Казань

26 декабря 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 декабря 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 декабря 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Ивановой А.Г.,

судей Коноплёвой М.В., Третьякова Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Исмаиловой Г.Р.,

при участии в судебном заседании с использованием систем видео-конференц-связи в Арбитражном суде Волгоградской области до перерыва представителей конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Цефей» ФИО1 – ФИО2, доверенность от 10.01.2022,

ФИО3 – ФИО4, доверенность от 08.11.2021,

при участии после перерыва конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Цефей» ФИО1, паспорт,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Цефей» ФИО1

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 05.07.2022 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2022 

по делу № А12-44331/2018

по заявлению конкурсного управляющего должником о привлечении контролирующего должника лица – ФИО3 к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Цефей», ИНН 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Волгоградской области от 05.03.2019 общество с ограниченной  ответственностью «Строительная компания «Цефей» (далее – ООО «СК «Цефей», должник) признано несостоятельным (банкротом) с применением положений упрощённой процедуры банкротства ликвидируемого должника, открытием процедуры конкурсного производства сроком на 6 месяцев, конкурсным управляющим утверждена ФИО1. 

Конкурсный управляющий ООО «СК «Цефей» ФИО1 28.01.2022 обратилась в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 05.07.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 отказано.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2022 определение Арбитражного суда Волгоградской области от 05.07.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по спору судебными актами, конкурсный управляющий ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 05.07.2022 и постановление апелляционной инстанции от 09.09.2022 отменить, привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СК «Цефей», приостановить производство по делу в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам ООО «СК «Цефей» до завершения расчетов с кредиторами.

В обоснование жалобы конкурсный управляющий должником указывает, что ФИО3 забрал объекты недвижимого имущества ООО «СК «Цефей» по заниженной цене, при этом не внеся полной оплаты за них; действия ФИО3 по заключению сделок с самим собой и подконтрольными обществами с ограниченной ответственностью «Волга Телеком-Стройсервис» и «Волгоградстрой» необходимо рассматривать как недобросовестное поведение мажоритарного участника, который произвел вывод имущества и денежных средств через личную сделку, а также сделки с подконтрольными лицами; сделки с обществом с ограниченной ответственностью «Энергострой» (далее – ООО «Энергострой») признаны недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), как совершенные с целью причинения вреда; причинно-следственная связь между неправомерными действиями ФИО3 по заключению вышеуказанных сделок и последствиями в виде банкротства заключается в том, что если бы сделок не было, то все требования кредиторов были бы погашены, и должник не обладал бы признаками неплатежеспособности, банкротство бы не наступило.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 возражает против приведенных в жалобе доводов, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

В судебных заседаниях конкурсный управляющий ФИО1 и его представитель кассационную жалобу поддержали в полном объеме. 

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

В судебном заседании 13.12.2022 в порядке, предусмотренном статьей 163 АПК РФ, объявлен перерыв до 16 часов 00 минут 19.12.2022, о чем размещена информация на официальном сайте в информационнотелекоммуникационной сети Интернет, после окончания перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что кассационная жалоба удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Как установлено судами и подтверждено материалами дела, ФИО3 являлся директором ООО «СК «Цефей» с 16.06.2005 по 18.10.2018. 

Приказом (распоряжением) о переводе на другую работу от 07.06.2005 № 44 ФИО3 переведен на должность директора ООО «СК «Цефей» на основании протокола собрания учредителей от 07.06.2005, уволен с занимаемой должности 12.10.2018 на основании приказа от 12.10.2018.

С 20.01.2004 ФИО3 по настоящее время является учредителем ООО «СК «Цефей».

В обоснование заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывал на обстоятельства, связанные с причинением вреда имущественным правам кредиторов в результате заключения и исполнения должником ряда сделок (признаны недействительными в рамках дела о банкротстве должника):

- договоров купли-продажи от 07.04.2017 с актом взаимозачета № 23 от 07.04.2017; № 04-17/3 от 20.04.2017 с актом взаимозачета № 24 от 20.04.2017; № 28-1/03/2018 от 28.03.2018 с актом взаимозачета № 7 от 28.03.2018; № 29/03/18 от 29.03.2018 с актом взаимозачета № 9 от 17.04.2018; № 28-2/03/18 от 28.03.2018 с актом взаимозачета № 8 от 28.03.2018; № 28/03/18 от 28.03.2018 с актом взаимозачета № 6 от 28.03.2018, заключенных с ООО «Энергострой»;

- договора купли-продажи от 05.03.2018, заключенного с ООО «Поволжский металлоцентр 2015»;

- договора купли-продажи от 11.04.2017 с актом взаимозачета № 1 от 11.04.2017, заключенного с ФИО3;

- акта взаимозачета № 2 от 11.06.2018, составленного с ООО «Волга Телеком-Стройсервис»;

- актов взаимозачета № 133 от 30.09.2018, № 145 от 10.10.2018, составленных с ООО «Волгоградстрой»,

- договора цессии № 01/10/2018 от 01.10.2018, заключенного между должником, ООО «Волгоградстрой», ПроектИнженирингСтрой»;

- перечисление денежных средств по платежному поручению № 340 от 27.12.2018 ИП ФИО5 

Указанные сделки признаны недействительными судебными актами Арбитражного суда Волгоградской области.

Конкурсный управляющий, полагая, что имеется причинно-следственная связь между неправомерными действиями ФИО3 по заключению указанных выше сделок и банкротством должника, так как, по мнению конкурсного управляющего, указанные сделки являются существенными для должника и повлекли объективное банкротство, в их отсутствие все требования кредиторов были бы погашены, и банкротство должника не наступило, обратился в суд с вышеназванным заявлением на основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Возражая против заявленных требований, ФИО3 указал, что основания для привлечения его к субсидиарной ответственности отсутствуют, так как целью заключения указанных конкурсным управляющим сделок являлось погашение кредиторской задолженности ООО «СК «Цефей», судами при рассмотрении споров об оспаривании сделок восстановлено право требования к должнику на сумму 17 млн. руб., конкурсным управляющим не представлено доказательств совершения указанных сделок в целях устранения возможности обращения на него взыскания, а также доказательств того, что сделки привели к банкротству должника.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего должником о наличии причинно-следственной связи между совершением указанных сделок и банкротством должника, суд первой инстанции и согласившийся с его выводами суд апелляционной инстанции исходили из следующего.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 24.02.2021 по делу № А12-44331/2018 признаны недействительными сделки, совершенные между ООО «СК «Цефей» и ООО «Энергострой»: 

- договор купли-продажи нежилого помещения от 07.04.2017, расположенного по адресу 

<

...>, встроенного нежилого помещения № VI, акт взаимозачета от 07.04.2017 № 23; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «Энергострой» возвратить в конкурсную массу ООО «СК «Цефей» встроенное нежилое помещение № VI, общей площадью 50,4 кв.м., расположенное по адресу Волгоградская область, г. Волгоград, Дзержинский район, ул. Куринская, 19, кадастровый номер 34:34:030116:1889 и восстановления задолженности ООО «СК «Цефей» перед ООО «Энергострой» в размере 2 500 000 руб. 

- договор купли-продажи Самоходного бетоносмесителя MERLO DBM 3500 от 20.04.2017 № 04-17/3, акт взаимозачета от 20.04.2017 № 24; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Энергострой» в пользу ООО «СК «Цефей» действительной стоимости самоходного бетоносмесителя MERLO DBM 3500, вид движителя колесный, год выпуска 2003, двигатель АКВ1029, номер шасси отсутствует, номер коробки передач отсутствует, номер основного ведущего моста отсутствует, цвет зеленый, в размере 2 300 000 руб. и восстановления задолженности ООО «СК «Цефей» перед ООО «Энергострой» в размере 2 300 000 руб. 

- договор купли-продажи транспортного средства автокран КС 54711-1 от 28.03.2018 № 28-1/03/18, акт взаимозачета 28.03.2018 № 7; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Энергострой» в пользу ООО «СК «Цефей» действительной стоимости автокрана КС 54711-1 стрелового на спец. шасси, год выпуска 2008, VIN 

<

***>, двигатель № Z40650-32492359, шасси № Z7W80290080AV2454, кузов № 2084434, цвет кузова 11 оранжевый, объем двигателя 10850 см3, мощность двигателя 240 (176) кВт (л.с.), тип двигателя: 4-тактный дизельный с турбо наддувом, разрешенная максимальная масса 20250 кг, масса без нагрузки 19550 кг, в размере 759 045 руб. и восстановления задолженности ООО «СК «Цефей» перед ООО «Энергострой» в размере 759 045 руб. 

- договор купли-продажи машины коммунальностроительной многоцелевой от 29.03.2018 № 29/03/18, акт взаимозачета от 29.03.2018 № 9; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «Энергострой» возвратить в конкурсную массу ООО «СК «Цефей»: машину коммунальностроительную многоцелевую, год выпуска 2011, двигатель 1061411010259, номер рамы 010920, желтого цвета, ПСМ СА 014778 и восстановления задолженности ООО «СК «Цефей» перед ООО «Энергострой» в размере 650 021 руб.

 - договор купли-продажи монтажного крана на гусеничном ходу РДК-250-2 от 28.03.2018 № 28-2/03/18, акт взаимозачета от 28.03.2018 № 8; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «Энергострой» возвратить в конкурсную массу ООО «СК «Цефей» монтажный кран на гусеничном ходу РДК-250-2, год выпуска 1987, заводской номер 11340, двигатель марки А 01-МЕ, регистрационный номер 111971, грузоподъемность 25/5 тн, вид крана: дизельноэлектрический, количество цилиндров: шесть, производство: ГДР, мощность двигателя: 74 (130) кВт (л.с.), номинальная частота вращения 1500 об/мин и восстановления задолженности ООО «СК «Цефей» перед ООО «Энергострой» в размере 700 000 руб.

 - договор купли-продажи автомобиля ГАЗ-330232 грузовой с бортовой платформой от 28.03.2018 № 28/03/18, акт взаимозачета от 28.03.2018 № 6; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «Энергострой» возвратить в конкурсную массу ООО «СК «Цефей» ГАЗ-330232 грузовой с бортовой платформой, год выпуска 2013, VIN 

<

***>, двигатель ISF2.8s4129P 89576650, кузов № 330230D01 56567, цвет кузова белый, рабочий объем двигателя 2776 см3, мощность двигателя 120 (88,3) кВТ (л.с.), тип двигателя: дизельный, экологический класс: четвертый, разрешенная максимальная масса: 3500 кг, масса без нагрузки: 2210 кг. и восстановления задолженности ООО «СК «Цефей» перед ООО «Энергострой» в размере 393 701 руб.

Судами отмечено, что из определения суда от 24.02.2021 следует возмездность оспариваемых сделок, и то, что судами при разрешении спора о признании сделок недействительными установлены обстоятельства, свидетельствующие о наличии фактических отношений между сторонами и оплате по указанным сделкам путем взаимозачета существующей кредиторской задолженности должника, оформленного актами № 23 от 07.04.2017, № 24 от 20.04.2017, № 6 от 28.03.2018, № 7 от 28.03.2018, № 8 от 28.03.2018, № 9 от 29.03.2018.

Определением суда от 12.10.2020 по делу № А12-44331/2018 признан недействительной сделкой заключенный 05.03.2018 между ООО «СК «Цефей» и ООО «Поволжский металлоцентр 2015», договор купли-продажи здания детского сада, находящегося по адресу: 

<

...> а, количество этажей - 2, в том числе подземных - 1, площадью 991,4 кв.м., кадастровый номер: 34:34:030116:2147 и права аренды земельного участка под ним с кадастровым номером 34:34:030116:249, площадью 1297 кв.м.; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «Поволжский металлоцентр 2015» возвратить ООО «СК «Цефей» здание детского сада, находящееся по адресу: 

<

...> а, количество этажей - 2, в том числе подземных - 1, площадью 991,4 кв.м., кадастровый номер: 34:34:030116:2147 и право аренды земельного участка под ним с кадастровым номером 34:34:030116:249, площадью 1297 кв.м., восстановления задолженности ООО «СК «Цефей» перед ООО «Поволжский металлоцентр 2015» в размере 4 036 363,27 руб. 

Судами отмечено, что из определения суда от 12.10.2021 следует возмездность оспариваемых сделок, и то, что судами при разрешении спора о признании сделок недействительными установлены обстоятельства, свидетельствующие о наличии фактических отношений между сторонами и оплате путем взаимозачета.

Определением суда от 23.03.2021 по делу № 12-44331/2018 признан недействительной сделкой, заключенный между ООО «СК «Цефей» и ФИО3 договор купли-продажи земельного участка от 11.04.2017, общей площадью 915 кв.м., кадастровый номер 34:34:040007:38 и находящегося на нём жилого дома, общей площадью 79,7 кв.м., кадастровый номер 34:34:040007:827, расположенные по адресу 

<

...>, акт взаимозачета встречных однородных требований от 11.04.2017 № 1; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в пользу ООО «СК «Цефей» денежных средств в размере 7 033 158 руб. и восстановления задолженности ООО «СК «Цефей» перед ФИО3 в размере 4 300 000 руб. 

Как следует из определения от 23.03.2021 судом заемные средства, выданные ФИО3 переквалифицированы в отношения по поводу увеличения уставного капитала, по делу проведена судебная экспертиза по определению рыночной стоимости земельного участка и задания - 7 033 158 руб. (установлена экспертизой), договор купли-продажи от 11.04.2017 признан недействительным на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве. 

Определением от 15.09.2020 признан недействительным акт взаимозачета от 30.09.2018 № 133 на сумму 251 105,29 руб., составленный между ООО «СК «Цефей» и ООО «Волгоградстрой» (далее - акт взаимозачета № 133), на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве. С ООО «Волгоградстрой» в пользу ООО «СК «Цефей» взысканы денежные средства в сумме 251 105,29 руб., а также восстановлена задолженность ООО «СК «Цефей» перед ООО «Волгоградстрой» в сумме 251 105,29 руб.

Определением от 15.09.2020 признан недействительной сделкой акт взаимозачета от 30.09.2018 № 133, составленный между ООО «СК «Цефей» и ООО «Волгоградстрой» на сумму 251 105,29 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Волгоградстрой» в пользу ООО «СК «Цефей» денежных средств в размере 251 105,29 руб.; восстановления задолженности ООО «СК «Цефей» перед ООО «Волгоградстрой» в размере 251 105,29 руб. 

Признан недействительной сделкой акт взаимозачета от 10.10.2018 № 145, составленный между ООО «СК «Цефей» и ООО «Волгоградстрой» на сумму 1 000 000 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Волгоградстрой» в пользу ООО «СК «Цефей» денежных средств в размере 1 000 000 руб.; восстановления задолженности ООО «СК «Цефей» перед ООО «Волгоградстрой» в размере 1 000 000 руб. 

Признан недействительной сделкой договор цессии от 01.10.2018 № 01/10/18, заключенный между ООО «СК «Цефей», ООО «Волгоградстрой» и ООО «ПроектИнжинирингСтрой». Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Волгоградстрой» в пользу ООО «СК «Цефей» денежных средств в размере 194 166 руб. 

Суд первой инстанции, установив, что сделки признанные недействительными, являлись возмездными, в связи с применением двухсторонней реституции по сделкам, признанным судом недействительными, восстановлена задолженность кредиторов по обязательствам должника на сумму 16 991 755,56 млн. руб., пришел к выводу о том, что отсутствует совокупность условий для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, в том числе ввиду несущественности влияния действий (бездействия) ФИО3 на положение должника, отсутствия наличия причинно-следственной связи между заключением указанных выше сделок и фактически наступившим объективным банкротством должника.

Судом учтено, что в результате исполнения определения от 24.02.2021 в конкурсную массу должника обществом «Энергострой» возвращено в ходе конкурсного производства имущество, отчужденное по договорам купли-продажи от 07.04.2017, от 29.03.2018 № 29/03/2018, от 28.03.2018 № 28-2/03/2018, от 28.03.2018 № 28/03/2018, денежные средства по договорам купли-продажи от 20.04.2017 № 04-17/3, от 28.03.2018 № 28-1/03/2018, требование ООО «Энергострой» в сумме 7 302 767 руб. включено в реестр требований кредиторов ООО «СК «Цефей»; также в конкурсную массу должника фактически возвращено и реализовано в ходе конкурсного производства здание детского сада, а требование ООО «Поволжский металлоцентр 2015» в сумме 4 036 363,27 руб. включено в реестр требований кредиторов ООО «СК «Цефей».

Судом первой инстанции принято во внимание то, что акт взаимозачета от 11.06.2018 № 2 на сумму 6 284 277 руб., составленный между ООО «СК «Цефей» и ООО «Волга Телеком-Стройсервис» на сумму 6 284 277 руб. признан недействительными определением от 09.06.2020 по делу № А12-44331/2018 как сделка, совершенная с предпочтением на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве, а односторонняя реституция применена ввиду отсутствия первичной документации.

При этом судом отмечено, что срок исковой давности предъявления требований ООО «СК «Цефей» к ООО «Волга Телеком-Стройсервис» на момент заключения сделки – акта взаимозачета от 11.06.2018 № 2 был пропущен; срок исковой давности по значительной сумме истек в 2010 году. 

Поскольку ООО «Волга Телеком-Стройсервис» в данном судебном разбирательстве не участвовало, ходатайство о пропуске срока исковой давности заявлено не было; ходатайство о применении сроков исковой давности было заявлено в суде апелляционной инстанции, однако суд доводы о пропуске срока исковой давности отклонил, поскольку данное ходатайство не было заявлено в суде первой инстанции.

Судом принято во внимание, что указанные взаимозачеты, договор цессии (с учетом суммы договора) не являлись для должника убыточными и не могли привести к объективному банкротству должника, указав, что в результате указанных выше сделок, имеющаяся у должника кредиторская задолженность погашалась не в порядке очередности, а отдельным кредиторам, однако данные действия в целом не ухудшили (не изменили) финансовое состояние должника, так как произошло одновременное уменьшение кредиторской и дебиторской задолженности. 

В отношении сделки - перечислении ООО «СК «Цефей» (через ООО «Волгоградстрой») в пользу ИП ФИО5 денежных средств в размере 101 520 руб. по платежному поручению от 27.12.2018 № 340, которая признана недействительной определением суда от 06.08.2020 по делу № А1244331/2018, суд установил, что ФИО3 не являлся руководителем должника на момент совершения платежа на сумму 101 520 руб., письмо о необходимости совершения данного платежа подписано ликвидатором должника ФИО6

Суд первой инстанции также исходил из того, что проведение взаимозачетов, заключение мировых соглашений между должником и его кредиторами, в том числе, которые не являются по отношению к должнику взаимозависимыми, являлось обычной практикой, которая применялась должником в его хозяйственной деятельности.

Апелляционный суд, повторно рассмотрев обособленный спор по правилам главы 34 АПК РФ, согласился с выводами суда первой инстанции.

Доводы конкурсного управляющего о том, что согласно экспертному заключению рыночная стоимость здания детского сада (договор купли-продажи от 05.03.2018) составляет 14 533 255,00 руб., тогда как в оспариваемом договоре стоимость спорных объектов определена в размере 4 036 363,27 руб., то есть цена занижена на 72,23 %, и если бы этих сделок не было, имущество бы продавалось по рыночным ценам и имущества было бы достаточно для расчетов со всеми кредиторами, суд апелляционной инстанции отклонил, поскольку доказательств, подтверждающих то, что продажа имущества по стоимости, определенной в экспертном заключении 14 533 255 руб., имела бы спрос среди покупателей, материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции признал выводы суда перовой инстанции о том, что указанные выше сделки по отчуждению имущества должника не явились причиной объективного банкротства должника, правомерными.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленных судами, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 61.11. Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если, в т.ч. причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 53) согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). 

В соответствии с пунктом 16 постановления Пленума ВС РФ № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход (пункт 2 постановления Пленума ВС РФ № 53).

Согласно абзацу шестому пункта 23 постановления Пленума ВС РФ № 53, по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, приняв во внимание обстоятельства, установленные при разрешении обособленных споров о признании сделок недействительными, установив, что совершение сделок, вменяемых конкурсным управляющим в качестве основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, не явились объективной причиной банкротства должника, в результате чего должник стал отвечать признакам неплатежеспособности, суды пришли к правомерному выводу об отсутствии совокупности условий, необходимых для удовлетворения требования конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СК «Цефей».

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что сделки должника, признанные недействительными в рамках дела о банкротстве, явились причиной банкротства должника, подлежат отклонению, поскольку признание их недействительными было обусловлено, по сути, преференциальным их характером; совершение указанных сделок, как верно отмечено судами, не привело к изменению финансового состояния должника с позиций наличия либо отсутствия признаков объективного банкротства (соотношению неисполненных обязательств и активов).

При этом ссылка заявителя кассационной жалобы на то, что сделки были совершены в отношении аффилированных лиц и в случае их не совершения должник избежал бы банкротства, выводы судов не опровергает, в силу следующего. 

В соответствии с абзацем 4 пункта 14 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) понижение очередности погашения требования лица, контролирующего должника, вызвано исключительно отнесением на него риска предоставления компенсационного финансирования.

Однако, несмотря на более низкую вероятность получить реальное исполнение в процедуре банкротства, у данного лица сохраняется материальное требование к должнику, не являющееся корпоративным. Поэтому с процессуальной точки зрения такой кредитор имеет все права, предоставляемые участвующему в деле о банкротстве лицу (статья 34 Закона о банкротстве). 

Поскольку право обратиться с заявлением о собственном банкротстве принадлежит не только должнику (пункт 1 статьи 7 Закона о банкротстве), но и кредиторам, то нет оснований полагать, что соответствующими полномочиями не обладают контролирующие должника либо аффилированные с ним лица, требования которых возникли на основании гражданско-правовых сделок.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что сделки совершенные между ООО «СК «Цефей» и ФИО3 (договор купли-продажи земельного участка от 11.04.2017, акт взаимозачета встречных однородных требований от 11.04.2017 № 1), причинившие вред кредиторам ввиду приобретения ФИО3 имущества по заниженной стоимости, являются основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, подлежат отклонению по следующим основаниям.

Оснований не согласиться с выводами судов о том, что договор купли-продажи земельного участка от 11.04.2017, акт взаимозачета встречных однородных требований от 11.04.2017 № 1 не явились необходимой причиной банкротства должника исходя из масштабов деятельности должника, суд кассационной инстанции не усматривает.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзацах третьем и четвертом пункта 20 постановления Пленума ВС РФ № 53, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –  ГК РФ), вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ. 

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Между тем, по результатам рассмотрения обособленного спора о признании указанных сделок недействительными с ФИО3 в пользу ООО «СК «Цефей» взысканы денежные средства в размере 7 033 158 руб. и восстановлена задолженность ООО «СК «Цефей» перед ФИО3 в размере 4 300 000 руб. 

Таким образом, в отношении ФИО3 уже реализована защита нарушенного совершением указанной сделки права - применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с него 7 033 158 руб., поскольку он являлся контрагентом должника по признанной недействительной сделке.

Поскольку в данном случае ФИО3 является и контролирующим должника лицом, в отношении которого заявлено требование о привлечении к ответственности, причиненных признанной недействительной сделкой, в то же время является по этой сделке и контрагентом должника, с которого денежные средства взысканы в качестве применения последствий ее недействительности, взыскание убытков приведет к повторному взысканию по иному гражданско-правовому основанию с него той же суммы денежных средств уже взысканных в качестве применения последствий недействительности сделки.

Иные доводы заявителя кассационной жалобы подлежат отклонению, так как выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального права и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку, по сути, эти возражения сводятся к несогласию с произведенной судами первой и апелляционной инстанций оценкой обстоятельств спора; доводы заявителя кассационной жалобы тождественны доводам, являвшихся предметом исследования суда апелляционной инстанции и получивших надлежащую правовую оценку.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

В соответствии со статьями 286 и 287 АПК РФ кассационная инстанция не имеет полномочий исследовать и устанавливать новые обстоятельства дела, а также не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и апелляционной инстанций.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 05.07.2022 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2022 по делу № А12-44331/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судьяА.Г. Иванова

 

СудьиМ.В. Коноплева

 

Н.А. Третьяков